Speechless

Дверь за ним захлопнулась, и в магазине зажегся свет. Гаррик стоял у прилавка, перед маленькой, по пояс, вращающейся дверью, ведущей в заднюю часть магазина. — Где… — слова Северуса оборвались. — Делай…нет. Говори. Ты не имеешь права задавать какие-либо вопросы или выдвигать какие-либо требования. Ты будешь стоять там и слушать. Ты будешь говорить только тогда, когда тебе прикажут, — сказал Гаррик пугающе спокойным, глубоким голосом. Северус только однажды слышал от него этот тон, и он был адресован Блэку, когда тот схватил его за горло. Северус сглотнул и быстро кивнул. Это был не вопрос. Но ответ «да» был лучше, чем «нет». — Ты не имеешь права возвращаться сюда. Не имеешь права обращаться с ней, как с игрушкой. Использовать ее до тех пор, пока она не сломается, и вышвырнуть вон. — Подожди, это не то, что случилось. Позволь мне объяснить… — попытался сказать Северус. Его руки были подняты, ладонями к Гаррику. — Ты забыл, кто научил тебя тонким искусствам Окклюменции и Легилименции? Ты можешь быть опытным, но я Мастер, мальчик. Я ВСЕ видел! — Последнее слово он прорычал Северусу. Как могучий зверь, защищающий свою территорию. Черт. — Я видел, как ты шептал лживые обещания и лгал! Я видел, как ты привел ее к ложному чувству безопасности и любви! — Теперь из его рта летела слюна. Его правая рука указывала обвиняющим перстом прямо на Северуса. — Я люблю ее! Клянусь! Дай мне нерушимую клятву, я докажу это прямо сейчас! — он протянул к нему правую руку. — Все, чего она когда-либо хотела, все, в чем она когда-либо нуждалась, — это ты. Возможно, для тебя это было больше десяти лет, но для нее — всего несколько лет. Ее преданность тебе была непогрешима и непоколебима! Но как только она захочет завести с тобой семью, ты ее прогоняешь! — Гаррик принялся расхаживать взад-вперед перед прилавком. Он не был одет в свою обычную серо-голубую мантию, которая делала его устрашающим. В этом не было необходимости, он и так был достаточно страшен. — Я облажался. Я запаниковал. Я думал, она устала от меня. — Быстро сказал Северус. — Разве я сказал говорить? — Гаррик усмехнулся. Северус почувствовал, как холодок страха пробежал у него по спине. Его лицо блестело от пота. Сердце бешено колотилось в груди, а во рту так пересохло, что он не мог глотать. Его руки были липкими, а волосы на затылке встали дыбом. Сегодня он умрет. — Скажи мне. Потому что я искренне хочу знать, что происходит в твоем крошечном мозгу Пожирателя Смерти, почему она так мало значит для тебя? Ты посвятил ей свою жизнь, и в ту же секунду, как она захочет иметь ребенка, ты сбегаешь! — Гаррик сплюнул. Его руки быстро двигались в воздухе, пока он разглагольствовал. Атмосфера вокруг него потрескивала от электричества. — Потому что я облажался, ясно?! Я гребаный идиот! Я думал, что ее желание иметь ребенка означает, что она хочет чего-то нового, чего-то еще, чтобы любить. Я думал, что она устала от меня, покончила со мной. Теперь я… я… я… — Северус запнулся на полуслове. Он сделал несколько глубоких вдохов и замедлил шаг. — Я провел с ней семнадцать лет, сосредоточившись только на ней. И даже два года спустя меня для нее недостаточно. Гаррик молча стоял и слушал, нахмурившись. Он совсем не походил на тщедушного старого владельца кондитерской лавки, он был похож на сам судный день. — Ты прав, ты идиот. Она не хотела ребенка. Она хотела ТВОЕГО ребенка. Она провела месяцы, планируя, рассматривая витрины, записывая имена детей — для чего? Какой-то маленький эгоистичный придурок, который не может справиться с ревностью? Ревнуешь к собственному гребаному ребенку! Иногда мне кажется, что это у тебя отняли годы зрелости. Северус провел дрожащей рукой по волосам. — Я знаю. Мне очень жаль. Пожалуйста, просто дай мне увидеть ее. Позволь мне сказать ей… — Она больше не услышит яда из твоих уст. Ты причинил достаточно вреда. Северус почувствовал слабость в коленях и комок в горле. Его глаза защипало от непролитых слез. — Пожалуйста. Пожалуйста, просто дай мне увидеть ее. Я все придумаю. Все, что захочешь. Все, что ей нужно. Ради нее я отвернусь от всего этого. Гаррик махнул рукой на стену рядом с ними, появилось и замерцало большое зеркало. — Посмотри, к чему привел твой эгоизм. Он играл как задумчивый, на нем была изображена Джульетта, входящая в магазин и падающая на пол там, где он сейчас стоял. Ее заплаканное лицо глубоко пронзило его сердце. Ее рот снова и снова складывал слова: «Мне очень жаль». Он снова замерцал и показал ее в своей комнате, свернувшуюся калачиком на кровати, обнимающую себя и плачущую. Робби сидит рядом и гладит ее по волосам. Играли разные воспоминания, все ее слезы. Робби пытается накормить ее, но она отказывается. Она держала в руках их фотографию из Рима и рыдала. Она сидела в ванной на полу, подтянув колени к груди и раскачиваясь взад-вперед. Робби пытался утешить ее, но безуспешно. Северус почувствовал, как слезы обжигают ему щеки, соленеют в уголках рта. — Я могу сделать лучше. Позволь мне это исправить. Мне нужно ее увидеть. Гаррик одарил его злобной улыбкой: — Если у тебя получится, ты сможешь ее увидеть. Он отступил в сторону. Расчищая путь к лестнице, которая должна была привести к ней. Маленькая дверь открылась. Северус вытер лицо рукавом и глубоко вздохнул. Он знал, что это оно. Он расправил плечи и не сбавлял шага, не сводя глаз с Гаррика. Готовясь к хаосу, который он ему устроил. Он сделал три шага, прежде чем его ноги вышли из-под ног, и комната сдвинулась с места. Пол под ним искривился и изогнулся, уставившись прямо на ноги Гаррика и создав подобие утеса. Входная дверь магазина теперь была под ним, и он быстро скользил к ней! Его левый рукав зацепился за гвоздь, торчащий из половицы. Она порезала ему руку, но это было единственное, что удерживало его от столкновения с передним окном и дверью. Он брыкался ногами, пытаясь хоть немного облегчить вес гвоздя. Он почувствовал, как по руке потекла кровь. — Неужели ты думал, что все будет так просто? Что я могу позволить тебе вернуться после того, как ты разбил ей сердце? О нет! Я хочу, чтобы ты страдала. Я хочу, чтобы ты почувствовал то же, что и она. Ты ее не заслуживаешь. ТЫ — НИЧТО! — Крикнул ему Гаррик. Рука Северуса горела от поддержки его веса. Он не собирался сдаваться. Он будет сражаться за нее до смерти! Подняв правую ногу как можно выше, он потянулся к ступне. Он всегда держал нож в сапоге для последней линии обороны. Он крепко сжал его и вытащил из ножен. Он размахнулся изо всех сил и обрушил его на деревянный пол, ставший стеной. Он освободил рукав от гвоздя и всем весом навалился на нож, облегчая боль в левой руке. Если бы он только добрался до полок справа, то смог бы подняться оттуда. Гаррик увидел, как его взгляд переместился на полки, и махнул рукой в сторону полок. Они снова погрузились в себя, образовав еще одну скользкую стену. Он мог использовать только нож, который у него был, потому что знал, что если вытащит палочку, Гаррик врежет ему еще хуже. Он приподнялся еще немного и поставил ботинки на поверхность. Он быстро вытащил нож и вскочил на ноги. Ему удалось преодолеть еще полтора фута, к счастью, он был высоким и с длинными руками. Он продолжал этот процесс, как мог. Он вспотел, несколько раз чуть не потерял хватку, но не сдался. — Ты — ничто. Я отдал тебе все, что у меня было! Все знания и навыки, которые я мог бы получить. Я впустил тебя в свою семью, и вот как ты мне отплатил?! Разбив сердце моей внучки?! — крикнул ему Оливандер — Я тебе докажу! Я буду лучшим. Я отдам ей все. — Крикнул Северус в ответ. Гаррик зарычал от гнева и махнул рукой в его сторону, пол, а теперь и стена начали дрожать. Он слышал шум воды, и много воды. Он посмотрел вниз и увидел под собой огромную волну воды. Гаррик превратил дно в маленькое море. Бля. Гаррик использовал стихийную магию только тогда, когда был зол. — Она — все, что у меня есть! Последний из моей линии! Я больше не позволю ни тебе, ни кому-либо другому отнять ее у меня! Альбус уже забрал у меня сына! Нет больше! Никогда больше! — Взревел Гаррик. Море начало бурно бурлить, волны разбивались о пол и стены под ним. Вскоре они начали бить его в лоб. Северус потерял равновесие и чуть не упал. Он промок насквозь, одежда давила на него, зубы стучали. Он сбросил мантию, один рукав за другим, и позволил ей упасть в волны. Его восхождение продолжалось. — Я знаю, что Альбус творил ужасные вещи, но я не он! — Крикнул он в ответ. Теперь Северус был почти на вершине. Гаррик взмахнул рукой, и над головой сгустились темные тучи. Северус почувствовал гром в груди прежде, чем услышал его. Ох блять. Он ускорил шаг. — Она была твоей второй половиной! Вы должны были строить вместе — учиться вместе! Она была твоей женой! — он взмахнул рукой, и в Северуса ударила молния. Ему удалось быстро повернуться в сторону. Она опалила дерево там, где он был несколько секунд назад. — Был?! — Крикнул он в ответ. Северус ухитрился ухватиться одной рукой за выступ рядом с Гарриком. Он наклонился, схватил его за рубашку и приблизил лицо к лицу. — Вы были женаты один год. Один. Вы не смогли произвести на свет наследника. Брачные контракты для священных 28 соблюдаются по самым высоким стандартам. — Сказал Гаррик убийственным голосом. Глаза Северуса расширились: — Нет! Не надо. Пожалуйста! Гаррик, не забирай ее у меня! — Он умолял изо всех сил. — Как глава дома Олливандеров, я аннулирую ваш брак. — Голос Гаррика громко зазвенел у него в ушах. Для Северуса время остановилось. Бушующее море внизу и шторм наверху не были слышны из-за слов, эхом отдававшихся в его голове. Ее оторвал от него. Он не мог дышать. Он почувствовал, что его сердце перестало биться. Он всхлипнул и крепко сжал руку Гаррика. — Нет! Я люблю ее. Она мне нужна. Пожалуйста, Гаррик. Не забирай ее у меня. Я не могу без нее жить. — Он умолял. — Она больше не будет твоей женой. Я найду ей респектабельного, надежного жениха, за которого она выйдет замуж и продолжит род Олливандеров. Вам запрещено когда-либо приходить сюда снова. Ты не увидишь ее, не поговоришь с ней. — Строго сказал он. Еще один поклонник… Нет, никто другой не может заполучить ее! Другой мужчина прикасаться к ней, обнимать, целовать… Северус запаниковал. — НЕТ! — Взревел в ответ Северус. — Я убью тебя, если увижу снова. — Сказал Гаррик опасно низким голосом. Он оттолкнул Северуса от края и направился вниз, к бурлящим внизу водам. Его спина сильно ударилась о воду, и он погрузился. Последнее, что он увидел, был Гаррик, стоящий над ним с твердой усмешкой. Дверь магазина открылась, и вся вода хлынула наружу. Его вышвырнуло за дверь и швырнуло через улицу в сугроб. Он лежал мокрый и избитый, не обращая внимания на мороз. Северус громко всхлипнул и схватился руками за голову, пальцы запутались в волосах, когда он крепко сжал их. Он снова остался один. Никакого прощания. Он не мог сказать ей, что любит ее. Он ясно видел ее каждый раз, когда закрывал глаза. Ее яркие глаза, ее улыбка, ее губы, шепчущие его имя. Он почувствовал тепло в груди, думая о том, как она говорит ему, что любит его. Вытащив волшебную палочку, он направил ее на магазин волшебных палочек и в последний раз сотворил своего патронуса.