Speechless

Август 1995 года Шел дождь. Он и так был в дерьмовом настроении. Он не спал и не ел как следует уже…ну, он не мог вспомнить. После утренней тренировки он принял душ по меньшей мере три раза и продолжал возиться с волосами. Не слишком ли долго? Должен ли он ее обрезать? Как он должен их расчесывать? Глупый. Глупый. Ей все равно. Захочет ли она? Он зарычал на свое отражение и начал одеваться. Это была еще одна внутренняя война с самим собой. Слишком много черного. Так ли это? Разве это имеет значение? Больше у него ничего не было. Дурацкая одежда и дурацкие волосы. Должен ли он купить новый набор, пока он был в Хогсмиде? Нет, деньги были для Джульетты. Если она хочет, чтобы он надел что-то другое, то он это сделает. Нет, он этого не сделает. это был сварливый старик, твердо стоявший на своем. Старик. Что, если он-больной старый извращенец, претендующий на невинную молодую девушку? Он был не лучше Блэка. Черт побери! Он провел последние семнадцать лет, выстраивая их совместную жизнь, и теперь не отпустит ее. Он миллион раз взглянул на часы. Ему нужно было убить время, прежде чем он проделает дыру в ковре у камина. Убить время. Если бы он мог, то наверняка сделал бы это. Больной садистский ублюдок по имени время. Или Дамблдор. Он мог убить Дамблдора. Сегодня он был в паршивом настроении. Корвус и сегодня вел себя как осел. По крайней мере, больше, чем обычно. Он снова и снова спрашивал Северуса, не пора ли. Он пригрозил, что набьет его и прикрепит к шляпе, которую будет носить бабушка Лонгботтома. В Хогсмиде суетились люди, делая покупки к новому учебному году. Он совсем забыл об этом. Его настроение ухудшилось. Родители делали покупки для своих детей перед началом семестра, и он абсолютно ненавидел толпу. И было облачно, сегодня собирался дождь. Это не улучшило его дерьмового настроения. Чтобы добраться до цветочного магазина, он шел по закоулкам и переулкам. Он приезжал раз в год, в годовщину ее отъезда. Каждый апрель он ходил к Цветочнику, выбирал по одному георгину и отправлялся в комнату требований. И каждый год старый флорист ни разу не брал с него денег. В первый раз, когда он пришел, он получил три из них, он пропустил первые два года из-за того, что был пожирателем смерти и не мог быть в Хогвартсе. Все было так же, 19 апреля он придет за своим цветком. Затем идите в комнату требований, посетите их дерево, а затем идите к ее месту на чердаке магазина волшебных палочек. Это был первый год, когда он побывал здесь более одного раза. Старый флорист сделал двойной вдох и ахнул. Она бросилась к нему и спросила, умерла ли она или вернулась. Он пока не сказал ей ни того, ни другого, но сообщит, как только узнает. На этот раз он сорвал два цветка и, несмотря на ее протесты, оставил на прилавке семнадцать галеонов. По одной за каждый год, что он приходил в магазин. Он осторожно положил их во внутренний карман халата и вернулся в замок. Сначала он подошел к их дереву. Он провел рукой по сучку дерева, на котором вырезал их инициалы. Он вспомнил, как она шутила, что он такой высокий, что она не может его разглядеть. Каждый год он вырезал еще одну линию вокруг их инициалов, чтобы отметить еще один год. Он вытащил палочку и вырезал последнюю метку, чтобы завершить круг. Над головой прогремел гром, и пошел дождь. Трудный. Он не знал, сколько еще выдержит сегодня, прежде чем начнет поджигать все вокруг. Намеренно или нет. Он натянул капюшон и вернулся в замок. Он вытерся палочкой и отряхнул грязь с ботинок. Он снова посмотрел на часы. 0 дней, 3 часа, 192 минуты, 11520 секунд Колокольчики на часах в холле зазвонили, сигнализируя о времени обеда. Сейчас он не мог есть, его нервы были на пределе. Он хотел подождать, пока не приблизится время, когда она доберется туда, прежде чем он сведет себя с ума. Что, если она пришла раньше? Что, если она вернется, а его там не будет, как он обещал? Он ворвался в полный спринт на 7 — й этаж. Он был рад, что замок пуст, иначе бы он использовал свою палочку, чтобы расчистить путь, и все подумали бы, что он сошел с ума. Он ворвался в комнату ожидания и дико огляделся. Она была пуста. Он был благодарен, что не скучает по ней, но тут же огорчился, что ее еще нет. Он достал оба цветка из внутреннего кармана мантии и вышел на середину комнаты. Следы ожогов на камне, который он оставил 17 лет назад, все еще были там. Каждый цветок, который он ей подарил, был помещен в кольцо вокруг того места, где она ушла, поверх следов ожогов. Он построил из него святилище. Держал ее на этом пьедестале всю свою жизнь. Молясь ей через эту святую землю, которой он поклонялся. Он наложил на нее заклинание вечного застоя и поставил среди других, завершив круг зеленых георгинов. Отступив назад и обойдя его несколько раз. Он держал в руках другой цветок, вертел его и время от времени подносил к носу, чтобы понюхать. Он пах, как она, но не отдавал ей должного. 0 дней, 0 часов, 2 минуты, 124 секунды Он стоял у колонны, скрытый в тени. Дождь рассеялся и впустил лунный свет. Сердце бешено колотилось в груди. Его ладони вспотели, и он почувствовал тошноту. Таймеры его карманных часов сработали и завибрировали. Он немедленно заставил их замолчать и спрятал его в карман. Она не показывалась. Миллион мыслей пронесся в его голове, пока он обдумывал множество способов убить Альбуса Дамблдора. Яркий серебристый свет загорелся в центре круга, зависнув в четырех футах от земли. Он выпрямился, во рту у него пересохло. От света донеслось громкое жужжание, и он мог поклясться, что видел ее очертания. С каждой секундой становилось все темнее. Она мерцала в воздухе. Когда свет стал ярче, ему стало больно, но он не отвел взгляда. Свет, наконец, начал угасать, и она на несколько мгновений зависла в воздухе, уткнувшись лицом в потолок и безвольно свесив руки. Она казалась ему ангелом и умиротворенной. Она медленно опустилась на пол и упала на колени. Она вытянула руки и уперлась ими в землю перед собой. Она подняла голову и огляделась, слезы застилали ее лицо. Она начала паниковать, было темно, и она не видела его. — С-с-Северус? — прошептала она в комнату. Он слышал ее громко и отчетливо. Он вышел из тени и осторожно пересек комнату. Он не знал, что делать. Она села на колени и протянула ему руку. Он медленно приблизился к ней. Внезапно ее лицо исказилось от боли, а руки поднялись к груди. Ее руки вцепились в блузку, и она корчилась на полу. Она зашипела от боли, сняла с шеи маховик времени и разорвала цепочку. Северус сорвался с места и выронил цветок, который держал. Он бросился к ней и упал на колени. Теперь ее рука горела, и она не могла отпустить ее, она сама таяла к ее коже. Он схватил ее за руку и с помощью волшебной палочки разжал ее. Он волшебным образом снял его с ее руки и бросил на землю позади себя. Она подняла свободную руку и коснулась его щеки. Он отпустил ее и сосредоточился на исцелении ее руки. Он вытащил Диттани и мазь из своей мантии и начал наносить ее на ее руку. Он использовал свою палочку, и бинт выстрелил и обернулся вокруг ее руки. Он убрал палочку и впервые посмотрел на нее сверху вниз. — Ты жив, — прошептала она и обняла его за шею, уткнувшись лицом в его шею. Он крепко обнял ее и притянул к себе на колени. Он зарылся лицом в ее волосы, вдыхая аромат, по которому так скучал. Он скучал по ее прикосновениям больше, чем когда-либо. Он не мог вспомнить, когда в последний раз имел физический контакт с кем-то, кроме нее, медика или кого-то, пытающего его. Он почувствовал, как она обмякла в его руках, она была так измучена, что потеряла сознание. Он посмотрел на ее спящее лицо и, наконец, успокоился. Он встал и подхватил ее на руки. Она была такой легкой в его объятиях. Несмотря на все, что он хотел прямо сейчас, у него был приказ доставить ее в штаб. Там она сможет отдохнуть, встретиться с Дамблдором, и тогда они будут свободны. Чем скорее он доставит ее туда, тем скорее они смогут уехать. Он поднял забытый цветок, время перегрева, и положил его в заколдованный меченый флакон. Затем он завернул ее в свой плащ. Он вынес ее из комнаты, через замок и за дверь. Он не обращал внимания на хлеставший по нему дождь, он прижал ее к груди плащом, защищая от ветра и дождя. Миновав ворота и палаты, он трансгрессировал в штаб.

***

Он тихо вошел в парадную дверь и закрыл ее за собой. Она прижалась к его груди. Он почувствовал, как подопечные подняли тихую тревогу, и проклял себя. Он забыл о проклятых подопечных! Он услышал движение на кухне и в гостиной. Дерьмовое настроение сегодня. В конце коридора его встретили Артур и Молли. Их палочки нацелились ему в грудь. Он повернулся, чтобы защитить ее от них. — Чему вы в первый год учили одного из моих детей и как его звали? — спросил Артур. — Уильям Артур Уизли, 1982 год, — мгновенно ответил Северус. Это был хороший секретный вопрос. Вряд ли кто-то мог идти в ногу со своим генеалогическим древом. — Северус. Что происходит? — сказала Молли, убирая палочку. Следом появились Люпин и Тонкс. Он хмуро посмотрел на собравшуюся толпу. Он ненавидел толпу. — Скажи Альбусу, что я прибыл с посылкой. Он повернулся к лестнице и крепче сжал ее. Молли увидела две маленькие ноги и забинтованную руку, свисавшую с завернутого в плащ свертка, который он нес. Она ахнула: — Кто это? Нуждаются ли она в медицинской помощи?» — Я все уладил, скажи Альбусу, что я прибыл с посылкой. Сейчас, — прорычал он и повернулся к лестнице. Он перепрыгивал через две и три ступеньки и бросился в свою комнату. Поднимаясь наверх, он ухмыльнулся Поттеру. Затем он пинком распахнул дверь и захлопнул ее каблуком. Он положил ее на кровать и быстро вытащил палочку, чтобы наложить свои чары на дверь и комнату. Вернувшись к кровати, он снял с нее туфли и свой плащ. Он натянул одеяло ей до подбородка и укутал. Он забыл, что его кровать была только в полный рост, и отодвинул ее в угол. У него была одна из самых больших комнат с собственной ванной, Дамблдор позаботился об этом, чтобы он мог заняться своими собственными ранами наедине. Они заняли вторую полную кровать для одного из детей Уизли. Поскольку он был таким параноидальным шпионом, он отодвинул свою кровать в угол. Он всегда спал спиной к стене, лицом к двери, с волшебной палочкой под подушкой. Теперь она была здесь, в его постели. Он вытерся палочкой и сел в одно из кресел у камина. К счастью, в его комнате была своя гостиная. Он развел огонь в камине и наблюдал за ней со своего места. Она была здесь. Он не мог в это поверить. Наконец-то он заполучил ее. Он был зол, что она пострадала, но, тем не менее, она была жива. Живой. Что она имела в виду, когда сказала, что он жив? Почему она не думает, что он жив? Дамблдор Он закрыл глаза и положил руку на подбородок, который опирался на подлокотник кресла. Он попытался успокоить гнев за старика. Она пострадала из-за этой сверхсекретной миссии, и он заставил ее поверить, что он мертв. Не успел он опомниться, как заснул.

***

Гарри бросился обратно в комнату, где находились его друзья. Он закрыл дверь и подождал, пока они все не сбились в кучу. Джинни и Гермиона сидели на кровати у окна, а Рон и близнецы-на другой. — Это был профессор Снейп. Он кого-то привел. Он нес их, — прошептал Он. — Ты видел, кто это был? — спросила Джинни. — Нет, он завернул её в плащ. Он был весь мокрый. Я думаю, это была та девушка, о которой говорили Снейп и Дамблдор. Я увидел, что ее рука забинтована, — взволнованно сказал он. — Вы думаете, она была мертва? — спросил Рон. — Профессор Снейп не принес бы сюда мертвую девушку, Рон, — спросила Гермиона. — Она не проснулась, это точно. Я слышал, как миссис Уизли спросила, не нужна ли ей медицинская помощь, и Снейп просто попросил передать Дамблдору, что он здесь с пакетом. Гарри объяснил. — Она мертва! — громко сказал Рон. — Ш-ш-ш! — прошептали они и ударили его. — Что ты слышал от Дамблдора? — спросил Фред. — Он приказал Снейпу похитить и убить девушку! — спросил Рон. — Ты когда-нибудь заткнешься?! Джинни зашипела и швырнула подушку. — Зачем ему убивать девушку? — спросил Джордж. — Он бы не стал. Вот почему мы пытаемся выяснить, зачем он привез её. Гермиона объяснила. — Почему он назвал ее «посылка», если ее нет в живых? — спросил Гарри. — И ты тоже не начинай! — выругалась Джинни. — Есть только один способ это выяснить, не так ли? — сказал Гарри и подошел к своему сундуку, чтобы выудить мантию-невидимку. — Нет. Даже не думай об этом, Гарри Поттер. У тебя будут серьезные неприятности! — сказала Гермиона, вскочила и указала на него пальцем. Он поднял руки вверх и сказал: — А что, если она ранена? Ну, она уже есть! Что, если он собирается пытать ее, чтобы получить информацию? Мы на войне, Седрик погиб, и я больше не буду стоять в стороне и терпеть из-за меня. — Мы поможем! — воскликнули близнецы. — Но что, если она Пожиратель Смерти? Как плохой человек? Что, если он делает нам всем одолжение? — спросил Рон. — Почему ты такой придурок?! — завопила Джинни. — Один из нас должен мыслить нестандартно, Джинни! Ты слышал, Муди, мы на войне и должны быть на десять шагов впереди Сами-знаете-кого! — Рон ударил кулаком в другую раскрытую ладонь. — Иногда мы не знаем, думаешь ли ты вообще! — засмеялись близнецы. — Нет! Пусть этим займется Дамблдор! Если это было что-то, в чем Гарри должен был участвовать, тогда он это сделает! По крайней мере, дождись его прихода и посмотри, что будет! — спросила Джинни. — Слушай, а что, если его работа-пытать ее, чтобы получить информацию, а потом убить? Пока не появится Дамблдор, — предложил Ром. — Ты не помогаешь! — спросила Гермиона. — Давай спросим Сириуса. Он знает, что делать, — сказал Гарри.

***