Плохая шутка

С последней миссии на Немезисе прошло больше месяца, Десептиконы занимали себя как могли. До отсека Блитцвинга звуки почти не долетали. Отдалённо доносилась чья-то ругань. Угадывались истеричные нотки голоса Старскрима. Сикер орал на провинившихся вехиконов. Чуть ближе слышались разговоры и смех собравшейся у кого-то компании. Обычно Айс предпочитал уединение, однако сегодня инициатива закрыться ото всех принадлежала Рэндому. Сдвинув остальных личностей в сторону, он стоял у компьютера. Монитор демонстрировал подключение к земному интернету. Никто не мог услышать, как мех рассуждает вслух: — В первую же встречу я заметил, что в нём что-то есть. Я ещё подумал: а в танце он каков? Ломал процессор, как бы остаться с ним наедине. Удачно мы тогда столкнулись... Он набрал запрос. Нажал «Ввод». Просмотрел выдачу. Пришлось несколько раз перефразировать запрос, применяя выражения белковых, чтобы получить нужный результат. Открыв сразу несколько сайтов, кон принялся изучать их, продолжая монолог. — Если так подумать, я впервые интересуюсь подобным. На базе приятных фем... да хоть мехов, какая разница — по пальцам культи пересчитать можно. Шум от компании неподалёку резко усилился. Хот недовольно глянул поверх монитора в стену, раздумывая, не утихомирить ли расшумевшихся известными методами. Вернул взгляд на страницу, заполненную незнакомыми символами. Чаще всего к интернету белковых подсоединялся Рэндом, реже — Айс, Хота содержание сети интересовало мало, и разбираться в их алфавите он не видел смысла, но изображение с двумя белковыми наводило на догадки. — Я вот чего не пойму... — агрессор наноклик молчал, формулируя вопрос. — Почему тебе так приглянулся жук? — Ты что, проспал предыдущие встречи? Ладный корпус. Хорошенький фейс. Весёлый. Двигается здорово. Разве этого мало? — Рэндом забрал контроль и некоторое время сосредоточенно сканировал текст на мониторе. — Слушай, я хочу снова увидеть его. Поддержишь меня, на всякий случай, чтобы Айси не мешал? — Я, вообще-то, здесь, — сухо напомнило хладнокровие, скептически рассматривая сайт. Перевёл взгляд на стену — судя по шуму, посиделки неподалёку грозили перейти в настоящий дебош. — Делай, что хочешь. Ответственность выбора места взял Рэндом. Они встретились далеко от цивилизации, в лесу, заваленном сплошным сугробом свежего снега. Человек увяз бы минимум по бёдра, но мехи не испытывали неудобств, по крайней мере, один из них. Когда Блитцвинг вышел из воронки моста, Бамблби уже был на месте. Сложив манипуляторы на нагрудной, он осматривался по сторонам. Услышав, как с хрустом просел снег под чужими шагами, обернулся. Кон расправил плечи и поправил воображаемый галстук. — Привет! — улыбнулся он. — Не успел заскучать? — Я тут всего несколько кликов, — поза и голос бота выдали настороженность. Стараясь поддерживать непринуждённую, почти дружескую атмосферу, Рэндом на ходу вспоминал прочитанное. — В прошлый раз Айси кормил тебя своими рассказами. Твоя очередь. Расскажи что-нибудь интересное. Что ты любишь? В голубой оптике мелькнуло удивление. Происходящее сильно выбивалось из привычного актива. Без особого успеха скрывая растерянность, бот стал перечислять, чем занимает свободные циклы. Описывал захватывающие гонки по ночному мегаполису, насыщенные приключениями и действиями кинокартины и видеоигры. С каждой произнесённой фразой он выглядел всё увереннее. То, о чём он говорил, было его стихией. — Любишь экшн, — заключил потирающий подбородок кон, неотрывно наблюдая за увлёкшимся рассказом миниботом. Вдруг Бамблби прервался на половине предложения и обхватил себя руками. — Бр-р! — он зябко потёр плечи. — Ты этот холодильник наобум выбирал? — А ты замёрз? — Тут холодно. А ещё влажно! Шарниры начинает клинить, — недовольно поёжился бот. — Почему было не выбрать что-нибудь потеплее? — Правда замёрз, что ли? — Рэндом вскинул оптограни и быстро огляделся. — Наноклик! Сейчас исправим. Бамблби не заметил, когда в ладони кона появился снежок. Запущенный с приличной силой шарик врезался в корпус, разлетевшись сверкающими искрами. — Эй! — возмутился гонщик, отряхивая остатки снежка с брони. Блитцвинг подбрасывал в руке второй неизвестно когда слепленный шарик. — Предлагаю устроить безобидный экшн. От второго снежка Бамблби успел увернуться. Сразу после броска кон развернулся и побежал вглубь леса. Минибот нагнулся, быстро сгребая легко слипающийся под теплом солнца снег. — Нападение при нейтральной встрече тебе так просто не пройдёт, — он бросился следом. И через десяток шагов резко остановился — цепь хорошо заметных следов попросту обрывалась. — А вот использовать антигравы — читерство. Разведчик сосредоточился, пытаясь засечь сигнал Блитцвинга. Прибор молчал. — Как, спрашивается, в органическом лесу мог затеряться огромный Десептикон? — пробормотал Бамблби, стараясь отделаться от неприятного липкого ощущения. Он остался в глухом лесу наедине с сумасшедшим, которого сторонятся даже другие Десептиконы. Кон где-то притаился и, возможно, прекрасно видел самого минибота. Это уже походило не на «безобидный экшн», а на охоту, как в тех передачах про белковых существ, которые смотрит Проул. Бамблби повёл плечами, стряхивая иллюзорное ощущение чужого взгляда. С другой стороны, желай кон от него избавиться — давно прикончил бы. Но вместо этого затевает игры. Зачем? Бот медленно двинулся вглубь леса, стараясь ступать осторожно, чтобы снег не так скрипел под ногами. Снег поглощал звуки, создавая обманчивое ощущение полного одиночества. Где-то впереди послышался треск сломанных веток, шуршание свалившегося с них снега. Разведчик смог определить примерное положение источника шума и с азартом сорвался с места, но не бросился прямиком на звуки, а описал широкую дугу. Блитцвинг затеял игру? Отлично! Как продвинутый геймер, Бамблби не собирался уступать в этой игре. Не создавая шума, ему удалось удачно зайти к кону со спины. Минибот сложил ладони рупором. — ЭлитГа-а-ард! От внезапного вопля Блитцвинг подскочил на месте. — Где? Едва повернувшись, Рэндом получил снежком в фейс. — Ах ты скраплет! — вскрикнул он и принялся отплёвываться. Раздался звонкий смех гонщика и быстро удаляющиеся шаги. Активировался Хот, который сразу же погнался за жёлтым пятном, мельтешащим на фоне серых стволов и белого снега. Преследование длилось недолго. Поймав момент, когда Бамблби пробегал под раскидистым деревом, кон пальнул по ветвям, обваливая на голову бота весь снег, что был на кроне. Минибот исчез под сугробом с несколькими обломанными ветками. На мгновение стало тихо. В следующую секунду сугроб зашевелился, из белизны показался Бамблби. Хот глядел, как он неловко барахтается, стараясь выкарабкаться из слишком рыхлого снега, и вдруг расхохотался. — Не знаю, как тебе в этом сугробе, Автобот, но мне точно жарко. Бамблби наконец смог выбраться и теперь дрожал от возмущения. — Напомни-ка, зачем ты это затеял? Чтобы согреться? Так почему я с головой в снегу оказался? И вообще, антигравы, оружие — мы так не договаривались! Я требую реванш! — Да без вопросов, — Блитцвинг нагнулся и широким движением манипуляторов сгрёб гору, которой хватило бы на добротного снеговика. «На Кибертроне ни один Автобот пытался удрать от меня, позорно пуская отработку, — подумал он, глядя на минибота. — А они были побольше этого. А здесь — ни грамма страха. Этим он приглянулся тебе, Рэндом?» Это не было серьёзным боем, однако азарта было не меньше. Устать и запыхаться — вообще трудная задача для роботов, но эти двое успешно справились и теперь усиленно работали кулерами, охлаждая корпусы. Блитцвинг разлёгся прямо на снегу, заложив манипуляторы за голову. Бамблби присел неподалёку, опёршись на выставленные назад руки, и анализировал происходящее. Вернее, пытался. Логические цепи отказывались совмещать «встречу с врагом» и «удовольствие». В противовес непривычно молчащему миниботу, Рэндом, напротив, и не думал замолкать, рассказывая смешные истории из стана Десептиконов и всячески балагуря. Всякий раз, когда ему удавалось развеселить Бамблби, он улыбался, довольный собой. Тема плавно перетекла на фемок. Кон честно высказался о женской составляющей экипажа Немезиса, а затем дополнил речь репликой относительно Автобота, откровенно граничащей с комплиментом. Бамблби старательно сделал вид, что разглядывает пустое серое небо. Медленно кружащие в воздухе снежинки холодили начавшую пылать лицевую. Обшивкой он ощутил весёлый взгляд кона. — Ты точно согрелся? — Блитцвинг сел. — А то могу предложить кое-что лучше обваливания сугробов на голову... Он приглашающе распростёр манипуляторы. Бамблби помотал шлемом и зачем-то подобрал ноги к себе. Кон пожал плечами. «На Кибертроне я знакомился с фемками в перерывах между боями ради коротких забав да раз-два сконнектиться, — вспоминал он, как ни в чём не бывало рассказывая, как однажды решил подшутить над Старскримом. — Обычно мы оказывались на платформе максимум на третьей встрече. С жучком, похоже, будет подольше... Но если я чего-то хочу, то просто беру это. Или добиваюсь и беру. Ботик ведёт себя иначе, чем те лёгкие фемки. Но так даже интереснее!» — Блитцвинг, — вдруг заговорил Бамблби. — Ты много говоришь, но при этом умудряешься не раскрывать ничего конкретно о себе. — С чего ты мной заинтересовался? — отозвался Айс. — Из-за твоего странного поведения! — То, что происходило на предыдущих встречах, не делает нас друзьями. Другой Десептикон давно избавился бы от тебя. — Вот я об этом и говорю. Почему ты себя так ведёшь? — в оптике гонщика светилось спаркское любопытство. Блитцвинг не смог найти логичного ответа. — Если бы не твоя смелость, граничащая с наглостью и безрассудством, думаю, я избавился бы от тебя ещё тогда, в горах, — наконец сказал он. Прозвучало неубедительно. Несмотря на размеры и молодость, минибот был крепким. Крепче, чем он сам когда-то.

***

— Подлетаем. Держась за поручень, Блитцвинг выглянул наружу. Под шаттлом проносилось поле боя, окутанное мутной серой пеленой дыма. Обонятельные и вкусовые сенсоры ощущали едкую горечь, оптика регистрировала плохую видимость. В мареве мутными тенями проносились неясные силуэты, даже с близкого расстояния было трудно разобрать, враг это или союзник. Можно было только строить предположения: большие пятна мутно-фиолетового оттенка — судна Десептиконов, пятна грязно-красного окраса — вражеские корабли, пятна поменьше — отдельные Десептиконы, самые быстрые — сикеры. Блитцвинг оглянулся. В шаттле было восемь мехов, включая его самого. Это будет их первый бой. Многие выглядели взволнованными, но при этом вдохновлёнными. Они сражались за Мегатрона и правое дело Десептиконов. Взгляд остановился на Гасе. Сикер выглядел совершенно спокойным. Он сидел, свесив тонкие длинные руки меж коленей. Крылья были широко разведены и приподняты, говоря о готовности к активным действиям. Почувствовав взгляд, Гас поднял шлем, ухмыльнулся уголком рта. — Не высовывайся. А то подстрелят раньше, чем десантируешься. Или ветром выдует. Через полклика шаттл замедлил движение. Сикер поднялся с сидения и повернулся к остальным. — Вот и наша высадка, зелёные. Постарайтесь не пустить отработку перед Автоботами — стыда потом не оберётесь. Блитцвинг прыгал предпоследним. На наноклик он задержался на краю, вглядываясь в неразборчивые силуэты. Прогнал по вентсистеме воздух, смешанный с дымом. И прыгнул. В лицевую ударил обжигающий воздушный поток. В аудио взревел ветер. Это длилось долгий наноклик, прежде чем детали корпуса стали менять положение, принимая форму самолёта. Разрезая крыльями воздух, Блитцвинг приближался к поверхности, где его ждало боевое крещение. У поверхности завеса была ещё плотнее, тяжёлый горячий дымный воздух с трудом проходил через работающие на пределе кулеры и вместо охлаждения нагревал системы ещё сильнее. Кон разглядел невдалеке несколько силуэтов. Крыльев видно не было, округлые плечи и массивные голени говорили о наличии колёс. Ближайшая из фигур повернулась. В дымке блеснула голубая оптика. Блитцвинг набрал скорость. Автоботы отскочили в разные стороны, один изловчился зацепиться за крыло и взлетел вместе с ним. Кон взмыл круто вверх, несколько раз быстро повернулся вдоль оси, но непрошеный пассажир крепко обхватил носовую часть и сцепил ноги под хвостовой, не давая себя сбросить. Его вес тянул вниз. Пригнувшись к самому корпусу самолёта, Автобот достал что-то длинное с острым раздвоённым наконечником. Блитцвинг тут же принял режим робота, за загривок стащил врага и отшвырнул в сторону. Приземлиться спокойно ему не дали. Как только ноги коснулись поверхности, на него налетели сразу двое. Заученным движением он отклонился от атаки одного, ударом под стык брюшной и грудной пластин отбросил второго, отдал оружию приказ прийти в готовность — и увидел наставленный ему в лицевую бластер. Программа самосохранения заставила отпрыгнуть в сторону. Выстрел прошёл мимо. Блитцвинг привычно прицелился. И выстрелил сам. Автобот на наноклик застыл, глядя на него, словно удивился самому факту выстрела, опустил взгляд на свой простреленный чесплейт, неловко пошатнувшись, сделал шаг назад и упал навзничь. Кон застыл, неотрывно глядя на стремительно теряющий цвета корпус. В процессоре давящей на схемы пульсацией вспыхнула констатация: «Я убил». Он никогда не воспринимал фразу «не запрограммирован на это». Теперь он в полной мере понял её значение. Мех, который добрую половину актива провёл на заводе, смог стать неплохим скульптором — но не мог в один клик стать хладнокровным убийцей. В его активе случались конфликты, оканчивающиеся дракой, из большинства он даже выходил победителем. Помятым, но победителем. Но он ни разу не заставлял чужую Искру погаснуть. Примерно в сотне киберметров грохнул взрыв, зарево осветило поле боя. Война предстала перед коном во всей красе. Безжизненные искорёженные корпуса — вперемешку лежали союзники и враги. Некоторые изувечены так, что невозможно понять, какой стороны раньше придерживался формер. Крики раненых, торжествующие кличи побеждающих, стоны умирающих, молчаливый взгляд пустых оптик погибших. Дезактив на расстоянии вытянутого манипулятора. Слух резануло характерное «пиу», плечевой шарнир обожгла боль, правый манипулятор тут же безвольно повис. Перед оптикой всплыло уведомление о неисправности. Автоботы окружили его, словно почувствовавшие страх шарктиконы. Блитцвинг не помнил, чем кончилось сражение. Корпус ломило, будто по нему раза три проехался танк. Блитцвинг пошевелился, пытаясь размять затёкшие и ноющие сочленения. Зашипел сквозь денты. Нет, как минимум, раз пять. — Не двигайся, — послышалось где-то сверху. Негромкий, но твёрдый приказ, пресекающий всякие возражения. — Ты онлайн. Уже хорошо. Блитцвинг нехотя активировал оптику. Монотонный белый потолок. Слепящие лампы. Медотсек. Над ним маячил силуэт. Медик. — Ну ты, конечно, даёшь, — присвистнул медкон. — Ещё утром обещал надрать Автоботам материнские платы, а днём тебя притащили ко мне, хорошо, что не частями. Кто кого драл-то? Блитцвинг тяжело провентилировал. Он всё ещё ощущал привкус дыма. — Я не запрограммирован на это, — он покачал шлемом. Медик резко посерьёзнел и наклонился над фейсом кона. Блитцвинг почти физически ощутил давление его взгляда. — Никто из нас не запрограммирован на это, — голос медкона придавил к платформе сильнее взгляда. — Ты решил сражаться за Мегатрона, а значит, должен приспособиться. Иначе в следующий раз тебя не успеют дотащить до моего стола. А пока можешь поклониться... Гасу, вроде, и меху невысокому. Медик отошёл. — Я залатал повреждения. Блитцвинг незаметно поднял перед фейсом манипулятор — пальцы мелко дрожали. Кон с силой сжал кулак, стараясь унять дрожь, и свесил ноги с платформы, когда медкон протянул ему куб. — Заправься. Ты потерял много энергона, нужно восполнить энергию. Блитцвинг принял куб и оглянулся — в медотсеке кроме них никого не было. Медик отошёл к столу и принялся обрабатывать и убирать инструменты. Блитцвинг бездумно крутил нераспечатанный куб в руках. Системы, отвечающие за принятие топлива, будто намертво слиплись. — Ты всё? — он повернулся и увидел, что кон всё ещё вертел куб. — Ну что ещё? Мех молча протянул манипулятор, возвращая куб. — Дам тебе добрый совет: не спорь со мной,— медик не скрывал раздражение и усталость. — Иначе придётся вливать напрямую, а это, поверь, неприятно, даже если делать аккуратно и неспешно. Я не хочу с тобой возиться, поэтому неспешным не буду. Блитцвинг смиренно выпил залпом содержимое куба. — А теперь иди в отсек, — скомандовал медик. — Отбой объявили полцикла назад. Кон остановился у двери. — Уже отбой? — Да, уже отбой. Ты провалялся у меня дольше, чем был в бою. Иди уже. Блитцвинг не запомнил, как оказался на последней развилке перед своим отсеком. В процессоре беспорядочно роились логически никак не связанные мысли. О решении пойти за Мегатроном, о старой мирной жизни, об Элирен. О запрограммированности на определённое дело. Блитцвинг резко остановился. Среди всего мыслительного хаоса родилась оформленная идея. Кон развернулся и зашагал к другому отсеку. Скоро он стоял у двери отсека Арахнии. Пару кликов прислушивался к происходящему за дверью. Было тихо. Похоже, фем была офлайн. Однако только мех хотел уйти, как из-за двери донёсся голос: — Кто там? Голос не был сонным. Блитцвинг назвался. Дверь открылась. — Уже вырвался от медика? И даже ходишь сам? Честно говоря, когда я увидела, в каком состоянии тебя принесли, думала, ты не покажешься раньше завтрашнего полудня, — она улыбнулась. — Я рада, что ты цел. — Я хотел поговорить, — начал Блитцвинг. — Если, конечно, ты не собираешься на подзарядку. — Конечно, проходи, — Арахния отошла, пропуская кона. Мех сел на платформу. Хозяйка отсека закрыла за ним дверь и присела рядом. Ему не нравилось то, что Арахния откровенно флиртовала с ним, даже после того, как он сказал, что у него есть фем. Однако сейчас она казалась самой подходящей кандидатурой. Другие мехи наверняка не удержатся от издёвок и подколов, а ему хотелось, чтобы его просто послушали. — О чём ты хотел поговорить? — Арахния прервала затянувшееся молчание. — Понимаешь... — Блитцвинг без особого успеха пытался подобрать слова. — Я сегодня впервые убил. В первый момент показалось, что упаду там же, рядом с Автоботом. Возможно, прозвучит странно, но я не запрограммирован на такое, — он подпёр манипуляторами шлем. — Мне ещё не раз придётся убивать... Я не знаю, как выдержу это. Арахния молчала. Блитцвинг чувствовал взгляд четырёх окуляров. Пауза показалась такой долгой, что он подумал, что фем перебирала в процессоре варианты ответа и молчала, потому что среди них не было ни одного без шутки. Он только собрался подняться с платформы, как паучиха подала голос: — Думаю, я смогу тебе помочь. — Как? — кон посмотрел на неё с тенью надежды. Фем встала и подошла к двери, оглянулась с хитрой улыбкой. — У меня. Пойдём. Лаборатория Арахнии располагалась в отдалении от жилого крыла и общедоступных отсеков. Днём коридоры базы были оживлёнными, но сейчас на всём пути им не попалось ни единой живой Искры. Тишину нарушали лишь цоканье каблуков фем и его собственные шаги, гулко отдающиеся по пустым коридорам. Блитцвинг глядел на узкую спину паучихи, идущей впереди, на покачивающиеся в такт шагам антенны над плечами, на стройные бёдра. Быстро перевёл взгляд на чёрный шлем. Ещё раз вернулся к мысли, которая заставила его прийти к Арахнии поздно вечером. То была смутная надежда, что она, как учёный, может помочь ему, но он не ожидал, что она сама так быстро предложит помощь. У двери Арахния обернулась, заметила выражение лицевой меха и улыбнулась. — Я помогу тебе. Переступив порог лаборатории, мех огляделся, словно впервые оказался здесь. Фем заперла дверь изнутри и приглашающе кивнула на широкую платформу. — Прошу. — Сначала скажи, что ты собралась делать. — Ты жаловался, что тебе в бою мешают эмоции. Я не раз проводила опыты над механическими существами, разбирала их на мельчайшие составляющие. Я разбираюсь в механизмах корпусов не хуже медиков. Центральный процессор — сложное устройство, но и его конфигурацию можно изменить, — она похлопала ладонью по платформе. — Я знаю, что делаю. Опустившись на платформу, Блитцвинг наблюдал за Арахнией. Фем выудила из ящика стола хитроумный прибор с десятком тонких щупальцев проводов и задумчиво перебрала несколько проводков. — Я выключу тебя ненадолго. Мех скосил оптику на Арахнию, которая принялась колдовать над панелью рядом с платформой. — Это необходимо? — с сомнением уточнил он. Тонкие пальцы прекратили летать над клавиатурой. — Если ты останешься онлайн, вмешательство может быть болезненным, и я не смогу сделать всё как надо. Фем подошла к платформе и быстрыми привычными движениями подключила пару проводов, проведя их между сегментами шлема. — Не волнуйся, ты ничего от себя не потеряешь, — обе пары окуляров лукаво сузились. Кона охватило смутное предчувствие. Процессор на долю наноклика прорезал неприятный механический писк. Картинка перед оптикой подёрнулась помехами. Блитцвинг вылетел в офлайн.