Цена смерти

      - Эй, ты, - Она обратилась к одной из служанок, сидящих на земле. - Хватит прохлаждаться, впереди ещё целый день, а у нас за спиной только пару ярдов проделанной работы! Она поправила свою соломенную шляпу, вытирая пот со лба. Стояло жаркое лето, и пришло время собирать первый урожай с виноградников.       С зимы, кажется, Она стала строже и не терпела никаких оплошностей со стороны других служанок. Девушка стала выглядеть намного старше своих лет, стала худее, её чёрные, как ночь, волосы, отрасли ещё ниже, не давая спокойно находиться под знойными лучами солнца. На её лице постоянно была какая-то тень, улыбка уже давно не скрашивала её лицо.       Прислуги в замке Димитреску осталось всего шестеро, справляться с работой стало намного сложнее. Но леди не давала приказа отправляться в деревню, что было странным, но спрашивать почему, Она не осмеливалась. Но оставшиеся девушки были не довольны - уже начинали давить на главную гувернантку, чтобы та поговорила с хозяйкой замка. Во всяком случае, Она знала, что набирают слуг обычно к зиме, поэтому сейчас рассчитывать на благосклонность леди Димитреску насчёт этого вопроса не стоило. Пока выдались тёплые деньки, леди и её дочери постоянно сидели в оранжерее, греясь под лучами такого редкого для их местности солнца. Особенно лету были рады дочери, которые днями напролёт были где-то вокруг замка, наслаждаясь теплом.       Леди Димитреску совсем не изменилась в отличие от неё. Женщина всё так же излучала постоянное спокойство и непринуждённость. Но это было так обманчиво. Госпожа заставляла обращать на себя внимание: она была красива и элегантна, - только вот внутри жил монстр, который не часто давал о себе знать. Она давно поняла леди: главная её драгоценность - дочери, за которых монстр, сидящий где-то внутри неё, был готов сжечь дотла всё в округе. С того случая зимой госпожа начала ей немного больше доверять, и это казалось для неё таким странным. Девушка даже пару раз ходила в деревню навестить родителей - всё с позволения хозяйки замка, естественно. Однако Димитреску больше не заговаривала с ней о том даре, что должна была получить у неё с позволения матери Миранды.       Она сложила свои хлопковые перчатки на деревянную стремянку, тяжко вздыхая и осматриваясь. Все служанки, включая её, выглядели сегодня так нелепо: их обычная форма совсем не смотрелась вместе с высокими галошами, которые были предназначены для работы в поле. У всех были соломенные шляпы - канотье, для защиты от палящего солнца. Но платья были чёрными, что не облегчало работу, а лишь усложняло. Несмотря на все трудности, Она находила это романтичным - солнце, как символ света, любило всё тёмное, и с особой «лаской» одаривала их чёрную форму своей любовью. Взяв в руки плетённую корзину, наполненную до краёв виноградом, девушка огласила: - Ну хорошо, сделаем перерыв на обед. Через час, чтобы все были здесь, - наказала главная гувернантка, уходя с поля.       Она направилась на кухню, чтобы сделать морс для леди из первого сбора винограда в этом году. Первый виноград возможно будет немного горьковат, но когда дело дойдёт до вина, некоторая выдержка должна будет убрать ненужную горечь. А пока что морс - быстрый способ понять каков виноград в этом году на вкус, поэтому госпожа наказала ей приготовить напиток, как первые корзины с виноградников будут собраны.       Сегодня хозяйки замка предпочли оранжерее раскидистую ротонду во внутреннем дворе. Тут по истине было очень красиво и ярко от большого количества цветов: бархатцы, тюльпаны, но особенно главой дома были любимы красные розы, что, наверное, не удивительно. Леди сидели в беседке и играли в карты, - обычный досуг аристократов. Она словно тень проскользнула в ротонду, расставив стаканы с морсом для четверых женщин на круглом столе. Хозяйка замка сразу взяла бокал в руки и сделала глоток, она поморщилась немного: то ли от горечи вкуса, то ли от теплоты напитка(тот ещё не успел остыть после приготовления). - Пометь сегодняшние собранные корзины. - обратилась она к служанке, стоящей позади. - Нужно будет добавлять сахар, используя виноград оттуда.       Главная гувернантка взглянула на госпожу. Та была сегодня особенно красива в своём красном платье со спущенным плечами. На её шее, как всегда красовалось колье. Распущенные волосы, зачёсанные немного назад, колыхал прохладный горный ветер. Она почувствовала себя нелепо в своей чёрной бесформенной служебной форме и высоких галошах. Девушка вспомнила, как ей на восемнадцатилетие родители подарили жёлтое платье с цветочным узором: сейчас Она была не прочь его надеть нежели тогда, теперь ей было плевать на то, что сказали бы остальные в деревне, увидев её в ярком наряде. Дочери Димитреску тоже были в красивых платьях. Только Даниэла была ещё и в лёгких кружевных белых перчатках, одна из которых скрывала её увечье, полученное зимой. - Что-то ещё, госпожа? - спросила Она, надеясь уйти поскорее. - Можешь идти, - девушка облегчённо вздохнула, отправляясь обратно на кухню, чтобы отобедать. Впереди ещё столько дел помимо замкового виноградника, а солнце уже начало клониться постепенно к западу.       К концу дня служанки смогли собрать около двадцати корзин винограда, что было вполне неплохо для их количества. Она была рада сменить неуклюжую рабочую обувь, в которой ещё становилось невыносимо жарко, на обычные туфли. За сегодня Она натёрла пару мозолей на ногах, и теперь было сложно ходить в своей привычной обуви. И если остальные девушки могли спокойно отойти ужинать и в ванны, то ей ещё нужно было успеть в покои госпожи, та вызвала главную гувернантку зачем-то, и теперь Она поднималась по лестнице, еле передвигая ноги по ступеням. Леди сидела у окна всё в том же наряде и читала книгу. Она всегда сидела с прямой осанкой, ни на миг не сгорбившись. - Завтра приезжает Герцог, - сказала леди, когда за гувернанткой только-только захлопнулись двери. - Простите, госпожа, но кто это? - миледи говорила всегда так, как будто Она всё знает. Однако, чаще всего главная гувернантка чувствовала себя сконфуженно, так как дела обстояли совсем наоборот: Она ничего не знала. И вот опять хозяйка говорит подобным образом. - Торговец, который часто заезжает сюда. - ответила женщина, перелистнув страницу книги и даже не взглянув на девушку, стоящую рядом. - Я просила его в письме заехать завтра в замок. Так что у нас будет гость, имей в виду. - Хорошо, - кажется нужно будет завтра встать пораньше, чтобы успеть прибрать гостевые комнаты.       Но герцог? Она ни разу не слышала, чтобы в округе жил кто-то с таким титулом, возможно он откуда-то издалека? Наверное, этот герцог очень красив, как и многие аристократы, - задумалась Она. Но на самом деле, девушка знала не так много знати в своей жизни, чтобы так утверждать. Единственный пример сидел прямо перед ней. Судила Она скорее всего так по картинам, развешанным в замке.       Вернувшись в спальни прислуги, главная гувернантка известила всех, что завтра придётся встать пораньше, так как приедет гость. Все были не шибко в восторге, но делать было нечего. В их спальнях быстро стало тихо: за сегодня девушки очень устали и сил на разговоры перед сном не осталось. Она же отправилась в ванны для прислуги, главная гувернантка всегда ходила туда одна, так как заканчивала свою работу позже остальных. Но Она считала это даже лучше, если бы ей приходилось мыться не в одиночку. В одиночестве и тишине можно было много над чем поразмышлять и отдохнуть ото всех: от хозяек и слуг, которые выматывали её полностью. Дойдя до ванной, служанка сняла свои туфли, сзади ступни были стёрты до крови, и стало неприятно, когда вода коснулась ног. Обливаясь холодной водой из кадки, Она в блаженстве прикрыла глаза, - то, о чём Она мечтала целый день наконец сбылось.       Вдруг девушка вспомнила госпожу и её атласное красное платье, которое благородно переливалось на солнце. Она провела руками по своей талии и бёдрам, представляя, как ткань такого же платья струится вниз по её фигуре. Хотя, кажется, платье такого фасона во всей округе подойдёт только леди Димитреску. Ей всегда было интересно, почему такая женщина, как госпожа, осталась одна в большом замке без семьи? Что случилось с её отцом и матерью? Был ли у неё муж, если был, то кто, а если нет, то почему? Но наверное для такой женщины навряд ли найдётся достойный муж. Гувернантка хмыкнула своим мыслям, девушка теперь задумывалась, появится ли у неё когда-нибудь муж и дети. Сможет ли Она полюбить какого-нибудь простого парня из деревни и зажить с ним счастливо, вдали от замка? Она думала, что нет.       Когда Она прошла в прислужьи спальни, все уже давно спали без задних ног. С её распущенных тёмных волос стекала вода. Она повесила постиранную форму на спинку стула рядом с кроватью, и свалилась на мягкую постель, ещё хранившей в себе прохладу. Когда девушка уже почти заснула, где-то внизу послышался грохот, - видимо дочери Димитреску опять нашли себе забаву на ночь.       Рано утром, проглаживая одежду, главная гувернантка объяснила девушкам, почему все сегодня встали пораньше. Они встрепенулись, услышав о герцоге, послышались смешки и шепотки, на что Она лишь закатывала глаза, поторапливая негодниц прибирать гостевые комнаты.       Но когда приехал герцог, Она была готова рассмеяться, стоя у ворот. Представляя лица служанок, немного сконфуженных от вида герцога, ей стало действительно смешно за долгое время, но рассмеяться себе в голос Она, конечно, не позволила. Лишь поприветствовала герцога, широко улыбнувшись, показывая куда проехать. Тот был, мягко говоря, полным. Но одежда его выдавала в нём аристократа: белая накрахмаленная рубашка, поверх которой был дорогой на вид вельветовый пиджак двубортного фасона. Но даже пиджак и рубашка таких размеров были ему малы, ибо нижняя часть живота выпирала настолько, что нижние пуговицы рубашки просто не могли толком застегнуться. Он сидел на облучке огромной повозки, которую тянула за собой одна лошадь. «Наверное, выносливая порода», - никак иначе Она не могла оправдать то, почему всего одна лошадь везёт герцога и все его торговые припасы. Ей стало ещё смешнее, когда Она подумала, что, наверное, лишь кровать хозяйки замка подойдёт для такого тучного мужчины в силу её размеров. - Как вас зовут? - спросила служанка у него, когда они проехали по мосту. - Герцог, дорогая, - в его зубах была сигара. - Но я имела в виду ваше имя, - спросила Она, сдвигаясь совсем на край облучка повозки, чтобы не занимать, как ей казалось, много места и не стеснять мужчину. - Можешь считать это моим именем, все так меня зовут, - он весело рассмеялся, увидев, как удивилась рядом сидящая девчонка. Она мигом слезла с повозки, когда они оказались у внутреннего двора. Она не представляла, как Герцог слезет с повозки, поэтому была немного смущена всей ситуацией. Но он поспешил сказать ей: - Позови сюда леди, - гувернантка хотела возразить, но её опять перебили: - Не думаешь ли ты, что я и в правду встану с этой повозки, милая? - Герцог рассмеялся искренним смехом. Она лишь покраснела и поспешила в замок. Ей было интересно, что собирается покупать глава замка у торговца, но та наказала ей отправляться к остальным служанкам работать на виноградники, что немного расстроило её.       Гувернантка поморщилась от того, что снова надевает эти проклятые галоши. С кухни Она притащила ведро холодной воды с кружкой и все служанки мигом накинулись на неё, так как первое ведро, что взяли те утром после уборки, уже закончилось. С лукавым прищуром девушка принялась им рассказывать кто же такой всё-таки Герцог, и как он выглядит. Служанки приуныли, кажется не было новости хуже для них в данный момент. Но зато им теперь есть, что обсудить на целую неделю вперёд. Она понимала их: в мрачном замке под одной крышей с ведьмами мало, что можно обсудить кроме крови и зверств, поэтому главная гувернантка тоже была немного рада, что Герцог посетил их.       Кажется, сегодня было жарче, чем вчера, поэтому многие девушки даже сняли треклятые галоши и ходили босиком прямо по земле. Правда, земля была кое-где горячей от солнца, поэтому кто-то поспешил надеть неприятную обувь обратно. Она позволила себе лишь снять перчатки, хоть мозоли на ногах и беспокоили её очень сильно. Сегодня они решили закончить с виноградом пораньше, так как утро для них выдалось ранним, и похоже, что зря. Как оказалось, Герцог не остался у них на ночь, хотя переговоры были очень долгими, так что девочки не успели и глазом увидеть торговца, и сказали главной гувернантке, что не верят, что тот был тучным с выпирающим животом мужчиной за лет сорок - пятьдесят. Им осталось всего пару дней пособирать виноград, остальное останется до конца августа дозревать. Рядом с виноградом ещё росли подсолнухи, которые уже можно срывать и из семян лить масло. В общем, до конца лета осталось не так много, а дел, которые должны успеть сделать обитатели замка, ещё очень много.       Настало время ужина, Она относила последние корзины винограда в погреб со стороны кухни, когда услышала, как наверху прозвенел колокольчик - госпожа звала её. Девушка не была уверена, может ли показываться в таком виде перед леди - Она чувствовала себя ещё грязнее, чем вчера. Сдувая выпавшие из причёски прядки со лба, Она со стоном поставила последнюю тяжёлую корзину на холодный пол и вышла, резво поднимаясь наверх, перешагивая через одну ступеньку. По пути девушка пыталась привести себя в порядок: пригладила влажные от пота волосы, отряхнула фартук от пыли, - но навряд ли это сильно улучшило её внешний вид. Постучавшись, Она вошла. Спальню затянуло светом от заходящего солнца из единственного окна, девушка зажмурилась от ярких лучей. Госпожи не оказалось в комнате, но были открыты двери в её будуар, так что служанка прошла прямо туда. Леди сидела у трюмо и примеряла к шее бусы из белоснежного жемчуга. Она вертела головой в разные стороны и даже пересаживалась то в лево, то в право, разглядывая себя в зеркале под разными углами. Вдруг она обернулась к девушке и спросила: - Как тебе? Она не знала, что ответить. Стоя там, вся грязная, испачканная в земле и виноградном соке, служанка чувствовала себя так нелепо рядом с леди. - Думаю, оно вам прекрасно подходит, - в принципе, это было даже правдой. Белый цвет был к лицу хозяйке замка, даже очень, как и красный, и чёрный цвета. За женщиной на пуфе лежали большие свёртки, которые ещё не были распечатаны. Видимо, Герцог привёз для госпожи новые драгоценности и одежду. - Зря я у тебя спросила, - она с тяжёлым вздохом отложила бусы на стол. - Что ты можешь смыслить в дорогих украшениях, дитя? Леди принялась распускать свою причёску, вынимая чёрные заколки - невидимки. Она поспешила к леди: - Позвольте помочь, госпожа. - Стой, - Димитреску выставила руку вперёд, прямо перед носом оказавшейся вмиг рядом с ней девушки. - Ты грязная. Служанка опустила голову в извиняющимся жесте, сделав два шага назад. - Прошу прощения, миледи. Я не успела привести себя в подобающий вид после работы перед визитом к вам. Женщина поднялась с места, подходя к свёрткам. Некоторые из них были особенно длинные, эти леди и принялась распаковывать. Первое, что она открыла, было красное платье, но оно было маленьким для хозяйки замка, - такое миниатюрное подошло бы только одной из её дочек. - Иди набери ванну, - госпожа принялась развёртывать следующую покупку. Мышцы на её предплечьях немного напрягались, когда она разорвала бумагу, и девушка вдруг вспомнила события полугодовой давности, когда Она убила собственными руками одну из служанок. Но ей было не жаль девчонку... - Пoпpoxлaднee или погорячее? - Как посчитаешь нужным. - кивнула леди. Ей было жаль себя. Когда вода почти наполнилась, одна из четырёх владык зашла в ванну вслед за девушкой. Гувернантка, сидевшая на бортике огромной ванной, поспешила слезть с него. - Раздевайся, - послышалось рядом. - Простите, миледи? - Раздевайся, - госпожа кивнула в сторону ванны, красноречиво смотря на свою служанку. - Но госпожа, как я смею! - Она вдруг была готова упасть на колени, чтобы не произошло то, что произойдёт пару минут спустя. Женщина, лишь недовольно сведя брови, подошла к девушке, схватив вырез чёрного платья. Послышался треск и ещё, - леди разорвала её платье до самого низа юбки. - Полезай быстрее в ванну, - женщина развернула гувернантку спиной к себе и толкнула вперёд. - Добротой господ не следует пренебрегать. Она скинула остатки платья на пол, прикрываясь, дабы хоть как-то скрыть своё худое тело. Леди не спешила сесть на стул рядом с ванной или вообще уйти, она стояла за спиной, выжидающе свербя еë тяжёлым взглядом. - Ну же, - понизила голос хозяйка - прозвучало так, будто кто-то прорычал, и девушка от испуга быстро залезла в прохладную воду. Она села и вода заполнила её тело по подбородок, девушка не знала, что ей делать(мыться при леди главная служанка посчитала стеснительным). Однако ей пришлось это сделать под строгим взглядом главы дома, которая присела рядом, вычищая небольшую чашу курительной трубки от старого табака. Вскоре вода в ванной окрасилась в серый мутный цвет, на её же лице стал прослеживаться румянец. Иногда госпожу было очень трудно понять. Порой она была безжалостна и жестока, временами безразлична ко всему, а случается - как сейчас: безобоснованные порывы доброты. Это больше пугало, чем радовало. Когда девушка закончила отмывать себя, Она вновь не знала, как ей поступить. Просто встать? Дальше сидеть, пока госпожа сидит рядом? Но женщина, что следила за служанкой, сама приказала подняться и выйти за ней обратно в будуар. Когда Димитреску вышла, девчонка незамедлительно встала, вода чуть разлилась на пол, выливаясь за края бортиков. Она шикнула на себя за оплошность. Чуть не упав, служанка обмоталась полотенцем, что лежало рядом и вышла прочь. Леди зажигала в гардеробной новые свечи. Она затушила спичку, дунув на пламя. С длинных волос гувернантки капала вода и ей приходилось все время стягивать край полотенца с себя и подтирать лишнюю влагу, чтобы та не попала на махровый пол. Её форма была безбожно разорвана, быть перед леди почти нагой вызывало у неё неумолимое чувство стыда. Кажется, Она поклялась себе, что больше её ничто не удивит после того случая с котом. Но сейчас юная особа поняла, как ошибалась. Глава замка подошла к пуфу, на котором лежало распакованное ею ранее красное платье. - Знаешь, оно должно было достаться одной из моих дочерей, - она артистично взялась за подбородок, внимательно рассматривая платье. - Но сегодня наденешь его ты. В её глазах промелькнули испуг и непонимание. Предвидев противоречивый возглас гувернантки, женщина отрезала все вопросы одним ответом: - Потому что я так хочу. Она приказала девушке надеть его. Если честно, служанка даже не знала, как надеть этот предмет одежды, так как раньше Она никогда не трогала настолько дорогую ткань, а она была очень гладкой и очень мягкой за счёт ещё одного слоя внутри. На влажное тело натянуть платье было трудным, но Она справилась. Мокрые волосы тут же оставили на одежде следы, девушка поспешила откинуть их назад за спину - по крайней мере так они не будут мочить переднюю сторону наряда. - Ну, что чувствуешь? - спросила леди. Она предпочла промолчать, не зная как ответить на вопрос. Госпожа вдруг схватила её за руку и подвела к зеркалу трюмо. Схватив бусы, она зацепила их на шее девушки. Гувернантка упорно отводила взгляд от зеркала, не желая разглядывать там себя, думая, что платье на ней смотрится очень глупо, ведь красный цвет ей точно никогда не шёл - Она знала это. Но леди схватила её за подбородок, стоя сзади, заставляя смотреть в зеркало. - Что ты чувствуешь? - с нажимом вновь задала вопрос Димитреску, обжигая горячим дыханием её ухо. Она раскрыла зажмуренные глаза и посмотрела наконец в зеркало. Девушка с шумным выдохом раскрыла рот, из её груди чуть не вырвался стон. Платье подчёркивало её грудь, талию, расширяясь в месте начала юбки. Оно было самым обычным, без кружев, рюшек и узоров. Оно так же переливалась как и красное платье леди на свету - самое красивое платье в гардеробе хозяйки. Атлас струился так, что не было ни одной складки, портящей вид его гладкости. Девушка подняла взгляд на женщину, чьё лицо было на одном уровне с её. В глазах хозяйки отражался огонь свечей, делая взгляд диким, как тогда, когда леди чуть не убила главную гувернантку зимой. Она не рассматривала юную девушку полностью, она смотрела ей прямо в глаза, уже зная ответ на свой вопрос и предвкушая услышать его вживую. - Восторг... - произнесла наконец служанка, сглатывая комок в горле. - Продолжай, - леди кивнула. Женщина чуть ослабила хватку на подбородке гувернантки, легко очерчивая контур скул и губ. - Потрясение... Упоение... - Она говорила очень быстро, вздыхая полной грудью, боясь что ей не хватит воздуха. Леди взяла её длинные локоны мокрых волос, отброшенных назад, и перевела вперёд, пропуская их длину через свою ладонь. - Я восхищена и благодарна вам, - по её щеке прокатилась слеза, попадая прямо на горячую кожу руки женщины. Леди отпустила её, давая юной особе ещё немного осмотреть себя в зеркале. Чуть позже леди наконец позволила гувернантке распустить ей причёску и расчесать волосы, украдкой любуясь, как вода стекает с длинных прядей девушки по бусам на шее и прямо вниз на до сих пор часто вздымающуюся грудь.