Speechless

Северус не смог поговорить с Джульеттой до урока в следующий понедельник. Он действительно видел ее за едой, но, похоже, учителя постоянно отводили ее в сторону, чтобы поговорить о том, что произошло. Потом ее втянули на встречу со школьным советом по поводу того, что будет с Блэком. Его приговорили к двум неделям отстранения от занятий, одному месяцу заключения и запрету посещать Хогсмид. Его друзья-мародеры закатили истерику и попытались начать петицию, но никто не хотел ее подписывать. Орион и Вальбурга Блэк были крайне разочарованы в своем сыне по неправильным причинам. Не его варварские действия по отношению к этой девушке, а то, что он разрушил свои шансы на возможное присоединение «Великого Дома Олливандеров» к Дому Блэков. Новость о случившемся просочилась через кого-то из школьного совета в «Ежедневный пророк», который попал в Министерство. Дом Блэков получал гнев со всех сторон и делал большие общественные пожертвования школе и магазину волшебных палочек Олливандера. Он отверг их вклад и сказал, чтобы они купили своему сыну немного уважения. Это была словесная пощечина, и они не могли ответить. Дом Блэка избегали другие священные 28. Их сыновья достигали совершеннолетия, чтобы жениться, и никто из них не хотел, чтобы их дочери были связаны с ними.

***

Стресс, который Джульетта испытывала в первый месяц учебы в Хогвартсе, рассеялся в тот же миг, как Блэка забрали из школы. После того, как учителя поймали оставшихся Мародеров, уставившихся на нее, они немедленно расправились с ними. Это не мешало Северусу время от времени проверять карту, чтобы быть уверенным в ее безопасности. Их первое совместное занятие после этой ситуации не продлилось достаточно долго для них обоих. В свободные минуты Джульетта хватала Северуса за руку под столом или касалась его. После всего, что они пережили, она все еще краснела. После урока они неловко стояли в коридоре, ожидая, что скажет другой. — Мисс Олливандер! Подождите минутку, пожалуйста! — раздался писклявый голос из конца коридора. Они обернулись и увидели Флитвика, спешащего к ним. — Вот вы где. Эта записка только что пришла от директора Дамблдора. В вашем расписании произошли изменения. Я надеюсь, что это вам понравится. Пожалуйста, передайте привет вашему дедушке, — сказал он и протянул ей маленькую бумажку. Она поднесла руку к губам, чтобы поблагодарить, и слегка поклонилась. — Мистер Снейп, не будете ли вы так любезны сопроводить мисс Олливандер на ее новые занятия на этой неделе? У директора школы у вас такой же график, — спросил он. Он с энтузиазмом кивнул; он не доверял своему голосу, чтобы сказать что-нибудь, что не сказать что-нибудь неловкое. Его удача менялась к лучшему. Наконец настал его звездный час, и боги подарили ему это великое сокровище в виде маленького Когтеврана. Должно быть, дед заставил Дамблдора изменить ее расписание, чтобы увести ее подальше от Блэка. И держать ее рядом с Северусом, который уже много раз доказывал, что может защитить ее. Флитвик поблагодарил их и, прежде чем прозвенел звонок, продолжил свой обход холла. Северус посмотрел на нее сверху вниз и взял за руку. Он остановился, прежде чем дотронуться до нее, и ждал ее разрешения. Она схватила его за руку и позволила отвести себя в класс чар. Он повел ее вверх по лестнице справа и вниз, к своему месту в первом ряду. С раскладкой сидений в этом классе он любил сидеть впереди, чтобы он мог видеть всех. Он отодвинул для нее стул, прежде чем сесть. Обычно он вынимал свои книги, держал перо в руке и готовился к сегодняшнему уроку. Он не сводил с нее глаз, и это его ничуть не беспокоило. Ни один из них не сказал друг другу ни слова с тех пор, как она прошла через испытание с Блэком. До сегодняшнего дня он был в панике, не зная, что сказать. Но теперь он понял, что не нужно ничего говорить. Старая поговорка «поступки говорят громче слов» до сих пор ничего для него не значила. Сегодняшний урок чар был сложнее, чем ожидалось для всех в классе. Они учились разочаровывать самих себя. Один студент случайно позеленел. — Apsconditym! Мисс Эванс, произношение — это ключ! — сказал Флитвик, двигаясь по комнате. — Нет, нет, нет, давайте все снова займемся работой с палочкой, — Флитвик сказал это так, словно это была самая естественная вещь на свете. — Да, тогда сделай «хоки-поки» и повернитесь, — саркастически проворчал себе под нос Северус. Джульетта фыркнула и прикрыла рот рукой. Ее плечи вздрагивали вверх и вниз, когда она беззвучно смеялась. Он выпрямился и мысленно похлопал себя по спине. Он заставил ее рассмеяться. Он решил, что это еще одна цель. Береги ее, заставляй улыбаться.

***

После обеда он попытался попросить ее пойти с ним на озеро, но у него ничего не вышло. Он хотел отвести ее туда, где они впервые поцеловались. Тогда он официально попросит ее стать его девушкой. Девушкам это нравится, верно? Сентиментальная романтика? — Хочешь пойти со мной на озеро? — он тут же пожалел о своих словах. Он застонал и провел рукой по волосам. Гладко. Она улыбнулась, схватила его за руку и потащила к лестнице. Когда они вышли на улицу, он повел ее к тому же дереву у подножия холма. Они стояли рядом, почти касаясь друг друга, и смотрели на озеро. — Я хотел спросить тебя… Я имею в виду. Ты не должна. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной. Никакого давления, — он что-то бормотал. Она схватила его за зеленый слизеринский галстук и притянула к себе. Ее губы встретились с его губами, а другая рука потянулась к его волосам. Когда они разошлись, их щеки были ярко-красными. — Ты будешь моей? — он спросил. Мгновенно пожалев о том, как это вышло. Как дерьмовая валентинка. — Я… я имею в виду моей девушкой. Ты будешь моей девушкой? — поправил он. Он не мог ясно мыслить рядом с ней, и это превращало его в болтливого осла. Она улыбнулась ему и поманила пальцем, чтобы он подошел поближе. Сначала он наклонился к уху, прислушиваясь. — Я твоя, Северус, — прошептала она. Он не смог сдержать стон, вырвавшийся из его горла. Или дрожь, которая пробежала по его спине и заставила волосы на шее встать дыбом. Она обладала такой огромной властью над ним с помощью малейшего шепота. Он протянул к ней обе руки, ожидая ее одобрения, кивка. Он обхватил ее за талию, прижал к своей груди и наклонился к ней лицом. — Моя, — прошептал он, прежде чем прикоснуться губами к ее губам.

***

Они были неразлучны в классе и вне его. Все говорили и смотрели, но никто не обращал на них внимания. Даже когда Лили Эванс распустила слух, что Северус делает это, чтобы заставить ее ревновать. Когда другой слизеринец спросил, правда ли это, он ответил «Кто?», и весь Слизеринский факультет взорвался смехом. Месяцы стали холодными и влажными. В начале ноября выпал снег, а занятия все еще продолжались. — Гербология зимой… два раза в неделю. Отличная идея! — показала она ему однажды, когда они шли, прижавшись друг к другу. Он усмехнулся и добавил к ней еще одно согревающее заклинание, пока они разгребали снег. — Тропа или дорожка — хорошая идея. Вместо того, чтобы заставить нас пройти через 20 тонн белого дерьма, — сказал он. Она была такой же саркастичной и остроумной, как и он. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь в жизни так смеялся. — Я принесу тебе немного перцового зелья, когда мы вернемся в замок, — сказал он и крепче прижал ее к себе. Он заботился о ней; он обязательно заказывал ей еду в большом зале на завтрак, он забирал ее из общежития и ходил с ней повсюду. Если ей было холодно, он отдавал ей свой плащ и обнимал ее. Если она устала, он позволял ей спать у себя на плече. Северус все еще был язвительным, саркастичным, грубым слизеринцем, каким он всегда был. Его характер все еще брал верх над ним, когда он имел дело с другими людьми, которые, как он думал, были ниже его умственных способностей. Его разочарование и ярость всегда были там. И она была там, чтобы успокоить его внутреннего зверя. Если он был расстроен из-за того, что зелье или заклинание не сработали, она легко касалась его, возвращая обратно. Были времена, когда Мародеры пытались стрелять в них случайными заклинаниями в коридоре. Северус никогда не позволял ей получить удар; он использовал свое собственное тело, если это было необходимо. Она прижималась к его щеке и шептала его имя. Это сдерживало его ярость. Он написал о ней матери. Днем, когда отец был на работе, конечно. Иначе она почувствовала бы его гнев. Он сказал ей, что у него есть девушка и о ней, но не о том, кто это. Его мать покинула волшебный мир несколько десятилетий назад, и, вероятно, ей было все равно. Она ответила, что удивлена, но искренне рада за него. Она также послала ему двадцать галеонов и попросила купить ей что-нибудь особенное на Рождество. Это потрясло Северуса. Мать никогда не посылала ему денег, даже когда он просил их, когда был моложе. Его беспокоило, откуда у нее деньги и сколько дерьма дал ей за них отец? Мистер Олливандер пригласил Северуса на Каникулы к себе домой, в Косой переулок. Сначала он собирался сказать «нет», но надежда, которую он увидел на ее лице, растопила его. Он не хотел нарушать семейные традиции, которые у них были. Теперь он должен был сделать ему подарок. Он спросил Джульетту, что бы хотел ее дедушка на Рождество. Она сказала ему, что он хочет получить подарки, связанные с профессией людей. То есть, если ты хорош в трансфигурации, то преобрази что-нибудь. Он знал идеальную вещь для него, которая также доказала бы его навыки приготовления зелий: Засуха Мира. Это сложное зелье сделать из-за чрезвычайно строгого рецепта. Слизнорт дал ему разрешение использовать одну из запасных лабораторий для варки и оставшихся в школе ингредиентов, срок годности которых подходил к концу. Он был полностью готов к тому, что ему нужно.

***

Она сидела с ним в лаборатории и смотрела, как он варит, пока она разгадывала загадки. Северус был хорош в рисовании, но она была хороша в головоломках. Они были ее любимыми. Если только она не была поставлена в тупик; тогда она была очаровательно расстроена, как называл это Северус. Он стоял на станции подготовки ингредиентов и перемалывал Лунный камень в мелкий порошок. Он услышал, как она присвистнула, чтобы привлечь его внимание. Его свист. У нее был особый свисток для определенных людей, и она дала ему его собственный. На него это подействовало почти так же, как шепот его имени. Это были три тихих свиста подряд. — Что случилось? — спросил он и повернулся, чтобы уделить ей все свое внимание. Он успел добавить этот ингредиент. Она сидела на рабочей поверхности позади него, болтая ногами, как она делала свою книгу загадок. Он купил ее для нее во время их последнего визита в Хогсмид. — Я в тупике, и это убивает меня. — Убивает тебя? — усмехнулся он и придвинулся ближе. Он протянул к ней руки и дождался ее кивка, который она тут же дала. Он встал между ее обтянутыми джинсами коленями и положил руки ей на талию. — Что становится все влажнее и влажнее, чем больше высыхает? Северус на мгновение задумался, а затем улыбнулся ей. — Это легко Она сделала вид, что сердито смотрит на него. Он поднял руки в знак капитуляции и снова повернулся к своему зелью. Она схватила его за локоть и потянула назад. — Дай мне хоть намек. — Принимаю ванну, — сказал он и вернулся к своему зелью. Она смотрела ему в затылок в течение пяти минут, прежде чем он что-то сказал. — Ты слишком много думаешь, — сказал он, не оборачиваясь. Закончив очередную порцию зелья, он повернулся к ней и увидел, что она закусила губу и уставилась в стену напротив. Он снова потянулся к ней и откашлялся, чтобы привлечь ее внимание. Она кивнула, но не обратила внимания. Он заправил ей волосы за ухо и уткнулся лицом в шею, вдыхая ее сладкий аромат. Он наклонился к ее уху и сказал: — Полотенце. Он почувствовал, как она напряглась в его объятиях, и отстранился, чтобы посмотреть на нее. Ее лицо ничего не выражало, а правый глаз подергивался. Это был новый взгляд. Он не ожидал, что она наколдует подушку без палочки и начнет бить его ею. — Что за… уф! — закричал он, когда она ударила его по голове. — Ты не должен был мне говорить! — сердито воскликнула она. — Ты не получишь его! — крикнул он в ответ, защищаясь. Он вскинул руки, когда подушка вернулась. Он увидел, как ухмылка заиграла на губах Джульетты, и схватил подушку левой рукой, когда она была на середине замаха. Думая, что он одержал верх, он не заметил этого, пока не стало слишком поздно. Ее левая сторона держала еще одно пушистое оружие. Повсюду были перья, и его глубокий баритон наполнил комнату, когда она преследовала его своими подушками судьбы. Наконец он застал ее врасплох и поднял за талию. Она ахнула и уронила подушки. Он прижал ее тело к стене, обхватив ногами за талию, а руками под бедра. Они никогда еще не были так близки друг к другу. Их взгляды встретились, и он не узнал выражение ее глаз. Он отпустил ее и тут же извинился. — Мне жаль. Я был захвачен моментом. Я не такой, как Блэк, клянусь. Это больше не повторится. Он провел рукой по волосам и запаниковал из-за того, что она оставила его сейчас. Он почувствовал ее руку на своем подбородке и ее губы на своей челюсти. Он стоял неподвижно, застигнутый врасплох ее действиями. — Мне понравилось, — прошептала она. Он вздрогнул и почувствовал слабость в коленях. Вожделение. На ее лице было написано вожделение. Они никогда не шли дальше невинных объятий и поцелуев. Его разум никогда не шел с ней по этому пути. Теперь это было все, о чем он мог думать. Таймер для зелья сработал. Северус быстро поцеловал ее и побежал обратно к своему столу, чтобы закончить последний решающий шаг.