Джареф. Кровь

      

Глава 11

      

Замок Алхимика.

      Обитель Молний.

      

Джареф.

      Прогулка по городу заняла остальное время дня. Мы решили не брать экипаж, а пройтись по улочкам столицы пешком. Эльсия лучилась энтузиазмом, изредка бросая на меня взгляд. Это смущало. Она стала питать надежду о возвращении репродуктивной функции моими силами. От ее сияющих глаз мне было тепло. Я вновь почувствовал себя нужным. Во дворец мы вернулись, когда уже стемнело. Дориан нетерпеливо вышагивал по гостиной наших апартаментов, резко остановившись, едва мы вошли.       - Вещи уже упакованы, давайте ваши руки сюда, - алхимик схватил наши запястья. Крепкое рукопожатие обдало горячим воздухом, и нас окутала тьма. – Глаза лучше закрыть, - последнее, что я услышал, но глаза закрыть успел.       По ощущениям ничего не происходило. Ощущалось касание рук Эльсии и Дориана. Запах апартаментов все еще был затхлым, настолько долго не использовались помещения, что дух уныния мертвой хваткой вцепился в эти стены. Я лишь успел выдохнуть, а с новым вздохом запахи изменились. Соленый морской воздух ударил в лицо и принес ароматы цветов, горячей земли, раскаленных на солнце камней. Далекий шелест волн коснулся уха, шепот листьев в кронах деревьях над головой, хруст гравия под ногами стали неожиданностью и приятным сюрпризом.       - Добро пожаловать в мой дом, - прикосновение горячей руки Дориана исчезло. – Глаза можете открыть.       Пасмурное небо над головой давало мало света, но мои глаза видели все, пусть немного в ином спектре. Мы стояли перед старинным замком из грубого и шероховатого камня. Величественное строение возвышалось почти до неба, скрывая от нас ночное Око за шпилями и множеством башен. В неверном свете лучей, исчезающих за тучами, были видны витые колонны, кариатиды и сонмы истерзанных временем каменных скульптур. В высоких окнах едва заметно тлел свет, словно в помещениях замка жили призраки или светлячки. Вьюны поглощали нижние стены замка, отступая на третьем этаже и совсем исчезая на пятом. Вокруг раскинулся сад, дикого неухоженного вида, но не менее красивый: разного вида кустарники, травы, цветы – вдалеке виднелась роща персиковых деревьев. Хвойные, лиственные исполины небольшими группами вздымались то тут, то там. Природа буйствовала кругом и в воздухе чувствовалась энергия.       - Скоро будет гроза. Войдем внутрь, - алхимик поспешил к главному входу, пробежал пару ступеней и влетел в холл. Магические светильники мгновенно осветили пространство.       Холл замка встретил уютом. Бежевый мрамор пола был устлан толстым ковром, оказавшимся мхом. По каменным колоннам, что поддерживали второй этаж, вился плющ. По стенам, словно змеи, поднимались толстые древесные корни, при близком рассмотрении оказавшиеся деревьями. Меж ними висели картины в темных деревянных рамах. Ажурные переплетения веток со стен переходили в перила лестницы и балюстраду, по колоннам ползли выше к потолку, образуя идеальный купол, сквозь который лился магический свет. Казалось, что мы не в замке, а в лесу.       Дориан улыбался, глядя на нас.       - Вы первые, кто посетил этот замок за последние пять сотен лет. Прошу следовать за мной, покажу ваши комнаты.       Подойдя к лестнице, я почувствовал, как Эльсия замедляет шаг и останавливается. Повернулся к ней.       - Деревья! Они живые! – прошептала она, касаясь перил рукой.       - Здесь все живое, - пояснил алхимик, ожидая нас на втором ярусе, поглаживая древесные перекладины балюстрады. – Идемте, у меня есть еще дела.       Арочный проем был оплетен ветвями сирени. Комнаты за ним погружали в одно из времени суток, меняя свой цветовой спектр и флору, чтобы гармонировало с искусственным светом. Днем здесь все будет иначе, это чувствовалось в воздухе. Дориан привел нас в комнату вечерних сумерек. Темные полутона, загадочные тени скользили по стенам от четырех колонн по центру, в воздухе парили светлячки, освещая пространство, а сквозь ветви дубов мелькало «ночное Око».       - За этими дверями ваши покои, - мужчина толкнул двери, что прятались в тени. – Устраивайтесь поудобнее. Ужин будет через три часа. Я за вами приду.       Алхимик оставил нас одних.       - Это невероятно, - прошептала эльфийка, оглядывая гостиную наших смежных комнат. – Этот замок… Такое я читала только в книгах. Это словно храм одного из божеств!       Обитель потрясала. Я был согласен с супругой, с ней могли сравниться разве что Чертоги Огня в Долиниан Дэйр Северной Империи или Храмовый комплекс Острова жрецов. Ни первое, ни второе не было доступно для общества, и сравнить неискушенной девушке было не с чем. В моих силах показать Эльсии весь мир, открыть дороги, куда эльфам скрыт путь и, открыть те двери, куда дорога им заказана. Это звучало, как план. Долгосрочный, но вполне выполнимый. «Но не сейчас».       Гостиная оказалась совершенно обычной, если не считать древесных плетений по стенам: мебель бежевых тонов, шкафы с книгами, тяжелые портьеры благородного зеленого цвета на окнах, ковер на полу. Две двери справа вели в спальни, где у каждого была своя ванная комната и отдельный гардероб. Двери слева вели в кабинеты. Каждому свой.       Мои собственные ноги принесли меня к окну во всю стену, рука коснулась изогнутой ручки двери, а за стеклом был широкий балкон с балюстрадой из сложенных друг на друга черепов разного размера, формы и, судя по всему, были настоящими. Вид из окна открывался на бескрайнее море, сейчас оно было серым и буйным из-за начинающейся грозы. Внизу виднелся небольшой кусочек сада, с еловой рощицей близко посаженной к стенам замка, светлые дорожки петляли меж кустов роз, сирени и жимолости. Из-за обилия зелени, невозможно было разглядеть, что там - обрыв или стена, на границе с морем. Шум прибоя был близок.       Я дернул ручку и вышел на освежающий воздух. В лицо ударил ветер с запахом скорого дождя, поднимая полы моего плаща. Каменная балка на черепах еще хранила тепло солнца, согревая мои руки сквозь тонкие атласные перчатки. Ветер сорвал капюшон с головы, разметав неровные белые пряди по моему лицу. Он принес запах одуванчиков. Едва заметный, но от него сердце защемило болью узнавания – так пахли руки матери, ее волосы, ее объятия.       - Да что б меня, - я поднял голову к темнеющему небу. Щиты эмпатии трещали и рушились, сдерживаемые чувства вырывались из тюрьмы, в которую я их заключил. Скоро, я захлебнусь в цунами непрожитых чувств, боли, ужаса и потери. Не удивительно, что последние дни стали столь тяжелыми для моего тела. Щиты потребляли больше энергии, пытаясь обрести целостность и сдержать увеличивающийся поток чувств.       - Джареф, ты что-то сказал? – Эльсия выглянула из гостиной.       - Передай Дориану, ужинать не буду. Пройдусь по саду, - голос мой не дрожал. Контроль все же имеет наивысший предел среди моих магических навыков, после владения крови. О Пустоте, я тогда и не вспомнил…       - Но ведь гроза начинается...       - Мне это необходимо, - в глазах супруги я видел беспокойство. – Не беспокойся за меня и не жди сегодня.       Девушка нахмурилась, но дверь закрыла. Правильно, скоро будет ливень. Синие глаза Эльсии внимательно смотрели на меня сквозь дверное стекло, кивнув, она задернула портьеры, видимо что-то решив для себя. Я развернулся, и одним махом перепрыгнул поручень, мягко приземляясь на густую траву под окнами первого этажа. Гравий дорожки захрустел под ногами, разрывая возникшую тишину. Над морем вспыхнула молния, и вскоре звук грома накрыл меня.       Двигаясь вглубь сада, я с опозданием осознал, что мне трудно дышать. Руки тряслись. Перчатки полетели на дорожку. Я расстегнул замки на плаще, распахнул камзол и развязал тесемки на рубашке. Мне суждено умереть от разрыва сердца? Глупость. Холодными пальцами я массировал себе точку, чуть выше грудины, пытаясь облегчить дыхание. Воздуха катастрофически не хватало, зрение помутнело, а в груди нарастала боль. Я свернул с дорожки в ельник. Здесь было темнее, чем снаружи. Скудный свет из окон замка не проникал сюда, а молнии, что вспыхивали все чаще, казались нереальными. Ноги вдруг ослабели, и я привалился спиной к стволу ближайшего дерева. Кружилась голова, и я скатился к корням дерева, вспахивая пятками мягкую землю, поднимая дерн с прошлогодней хвоей.       Сдержать крики боли, а они будут, это мне было известно, было необходимо. Пугать Эльсию все же не стоило. Трещащие эмпатийные щиты звенели, крошились под напором клубка. Пятнадцать лет этот клубок зрел в моей груди. Все эмоции, чувства с момента пленения вырвались наружу. Эта лавина могла сжечь мои нервы, мой разум и остановить сердце.       Первые капли дождя глухо ударили по листьям кустов вдалеке. Стук нарастал с каждым хриплым вдохом и рваным выдохом из моего горла. Я откинул голову на ствол дерева, пытаясь облегчить доступ воздуха в легкие. В груди словно разгорался пожар, пульсируя болью все дальше от центра к конечностям. Взгляд расплылся, и я понял, что это были слезы.       Я захлебывался в слезах. Так мое тело освобождало горе, потери, всю боль, что я держал на цепи все это время, с момента моего пленения и до этого момента. Кровь текла из искусанных губ, а я вонзал зубы глубже, чтобы сдержать крики агонии по своим близким, по несправедливости в этом мире, по потерянным возможностям, по потерянной любви, едва обретенной семье. Разверзшаяся бездна в груди поглощала, а я падал в нее, сжимая пальцы на груди, царапая кожу ногтями, пытаясь вырвать этот жгучий комок, бьющий молниями боли из самого сердца.       Я знал, что будет так. Сам довел себя до этого. Словно трус, скрывался от самого себя, от своих чувств, от своей человечности. Закрыл глаза. Не впервые я совершал с собой подобное. Не единожды испытывал свою силу воли. Я давно не человек. И мне до сих пор не было известно, чем я стал и чем стану в будущем. Но сейчас, агония в груди разрывала меня на части, рвала эмоции и связи. Земля уходила из-под моих ног, но благо, что только в моем разуме… Моя вина доказана, вердикт оглашен и сейчас следовало наказание.       Сам.       Все, что произошло.       Во всем, был виноват я сам.       Тело горело. Озноб бил и бродили мурашки по коже. Глаза резало, словно в них вонзили кинжалы. Спина, руки, ноги – все было объято агонией, но это ничто, по сравнению с сердцем. Гул собственной крови заглушал окружающие звуки, бубном безумного дикаря звуча в груди, распространяя лаву боли под ускоряющийся ритм ударов по всему телу. Холодный воздух уже не приносил прохлады, а ледяные струи дождя не давали покоя.       Возможно, я стонал вслух, но этого не слышал.       Нет, не кричал. Горло сжимал спазм.       Едва дышал. Воздуха все меньше. Задыхаюсь.       От боли.       От нехватки воздуха.       От неотвратимой мутации. От неотвратимости быть тем, кем стать мне было суждено. И я отдался Тьме и Боли, не заметив, когда разум потух.       

***

      - Долго еще будешь пребывать в оковах сна? – голос Дориана разбудил. Видимо мой разум не выдержал нагрузки и в какой-то миг решил забыться в объятиях сна. – День на дворе. Солнечный. А ты лежишь, принимаешь солнечные ванны.       «Солнечные ванны?»       Я резко сел, от чего закружилась голова, но жжения не почувствовал. Кожа рук была целой. Я поднял взгляд на алхимика, что закрывал меня от солнца. Его со спины подсвечивало Око, отчего силуэт мужчины расплывался и словно был иллюзорным.       Аромат одуванчиков в воздухе стал сильнее. Трели птиц в кронах деревьев нарушали тишину, но несли гармонию. Шелест травы под порывами ветра, шепот листвы, шорох тканей одежд алхимика - все стало таким ярким!       Хмыкнув, Дориан сделал шаг в сторону. Будто бы знал, что открылось моим чувствам. Но, Дориан прожил долгую жизнь, и откуда мне было знать, что он испытал? В моих силах была возможность открыть это знание, ведь после того памятного ритуала на горячем источнике, кровь алхимика была доступна мне, как и ее знания. Но, я не мог поступить так со своим другом, побратимом и наставником. Для меня это было низостью, пусть и желание узнать тайны никуда не исчезло со временем.       Дневное светило ужалило глаза светом. Я зажмурился, инстинктивно ожидая боли от сгорания плоти. Но ничего не произошло. Моему удивлению не было придела, а алхимик лишь улыбался. Было непривычно чувствовать свет дневного Ока на своей коже и не получать ожоги.       - Тепло, - мой голос отказался слушаться.       - Это подарок тебе от моего брата, - Дориан подал руку, помогая подняться. – Все, что нас окружает его рук творение. Полог магически перестроился, чтобы тебе было комфортно находиться здесь.       - Такое возможно? – казалось, еще больше удивиться было нельзя, но все же, с каждым разом это чувство во мне росло. Я словно заново родился. Или очутился в самом красочном сне. Необычайно яркие краски природы, насыщенный аромат цветов в воздухе и запах моря будоражили мои чувства.       - Для Лориана не было ничего невозможного, Джар, - алхимик грустно улыбнулся. – И его магия подобна ему. Безгранична. Он погиб.       - Мне жаль, - Дар, как всегда скрылся за своими щитами эмпатии. Чувствовал я себя разбитым, словно мне на плечи лег весь груз прожитых лет.       - Как ощущения? Вижу, твоя стена рухнула, - Дориан улыбнулся.       - Не могу описать свои чувства. Но помимо облегчения, присутствует смутное ощущение… мне вновь предстоит битва Холмовья, но руки уже по локоть в крови, а клинок поднять сил нет.       - Возможно, ты будешь неприятно удивлен, но и я внес коррективы в полог над нами. Теперь ты не можешь пользоваться своими аканадарскими, жреческими и иными способностями. С первыми лучами Ока, ты стал обычным смертным. Любой порез на коже будет заживать медленно, и оставлять шрамы.       Почему-то слова Дориана меня не удивили. Дорога до замка не заняла много времени. Что странно, я прекрасно помнил, что ушел на достаточное расстояние от серой громадины, но за очередным поворотом, площадка перед древним строением оказалась под моими ногами. «Сжатие пространства?» посмотрел я на алхимика, он в ответ лишь кивнул.       - Понимаю, какие цели ты преследуешь, - я улыбнулся, когда Эльсия вышла из замка и с удивлением замерла, глядя на меня. – Хочешь показать, насколько полагаюсь на свою аканадарскую суть, жреческую регенерацию, силу и ловкость, скорость при Преображении. В этом ты прав, за столь долгий срок бытия аканом, я забыл, как быть смертным человеком в собственном теле.       - Не только. Твое тело все еще не освободилось от «сока любви», - Дар поднял руку навстречу летящей синей бабочке. Та, взмахнув ультрамариновыми крылышками, села ему на указательный палец. – Хм, понимаешь, из-за того, что ты старый акан, твои внутренние процессы замедленны. Жаль, я не могу изучить детально ваших родоначальников, думаю, ответы на многие вопросы нашлись именно в их телах. Но в той битве было не до научных изысканий. Меня интересует, почему твои процессы замедленны в некоторых вещах, таких как: вывод веществ из организма, долгая усвояемость определенных веществ. Как кровь других существ влияет на твой организм. Почему тебе ее нужно больше, когда ты ранен? Но суть не в этом. Сейчас, при заглушенном состоянии твоей акандарской сути, ты больше человек, нежели Иной. И все законы нашего мира действуют на тебя, как на человека: быстрее обмен веществ, меньше мышечная сила. В этом состоянии сможешь узнать слабые и сильные стороны твоего стиля боя. Мне жаль, но твоя болезнь также вернулась. Нагрузку при тренировках и в обучении уменьшать я не намерен, несмотря на серьезность твоего заболевания.       - Хорошо, - согласился я, когда мы поравнялись с девушкой, восхитительно прекрасной при солнечном свете. – Будет забавно и полезно узнать, принять и сделать выводы из тренировок. Тем более, когда я справился со своим недугом. Будет трудно, но я справлюсь.       - Вышла позвать вас обедать, - Эльсия взирала на меня, словно впервые видела. – Пойдемте, пока не остыло…       - Ты прекрасна, - я коснулся в миг покрасневших щек эльфийки. Ее мягкая, бархатистая на ощупь кожа приобрела приятный оттенок лепестков бледной розы, синие глаза, словно омуты, стали на тон темнее, а зрачок расширился. Мне понравилось касаться супруги, но чувства омрачились любовью к погибшей Кайтэф. Рациональная часть меня понимала, что потерянное не вернуть, но скорбь все еще тлела в моей груди. Я знал, что это будет нелегко. Скрывать свои чувства к погибшей супруге от эльфийки я не стал. Да, она будет видеть грусть в моих глазах, ее это будет мучить, но и издеваться над собой больше я не намерен. Эльсия мудра не по годам и должна была понять сложившуюся ситуацию.       - Жду вас в столовой, - Дар прошел мимо, тихо хмыкнув и подбросив бабочку в высоту. Та, взмахнув крыльями, скрылась в саду.       - Солнечный свет идет тебе, - испытывая сожаление, я отнял руку от лица супруги. Эльсия поняла, что я испытывал. Ее эмоции скользнули по моим оголенным нервам болью.       - Я ведь светлая эльфийка, - тихо прошептала она, не поднимая на меня глаз. – Солнце – часть моей жизни.       - Думал, что светлые эльфийки обладают более темным цветом кожи, - взяв девушку за руку, я повел супругу обратно в замок. Ничего не значащая беседа должна была отвлечь ее от мрачных мыслей.       - Мой дед снежный эльф, - улыбнулась девушка воспоминаниям о своем старшем родственнике. – Я пошла в него внешностью. Мама долго не могла смириться, что ее шикарные золотые косы и не менее шикарная золотистая кожа не перешли по наследству единственной дочери. Сколько я выслушала ее стенания по этому поводу, - девушка звонко рассмеялась, сверкая искорками в глазах. – Отец, как тебе известно, занимается наукой в Мира́нте и его приезды можно пересчитать по пальцам, - супруга грустно вздохнула. – Поэтому дед воспитывал меня в тех традициях, которые считал лучшими.       Разговор «ни о чем» перестал быть таким. Воспитание главы рода си Сору в большей степени противоречит действующей власти Северной империи. Мое любопытство имело все основания, ведь теперь я часть этой семьи.       - Мое знакомство с эльфами не распространяется во внутренние дела семейств, - мысли о том, чтобы аккуратно выведать информацию были, но зная способности Эльсии к играм словами, лучшим вариантом было говорить правду. Или ее часть. – Что меня ждет при встрече с твоей семьей в качестве Спутника жизни?       Эльсия ненадолго задумалась.       - Не знаю. Моя помолвка с одним из древних родов теперь исключена. Вряд ли дед обрадуется нарушению брачного договора. Но ему придется смириться с этим. Наш с тобой брак пусть и не консумирован, но все же, подтвержден Богиней. Чего ждать? – супруга посмотрела на меня. В ее взгляде было чувство отчаяния. – Ох, мрак бездны. Я ведь теперь не могу вернуться домой… Падшие эльфийки теряют связь с родом.       - Изгнание или нечто иное? – разговор становился все более информативным. Ведь мне было с чем сравнить. Сам я не был ни изгнанником, ни тем более лишенным своего Рода. «Мое собственное место до сих пор сокрыто от меня».       - Матушка рассказывала о своей подруге в далеком отрочестве. Девушка была из знатной семьи Солнечного Взгорья. Ее брак был предопределен брачным договором, но, будучи своенравной магичкой, эльфийка решила пойти против воли отца и матери. Труда сбежать из Империи в то время не составило. Два года ей удавалось скрываться. На исходе третьего, в ней проснулся Зов. Скрыться от мужчин в ее положении не вышло. В итоге, она не только забеременела, но и была возвращена родителям. Без магии, испорченной и сломленной. Ее изгнали из рода физически и лишили семьи буквально. Имя девушки стерли из аналов истории и даже в книгах родов на месте ее имени надпись – тень. И эта тень также распространилась на ее родителей, ведь они не смогли воспитать достойную дочь.       - Страшилка для детских ушек. Что было на самом деле? - Эльсия странно на меня посмотрела.       - Не знаю, - ответила она. – Но в книге генеалогии такое семейство существует. Дар Адра. Затухающий род равнинных эльфов.       Дар Адра. Этот род был мне знаком и насчитывал не более трех поколений, общим числом с десяток эльфов. Канцлер Северной империи, Тэоне́ль дар Адра был мне другом. Его род затухал, словно над ним повис злой рок. Тэо последний из прямых наследников дар Адра, и он уже перешел черту середины своей жизни и все еще не нашел свою спутницу жизни.       - Ты увидишь своих родных, Эльсия, - я сжал руку супруги. – Смирись с тем, что произошло. У тебя есть цель – исправить последствия, вот и думай над этим. С глупыми слухами, сплетнями и предрассудками разберемся вместе.       - Это тяжело, - покачала головой эльфийка, вновь становясь холодной принцессой. – Не стой у меня на пути, если я встречу кого-нибудь из тех, кто издевался надо мной в плену.       - Не стану мешать. Разрешишь мне встать за твоей спиной?       Девушка опешила. Остановилась и посмотрела на меня более пристально.       - Думала, что ты станешь отговаривать от мести.       - Эльсия, вспомни, я ни словом не обмолвился об отказе мстить. Только смириться с тем, что произошло с тобой. Ничего более. Если смерть мучителей вернет тебе гармонию, я буду первым, кто поддержит и поможет тебе.       - Благодарю, - улыбнувшись, девушка продолжила путь, потянув меня за собой, так как дороги в столовую я не знал.       Дориан ожидал в просторной столовой бежевых тонов. Белые одеяния алхимика отражали солнечный свет, на его роговых украшениях играли блики солнца, отражаясь от золотой поверхности. Мужчина потянулся к ручкам на окнах. Свежий утренний воздух с гомоном птиц ворвался в теплое помещение столовой, всколыхнув легкий тюль занавесок.       - Что ж, - алхимик сел во главе стола. – Много времени прошло с тех пор, как я вкушал эльфийскую еду. Что у нас тут?       - То, из чего можно было приготовить. Запасы продуктов нужно пересмотреть, - Эльсия присела на отодвинутый мною стул по левую руку от алхимика. – Многих приправ не хватает, ваши любимые соленые огурцы закончились. Сомневаюсь, что в ваших владениях разрешена охота, значит нужно приобрести и мясо.       - Да, этому месту не хватало женской руки, - Дориан улыбнулся.       Мы, молча, принялись за еду. Под звон столовых приборов о фарфор еда быстро исчезла в недрах голодных желудков. От чувства насыщения мне захотелось спать. Но спать в том положении, что я оказался, было непозволительной роскошью. Судя по сверкнувшим глазам Дориана, меня ожидал насыщенный день. Но сейчас меня интересовал один вопрос и ответ на него мог дать только алхимик.       - Дар, я должен найти свою дочь, - времени на поиск Лилиан оставалось все меньше и меньше. - Храмм сказал, что ее дракона нет среди тех, кто за Гранью. Есть ли способ найти ее?       - Есть, - хозяин замка улыбнулся, закрывая свои янтарные, светящиеся довольством, глаза. – Есть много способов: Поисковые заклинания, призрачные совы, метки и многие другие. Но они будут действовать, если объект поиска желает быть найденным. Если нет, придется ломать защиту, а для этого нужен сильный маг контроля, коим ты являешься.       - Я тебя понял, - другими словами, алхимик не будет помогать мне в этом. – Могу я положиться на тебя в вопросе ее жизни?       - Сообщу, если ее состояние станет критическим, но все остальное будет зависеть только от тебя. У тебя есть лет десять на ее поиск, - хозяин дома поднялся из-за стола. – Эльсия, благодарю за обед и прошу вас посмотреть, что нужно из продуктов, со стола мы уберем сами.       - У меня не более пяти – семи лет, Дар, - слова прозвучали словно приговор. – Да, Лилиан мой первый ребенок, только из-за особенностей старейшин, времени на ее поиск у меня мало. Одна из второй волны, Нэтали, родила сына. Едва ему исполнилось двадцать три года, начался процесс мутации. В этот момент Нэт была далеко от сына, и помочь ему не смогла. Парень умер. У меня нет десяти лет…       Дориан лишь улыбнулся, мановением руки поднимая посуду в воздух. Часть тарелок я уже держал в руках.       - Тем быстрее ты будешь обучаться. Выполнишь заказ на создания, возомнивших себя богами, и вернешься сюда, - алхимик сгрузил посуду в большую мойку. - И мы продолжим обучение.       - Задание может занять не один месяц.       - Да. Но учитывая твои требования к Максимилиану, он выдвинет свои. И время будет указано в требованиях. Тем более, ты ему нравишься. Твое обаяние часто играет на руку тебе, друг мой. Но иногда во вред. Максимилиан из той породы, что совершенно не подвластен чарам, как, впрочем, и его дочь. Он проверил тебя и сделал вывод. Ты раскусил его план, повел себя совершенно не так, как он ожидал. Король сделал вывод, выслушал твои советы и понял, что перед ним не кровожадный убийца, а знающий себе цену мужчина.       - Мое чутье едва не подвело, - я скинул в мойку посуду, к той, что положил алхимик. Воспоминания об отравлении в замке неприятно всколыхнули волну ужаса.       - Все же не подвело, - Дориан закатал рукава и принялся мыть посуду, повернув кран для подачи воды из котла над печью. – Твоя апатичность за последние столетия довела тебя до состояния безразличия к жизни. Я был удивлен, узнав о женитьбе. Думал, уже ничего тебя не растрясет. А вон как вышло. Знаешь, Джар, - я посмотрел на алхимика, принимая из его рук чистую тарелку и беря полотенце, чтобы ее вытереть. Тем временем, Дориан обдумывал свои слова. – Пусть я ходячая древность, все же апатия для меня непонятное явление.       - Не желаю заниматься самокопанием в твоем присутствии, - я поставил сухую тарелку на стол. Взял очередную. – Ты когда-нибудь убивал сотни живых, дышащих, чувствующих ойдов сотней за раз?       - Нет, - последовал ответ.       - А я убивал. Чувствовал все их эмоции и умирал вместе с ними. Когда поднимаешь клинок над врагом в бою, эмоции захлестывают. Эмпатия в бою сущее наказание. Едва ли есть возможность ее заглушить при таких потоках энергии от боя. Любой щит падает, как от щелчка пальцев. Поэтому каждую эмоцию во время битв пропускаю через себя.       - И выгорел, - Дар кивнул. – Брат рассказывал о подобном. Ему, как созданию жизни было тяжело наблюдать за эпидемиями в мире, смертями невинных, а особенно на поле брани. Он отгородился от внешнего мира, попросив помочь в создании этого места, что стало нам, Алхимикам, домом. Жил здесь, творил, изучал и помогал всем, кто нуждался. Он мог позволить себе уйти в отшельники.       - Забавно, - я хмыкнул, расставляя вытертые чаши для напитков на столе. – Второй раз за два дня слышу про отшельника. Джадр предлагал мне сделать это. В очередной раз.       - Не в твоих силах изменить свою судьбу. Отшельник? Издеваешься?       - А почему нет? – краем глаза я видел, как Дориан выключил воду, взяв другое полотенце с полки над столом, где я ставил посуду.– Когда-нибудь я все же отрешусь от земных забот.       - Не раньше, чем я сделаю тебя богом, - мужчина кровожадно улыбнулся, вытирая руки.       - Шутить изволишь?       - Изволю, - одними губами улыбнулся алхимик. – Идем. Начнем небольшую экскурсию. Это кухня, как ты уже понял. Здесь нам истекать потом в процессе создания ужина. В столовой ты уже был. Пойдем, найдем Эльсию.       Дар прошел через кухню и спустился по трем ступеням через арочный проем в кладовую. Эльфийка держала в руках свиток и рассматривала перед собой бочки с соленьями.       - Госпожа Ноктюрн, - девушка вздрогнула и повернулась. – Пойдемте на прогулку.       - Я еще не закончила, - нахмурилась эльфийка. – У вас здесь, господин Дориан, полный бедлам. Кто-нибудь следит за этим местом?       - Да. Но не конкретно за этим. Во дворе познакомлю вас с единственным жителем этого безмерного участка земли, - алхимик развернулся на сто восемьдесят градусов и двинулся в обратном направлении. – Начнем с того, что есть комнаты, в которые вам лучше не заходить. К примеру, в подземелье лучше вам совсем не соваться. В лаборатории…хм, в мою, в частности, точно не следует заходить без моего присутствия.       - Дориан, - Эльсия вмешалась в разговор. Ее синие глаза внимательно следили за алхимиком, словно в поиске ответов на невысказанные вопросы. – Я не спрашиваю, кто Вы на самом деле, но то, что я вижу вокруг, то, что Вы делаете, даже не произнося заклинания и даже то, что от вас не веет магией, натолкнуло меня мысль. Вы случаем не бог?       Алхимик смотрел на эльфийку, в его янтарных глазах блестели звезды, кружась медленным вихрем вокруг узкого зрачка. Уголки губ мужчины едва подергивались, пока он не рассмеялся в голос, откинув голову назад. Острые клыки сверкнули в верхнем ряду зубов и не сильно выдающиеся в нижнем.       - Нет. О, нет, - отдышавшись, ответил мужчина, с улыбкой глядя на девушку. – Не Бог — это точно. Но настолько стар, что помню зарождение некоторых из них.       - Но ваша сила безгранична! – возразила Эльсия. Супруга решила сделать комплимент Дориану, чтобы он помог? Простая лесть тут не поможет. Дориан, как он уже озвучил, стар как наш мир и подобные уловки должен раскусывать едва они слетят с уст говорившего.       - Безгранична? У всего есть предел. И у меня, и у моей силы. Вернемся к поиску дочери, - Дориан обратил взор на меня. – Искать ты ее будешь сам. Без моей помощи в заклинаниях. Мой резерв растрачен, а пополняться он у меня не может. Вот еще одна из причин, которая даст тебе темп в обучении - поиск дочери, друг мой.       - Жесток. Иного от тебя я не ожидал, - как я и подумал, игру эльфийки он просчитал.       Мы вышли в холл. Мужчина повел нас на второй этаж, попутно рассказывая, что скрывается за теми или иными дверьми. А я заметил, что с приходом дня, ночная зелень расцвела. Воздух наполнился ароматами цветов: сирени, роз, ирисов, тианитов, ландышей и анторозы. Замок расцвел, словно ожил с приездом хозяина.       - Здесь библиотека. Можете пользоваться с осторожностью, некоторые книги кусаются, - Дориан хмыкнул. – В любом случае, хочу пожелать вам приятного времени жительства в этом чудесном месте. Джареф. Вон там конюшни, - мужчина остановился перед окном. За прозрачным стеклом виднелись здания из серого камня, утопающих в зелени высоких голубых елей. – Брайн там.       Замок оказался настоящим лабиринтом. Дориан сжалился над нами и выдал карту, со словами, что заговорит двери, чтобы мы не попали в помещения «куда не следует». Эльсия была в восторге от замка, трогала растения, подносила некоторые цветы к лицу, вдыхая их аромат.       К концу экскурсии мне стало дурно. Я вновь помассировал грудь. “Щиты были сняты, тогда почему мне так мерзко?”       - Устал? – Дориан ухмылялся.       - М? – я поднял взгляд на довольное лицо алхимика. – Такое ощущение, словно мне… все мои полтора тысячелетия на плечи давят.       - Старость, - загадочно покачал головой алхимик, сверкнув янтарем глаз. – Как тебе быть в теле старого человека, друг мой?       - Не очень, - я озвучил свои сомнения. - Тяжесть в груди и нарастающий озноб.       - Хм. Что ж, видимо ужин готовить мы будем с Эльсией вдвоем. А ты, друг мой, - Дориан мягко коснулся моего плеча. От этого легкого прикосновения я присел. – Десять кругов вокруг замка. Вперед. Недочеловечешка. Но сперва, познакомлю вас с хранителем этого места.       Мы вышли на залитый солнцем парадный двор замка. Круглая альпийская горка возвышалась по центру, немного загораживая центральную аллею парка. За время, что мы провели на экскурсии по старинному зданию, парк стал более ухоженным: деревья подстрижены, на дорожках не видно следов прошлогодней листвы, а цветы распустились краше прежнего.       - Эрзин, явись! – Дориан улыбался. Солнечные лучи отражались от металла его рожек, гладили бледные волосы.       Ветер принес запах океана. И из воздушного потока вышел подросток.       - Мастер, - худощавый парнишка согнулся в поклоне. Яркие, синие волосы вспыхнули на солнце кудрями и спустились длинной толстой косой до пола. Темные одежды свободно висели на худощавом теле ребенка. Тонкие пальцы правой руки были прижаты к груди, а левая была заведена за спину - видимо это было приветствие.       - Эрзин. Мой фамильяр. Хранитель этого места. Эрзин, хочу представить тебе моего друга Джарефа Ноктюрн и его жену, Эльсию Ноктюрн.       - Очень приятно, господин, госпожа, - парень поклонился мне и Эльсии. Когда он выпрямился, я смог разглядеть его получше. Синие волосы копной и неровными прядями свисали на тонкое изящное лицо. Большие голубые глаза внимательно рассматривали нас, тонкий нос, брови чуть светлее волос низко нависали над глазами, делая взгляд серьезнее. У него было пропорциональное тело: широкие плечи, узкие бедра, длинные ноги в сапогах из оленьей кожи. Темная рубашка была наглухо застегнута до воротничка-стойки, длинные рукава с узкими манжетами акцентировали тонкие ладони ребенка с длинными хрупкими пальцами. Черные бриджи из плотного сукна держались на его талии поясом.       - Рад знакомству, - я кивнул парню.       - Приятно познакомиться, - бесстрастно вымолвила эльфийка по левую руку от меня.       - Будут вопросы, можете обращаться к Эрзину. А сейчас идем, покажу, где будут проходить ваши тренировки, господа гости.       До полигона добирались минут пять, петляя по парковым дорожкам и хрустя гравием под ногами. За очередной группой деревьев показалась крыша здания. Мягкие изгибы белого цвета словно вырастали из земли, будто часть облака. Здание было словно бельмо на глазу – совершенно не вписывалось в окружающий ансамбль древности. Структура стен представляла собой соты, но вместо меда, их покрывала перламутровая пленка, сквозь которую был виден темный клубящийся туман с фиолетовыми рунными заклинаниями, цифрами и зелеными искрами от кругов преобразования. От этого здания за версту должно нести магией, но я ничего не чувствовал.       - Полигон. Здесь ты можешь развернуться по полной, правда, только тогда, когда я решу вернуть тебе твои способности. А пока… Здание не предназначено для простых физических упражнений, Джареф. К посещению полигона ни ты, ни Эльсия не готовы. У тебя шесть часов на тренировку. Время пошло, - последние слова вызвали во мне чувство неправильности. Что-то подобное и ожидалось. Тихо смеясь, я снял плащ и камзол и передал их Дориану, тоже самое проделал с рубашкой. На мне остались одни штаны и сапоги. Волосы я собрал в косу.       - Десять кругов, – “это будет не так просто, как раньше” подумалось мне. “Так приятно ощущать тепло дневного Ока на моей спине”.       Дориан кивнул, подал руку эльфийке и повел молчащую девушку обратно в замок. А я побежал в обратном от них направлении. Добрался до конюшен. Каменно-деревянное строение встретило меня шорохами, ржанием и, как не странно, Тьмой. Денники отличались друг от друга материалом перегородок и заклинаниями, что вспыхивали на дверях. Тьмы было больше, чем света. Из-за некоторых дверей доносилось рычание и скрёб когтей о камень.       Брайн почувствовал мое приближение и заржал. Большая голова коня показалась в окне двери одного из денников, а звук копыт дробью разнесся по конюшне.       “Хозяин”.       - Прости, яблок на сегодня нет, - я коснулся бархатистой морды коня. Погладил шею, прижавшись лбом к голове животного. - Я решил совместить приятное с полезным. Обещания нужно сдерживать. Идем, - я открыл ворота денника и выпустил животное. - Я занимаюсь тренировками, а ты бегаешь со мной.       Замок алхимиков был огромен. Его расположение на краю обрыва привело к первому логичному вопросу. Что включает «Круг вокруг замка?» Дориан продумал и это. Бег, скалолазание, плавание, подъем в гору и расслабляющий бег по саду. Круг. Я и конь стояли на краю обрыва, глядя вниз. Прохладный воздух бил в лицо. «Сапоги придется оставить». Прыгать с такой высоты в бурлящее море сравнимо с самоубийством. Высота в сотню метров раньше казалась баловством, но не теперь, когда любое ранение может стать для меня фатальным. Нет, Дориан не даст мне умереть, в этом я был уверен. Но узнать свое тело лучше желалось больше, тем более, ощущение в смертном теле отличаются от тех, что я испытывал, будучи аканом.       Конь фыркнул.       «Буду ждать на пляже» и ускакал обратно в сад. «Что же. Первый круг, я буду преодолевать медленнее, если еще смогу преодолеть его». Сев на край, я перевалил тело над бурлящей бездной. Прохладный ветер тут же обдал оголенные ступни и спину потоком воздуха. Спуск начался. Камень кое-где перемежался с вьюном, вгрызающимся в толщу пород. Но его тонкие ветви выдержать мой вес не могли. Искать опору, глядя вниз – то еще удовольствие. Буквально, после двух метров спуска, тело стало подводить. Мышцы на руках напрягались до резкой боли, а пальцы ног давно покрылись кровью и временами скользили по каменной поверхности естественных уступов. Приятный ветер давно жалил холодными потоками, а волосы прилипли к спине и лицу. Капли пота застилали глаза.       Преодолев почти половину, уверенности во мне, что я не утону, уже не было. И видимо, словно сжалившись над моими потугами, открылся вид на небольшое углубление, где была возможность немного передохнуть. «Отличный ход, Дар. Но не сработает. Зная себя, если остановлюсь, то продолжить не смогу. Мышцы расслабятся, и дальнейший спуск будет невозможен». Еще треть пути я держался на остатках силы воли.       Теперь мне становилось понятно, о чем говорил Дориан. Наглядно. Пот градом катился по мне, словно я только что вышел из ванной. Хотелось пить, еще больше хотелось лечь и отдышаться. Но позволить себе этого сейчас - это дать слабину. Мое тело болело так, словно по мне прошел дракон. Руки по локоть покрылись кровью, запах которой сейчас мне был недоступен. Пальцы скользили, разрезались об острые кромки камней. «Не удивительно, что сначала спуск. Внизу соленая морская вода, она омоет раны и частично обеззаразит. Будет больно». Физическая боль давно стала мне супругой. Почти четырнадцать столетий войн, сражений и небольших стычек привели к тому, что она стала приносить мне некое наслаждение и напоминать о бренности тела.       Но тогда я был аканом. Сейчас же чувствовал себя иначе.       Мышцы рук кололо от напряжения, а ноги были лишь отголоском этого. Я наслаждался. Наступил этот момент, когда боль стала мне наслаждением. Мой собственный смех смутил меня. Он был похож на хриплое карканье. Видимо холодный ветер стал тому причиной.       До воды оставалось два метра. Холодные брызги воды острыми кинжалами вонзались в голые стопы ног. «Холодная вода и разгоряченное тело - плохое сочетание. Едва я окажусь в воде, мышцы сведет судорогой. Есть шанс утонуть. Но скользкие от крови и воды камни - плохая опора. Даже сейчас я едва держусь, пальцы норовят соскользнуть».       Опора уходила из-под рук и ног. Чтобы вода не раскатала меня о земную твердь, пришлось отталкиваться ногами от скалы и отпрыгивать как можно дальше. «О, Братья Создатели! Какая ледяная вода!» Тело, как тогда с корхаэнами, свело судорогой. Пришлось прикладывать усилия, для того чтобы выплыть и глотнуть воздуха. Пальцы на руках и ногах, ладони и ступни обожгло солью. И не только их. Колени, локти и даже губы жгло! Глоток воздуха оказался спасением. Холод воды пронизывал тело, словно ледяной ветер пустошей.       «Храмм?» Ящер молчал. «Или не может говорить? Дар сказал, что я теперь обычный человек. Значит и Храмм сейчас спит? Все еще стазисе?» Отбросив, так не вовремя, возникшие мысли в сторону, я принялся грести онемевшими конечностями в сторону пляжа. Когда перед глазами появилась далекая полоска песка, мои силы были на исходе. Пришлось переворачиваться на спину и дышать. Дышать и искать в себе равновесие. Вот только стук зубов от холода мешал сосредоточиться. Поверхность воды была теплее, но волны не давали прогреться воде на глубине, постепенно смешивая слои.       «Нужно найти поток к пляжу или мои действия будут бесплодны». Вдохнув поглубже, я нырнул. Глубина здесь видимо была порядочной, раз не видно дна и все кругом темно-синего цвета. Мои волосы в этой тьме казались нереальным видением. Нащупав косу, я вытянул ее в сторону. Она ожидаемо стала опускаться вниз, но, неуловимое течение исказило ее падение, сменив траекторию к так нужной мне точке. «Можно было не волноваться, что мое тело унесет в океан. Это течение вытянет меня ближе к берегу, а дальше справлюсь сам».       Вынырнув, я лег на спину и раскинул руки в стороны. Теперь, равновесие. Холод мешал расслабиться, но, все же, применив усилия, мне удалось достичь нужного эффекта. Напряженные мышцы расслабились. Такого расслабления даже в воздухе сложно достичь. Ведь там, приходилось контролировать крылья. Заставлять себя правильно дышать – основы в становлении жрецом. Сейчас мне это пригодилось. Следом, пригодились навыки контроля температуры тела, из моей бытности Ловцом. Последний навык стал бесполезным, едва я перестал быть смертным. Но сейчас, лежа в ледяной воде, он в достаточной степени помогал справиться с тянущей болью в мышцах.       «Главное не уснуть».       Когда боль утихла, я смог плыть дальше. Берег становился ближе и, на очередной волне, я смог увидеть Брайна, смотрящего на меня и нервно бьющего копытом белый песок. Животное беспокоилось и видимо уже давно, раз стал приплясывать на месте, когда мои ноги коснулись песчаного дна. Дойти? О нет, я дополз до сухого песка и упал в изнеможении на его обжигающую поверхность.       Контраст ледяного океана и обжигающего песка пляжа навел на мысль о магическом происхождении Обители Молний. Дориан сказал, что это место творение его брата. Неужели кто-то способен на сотворение чего-то великого, как этот кусочек суши?       Шершавый нос коня коснулся моего плеча.       «Мастер. Я беспокоился. Вы долго отсутствовали».       - Насколько долго? – мои никогда не подводящие внутренние часы говорили немногим больше двух часов.       «Пять часов семнадцать минут» конь фыркнул, обдав прохладным воздухом из своих ноздрей.       «Мои часы сбились? Это связано с изменением в моем теле? Когда я стал аканом, чувство времени стабилизировалось и усилилось. Видимо местное поле магии отняло у меня и эту возможность. Стоп. Прохладным воздухом? Выдыхаемый воздух оптимальной температуры, близкой к температуре тела. Если дыхание коня для меня сейчас кажется прохладой, то какой температуры мое собственное тело? Ох, Братья Создатели, пора убраться в тень».       - Брайн, ты как себя чувствуешь?       «Замечательно. Здесь кругом сильный поток магии жизни. Я наслаждаюсь этим местом».       «То есть, все изменения коснулись только меня? А Эльсия? Что чувствует она? Нужно узнать об этом». Прохладный бок коня поддерживал меня, пока я брел до ближайших раскидистых деревьев. Тень под ними была холодна, словно я вновь очутился в воде. Странно ощущать на себе такие перепады, будто я вновь новорожденный акан. А если мои умозаключения верны, то ничего страшного в этом нет. Один раз справился, справлюсь еще».       «Здесь красиво». Необычайно темное, свинцовое море, и вторящие ему барашки облаков на голубом небосводе, при этом жаркое солнце, как контраст. Яркая полоска белого песка и насыщенная зелень берегов – в Дэйр такие места встречались не часто. Любоваться природой и отдыхом, так нужным мне, получилось не долго. В легком вихре из песка и воды, перед глазами предстал Эрзин, чуть склонившись.       - Хозяин просит вас не опаздывать на ужин. Я прибыл, чтобы сопроводить вас в ваши апартаменты и помочь привести себя в порядок.       - Брайн. Прогулка окончена.       «Да, мастер. Я найду дорогу сам».       - Позже постараюсь зайти к тебе, - мысленно конь ответить уже не смог, ведь физический контакт с ним был разорван. Животное рысью двинулось к лестничному подъёму, сокрытому среди зелени в скалах.       - Могу я взять вас за руку, потомок Великих? – голос фамильяра был спокоен и плавен, словно звук воды.       - Потомок Великих? – не без удивления в моем голосе прозвучал вопрос. Такого обращения еще не слышал, но руку подал.       - Прошу простить мою излишнюю болтливость, господин Ноктюрн. Эта не моя тайна, - виновато прошептал Эрзин, аккуратно обхватывая мою ладонь своей рукой в белой перчатке. Вздохнуть я не успел, как нас закружило в мареве калейдоскопа цветных пятен, звуков и образов. Удар о каменную поверхность пола ступнями мое уставшее тело не выдержало, и я едва не упал. Благо Эрзин помог мне выпрямиться. «Действительно, чувствую себя стариком».       - Благодарю.       - Это входит в мои обязанности. Хозяин предупредил, что первые несколько дней будут для вас тяжелыми.       - Это все что он сказал? – мы оказались в ванной комнате. Здесь приветливо источала ароматы и пар горячая ванна, был приготовлен комплект белья.       - Позже он мимоходом обмолвился, что тренировочные круги, только самая малость, что ожидает его побратима, - словно издеваясь, дополнил парень, поддерживая меня за плечи. Вот только его речь говорила о том, что он совершенно не испытывал тех эмоций, что должны были промелькнуть в этом высказывании.       «Странный парень». Когда с меня исчезли брюки (точнее то, что от них осталось) и нижнее белье, я решил больше не удивляться. Голова и так начала раскалываться от количества происшествий на день. Фамильяр лишь помог мне опуститься в воду и отошел к средствам для волос. Я буквально испытывал благодарность к мальчишке, сам я о себе сейчас не мог позаботиться. А когда его руки коснулись моей головы и принялись расплетать волосы, мне осталось только замурлыкать. Было бы глупо показывать свое отношение к массажу головы, но сейчас, я чувствовал себя пережеванным и выплюнутым Колоссами степей.       - Хозяин дорожит вами, - вдруг вымолвил Эрзин. Мне пришлось отвлечься от приятных ощущений и открыть глаза. Парень бесстрастно смотрел на меня, намыливая мне голову приятно пахнущим составом, куда входил запах хвои. «И чем он так нравится моему окружению?»       - Вы сделали этот вывод по отношению Дориана ко мне?       - Хозяин никогда не занимался изменениями в пологе, находясь на грани гибели. И мастер Лориан, никогда не корректировал свои токи ради ойда.       - Вы хотите знать, почему это происходит?       - Нет. Мне не требуются ответы. Они мне известны, - Эрзин стал смывать состав с моих волос. – Я всего лишь констатировал факт, господин Ноктюрн. Вы важны моему хозяину и его брату.       - Но Лориан погиб.       - Только его душа бродит где-то. Само тело и его магия захоронены здесь. Но прошу вас, не поднимайте эту тему при господине. Его рана глубже, чем кажется окружающим. Вставайте, я помогу вам одеться.       Горячая ванна была прекрасна. Тело расслабилось, мышцы успокоились, но боль при движении никуда не делась. Память услужливо подкинула тяжелые тренировки в Общине, после которых двигаться было больно, сложно, но необходимо.       «Словно в детство вернулся». Каждое движение руки, ноги и даже пальца отозвалось ноющей болью. Приятной болью смертного тела, недоступной ни одному акану. Я позволил улыбке скользнуть по моим губам. «Приятно превозмогать пределы тела». Эрзин взмахом руки высушил мне волосы и собрал их в нетугую косу. Ведь даже кожа на голове болела от утомления.       - Господин Ноктюрн, - последние цепи на камзоле были сцеплены, и я обернулся к фамильяру. Парень протягивал ко мне руку.       Один удар сердца, и мы стояли у дверей в столовую. В этот раз скачок я перенес легче. Но все же парень помог мне выпрямиться.       - Благодарю.       - Вас ожидают. Прошу, - легким движением руки мой сопровождающий толкнул двери, пропуская меня вперед.       Светлая столовая была погружена в золотые лучи Ока, завершающего свой дневной ход. Дориан осмотрел меня с ног до головы и, молча, указал на флакон с зельем на столе. Эльсия улыбнулась. Оба были одеты в светлые просторные одежды, скрывающие их тела. На длинном столе высились блюда, накрытые крышками.       - Думаю, ты проголодался, - алхимик отодвинул стул для эльфийки. Эльсия грациозно села и выжидательно посмотрела на меня.       Я расположился рядом с ней.       - Выглядишь не лучшим образом, - супруга передала мне фиал в голубой глине.       - Чувствую себя относительно стабильно, - прохладная бутыль была едва подёрнута капельками влаги. Сургучная печать со знаками стазиса легко подалась. На вкус зелье оказалось никаким. Словно я воды выпил.       - С ранними лучами Ока завтрашнего дня тебе станет легче, - произнес Дориан, усаживаясь во главе стола. – Мы долго спорили с твоей супругой с чего начать твое магическое обучение. Эльсия бывает очень убедительной. Начнем с азов, но только после ужина. Благодарю, Эрзин. Ты свободен.       Ужин прошел под звон столовых приборов и закончился пряным чаем. Редкость с берегов АльСатор. Эльсия пригубила напиток, и на ее щеках заалел румянец. Видимо понравилось. Чай в моем детстве был обычным явлением на столах. Я не знал, что этот напиток столь дорог, пока не оказался за пределами Общины. Позволить себе его могут только очень богатые ойды. Элькор предпочитал вино, а его супруга была не в восторге от чая. Она всегда пила медовый настой с молоком.       - Вечером заварю другой сорт, - видимо не только я заметил реакцию эльфийки на напиток. Дориан улыбнулся мне. И в этой его эмоции скользнуло предвкушение, от которого у меня холодок пробежал по спине. “Не к добру это”.       - Дар. Ты решил истязать меня на столе лекарским ножом?       - Нет. Звучит, конечно, очень соблазнительно, но мне ты нужен живым. Пусть слегка и помятым, но живым. Пройдем в библиотеку. Эльсия, желаете пойти с нами?       - Да. Вмешиваться в обучение не буду, - улыбнулась девушка. – Займусь своими изысканиями.       Когда мы уходили из светлого помещения столовой, Эрзин принялся за уборку стола. А ведь речь шла, что все по «дому» будем делать мы.       - Так сложилось, что после вечерней трапезы убирает фамильяр. По его словам, это некий ритуал завершения дел за день, - пояснил Дориан. Замок внутри менялся к ночи. Распускались ночные цветы, в воздухе заметно запахло прохладой, и кое-где были заметны светлячки. Дорога до библиотеки заняла куда больше времени, чем мне казалось. Солнце уже село, когда мы вошли в небольшое помещение, покрытое мелкими письменами на всех поверхностях стен, потолка и пола, перил, лестниц – всего, что было в этой комнате. Это небольшое помещение по меркам замка. На самом деле комната была огромной. В ней вполне можно было организовать бал любого из королевских дворов и еще останется место. Много места! Зала была поделена на ярусы. На втором ярусе начиналась библиотека. К ней вели десятки винтовых лестниц, заменяющих колонны, поддерживающие сотни небольших мостиков. Снизу все это выглядело квадратной сеткой, по центру ячейки-сектора которой висела гроздь магических шаров света. Под гроздьями стояли столы и кресла для чтения. Каждый из секторов чем-либо отличался: от мебели в читальне, до цветовой гаммы ковра на полу. Но между каждым из квадратов отчетливо был виден большой круг с множеством темных линий в нем. Словно алхимический преобразователь, но выглядел далеко не так просто.       – Садись в круг, - Дар показал на ближайший элемент сектора. – В центр. Да. Я бы предпочел, чтобы ты был раздет, но твоя супруга может понять превратно.       - О моем супруге ходит много разных сплетен. И в одной из них вы фигурируете именно в том ключе, о котором вы помянули, лорд Дориан, - эльфийка стала подниматься по винтовой лестнице, продолжая улыбаться. – Но в ваших словах есть смысл.       - Когда вы успели так сблизиться? – недоумевал я, пока мои пальцы расстегивали цепи на камзоле.       - В нас оказалось куда больше общего, чем я предполагал, - ответил Дар, также с себя снимая верхний сюртук без рукавов и небрежно скидывая его на ближайшее синее кресло. На алхимике остались свободные брюки и белая рубашка, поверх которой был накинут, полупрозрачный камзол с серебряной вышивкой рунописи и тех же алхимических кругов. Вот только все это больше походило на зачарованные вязи, сложные до безумия и настолько же любопытные. – Нравится?       - Кого надо убить, чтобы узнать эту тайну? – мой камзол также небрежно был свален мною на спинку соседнего кресла. – Могу потрогать? – я с надеждой уставился в глаза алхимика. Янтарные глаза смотрели на меня спокойно, словно родитель на ребенка.       - Убивать никого не нужно, - Дар кивнул, разрешая действие. – Библиотека в полном твоем распоряжении.       - Паучий шелк? Серебряная паутина? С вкраплениями камней? – мои руки держали в руках драгоценность, которой практически не было аналогов. Едва весомая ткань, легкая, теплая и дорогая. Более дорогое здесь были нити – тонкие переплетения-жгуты, куда прядильщица вкладывала камни, и они оставались в нити. Ничто не могло их вынуть оттуда. Но вязь зачарования на этом небольшом сюртуке стоила в разы дороже!       - Да. Паучихи одни из моих клиенток.       - А вязь?       - Раздел двадцать семь. Шестой стеллаж, третья полка сверху. Книга о создании небесных чар. А теперь, - Дар подтолкнул меня на место. – Пора становиться магом. Начнем с того, что ты услышал в академии.       Взмахом руки алхимик в воздухе вывел ажурные строчки. Мои магические способности, что привели ректора в неописуемый восторг.       - Какие мысли посещают тебя по поводу этих строк?       - На корабле, мы говорили о Пустоте. Магов с данной энергией больше нет.       - Ты прав. С таким уровнем как у тебя, магов нет. И, следовательно, учить тебя ей некому, - Дар облокотился на кромку стола бедром. – Что-нибудь еще?       - В том, что работы мне предстоит много и, судя по твоим сияющим предвкушением глазам, ты намерен вытянуть из меня все соки.       - Иными словами, поднять тебя на достойный уровень магического искусства. Мой вопрос остался тем же.       - Во мне четыре противостоящих энергии: Свет и Тьма, Пустота и Жизнь. Знаю, что дуализм часть нашего мира, но все же… - разум осенила идея. – Дар, скажи, разница между энергиями и дуальными энергиями влияет на магическую составляющую? – а следующая мысль просто огорошила меня. – Или не только магическую?       Дориан захлопал в ладоши.       - Браво, князь. Твои вопросы льют бальзам на мою душу. Такие фундаментальные вопросы посещают головы магов довольно часто. Теорий много, друг мой. Одна из них гласит: дуализм часть нашего мира. Противоположные энергии обязаны быть в гармонии, - губы у алхимика в презрении скривились. – Что думаешь ты?       - Думаю, что это высказывание, правда, но, - брови на лице Дориана поднялись в удивлении. «Неужели мои слова настолько обыденны?» – Оно не может в полной мере соответствовать магии.       - Продолжай.       - Свет и Тьма еще могут подтвердить эту теорию, - я подошел к горящим тьмой строкам. – Но вот Жизнь и Пустота нет. Здесь дуализм не сработал. Протагонист Жизни – Смерть. Но ее нет среди моих наиболее высших магических энергий.       Вновь раздались хлопки.       - Хорошо. Очень даже не плохо. В академиях учат тому, что обычно уже исследовано и подтверждено. Твои мысли имеют место быть, но многие посчитают их глупостью. А теперь, Джареф, я могу показать тебе все твои магические способности. Думаю, обучать тебя будет гораздо интереснее, чем мне думалось, - алхимик взмахнул рукой и темных строк в воздухе прибавилось.        А дальше шли странные надписи на незнакомом мне языке. Длинный список, еще на двадцать восемь строк нечитаемого текста и непонятных закорючек.       - Первые тринадцать позиций мне понятны, а остальные….       - Остальные еще не открыты, - отмахнулся Дориан. – Я их тоже не могу прочитать. Можешь не пытать меня.       Я знал, что это ложь. «Даже не скрывает это». Ощущение взгляда сверху заставило меня поднять голову. Эльсия перегнулась через перила и удивленно взирала на список. На список, на меня и на Дориана. Наши с ней глаза встретились, и она помахала мне рукой, затем показала книгу в темном переплете и улыбнулась. Я лишь улыбнулся в ответ.       - Девочка нашла запрещенный в тридцати трех странах трактат, - пояснил Дориан, стирая нечитаемые строки. – Она многое почерпнет из этой книги. Продолжим, Джареф. Что теперь ты можешь сказать мне?       Строчки перед моими глазами ничего не говорили. Да, часть из энергий меньше пятидесяти пределов, но больше ничего.       - Дориан. Почему Предел? И отчего цифра в пятьдесят пределов является отличительной чертой магов?       - Предел – это та норма для ойда, которую очень сложно преодолеть. Какую ассоциацию у тебя вызывает это слово?       - Превозмогать что-либо из последних сил. Чаще, чтобы приобрести что-то, необходимо отдать. К преодолению препятствий это относится в большей мере. Сегодня, я едва смог преодолеть часть круга. Мои силы были платой за эту часть поставленного тобой норматива. А что отдает маг, преодолевая Предел?       Дориан внимательно смотрел на меня и молчал. На его лице едва заметно мелькнула эмоция насторожённости. Мелькнула и пропала. «Алхимик обдумывает то, что следует мне знать? Неужели в этом вопросе есть, что скрывать?»       - Ты сам ответишь на свой вопрос. После того, как фолиант Света стал частью тебя, твои Пределы выглядят так.       Второй столбец с показателями появился рядом с первым. Изменившиеся строки Дориан выделил особенно четко:       Смерть       Свет       Пустота       Тьма       - На пять пределов вырос Свет, и на эту же цифру отрицательно изменилась Смерть.       - Развивая в себе одну из дуальных энергий, вторая будет исчерпываться? Но почему изменились остальные два? Постой… - в моей голове не укладывалось внезапное озарение. – Пустота и Тьма уравновешивают влияние изменений Света? То есть, те энергии, что ниже пятидесяти пределов, поднять нельзя?       - И здесь возникает твой второй вопрос об Извечном Пределе. Эта граница конкретна и никогда не была условной. Наличие энергий всегда связано с развитием резервуара и его объема. Когда ребенок еще мал, невозможно узнать какой магией он обладает. Это просто невозможно диагностировать, прогнозировать и даже оракулы не могут сказать. Единственное что могут сказать о малыше – маг он или нет. Резервуар формируется за счет окружающих тело ойда энергий. В утробе матери, его питает магия матери, и многие предполагают, что от сильной магически женщины родится более способный ребенок. Это недалеко от истины. Но женщина – лишь спусковой механизм. Ее магия запускает и помогает развиваться первому зачатку резервуара. Главный закон магической энергии – чем больше энергии в пространстве, тем быстрее ты ее усвоишь.       - То есть, сильная магиня, с полным резервуаром станет источником магии для своего ребенка. А раз энергии будет вдоволь, то и резервуар у ребенка будет больше?       - Да. Все жители Общины имеют бо́льший первый резервуар, по сравнению с другими ойдами. Наличие энергий в окружающем пространстве также влияют и на количество этих резервуаров, - слова Дориана пояснили мне, почему во мне три резервуара и откуда они появились. – Пятьдесят пределов. Эта цифра является тем отчетом, когда сформировывается первый резервуар.       - Но он ведь продолжает увеличиваться в объеме до восемнадцати лет!       - Да. Продолжает. Но какими усилиями? Едва резервуар наполняется в первый раз, магическая энергия у ребенка прекращает расти. Достигается потолок вместимости и происходит первый Выброс. В этот момент расширяются меридианы. Сильный ребенок испытывает невыносимую агонию. Его резервуар привык впитывать большие потоки окружающего мира, излишки прожигают себе путь через меридианы. Это страшно. Не каждый малыш справляется с этим в свои пять лет. Поэтому многие из родителей всегда находятся рядом со своими детьми, чтобы успеть помочь перейти ему эту грань безболезненно. В момент выброса фиксируются те энергии, что не достигли своей грани. За счет них, в дальнейшем и идет развитие основных стихий и направлений.       - Ты хочешь сказать, что к первому Выбросу в ребенке остальные магии почти равны пятидесяти?       - Да. Почти равны.       - Но, Дориан, если изменение магии в ребенке влияет на его физическую составляющую… то и на разум ведь тоже!       - Вижу, в тебе просыпается Жрец, - ухмыльнулся алхимик. – Именно так. Стихийные маги становятся подобием своих стихий. Остальные страдают в меньшей степени, ведь есть энергии замещения. Все сильные маги сходят с ума от дисгармонии в себе, Джареф. Стихийники страдают больше всех. Те, кому подвластен Лед, а их составляющая это Вода и Воздух, становятся горделивыми и отстранёнными. Огненные - вспыльчивые, страстные и жестокие. Воздушники - импульсивны, но отходчивы. Тебе в этом плане повезло. Твои таланты компенсируют резервные энергии. На сегодня теории достаточно. Приступим к практике.              Следующие дни потекли в размеренном ритме напряженных тренировок. Дориан поднимал меня, едва Светило вставало на горизонте, и отправлял на утреннюю пробежку. Так как замок располагался на утесе, то “круг” состоял из: легкого участка по саду, тяжелого спуска по отвесной скале до воды, сто метров до пляжа вплавь, бег по песку и относительно легкий подъем по дорожке в скальной породе. Следом были упражнения на выносливость, скорость и точность исполнения. Тренировочные мечи, топоры, алебарды, секиры, бердыши, моргенштерны - алхимик вставал в пару и на землю бежал уже не пот, а моя собственная кровь. На этом убийство моей физической оболочки заканчивалось. После плотного обеда начинались занятия в библиотеке, где Дориан объяснял принципы магии и заставлял повторять магические заклинания и строить вязь щитов. Раз за разом, объясняя одно и то же, а ведь было понятно и с первого раза. В эти часы Эльсия присоединялась к нам и часто спорила с алхимиком на те, или иные темы, в которых я еще ничего не понимал. К вечеру занятия переносились в здание полигона, где под неусыпным взором янтарных очей отрабатывались заклинания: щиты, атакующие, и их вязки. В конце дня, когда я уже валился с ног и ничего не мог сообразить от усталости, Дориан отправлял меня медитировать, предварительно напоив зельями. К наступлению ночи уже мой разум кричал от напряжения.       Несколько раз Эльсия находила мое усталое тело на моховом ковре, практически у самых дверей в наши апартаменты, и я благодарен ей, что в эти моменты эльфийка меня не будила, только укрывала пледом. А на следующее утро все повторялось.       - Джареф, - спокойный голос алхимика донесся сквозь мой сон. Вставать сил не было, от чего я только сжался в комок под пледом, ведь и в этот раз я не дошел до кровати. - Просыпайся!       - Иди к Темье, друг мой, - «дай поспать, рогатый ты садист. Никогда я не ощущал своего тела настолько живым и больным, как после двух недель тренировок». Болела каждая клеточка тела, каждый мускул, болели даже волосы на голове. Открыть глаза и то было выше моих сил!       - Встал. И на полигон! - холод в голосе Дориана нисколько не потревожил меня. - У тебя ровно десять минут на то, чтобы поднять свою древнюю задницу, иначе Эрзин доставит тебя в том виде, в каком ты есть.       Стихающий шелест одежд известил, что меня все же оставили в покое. На десять минут. Но пролежать эти десять минут я не мог себе позволить. Сдерживая стон, поднялся на обе ноги, держась за одну из четырех колонн в холле, перед дверьми в апартаменты. Голубой плед свалился на моховой ковер, сильно измятый моим телом. Шатаясь, как матрос после длительного плаванья и под хорошим градусом орочьего пойла, я доковылял до двери. Отворил ее и вошел в гостиную. Эльсия в легком зеленом платье свободного кроя уставилась на меня взором своих темно-синих глаз, едва не выронила из рук книгу.       - Прекрасно выглядишь, - прохрипел я. «Надеюсь, моя улыбка не вышла оскалом троглодита».       - Ты выглядишь слегка помятым, муж мой, - эльфийка не тронулась с места.       - Мягко сказано, Эль.       Я продолжил путь в ванну. Едва успел привести себя в порядок, за спиной возник белесый туман и на белый кафель пола ступил Эрзин. Его глаза спокойно взирали на мое лицо в отражении зеркала. Резкая головная боль и едва слышимый голос шепчет: Элер́лион. Что за Элерлион? Храмм в груди зашуршал в недовольстве. Я смотрел на отражение фамильяра в зеркале.       - Ты это слышал?       - Здесь царила тишина. Хозяин просит вас прибыть на полигон немедленно, - тоном его голоса можно было резать металл. Парень склонился, открывая водный портал. Мне ничего не оставалось, как войти в пространственные врата. Легкое ощущение воды на коже, и я очутился в темноте полигона.       Тело мгновенно наполнилось силой. Все мои способности вернулись, наполняя каждую клеточку тела энергией и иномирным вирусом. Дориан стоял у стены, задумчиво глядя на кулон в своей руке.       - Пришло послание от лекаря короля. Совершено еще одно покушение, на этот раз на Катарину, - алхимик сжал в руках украшение, и оно с легким хлопком рассыпалось в прах. - У нас с тобой есть не больше трети утра на закрепление щитов и изученных способностей. Заклинание щита. Ставь.       Спорить с заведенным алхимиком не стоило. Я прекрасно понимал чувства Дориана, ведь сам вел себя также, едва речь заходила о Кайтэф. Мысли о моей покойной супруге отошли на второй план, гонимые усталостью тренировок. И сейчас, едва почувствовав тлеющую боль в груди, я отмахнулся от этих мыслей. Вдох-выдох. Направив энергию в кончики пальцев, я развернул плоское плетение простого щита. Желтый щит моргнул передо мной, разворачивая свои грани во весь мой рост. Простое геометрическое плетение без изысков.       - Отлично. Зеркальный.       Свет все еще подчинялся мне не охотно. Схлопнув простой щит, я стал пассами плести зеркальный. Дориан скептически смотрел на мои действия, его не устраивала техника, которой мне приходилось пользоваться. Но пока это единственный способ, каким я мог визуализировать энергию - другие на порядок сложнее.       - Твои пассы медленные, Джареф. Тебя уже раз пять пропекли бы с двух сторон до румяной корочки. Быстрее.       Заклинание рассыпалось искорками и упало к моим ногам на белый мелкозернистый песок. Я вновь потерял концентрацию.       - Мне все еще трудно ускорять ток энергии в теле, - я нахмурился, смотря на свои руки. - Проще кинуть кинжал в глотку магу, чем сплести эти нити.       - Ты маг Контроля, - Дориан подошел ко мне, подметая пол подолом белого одеяния. - Каким образом ты подчиняешь себе кровь?       - Кровь? Мне только стоит представить то, во что необходимо преобразовать, и она приобретает нужную форму. К доспеху это не относится, он сам формируется в кокон. С чужой кровью сложнее. Для этого мне приходиться прикладывать усилия, притягивая к себе потоки жидкости, формируя ее и преобразовывая.       - Только желание?       - Желание, контроль, представление. Без визуализации ничего не выйдет. К примеру: могу преобразовать капли крови в метательные иглы, но и заложить в них определенные постдействия. Вплоть до взрыва.       - Кровавый взрыв? Любопытно. Попробуй действовать с энергией подобным образом. Плетений ты изучил много за последнее время. Начнем с зеркального щита, так как простой ты делаешь всего лишь одним пассом. Этого достаточно. С первого раза может не получиться, но ты справишься. Только посмей этого не сделать!       - Мне не тринадцать лет, Дориан. Запугивать бесполезно.       - Тут ты прав. Не тринадцать, - согласился со мной алхимик. - Но маги в тринадцать знают более твоего, Старший акан Рода. У нас мало времени. Беспокойство за Катарину заставляет меня давить на тебя, мой друг. Прости.       - Понимаю.       - Пойду собираться. А ты не оставляй попыток создать щит без пассов.       - Дар, - окликнул я алхимика.       - Да, друг мой? - мужчина обернулся в пол оборота.       - Ты мне покажешь оружейную?       - В следующий раз.       Дверь за мужчиной захлопнулась, резанув по глазам ярким светом. Полигон вернул все мои силы и все мои слабости. В глазах встала кровавая пелена слез. Проморгавшись, я отвернулся от входа. Через два вдоха, вернул себе спокойствие. Я закрыл глаза, вспоминая вязь заклинания зеркального, второго простого щита из всех возможных защитных заклинания этого типа. Ничего кроме желтых искр не появилось.