моя атлантида

***

      Максим резко вскакивает с кровати, спросонья чуть не падая на пол. Хватает в руки телефон и смотрит на время — 02:32. И чего он вскочил посреди ночи? Парень зажмурился, пытаясь вспомнить хоть какие-то отрывки из своего сна, но тщетно: перед глазами лишь темнота. Загайский вздыхает и, не выпуская телефон из рук, плетётся на кухню, чтобы попить воды. Наполнив стакан, Макс берёт его в руки и решает проверить уведомления. Серёжа Я запутался, Макс Спасай

Макс Серёж, извини Выбирайся сам

Нажав на самолётик и дождавшись полной отправки сообщения, Максим тут же выключил телефон и бросил его на столешницу. Гаджет прокатился до середины и остановился. Где-то за стенкой заворочался недовольный Артём. И что Серёже нужно от Максима? Почему именно сейчас? Где он был раньше? Где его хвалёная девушка? Максим решает отпить воды, но замирает на полпути: а что, если Серёже нужна его помощь? Парень отставляет стакан в сторону так резко, что несколько капель воды вылетают на поверхность стола, после чего хватает телефон и вновь открывает диалог. «Прочитано». «Был в сети минуту назад». Прочитал. И не ответил. Макс бросает телефон обратно, не сильно беспокоясь за его состояние. Если бы нуждался, то, наверное, сделал бы ещё одну попытку попросить о помощи. Ведь так? Максим задаёт вопросы сам себе, будто бы надеется, что где-то внутри найдётся ответ. Зря. Максим злится на самого себя. Они провели с Артёмом прекрасную ночь, Артём признался ему в любви, и, кажется, Макс должен быть счастлив. Ему же парень нравится. Сильно нравится. Он красивый, умный и невероятно горячий. Артём Максима любит, и Максиму нужно брать с него пример. Артём заслужил любви. А Макс заслужил лишь быть главным мудаком. — Макс, всё хорошо? — парень еле заметно дёргается, услышав встревоженный зов Артёма, — Ты в порядке? — В абсолютном, — Макс поворачивается к парню и широко улыбается, пытаясь убедить и себя и Артёма в том, что всё хорошо. Артём ему не верит. — Поэтому ты встал посреди ночи и уже минут десять прожигаешь взглядом собственный телефон? — интересуется Гаус, складывая руки на груди. Макс смотрит на парня и любуется им. Сонный, растрёпанный и недовольный, — самый настоящий домовёнок. Максим испытывает дикое желание подойти, крепко прижать к себе и поцеловать, лишь бы он перестал бурчать.

И кто такой Макс, чтобы отказывать себе в таких желаниях?

И Загайский уже практически исполнил его, но вот Артём, кажется, против такого поворота событий. — Почему? — срывается с уст удивлённого Максима, продолжающего держать лицо Артёма в своих ладонях. Гаус мягко обхватывает запястья Загайского и опускает его руки вниз. — Ты пытаешься сбежать от разговора, — Макс не может не слышать нотки разочарования в голосе Артёма, — Кто тебе писал? Максим врать Артёму не хочет. Да и не может. — Серёжа, — тихо признаётся Макс, опуская взгляд, — Попросил помощи. — Ему нужна помощь? — переспрашивает Артём. — Ничего, что стоило бы внимания, — отмахивается Максим, — И это ничего не значит. — Я верю, — Артём стоит несколько секунд на месте, явно что-то обдумывая, после чего подаётся вперёд и мягко клюёт поникшего Макса в щёку. Максим поднимает голову, выражая полное недоумение. Артём ему улыбается, — Пошли спать, Заяц. Максим расплывается в улыбке и согласно кивает. Артём уходит с кухни, Макс тут же выключает свет и идёт за парнем следом. Про мигающий телефон на столе он моментально забывает.       Серёжа растерянно улыбается. Он уже дома, лежит на кровати прямо в худаке и джинсах. Лежит, не в силах даже раздеться по-человечески. Смотрит в телефон, перечитывая собственное сообщение, отправленное минуты две назад. Кажется, у Максима есть дела поважнее, чем читать Серёжины сообщения посреди ночи. Кто бы сомневался. Серёжа поднялся и присел на угол кровати. Мысли в голове пьяно путались, выцепляя какие-то внезапные воспоминания с Максимом. «- Максим, да вы волшебник, — усмехнулся Шевелев, — За что мне всё это? — Просто, — пожал плечами Загайский, — Ты кажешься хорошим.» Серёжа улыбнулся — тогда его сильно смутил тот факт, что кто-то может так просто говорить ему приятные вещи. Да и сейчас смущает. «—А какие коктейли можете посоветовать? — вежливо интересуется Серёжа у скучающей официантки. Девушка лишь вздыхает, вспоминая навскидку самые популярные и дорогие коктейли: зарабатывать тоже надо. — Ну, могу предложить Бэрберис, — задумчиво отвечает Маша, — водка, барбарис, клюквенный сироп и можжевельник. — А мне плохо не станет? — морщится Шевелев, уже буквально ощущая этот вкус клюквы с можжевельником во рту. — Ну, Макс утащит, если надо будет, — фыркает девушка, — Он своих не бросает. — Вы с ним знакомы? — спрашивает Шевелев и тут же сталкивается с усмехающимся взглядом Маши. — Ну да, было такое дело, — девушка окидывает взглядом Серёжу и вздыхает, — Да ты не ревнуй, мы уже сто лет как расстались. — Нет, ты не так поняла, мы… — начинает отнекиваться Серёжа, но его тут же перебивают. — Прекращай оправдываться, я же вижу, как он на тебя смотрит, — хитро улыбается Маша. — Мы только сегодня познакомились, — делает ещё одну попытку объясниться Серёжа. — А что это меняет? — хмурится девушка, — Ладно, переваривай, я пошла за твоим коктейлем. Выпьешь, расслабишься и всё будет хорошо. Серёжа оседает, пытаясь понять, к чему клонила девушка. Хотя понять было не сложно, но вот осознать куда сложнее. Серёжа поворачивается к сцене и сталкивается с любопытствующим взглядом Максима». Серёжа резко поднимает голову, — откуда это? Почему Серёжа не помнит этого разговора? Неужели, коктейль был настолько шальным, что Шевелев всё напрочь после него забыл? А если он забыл что-то ещё очень важное? И почему его подсознание подкинуло ему этот разговор прямо сейчас? Именно в тот момент, когда Серёжа окончательно запутался? Нет ответа.

***

      Сегодня ребята решили собраться у Шевелева. Ну как решили, — Аня, всё ещё учившаяся в университете, готовилась к сессии и целыми днями не выходила из дома, поэтому квартира Гороха отметалась сразу. Артём свою съёмную квартиру предложить не мог, — кто-то рассказал хозяйке квартиры о том, что помимо Артёма там живёт один «нелегал», поэтому жильё было под особенным присмотром. Квартиру Макса никто даже не предлагал. Ситуацию спас Серёжа, ссылаясь на то, что ему всё равно скучно одному сидеть дома, и пусть ребята тренируются, сколько душе угодно. Артём справедливо отметил, что у Шевелева есть девушка, и ему не должно быть скучно одному, но Шевелев это весьма удачно проигнорировал. С Катей не ладилось, и дело было даже совсем не в ней. Просто сам Серёжа будто бы резко потерял к ней интерес. То, что звалось пылкой влюблённостью, погасло буквально по щелчку, и Серёжа абсолютно не понимал, что это значило. Ведь он был в таких вещах довольно неопытен. А если так и надо? Они вместе уже месяц и запросто могли притереться друг к другу. А вдруг это стадия такая? Серёжа решил просто подождать. Да, трусливо, но зато безопасно. Подождёт, а там либо Катя сама его бросит, либо чувства какие-то вернутся. Да и сегодня Кати с ними нет: девушка внезапно заболела, поэтому все вопросы решались дистанционно или через Серёжу. Нельзя было сказать, что Серёжа сильно расстроился, — что с ней, что без неё, эмоции у парня были примерно одинаковые. Шевелев поднял взгляд на Макса — сидит рядом с Артёмом, слушает какую-то его историю и не отрывает от него взгляда. У них всё хорошо, даже слишком. И кто такой Серёжа, чтобы им мешать? — Серёж, — в его мысли резко врывается Горох, выходящий с кухни, — И как давно ты выпиваешь в одиночестве? Шевелев резко поднимает голову и сталкивается взглядом с Максом. Он хмурится, ему явно что-то не нравится. История Артёма моментально становится неважной. — О, а это уже интересно, — хмыкает Артём, складывая руки на груди. Максим продолжает обеспокоенно смотреть на Серёжу. — С чего ты взял? — наконец реагирует Серёжа. — Да у тебя бутылка вискаря стоит, наполовину пустая, — пожимает плечами другой Серёжа, поедая свой самодельный бутерброд, — Нас ты не приглашал, а Катя не похожа на человека, способного выпить столько алкоголя. У тебя появился ещё какой-то друг, о котором мы не знаем? — И имя ему «алкоголизм», — Артём не может не сдержать едкого тона, хотя где-то глубоко внутри тоже за соседа переживает. Но себе никогда в этом не признается. Максим мягко кладёт руку Артёму на плечо, безмолвно попросив его уняться. — Да чего вы пристали! — вдруг злобно восклицает Серёжа, вскакивает со своего места и улетает на балкон. Максим еле заметно дёргается, но остаётся сидеть под хмурым взглядом Артёма. Горох понимает, что кроме него некому, после чего вздыхает и отправляется следом за Серёжей. — Я ему нужен, — тихо бормочет Загайский себе под нос, — Мы же друзья. — Мне ты тоже нужен, — также тихо отвечает Гаус, обхватывая руку Максима чуть крепче. Макс поджимает губы, но ничего не отвечает.

***

— Серёж, чего ты пришёл? — тяжело вздыхает Шевелев, заприметив Гороха, — Мне кажется, вы уже решили, что я алкоголик. — С чего ты взял? То, что Артём сказал? — Шевелев красноречиво промолчал, — Да забей ты, у него такие вещи непроизвольно вылетают. — Но ведь он прав. Пью тут в одного, никак не развиваюсь, зачем вы со мной вообще дружите? — Дурак ты, Серый, — качает головой Горох, опираясь локтями на подоконник, — Мы дружим с тобой не за что-то, а просто так. Это во-первых. А во-вторых, у всех бывают тяжелые времена. Я же вижу, как вы с Катей в последнее время не ладите. Что-то случилось? — Не знаю, — опускает взгляд Шевелев, — Как-то всё одинаково у нас с ней, скучно. Смотрю и ничего не чувствую. Точнее чувствую, но…. — Будете расставаться? — Не знаю. — А ты… — Горох осекается, качая головой, — Нет, забудь. — Нет уж, говори, — Шевелев хмурится. — Может, твои чувства кому-то другому предназначены? Ну не знаю, кому-то из нашего окружения, допустим. Шевелев, кажется, понял, о ком речь. — О ком ты? Но решил врать самому себе до последнего. — Ладно, давай закроем эту тему, — обоим до жути неловко. Имени никто произнести не решился, поэтому Серёжа решил переключиться, — Ты, кстати, подумал о моём предложении? — Ты про поездку в Гомель? — уточнил Шевелев и тут же получил положительный ответ, — Я… Честно, не знаю. Есть ли смысл? — Ну, как минимум, ты можешь заменить в этой поездке Катю. Она слегла с простудой, и кто знает, выздоровеет ли она к следующей неделе? — Я ведь ничего не знаю, да и вообще… — Шевелев, захлопнись, пожалуйста, — не выдерживает Горох, — А то мы не знаем, кто помогает Кате заниматься нашим продвижением, в самом деле. Плюсом ко всему, я уверен, что ты неплохо импровизируешь, но нам этого не показываешь. — С чего ты взял? — хмурится Шевелев, игнорируя слова, сказанные ранее. — Из тебя постоянно хлещут крутые идеи, мы только и успеваем, что их записывать. Чего только стоит твоя идея с гитарой! — Вы же даже не проверяли её. — Потому что нам нужен ты, — Горох эмоционален как никогда, — Ты придумал эту идею, тебе и воплощать. — Ты приглашаешь меня в вашу команду? — Шевелев не может поверить своим ушам. — Придурок, ты давно в ней, просто сам ещё не понял, — Горох не выдерживает и уходит от этого глупого разговора. Шевелева это не устраивает, поэтому он выскакивает следом. Макс и Артём, до этого молча прожигающие стену, резко разворачиваются на парней. — Ты хочешь, чтобы я играл с вами? Прям на сцене? — удивлённо вопрошает Шевелев, замирая посередине комнаты. Артём тут же поднимает голову. — Ты хочешь что? — Гаус мгновенно вспыхивает. Максим плохо понимает, что происходит, но Максиму определённо не нравится. — Да, — резко отвечает Горох, — Я хочу, чтобы ты играл с нами. Я уверен, что ты отлично импровизируешь, и если тебе немного потренироваться, то сможешь составить конкуренцию всем нам. — Серёж, ты с ума сошёл? — шумно выдыхает Артём, вскакивая с места, — Мы это не обговаривали! — А что обговаривать? — поворачивается Серёжа к Артёму, — Ты в любом случае бы не согласился, а упускать человека из-за твоей личной к нему обиды — глупо! — То есть мои слова вообще не имеют веса здесь? — Артём напряжён, Максим это замечает и пытается как-то успокоить парня, но тот не поддаётся, — Макс, не трогай меня, пожалуйста! — Ты как обычно всё преувеличиваешь, — Горох на пределе, но и Гаус сдаваться не собирается, — Я стараюсь делать как лучше для всей команды, и если ты этого не понимаешь, то это не мои проблемы! — Да ты никогда ко мне не прислушиваешься! Всегда все вопросы решаешь сам, без нашего с Максом участия! С каких пор ты вообще себя лидером возомнил? — Да вы же сами на меня все проблемы перекидываете! — Максим и Серёжа лишь испуганно переглядывались, абсолютно не понимая, что здесь происходит, — Сосётесь по углам, думая, что я не вижу, а решать всё мне! Максим и Артём замирают. — Ты в курсе? — медленно спрашивает Загайский, — Откуда… — Макс, ты думаешь, я тупой? — Горох переводит взгляд с Макса на Артёма и обратно, после чего резко выдыхает, — Так, всё, вы все мне надоели, я сваливаю. — Не забудь по пути решить все наши проблемы, — моментально кидает ему в ответ обиженный Артём, — а то мы с Максом сосёмся, нам некогда. — Иди ты, — фыркает разочарованно Серёжа и уходит в коридор. Все остальные в комнате несколько минут слушают, как парень одевается и хлопает дверью. — Зря ты так, — начинает было Шевелев, но тут же оказывается прерван Артёмом. — Ты вообще замолчи, — Гаус уже сорвал голос, пока спорил с Горохом, поэтому сейчас немного хрипел, — Вот это всё сейчас было из-за тебя. — Тём, ты преувеличиваешь, — тихо произносит Максим и тут же понимает: зря. — Ты тоже так считаешь? — срывающимся голосом произносит Артём, не ожидавший предательства от близкого человека, — Неужели я вам всем только мешаю? — Тёма, ты на нервах, тебе нужно успокоиться, — Максим пытается успокоить Артёма, обхватывает его плечо и насильно притягивает к себе, но Артём не даётся. — Макс, не надо. Я всё прекрасно понял, — Артём вырывается из хватки парня и отходит на шаг назад, — Мне тоже пора. Отдыхайте. И Артём срывается с места, и дверь хлопает уже второй раз за последние десять минут. Максим и Серёжа остаются в абсолютнейшей тишине. — Уходить будешь, не хлопай громко, — обращается Шевелев к Максу, тяжело вздыхая, — дверь пожалей. — Ты меня выгоняешь? — интересуется Загайский, поднимая взгляд на Серёжу. Серёжа видит на лице Максима робкую улыбку. — Разве ты не пойдёшь за Артёмом? — удивляется Серёжа, — Он же твой… — Да, но если я пойду сейчас, мы поругаемся сильнее, — вздыхает Максим, поправляя свои непослушные кудряшки, — Я не хочу этого. Оба молчат, думая о своём. Шевелев о произошедшем, а Загайский о разговоре Серёж на балконе. — Чай будешь? — внезапно предлагает Серёжа. Максим кивает, искренне улыбнувшись.       Уже позже, ребята сидели на кухне и потягивали черничный чай, так горячо любимый Шевелевым. Они почти не разговаривали, но им это было не нужно — им хорошо было вот так просто сидеть и молчать вдвоём. Максим улыбался своим мыслям, а Серёжа украдкой им любовался. — О чём вы с Серёжей на балконе разговаривали? — вдруг интересуется Максим, отставляя кружку в сторону. Шевелев повторяет его жест и нервно сглатывает. — Ничего такого, на самом деле, — отвечает Серёжа, — Он снова предложил мне ехать с вами в Гомель. — А ты не хочешь? — Я не знаю, хочу или нет. С одной стороны, это хоть какая-то смена обстановки, родной город и целый фестиваль, а с другой… Там родители, там все знакомые, я ведь бежал от всего этого. — Но мы ведь будем рядом, — Максим мягко улыбается и без задней мысли кладёт свою руку поверх Серёжиной. Обоих будто бы бьёт током, но они держатся. Серёжа шумно выдыхает, — Мы же уже как семья. — Это вы семья, — поджимает губы Серёжа, вытягивая свою руку из-под ладони Максима, — А я так, приёмыш. — Дурак ты, а не приёмыш, — беззлобно фырчит Макс, — Мы давно тебя приняли, и Артём тоже. Просто выпендривается. Уж я-то знаю. — Любишь его? — внезапно произносит Серёжа и тут же жмурится. Идиот. Максим замирает — такого вопроса от Серёжи он не ждал. И что ответить, — не знал. — Спасибо за чай, — резко выпаливает покрасневший Максим и тут же вскакивает со своего места, — Я пойду, мне там… Пора. Макс несколько секунд смотрит на Серёжу, будто бы раздумывая над чем-то, после чего моментально исчезает в коридоре. Серёжа слушает уже третий хлопок двери и поджимает губы. Он всё испортил. Снова.

***

      Через несколько дней они вчетвером встречаются снова. Максиму стоило больших усилий заставить прийти Артёма, но Шевелеву притащить Гороха было куда сложнее. Шевелев не мог целоваться с Горохом и что-то ему обещать за это, в отличие от Макса и Артёма. Нет, конечно, теоретически мог, но… После этого он бы точно получил леща. Так себе перспектива. В итоге Артём и Серёжа уже полчаса сидели и молча смотрели друг на друга, обдумывая в голове разные начала диалога. Максим и Серёжа сидели по бокам, следив за тем, чтобы эти двое не сбежали раньше положенного. — Вы, может, скажете уже что-нибудь? — мягко и аккуратно, чтобы его не задело, произносит Шевелев. Артём уже набирает воздуха, чтобы начать, но Горох оказывается быстрее. — Извини, Тём, — опустив взгляд, произносит Серёжа, — Я не подумал, что могу как-то обидеть тебя своими действиями. И ты прав, я почему-то провозгласил себя лидером, и решил, что могу принимать решения без вас. Глупо. Серёжа искренне раскаивался, и Артёма кольнуло внезапным чувством вины. — Я тоже виноват, Серёж, — тихо отвечает ему Артём, растягивая рукава своей байки, — Сам придумал проблему, сам обиделся. И… лидер ты хороший, без тебя мы бы загнулись ещё в самом начале. Я не прав. — Тогда мир? — Горох поднимает взгляд и улыбается, протягивая парню ладонь. Артём улыбается в ответ, даёт другу пять и тут же притягивает к себе в объятия. Максим и Серёжа облегчённо выдыхают. — Мне, кстати, тоже есть, что вам сказать, — Шевелев поджимает губы, потому что нервничает. Но чувствует, что ему нужно сказать. Радостные ребята переключают внимание на него. Серёжа выдыхает. — Мы вчера разговаривали с Катей, — Серёжа видит напряжённый взгляд Максима, но продолжает, — Она основательно заболела и очень расстроилась, потому что не сможет поехать с нами на фестиваль. Парни переваривают эту новость около минуты. — Блин, очень жаль, что… — начинает Горох, но тут же перебивает сам себя, — погоди! «С нами»? Это то, о чём я думаю? — Ты едешь с нами? — радостно улыбается Максим. Серёжа смущённо кивает, после чего сразу же попадает в объятия Максима. В максимально дружеские, потому что Артём буквально прожигал этих двоих взглядом. И не дай бог, чья-то рука окажется ниже положенного… — Артём, ты не против? — интересуется Шевелев, оторвавшись от Максима и с неким волнением посмотрев на Гауса. Тот думает ровно пол-минуты, а после качает головой и робко улыбается. — Если Горох в тебя верит, значит, в тебе действительно что-то есть. А у меня нет причин ему не верить. Серёжи пожимают друг другу руки и улыбаются, а Максим переводит взгляд на Артёма. Ему сложно далось это решение, очень сложно. Максим всё видит, и Максим Артёмом гордится. Присев рядом, парень мягко целует Артёма в висок, а после украдкой касается чужих губ. — Ты молодец, Тём, — тихо шепчет Макс Артёму куда-то в шею. Артём улыбается и прикрывает глаза, лишь мечтая о том, чтобы его решение внезапно не оказалось самой большой ошибкой.