Потерянный разум

Итан Уинтерс опустил правую ладонь и аккуратно, стараясь не разбудить, погладил дочь по голове. Тихое умеренное дыхание ребёнка радовало отца. Он долго наблюдал за сном Розы, сидя на стуле рядом. Ему казалось, что весь мир вокруг остановил движение; словно барьер возник вокруг них, не пропуская суровую реальность внутрь. Итан чувствовал, как тепло медленно, но верно разливалось в груди. Он не заслужил подобное спокойствие, но плевать. Пусть и так, но он нуждался в нём и не собирался отпускать. Никаких угрызений совести, никакого страха, только спокойствие и тепло — это всё, в чём он нуждался в тот момент. — Как же она прекрасна, — вздохнул Итан, продолжая смотреть на дочь. Он представил себе, какой она вырастет, какой прекрасной и доброй девушкой станет. Ему нравилось фантазировать об этом с тех пор, как они покинули деревню. Было сложно объяснить, да и никто не спрашивал, но вся эта резко наступившая стабильность напрягала его. Итан был словно солдат, что вернулся к мирной жизни после войны в Афганистане. Всюду, даже в душе, мерещилась опасность. Только в эти моменты наедине с Розой он забывал обо всех страхах. Жизнь напоминала дуло пистолета, приставленного к вискам. Нажать на спусковой крючок — и пуля вышибет мозги; и тогда он снова всё потеряет, только в этот раз навсегда. — Сколько ещё ты будешь сидеть, милый? — вошла в комнату Миа. — Неужели боишься, что она вдруг исчезнет, если оставить её одну хоть на пять минут? — Тише, а то ещё разбудишь. — Итан подошёл к жене и чмокнул в щёку. — Тогда пошли уже скорее на кухню, — и, похлопав его легонько по щеке, она покинула комнату. В последний раз взглянув на дочь, Итан покинул детскую и направился к Мие. Обняв девушку, стоявшую у плиты, он с улыбкой наблюдал за тем, как она готовила омлет с овощами. — Омлет? Серьёзно? И ради этого меня отвлекли от важных дел? — он, упираясь подбородком в плечо жены, повернул к ней лицо. — Во-первых, ты просто смотрел, как Роза спала. Во-вторых, нет, не ради этого — омлет только для меня, — обернувшись, она щёлкнула его по лбу. Потерев лоб, Итан сел за дубовый стол. Он не покупал этот стол и тем более не видел чек о его покупке, но был уверен, что его сделали из дуба. Поглаживая поверхность стола, молодой человек, не зная зачем, вспомнил, что жёлуди некоторых видов дуба в измельчённом виде используются для приготовления напитка, похожего на кофе. Подобный кофе Итан никогда не пробовал, но хотелось бы узнать, каков он на вкус. Когда Миа села за стол перед ним с омлетом, она накрыла его левую ладонь своей и, глубоко вздохнув, спросила: — С тобой всё в порядке? В последние дни ты сам не свой. Расскажи мне, что творится в твоей голове, — прожигала его взглядом она. — О чём ты? Со мной в порядке. Просто думаю о том, как работать дальше. — Итан вновь улыбнулся, разглядывая поверхность стола. — Не волнуйся. Крис уже сказал, что тебе сделают протез, и ты снова сможешь вернуться к своим системам. — Миа нежно погладила его ладонь, а взгляд стал мягким, даря тепло. — Не знаю, может из этого ничего не выйдет. Кто захочет нанять такого? — Тебя обязательно наймут. Я знаю это. Ну а пока ты побудешь мамочкой вместо меня. — Приподнявшись, она поцеловала его в щёку и принялась за омлет. Солнце освещало гостиную светлой квартиры на Кавилир Авеню. Крис, попивая кофе, сидел на диване перед телевизором и слушал, как Такер Карлсон рассуждал с чьей-то матерью об обучении детей расовой теории. Ничего нового он не увидел: люди продолжают сходить с ума из-за цвета кожи, учат ненавидеть свою страну и самого себя. Его это мало касалось. С таким же успехом он мог смотреть старые комедии тридцатых. Все мысли Криса занимал человек, которого он не так давно вытащил из румынской деревни. Пытаясь разглядеть свое отражение в темной жидкости, он снова вспоминал их столкновение в халупе на территории водяного уродца. Он видел перед собой эти глаза, полные ненависти и боли, ведь тот считал, что Крис убил его жену. Как ему хотелось всё объяснить Итану, сказать, что та женщина не была Мией! Но, конечно же, он не успел: на них напал очередной монстр. Редфилд хотел позвонить Итану, узнать, как у него всё проходит, как он справляется со всеми этими трудностями, но каждый раз ограничивался разговорами с Мией. Вернувшись к просмотру телевизора, он заметил, что там уже сменился диктор и тема разговора. Слушать не стал — сразу выключил экран. Всё казалось бессмысленным. Хотелось просто растворится в воздухе, подобно сигаретному дыму. Стоило ему вспомнить о сигаретах, как в горле засаднило, напоминая, что он не курил уже больше 24-х часов. Крис даже не заметил, как инстинктивно зажёг сигарету и протянул её к губам. Сделав глубокую затяжку, он выдохнул дым и наблюдал за тем, как тот растворяется. Затянулся ещё раз и ещё, пока не выкурил всю сигарету. В голове был такой же туман, как перед глазами. Мужчина пытался разглядеть свои мысли, но ничего не выходило. Он разве что понимал, что все они были об Итане Уинтерсе.