Эффект Эджертона

***

      Ещё немного. Этот кадр должен быть более удачным. Вот так. Повернись чуть правее. Умничка. Затвор автофокуса щёлкал без остановки. Питер считал, что если сделать больше фотографий, то велик шанс получить более удачные кадры.       Припекало. Лето ворвалось в город стремительно, не успев никого предупредить. Детский смех и голоса прохожих перемежались с пением птиц и радостным лаем собак. Для Питера настала горячая пора. Именно в этот период он погружался в своё хобби с головой: больше свободного времени, дни длиннее, а лица людей более дружелюбные. Вот такие эмоции привлекали больше всего. Особенно, когда человек находится в непринуждённой обстановке и расслаблен, как, допустим, вон та парочка, милующаяся на парковой аллее. Именно их Питер и пытался снять с лучшего ракурса.       Питер искал в толпе более интересные типажи. Ему нравилось воображать, что представляет из себя, за этим общим фасадом, сам человек: чем он занимается, увлекается; есть ли у него семья или он одинок, а может влюблён? Так Питер пытался раньше представить мистера Старка, вернее, он не знал его ещё как «мистера Старка», но это не мешало рисовать в голове разнообразные сюжеты. Обычно Тони представлялся ему главой какой-то большой корпорации, уж больно представительно тот всегда выглядел. Но реальность оказалась ещё лучше. Частный детектив… Мистер Старк идеально вписывался в этот образ: в меру строгий, немного требовательный, но вместе с тем было в нем что-то такое, что Питер никак не мог разгадать, какой-то флёр таинственности. Ну, это ничего. Он надеялся, что, поварившись в детективной жизни, сам скоро сможет научиться разбираться в людях. Во всяком случае этого бы очень хотелось.       Он почти всё подготовил к выходным: зарядил новую пленку, проверил шпионское оборудование, которое ему вручил мистер Старк, и забрал из дома костюм. Костюм с выпускного вполне сгодился. Питер не стал покупать новый; не хотелось тратить гонорар на вещь, которую он, может быть, больше не наденет, или наденет ещё один раз — не больше. Чек он, не задумываясь, отдал Мэй. Ему было так отрадно наблюдать, как заслезились глаза тёти при виде такой крупной суммы. Он был рад, что наконец-то смог внести свою лепту в их семейный бюджет: она столько вложила сил и средств в воспитание Пита, что теперь это было его долгом — поддерживать и помогать материально. Но вот где конкретно он работает, Питер умолчал, вернее, не сказал всей правды. Всего лишь подработка в газете фотографом. Это и правдоподобно, и тёте спокойнее. Паркер даже не хотел думать, что услышит в ответ, если полностью поведает о своей реальной деятельности. С итальянскими корнями тётушки его ждал полный разнос.

***

      Последний кадр на сегодня, решил Питер, доставая чехол, но тут получил ощутимый толчок в спину. Следом послышался крик. И только потом Питер, как в замедленной съёмке, увидел убегающего парня с дамский сумочкой. Грабитель оказался проворным, но Паркер неплохо бегал марафоны в школе. Пришлось поднажать и вот уже он отчаянно тянет за кожаный ремешок. Рядом оголтело кричали люди, где-то слышалась полицейская сирена. Преступник, поняв, что в этот раз ему не удастся поживиться, резко пнул Питера ногой и стартанул вперёд. Резкая боль в животе заставила отступить, но в руке осталась зажата сумка.       Паркер очнулся, когда его пытались поднять с жёсткого асфальта. Саднящая боль в ладонях, разбитая губа, но самое главное — осколки от его Canon валялись тут же рядом. Эта была катастрофа! Питер отдал пожилой даме сумочку и пытался хоть как-то собрать остатки от фотоаппарата. Камера однозначно не подлежала восстановлению.       Пит выслушал нескончаемый поток благодарностей от пострадавшей леди и зевак, пытался улыбаться, но с больной губой это было делать проблематично. Хотя он все равно был рад, что смог помочь, но вот что теперь делать ему самому? Фотоаппарат разбит, разбито лицо. Как он сможет выполнить работу, которую ему поручил мистер Старк? А ведь он на него очень рассчитывал. В любом случае, он должен был все рассказать Тони, и чем раньше, тем лучше

***

      Мистер Старк смотрел так проникновенно, словно пытался прожечь в Питере дыру. И молчание в этот раз не было таким уютным.       — Простите. Я подвёл вас.       — Да уж. Не преуспел. Как такое могло произойти, Питер? — Тони устало откинулся в кресле.       — Не мог я просто смотреть и не попытаться помочь.       — А полиция на что? Вот как чувствовал, что твоё благородство до добра не доведёт, — Тони даже не ожидал, что Питер проявит себя во всей красе так скоро. — В любом случае, у тебя есть чек. Обналичь его и купи новую камеру.       Питер напрягся и отвернулся к окну, опасаясь встречаться с Тони взглядом. Ему совершенно не хотелось показать себя перед мистером Старком уязвимым, а то, что он таким и выглядел, было очевидно. Но ничего не поделаешь, он на миг зажмурился, как перед прыжком в глубину, и выпалил:       — Я отдал чек тёте. Она, наверное, уже распределила средства. Не могу я так с ней поступить: сначала вручить крупную сумму, а потом забрать. Она одна меня растила после смерти дяди, — Питер теребил лямку рюкзака и теперь смотрел на мистера Старка открыто, не скрывая своих эмоций. — Понимаю, что теперь не смогу выполнить свою работу. Мне очень жаль…       Тони молча встал, на ходу ослабляя узел на галстуке. Что же это за чудо стоит перед ним. Не заботясь о последствиях кинулся за грабителем, заработанные деньги даже не подумал оставлять себе, а отдал женщине, фактически заменившую ему мать. Да, он знал его историю. Изучил досконально ещё в момент, когда парень за ним подсматривал. В любой другой ситуации, а вернее, будь на месте Питера другой человек, Тони без зазрения совести давно бы распрощался с таким работником. Но Питер… Почему-то он так напоминал Тони самого себя из прошлого: с такими же порывами и стремлениями по жизни...       Старк смотрел на это ещё по-мальчишески юное лицо, на разбитую губу и эту вечно вздернутую бровь, которую порой так хотелось пригладить, и понимал, что ни при каких обстоятельствах не распрощается с Питером. Такие люди на вес золота. И ещё неизвестно, кто кого нашёл первый.       — Иди домой, Пит. Я решу этот вопрос.       Питер ожидал этих слов, но то, что они окажутся такими болезненными, для него стало неожиданностью. Вот так и рушатся планы. А он размечтался и воодушевился первыми успехами. Что ж, как-то быстро он вернулся с небес на землю. Но то, что Питер знал точно — он поступил бы в той ситуации так же, даже зная о последствиях, так как понимал, что на месте той женщины могла оказаться Мэй, а это уже совсем не круто.       Покидая агентство, Пит ещё раз взглянул на табличку на двери мистера Старка. Нужно было ещё завтра вернуть шпионскую камеру, хорошо, что он оставил её дома, не хватало ещё потерять, тогда бы ещё был должен.

***

      Так хорошо начавшийся день превратился в серый, бесформенный отрезок времени. Уже в квартире Питер устало завалился на кровать. Сегодняшняя ситуация его изрядно потрепала и вконец вымотала. Сон пришёл как никогда кстати.       Ему снились шпили высоток, поблескивающие на ярком солнце, толпа людей, снующих по Таймс-сквер и он с фотоаппаратом в руках, снимающий это с самой высокой башни в городе. Как он туда забрался было, конечно же, секретом. А ещё снился мистер Старк, он смотрел на Питера из окна напротив его собственной квартиры, прям как тогда, в реальности. И как тогда в дверь стучали. Звук повторялся все более отчетливо, пока Питер не разлепил глаза и не понял, что это не сон. Находясь в пограничном состоянии, он щёлкнул замком. В проёме оказался раздраженный курьер, без долгого приветствия вложивший ему в руки планер с листом для росписи.       На пороге остался стоять одинокий ящик. Питер затащил его внутрь и с минуту молча пялился. Что это ещё такое? Он ничего не заказывал, да и для подарков вроде ещё не время.       Но внутри, вопреки всем ожиданиям, оказалось то, что ошарашило Питера просто нереально. Новенький навороченный фотоаппарат и костюм. Он все ещё спит? Но белый прямоугольник записки окончательно привёл Пита в чувство. «Питер, это твоя рабочая форма и инструмент. Разберись со всем до конца дня. Позвони мне, как получишь посылку.

ТС.»

Обалдеть!