Speechless

Северус вышел из камина в Малфой-Мэноре. Ему нужно поговорить с Люциусом о своей проблеме. Была ли это проблема? Конечно, это была гребаная проблема. Он совершенно забыл, что Темный Лорд теперь живет с Люциусом. Пока он не вошел в обеденный зал, куда его направил домовой эльф. — Северус, что привело тебя сюда? — спросил Темный Лорд со своего места во главе стола. Люциус сидел рядом с ним, Нарцисса — слева от мужа. Напротив него сидели Эйвери, Нотт, Макнейр и Яксли. Черт. — Я пришел поговорить с Люциусом, милорд. По личному вопросу, который не имеет для вас большого значения. — он поклонился. — А теперь, Северус, я действительно забочусь о своих последователях. Присоединяйтесь к нам, давайте посмотрим, чем мы можем вам помочь. Оставь нас, Нарцисса. — Он помахал ей бледной рукой. Да, вы достаточно заботитесь о том, чтобы отправить меня домой к моей жене калекой и сломленным. Она извинилась, быстро встала и вышла из зала. Северус принял сигнал занять ее место. Ее тарелка и чашка исчезли благодоря эльфу и были заменены его собственными. — Пей, расслабься, выпей немного вина. Мы встречались по поводу их успехов в министерстве. — Сказал он и махнул рукой. — Мне нужно что-нибудь покрепче вина. — Пробормотал Северус. Бутылка появилась перед ним, когда эльфы на кухне услышали его заказ. — Ha! Женские проблемы, а, Снейп? — Яксли рассмеялся. Северус нахмурился, но отрицать не стал. Он налил себе большую порцию огненного виски и тут же осушил ее. — Прими это как «да». Чем я могу помочь тебе с Северусом? — Спросил Люциус, наполняя бокал друзей. — Женщины. Она… я имею в виду. Я… я… что мне делать? — он запнулся и закрыл лицо руками. Темный Лорд рассмеялся. Скорее, поперхнулся воздухом. Но это была его попытка рассмеяться. — У тебя проблемы с этой крошечной штучкой? Ты был прав, маленькая важность. Остальные рассмеялись. — Поставь ее на место. Скажи ей: «Женщина, послушай меня. Я мужчина в доме, и все, что я скажу, будет сделано» Это решит все дерьмо, о котором она кричит. — Сказал Яксли. Его тонкие губы и желтые зубы оскалились в злобной ухмылке. — Его баба не может говорить. Мэджин, она больше похожа на эту. — Эйвери вскинул руки и быстро потряс ими перед лицом. Их глубокий смех эхом отозвался в обеденном зале. Северус стиснул зубы и усмехнулся. Никто не говорил о ней так, но присутствие темного Лорда держало его на расстоянии. — Да, Яксли. Потому что это сработало так хорошо для тебя, когда ты сказал это своей жене. — Люциус усмехнулся и закатил глаза. — Я король своего замка! То, что я говорю, идет! — Он стукнул кулаком по столу. Рукав его сшитой на заказ мантии окунался в подливку на тарелке. — Скорее, король дивана. Ты неделю занимал мою комнату для гостей, а потом она забрала тебя обратно. — Сказал Люциус и ткнул в него пальцем. Он ухмыльнулся и перебросил волосы через плечо. Северус усмехнулся, и мужчины снова рассмеялись. Лицо Яксли покраснело от смущения. Темный Лорд ударил кулаком по столу и снова захлебнулся смехом. Когда они успокоились, все снова выжидающе посмотрели на Северуса. — Она хочет ребенка. — И это все? Черт. В чем проблема? — Спросил Эйвери. — А в чем не проблема?! Чертов ребенок! — Северус чуть не выпрыгнул из кресла. — Маленькие ублюдки не так уж плохи. Продолжай свое наследие. — Нотт пожал плечами, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Нет. Я весь день разбираюсь с твоими маленькими ублюдками. Поверь мне. Твое «наследие» — заноза в заднице. — Сказал Северус и указал пальцем на него и Люциуса. — Теперь я понимаю, почему ты не хочешь. Сучка толстеет после детей. Сиськи становятся огромными на какое-то время, и это плюс. Но если ты ее обрюхатишь, то, блядь, застрян с ней как минимум на 18 лет. Легко расстался со своим первым браком с этой сумасшедшей сучкой. Детей не было, и я с ней расплатился. — Скащал Эйвери. — О, я это помню. Тот, за которого Лавгуд вышла замуж после того, как вы расстались. — Сказал Люциус. — Ага. Моя мать сделала эту партию, когда мы учились в школе. Она была чертовски сексуальна, но продолжала твердить о том, что ниффлеры чувствительны к маггловским теллиф-тауэрам. Я не могу вспомнить, как это называется. Но эта сука была сумасшедшей. — Сказал Эйвери и поднял руки. — Она останется со мной? — Спросил Северус скорее для себя, чем для кого-либо другого. Он уставился на свой пустой стакан. — Она застряла бы со мной. ДА. Тогда она не сможет уйти. — Пробормотал он себе под нос. — Доверься Снейпу, он все провернет. — Сказал Макнейр и сунул в рот вилку с курицей. — Вы видели его жену? Хорошенькая штучка. Как он ее поймал — ума не приложу. Но если она хочет ребенка… — Яксли тихо присвистнул. — Я подарю ей гребаных близнецов. Я бы превратила эту спальню в фабрику по производству детей. Мужчины рассмеялись. Северус стукнул кулаком по столу. — Это все еще моя жена. Северусу было противно слышать, как этот человек так отзывается о его жене. Мысль о семени другого мужчины в утробе его принцессы, не говоря уже о том, чтобы вообще прикоснуться к ней! Его собственничество сильно ударило. Если кто-то собирался наполнить ее чрево ребенком. Это должен был быть он. — Я думаю, он пришел сюда за моим руководством. Северус, что именно произошло? — Спросил Люциус. — Она ведет себя странно. Я спросил, не хочет ли она чего-нибудь, и она ответила, что ребенка. Я испугался. Почему? Ребенок? Я куплю ей гребаную кошку или домашнего эльфа. Но ребенок? Разве меня недостаточно? Зачем ей нужно отвлекать свое внимание от меня? — объяснил Северус. Он в отчаянии провел рукой по волосам. Он и представить себе не мог, что признается в своих чувствах кому-то из присутствующих в этой комнате. Не говоря уже о Темном Лорде! Теперь он знал свою слабость. Джульетта. — Ревнуешь к ребенку? Черт возьми, Снейп! — Макнейр усмехнулся и бросил салфетку на стол. Темный Лорд наблюдал за происходящим с удивлением на лице. Он положил подбородок на ладонь, а руку положил на подлокотник кресла. — И она сссссвнезапно все это затеяла? — он задумался. — Да! До этого вообще никаких разговоров о детях! Вдруг она захотела ребенка. — Сказал Северус и с энтузиазмом заговорил, размахивая руками. — Ты уверен, что она уже не беременна? — спросил он и поднял безволосую бровь. — Положительно. — Сказал он и рубанул рукой по воздуху, чтобы отбросить эту мысль. Но это не так. Была ли она? О боже… — Уверен, что она не беременна, или ее тест был положительным? — Спросил Макнейр. — Она не может быть… Я давал ей зелье каждый месяц. Я смотрел, как она берет его. Каждый. Месяц. — Сказал он и с каждым словом тыкал пальцем в стол. Он был более убедителен сам, чем другие. — Значит, она ни с того ни с сего сказала: «Давай заведем ребенка»? — Саркастически спросил Люциус и театрально закатил глаза. — Да. — Нет, она этого не делала. — Люциус усмехнулся. Северус нахмурился и саркастически бросил — Ты был там? Блондин вздохнул и сделал глоток вина. — Она уже давно намекает и пытается тебе все рассказать. — Что? Она тебе сказала? — он подозрительно посмотрел на него. — Поверь мне. Я уже очень давно женат. Подумай. Подумай, как она себя вела в последнее время. Первая подсказка. Когда женщина чего-то хочет, она тебя балует. Заботиться о каждой твоей потребности. Она хочет ребенка, не он ли в последнее время инициировал близость? — Спросил Люциус, ставя галочки на пальцах. — В последнее время она стала более внимательна ко мне… — Признал Северус. Но он по-прежнему не видел в этом смысла. Люциус вздохнул и покачал головой. — О, как ты наивен. Если ты не делаешь ее счастливой, значит, вы не счастливы. Таков путь вселенной. Знаешь старую поговорку? — Счастливая жена, счастливая жизнь? — Совершенно верно. Вы знаете, на скольких спектаклях я побывал за последние 2 месяца? Пять. Я чертовски ненавижу пьесы. — Он вздохнул и закатил глаза. — Верно. Моя жена любит тратить все мои кровно заработанные деньги на драгоценности и плащи. Но я возвращаюсь домой в спокойный дом, и мое дерьмо не горит. — Спросил Эйвери. Остальные мужчины согласились. — Бууут… Это делает мою жену счастливой, и она не убегает. — Люциус закончил и пожал плечами. — Сбежать? Ты имеешь в виду… она бы… ушла…от меня… — Тихо сказал Северус, не веря своим ушам. — Если ты не дашь ей то, что ей нужно, она будет искать это в другом месте — объяснил Эйвери. Нет. Нет, нет, нет, нет. Она не могла уйти. Она не могла иметь ребенка от другого мужчины. Он ей не позволит. — Зачем ей ребенок? Может, подарить ей кошку или что-нибудь в этом роде? — он застонал и провел рукой по волосам. — Это… внутренний женский инстинкт. Северусссс, ты последний из рода принцев. Ты не можешь допустить, чтобы она умерла вместе с тобой. Грядет новый мир, и твоя родословная продолжится. — Сказал Темный Лорд и прищурился. Что ж, это был прямой приказ, если он когда-нибудь его слышал. Он не может поверить, что Темный Лорд принял сторону его жены. К чему идет мир? — Мужчины могут быть сильнее сссссекса. Но женщина… Обладает способностью создавать жизнь. И эта твоя женщина хочет даровать тебе эту силу. — Сказал Темный Лорд. Нагайна воспользовалась случаем, вылезла из-под стола и положила голову ему на колени. Он нежно погладил ее по голове и посмотрел на Северуса своими красными твердыми глазами. — И ты получишь эту силу. — Но, милорд… я… я не могу. — Северус напрягся. — Не можешь его поднять? — Яксли рассмеялся. — Ты сказал ей, что подумаешь об этом? — Спросил Нотт. Северус осушил еще один большой стакан огненного виски и поставил его на стол вместо подставки. — Это красное дерево. — Люциус зашипел, когда с ним плохо обошлись за обеденным столом. — Я сказал ей «нет». Мужчины вздрогнули и покачали головами. — Никогда не говори женщине «нет». Разве что для того, чтобы «Это заставляет меня выглядеть толстым», — сказал Макнейр. — Тогда что? Она просто сказала «окей» и пошла своей веселой дорогой? Что она сказала? — Спросил Люциус. Он начинал расстраиваться. Это было все равно что вырывать зубы у Северуса. — Она сказала, что ей очень жаль, она больше не просила, а потом заплакала. — А потом ты сказал… — Люциус махнул рукой, чтобы тот продолжал. — Ничего. Я пришел сюда. Все застонали, включая Темного Лорда, и покачали головами. — Ну… Теперь, когда Яксли ушел домой, комната для гостей открыта. — Сказал Люциус и допил остатки вина. В этот момент он считал своего друга безнадежным делом. — Ты же не хочешь потерять половину своего дерьма? Лучше подари ей ребенка. Не могу поверить, что ты так ненавидишь детей. — Сказал Эйвери и налил себе еще вина. — Нет, ты дурак. Я не могу обнажиться, чтобы разделить ее. С кем-то другим, не говоря уже о ребенке. Я провел годы, желая только ее. Надеясь, что она хочет только меня. Я не хочу ни с кем делиться ее вниманием! — прорычал он. — Ты сказал, что она будет пренебрегать тобой? Ты не можешь быть более неправ. Когда женщина беременеет, она нуждается в тебе больше, чем когда-либо. Она нуждается в твоей поддержке и твоем внимании. — Сказал Люциус, и Нотт кивнул в знак согласия. — Она нуждается во мне… — Прошептал Северус. — Когда моя жена забеременела Тео, она сразу же заболела и сильно уставала. В самом начале мне пришлось взять месячный отпуск. Чем дальше она продвигалась, тем больше она не могла наклониться или использовать свою магию. Последний месяц она провалялась в постели. — сказал Нотт — А секс во время беременности лучше, чем секс в гневе, — сказал Яксли. — Да! — Макнейр согласился. — Она захочет постоянно быть рядом с тобой. Когда Цисси была беременна Драко, мне несколько раз в день приходилось приходить домой на обед. — Люциус усмехнулся. Мозг Северуса лихорадочно работал. Может быть, все будет не так уж плохо. — А теперь… Она сказала, что хочет ребенка? Или она сказала, что хочет ОТ ТЕБЯ ребенка? — Спросил Люциус и наклонился вперед, поставив локти на стол. Северус вскинул голову и посмотрел на друга. О нет, и он сказал ей «нет». До сих пор ей ничего не хотелось. Она никогда ни о чем не просила. Ни одной вещи. И впервый раз, когда она о чем-то попросила, он сказал ей «нет». Что он натворил? У него отвисла челюсть, и он закричал, как рыба, вытащенная из воды. Он не мог произнести ответ вслух. Джульетта приходила к нему несколько раз в день и практически набросывалась на него. Он сидел в своем кабинете и оценивал бумаги, а она входила голая и садилась к нему на колени. Или она забегала к нему между уроками и вставала перед ним на колени, пока он охранял дверь. И все же она всегда хотела, чтобы он достиг завершения, пока он был глубоко в ней. Это ничего не значило. Неужели? Вот почему… Его глаза расширились, когда он уставился в пустое пространство перед собой. Она делала все, что могла, для ребенка. Неужели она сделает это с другим мужчиной? Ох блять. Это ударило его в живот, как дурное заклятие. Она принадлежала ему, она не пойдет и не родит ребенка от другого мужчины. Внезапно он встал, и его стул опрокинулся назад. — О черт. Ох блять. О черт. Он быстро обежал вокруг стола и вышел из комнаты, он даже не стал дожидаться, чтобы обратиться к Темному Лорду или дождаться его увольнения. Он бросился к камину в главном вестибюле, чтобы идти домой. Ему нужно было обрюхатить жену!