Избалованные детки

Вещей мы с собой решили много не брать. Всего лишь неделя, но зато вдали от нашего привычного круга общения. Все было собрано буквально за полчаса. Мы решили никому не говорить, куда мы отправились, потому что заранее знали, чем это все закончится. Буквально на следующий же день уже все бы собрались возле ворот нашего загородного дома, чтобы устроить очередную вечеринку, посвященную первой сдаче всех тестов. Мне не хотелось праздновать, потому что по сути дела и отмечать было нечего. В голове был жуткий хаос, и я не понимала, как со всем этим мне еще предстоит справиться. Я никогда не думала, что внутри меня будет что-то надрываться, словно принимая иные формы. Я знаю, что это не любовь, да, и в принципе это невозможно. Но что-то заставляет меня смотреть на него совершенно иными глазами. Каждое его прикосновение пробуждает во мне невероятный водоворот эмоций, а каждая ночь, проведенная в одной вместе с ним постели, создает иллюзию некой семейной идиллии, о которой мы с Томом в принципе никогда не знали, и возможно даже не задумывались. Каждый из нас с самого детства был лишен возможности проводить выходные дни в кругу семьи, собираясь все вместе за утренним завтраком, чтобы просто поговорить. Чаще всего мне приходилось, есть в гордом одиночестве или же в компании гувернанток и прислуги, которые никогда не могли заменить мне мать, не смотря на то, что прилагали для этого максимум усилий. Они старались скрасить своим присутствием подобные дни и вечера. Но чаще всего я либо запиралась у себя в комнате до самого ужина, либо просила нашего водителя отвезти к меня к Тому. Хоть мы и куклы, но даже нам нужен преданный друг, любовник и хозяин. Хоть мы и куклы, но даже нам нужна чья-то любовь. Его праздники были похожи на мои с той лишь разницей, что его мама была редко дома, не потому что ей было плевать на семью и богатенькие любовники были важней всего, а потому что у нее и в правду было много дел, с которыми ей приходилось справляться одной с тех пор, как она развелась с первым мужем. Кажется, Том постарался это забыть. Абсолютно все проблемы легли на ее хрупкие плечи, пока в доме не появился Гордон, заменивший Тому отца, и прививший ему любовь к фотографии, а также игре на гитаре. Об этом знали только единицы. Но, не смотря на все трудности и проблемы, она всегда находила время, чтобы поздравить своего сына и через посыльного передать гору подарков. Множество коробок и свертков. Наверное, он не помнит всего этого, раз и по сей день считает, что его матери плевать. У нее было слишком много картинных выставок и фото галерей. Она была полностью поглощена своим искусством, и возможно не всегда правильно проявляла свою любовь. Но все же Том для нее всегда стоял на первом месте. Я это видела и чувствовала, хотя он мне никогда не верил. Поэтому все свои праздники мы проводили вдвоем, и засыпали в одной кровати. Кажется, именно оттуда и пошла эта привычка спать вместе. Но с годами она стала более откровенной и интимной. Вместо поцелуев в щеку начались ласки и прикосновения. Вместо простого «спокойной ночи», откровенные намеки и «грязные» предложения. Мне всегда нравилось ощущать его так близко, хотя где-то внутри хотелось еще больше и ближе. Хотелось так, как не могли с ним не другие. Нет, и речь идет не о сексе, а о чем-то другом. О чем-то на уровне эмоций и ощущений. Pазряды тока в 220 и дрожь по венам все быстрей, возможно это зовется любовью. И я, пожалуй, ничего бы не изменила в наших отношениях. Мне слишком важна наша с ним близость, хоть и остальным она кажется, порой странной на грани пошлости и разврата. Еще одна ретроспектива провокационной съемки. Я даже не успела попрощаться с Биллом, по правде говоря, я решила ему просто не рассказывать, что так просто сбегаю, оставляя его наедине со своими проблемами. Каждый из нас должен сам решить для себя, что именно ему нужно, и в данном случае я Биллу не помощник. Мне бы разобраться со своей собственной жизнью, приведя ее в порядок. У меня просто не хватило смелости признаться ему в том, что надеется ему, собственно говоря, не на что. Нам не суждено стать голливудской парочкой, по утрам прогуливающейся по побережью Сан-Франциско или Майями и завтракающей у «Tiffany’s», или заказывающей себе кофе в «Starbucks». Мы никогда не будем с ним на одном жизненном пути. Это всего лишь перекресток, на котором наши дороги сошлись, но большего я с ним и не планирую. Он сам нарисовал себе в голове идеальное продолжение событий. Он придумал себе то, чего просто не может быть. Мы слишком полярно-разные, чтобы в итоге быть вдвоем. Он сам решил стать, режиссером нового кино, забыв, что он всего лишь пешка. Я захлопнула дверцу машины, усаживаясь на пассажирское сидение рядом с Томом. С самого утра мы с ним даже не разговаривали, и мне казалось, что своим предложением я навсегда изменила привычный ход вещей. Я никогда не умела вовремя заткнуться и держать рот закрытым. Я всегда говорила вещи, не подумав о последствиях. Кажется, из-за этого у меня было так много проблем. Меньше всего мне хотелось, чтобы между нами вновь образовалась пропасть, избавиться от которой, будет уже не так-то просто, как в прошлый раз. Он устало, положил голову на руль, тяжело, вздыхая. Сейчас мне казалось, что он что-то обдумывает и не знает, как именно ему следует поступить. Я знаю, что он, так же как и я боится, что мы в какой-то момент сорвемся с тормозов, и нас будет уже не остановить. У нас одни и те же страхи, но мы не привыкли говорить о них вслух. Мне хотелось что-то сказать, вроде бы надо было, но я не могла подобрать слов. Я не знала, как мне себя вести. Это ведь я не сдержалась. Это ведь я захотела убежать с ним, заведомо зная, что, таким образом, мы все ближе становимся к тому, чтобы пересечь эту чертову границу. Наверное, если бы на нашем месте была влюбленная парочка, то девушка бы обязательно взяла парня за руку, притягивая его к себе. Она бы нежно целовала его губы, обвивая руки вокруг его шеи. Но мы не пара и даже не влюблены друг в друга. Мы слишком далеки от любовных идеалов. Я все же положила свою руку ему на плечо, привлекая к себе внимание. Он выглядит как-то слишком уставшим и напряженным. Кажется, он также как и я, этой ночью не смог сомкнуть глаз. - В чем дело? - Ты точно уверена, что хочешь этого? - Чего этого? - Нас с тобой. Нас вместе, нас рядом, наедине друг с другом. - Том, мы едем просто отдохнуть. - Крис, ты знаешь, что я имею в виду, и тебе это известно лучше, чем мне. Ты хочешь этого? Не будешь ли ты, потом жалеть об этой поездке? - Я не привыкла ни о чем жалеть. – Как всегда самоуверенный тон и надменная усмешка, словно я правлю этим баллом. Кажется, корона и престол мне явно впору. - А как же Марк? - Том, я не люблю касаться этой темы. Чего ты вдруг прицепился к этому Марку? Я давно про него забыла, а ты вновь поднимаешь эту тему на поверхность. Что он тебя так волнует? - Зачем ты тогда поехала к нему? Что ты хотела доказать? То, что ты взрослая и способна прыгнуть в постель к старшекласснику? Чего ты этим хотела добиться, Кристин? Я до сих пор не могу понять. - Я просто хотела доказать тебе, что могу обойтись и без тебя. – Я говорила практически шепотом, надеясь, что он меня не услышит. - Это того стоило, Крис? - Да, какая теперь уже разница? - Все ведь могло быть иначе. - Том, да, о чем ты говоришь? Что могло быть иначе? Что именно? Я бы не поехала в тот день к этому Марку, он бы не трахнул меня, и что дальше? Он бы не стал моим первым, положившим начало последующему далее секс безумию. Не трахнул бы он, это бы сделал кто-нибудь другой. Я просто не вижу разницы и уж тем более смысла в этом разговоре именно сейчас. Что было бы иначе, Том. Что? Не произошло бы это в тот день, произошло бы чуть позже. Так какая разница? - Я не знаю, Кристин. Правда, не знаю. Все должно было быть иначе. Уж точно не с ним. - Том, это всего лишь секс, и он не обязательно должен быть по любви. Тебе это очень хорошо известно. Тебе хочется секса, ты находишь себе девушку и трахаешься с ней, и в такие моменты ты ведь не думаешь о том, интересно, а между нами все же есть любовь, или это все из-за обычных физиологических потребностей твоего тела. Ведь так, Том? Ты ведь не спрашиваешь ее перед тем, как завалить в кровать, а любит ли она тебя, или пока еще рано говорить об этом. Ты просто спишь с ней, а затем выставляешь за дверь. Так чего ты вдруг решил поговорить о том дне. - Тебе ведь было всего тринадцать. - А тебе двенадцать, когда ты впервые переспал с девушкой, и что? В чем проблема, Томми? Или ты хочешь сказать, что это совсем другое, потому что ты парень? Со мной эта чушь не пройдет. - Просто мне кажется, что все было бы иначе, если бы…. – Том замолчал, вставляя ключ в замок зажигания. - Если бы что, Том? - Забудь, Кристин. Я просто не выспался и несу всякий бред с утра пораньше. Считай, что этого разговора никогда не было и прости, что вновь напомнил тебе о том гребанном Марке. - Я кстати после того случая около месяца его не видела в школе. - Да, он ведь попал в больницу. – В его голосе появилась какая-то издевка, и я схватила его за запястье, заставляя посмотреть мне в глаза. - Скажи, что это не из-за тебя он там оказался. - Почему обязательно я должен быть в этом замешен? - Просто скажи мне, Том, что это он не из-за тебя оказался в госпитале с парой сломанных ребер. - Ему было девятнадцать, а мне тринадцать. Думаешь, я бы смог с ним хоть что-нибудь сделать? Он быстрее бы мне переломал ребра и стер бы меня в порошок. - Том,… я,… прости. Просто я вдруг подумала, о том, что ты мог быть к этому причастен. Ну, я и дура. – Я вдруг усмехнулась, представляя себе, как он бы избивал того парня. Бой явно был бы неравным. - Я попросил друзей отца «поговорить» с ним. - Твою мать, Каулитц. Да, в чем твоя проблема? – Я ударила кулаками по приборной панели, матерясь. Мне хотелось вцепиться ногтями в его лицо, оставляя кровавые царапины. Мне хотелось целовать его губы, пока мне бы не стало плохо от осознания происходящего. – О чем ты вообще думал, когда просил об этом отца? Если ты вообще думал на тот момент. - Он трахал тебя. – Я уставилась на него, не понимая, что с ним происходит. - Если ты не помнишь, то я сама пошла к нему. - Да, и он воспользовался тобой. - Господи, да, ты говоришь так, словно он изнасиловал меня. - Тогда почему ты жалеешь? - Потому что сделала это лишь назло тебе. Доволен? Как ты вообще мог подослать к нему дружков своего отца? О чем ты вообще думал? - О тебе. – Мне хотелось прижать его к себе, потому что я знаю, зачем он это сделал, и что им руководило в тот момент. Он, кажется, так и не забыл, как я прорыдала полночи после, сожалея о том, что вообще связалась с тем парнем. Никто бы другой не сделал этого для меня. - Все прекращай, Том. Поехали уже. Иначе мне кажется, что мы отсюда никогда не выберемся. - Прости, я не должен был этого делать, но тогда мне показалось, что он причинил тебе боль, не смотря на то, что ты осознанно согласилась переспать с ним. - Том, прошло уже шесть лет, и мне кажется, что вспоминать об этом нет никакого смысла. - Ты права. Я вообще не понимаю, с чего это вдруг я вспомнил этого кретина. Но я не жалею о том, что так поступил. Я бы сделал это снова, потому что ради тебя я готов и не на такие поступки. Он получил то, что по-настоящему заслужил. Ублюдок. – Я улыбнулась, целуя его в щеку. Он опустил глаза, вдавливая педаль газа в пол. – Запомни, если понадобится, я поступлю так снова, и меня ничто не остановит. - Я знаю, Том. Я знаю, что ради меня ты готов на многое. – Он ничего не ответил, трогаясь с места. Мне больше нечего было ему сказать, и возвращаться к этой теме я совершенно не хотела. Я положила голову на стекло, прикрывая глаза. Мне хотелось проспать все это время, пока мы будем ехать до нашего загородного домика. - Все было бы иначе, если бы твой первый раз был со мной. – Я ничего ему не ответила, лишь вздохнула, кусая от досады губы, стараясь не выдать своего состояния и рвущийся наружу всхлип. Все было бы иначе, если бы мы были вместе. В моей руке оказался, кажется, уже пятый бокал с каким-то разноцветным коктейлем, а рядом со мной на диване сидел юноша, имени которого я так и не запомнила. Как мы тут с Томом оказались мне тоже непонятно. Кажется, мы собирались в город за продуктами, но в итоге оказались в огромном загородном доме, где проводилась шумная вечеринка. Абсолютно все были детьми конгрессменов и просто влиятельных людей. Это наша стихия, в которой мы ощущаем себя очень комфортно. Пьяная речь парня была больше похожа на бессвязный лепет младенца. Его руки нахально блуждали по моему бедру, старательно пытаясь заползти под подол юбки. Я лишь довольно смеялась, то и дело, задевая ладонью его пах, надавливая ноготком на молнию. - Мм, ты сводишь меня с ума. – Он прижался губами к моей мочке уха, засасывая ее между губами, и щекоча своим дыханием. Я облизала губы, слизывая с них остатки коктейля. - Здесь есть свободные комнаты? – Как-то на автомате спросила я. Кажется, это уже стало моей привычкой после подобных вечеринок оказываться с кем-нибудь в постели. - Не любишь болтать попусту, и сразу приступаешь к десерту? - Да. Никаких прелюдий. - Видимо, не зря сегодня приехал сюда. - Наверное. Ну, так есть комната? - Да. Я знаю этот дом как свои пять пальцев. - Не раз тут бывал? - Еще бы. Это вечеринка моего брата. - Отлично. Показывай, что у вас где. - Люблю таких страстных и нетерпеливых как ты. – Мы поднялись с дивана, направляясь в сторону веранды. Я осмотрела комнату, стараясь в толпе найти Тома. Скорее всего, он уже нашел себе какую-нибудь грудастую куклу, готовую абсолютно на все. Нашел кого-нибудь, вроде меня. Мы поднялись по винтовой лестнице наверх, оказываясь напротив двери. Толчком ноги он открыл ее, заводя меня внутрь. Кровать была просто королевских размеров, застланная моим любимым черным шелковым бельем. В моей руке был зажат бокал, который я практически осушила. Я села на кровати, откидывая волосы назад и обнажая вырез моего декольте. Он сглотнул, и я заметила, как опустился его кадык. У него были голубые глаза, смуглая кожа и темные, словно смоль волосы. Он подошел к кровати и толкнул меня пальцем в грудь, заставляя упасть на кровать. Я притянула его еще ближе, двигая своими бедрами так, чтобы задевать пряжку его ремня и возбужденную плоть. С его губ сорвался хриплый стон, и я довольно ухмыльнулась, расстегивая ремень, а затем и непослушную молнию. Сейчас мне не хотелось ничего, кроме его члена внутри своего тела. Я закусила губу, стискивая с него узкие джинсы. Он мне напоминал Билла, с той лишь разницей, что этому не нужна любовь. Он сорвал с меня юбку, а затем и блузку, кидая мои вещи на пол. Я смотрела ему в глаза, отмечая про себя, что они были абсолютно пустыми и стеклянными, скорее всего после достаточной порции алкоголя, а так же разноцветных таблеток. Он потянулся к тумбочке, доставая оттуда упаковку с презервативами. Я захватила уголок зубами, в то время как он потянул за самый край. Легким движением руки я надела на его член презерватив, прикрывая глаза. Однажды мне нужно будет остановиться, но, пожалуй, это произойдет не сегодня. Я вновь откинулась назад, разводя ноги в сторону. Он покрывал поцелуями мое тело, сползая все ниже и ниже. Я запрокинула голову назад, когда его влажный язык коснулся внутренней части моих бедер, а затем поднялся чуть выше. Я запустила пальцы в его короткие волосы, наслаждаясь невероятными ощущениями. Я стонала и извивалась, комкая пальцами простынь. Он приподнялся на локтях, ухмыляясь. - Я знал, что тебе понравится. – Он лег на меня сверху, запрокидывая мою ногу на свое плечо. Он медленно вошел в меня, тут же начиная двигаться. Мое тело было покрыто каплями пота, скользящими вниз по моей груди. Он опустил мою ногу, наклоняясь к моей шее, и кусая кожу зубами. Я провела ногтями по его спине, наслаждаясь нашей временной близостью. Дверь в спальню резко распахнулась, и на пороге появился Том. А в этом моменте нажать нужно «стоп», чтоб вырезать ненужный кадр. - Мы уходим. – Том говорил абсолютно спокойным тоном, что в такие моменты пугало меня еще сильней. Только я знала, насколько сильно он на самом деле зол. - Но, мы еще не закончили с…. - С Крисом. Меня зовут Крис, если ты забыла. - Да, так вот мы еще не закончили с Крисом. - А мне похуй, принцесса. Мы уходим, сейчас. И если я сказал, сейчас, это означает сейчас. - Томми, но мне надо кончить. – Я пьяно засмеялась, двигая своими бедрами, чтобы ощущать его внутри своего тела. - Кристин Шульц, ты немедленно вылезаешь из-под своего нового знакомого, и мы уходим. - Слушай, парень, она вроде бы сказала, что мы еще не закончили. - А вот твое мнение тут совершенно никому не интересно. – Том подошел к нам, стаскивая его с меня. Я лежала на кровати, не желая даже прикрываться. Том дернул меня за руку, заставляя взглянуть на него. – Как же я тебя ненавижу сейчас, Крис. Если бы ты только знала, как я тебя ненавижу. Ты хочешь остаться с ним? Ну, тогда надеюсь, что он хотя бы вызовет тебе на утро такси и тебе не придется добираться до нашего дома пешком. Ты как была шлюхой, так ею и останешься. Твоя мать была права, что ты даже день не можешь продержаться, чтобы не раздвинуть свои ноги. Чао. – Он развернулся и ушел, хлопнув дверью. Мне хотелось кричать, что меня это не волнует и мне абсолютно плевать, чего он там хочет от меня, но что-то внутри твердило, что если я не пойду сейчас следом за ним, то я потеряю его навсегда. Крис лежал рядом со мной, стараясь восстановить свое дыхание. - Я знал, что такая девушка не может быть одна. - Ты о чем? - Я о твоем парне, который только что выбежал отсюда. - Мы не вместе, мы просто друзья, вроде как брат и сестра. - Ну-ну, охотно верю. - Я, пожалуй, пойду, иначе следующего разговора с ним уже может и не быть. - Иди. Вот так всегда стоит найти шикарную девушку, и что-нибудь обязательно пойдет не так. – Я ничего не ответила, лишь начала одеваться, стараясь как можно быстрее застегнуть все пуговицы и заправить блузку в юбку. - Прощай, было приятно познакомиться. - Мне тоже. - Заходи как-нибудь еще. Я тут буду еще около месяца, вдруг будет одиноко. - Не думаю. – Я выскочила за дверь, спускаясь вниз. Сквозь окно я видела Тома, подходящего к воротам. Я пробралась сквозь толпу и выбежала на улицу, стараясь не упасть на своих огромных шпильках. Я должна остановить его, чтобы не потерять. Еще одна соната потерянной души. - Том, постой. – Он обернулся, останавливаясь возле дверей своей машины. Я встала напротив него, стараясь отдышаться. - Господи, Кристин. Ты можешь хотя бы один день не раздвигать свои ноги? Кажется, что эта миссия для тебя просто невыполнима. - Том, не надо отчитывать меня. В конце концов, мы не влюбленная парочка, которая будет выяснять отношения из-за этого. - А что если бы мне хотелось этого? - Чего? - Чтоб мы были влюбленной парочкой, ругающейся из-за измен и разных пустяков. - Том, ты явно выпил лишнего. – Он толкнул меня к машине, вжимаясь в мое тело своим. - Не играй со мной, детка, иначе обожжешься. – Я сглотнула, наблюдая за тем, как его зрачки расширяются. - Том, прекрати. - Я хочу этого Кристин, неужели ты не видишь и не понимаешь? Я хочу тебя именно сейчас. Хочу, потому что потом мы забудем, и больше не вернемся к этой теме. Хочу сейчас, потому что в другой раз я не решусь сказать об этом или попросить. Потом я буду жалеть, что не смог сделать тебя своей, не смог овладеть тобой, твоей душой. Понимаешь, Кристин? – Он придвинулся чуть ближе, наклоняясь к моим губам. – Прости, Кристин, я не сдержал обещание. Я обещал, что мы не сорвемся, но кажется, что в нашем случае это совершенно невозможно. - Кажется, мы сходим с ума. Я не могу, Том. Все эти годы мы были друзьями, так ради чего разрушать это сейчас? - Ради желания. - Простого желания развлечься? - Простого желания быть счастливыми. Этого недостаточно? Что мне тебе тогда предложить. Что, Крис? Скажи мне. - Я не знаю, Том. Давай, забудем. Ты ведь знаешь, что когда мы пьяны это всегда заканчивается чем-то нехорошим. - Ты не хочешь этого? Ты не хочешь меня? Если ты скажешь мне сейчас, что ты никогда меня прежде не желала, то я закрою этот разговор, и мы больше к нему не вернемся. Ты просто ответь мне честно. Ты ловила себя на мысли, что мы могли быть вместе? Ты когда-нибудь представляла себе нас в постели, занимающихся любовью на черных простынях под ненавязчивые ритмы? Ты никогда не представляла, а какого это, когда твой лучший друг вторгается в твое тело, заранее зная, как двигаться, чтобы доставить тебе максимум удовольствия? Ты когда-нибудь хотела, чтобы тебя трахал именно я? - Это «грязный» прием, Том. - Не уходи от ответа, Кристин. - Том, это все ни к чему. Ты сейчас затеял разговор, который не приведет нас к добру. - И все же? Ты когда-нибудь хотела меня? Хотя бы раз ты ловила себя на мысли, что я возбуждаю тебя, и ты видишь во мне не только лучшего друга или брата, но также и любовника. - Да. Меня это и пугает, Том. Я никогда прежде не желала тебя, потому что считала это неправильным, вернее не так. Я знала, что это навсегда изменит наши отношения, а этого мне хотелось, по правде говоря, меньше всего. - Но я ведь не уйду. - Уйдешь, как и все другие, наутро покидавшие мою постель и квартиру. - Но я не они. - Ты такой же избалованный циник. - А ты высокомерная сука. Разве мы не идеальная пара. Тебе так не кажется? - Я не могу, Том. - Можешь, а главное хочешь. Всего один поцелуй. Всего один, и если ты захочешь, то мы потом о нем забудем. - У тебя все слишком просто. - А ты привыкла все усложнять. Мы созданы друг для друга, я же говорю тебе. Ну, так позволишь? - Да. – Выдохнула я, сокращая расстояние между нами. Я накрыла его губы своими, облизывая их языком и слегка покусывая. Я знаю, что мы оба пьяны, и на завтра будем жалеть о том, что вообще согласились на это. Но разве не лучше сделать это сейчас, чем потом никогда на это не решиться. Он терзал мои губы, вторгаясь языком в горячую влагу моего рта. Я не смогла сдержать стона наслаждения, когда ощутила, как внутри меня оживают бабочки. Этот поцелуй был еще ярче, чем в первый раз. Я улыбнулась во время поцелуя, исследуя его рот, и проводя языком по нижнему ряду зубов, а затем и небу. Он положил свои руки мне на талию, а я своими руками обвила его шею. Мои колени дрожали, а с ресниц срывались слезы. Я не знаю, почему вдруг разрыдалась в момент нашего поцелуя, но я не могла контролировать свои эмоции. Он чуть крепче сжал меня в своих объятиях, вторгаясь как можно глубже в мой рот. Мне казалось, что все вокруг нас исчезло, становясь лишь жалкой проекцией. Пожалуйста, остановите кто-нибудь часы, запечатлев момент в мгновении. Я знаю, что это просто иллюзия, но я не позволю ей сгореть до наступления рассвета. Мы умеем жить так, чтобы вчерашняя сказка стала вдруг былью. Мы умеем жить так, чтобы стало больнее. Аминь.