3. «За дверью»
Наступило утро, окрашенное болью и безысходностью. Фриск пробудилась в агонии, каждый мускул её тела протестовал. Открыв глаза, она узнала знакомый подвал, ставший её тюрьмой по воле Санса. Холодный ужас сковал её, когда она осознала, что лишена своего любимого свитера. Каждая конечность пульсировала острой болью, и лишь сейчас она заметила, что её тело испещрено кровоточащими ранами. Чары нигде не было видно, но её зловещее присутствие ощущалось в каждом углу этого мрачного места. Взгляд Фриск упал на живот, где алели высеченные слова, но из-за запекшейся крови и неудобного положения прочитать их было невозможно.
— Ч-чара… — прошептала она, боясь нарушить гнетущую тишину. В ответ лишь донеслись звуки, будто кто-то с наслаждением допивает напиток через трубочку. Фриск лихорадочно окинула взглядом помещение, пытаясь определить источник звука. Из клубящейся темноты, словно ночной кошмар, возникла Чара с хищной улыбкой, держа в руке почти пустой стакан. Её улыбка расцвела с ещё большей зловещей красотой.
— Охх, поглядите-ка, — язвительно воскликнула Чара, её голос звенел словно разбитое стекло. — Пока меня тут не было, этот мешок с костями успел вдоволь наиграться с тобой, малышка!
Фриск не ответила ни слова, лишь молча отвернулась, стараясь скрыть свой страх и отвращение.
— Ну же? Что же ты молчишь, виновница торжества? — Чара, облаченная в свой неизменный зелёный свитер, приблизилась и начала нежно, но оттого ещё более жутко, водить пальцем по окровавленной надписи на животе Фриск. От прикосновения к ране Фриск невольно застонала, но тут же сжала губы, чтобы не издать ни звука, не доставить Чаре удовольствия. Красноглазая демоница ухмыльнулась, стирая засохшую кровь.
— О, какой отвратительный почерк у этого мешка с костями, — с притворной печалью произнесла Чара. — Не повезло тебе, что именно он высек эти слова. — Она наигранно похлопала Фриск по голове. Фриск, ожидая, что её волосы вновь болезненно сожмут, зажмурилась от ужаса. Но Чара лишь издала короткий смешок с наигранной доброжелательностью и прошептала:
— Мне наскучило смотреть на твои страдания, поэтому я решила помочь тебе сбежать, чтобы ты увидела ад во всей его красе.
Фриск горько усмехнулась, опустив голову.
«Может, в Чаре ещё осталась хоть капля добра?» — промелькнула робкая мысль, и она доверчиво взглянула в глаза демонице. Чара самодовольно хмыкнула и развязала её израненные руки. Фриск облегчённо выдохнула, чувствуя, как оковы спадают с её ног, даруя долгожданную свободу. С благодарностью она посмотрела на Чару и подошла к лохмотьям, которые когда-то были её любимым свитером. Она надела остатки одежды, чтобы хоть как-то прикрыть изуродованное тело. Затем, стараясь не потревожить старые раны, Фриск начала подниматься по лестнице. Чара исчезла сразу после того, как освободила её.
«Нужно поскорее выбраться, мне так страшно. Боже, эта чокнутая спасла меня…» — пронеслось в голове Фриск, когда она открыла дверь. Она оказалась в коридоре. Впереди была ещё одна большая деревянная лестница, ведущая на второй этаж, где виднелись две комнаты. Внизу располагалась гостиная, совмещенная с кухней. Девушка рванула к двери, ведущей на улицу. Её пальцы уже сомкнулись на ручке, и она распахнула дверь, но в тот же миг её ноги стали ватными, а сердце рухнуло в пропасть. Надежда на свободу испарилась, словно дым. Прямо перед ней стоял Санс со своей неизменной улыбкой. В одной руке он держал какой-то пакет. Фриск отшатнулась назад, узнав монстра, который сотворил с ней это.
— О, вижу, ты каким-то образом выбралась оттуда, — протянул Санс, и на его лице вновь появилась зловещая ухмылка. В его глазах плясали голубые огоньки, выдавая чудовищные замыслы. — Ты, наверное, думала, что сможешь просто так сбежать от меня, верно?
— И куда же ты пойдёшь, скверная душа, да ещё и в таком виде? — прорычал Санс, хватая её за шею, чудом избежавшую ножа. Подняв Фриск в воздух, он сжал её горло. Фриск пыталась вырваться, но израненные руки были бессильны. Да даже если бы она обладала нечеловеческой силой, это бы не помогло. Девушка вновь застонала от боли, и Санс, ухмыльнувшись, бросил её на пол.
— Ты всего лишь кусок мусора, который заслуживает наказания. Можешь считать меня своей карой. — Санс схватил её за шиворот "свитера". — Куда бы ты ни пошла, я буду преследовать тебя. Даже если ты окажешься в самом аду, я буду мучить тебя хуже любого демона. — С этими словами скелет взял её за руку и потащил в столовую. Он усадил девушку, словно куклу, за стол и привязал ноги к стулу, лишив возможности сбежать. Руки её остались свободными. Перед ней лежал обычный американский хот-дог. Фриск чувствовала подвох, но всё же решилась его съесть. К её удивлению, еда оказалась не отравленной. Она съела всё без остатка и вопросительно посмотрела на Санса. Ей было трудно смотреть ему в глаза, поэтому она лишь на мгновение задержала взгляд на нём и вновь опустила голову.
— Что? Неужели ты ждала подвоха? Неужели ты думаешь, что я настолько жесток, подруга? — Санс расхохотался, а девушка лишь сжалась, опустив голову ещё ниже. Через несколько секунд она почувствовала, как в её животе начинается буря. Она попыталась вскочить с места, но лишь рухнула вместе со стулом. Сильный удар головой вызвал новую волну боли. Рано она радовалась, еда всё-таки была отравлена. Скелет хищно ухмыльнулся, встал со стула и присел рядом с Фриск, уставившись на её измученное лицо.
— Ты думала, что я просто возьму и накормлю тебя? Что ты задумала?! Сучка! Зная тебя, ты бы ни за что не стала есть это. Что же ты замышляешь?.. Я под череп залезу, но я выясню! — Разъяренный Санс ударил кулаком в пол рядом с лицом девушки, и от оглушительного грохота она вздрогнула. Израненными руками она обхватила живот, мысленно молясь, чтобы боль прекратилась.
— П..пожалуйста. Пожалуйста, прошу вас… выслушайте меня, — с трудом сдерживая слезы, прошептала она. Ей было невыносимо больно, и она понимала, что обречена вечно страдать в этом аду. Фриск лишь мечтала хоть на секунду ощутить настоящее счастье.
— М? Выслушать? Мне кажется, ты уже всё сказала своим поведением. Прошло слишком мало времени, чтобы кто-то мог тебя простить. Такой человек хуже любого монстра! — грозно прошипел Санс, но улыбка не сходила с его лица.
— Это не я. Это — Чара, — горестно и тихо проговорила девушка, кашляя и с трудом сдерживая рвоту. Она дрожала всем телом. Парень схватил её за подбородок и притянул к своему лицу. Она зажмурилась, не желая видеть его злобные, хищные глаза.
— Мне… страшно, — прошептала она, едва сдерживая слезы.
— Страшно говоришь? А ты представь, как мне было «весело», когда ТЫ убила всех… Всех, кто заслуживал быть счастливым, кто должен был прожить здесь ещё долгие годы в радости и уюте. Но нет, у тебя зачесались руки нарушить этот покой, который мы с таким трудом создавали, — с горечью и злобой произнёс он. Ему было плевать на её страдания. Пусть плачет, пусть умирает, он не должен ничего чувствовать. Но почему-то в его груди что-то сжалось. Он отмахнулся от этих чувств и, встав, направился к двери. Она всё равно не выберется, а к тому времени, как оклемается, он уже будет дома.
Санс вышел на улицу и запер дверь на ключ. Он направился в бар неподалеку. Девушка осталась лежать на полу, её снова вырвало. Её желудок горел от яда. Вдруг рядом появилась фигура, что-то скрывая в рукаве.
— Ты думала, что можешь просто сбежать от него? Ахаха, какая же ты наивная! Он никогда не будет добр к тебе. Запомни это, ему плевать на твои чувства. — Чара ухмыльнулась и наклонилась к её лицу. — Вкусно? Как раны? Ха-ха. Как же забавно смотреть на тебя, такую слабую, жалкую, измученную. Думаю, мне пора уйти. Удачи не подохнуть здесь. — С этими словами девушка направилась к выходу. Фриск собрала все свои силы и прошептала уходящему силуэту:
— Я убью тебя, чего бы мне это ни стоило. Клянусь, я убью тебя.
Чара лишь ухмыльнулась и прошептала в ответ так, чтобы Фриск услышала каждое слово:
— Попробуй, моя зверушка~.
Скелет сидел в баре Гриллби. Ему нужен был кетчуп. Как только он сделал заказ, Гриллби протянул Сансу привычную красную бутылку. Тот залпом выпил её и потребовал добавки.
— Что-то случилось, приятель? — вежливо поинтересовался его друг, протягивая вторую бутылку. Санс лишь отмахнулся, не желая рассказывать, что держит в заложниках ту, что испортила всем жизнь. Он не хотел, чтобы её просто убили, он хотел сам отомстить за всех. Странное чувство не покидало его, словно он совершил ошибку, играя с ней. Она не была похожа на ту, что убила всех, её характер был совсем другим. Но внешне она была её точной копией. В душе у него скребли кошки, но он лишь отмахнулся и выдавил свою обычную улыбку.
«Плевать мне, она просто играет с моими чувствами. Она отличается, но это всего лишь очередная попытка войти ко мне в доверие. Что она хотела объяснить? Она хотела сказать, что НЕ специально убила всех?! Язык не повернется такое сказать, но, зная её, она – исключение». Огоньки в его глазах погасли. И вот на столе стояли три, четыре пустые бутылки. И их число росло, пока алкоголь не затуманил его рассудок. К скелету подбежала знакомая, желая выпить с ним. Но ему было плевать на всех и вся. Главное — поскорее прикончить ЕЁ. Поднявшись со стула, он не заметил, как знакомая, разозлившись, швырнула в его череп стакан. Тот разбился вдребезги, и девушка поняла, что натворила. Ей стало очень страшно. Санс повернулся, и его уровень здоровья немного снизился. В ярости он вытянул руку, и рядом с ним появились два огромных бластера. Все монстры в ужасе ахнули, ведь когда Санс в гневе, наступает почти настоящий конец света. Все бросились бежать из бара. Его друг пытался его успокоить, но тот не слушал.
— Слушай ты, сука… смерти захотела? Да я тебя одним мизинцем в труху сотру… Угх… Ладно, прощаю, но впредь смотри под ноги. Еще раз наткнешься на меня – пощады не жди, в пыль обращу. — прошипел он, словно змея, взгляд его стал чернее самой бездны. Развернувшись, он направился к выходу, бросив через плечо: — Гриллби, запиши все на мой личный счет. — Голос его был тихим, но в нем клокотала такая ярость, что дрожь пробежала по стенам бара. Он исчез, оставив дрожащего монстра в его тени.
По дороге домой мысли его кипели, плетясь в зловещие узоры мести. Он представлял себе, как уничтожит эту девчонку, как развеет ее по ветру. Но тело предательски откликалось на ярость, тугой стояк не давал покоя, терзал его в спортивных шортах. Нужно было выпустить пар, сбросить с себя этот груз ярости и похоти.
Скелет был в бешенстве. Будь сейчас рядом хоть какая-нибудь шлюха, он бы вывернул ее наизнанку. Он знал, чем занималась Фриск в Подземелье, как втиралась в доверие к монстрам своим телом, своей лживой невинностью. Санс облизнулся, входя в дом. Рассудок помутился, его захлестнула волна первобытной ярости.
Увидев Фриск, все еще лежащую на полу, он рывком поднял ее, поставил на ноги и грубо освободил от пут.
— Ну что, шлюшка, покажешь, на что способен твой ротик?
