Speechless

Северус проснулся через два часа в темном, душном месте. Вся его тяжелая работа пропала даром. Почему он вообще беспокоится? Все это бессмысленно. Он встал и вышел из кладовки. Он отряхнулся и пошел искать место, где можно было бы очистить раны. Его лицо все еще было в крови, и он был уверен, что сломал ребро или два. Лазарет был последним местом, куда ему хотелось идти. Он мог представить себе это сейчас: ее руки и губы трогали Блэка за то, что он принес ей зелье. Неприятное чувство ударило его в живот, и он потопал к выходу. Он остановился, увидев Дамблдора и мистера Олливандера у подножия лестницы. Он смотрел, как они пожимают друг другу руки и прощаются. — Этот мальчик с зельями… — начал мастер волшебных палочек. — Да, да. Я позабочусь, чтобы он знал, что вы благодарны ему за помощь. Мисс Олливандер в надежных руках, уверяю вас. И он один из наших любимых учеников; она в хорошей компании, не волнуйтесь, — сказал Дамблдор и вывел мужчину за дверь. Северус сжал кулаки и ударил по стене рядом с собой. Не обращая внимания на боль в разбитом суставе. Было слишком поздно, Блэк победил. Он подождал еще несколько мгновений, затем вышел через те же двери и направился к озеру. У него было дерево, под которым он любил сидеть и читать; оно стояло у подножия холма, ближе к лесу. Добравшись туда, он вытащил палочку и направил ее сначала себе под ребра. Он услышал негромкий хлопок и застонал, стиснув зубы. Как только его дыхание замедлилось, он сделал то же самое с носом. Это было не так больно, но он был так зол, что не заметил боли. Он привык исцелять себя сам. Он все время делал это дома, его учила мать. Всякий раз, когда его отец впадал в пьяную ярость или когда ему казалось, что Северус дышит слишком громко. Он вытер кровь рукавом и почувствовал боль в разбитой губе. Он совсем забыл об этом. У него не было с собой никакой мази, и ему придется пойти в лазарет за диттани*. Это может подождать. Он не видел, чтобы кто-нибудь спускался к нему с холма. Джульетта появилась в поле его зрения и напугала его. Ему показалось, что он спит, и он несколько раз моргнул. На плече у нее висела его сумка. Они смотрели друг на друга несколько минут, прежде чем она наконец двинулась. Она медленно подошла к тому месту, где Северус сидел у дерева. Она ждала, когда он скажет ей, чтобы она исчезла. Она опустилась на колени слева от него и открыла сумку. Она вытащила сверток марли и маленькую бутылочку с диттани. Он заметил печать Хогвартса на пробке. Она украла его из лазарета. Он не мог поверить, что эта маленькая когтевранка сделала это для него. Он наблюдал, как она открыла его и вылила небольшое количество на кусочек марли. Она придвинулась ближе и осторожно дотронулась рукой до его лица. Она остановилась и вопросительно посмотрела на него. Он слегка кивнул ей и позволил прикоснуться к губам. Он поморщился, когда она вонзила свои целебные силы в его кожу. Краем глаза он заметил, как из раны повалил дым. Это означало, что на нем останется шрам. Она отстранилась, использовала другой кусок чистой марли и смочила его своей палочкой. Она начала вытирать засохшую кровь с его подбородка. Он никогда не видел, чтобы кто-то заботился о нем так, как сейчас, и он впитал эту заботу, наклонившись ближе к ней. Его кровоточащие костяшки пальцев были следующими, ведь он ударил кулаком по каменной стене. Джульетта потянулась к его руке и помедлила, прежде чем схватить ее. Она снова посмотрела на него, ожидая разрешения. Он молча кивнул. Ее руки были нежными и мягкими, намного меньше его. Закончив, она сняла сумку с плеча и показала ему. Она указала на кровь, забрызгавшую его спереди. Затем она открыла ее и показала ему, где он написал свое имя на внутренней стороне. Должно быть, она догадалась, что произошло. Умная девочка. Когтевран будет гордиться, он был уверен. Он протянул руку, взял у нее сумку и отложил в сторону, потом сунул руку в складки одежды и вытащил цветок, который так старался защитить. Он протянул ее ей и увидел, как засветилось ее лицо. Она одарила его очаровательной улыбкой и забрала его. Она поднесла его к лицу и понюхала. Она протянула его ему, чтобы он понюхал. Он наклонился и понял, что пахнет ею. Эта сладость, которую он вдыхал от нее в классе и в лазарете, георгины. Он слегка улыбнулся ей. Она отдернула ее и другой рукой потянулась к нему. Она помедлила, прежде чем прикоснуться к нему, и ждала его согласия. Он еще раз слегка кивнул и позволил ей погладить себя по щеке. Ее рука была теплой и мягкой, он почти вздохнул. Она медленно придвинулась к нему так близко, как только могла, не прикасаясь. Она наклонилась к нему лицом, не отрывая взгляда. Он перестал дышать, в голове стало пусто. Неужели это происходит на самом деле? Или у него сотрясение мозга? Он никогда раньше никого не целовал. То, что должно было произойти, было грандиозным. Она остановилась, прежде чем ее губы встретились с его, она перевела взгляд с его губ на глаза. Она спрашивала разрешения. Он еще раз слегка кивнул и позволил ей подойти к нему. Он боялся, что внезапное движение спугнет ее. Как олень, которого спугнули в лесу. Мягкость коснулась его губ, когда он позволил своим глазам закрыться, он наклонился к ней и вздохнул. Тепло разлилось по всему телу. Как и в первый раз, он пил сливочное пиво. Или первый согревающие чары в холодный день. Но лучше, в миллион раз лучше. Его чувства были на пределе; ее запах был вокруг него, она была сладкой, как клубника. Она чувствовала себя так божественно, и ему захотелось плакать. Ничто в его жизни не могло сравниться с этим мгновением. Она медленно отстранилась от него и покраснела. Наконец он вздохнул и криво улыбнулся ей. Он протянул руку, чтобы коснуться ее щеки, но остановился. Молча спрашивая разрешения. Прежде чем она успела ответить, с вершины холма донесся крик. — Джульетта, Джульетта, где ты, Джульетта?! Иди сюда, драгоценная! Она подпрыгнула от неожиданности, и ее глаза расширились. — Нет, нет, нет, — читалось на ее губах, когда она качала головой. Прежде чем Северус успел что-то сказать, она вскочила и побежала в другую сторону, стараясь держаться как можно дальше от Блэка и его друзей, которые спешили вниз по склону к ним. Он молча проклинал Блэка за то, что тот так неудачно выбрал время и прогнал ее. Пьеса была написана совсем не так! Он быстро встал и вытащил палочку, он чувствовал себя новым человеком. Ну, теперь мужчиной, а не мальчиком, несмотря на то, что два года назад его голос упал на октаву. Он вышел из-за дерева и направился к ним, направив на них палочку. Они не знали, что он был там заранее, так что на этот раз у него было преимущество. Он знал, что должен держать их как можно дальше от нее. Точнее, держать ее подальше от них. В любом случае. Он начал быстро взрывать заклинания с большей силой, чем раньше. Он чувствовал себя обновленным и более сильным, чем раньше, потому что теперь у него была цель. Он никогда не бросал первое заклинание, никогда не начинал дуэли первым. Больше не надо. Больше не позволяй людям ходить по нему. Больше не нужно ждать, когда их неизбежный шаг причинит ему боль. Если они хотят заполучить ее, им придется пройти через него. Они не были готовы к его атаке, и все они были поражены его первым ударом боли. Блэк окаменел, Поттер перенес проклятие желейных ног, Петтигрю получил фурункулы, а руки Люпина превратились в щупальца. Они все закричали от боли и удивления, а он продолжал наступать на них с жалящими проклятиями. — Черт! Беги! — крикнул Поттер и схватил Сириуса за лацкан мантии. Его шаткие ноги с трудом двигались туда, куда он хотел. Петтигрю ухватился за другую сторону, и они с Сириусом вернулись на холм, так как его тело было заморожено. Люпин следовал за ними, размахивая в воздухе щупальцами. Никто из них даже не успел вытащить свои палочки. Когда они скрылись за гребнем холма, он сунул палочку в карман и повернулся, чтобы посмотреть на нее. Она давно ушла и, вероятно, вернулась в замок. Он вернулся к дереву и поднял сумку. Он открыл ее и обнаружил остальную часть диттани и бинты. Затем он вытащил маленький флакон с прозрачной жидкостью. Феликс Фелицис. Почему? Должно быть, она забыла его в сумке. Такое редкое и дорогое зелье никогда никому не достанется даром. Солнце садилось, и скоро должен был начаться ужин. Его одежда была покрыта грязью и кровью; не было никакой возможности добраться до общежития, переодеться и успеть на ужин. Он отправлялся на кухню, а потом ложился спать. Завтра он вернет ей зелье. Он лежал в постели, закинув руки за голову. Он не мог стереть ухмылку с лица. Она поцеловала его. Не Блэка. Его. В награду за помощь с ее зельями? За цветок? Или просто потому, что хотела? Ему было все равно. Ему это понравилось, и он сделал бы все это снова ради другого раза.

***

Он носил зелье с собой до тех пор, пока у него не появилась возможность дать его ей наедине. Если такие люди, как Мародеры, узнают, что оно у него есть, то это все равно, что его бы и не было. Он, как обычно, пришел к завтраку пораньше в надежде, что она будет там. Она вошла и не успела сесть, как на нее тут же накричала мадам Помфри. — Вот ты где! Я же велел тебе оставаться в постели и отдыхать! Что будет, когда я пойду и принесу тебе ужин? Ты ушел! Вы должны прислушаться к моим медицинским советам, юная леди! Джульетта опустила голову и сделала знак, что сожалеет. Как только медик-ведьма оставила ее одну, она села напротив него и положила свою сумку рядом с собой. Она встретила его взгляд и покраснела, закусила губу и заерзала. Он понимающе ухмыльнулся. Она сбежала из лазарета, чтобы найти его. Она украла диттани, и она вырвалась только для него. Если он не был сумасшедшим, маленькая когтевранка заботилась о нем. Он заказал ей еду, и они продолжили свой утренний ритуал, как и раньше. На этот раз в уголках ее рта появилась легкая улыбка. У него было такое чувство, что он делает то же самое. Они оба встали одновременно, чтобы попасть в класс. Был понедельник, и он надеялся, что сможет проводить ее на урок Трансфигурации. Он мог бы вернуть ей заслуженное зелье, может быть, подержать ее за руку, может быть, получить еще один поцелуй. — Мистер Снейп, на пару слов, пожалуйста! — крикнул Дамблдор. Он мысленно проклял ужасное время старика, когда тот повернулся и пошел в противоположную сторону. Он смотрел, как она вышла из зала, а Блэк последовал за ней. — Сэр? — Я хотел лично поблагодарить вас за помощь с зельями для мисс Олливандер. Пятьдесят баллов Слизерину за то, что он взял на себя ответственность и справился с нагрузкой. Мистер Олливандер хотел лично поблагодарить вас, но мы не смогли вас найти. В знак благодарности он просил передать вам вот это, - он протянул Северусу кобуру с волшебной палочкой. Он взял ееи посмотрел. — Ого, спасибо, сэр. У меня никогда такого не было. — Она особенна, она надевается на предплечье. А теперь идите, молодой человек. Занятия начинаются через десять минут. Он пристегнул новую кобуру с волшебной палочкой к правой руке и выбежал из зала. Он хотел показать ей и поблагодарить ее и ее дедушку. Когда он добрался до коридора, где был класс, он увидел ее, загнанную в угол Мародерами. — Эй, Джульетта, мой друг считает тебя милой, — сказал Поттер. — Да. Вы двое должны пойти в Хогсмид вместе, — сказал Люпин. — У тебя есть милые подружки? — спросил Петтигрю. Блэк стоял слишком близко к ней, держась рукой за стену у ее головы, прислонившись к ней. Она прижимала к груди сумку с книгами, а глаза ее были полны паники. Она вытащила палочку и подняла ее над головой: «Пожалуйста, отпусти меня, мне нужно идти в класс». — Да, да. Не переживай. Я прикрою вас перед Макгонагалл. Так как насчет этого, драгоценная? Хочешь пойти со мной? — спросил Блэк и дотронулся до ее подбородка. — НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ! — ее волшебная палочка написала буквы сверху крупным красным шрифтом. Северус подбежал и врезал Блэка плечом в стену. Затем повернулся к остальным с палочкой наготове. Он быстро оглянулся через плечо и кивнул в сторону класса. Ей не нужно было повторять дважды. Она ушла, не оглядываясь. Прежде чем кто-либо из них успел среагировать, из-за угла появилась Макгонагалл. — Палочки прочь! Все вы! Пять баллов от Слизерина и пять баллов от Гриффиндора за каждого! Не позволяйте мне снова застать вас на дуэли в коридорах! — Но, мэм… — сказал Блэк, потирая щеку. — Идите в класс, все! — сказала она и вошла перед ними. Северус ворвался внутрь и занял свое место рядом с ней прежде, чем кто-либо успел. Она была там со своими книгами, пергаментом и пером. Она бросила на него встревоженный взгляд. Он успокоил ее быстрой улыбкой. Он достал свои школьные принадлежности и увидел, как ее рука поползла к его руке, лежащей на общей парте. Она посмотрела на него, прежде чем прикоснуться, и он кивнул. Она сжала его руку и улыбнулась. Это она сказала "спасибо". Он нежно сжал ее маленькую руку в ответ, и они оба вздрогнули и отстранились, когда МакГонагалл подошла к ним сзади и громко прочистила горло. — Будьте внимательны, — сказала она и двинулась к передней части комнаты. Блэк бросил на него убийственный взгляд и повернулся, чтобы прочитать надпись на доске. Северус не смог сдержать ухмылки. Ближе к концу урока на ее сторону стола взлетел маленький журавлик-оригами. Она медленно открыла его и ахнула. Она швырнула его на стол и откинулась на спинку стула, словно он обжег ее. Он наклонился и прочел. Это был грубый рисунок, на котором она стояла на коленях перед Блэком со спущенными штанами. Он был зачарован, чтобы двигаться неподобающем образом. Северус разозлился не только потому, что это было оскорбительно, но и потому, что увидел слезы в ее глазах. Никто не должен причинять ей боль. И никто не мог обладать ею, кроме него. Он незаметно вынул свое желание и поджег бумагу. Когда Макгонагалл повернулась к нему спиной, он с силой швырнул его в Блэка через всю комнату. Он взвизгнул и похлопал другой рукой по рукаву своей мантии. Люпин выстрелил в него струей воды, чтобы помочь. Макгонагалл обернулась и заорала на них, забрав очки и назначив наказание. Они оба повернулись и уставились на него. Карма - сука, и надолго ее не хватит. Теперь Северус знал, почему они делали с ним такие вещи все эти годы. Это было весело. Он почувствовал, как ее рука легла ему на бедро и мягко сжала. Он слегка подпрыгнул и покраснел. Его рука опустилась ниже, чтобы накрыть ее. Так они просидели до конца урока. К черту записки, он не собирался отпускать ее руку. Урок закончился, и она первой вышла за дверь. Он знал, что это из-за Блэка. Он знал, что другой мальчик заставляет ее чувствовать себя неловко, и он чувствовал себя ужасно. Он хотел бы что-нибудь сделать, чтобы заставить его отступить.

***

У него не было возможности вернуть ей зелье. Я между занятиями он продолжал искать ее, но не преуспел. Скрываясь от Мародеров, она скрывалась от всех. Он видел ее за едой, а потом она исчезала. Пока он наконец не нашел ее в библиотеке в пятницу. Она сидела за столом в глубине комнаты, окруженная книгами и пергаментами. Он некоторое время наблюдал, как она яростно царапает лежащий перед ней пергамент. Затем она откинулась назад и вытянула руки. Ее лицо исказилось в гигантском зевке, она высунула язык и причмокнула губами. Это было восхитительно. Как зевающий щенок. Она лениво оглядела комнату, и ее глаза расширились, когда она увидела Северуса. Она быстро отвела взгляд, прячась за волосами. Он тихо усмехнулся про себя. Он молча наблюдал, как она встала со своего места с несколькими книгами и направилась к высоким проходам. Прежде чем скрыться за углом, она оглянулась на него. Ему не нужно было повторять дважды, он последовал за ней. Она повернула за многие углы и прошла по многим островкам в лабиринте книг. Всегда просто вне досягаемости для него. Ему нравилась эта игра, ее легкий румянец и улыбка, которыми она одаривала его, когда смотрела на него через плечо, доказывали, что она того стоила. Наконец она остановилась и подождала его, когда они отошли достаточно далеко от глаз публики. Она стояла, сложив руки перед собой, и смотрела на него. Он встал перед ней, затем вытащил маленький флакон Феликса Фелициса и протянул ей. Она протянула руку и вместо того, чтобы схватить флакон, схватила его за руку. Она толкнула его обратно к нему, а другую руку положила ему на грудь. Она хотела, чтобы он его взял. Его рука накрыла ту, что лежала на груди. Он никогда не осознавал, насколько она низенькая, и насколько он высокий. Ее макушка доходила ему до середины груди, а не до плеча. Он медленно потянулся к ее щеке и помедлил, прежде чем прикоснуться к ней. Его глаза искали разрешения, умоляя о нем. Она кивнула и наклонилась к его руке. Такая мягкая, нежная, такая красивая. Эти слова повторялись в его голове, как заклинание, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее. Он снова помедлил, прежде чем подойти к ней. Он услышал слабый шепот ее дыхания. — Пожалуйста. Это заставило его вздрогнуть. Его губы мягко прижались к ее губам, и он физически почувствовал, как его сердце тает. Тепло снова разлилось по его груди, как и накануне. Если это происходило всякий раз, когда он целовал ее, то он никогда не хотел останавливаться. Это был простой, невинный поцелуй, без языков, без борьбы за господство. Северус знал, что он чувствует любовь. Какие бы чувства он ни испытывал к Лили раньше, ничего подобного не было. Это даже не могло сравниться с тем, что он чувствовал сейчас. С Лили была пустая тоска по ней, он просто хотел ее. Но Джульетта была другой; он нуждался в ней. И самое существенное различие между двумя девушками состояло в том, что Джульетта чувствовала то же самое. Верно? Он заставил себя отодвинуться и посмотреть на нее. Ее раскрасневшееся лицо было прекрасным. Он положил зелье обратно в карман и протянул руку к ее талии. И снова он ждал разрешения, которое ему дали. Он прижал ее к своей груди и посмотрел на нее сверху вниз. Он открыл рот, чтобы попросить ее стать его девушкой, но его прервали. — Этот парень беспокоит тебя? Хочешь, я позабочусь о нем? — сказал Блэк через плечо. Она закрыла глаза и нахмурила брови. Она подняла руки и показала: «Как, черт возьми, он продолжает меня находить?» Северус осторожно повернул ее и поставил себе за спину. Теперь он стоял между ней и Блэком. — Эй! Убери свои грязные лапы от моей девушки! — сказал Блэк, подойдя ближе и увидев их вместе. — Это библиотека! Перестань орать! Вы, оба, убирайтесь! — крикнула мадам Пинс из-за спины Блэка. И то и другое? Он обернулся, и она исчезла. Он в миллионный раз проклял Блэка. Он все испортил. Библиотекарь заставил их гуськом выйти за дверь. И тут он заметил клочок бумаги, торчащий из заднего кармана Блэка. Карта! Ему потребовались годы, чтобы понять, как они находят его и мучают. Он схватил его. Он сунул его в карман и пошел дальше. Когда они вышли из библиотеки, он даже не стал дожидаться, какое остроумное замечание скажет. Он пошел обедать в Большой зал. Он знал, что она будет там. Он не заметил, как Блэк похлопал себя по карманам и стал шарить по земле в поисках своей драгоценной бумажки.