The last banquet

Глава 3

      Яркие лучи солнца просачивались сквозь шелковую занавеску, подсвечивая пылинки, зависшие в воздухе и отражаясь на стене витиеватыми узорами, предательски светя прямо в закрытые глаза полусонного мальчика. Тяжелая сонливость сковывала и томила его. Но, как это всегда бывает с людьми, давно выбившимися из сна, он не мог заснуть сразу. Вставать не хотелось. Сладкая дрёма покинула подростка с первым тоненьким игривым лучиком, заставляя валяться в пограничном состоянии между сном и пробуждением. Словно пологом, спокойствие и безмятежность окутали Антона, не желая выпускать из своего царства. Юноша, было, подумал завернуться в такое пушистое и уютное одеяло, попытавшись вернуться в царство морфея, но его мирную идиллию прервали громким стуком в дверь.             -Дорогой, ты уже встал? Собирайся скорее, иначе опоздаешь, не хорошо заставлять других ждать,- раздался ласковый голос матери за дверью, напоминавший о мирных деньках в прошлой квартире, до переезда в это гнилое место. Воспоминания обрушились на него, будто гигантская лавина. Антон приподнялся на локтях, решив встать с приятно нагретой кровати. Голова кружилась от странно выстраивающейся картины. Может то, что произошло вчера, было просто дурным сном?       Он, было, потянулся за очками, всегда лежащих на рядом стоявшей тумбочке, но, не найдя на месте новенькие окуляры, он вспомнил, что их утащил хрюкающий мальчик, поджавший хвост перед бывшими друзьями.              Но на привычном месте находилось нечто другое. Жуткая маска зайца со своей обезображенной мордой. Это выглядело дико, кто мог ее сюда положить? Потеряв сознание, он совсем не знал о происходящих после событиях. Решив спросить все у сестры, он медленно подошел к столу, чтобы достать запасные очки.             Только приобретя обычную отчетливость мира, он, наконец, заметил, висевший на двери новенький классический костюм, который никогда раньше не видел. Предположение о неправильности происходящего ушло на второй план. Даже наоборот, одеть эти отглаженные брюки с подтяжками и такую белоснежную рубашку казались чем-то естественным и безошибочно правильным.              -Милый, ты уже собрался?- раздался голос матери с первого этажа.             -Еще минуту, - будничным тоном ответил юноша, прежде чем быстро натянуть на себя аккуратно отглаженный костюм. Он обернулся напоследок, чтобы проверить, не забыл ли он что-нибудь по невнимательности, как это обычно бывало в прошлом. Его глаза остановились на тумбочке, где мирно лежала устрашающая маска. Откуда она вообще тут взялась? Кто ее подбросил? И как Антон связан с этим? Может быть, это очередная неоригинальная шутка от новообретённых одноклассников?              Он стоял, погрузившись в свои мысли, которые медленно затягивали его в пучину беспамятства. Он будто снова оказался в тисках сновидений, не желавших отпускать из своего царства грёз.             -Антон, опоздаешь, спускайся скорее, - вздрогнув от неожиданного крика, раздавшегося снизу и освободившего его от внезапного наваждения, мальчик поторопился спуститься к двери.              Внизу лестничного пролета его дожидалась, со счастливой улыбкой на лице, любящая мать, так напоминающую ту безмятежную и ласковую женщину, которой она была до переезда.              Спустившись и подойдя к ней, он заглянул в ее сияющие янтарным светом глаза, которые так любил в прошлом, еще не потерявших свой блеск и яркость, от постоянных скандалов и ссор, сменившись на холодную сталь и черствость. Но с чего вдруг такая переменна? Разве не эта женщина так яростно кричала и била своего сына по лицу только прошлым вечером? Он, было, хотел уже спросить о недавнем происшествии, но его прервала рука матери, которая положила свою ладонь на его голову, ласково перебирая блондинистые пряди мальчика. Раньше она делала так, когда провожала Антона в школу - это был их своеобразный ритуал наудачу. Слова застряли в горле. Неужели это все сон, от которого рано или поздно суждено проснуться, возвращаясь в неумолимую реальность.              Не успев задать интересующие вопросы, со стороны входа раздался стук в дверь. Он, было, хотел потянуться, чтобы взглянуть на незваного гостя, но его остановили, сжав плечо мягкой ладонью.       -Видимо, уже пора, - в голове юноши крутилось столько вопросов, но что-то останавливало, не давая сформировать хоть одну связную мысль, - такой же рассеянный, как и всегда, голову на плечах совсем не держишь, - без капли злости проговорила стоявшая рядом, - вот, держи, а теперь иди, они не любят ждать.             Она аккуратно всунула в руки парня вещицу, которую, по-видимому, светловолосый мальчик оставил по невнимательности. Он хотел рассмотреть предмет, который ему вручила мать, но его глаза снова вернулись к хозяйке дома, так и не достигнув цели, попытавшись расслышать ее тихие слова.       -Я люблю тебя, милый, - негромко проговорила темноволосая женщина, перед тем как подтолкнуть сына к двери.       Что? Почему ее слова звучали, как прощание и куда, черт возьми, он должен идти? Куда подевались остальные члены семьи? Где неугомонная Оля, вечно лезущая к нему с просьбами нарисовать ей очередного динозавра? Разве отец не должен был уже вернуться со своей краткосрочной командировке? В голове кружилась тысяча навязчивых мыслей, но только одна удержалась на подкорке сознания.             Кто-то стоял за дверью и ждал его.       Ноги сами понесли его вперед, разум сосредоточился только на таинственной фигуре, которая дожидалось подростка за тяжелой дубовой дверью. Он выбежал на крыльцо, ледяной зимний воздух обжег горло, порывы ветра били в лицо так, что пришлось жмуриться, но он все-таки смог разглядеть одинокую фигуру, стоявшую у хлипкого деревянного забора.              -Ты такой копуша, Тоша, если будешь таким медлительным, то тебя рано или поздно съедят, - раздался насмешливый голос, прорезая звенящую тишину.             Перед ним стояла Алиса. А оставленная вещь, которую дала ему мать перед выходом, была не что иная, как потрепанная заячья маска. Но откуда она ее взяла? Антон же помнил, что оставлял ее в комнате, куда мама не могла попасть, не пересекаясь с Антоном. Дверь с пронзительным скрежетом захлопнулась, отрезая путь к отступлению.              Не успев и глазом моргнуть, как рыжая плутовка оказалась перед ним, все с таким же озорным оскалом и лукаво сощуренными маленькими глазками. Она, было, потянулась к обескураженному юноше, но худощавый мальчик не позволил когтистой ладони прикоснуться к нему, отпрянув к двери. Обида заволокла Антона, вспомнив о недавнем предательстве девочке в потрепанной шубке.              -Ты чего, сладенький? Неужели обиделся?       И снова этот лукавый голос, без капли искренности.       -Что ты здесь... А ведь я тебя потерял, - Алиса двинулась навстречу, но в этот раз Антон не сдвинулся с места, решив не сдаваться под напором лисы. Он смело встретил в ее взгляд.             -Ну-ну, Тоша, у нас осталось совсем мало времени, оставим вопросы на потом, - схватив под руку ничего непонимающего мальца, она повела его к выходу, - ты же не хочешь опоздать на банкет, верно? Всё уже готово и дорогие гости дожидаются только тебя, не будем заставлять их ждать.       -Меня? Но почему? – полная картина никак не хотела выстраиваться в голове, а рыжая спутница не облегчало поставленную задачу.       -Глупенький, разве ты еще не понял? - девчушка по-хитрому взглянула на рядом стоявшего подростка, протянув руки к маске, она бережно вынула уродливый предмет из дрожащих рук. Животный страх охватил Антона, от внезапного понимания ситуации, в которую угодил. Но было уже слишком поздно, Петров не мог пошевелиться, заключенный в тиски внезапным испугом.             -Потому, что ты наш зайчик, - вечно не спадающая насмешливая улыбка хитрой плутовки, стало еще более дикой - звериной. В ту же секунда она натянула на лицо паренька безобразную морду зайца, громогласно засмеявшись. В один момент мир потерял свои очертания, закружившись в неведомом танце, и только безудержный смех провожатой спутницы все отдавался в ушах. Каким-то чувством Антон понял, что обстановка резко сменилась, став гнетущей и удушающей.              -А вот и наш драгоценный гость, вы задержались, - раздался гнусавый голос откуда-то справа.       -Действительно, почему так долго? Давайте уже приступим, я больше не могу ждать.       -Прекрати брызгать повсюду своими отвратительными слюнями, ты меня испачкал.       Отовсюду раздавались крики и споры, Антон осторожно приоткрыл глаза, чтобы рассмотреть место, в которое его притащили. Панический ужас сковал в тот же момент. Звери. За званым столом находились никто иные, как дикие твари леса. Как и Алиса, строением тела они напоминали людей, но вместо человеческих лиц, им принадлежала звериная, обезображенная морда, с длинными, оскаленными клыками и хищным, пронзительным до ледяного ужаса взглядом. Какого черта? Как он здесь оказался? И почему с переездом в эту проклятую деревеньку, он постоянно попадает в такие ситуации?              -Тоша, ты чего притих, неужто испугался? И кого? Нас то? – лиса снова по ехидному засмеялась, но сейчас, сейчас ее смех напоминал не звон маленьких колокольчиков, а скорее хохот тошнотворной гиены. На хихиканье лисицы в их сторону обернулась каждая тварь, восседающая за длинным столом.             Антона затошнило от прикованных к нему взглядов, хотелось вернуться домой, накричать на глупую мать, которая отпустила в это подобие ада, а потом завернуться в одеяло и спрятаться от несправедливого мира.       -Ну-ну, не стоит пугать дорогих гостей, наши банкеты так редко кто посещает, не нужно запугивать нового члена семьи, не так ли, зайчик? – наступила оглушительная тишина, с другого конца стола раздался пронзительный, нечеловеческий голос, заставившей всех зверь вздрогнуть от страха.              Антон не хотел отвечать. Он не был уверен, что его голос не надорвется при попытке выговорить хоть одно словечко, поэтому он просто смотрел в пронзающую темноту, расположенная в противоположном от него углу, которая будто омывала своего господина, скрывая от посторонних лиц.              Юноша не решался вымолвить ни одно слово, но, похоже, ответа от него и не требовали, вместо него ответила стоящая рядом Алиса.       -Простите, Хозяин, я не должна была, я… - прервав ее тихие блеяния, из темноты снова раздался властный голос.       -Довольно, остановимся на этом, а сейчас почему бы нам не приступить к празднеству? Время накрывать на стол.       Будто по волшебству, фуршетный стол был заставлен изысканной едой, которую подросток никогда не думал увидеть вживую, не говоря уже о том, что сможет полакомиться таким роскошным угощением.             Не успел подросток и глазом моргнуть, как все накинулись на такие аппетитно-лакомые кусочки сочного мяса. Они рвали, разрывали предложенные блюда на части, забрызгивая все слюной и остатками пищи. Аппетит пропал почти сразу, увидев эту картину.       -Тебя что-то не устраивает, зайчик? Неужели не нравится? А ведь я так старался отобрать для такого случая лучшую свинину в этой местности, - этот хриплый, низкий голос пронизывал до костей.       -Н-нет, я-я просто… - было страшно находиться в одной комнате с этим чудовищем, не говоря уже о том, чтобы вести с ним светские беседы. Может он еще о погоде спросит?       -Тоша, не хорошо заставлять Хозяина ждать, попробуй, ну же, - приглушенный голос Алисы раздался около его уха. Видимо, она все время стояла рядом, а он даже не заметил.       -Н-но…- не успел мальчик договорить, как лицо лисицы потемнело, такие большие и яркие глаза до этого, вмиг потускнели, оставив после себя звериный блеск.       -Я СКАЗАЛА, ЕШЬ, - на громогласный рев все резко перестали уплетать их своих тарелок, повернув свои нечеловеческие морды, наблюдая за предоставленным зрелищем.             Кругом царило торжественное предвкушение, ни одно существо не двинулось с места, и лишь изредка чье-то бормотание гулко отдавалось в воздухе, еще более оттеняя окружающую тишину, которая обрушилась на ребенка, сдавливая и угнетая. Его дрожащие руки обхватили позолоченную вилку, и он поднес надрезанное мясо ко рту. Разом все пришли в движение: кто-то смеялся, кто-то продолжал есть, а были те, кто так и не перестал смотреть на юношу, будто изучая, как новую интересную игрушку.       -Ты такой молодец, Тоша. Как тебе свинина? Дай и мне попробовать кусочек, - плутовка, было, наклонилась, чтобы откусить мясо с вилки Антона, но мальчик не мог остановиться, продолжая уплетать и съедая все до последней капли. Когда он обернулся, чтобы взглянуть на лисицу, его взгляд тут же остановился на самодовольной улыбке Алисы.             -А я думала, что все зайцы травоядные, - звонкий смех раздался по всей комнате, заставляя подростка вздрогнуть. Что-то было не так. Осознание этого было ясно как день.             - Я вижу, тебе понравилось мясо этой свиньи, он так сильно визжал, что мне пришлось перерезать ему горло. Как жаль, а ведь я хотел устроить занимательное шоу, позволив тебе первым убить это ничтожество, - и снова этот зловещий голос. Петров знал, что эта темнота не переставала следить за ним, наблюдая за каждым его движением и эмоцией.       -Его ведь звали Семен, не так ли, Хозяин? - насмешливый голос изворотливой хищницы прорезал тишину, когда не прозвучало ответа на слова ее господина.       Что? Семен? Антон взглянул на свою порцию, а затем осмотрел банкетный стол. Тошнота подкрадывалась к горлу, душа, не давая сделать спасательного вздоха. Неужели он.… Нет, этого просто не могло быть. Это невозможно.       -Тоша, ну ты чего притих, неужели язык проглотил? – от раздавшегося голоса лисицы мутило, как никогда. Хотелось встать, наорать на всех этих тварей, а затем вернуться под теплое одеяло и разреветься, как последней девчонке.              -Как жаль, что ужин подошел к концу, но мы еще встретимся, мой зайчик. До следующей недели.             Петров проснулся весь пробиваемый дикой дрожью, и крупные слезы струились по его щекам. Сон. Это был всего лишь сон. Облегчение вырвалось из его тела вместе с судорожным вздохом. А рядом с ним лежала уродливая маска зайца.