Сердце Алого Дракона. Том 1. Дремлющий Дракон

      Но, даже отдохнув и согревшись, Сяомин не получила от бабушки позволения говорить до тех пор, пока девочка хотя бы не поужинает.       — Надеюсь, ты не против сучжоу юй, — сказала Ма Сяоли, когда внучка села напротив неë.       На столе было несколько блюд, которые, по-видимому, составляли сегодняшний ужин Ма Сяоли и еë внуков. Сучжоу юй, о которой говорила Железная Госпожа, представляла собой обжаренную и нарезанную «елочкой» рыбу. А так как Сяомин была неравнодушна к рыбе, то в первую очередь внимание уделила ей.       Ян Дан старался держаться поближе к девочке и не спускал глаз с Мэн Яо. Этот похожий на коварного лиса юноша очень не нравился лунвейцу, и юноша ожидал от него подвоха, несмотря на то, что Мэн Яо, подливавший бабушке чай, излучал само дружелюбие. «Ну это он такой, пока бабка рядом», — подумал про себя Ян Дан.       Наконец, когда с ужином было покончено, и слуги унесли блюда, Ма Сяоли посмотрела на Сяомин и сказала:       — Теперь я тебя слушаю.       Сяомин отпила горячего чаю и сказала:       — Это в двух словах не объяснить, бабушка. С тех пор, как Джия, Ксия-цзе и А-Юй уехали в Безночный Город, всё пошло верх дном. А-Цин мëртв, матушка до сих пор в трауре, у Юйхуань состояние не очень, а Мэйфенг… Она после гибели А-Цина сама не своя, как будто что-то знает… Знает, но молчит… В самом же Лунвее тоже ситуация не очень. Дядюшка Лю пытается выправить всë, но без Джии это всë не то.       — А ты? — спросила Ма Сяоли.       — Я пока только учусь, — ответила Сяомин, — где-то получается, а где-то требуется помощь дядюшки Лю. Но у меня пока нет такого авторитета, как у Джии.       Ма Сяоли внимательно смотрела на внучку и кивнула, словно давала внучке выговориться. А Сяомин всë говорила и говорила: ей просто нужно было выговориться. Последние недели сильно сказались на ней, и, в конце концов, девочка просто не могла сдержать слëз. А, если прибавить ко всему этому то, что от Джии и еë советников нет никаких вестей, то Сяомин просто уже не знала, что и делать.       Ма Сяоли взяла в руки дрожащую ладонь Сяомин и сказала:       — Успокойся, А-Мин, я понимаю, что ты чувствуешь. Ты впервые столкнулась со всей этой ситуации и не знаешь, что делать. Насколько я знаю Вэнь Жоханя, а я его знаю, родственные связи для него ничего не значат, если не несут ему выгоду.       Сяомин спросила:       — Неужели ты думаешь, что он…       — Хочет воспользоваться тем, что Лунвей в отсутствии сильного лидера, коим является твоя эрцзе, ослаблен и потихоньку прибрать к рукам? — закончила за неë Ма Сяоли, — да, именно так я и думаю.              — Не исключено, что он будет давить на неë, — высказал свою мысль Мэн Яо, — и неважно, прогнëтся она или нет, последствия будут необратимы для всего Лунвея.       Сяомин приуныла. Она слишком хорошо знала свою эрцзе: Джия никогда не прогнëтся не под кого. Она всегда жила своим умом. Но одного ума недостаточно, чтобы выстоить один на один с Вэнь Жоханем.       Это же понимала и Ма Сяоли. Ян Хуан прекрасно знала, на что шла, когда позволила Джие и еë советникам уехать из Лунвея. Мотив этой шлюхи был один: наказать дочь, поставить еë на место. А кто это может сделать, как не брат еë покойной невестки? Кстати, об этом. Имя Вэнь Жофэй так и висело мрачной тенью над Орденом Лунвей Ян. Не может ли быть такое, что Вэнь Жохань так и не смог простить гибель сестры при загадочных обстоятельствах, и теперь Джия стала доступна для его мести? Выманить в Орден Цишань Вэнь исполняющую функции Главы Орденаи и держать еë в заложниках, что может быть лучше.       Дождь потихоньку начал затихать, но вместе с ним не утихли и мрачные мысли и тревоги Сяомин. Мэн Яо несколько раз пытался заговорить с сестрой, но Ян Дан не давал ему сказать и слова и неусыпно находился рядом. Сама же Сяомин смогла уснуть только под утро, но уже ближе к раннему утру девочку разбудил шум снаружи. Она подошла к балкону и заметила, что жители Ланьлина, словно переполошенные муравьи, сновали по улицам с застывшими на лицах паникой, суетой и страхом.       Сяомин отошла от балкона и бросилась на поиски бабушки.       Ма Сяоли вместе с Мэн Яо она обнаружила в кабинете Железной Госпожи. Там же находился и посланник еë отца. На лице молодого человека застыл первобытный ужас, а голос так и дрожал, однако Вдовствующая Госпожа Цзинь сохраняла спокойствие, а при виде Сяомин кивнула внучке: заходи. Девочка послушно зашла и встала рядом с бабушкой.       Посланник ничего не сказал при виде Сяомин, потому что сейчас ему надо было передать известие, которое поставило на уши весь город: Вэнь Жохань прибыл в Башню Кои. Ма Сяоли выслушала посланника и произнесла:       — Значит, всë-таки пожаловал. Что ж, этого и следовало ожидать.       — Но, Госпожа Ма, — пролепетал посланник, — не похоже, чтобы Глава Ордена Вэнь прибыл с дипломатическим визитом. Но, как понял Глава Ордена Цзинь, дело идëт об Ордене Лунвей Ян.       Мэн Яо насторожился:       — Орден Лунвей Ян? Причём тут тогда мой отец? И почему Глава Ордена Вэнь не отправился с этим вопросом к Матушке Ян?       Ма Сяоли подняла руку, призывая внука молчать, а сама вернулась к посланнику:       — А что думает по этому мнению мой сын?       — Глава Ордена Цзинь собирается выслушать Главу Ордена Вэнь, — ответил посланник, — возможно, он хочет обсудить этот вопрос в обход Хозяйки Ордена.       Сяомин подняла голову на посланника и спросила:       — В обход моей матушки? Что это значит?       — А это значит, Четвëртая Дева Ян, что ваша мать не была поставлена в известность о том, что в Ланьлине будет решаться судьба еë Ордена.       Сяомин тяжело задышала. Ма Сяоли поднялась с места и сказала:       — Ну, это не одному ему решать. Ступай в Башню и скажи, что здесь со мной четвëртая дочь Хозяйки Ордена Ян, и поэтому все вопросы будут адресованы ей.       Будь на месте Ма Сяоли кто-нибудь другой, посланник возможно и возразил бы, но перед ним всë-таки стояла мать Главы Ордена, и еë слово, как бывшей регентши, так же имело вес. Поэтому молодому человеку ничего не оставалось, кроме как подчиниться приказу.       — Бабушка? — спросил Мэн Яо, когда посланник ушëл.       — Сейчас никаких вопросов, А-Яо, — произнесла Ма Сяоли, — у меня к тебе будет просьба.       — Я к твоим услугам, — сказал внук.       — В моë отсутствие присматривай за порядком. Я же пойду в Башню Кои и узнаю, что этому старому псу понадобилось, а заодно, если придëтся, своему сыну мозги на место вставлю.       — Я могу пойти с тобой? — спросила Сяомин.       — Конечно, твоë присутствие будет очень даже кстати.       С этими словами Ма Сяоли покинула кабинет. Сяомин последовала за ней, когда Мэн Яо произнëс:       — Это ещё не всë, сестра. Я не хотел говорить при бабушке, но ты должна знать.       Сяомин остановилась в дверях и посмотрела на брата:       — Что я должна знать?       — Вэнь Жохань прибыл сюда ещё по одной причине. Джия сбежала.