На три шага вперед. Халлвард

      Ранним солнечным утром, когда за окном поют птицы, а прохладный ветерок гуляет в белоснежных шторах, Рави, всё ещё находясь в полудрёме, отдал бы что угодно, если бы ему принесли завтрак в постель, но когда в комнату ворвался Халлвард и на всю виллу загремела композиция одной из рок-групп прошлого века, юноша подскочил в кровати, подумав, что началась война.       — Подъём! — с ярым энтузиазмом прокричал норвежец, рывком стаскивая с него одеяло.       — Ты совсем чокнутый?! — взревел Рави, пытаясь бороться с реальностью, резко вырванный из объятий сна.       — Самое время начать новую жизнь! — энергично скакал вокруг кровати Халл, словно вышедший из мотивирующего ролика о спорте, а потом схватил его за лодыжку и стащил на пол. Младший шлёпнулся задницей на паркет, пытаясь менее часто моргать глазами, вылетающими из орбит.       — Какого черта?!       Норвежец, еле сдерживая смех, снова взял его за ногу и потащил прям по полу в ванную комнату.       — Испытание стрессом! Думаешь нам в армии легко было? — весело заявил он, — сегодня начнём твои тренировки.       По пути в ванную, он обернулся, чтобы проверить, почему Рави вдруг перестал биться в истерике, и залился чистым хохотом: парень, растрепанный и сонный, сложил руки на груди, корча свою самую злостную мину, буравил его взглядом и, не дергаясь, скользил спиной по паркету. Выглядело это довольно комично, и Халл согнулся со смеху, не заметив, как в комнату вошёл Дан с чашкой кофе в руках. Он замер и только вздернул бровью, молча наблюдая эту картину.       — Ты шутишь? Давай завтра начнём, или… Или через месяц! — начал с отговорок Рави и, пытаясь вырвать у старшего свою ногу, перевернулся на живот, пытаясь уползти прочь.       — Не надо тут заднюю включать! Пошли, сказал, — Халл снова протащил его по полу пару метров.       — Помоги, — жалобно захныкал юноша, протягивая руки к мужу.       — Не впутывайте меня, — покачал головой Дан и замахал руками, даже не скрывая смех.       — Предатель, — буркнул Рави, после чего был поднят с пола и загнан в ванную.       Халлвард закрыл перед его носом дверь и отряхнул ладони, будто справился с важным делом.       — Выключить музыку, — сказал он умному дому и плюхнулся на диван рядом с Даниэлем, который внимательно читал новости на планшете.       — Какие планы на сегодня?       — Нужно отправить два отряда в Колумбию и подготовить партию дронов для сомалийцев, — Даниэль допил кофе и повернул планшет к другу, — Честера нашли. Ты распорядился насчет копов?       — Конечно, дело отдадут кому надо. Я прослежу, — Халл растянулся на диване и стал дожидаться Рави, который по выходу из душа надеялся, что про него забыли. ***       Тренировал парня он с особым подходом. От таскания железа он напрочь решил отказаться, не желая портить фигуру Рави. Халл учил его стрелять и драться, используя ловкость, а не силу, которой у него и не было. Различные приёмчики давались легко, Рави быстро учился, а норвежец повторял ему каждый день, что против людей, в равном бою с которыми ему не выстоять, он не должен играть честно.       Спустя две недели ранних подъёмов, боли в мышцах, до этого в помине не знавших физических нагрузок, Рави умолял его прекратить и дать отдохнуть, на что Халл отвечал, что у смерти не бывает выходных. Дан это одобрял и иногда сам находил время отвезти Рави за город и позволить пострелять из своей любимой снайперской винтовки.       — Твои люди что-нибудь узнали? — спросил юноша у мужа, усаживаясь за стол в ресторане. Вместе с ним пришёл и Лои, он, поздоровавшись сел слева от Рави и сразу уткнулся в меню.       После распределения обязанностей по бизнесу между супругами, Блауны чаще всего успевали видеться только дома, а потом разбегались кто куда по своим делам. Но сегодня был день, когда их плотный график пересекался, и они решили пообедать всей своей маленькой, но дружной семьёй в милом ресторанчике в центре пока среди дел оказался свободный час.       Даниэль выглядел озадаченно и уже битый час расковыривал ложкой то, что раньше именовалось десертом. Халлвард, сидящий рядом, тоже был довольно мрачен, но с аппетитом уплетал свою еду, а личный помощник Дана Кевин тихо отвечал на телефонные звонки и не успевал отвлечься для того, чтобы поесть.       — Только не говори, что новости плохие, — напрягся Рави, замечая их состояние. Назвав подлетевшему к нему официанту свой заказ, он первым делом принялся осушать бокал вина.       — Даже не знаю, с чего начать, — вздохнул Дан, — но пожалуй начну с того, что судоходная компания Честера сменила владельца.       Рави пожал плечами, тут же снова наполняя свой уже опустевший бокал, который от жажды выпил почти залпом. Что ж, вино он до сих пор пьёт как воду.       — Это понятно. А что тебя смущает?       — То, что владелец какой-то призрачный. Компанией теперь управляет дочерняя фирма одного из филиалов, какой-то там ещё фирмы и так далее. Подставная цепочка. Концов вообще не найти.       — Ага, и кто их главный папочка тоже, — хмыкнул Халлвард, подхватывая разговор, — но это ещё пол беды. У меня получилось немного разузнать о самом Честере, правда пришлось столько пальцев отрезать, что я даже устал.       — Боже, я же ем, — оторвав от уха телефон, проворчал Кевин, на спех давящийся салатом.       — Приятного, — бросил ему норвежец и продолжил, — в общем, до него судоходной компанией владел некий Джеймс Орвуд. Важный был дядька, хотя по слухам тот ещё параноик. А потом он умер. К смерти его тоже вопросы у меня имеются, но сейчас не об этом. В сети есть информация только о его женах, их вроде аж целых 7 было, а вот о детях мало что известно, но так как я — молодец, я узнал, что у него они все же были.       — Дай угадаю, Честер один из них? — Рави, наконец, принесли его лангуста, и он с удовольствием принялся обедать.       — Да, но это по сути секретом не было, ведь их компания перешла по наследству, и это не самое интересное, — проворчал Даниэль и снова жестом передал слово другу, не горя желанием выходить из мыслительного процесса.       — Этот Орвуд владел огромным флотом, все порты Луизианы и всё побережья Техаса принадлежали ему.       — Так, погоди, — остановил его Рави и нахмурился, — но ведь компания Честера не выходит за пределы Луизианы.       Халлвард щёлкнул пальцами:       — Бинго! В этом вся суть. После смерти Орвуда нашего покойничка назначили ген-директором, и якобы главный офис переехал сюда, в Новый Орлеан, а их компания на территории Техаса стала тише воды, что странно, ведь именно там было сосредоточение их прибыли. Но дело в том, что Честер по сути был медийным лицом и как ширма прикрывал то, что творится в Техасе. Верхушка айсберга. Не похож он на того, кто управляет такой огромной компанией.       — Хочешь сказать, Честер чья-то пешка?       — По слухам у Орвуда было два сына. И вот про второго ничего не известно.       — В наше время невозможно не оставить цифровых следов, — задумался Лои, — не призрак же он. Я попробую разузнать.       — Что если убить нас хотел не Честер, а его брат? — задумался Рави, — заказчики покушения явно ведь связаны с их компанией. Ох, это только догадки.       — Даже если и так, — сказал Даниэль, — то кто он такой и зачем ему это.       Младший Блаун откинул вилку и недовольно откинулся на стуле:       — Боже, неведенье меня нервирует. Информация — самая ценная вещь в наше время, а у нас её просто нет.       — Мы разберёмся, как и всегда, — Дан поцеловал его ладонь, подбадривая мужа. Не хватало ещё, чтобы его путеводная звезда опускала руки, тогда эта ситуация окончательно выбьет его из колеи. Всю свою жизнь он зарабатывал тем, что узнавал чужие тайны, он всегда был акулой в этой воде, но сейчас чувствовал себя беспомощно, подозревая, что в этой воде есть рыба покрупнее.       Узнав о связи с Техасом, он был совершенно не рад. Эта территория, этот штат был вне его власти и влияния. Граничащий с Мексикой, он носил в себе таких отпетых мафиози, что Даниэль пока туда не совался. Знал, что не потянет эту битву. За эти годы он, наконец, подчинил себе всю Луизиану, вырвал зубами Миссисипи и стал заглядываться на Арканзас. Блаун стал теневым игроком, с которым считались все. Нет, мафиози он не был. Он посадил в верхушки власти штатов своих сенаторов и судей, с помощью своей армии наёмников и шпионов заставил склонится преступные синдикаты, к каждому из них найдя свой подход. Кому-то угрожал, кому-то помог разобраться с враждующими бандами, кого-то убил. Даниэль стал тем человеком, который наблюдал, как его детишки играют в песочнице, и время от времени напоминал, что эта песочница его. Но Техас был совершенно другим уровнем, и он ещё до него не дорос. Если то, что Честер являлся чьей-то марионеткой, окажется правдой, и этот кто-то окажется намного опаснее самого Блауна, то, когда к нему придут с войной, кроме себя ему будет некого винить.       — Звонил секретарь из офиса мэра, — положил трубку Кевин после очередного звонка, — сказал, что ей не здоровится, потому она просит перенести встречу на завтра.       — Ну, одним делом меньше, — не расстроился Рави.       Закончив обедать и обсуждать дела, они решили разойтись и на выходе из ресторана остановились на парковке перед своими машинами. Халл закурил, раздевая Лои взглядом, а Кевин не отрывал от уха телефон.       — Раз нам вместе сегодня никуда не надо, я поеду с охраной обратно в офис.       — А мне ехать дальше отрезать пальцы? — спросил норвежец.       — Думаю, можешь начать отрубать руки, — не весело усмехнулся Даниэль.       — Эй, у меня же талант к пыткам, — театрально протянул Халл, закинул руку на плечо друга и тихо добавил, видя что всё это его беспокоит, — и не из такого выбирались, брат.       — Точно, — согласился Дан и, стукнувшись с ним лбами, наконец повеселел, — ладно, увидимся дома.       Блаун поцеловал на прощанье мужа и, махнув по уши занятому Кевину, сел вместе с ним в свой ави, во второе сразу же загрузилась охрана.       Наблюдая за другом, Халлвард сделал последнюю затяжку, а потом кинул бычок в урну.       — Сигареты тебя погубят, — улыбнулся Рави.       — О, им придётся занять очередь сразу за Лои, — серьёзно сказал мужчина, переводя внимательный взгляд на парней. Хакер даже отвлекся от созерцания солнечного города.       — Это ещё почему? — поджал он губы, уже заранее зная, что сейчас в его сторону отпустят очередную шутку, и сложил руки на груди.       — Вот почему, — изобразил он бешенную улыбку и со всей силы шлёпнул Лои по заднице. Парень зашипел, потирая пятую точку, и успел только ударить в плечо мужчину, который тут же сорвался прочь к своему внедорожнику. Рави засмеялся под трехэтажный мат Лои, а Халл, оказавшись на безопасном расстоянии, ещё и воздушный поцелуй пареньку послал, краем глаза замечая, как взлетают два ави Блауна с соседних парковочных мест.       Предчувствие в норвежской груди вдруг забилось бешеным зверем, будто его подсознание кричало об опасности. Прошли считанные секунды, ави даже не успели набрать большую высоту, как вдруг с крыш соседних зданий, вынырнуло несколько артиллерийских дронов. Засвистели выпущенные ракеты. Раздались два взрыва. Смех Рави сменился немым шоком.       Реакция у Халлварда всегда была отменная.       — Перехвати их! — заорал он Лои, кидаясь к своему багажнику за винтовкой и отдавая охране Рави приказ стрелять по ним.       Бронированный ави, в котором сидел Блаун, подкинуло в воздухе взрывной волной от ракеты, взорвавшейся под днищем, и он врезался в стену дома. Двигатели на последнем издыхании пытались удержать высоту, чтобы не рухнуть на землю. Вокруг началась паника. Крики, люди бегут врассыпную. Лои дрожащими руками, натягивает свои интерактивные очки и начинает взламывать дроны, пока охрана Рави стреляет по ним из пистолетов.       Халлвард достаёт винтовку, выпускает из кейса свой дрон, направляет на оборону. Второе ави с охраной взрывается после второй ракеты, попавшей в лобовое. Пылающая груда металла огненным шаром рушится прямо на дорогу. Ави Блауна выдерживает три ракеты, выпущенные одна за одной, но улететь не может, похоже отказала система управления. Нападавшие не церемонятся, это не предупреждение, они хотят убить.       Халлвард гортанно рычит, стреляет по ним, выпуская полный магазин, одного сбивает, а в ушах только крик того, чей он вычленяет из сотни криков людей вокруг. Рави кричит, не плачет, а взвывает, на колени падает, за грудь хватается, будто из неё сердце вырывают.       Лои успевает взломать чёртовы дроны, но последняя ракета снова попадает в цель. Слишком быстро. Слишком мало времени. Атака заняла от силы минуту.       Броня ави на исходе, но она выдерживает новый взрыв, а вот двигатели нет, и машина снова бьётся о здание и камнем падает на землю вверх дном.       У Халлварда будто уши кровью наливаются так, что он вокруг ничего не слышит. Там его брат. Умом понимает, что после такого падения и стольких ударов выжить шансов почти нет, но верить в это хочет. Он видит, как подъезжают машины спасателей и несколько скорых, видит, как Рави срывается с места и бежит к раскуроченной груде металла, будто Дан сейчас выберется из-под обломков. Халл бежит вслед за ним, бросая винтовку на землю, хватает его поперёк груди, удерживая на месте. Ави всё еще может взорваться.       — Он там, Халл, он там! Его надо вытащить, пусти меня! — плачет Рави, вырывается, царапая его руки и рвётся туда, словно это не ави рухнуло на землю, а вся его жизнь, и он ещё успеет её поднять, успеет спасти.       Халлвард не пускает — спасатели уже на месте, пытаются разрезать обломки. Лучше не мешать. Он знает. Крик Рави заполняет всё вокруг, разрывает душу на кусочки. Он молит отпустить его, молит, чтобы Дан был жив, готовый отдать за него что угодно. А Халл прижимает его крепко-крепко к себе, сам будто задыхается, удерживая в глазах скупые слезы, говорит ему что-то, успокаивает, но сам себя не слышит.       Когда тела двух мужчин достают из-под обломков, у них обоих будто жизнь ставят на паузу. Халлвард не даёт Рави смотреть, разворачивает к себе лицом, прижимает его голову к плечу, лишь бы он не смотрел на искореженное обломками тело мужа. Врачи окружают их, сканируют на повреждения. Про тело Кевина тут же забывают — значит мёртв. Даже издалека видно как неестественно вывернута голова. Над Даниэлем задерживаются, начинают суетиться. Ещё жив? Надежда теплится в груди норвежца, но настолько слабая, что он про себя как мантру повторяет:       «— Не смей умирать, не смей умирать. Ты права не имеешь умирать!»