Бог дарил иллюзию

      Прошёл месяц. Полдень. Солнечный день. Лето. Такая жара, а на работу ехать надо. День Союза сегодня начинался именно так. Проснулся, умылся, позавтракал и на работу. Хорошо, что лишь к 12 часам, а не как обычно утром. После вчерашнего веселья и пару выпитых кружок со старыми друзьями из армии, похмелье — это то, что даёт о себе знать. Сегодня... Линда не звонила, зато позвонил США. Сказал, чтобы он заехал к нему и по дороге купил формочку для льда, а то у него их оказывается мало. Просьба странная, но не настолько. Мало ли, вдруг напитки делал. Коммунист спокойно купил, что нужно, по дороге съев мороженного, чтоб охладиться, и поехал. По приезду всё как обычно. Тёмный забор, белый дом с чёрной крышей.       Пройдя внутрь, уже подумал о том, чем они с американцем займутся. Может слетают куда? Свидания у них были, теперь хотелось попутешествовать вдвоём. Жаль, что нельзя надолго. У того слишком много работы, это во-первых. Во-вторых, Штаты просто от природы трудоголик и без работы умрёт. Ну хоть на пару дней было бы достаточно, как для первой поездки. Думая о своём, Союз уже было собирался позвонить в дверь, но услышал какие-то звуки за домом. Кстати, у США ведь есть задний двор, может он был там. Совета до этого это место не интересовало, он о нём и забыл. Пройдя туда, увидел... наверное самую красивую картину в своей жизни. Ну кроме того момента, когда Штаты оказался в его постели полуголым и с явным желанием заполнить все потерянные без разврата дни. Русский признаёт, тогда он был доволен. Не думал до того момента, что секс может быть таким приятным, особенно с кем-то близким. Это по своему особенно. А вот стоящая сейчас картина не менее особенная. Так бы и сфоткал, а он и сфоткал. Звук от камеры отвлёк, и Америка лишь увидев пришедшего Алексея, искренне и с любовью улыбнулся. Коммунист и сам не сдержался, улыбнувшись в ответ.       Штаты был в квадратном бассейне, в одних плавках. Вода была ему по плечи, но мокрые волосы и блестящая от жидкости кожа по своему притягивала. Хотелось прыгнуть и оказаться рядом, но сейчас он на работе. К сожалению. — Ты пришёл. — Как видишь. — Купил что просил? — Да. И не понимаю зачем тебе ещё формочки для льда. — Чтобы заполнить, а то быстро тают и остальные не успевают заморозиться.       Американец указал на стоящий возле бассейна контейнер с холодными напитками во льду. Понятно теперь зачем столько формочек. Союз не стал напрягать того и сам вошёл в дом через заднюю дверь, на кухне заполнил формочки водой и закинул в морозильник. Пусть леденеют. А сам вышел обратно и уже думал зачем его позвали. — Зачем позвал? — Не рад меня видеть? — США улыбался довольной улыбкой, но ехидной в какой-то степени. — Кончено рад. Но не после похмелья. — А я предупреждал. — Знаю-знаю. — Ладно, я не по этому поводу. Хотел сказать, что через неделю у меня отпуск. — Да? Каким образом вытащил? — Отпускных так много накопилось, что я мог бы хоть год не работать. — Ты бы всё равно не продержался и месяца. — Знаю, поэтому только на две недели. — Прекрасно. Значит... ты мой на две недели? — И-мен-но!       Штаты прищурился, лукаво улыбаясь и смотря коммунисту в глаза. Он подошёл к краю бассейна и приподнялся на руках, но не стал вылезать. Союз понял его намёк и приблизившись, поцеловал, но сразу же почувствовал как его резко потянули и в итоге оба оказались в воде. Вот так затянули так затянули. Рефлекторно вынырнув, русский оценил весь ущерб нанесённый его одежде. На работу он так точно не поедет. А сохнуть будет долго. — Ну и зачем? — Чтоб не кис. — Ну спасибо. И как я на ра... — Ты не поедешь. Во время отпуска ты также свободен, но оплату продолжишь получать. — Нельзя было сразу сказать? — Тогда я бы не устроил такое приветствие. — Штаты по-глупому улыбался, пробегаясь глазами и смотря на прилипшую мокрую одежду. Ну и на грудь, что видно через рубашку. — Если бы сказал, я бы сразу приехал в одних плавках. — Можно и сейчас. — Не-а. Теперь не хочу. — Бука. — Привыкай.       Коммунист не стал выходить полностью. Он лишь сел на бортике бассейна и снял с себя пиджак с рубашкой. Брюки расстегнул, но полностью снимать не стал. Так было... безопаснее? С возбужденным Америкой по другому и не бывает. Не успеешь и заметить, как уже соблазняют. Ну нет у Совета такой выдержки! Как тут устоять? Пытаясь отвлечься, глаза зацепились за стоящее во дворе дерево. Кстати Алекс приметил его ещё в свой первый рабочий день, как приехал за США к нему домой. Обещал проверить, что это за дерево и проверил. Это дерево с висячими ветками — ива. — США, а что за одинокое дерево у тебя во дворе? — А... Это... — Голос Штатов вдруг погрустнел, а взгляд стал тусклее. Он чем-то его задел? — Извини, если это важно. Я не давлю и можешь... — Нет. Не волнуйся. Я как раз думал как бы тебе рассказать. — Штаты посмотрел на иву и вздохнув, начал говорить. — Наверное стоит начать с прошлого. Знаешь... я возможно был влюблён в тебя ещё до того, как ты переродился. — Возможно? — Ну, мы с тобой были врагами и это были неправильные чувства. Я не признавался себе в этом и долго убегал. — А когда перестал? — В день твоей смерти... — ... — В тот самый день, я и понял, что любил тебя. Горевал и без слёз просидел в тёмной комнате целые сутки. Пытаясь справиться с этим, попросил купить мне семечко ивы. Я посадил её на следующий же день и с тех пор забочусь. — Получается ей уже двадцать лет. — Да, исполнится. — Но почему именно ива? — Союз знал о смысле этого дерева. Может в разных народах он принимается по-разному? Как лилии. Где-то это цветок для похорон, где-то букет влюблённого. — Насколько я знаю, ива — символ бессмертия. Мужская ива, не дающая плодов, символизирует чистоту. Смысл не вяжется. — Потому что это обычная ива. Мой же вид называется плакучей и она ассоциируется с печалью и смертью. Примерно так это и связано. — Понятно... прости. — Ничего. Я давно думал, может выдернуть её с корнем и пересадить куда-нибудь в парк. — Не стоит. Это ведь знак твоих чувств. Глупо от них избавляться. — Спасибо. Думаю, я её оставлю.       С того самого дня всё изменилось. Возможно США стоило бы поблагодарить Обаму за упёртость и настойчивость в том, чтобы обзавестись телохранителем. Никогда ещё судьба не была к нему так благосклонна. Вечер за чашкой горячего какао пара решила провести вместе. Союз остался у него на ночь и оба думали чем займутся весь этот отпуск. Даже составили примерный план. А зная каким энергичным бывает Штаты, план был долгий и забавный. Во всех смыслах этого слова. Оба сидели в гостиной на диване. Американец смотрел брошюры и лазил в интернете в поисках чего-то забавного. Коммунист же им лишь любовался, пустив во все тяжкие. Отпуск для воплощений был целым подарком и такое время нужно ценить. — Смотри, может сюда? — Диснейленд? — А? Нет! Не это. Чёрт, где эта страница? Куда я её дел?       Смотря на его метания, русский подумал, что это по своему мило. Но от мыслей отвлёк звук пришедшего сообщения на телефон. А так как он был благополучно забыт на кухне, пришлось встать и идти. Штаты же продолжал искать. Была страница с одним тематическим парком в одном из его штатов. Можно было бы поехать и повеселиться. Найдя страницу, он обрадовался и собирался показать его русскому, но того не было. Он сам не заметил как тот куда-то ушёл. Думая, что он вернётся, Америка продолжил собирать страницы и помечать их. Спустя пять минут, заволновался.

Чего он там застрял-то?

      Пройдя на кухню, США увидел сидящего Алексея. Вид был не очень. Он сидел за столом и сгорбившись, смотрел на свой телефон. Взгляд был... пустым. Ему пришло сообщение, может в этом всё дело? Штаты подошёл и потряс того за плечи, но сильной реакции это не дало. Взяв его телефон, он прочитал пришедшее сообщение от неизвестного номера. Номер был иностранный, начинался с цифр +49. Этот телефонный код имела только одна страна. Странно, с чего бы от них приходило сообщение такого характера. Насколько знал Америка из изученных данных, Совет ни разу не был за границей помимо службы в армии или сопровождения. Вряд ли он мог бы тогда завести очень близких друзей. Если только... — Союз... Кто такой Фридрих?

***

      Страны приехали по адресу указанному в сообщении. Это место ничего кроме жути и грусти не наводит. Хотя детишек может пугать. Штаты во время полёта, узнал о том, к кому и зачем они летят, поэтому всю дорогу больше ничего не спрашивал. Он мало что знал об их отношениях, но судя по Союзу, лучше, чем их прошлое. Кладбище — место по своему отталкивающее, настолько, что хотелось бы трижды развернуться и обходить стороной. Даже ворота, перед которыми они и стояли. Пройдя внутрь их встретил один человек и проводил к нужному месту. Сообщение с приглашением на похороны от неизвестного номера сперва удивило коммуниста. Он тогда подумал что: «Мол, может ошиблись». Ведь никакого Фридриха он знать не знает. Но увидев адрес и в каком городе это будет, сразу же понял и принял решение поехать. Штаты того одного оставлять не желал, да и русский не противился. Хуже не будет. Пройдя за тем человеком, оба мужчины вышли к самому краю кладбища. Здесь было очень чисто по сравнению с другими местами.       США решил, что ему сейчас не стоит мешать и вместе с тем человеком ушёл обратно, сказав Алексу, что будет ждать его у входа. Союз же лишь мысленно того поблагодарил и подошёл ближе. Перед совершенно новой могилой стоял молодой парень. Услышав шаги, тот медленно повернулся головой и Совет увидел чёрные как смоль волосы и золотые глаза.

Германия.

      Парень молодой, высокий, хорошо сложенный и с бледной кожей. Прям на языке вертится слово немец, как видишь его. Он был в чёрном костюме, в прочем, как и сам Союз. Знак траура. Могила была с деревянным надгробием. Кончено же временным. У немцев так приятно. Через полгода или год крест заменят надгробным камнем или плитой. СССР спокойно подошёл к могиле, положил специально сделанный похоронный венок и мысленно попрощался со старым врагом — Третьим Рейхом. В сообщении, его сын написал, что фриц умер от рака в более или менее хорошем возрасте. 67 лет. Вполне неплохо прожил, но явно недостаточно. Что же, такова его судьба. — Рад видеть вас в здравии, товарищ СССР. — Несмотря на посетителя отцовской могилы, поздоровался Германия. — Здравствуй. Я уже не СССР. Зови меня Алексеем. — Хорошо. — Я так понимаю, это была его идея пригласить меня на свои похороны? — Иронично, да? Перед смертью он попросил меня найти вас и прислать приглашение. Я тогда думал, что: «Новый друг, с которым он познакомился в отпуске?». А когда увидел оставленное письмо, всё понял. — Да уж, не друг, а враг пришёл на его могилу. — Мой отец... Он до самого последнего дня, никогда не говорил о вас как о враге. Даже во время войны. Он называл вас лишь противником. — Какая честь. — Думаю, будь у вас шанс, всё было бы по-другому. — Я не сомневался в этом даже спустя столько лет. Знал, что он не слаб, он был сильным. По настоящему сильным.       О своих чувствах в данный момент Союз старался не думать. Но... Неужто он всегда был таким? Нет, годы правления были совсем другими. А эта, эта жизнь полна краски. Смешно. Или иронично? Коммунист был воплощением, который старался жить точно также, как его народ. Но только став человеком в этой жизни, понял, как же далеко он от них был. И Совет понял истину, человеком ему не быть никогда. Он как был так и остаётся — воплощением. Германия вытер идущую слезу и натянуто улыбнулся. Повернулся к русскому и глядя в глаза сказал. — Спасибо, что позволили ему поговорить с вами до того, как он умер. Вы не представляете как важно это было для моего отца. — Я не знал. Но был рад помочь. — Лёгкая, но грустная улыбка от Союза. — До свидания Со... Алексей. И... даст Бог, мы с вами ещё встретимся. — До встречи, Германия. Надеюсь, мой сын меня не ищет? — Думаю что нет.       Немец уловил послание. «Надеюсь», имелось ввиду, что он хотел бы. «Не ищет», значит Союзу это не нужно. Сообщение Германии в этих словах было простое: «Не говори России, что я жив». Приняв это, он покинул кладбище оставив своего отца и русского, наедине.       Дни и недели после похорон коммунист пробыл в прострации, а может даже и в трансе. Мало говорил и реагировал, но спустя неделю почти оправился и вновь жил. Не без помощи Штатов. Тот помогал, даже не зная, что между этими двумя было, но помогал. Даже такая утрата всё ещё остаётся утратой. Со временем русский более или менее пришёл в себя, начал отвечать и жить дальше. Америку он уже не так часто игнорирует и тот посчитал это хорошей возможностью отвлечь беднягу. Очень просто. Неделя прошла и начался отпуск для воплощения. А планы, что они строили не могут же пропасть даром, так что всё было решено. Американец сперва решил пойти по городу и устроить самое разнообразное свидание на пару дней. Посетили разные и даже самые причудливые музеи. Нашёлся музей микроскопии, а точнее: «Почувствую себя учёным на один час». Им выдавали халаты, фальшивые бейджики и они изучали то, что было в списке. Дальше зашли в одно кафе — рандом. Смысл в том, что картин на меню — нет, цен — нет, а все названия на иностранных языках и перемешаны. Например японское блюдо написано китайским, или итальянское бельгийским. В общем, хрен поймёшь, что заказал пока не принесут. Вот какой сюрприз оказался у них: США попались морепродукты, моллюски и креветки. Вполне нормально, но и дороговато. А вот Союзу лапша и, о Господи, это было супер остро. Настолько, что даже литр воды не смог спасти положение. Острота и горечь прошла лишь со временем. Сжалившись, персонал подал им мороженое бесплатно. То, что они заказали оказалось довольно дорогим и это вполне было выше среднего чека.       На кафе они не закончили и дальше зашли в магазин одежды — «Имидж». Смысл состоял в том, чтобы купить и надеть то, что обычно не носят. Любителям классики предлагают примерить одежду рокеров или панков, и тому подобное. Союзу досталась яркая и молодёжная одежда, она его делала моложе лет на пять минимум, ему идёт. США же оделся как гот. То есть, всё чёрное, пирсинг и фальшивые тату. Они так час погуляли, но быстро поняли что это не для них, но одежду оставили. Забавно же, особенно взгляды прохожих, которые думают, куда они попали. Последний момент был с игрой — «уезжай». И это был завершающий момент их отдыха. Смысл игры в том, что они пришли в аэропорт, попросили список всех мест куда можно добраться в течении 8 часов. Будь это за границей или в той же Америке. На поданный список, коммунист наугад назвал цифру и по итогу рандом пал на Оттаву — столицу Канады. Во время поездки, американец не счёл важным предупредить брата. Да он и в принципе не хотел, чтоб об его приезде знали и поехал фальшивым именем.       Дни проведённые в Оттаве были незабываемыми. В Канаде это приключение продолжилось. Они посетили достопримечательности, кухню и магазины. Последний штрих был в катаниях на лошади, откуда они любовались городом и заповедниками. У местных жителей, скачки очень хороший способ развлечения для туристов. В общем, отпуск, который запомнится на всю оставшуюся жизнь. Прямо сейчас оба находились в одном заповеднике, среди деревьев и прямо у речки. Решив дать животным возможность отдохнуть, они спустились и уже полчаса сидели возле речки, наслаждаясь видом. — Как же хорошо. — Сказал Союз, сидя спиной к дереву с закрытыми глазами. Ему было достаточно просто слушать природу. Вспоминаются дни, когда ещё будучи воплощением, он водил своих детей на дачу в лес на неделю или две. Редко, но эти воспоминания до сих пор свежие, будто бы вчера. — И не говори. Я давно так не отдыхал. — Ответив, Штаты просто взял и бесцеремонно лёг, используя колени возлюбленного как подушек. — Эй, а меня спросить? — Ты против? — Н-нет. — Ну тогда не вижу проблем. — И за что мне это наказание? — усмехнувшись своим словам, спросил коммунист, проводя руками по мягким волосам американца. — Дааааааже не знаю.       На этом моменте они и закончили. Оба просто легли, а русский уснул. Устал он за эти дни. На одном месте не задерживались, вот и вымотался. Америка дал ему поспать и не собирался тревожить, но тот проснулся буквально через полчаса. — Проснулся? — Я что, заснул? — спросил коммунист, перед этим зевнув. — Ага. — Ладно, что у нас там дальше по плану? — Ничего. — Ничего? — Да, последняя часть была на поездке в другой город. — Но у нас же есть в запасе ещё три дня. —Давай тогда просто насладимся этим моментом друг с другом. У меня дома, сыграем в карты, шахматы, посмотрим фильм с пивом и просто насладимся моментом. Можем приготовить совместный ужин или устроить перепланировку. — Такое ощущение, что ты косвенно зовёшь меня замуж. — Подумав, Алекс пытался сдержать улыбку, а вот США нет. Его такая перспектива тоже устраивала. — Согласен? — Ты издеваешься? — Значит нет? — Я промолчу. — Бука. Снова не принимаешь мои условия. — Снова? Я вроде бы всем твоим капризам потакаю. — В прошлом нет. Ты бы знал как я взрывался от твоих звонков и их содержания. Или от того какие условия ты ставил. — Ты это про какой случай? — Между царем бомбы и Кубическим кризисом. — Аааа... Ты про тот случай с кабинетами? — Да.

Flashback

      Случай довольно запоминающийся. 1961 год. После того, как СССР была представлена царь-бомба, США было предложено воздержание от дальнейшего противостояния. Обе державы поутихли, зарекавшись и в дальнейшем поумерить свой пыл в гонке вооружений. Поэтому сейчас они были в состоянии нейтралитета, чем успокоили добрую половину мира. Вот только сейчас, они оба сидели в одном кабинете, за одним столом, напротив друг друга и стараясь не обращать внимание на компанию такого «соседа». Сложились обстоятельства.       Из-за произошедшей утечки газа, часть нескольких этажей здания Совета стран были закрыты и воплощениям пришлось на некоторое время потесниться. Это всего на пару дней, поэтому проблем бы не возникло. Вот только Америка устроился в кабинете русского. Изначально устроили жеребьёвку и вместе с коммунистом кабинет должен был делить Чили, но парень упрямо настаивал. Да и его можно было понять. Где Чили, а где СССР. Совет бы просто задавил его одним своим присутствием и не имея альтернативы, пришлось оставить того с американцем, который не был в курсе из-за отъезда в Вашингтон. Но он вернулся в тот же день и вот такая вот новость его не обрадовала. Кончено же тот высказал претензии и возмущения, но выбора не было. Да и не желая уступать своему сопернику, Штаты согласился. Вот поэтому они оба сейчас сидят за одним столом и делают свою работу. В нынешний момент, эти двое считаются сверхдержавами. Причём единственными. Великобритания потерял этот статус сразу после Второй мировой, но тут свои нюансы. Два врага в одном помещений. От таких новостей стоит переживать.       Между работой, у обоих воплощений возникали... разговоры. В начале первой же беседы, Америка сказал Союзу, что его интерес — это обеспечение такого положения, при котором США и СССР могли бы жить в мире. Всю первую беседу заняли темы о формах соревнования между капитализмом и социализмом, и об историческом процессе мирового развития. Немалую часть своих бесед они посвятили таким же философским вопросам. — Сейчас наш баланс сил находится в довольно... удачном равновесии. А попытки нарушить статутс-кво* нам дорого обойдутся. — Высказался Штаты. (статус-кво* — значит ничего не менять, оставить всё как есть) —На основаниях? — Я признаю, что моя подготовка по поводу вторжения на Кубу, была ошибкой. Вот только... Фидель Кастро(Председатель Совета Министров Кубы) не коммунист. Но вы своими действиями можете так вышколить его, что он в конечном счёте действительно станет коммунистом, и тогда это уже будет ваша заслуга. А соответственно, другой разговор. — Допустим, это закончится другим касторовым режимом. Каков итог, который вы видите? — Я верю в возможность мирного сосуществования СССР и США при условии проведения независимой друг от друга политики.       Союз не хотел идти на сохранение статус-кво по той причине, что в таком случае СССР пришлось бы отказаться от поддержки национально-освободительных движений в развивающихся странах, да и к тому же это противоречило его собственным убеждениям и убеждениям большинства его соратников. Ему пришлось бы отказаться от требований об изменении статуса Западного Берлина. Коммунист изначально приехал в Вену с твёрдым решением решить берлинский вопрос, или, во всяком случае, начать переговоры по нему. Он угрожал заключить мирный договор с ГДР, что означало бы прекращение оккупационного режима и объявление всего Берлина территорией этого государства. В свою очередь в оккупационном режиме Штаты считал, что малейшие уступки по этому поводу будут восприняты как проявление слабости и провоцируют негативную реакцию правых кругов США и американских союзников. Таким образом, позиция Америки сводилась к оставлению статуса-кво. — Я войну не начну. — Добавил русский. — Но если вы развяжете войну из-за Берлина, то уж лучше пусть сейчас будет война, чем потом, когда появятся еще более страшные виды оружия. — Своими словами, он намекнул на созданный ими же царь-бомбу.       США понял его замысел и оставленный намёк. Война. Будет она или нет, зависит от того, как поступит Штаты. Продолжит ли он давить и с корнем вырывать всех коммунистов, или же уступит и останется при своих позициях, при этом также в свою очередь поступит и СССР. Союз не хочет конфликта, он предлагал свой компромисс, но вот удовлетворит ли это Запад, вопрос хороший. Он не собирается быть жертвой и всё время уступать. Куба и так уже на грани. Поэтому Союз остался при своих условиях и менять их не будет. Штатам остаётся одно, либо принять и установить в конце концов мир, либо продолжить войну.

Кажется холодная зима будет и в этом году.

Конец Flashback

— Ну? Припоминаешь? — спросил США, вставая с колен русского и сев поближе. — Теперь да. — Ты как был большим, упрямым и красным медведем, таким и остался. — Эй! — Не экай. Ты хотя бы медведь. Меня вообще американским петухом называл. — Ну похож ведь. — На моём гербе орёл! О-РЁЛ. — Ладно-ладно. Я понял. Успокойся. — Господи... и за что мне такое наказание? — Вот за что.       Штаты не успел и ответить, как почувствовал чужие и сухие губы на своих. Коммунист схватил его за волосы и поцеловал, не отпуская до тех пор, пока воздух не заканчивался у обоих. Вот это страсть. — Люблю тебя. — Америка от этих слов покраснел как помидор и просидел так очень долго. — Ты!... Это худшее признание в моей жизни! Нет! Худшее в мире! — Ахахахаха.