Нефритовый император

Крепкий сон Хаку, заснувшего во время ненавистного праздника, разбудил нервный Утаката, который то и дело ходил по комнате, как запертый зверь в клетке. Не замечая, что шагами разбудил господина, он продолжал бубнить себе под нос, то внезапно улыбаясь, то начиная всхлипывать. Весь его вид напоминал неприкаянного призрака, который то и дело пугал жутким видом. — Что случилось? — вырвался сонный хрип из груди Хаку. Не отошедший ото сна, он устрашился непривычным поведением своего слуги. — О, господин, — вмиг оживился Утаката, — простите, я Вас разбудил? Простите, такого больше не повторится. — Что-то случилось? — Хаку не скрывал настороженность. Осмотрел весь вид слуги и, не найдя причины для беспокойства, взглянул на лицо. — Господин, та новость Вас обрадует, — миролюбиво улыбнулся Утаката, вздрогнув от прикосновения руки Хаку к своей. — Но сначала я скажу одну вещь. Поверьте. Я сделал это ради Вас! Вы достойны счастья любыми способами. Это шанс для Вас. — Что ты сделал? Утаката лишь шире улыбнулся и склонился в поклоне, целуя руки господина. Всё верно, так и должно было случиться. Ему будет жаль, что он не будет с господином, когда тот наконец обретет счастья, но все его труды стоили этого. Ведь если будет счастлив Хаку, то счастлив будет и Утаката. — Что ты сделал? Отвечай! — Не беспокойтесь, господин, — вмиг успокоившись собственной мыслью, ласково произнес Утаката. — Теперь они не будут Вам мешать. Больше никогда. — Что… Хаку застыл на полуслове, прерванный настойчивым стуком в дверь. Утаката лишь улыбнулся на это и приложил палец к губам, прося молчать. — Не бойтесь, господин, — шепнул он. — Ваше Высочество, откройте. Мы ищем преступника. Настойчивый стук не прекращался, заставляя Хаку злиться от неприятного предчувствия. Что-то произошло, пока он спал, и это было явно нехорошее. — Что ты сделал, Утаката? — голос срывался от нетерпения, но тот продолжал молчать. Стражники во главе с Шикаку ворвались в комнату, не дождавшись ответа от младшего мужа императора. — Что происходит? — от неожиданности Хаку встал, едва успев накинуть халат поверх ночного одеяния. Выпрямился и глянул на всех сверху вниз, заставляя мигом стихнуть. — Простите, что побеспокоили Ваше Высочество, но слуга… Утаката… Слова Шикаку звучали максимально вежливо и с некой долей сочувствия, он невольно поджимал губы и хмурился, будто не знал, как стоит поступить: обвинить или пожалеть. — Что он сделал? — Хаку начинал закипать. Вновь и вновь ему отказывались отвечать на вопросы. — Схватите его, — все же решил Шикаку, и стражники грубо подцепили под руки Утакату и повели его прочь из комнаты. — Да ответьте же мне, что происходит! Я пожалуюсь императору! — не выдержав, закричал Хаку. Он то и дело переводил взгляд то на солдат, то на представшего перед ним Шикаку, добиваясь реакции от любого участника случившегося. — Утаката, объясни мне! — Это приказ императора, Ваше Высочество. Сегодня ночью были убиты дети императора. И слуги сказали, что видели Утакату недалеко от покоев господина Наруто. Вы что-то об этом знаете? Мгновенно потеряв дар речи, Хаку побледнел и замер. Воспоминания мгновенно пронеслись перед глазами, все обещания и пожелания и прочие сладкие речи. «Эта новость Вас обрадует». «Я сделал это ради Вас». «Я сделаю всё, чтобы Вы были счастливы, господин». Утаката это сделал! Вот идиот. Теперь все подумают, что это он, Хаку, отдал такой приказ. Лучше бы он убил Наруто, чем детей, простофиля. — Какой… ужас, — выдавил из себя Хаку, не зная, как на это стоит реагировать. Но быстро собрался и ответил. — Какая трагедия. Я понятия не имел, что он на это способен.

***

Ночь и утро были похожи на самый жуткий кошмар, о котором Саске не мог помыслить. Он не верил, что такое произошло, отказывался признавать. Ещё вчера был обычный счастливый день в заботах и делах, в разговорах Наруто о том, как улыбались Аки и Кагами, а сегодня их нет. Сама мысль отторгалась сознанием и постоянно выталкивалась. На секунду, отвлекшись на поручения и разговоры с Шикаку, он ловил себя на мысли, то было бы хорошо сейчас проведать Наруто и детей и спустя секунду понимал, что он не может этого сделать. Если бы он знал, что тогда было хорошо, то вел бы себя иначе. Отчаянно хотелось проснуться. Любым способом вернуться на день назад, предотвратить, самому смотреть за ними, послать больше слуг, не отвлекаться на праздник, но это было невозможно. Разумом Саске это понимал, а сердцем — нет. Он не верил и всеми силами сдерживал себя от полного осознания трагедии. Нельзя расслабляться. Самым сложным ночью оказалось заставить Наруто отпустить детей. Разжать его пальцы своими и не дать больше пытаться их разбудить. Саске появился в покоях Наруто в числе первых и именно ему удалось этого добиться, пока Карин и остальные слуги безуспешно уговаривали Узумаки, не применяя силу. Саске действовал по инструкции, как полагается, но не обошлось без помощи Суйгецу, который позвал лекарей и Шикаку Нара, параллельно разгоняя лишних зевак. Потом пришли Микото и Шисуи, наводя ещё больше паники. Это была одна из худших ночей в жизни Саске, во время которой ему пришлось держать лицо. Наруто смог задремать лишь под утро, удерживая руку Саске и отказываясь его отпускать, а когда вновь просыпался, то начинал плакать, стараясь делать это беззвучно, или тихо выл, уткнувшись в плечо Учихи. Его ощутимо потряхивало, и он догадывался, что так и вовсе не дает спать Саске, но ничего не мог с собой поделать. Новый день казался ужасней прошедшей бессонной ночи. — Ваше Величество, — поклонился Суйгецу и замолк, когда Саске кивнул на уснувшего Наруто, призывая говорить тише. Тогда слуга перешел на шепот. — Ваше Величество, Султан Гаара хан сегодня покидает Коноху. Он передал письмо, где выражает соболезнование и готовность помочь в поиске преступника. — Пошли туда Хинату, извинись и откажись от помощи, — так же тихо приказал Саске. — Что ещё? — Господин Шикаку допросил Утакату, тот во всем признался, — Саске сам не заметил, как руки сжались в кулаках, а он готов был пойти и на месте разорвать убийцу. — Он отрицает причастность господина Хаку, само собой. Суйгецу недовольно хмыкнул, выражая собственное мнение, но император будто оставался безучастным и промолчал на это. — Дальше. — Вдовствующая императрица желает Вас видеть, но стража никого не пускает, как Вы и просили. — Ты нашел других слуг и охрану? — Да, Ваше Величество. — Оставь их с Наруто. И Карин ещё позови. Скажи ей, чтобы Наруто ни на секунду не оставался один без присмотра. Даже по его собственной просьбе. А я встречусь с матушкой. — Сейчас их позову, Ваше Величество. Всё будет сделано идеально. — Идеально уже не будет, — произнес Саске. Траурные одеяния уже были приготовлены. Теперь члены императорской семьи носили их в разы чаще, чем праздничные. Грядут тяжелые дни.

***

Наруто проснулся от звука скрипнувшей двери. Чувствуя слабость и тупую головную боль, которая всегда наступала, если давать волю слезам, он с трудом открыл глаза и повернулся на шум. Карин показывала слугам, куда поставить еду, а сама подошла ближе к Узумаки, но на пути замялась, ища нужные слова поддержки. В течение дня Наруто просыпался не первый раз, вновь возвращаясь к случившимся событиям, и уже запомнил, что он в комнате Саске. Из своей его забрали пока что сюда. Временно. Но скоро придется вернуться. Он вновь прикрыл глаза, но девушка заговорила. — Наруто, тебе нужно поесть, — осторожно произнесла Карин, как только лишние слуги вышли за дверь. Узумаки помотал головой на её предложение и отвернулся, не в силах ответить. Не хотелось верить. Не хотелось это чувствовать, но разрывающая на песчинки боль не уходила, по новой окуная в прошедшую ночь. Вновь события прокручивались в голове, ища возможность для того, чтобы всё исправить. Следовало найти виноватого или решение, но их у Наруто не было. Не верилось, что смерть безвозвратна. Он чувствовал себя слабым, бесполезным и беспомощным. Почему он не может ничего исправить? Зачем всё это происходит сегодня, сейчас и не думает останавливаться? — Где Саске? — голос вышел хриплым и надломленным. — У него дела, но он скоро вернется. Наруто кивнул, получив крохи информации, и сглотнул ком в горле, боясь вновь заплакать. — Еще заходил принц Шисуи, но я сказала, что ты спишь. Мне сказать, что ты проснулся? — Нет, — от боли скривился Наруто. — Придумай что-нибудь, чтобы я с ним не виделся. Я не могу. Он чувствовал, что так виноват перед омегой-принцем. Не уследил за детьми, за Аки, от которой был без ума Шисуи. Виноват! Только он во всём виноват! Наруто знал это и стыдился показаться перед ним. Перед Шисуи, перед Вдовствующей императрицей, перед Сакурой… А Саске. Так стыдно, что он пытался вернуть к жизни уже мертвые тельца, как умалишенный. Его малышей. Всхлипнув, Наруто прикрыл глаза, от мучений сжав губы. Не верилось. Не хотелось верить. Не хотелось это принимать. Не хотелось жить. И вновь Наруто провалился в беспокойный сон, оставив нетронутой еду. Саске вернулся лишь под вечер, выслушав краткий отчёт Карин и отпустив её на отдых. То, что Наруто не ел, ему не понравилось, но винить он его не мог, сам толком не притронувшись к еде за день. Саске сам не понимал, как ему помочь и как вести себя с ним и остальными. Хоть он и думал, что разговор с матерью будет самым сложным, Микото будто держалась лучше остальных. При нем не плакала, а лишь узнавала новости и давала советы, желая посильно помочь. От неё он узнал, что Шисуи отказался с ней говорить, обвинив её и таких же как она в лживой системе гаремов, которая до сих пор допускает убийство невинных детей, и Микото почему-то не решилась с ним спорить и молча ушла, лишь сетуя на грубость и вспыльчивость, которые были неприемлемы в правящей семье. Проявив навыки дипломатии, Хината смогла вежливо попрощаться и проводить султана Гаару и его сестру Темари. Канкуро вместе с мужем Кибой он попросил позволить остаться, обещая, что они помогут в наведении порядков, и Хьюга не посмела с ним спорить, испытывая страх перед султаном. Саске уже отдал распоряжение Хинате занять чем-то Канкуро, чтобы тот не мешался. Проблемы плодились, подобно крысам во время эпидемии. Утаката признал собственную вину и клялся, что это только его идея и никто ему ничего не приказывал. Он сам ненавидел детей и решил по собственному желанию избавиться. Хаку отрицал причастность, и Саске хотелось в это верить, но вины он не увидел в глазах ни у первого, ни у второго. И от этого душа наполнялась праведным гневом, хотя кого он мог винить, если не себя? Дальше следовало планирование казни и похорон, именно в таком порядке, и это тоже было обязанностью императора. Еще просился увидеть Наруто Джирайя, но Саске не позволил. Не сейчас. В данный момент Наруто казался слишком нестабильным, и стоит только тронуть — рассыплется в руках от пережитой боли, и Учиха готов был забрать её себе, лишь бы его амадине стало лучше. — Наруто. — Ммм? — Узумаки безучастно повернулся к Саске и по инерции потянул к нему руки, прижимая к себе ближе, и ощутил ответные объятия. Холодными после осеннего ветра ладонями он сжал тело Наруто, чтобы удостовериться, что тот с ним, живой. Тут. — Ты отказался сегодня от еды. — Я не хочу, прости. Не чувствую, что хочу. — Тебе нужно поесть. Ты можешь попросить любое блюдо, и его тут же сготовят, — Саске нехотя отстранился и попытался заглянуть в глаза Наруто, но тот упорно отводил взгляд, вздыхал и морщился от этих слов, чувствуя вину за отказ. — Я твой император, могу и приказать. — Мне придется пойти против императора, — поджав губы, выдохнул Наруто. — Тогда я пойду с тобой. — Против себя? — Против себя идти проще с кем-то, чем одному, — ответил Саске и тут же сморщился, услышав следующий вопрос. — Ты узнал что-нибудь про убийцу? Кто это сделал? — Пока что ты должен думать о себе, а не об убийце. Или мне придется думать о тебе. — Я хочу уничтожить того, кто так поступил с нашими детьми, — с тихой яростью произнес Наруто, сменив ей печаль. — Я позабочусь об этом сам. — Ты уже обещал позаботиться, защитить меня. Когда-то. Этим самым браслетом поклялся. Ты же помнишь? Саске отвел взгляд в бок и поджал губы, запечатлев на лице сожаление, но промолчал. Наруто смял края рукава, растирая между пальцами вышивку из плотных ниток, будто извиняясь за сказанное. — Мне невыносимо, Саске. Сделай что-нибудь. — Если бы я мог, я бы тотчас же прикрыл твоё сердце руками и спрятал от всех бед. — Саске… — Больше ни одна беда не коснется тебя. Никогда. Я убью любого, кто дотронется до тебя без разрешения. А это… это тоже пройдет. Наруто медленно переставал дрожать, чувствуя тепло и ласку от Саске. Пока объятья Учихи оставались единственным местом для успокоения, откуда его не соглашались выпускать. Он смял кимоно, водя пальцем по плотному узору из золотых нитей на спине, который будто закрывал броней самого Саске и отдалял его. Наруто знал, что тот хочет успокоить, но сам полностью разбит и не может дать той отдачи. И не знал, как помочь императору. Беззвучно зашел Суйгецу, интересуясь ужином, и Саске просил принести еду сюда на двоих, даже если Наруто не хочет. Учиха не готов позволять ему морить себя голодом и наказывать себя за это. Даже если придется применить силу, он не может потерять в горе ещё и любимого фаворита. — Я не хочу есть, — тихо и недовольно произнес Наруто, оставаясь в постели под небольшой горкой из одеял. — Не ешь, но сядь за стол. Императору нельзя отказывать, — напомнил Саске под недовольный вздох Наруто. Карин помогла ему одеться и расположиться напротив, разлила чай, а после отошла к Суйгецу в конец комнаты к двери. — Сегодня свежая оленина. И рыба, очень вкусная, — похвалил Саске, беря новый кусочек. Приятный аромат доносился до Наруто, но он упорно игнорировал боль в животе от голода и взял только чашку, чтобы согреть руки. — Помню, что ты обожал со мной ужинать. И не потому, что хотел мне понравиться, а потому что нравилась еда. Гораздо больше, чем я сам. — Это было давно, — улыбнувшись уголком губ, кивнул Наруто, припоминая собственное поведение. — Я пытался откормить тебя. Ты был слишком худым. Как тростинка, которую можно сломать пальцами. Как сейчас. Подняв глаза на Саске, Наруто затаил дыхания. — Я не нравлюсь императору худым? — Ты не нравишься императору мертвым, Наруто. К чему такие мысли? — помолчав немного, Саске, опустив глаза, добавил. — Я тоже их любил, но не хочу, чтобы ты отправился вслед за ними. — Я… эм… — Даже не думай, иначе мне придется спуститься в мир мертвых, чтобы забрать тебя оттуда. Наруто сглотнул слюну и неслушающимися пальцами взялся за палочки, чтобы поднести ко рту комок риса. Потом он потянулся к мясу, чувствуя медленно просыпающийся аппетит и злясь на себя за это: он должен страдать, а не радоваться еде. Но если он уморит себя голодом, то Саске расстроится. Беззвучно стекали непрошеные слезы, а Наруто продолжал есть, нарушая тишину стуком палочек и собственным всхлипом. Он начинал медленно трястись, пока Саске не раскрыл свои объятья, позволяя его обнять и вновь расплакаться и уткнуться в ключицу. Не стало ни на йоту легче, но голод больше не беспокоил.

***

Спустя несколько дней, когда покои Наруто были убраны, а все детские вещи оттуда забрали, Саске позволил ему вернуться в комнату. У двери всегда должна была стоять стража, а внутри обязан находиться хотя бы один слуга. Все отвечали собственной жизнью за безопасность любимого фаворита. Наруто это сразу не понравилось: он ни на секунду не мог побыть один, постоянно чувствовал на себе чужой либо любопытный, либо пропитанный жалостью взгляд, и только сильнее от этого злился, посылая слуг прочь. Комната теперь казалась непривычно пустой без детской кроватки, в ней больше не хотелось находиться. Почти никому не позволялось его навещать, но Саске сделал одно исключение — Киба. Муж Канкуро-бея и давний друг, о котором знали лишь несколько человек. В том числе император. — Киба? Ты не уехал? — больше удивленно, чем радостно произнес Наруто. Какой день он сидел один и совсем не ожидал, что кто-то к нему зайдет. — Как я мог уехать? Когда я узнал, я сразу хотел к тебе попасть, но мне не разрешали, — с виноватой улыбкой ответил Киба. Тот будто сам не знал, можно ли ему улыбнуться или нельзя позволять себе эмоции, но его друг решил всё за него. Наруто бросился на него и крепко его обнял, ощущая, как Инузука ответно в качестве поддержки погладил его руками по спине. — Император только вчера разрешил мне зайти к тебе, — будто вспомнив что-то неприятное, усмехнулся Киба, — всё такой же холодный и страшный, как я его помню. — Он никогда таким не был, — поправил его Наруто, но понял, что только он видел Саске иначе. Узумаки обернулся и произнес. — Карин, нет ли у нас моти для Кибы? — Найдется, — поклонилась Карин, и уголки её рта немного поднялись, когда Наруто так оживал из состояния статуи. Девушка быстро открыла дверь и отдала приказ дежурившим там слугам. — О, Карин, я так рад тебя видеть, прости, что не узнал, — смутился Киба. Убедившись, что в комнате только она, он сказал то, что давно мечтал. — Ты бы знала, как я тебе благодарен за всё, что ты для меня и для господина Наруто сделала. Не перестану каждый раз тебе это говорить при встрече. — Я это делала только для Наруто, — напомнила ему Карин. — Тоби и Рин всё равно тебе благодарны, — улыбнулся Киба, но быстро понял по напряженному лицу Карин, что начал болезненную тему. — Простите. — Ничего страшного, — отмахнулся Наруто, понимая, что на несколько секунд сердце перестало биться. — Всё нормально, мне интересно про них узнать. Наверняка они уже скучают по тебе. — Ты бы знал, как я по ним скучаю, — с улыбкой тихого счастья ответил Киба. — Это лучшее, что случалось со мной. Конечно, после встречи с тобой и Канкуро. — Тебе повезло его встретить, — заметил Наруто. — И сразу же на нем жениться, — подметила Карин и обратилась уже к Узумаки. — Стоит поучиться у такого дурака, как этот. Наруто для вида надулся, понимал, что девушка права: Киба очень быстро добился выгодного положения. Особенно помня, что являлся он беглой беременной омегой. — Да. Пусть Канкуро сначала меня недолюбливал, из-за чего я пару раз подстроил, чтоб лошадь скинула его с седла, — смутился Киба, на секунду погрузившись в воспоминания, но быстро поднял глаза на собеседника и уже радостнее заговорил. — Но потом мы с ним нашли общий язык, когда неделю прятались от разгневанной Темари-султан, когда ей попался переперченный суп. — Теперь я не знаю, кому больше сочувствовать, — по-доброму усмехнулась Карин. — Как раз благодаря ему я и смог остаться тут, так что относись к нему с уважением, — склонив голову, с назидательными нотками добавил Киба. — Он очень добрый, пусть и не самый умный. «Как и ты», пронеслось в голове у Карин и Наруто и они, не сговариваясь, переглянулись. Как раз в это время вошли слуги с угощениями и напитками для гостя. — А ты действительно многому научился, — удовлетворенно кивнула Карин. — Наруто, попей чай. Невежливо для фаворита императора оставлять Кибу в одиночестве, он же гость наших союзников. — Да ничего страш… — принялся успокаивать Киба, но увидел злой взгляд Карин и моментально замолчал. — Его Величество будет не рад узнать, что ты отказался от еды. — Хорошо, — быстро согласился Наруто. — Я не могу оставить Кибу. — Тогда я тебе ещё расскажу интересные истории про Канкуро, — воодушевился Инузука и повернулся на знакомое мяуканье. — Вспомнил меня? Как же ты вырос. Помню тебя ещё котенком. Курама трусливо понюхал Кибу, а после бесстрашно залез на его колени и принялся мурчать, признавая в нем знакомого. Вытянувшись в большого кота, теперь он мог смело сбивать своим весом вазы и царапать картины, украшающие комнату. «Такой компании и вправду не хватало Наруто», подумала Карин, наблюдая, как тот с непомерным интересом слушал сбивчивые, но живые истории Кибы под аккомпанемент мурчания Курамы.

***

Киба, радостный от встречи с лучшим другом, с улыбкой покинул покои Наруто. В глубине души разгоралось теплое солнце, как было каждый раз, стоило Узумаки несколько раз улыбнуться, но парень быстро взял себя в руки, столкнувшись с омегой-принцем в ближайшем коридоре. — Ваше Высочество, добрый день, — чуть поклонился Киба и опустил глаза. — Добрый, — кивнул Шисуи. — Вы же были у Наруто? — О, да, только недавно ушел, — радостно закивал Киба. — Как хорошо. Значит, к нему можно наконец прийти, — Шисуи произнес это с облегчением, так как последние дни не мог с ним увидеться. — Нет-нет, — преградил путь Киба, вызывая нескрываемое изумление у Шисуи. — Простите, Ваше Высочество, но Наруто заснул, когда я его покидал. Ему…эээ… — Да? — Император приказал ему пить специальный чай, от которого он заснул, — на ходу придумал Киба. — Его слуги подтвердят. — Что-то он слишком часто спит, когда я прихожу, — недоверчиво сузил глаза Шисуи. — Да, постоянно спит. Жаловался, что ничего не может теперь делать со сном. Только в нем и живет, — уверенней закивал Киба, радуясь тому, что его обман сработал. — Что ж, очень жаль, — с наигранной досадой добавил Шисуи. — Тогда позвольте проводить Вас, господин Киба. Вы же впервые тут, не знаете всех коридоров. — Да, пожалуйста, — нервно улыбнулся Киба. Знал бы, как Инузука тут ориентировался, омега-принц очень удивился бы. В свое время тот успешно прятался и не раз тайно встречался с альфой, пока числился младшим слугой. Они прошли через сад, который уже пестрил красно-желтыми огнями клёнов. Листва и не думала ещё покидать деревья и невольно скрывала других обитателей Конохи, на которых им пришлось натолкнуться. Фигура Хинаты вызвала одинаково кислое выражение лица у Шисуи и Кибы, как увидеть червяка после того, как уже откусил яблоко. — Ваше Высочество, — поклонилась Хьюга, — я как раз искала Вас. — Зачем? — помрачнев, ответил Шисуи, преображаясь из доброго омегу в холодного представителя клана Учиха. Улыбки были моментально убраны в дальние ящики. — Понимаю, сейчас не лучший момент, но я хотела бы поговорить с Вами перед нашей свадьбой, — почтительно ответила Хината. — Немного провести время, чтобы в будущем у нас не было недопониманий. Это серьёзное событие для клана Хьюга. — Свадьбой? — побледнев, повторил Киба, чуть выглядывая из-за спины Шисуи, где спрятался минутой ранее. — О, простите мою невежливость, я не заметила Вас, господин Киба. Не знала, что Вы тоже остались, — не так радостно добавила Хината. Она внимательно осмотрела Кибу, рассматривая его бордовый наряд, который могли носить лишь те, кто относился к семье султана. — Канкуро-бей позволил мне, — улыбнулся Киба. — Простите, что прервал ваш разговор. — Ничего. Вам так повезло с мужем, — с улыбкой произнесла Хината, скрывая затаенную злость. — Но как же дети? Я слышала, что у Вас их двое. — Не беспокойтесь об этом, с ними всё нормально. Лучше, чем могло бы быть, — оборонительно ответил Киба. — Им очень повезло с отцом и дядей, так что им ничего не угрожает. — Хочется надеяться на это, особенно что касается отца, — смягчилась Хината. — Знаете, я приготовила для них подарки. Мы же теперь должны тесно с Вами сотрудничать. И так хочется увидеть деток. — Не стоило. Подарки мало что решают. И не стоит Вам их видеть. Никогда, — быстро произнес Киба, а после повернулся к омеге-принцу и поклонился. — Прошу прощения, Ваше Высочество. Канкуро-бей меня уже заждался. И, не дожидаясь ответа, направился прочь быстрым шагом, уже зная, как выйти из этого сада. — И мне стоит идти, Ваше Высочество. Я вспомнила о встрече. Простите, что отняла времени. Сейчас мои слова и правда не к месту, — и, поклонившись, Хината пошла в противоположном от Кибы направлении. Шисуи, наблюдавший за самым странным разговором, который только мог произойти за последнее время, нутром чувствовал, что они двое будто бы общались на только им понятном языке. И пусть обменялись вежливыми фразами, сказано было значительно больше, чем он смог понять. Всё казалось страннее и страннее, и ему безумно хотелось узнать, что скрывал Киба. Необычный знакомый Наруто и Хинаты. Чувствуя подвох, Шисуи намеревался заняться этим. Пусть сейчас жизнь казалась окончательно разрушенной, всё еще хотелось сохранить контроль над ней, особенно если это касается будущей супруги.

***

— Ваше Величество? — Здравствуй, Наруто, — тихо ответила Микото, наблюдая шокированного Узумаки. — Что-то случилось? — Простите, я не знал, что Вы посетите меня, — «или что Вас пустят ко мне». Наруто торопливо поднялся, отряхнул колени от пыли, чтобы предстать в достойном виде, и поклонился. — Пусть мне и пытались помешать, но пока Вдовствующей императрицей являюсь я, а не они, — строго заметила Микото, косясь на смущенную Карин, которая уговаривала её остановиться и теперь только стояла позади. — Хотела увидеть тебя. Прошло столько дней, а ты не выходишь из комнаты. — Простите, Ваше Величество, — опустив глаза, тихо заявил Наруто. — Я так виноват перед Вами. Что не справился… Мне так стыдно… Наруто с трудом держал себя в руках, поэтому меньше всего ожидал пощечины от Вдовствующей императрицы. Он шокировано уставился перед собой, а удивленная Карин позади закрыла себе рот, чтобы не вскрикнуть. — Тц, ты ещё такой глупый, что же Саске в тебе нашел, — разочарованно медленно произнесла Микото, после вздохнула, смирившись, заговорила громче. — Ты не виноват передо мной. Если боги пожелали забрать к себе Аки и Кагами, то так тому и быть. Перестань так думать и никогда больше при мне не произноси таких слов. Если ты продолжишь так про себя думать, ты оскорбишь меня. Ты понял? — Д-да, — неуверенно кивнул Наруто, потирая ушибленную щеку. Шок заменил слезы и не давал волю эмоциям. — Сейчас еще идет расследование, но все причастные всё равно будут казнены, — скривилась Микото, зная больше об этом, но не желая уточнять. — Но я пришла не за этим. — А зачем? — Ты ещё не до конца понимаешь, но всё идет к тому, что ты станешь мужем, а может, и вовсе консортом, если Саске совсем потеряет последние остатки разума, которые даровали ему небеса, — назидательно пояснила Микото. — И какие бы трагедии не произошли в клане, ты должен научиться себя вести правильно. А нефриту без ювелира не стать украшением. — Но меня учил Саске, — перебил её Наруто, — то есть Его Величество император. Я читал книги… — Он много тебе позволяет и балует тебя, — добавила Микото. — Ты много позволяешь слугам. А после позволишь вообще всем делать, что вздумается, во дворце. Пока я жива, этого не будет. Но потом… — Что потом? — Придется самому. Ты понимаешь? — Простите, но я пока ничего не понимаю, Ваше Величество. Наруто недоумевающе уставился на Вдовствующую императрицу, предполагая, что разговор действительно несет перед собой некий смысл, но ему не удавалось его прочувствовать. — Наруто, — шумно вздохнув, прикрыла глаза Микото, чувствуя, что придется сильно постараться в этот раз. — Ты должен многое узнать про дворец, как всё в нем устроено. Давай я расскажу тебе азы, пока ты будешь помогать мне в организациях строительства нового дворца. — Я сделаю всё, что могу, Ваше Величество. — Хорошо, буду ждать тебя завтра, — ответила Микото. — Начнем обучение хотя бы так. — Ты видела, Карин? Она на меня не злится, — обнадеживающе проговорил Узумаки, как только Вдовствующая императрица вышла из его покоев. — Поверь, Наруто, сейчас я видела даже больше, чем ты можешь пока что понять, — снисходительно заявила Карин, поняв, что господин не до конца осознал появившуюся благосклонность Вдовствующей императрицы.

***

Слова Вдовствующей императрицы убедили Наруто встретиться с Шисуи. Тем более, она никогда до этого не приходила, но теперь они разделили горе на двоих, только то, что сможет осознать лишь родитель. Огорчало, что смерть детей помогла им увидеть друг в друге то, что до этого они не замечали — их похожесть. Теперь нельзя было надолго откладывать встречу с Шисуи. Может, и тот на него не злится? К тому же Саске упомянул, что Наруто не стоит отворачиваться от представителей императорской семьи. Тогда он послал записку, и ответ пришел на следующий день — его пригласили на чай в личном саду омеги-принца, пока в Конохе еще стояли теплые дни. — Простите за опоздание, Ваше Высочество, — поклонился Наруто, войдя в беседку. Пока он шел в сопровождении всех слуг и охранников, ощутимо замедлялся и доставлял неудобства остальным жителям дворца. — Наруто? — Киба? — удивленно поднял голову Наруто. — Почему ты тоже тут? — Ваше Высочество, Вы не сказали, что мы будем не одни, — чуть улыбнулся Киба, но, завидев серьезный взгляд омеги-принца, моментально стёр улыбку со своего лица. — Я вас обоих пригласил, — спокойно произнес Шисуи. — Проходи, Наруто. Я слышал, что ты хорошо ладишь с господином Кибой, и решил не оставлять его в стороне. Позволю предположить, что ему скучно одному проводить дни в гостях. — Как замечательно, — безрадостно улыбнулся Наруто. Шисуи внимательно наблюдал за обоими: пока Киба пытался подмигнуть Узумаки, тот старательно делал вид, что наслаждается пейзажем и пришел только ради извилистых дорожек сада и журчания ручьев. — Вы так быстро сдружились за короткий срок, — произнес Шисуи. — Да, господин Наруто слишком дружелюбный, с ним невозможно враждовать, — заверил его Киба. — Но не все с этим согласятся, — поджав губы, заметил Наруто. — Просто они мало тебя знают, — уверенно заявил Киба. — Вы давно знакомы, — произнес утвердительно Шисуи. — Вы не правы, Ваше Высочество, — оправдался Наруто. — Я совсем недавно познакомился с Кибой. — Тебе нужно научиться быстрее и убедительнее придумывать, — улыбнулся Шисуи. — А Вы что скажите, господин… Киба? — Мы не знали друг друга до того, как султан Гаара хан не посетил Коноху, Ваше Высочество, — решительно заявил Киба и встал перед Наруто. — Господин Наруто ни в чем не виноват. — Господин Наруто, — хмыкнул Шисуи. — А что же он сам скажет? — Я скажу, Ваше Высочество, что Киба — муж Канкуро-бея и теперь родственник султана. Вы не можете его допрашивать и угрожать, — проговорил Наруто, выходя из-за спины и теперь загораживая собой Инузуку. — Я тебе не враг, Наруто, — удивленно заявил Шисуи, успокаивая обоих. — Присядьте за стол. Не бойтесь, я вас не обижу. Дождавшись, когда гости сядут, Шисуи продолжил. — Наруто, ты очень хороший человек. Достойный фаворит императора. Мы никогда не были врагами. Более того, мы были друзьями. Я согласился помочь тебе, спасти тебя. А теперь ты отказываешься мне говорить правду. — Простите, Ваше Высочество, но это не моя тайна, — потупив взгляд, проговорил Наруто. — Если ты боишься, что об этом узнает император, то я не расскажу ему, — мягче добавил Шисуи. — Нет-нет, не в этом дело. И император об этом знает, — добавил Наруто. — Ты ему рассказал и остался жив? — удивленно воскликнул Киба. — Это не я, ему рассказала Карин. — Карин? Да как она… — Не злись на неё. Она испугалась и пыталась меня защитить. Наверное, — неуверенно проговорил Наруто и почесал макушку в задумчивости. — То есть есть тайна, о которой знает император, его фаворит, слуга и муж брата султана, а ты всё еще боишься мне её рассказать? — заключил Шисуи, строго глядя на Узумаки. — Император собирался выгнать меня из дворца после этого. Конечно, я боюсь, — вспылил Наруто. — Простите, Ваше Высочество. Я лучше пойду… Он попытался встать, но голос друга его перебил. — Я расскажу, — заявил Киба, обратив на себя взгляды остальных. — Что? Я расскажу, но обещайте, Ваше Высочество, что на Наруто это не скажется. — Хорошо, — выдохнул Шисуи и указал Узумаки сесть обратно, с чем он нехотя справился. — Я, Хаку и Наруто были в числе тех слуг, которых купили у работорговцев. Мы прибыли вместе. Когда Наруто стал фаворитом принца, я стал его слугой. Но я совершил непоправимое преступление… Я забеременел от альфы. Наруто, как мой господин, помог мне сбежать и договорился с делегацией из Страны Песка, где я и спасся. — Вот как, — спустя пару секунд молчания с трудом произнес Шисуи. — И император это знает, да? — Он узнал сильно позже. Когда получил новости о моей беременности, — проговорил Наруто. — Это очень запутанная ситуация, где много людей совершили ошибки. Но это в прошлом. Клянусь, это никак не повлияет на императорскую семью. — И забеременел Киба от генерала Хинаты, — внезапно понял Шисуи. — Как Вы узнали? — удивленно воскликнул Киба. — Мне очень жаль. Надеюсь, Вы не станете думать о своей будущей супруге хуже. Шисуи кивнул. Не то чтобы он беспокоился, что у Хинаты уже есть дети, но не думал, что она так глупа. Почему не убила Кибу? Всего лишь слуга, никто бы не хватился. — Как вы смогли вообще выжить во дворце, совершив подобное, — задумчиво произнес Шисуи. — Хината ничего тебе не сделала, когда узнала о твоем положении? — Нет, — помотал головой Инузука. — Она просто обвинила меня в распущенности. — Слуги приносили фрукты от неё после этого? — подозревая то, могла ли она попытаться его отравить. — Нет. — А опасные подарки? Отравленные свитки? Дикие собаки? Змеи? — Один раз мне прислали змею, я помню, — внезапно осенило Наруто. — Но я не думал, кто это сделал. Тогда совсем не было времени. — И ты никому не сообщил? — произнес Шисуи. — Я не хотел беспокоить принца. Он постоянно в делах, а тут всего лишь змейка. И Курама на неё шипел, так что я не боялся, — смущенно выдавил Наруто. — Вы же никому не скажете? — Похоже, все уже и так знают, — заметил Шисуи, и Киба с Наруто стыдливо опустили глаза. — Что ж, хорошо, теперь мне всё стало понятно. Итак, пока господин Киба не уехал, я бы хотел с вами побольше проводить время. Вы же придете ко мне и завтра? — А как же казнь? — недоумевающе произнес Киба. — Какая казнь? — напрягся Наруто. — Уже известно, кто убийца? — Известно, — кивнул Шисуи. — Но тебе не стоит там присутствовать. — Почему? Кто это сделал? — Это сделал слуга Хаку, его зовут Утаката, — добавил Шисуи. — Слуга Хаку? И казнят Хаку? — Хаку не казнят. Слуга действовал сам, Хаку ничего не знал. — Не казнят? — Наруто от удивления встал. Глаза наполнились гневом и обидой, которые он отказывался скрывать. — И Ваше Высочество так просто это оставит? — Но он не виноват, — спокойно, но строго ответил Шисуи. — Перестань так реагировать и присядь. — Он хотел этого! — зло крикнул Наруто, — Он виноват. Я этого так не оставлю, я поговорю с императором, — и, не прощаясь, выбежал прочь из беседки под расстроенные взгляды Кибы и Шисуи. — Простите, — опустив глаза, тихо сказал Инузука. — Он бы всё равно рано или поздно узнал, — успокоил его Шисуи, — но императору это не понравится. Наруто хотел поговорить с Саске и направился сразу к нему, чтобы узнать, почему тот ему ничего не рассказал, но императора не оказалось на месте. От бессилия избив его дверь, Наруто пришлось вернуться в покои. Казнь он не хотел пропускать.

***

Наруто дрожал, как осиновый лист, когда стоял в числе многочисленных зрителей на казни. Люди шумели и осуждающе кричали, когда появился преступник, но они показались для Узумаки молчащей толпой. Он слышал только себя и свой голос в голове, который подсказывал, что и казни ему будет мало. Наруто готов был разорвать Утакату на месте, но эта работа досталась Саске. Он вспыхнул от гнева, услышав полностью лишенный эмоций голос Саске, провозглашающий наказание, когда на лице Утакаты застыла блаженная улыбка. Избитый и грязный, он всё ещё был доволен собой и смотрел на Хаку. И это разъярило больше всего, потому что только этот завистливый ублюдок мог приказать убить детей. Наруто был в этом уверен. Самому Утакате его малыши были и вовсе не интересны. Его малыши… Аки и Кагами. При мысли о них Наруто с трудом сдерживал слезы и вновь взглянул на Хаку. Тот выглядел равнодушно, но Узумаки мечтал, чтобы он жалел о случившемся. Его трясло от злости, что пришлось спрятать ладони под широкие рукава, дабы не привлекать внимания. За спиной маячили опостылевшие стражники, которые должны были охранять Узумаки, и слуги, но Наруто никто не смог бы сдержать на одном месте. Как только голова Утакаты коснулась земли, все медленно принялись расходиться. Но не Наруто. Как дикий зверь, выслеживающий добычу, он жаждал крови убийцы. Заметив, как стражники здороваются с Саске, Наруто, недолго думая, побежал в сторону Хаку и набросился на него, выхватив из своего рукава украденный клинок. — Это тебе за моих детей, — прорычал тот. Воровать Наруто умел лучше, чем убивать, и попал лишь в плечо, оставив легкую царапину, а Хаку успел увернуться. Вновь замахнувшись, он на секунду застыл, пытаясь понять, что же он делает в этот момент и мог ли продолжить, он был моментально остановлен крепкой рукой и отброшен в сторону. — Не надо, — Джирайя без усилий удерживал запястье Наруто, чтобы тот не совершил непоправимое, и встал между ними. — Это того не стоит. — Отойдите от господина, — мгновенно оживился один из охранников Наруто, заставляя отойти старика. — Господин, встаньте, пожалуйста, — затрепетала рядом Карин, — давайте, отпустите оружие. Наруто замотал головой и прижал кинжал к груди, а после попытался спрятать оружие в рукаве. Он смотрел на всех людей, коих оказалось вокруг много, как на врагов. От ужаса побледнел Неджи, готовый тут же упасть в обморок. Он смотрел на Наруто, как будто тот стал палачом, и когда почувствовал ответный взгляд Узумаки, тут же развернулся и побежал прочь. Карин еще с прошлого раза невзлюбила казни, а теперь сама не знала, стоит ли защитить господина или поругать. Обеспокоенно издали смотрел Саске, но первым приблизился к месту нападению его слуга. — Драки запрещены во дворце, — осторожно произнёс Суйгецу. — Как и убийства, — оскалился Наруто. — Я не виноват, прошу, Ваше Величество, — в ужасе всхлипнул Хаку, повернувшись в сторону Саске, который стремительно, насколько позволяет статус императора, приближался. — Он первый напал и… — Замолчать всем, — оборвал Саске, раздраженный поднявшимся шумом. — Отведите его в покои, а Хаку перевяжите рану и отправьте к Вдовствующей императрице. Она его ждёт. — Будет сделано, Ваше Величество. — Остальным расходиться! Тут не на что больше глазеть.

***

Когда Саске вошёл в комнату к Наруто, стражники безуспешно пытались уговорить Узумаки отдать украденный кинжал, но тот не поддавался на уговоры. Карин напомнила солдатам, что они не имеют права касаться любимого фаворита императора и тем более что-то отнимать силой, и если Саске узнает, то не сносить им головы. И те, испугавшись гнева молодого императора, повиновались. Наруто не смел поднимать взгляд на вошедшего и только поджал губы, молча кланяясь. — Всем выйти, — строго произнёс Саске. — Но, Ваше Величество, у него же кинжал, — произнёс один из стражников, опасаясь за жизнь императора. — Ты думаешь, что я не справлюсь со своим фаворитом? — Саске недовольно свёл брови и хмыкнул. — Нет, но… — Если ты не способен справиться с ним, то таким солдатам тут не место. Отправьте его на рудники. — Ваше Величество, простите, я не хотел. — Я всё сказал. А теперь прочь. Больше никто не решился спорить с императором, и комната вскоре опустела. Наруто прятал глаза и зло дышал, раздраженный, что его месть сорвалась, а Саске напротив молчал. Он ему не сказал и про казнь, и про преступника, чтобы тот не видел больше крови, а Шисуи знал и пытался не допустить, чтобы Узумаки приходил. Все против одного. Предатели. — Ты не поранился? — озадаченный этими словами Наруто поднял глаза на Саске. — Мой фаворит не поранился? Оружие с громким звоном упало на пол, а сам Узумаки уставился на собственные ладони, на которых виднелось несколько неглубоких порезов. Руки до сих пор тряслись, и он не заметил боли, когда брался за лезвие, чтобы его спрятать. — Почему ты не сказал мне? — Ты схватился за лезвие, я тебя не такому учил. И я совсем не учил тебя нападать на людей. — Почему ты не сказал мне правду? — нервно повысил голос Наруто. — Хаку убил Кагами и Аки. Он должен умереть! Ты же знаешь, что… — Замолчи, — резко оборвал его Саске. — Вот поэтому и не сказал. Это преступление, ты понимаешь? Пообещай мне, что больше не попытаешься никого убить. — Но, Саске… — Я же сказал, чтобы ты не пытался. Хаку займутся другие люди, а ты должен отдыхать. — Но я хочу… — Отдыхать! — крикнул Саске, но вмиг успокоился. — Это приказ императора своему фавориту. — Ты закрыл меня в комнате, как в тюрьме. Окружил кучкой охранников, по уму не выше свиней. — Зато до тебя никто не доберётся, я обещаю. Пойми, Наруто, что твою смерть я не переживу… Саске не нравилось, как внезапно Наруто стал рассматривать пол и поджал губы, демонстрируя, что не хочет слушать Учиху. Но ему было, что сказать. — Через день пройдут похороны. — Уже можно? — моментально потеряв всю злость, Наруто сник и заговорил тише. — Да. Подготовься отправить их в последний путь. — Последний путь… — эхом повторил Наруто и поклонился, как только император развернулся, чтобы уйти из комнаты. Но прежде Саске поднял с пола кинжал и невесело усмехнулся. Какой же интересный мог получиться солдат из Наруто, импульсивный, но смелый! Но лучше такому больше никогда не повторяться, чтобы не пошли лишние слухи.

***

Саске вышел из комнаты Наруто, сжимая в руках тот кинжал. Он бегло осмотрел солдат и наконец нашёл того, кто оказался безоружен. — Солдат, не умеющий позаботиться о своём кинжале, не нужен в императорской страже. До полуночи тот либо покинет дворец, либо окажется в тюрьме. Тот в ужасе открыл глаза и бросился в страхе прочь. Саске разочарованно поджал губы и, замахнувшись, кинул в него кинжал, попав в голень. — На рудник. Слабакам тут делать нечего. Толпа быстро расступилась, позволив Саске уйти дальше. Он понимал гнев и желание отомстить, которые, как пробудившийся вулкан, всё нарастали и нарастали внутри Наруто, но не мог допустить, чтобы тот прославился во дворце, как кровавый фаворит. — Ваше Величество, мне пришло срочное письмо из северного дворца, — робко произнес Суйгецу, нагнав императора по пути. — Что ещё? — Госпожа Сакура… Она пыталась повеситься. Как только узнала о ребенке. — Она жива? — став ещё печальнее, спросил Саске. — Да, слуги успели вытащить её практически из петли. Сейчас с ней всё хорошо. — Хорошо. Сообщи это Вдовствующей императрице и только ей. Сделай всё, чтобы Наруто об этом не узнал. — Само собой, Ваше Величество. — Ваше Величество, не уделите мне несколько минут? — с ухмылкой произнес мужчина сбоку. Саске повернулся и встретился взглядом с Джирайей, который бесстрашно помахал императору. — Чего Вам? — сухо произнес Учиха. — Я бы хотел проведать Наруто и поговорить с ним. — Нет. Как он мог кого-то допустить к Наруто, который не мог справиться с эмоциями и горем? А если ему от них станет хуже? — Но, Ваше Величество, поддержка близкого не бывает лишней. Я знаю Наруто дольше, чем кто угодно во дворце. — Ему нужно прийти в себя, — прервал его Саске. — Я остановил его от непоправимого. Неужели мне нельзя увидеть его всего несколько минут? — Только ненадолго. Суйгецу, проведи его.

***

— Ты что, пытаешься создать новое озеро во дворце? — зайдя в комнату и услышав плач, произнес Джирайя. Наруто и перевязывающая ему ладони Карин одновременно обернулись. — Старик, — сначала радостно улыбнулся Наруто, а потом резко одернул себя, отказываясь поддаваться приятным эмоциям. Он неуклюже вытер слезы, за что Карин на него шикнула, потому что тот помешал накладывать повязки. — Что ты тут делаешь? — Шел на звуки водопада, но попал в твою комнату. Джирайя ему улыбнулся, но не получил нужную реакцию. Наруто отвернулся, а лицо его, и так немного покрасневшее от слез, покрылось красными пятнами стыда. — Ты смеешься надо мной, да? — Да нет, Наруто, — смягчился Джирайя. — Плакать нормально в такой ситуации. Но нужно делать хоть иногда перерывы. — А ты как будто знаешь, какого мне сейчас, — обидчиво буркнул Наруто. — Знаю, Наруто, знаю, — грустно улыбнулся Джирайя. — Врёшь. — Я пришел к тебе совсем ненадолго, но всё же хочу тебе рассказать маленькую историю про влюбленного писателя. Помнишь, как я рассказывал тебе истории, когда ты болел? Наруто кивнул, позволив себе немного успокоиться. Перед сном в старом домике в лесу Джирайя частенько рассказывал истории, в которые Узумаки искренне верил, но которую так ни разу и не дослушал до конца, засыпая под монотонный голос. — Так вот, слушай. Жил один писатель, который безумно любил путешествовать. Не хотелось ему жить в одном месте, когда он столько всего не видел в мире. Свободолюбивый и непостоянный. И пошёл он вперед, куда глаза глядят, изредка останавливаясь в деревушках и записывая истории, которые ему рассказывали местные жители. Много лет он путешествовал, много книг написал. А сколько бумаги испортил! И так бы продолжалось вечно, пока не набрел он на Страну Дождя, где встретил девушку. Неприветливые люди, постоянная сырость, но сердцем писатель хотел остаться именно в том месте. — И он остался? — с любопытством в голосе спросил Наруто. — Остался, — кивнул Джирайя, — ложись, чтобы удобнее было слушать. Наруто послушался, удивив этим Карин, и приготовился к продолжению. — Так вот, влюбился писатель в эту девушку и появились у них замечательные детки. Яхико был веселым и добрым, прям как ты, а Нагато был нелюдимым и недоверчивым. Как ваш император. — Но писатель покинул Страну Дождя и жил в лесу. Почему? — Однажды, в один непривычно жаркий день, ушел он к реке на рыбалку, а вернулся, когда деревня во всю горела. Соседний город позавидовал процветающей деревушке, когда сам погибал от засухи, и решил, что именно люди, живущие там, виноваты в этом. — Писатель надеялся, что они успели убежать и спрятаться, но выжившие соседи подтвердили, что мать с детьми осталась внутри. Как же писатель проклинал себя и глупую рыбу. Как же он хотел повернуть время вспять. Но ничего нельзя было поделать. И писатель пошел мстить, собрав людей из деревни. И когда он пришел в город… — тут на секунду Джирайя замолчал, усмехнувшись себе под нос, и вновь заговорил. — Не исправило это ничего в жизни писателя. Не стало лучше. И побрел он прочь, не желая больше нигде останавливаться долго. — И как же писатель пережил это? — Он не пережил. Боль остается на всю жизнь, пока ты помнишь этого человека. Потом станет легче, мальчик мой, но ты не забудешь эту боль. Потому что не забудешь их. На минуту все замолчали, обдумывая историю. Наруто прикрыл глаза, сравнивая жизнь Джирайи и свою, и быстро задремал, окончательно потеряв силы за день. — Мне так жаль, — шепотом произнесла Карин. — Это уже минувшее. Главное, что он успокоился и заснул, — мягко улыбнулся Джирайя. — Спасибо Вам. — Ой, не стоит, — отмахнулся Джирайя. — Хотя… Подскажи, где мне сейчас найти Цунаде?

***

— Входи, я тебя ждала, — чуть улыбнулась Микото и махнула на место напротив себя. Хаку поклонился и смиренно прошел к выбранному месту, не смея говорить. Раны, оставленные Наруто, старательно перевязали, а после он ещё успел сменить наряд на более подходящий для встречи с Вдовствующей императрицей. — Простите за задержку. — Что-то случилось? — заинтересованным тоном произнесла Микото и собственноручно налила в чашку вина. — Наруто напал на меня и хотел убить. Обезумевший после горя, — скривился Хаку. — Это большая трагедия для клана и для омеги, — миролюбиво объяснила Микото. — Ему нужно прийти в себя. — Да, я понимаю, Ваше Величество. Но виновником был не я, — Хаку потянулся к чашке и сделал несколько глотков. — Смерть наследников — это всегда потрясение для империи, — хмыкнула Микото. — Но Наруто справится. У него ещё будут дети. — Да помогут ему боги справиться с этим, — подтвердил Хаку. — Может, это наказание для меня, а не для Наруто, — с сожалением выдохнула Микото. — Позвольте спросить, что Вы имеете в виду? — На пути к своему положению, чтобы стать императрицей, я многих сжила со света. Даже мать Шисуи. Бойкая была девушка, сильная, до конца не соглашалась повиноваться, — с сожалением произнесла Микото. — Столько их было… Не счесть. — Мне жаль, — ответил Хаку. — А потом наступила карма. Сначала Дейдара с его малышом, после — мой муж. За ним отправился Итачи, а теперь ещё Аки и Кагами. — Ваше Величество? — неуверенно спросил Хаку, чувствуя зарождающее беспокойство и слабость. Крупные алые капли потекли из носа и глаз. — Боги не одобряют мой выбор… — Мне что-то нехорошо, Ваше Величество, — покраснев, с трудом произнес Хаку. — … то не лучше ли мне согласиться с выбором моего сына? — Слуги, позовите лекаря, — закричал Хаку. — Слуг тут нет, негоже им наблюдать такую картину. — О чем Вы? — Я же действительно хотела, чтобы ты стал помощником для Саске. И готова была организовать всё. Но в благодарность ты убил моих внуков. Не того я выбрала, — поджав губы, Микото встала и направилась к выходу, игнорируя медленно сползающего Хаку. Пора позвать слуг, которые очистят дворец от мусора.

***

Услышав о том, что сделала его мать, Саске был шокирован, но вовсе не расстроен. Конечно, лучше было бы его отослать после всех действий слуг по отношению к императорской семье, но и действия Микото он понимал. Для неё так поступать было привычно, тем более после потери внуков. Чтобы не поднимать лишнюю панику и не создавать лишний повод для траура, нельзя было сообщать всем, что младший муж императора отравлен, поэтому Саске распорядился, чтобы никто не смел об этом говорить. По официальной версии Хаку покинул дворец по решению Вдовствующей императрицы и больше никогда не появится. Пусть оставалась малая вероятность, что он выживет. Саске в задумчивости крутил серебряное кольцо в виде змейки, которая опоясывает палец, и пытался понять, где он ошибся. Какой выбор был неправильным? Чья смерть больше всего изменила его семью? На всё не было ответов, а если бы и были, то они не могли изменить путь, по которому он прошел, и место, в котором он оказался. На похоронах Саске ощутил приступ дежавю: сколько раз ему придется проститься с близкими навеки, чтобы боги наконец позволили ему быть счастливым? Наруто вел себя необычайно тихо, обходясь молчаливой поддержкой окружающих. Иногда останавливался, что-то обдумывал, соглашался с остальными. — Конохамару позаботится о них, как и обещал, — тихо произнес Наруто. — Конечно, он не оставит их одних. Он будет вместе с Кагами, пока Аки будет качать её отец, — произнесла Карин, от слов которой Саске недовольно сжал губы. — Лучше молчи, — дернул её за рукав Суйгецу, переводя взгляд на императора. — Ты бледный, Наруто, — недовольно произнес Саске. — Не стоило так себя изматывать. — Всё нормально, Ваше Величество. Я справлюсь, — заверил его Наруто. Неджи смотрел на него с жалостью, чувствуя распирающую изнутри вину. Как он сможет теперь спокойно с ним общаться, когда принес столько горя? Хьюга обернулся, чтобы поймать реакцию Хинаты, но та магическим образом изображала скорбь и сожаление от случившегося, будто и не причастна к этому, заставляя сильнее недоумевать. Неприкаянный, Неджи не был в силах совладать с собой. Взваленная ноша оказалась тяжелее, чем он предполагал, заставляя не гордо идти, как истинный Хьюга, а медленно волочить ноги от груза ответственности. Отчетливее ему казалось, что его дядя сумасшедший, а его план — настоящий бред, который позволит развалить империю. А его самого в том славном будущем нет. Он чувствовал, что больше не вынесет страданий. А наблюдая, как Наруто набросился на Хаку во время казни Утакаты, он и вовсе стал сомневаться, что останется жив, если правда вскроется. Чем больше он вредил Узумаки, начиная с того случая, когда шантажировал его встречами с Югито и заканчивая пожаром, тем сильнее он интуитивно пытался загладить свою вину. Именно поэтому он всё чаще сказывался больным для императора, зная, чем ему это грозит, но надеясь, что хотя бы время, которое он подарил Наруто, исправит его ошибки. Однако больше терпеть он не мог. Когда Хината пришла, чтобы объявить, что Неджи пора исполнять свой долг перед кланом и рожать ребенка, он принял решение.

***

Наруто чувствовал себя птицей в клетке, всё время находясь в комнате. По приказу императора ему запрещалось, ради собственной безопасности, покидать покои. Саске боялся, что с Наруто может что-то случиться, будь то нападение или попытки самому причинить себе вред. Хотя сам Узумаки полагал, что Саске боялся, как бы Наруто не попытался убить Хаку самостоятельно, не зная истинного положения дел. Запертый с количеством слуг больше, чем у Вдовствующей императрицы, и охраняемый у двери стражей, превышающей по численности императорскую, он не находил себе место. До сих пор его могли прийти навестить Киба, а он мог посетить покои Шисуи, Микото или Саске по приглашению, но тогда он собирал за собой значительную процессию, чем сильно привлекал к себе нежеланное внимание. — Это просто смешно, — фыркнул Наруто, и Курама удивленно на него посмотрел и спрыгнул с колен. — Это не смешно, Наруто, — устав от нытья, произнесла Карин, — это ради безопасности. — Вот именно. Это даже не смешно, — громче добавил Наруто. — Меня охраняют, как будто я опасный преступник. — Или самый ценный человек для императора, — поправила Карин. — Я, может, хочу выйти в сад, — обидчиво добавил Наруто. — Сейчас не лучшая погода для прогулок, Наруто. Ты заболеешь и этим расстроишь императора, — ответила Карин. — Не заболею, — надулся Наруто. — Тогда я пошлю записку Его Величеству, чтобы он удостоверился, что с тобой ничего не случится. И как только получу ответ… — Всё, хватит, — раздраженно крикнул Наруто. — Понял, что никуда нельзя. А никто не присылал записку, что хочет меня видеть? — Увы, нет. — А я могу пойти навестить Кибу сам? Или Джирайю? — Это нежелательно. Император не хочет, чтобы с тобой что-то случилось. — А император… — Суйгецу сказал, что сегодня он безумно занят. Стоит надеяться, что вечером он придет, чтобы тебя навестить. — Или позовет к себе. Мне больше не хочется находиться в этой комнате, — смирившись, убитым голосом признался Наруто, вызвав сожаление на лице у Карин. Он до сих пор помнил, что слева стояла кроватка. А внизу находился коврик, куда он упал на коленях в порыве отчаяния. Пусть сейчас всё убрали, его воспоминания то и дело возвращались к знакомым предметам. Его вина, его слабость и его вечное напоминание, из которого он не мог сбежать. Или мог? — Карин, можешь узнать, нет ли на кухне чая из листьев ягод? — Откуда ты его взял? — недовольно произнесла Карин. — Такой подавали на горячих источниках. Мне почему-то вспомнилось, — соврал Наруто. — Я пошлю слуг. — А они не отравят его по пути? — ища все варианты для побега, Наруто стал придумывать на ходу. — Зачем им тебя травить? — Тогда пойдем в сад погуляем, — заныл Наруто. — Боги, я сейчас схожу. Позову девушек, чтобы кто-то был в комнате, — нехотя согласилась Карин. — Спасибо, — искренне улыбнулся Наруто. — Я в неоплатном долгу перед собой. — «Особенно после того, что сделаю». Как только Карин вышла за дверь, в комнату зашли две девушки, которые бесшумно поклонились и ожидали приказа. — Эм… — Да, господин. — В соседней комнате хранятся мои кимоно, но от многих только плохие воспоминания и горькие переживания. Наведите там порядок и выберите, какие понравятся вам, чтобы портной их перешил. А я пока подремлю, не будите меня. У девушек мгновенно загорелись глаза непривычным азартом, и они, скрывая довольные улыбки, в унисон ответили. — Будет исполнено, господин. И поспешили в соседнюю комнату. Сам Наруто, дождавшись того, что они скрылись из виду, поспешил соорудить свой силуэт из подушек и нескольких ваз, который накрыл одеялом. — Прости, Курама, в этот раз ты со мной не пойдешь, — прошептал Наруто, и тот ткнулся лбом в ногу хозяина. — Да, ты прав. Лучше разуться, так тише. Прижав к груди обувь, Наруто высунулся в окно, удостоверившись, что никто рядом не ходит, и рывком выпрыгнул из комнаты. В иной ситуации, будучи на третьем этаже, это вряд ли получилось, но теперь в одноэтажных домиках побег упрощался. Низко пригнувшись, Наруто побежал прочь в сторону дальнего сада омеги-принца, понимая, что там его станут искать в последнюю очередь, чтобы наконец насладиться ощущением свободы вместо удушающего одиночества. Тем более тот сад стал самым любимым для него. Наруто прятался за колоннами, когда слуги проходили мимо, и быстро добрался до нужного места. Несмотря на то, что через несколько недель ожидался приход зимы, сад всё ещё не потерял красок: красные листья держались до последнего, будто только и ждали дней, чтобы Наруто успел ими полюбоваться и спрятаться от ветра. Карин оказалась права, предупредив о холоде, и Узумаки поспешил обуться. Он только успел обрадоваться, что остался один, как услышал знакомые шаги, и спрятался за куст. Пребывающий не в самом благосклонном расположении духа Саске шел, то и дело пытаясь оторваться от советника. — Ваше Величество, поймите, что Вам необходимы ещё фавориты в гареме. Двое, а лучше пятеро. — Может, сразу дюжину? — скривился Саске. — Дюжину? — бесшумно повторил про себя Наруто. — Хотя бы до десяти дойдите, — не унимался советник. — Вам необязательно всех выбирать. Они просто будут ждать Вас до поры до времени. Больше фаворитов — больше наследников. — Я же сказал — нет. — Но, Ваше Величество… — Нет! — Это традиции! — Кофун клана Учиха не вместит столько тел, — холодно оборвал Саске, заставив советника побледнеть. — Простите, Ваше Величество. — Впредь не смейте поднимать эту тему на Совете. Вдовствующая императрица в силах самостоятельно в этом разобраться. — Да, Ваше Величество. — Давно пора обновить Совет, больше толку будет, — прошептал себе под нос Саске. Спрятавшийся Наруто старался не дышать, но понимал, что сердце камнем упало в пятки. Он совсем позабыл, что Саске император, а значит ему положен полноценный гарем. Но Наруто совсем не хотел делиться ни с кем. Саске только его и больше ничей. И он ещё придумает, как сделать, чтобы этого не допустить. Пройдя чуть глубже в сад, чтобы больше не натолкнуться ни на кого из дворца, он совсем не думал, что встретится с ещё одним человеком непосредственным хозяином — Шисуи. Пусть это было и ожидаемо. Тот сидел в беседке и внимательно слушал Неджи, который, опустив глаза, почтительно о чем-то рассказывал. Решив, что подслушать ещё один разговор не так страшно, он незаметно подполз ближе, игнорируя уже замерзающее тело, и спрятал ладони в рукава. — … осознаешь последствия того, что ты подговорил Хаку? — с хорошо скрываемой злостью произнес Шисуи. — Поверьте, Ваше Высочество, я даже не думал, что он или его слуга на это решатся. Но это не моя вина — всё Хината и дядя. — Молчать! Они ответят за свои действия, а ты — за свои. — Простите, Ваше Высочество. Они грозились отдать меня конюху, если я не избавлюсь от них или от… — От кого? — От Наруто и Сакуры. Они должны были пойти в расход в любом случае. Их дети мешали плану… «Мои дети мешали плану? Их убили по вине Хинаты и её отца?» Наруто был бледнее мела. Всё тело замерло на месте, не в силах двинуться и убежать. Если бы кто-то сейчас и прошел мимо, то не отличил бы Наруто от статуи. И все же он не мог поверить в то, что слышит. Ведь это его ни в чем не повинные дети, совсем крохи. За что? — …это всё клан Хьюга. Он давно хочет занять место клана Учиха! — Ты осознаешь, что после всего рассказанного тебя казнят? — Да, — нехотя кивнул Неджи, — я только прошу, чтобы моего отца не трогали. Он об этом не знал. Это всё советник Хиаши, он и его дочь. — Тогда сделаем, как я скажу… Не желая дальше слушать, Наруто поспешил скрыться, ощущая, что его будто окатили ледяной водой. Он только хотел развеяться, а теперь узнал настоящую причину смерти своих детей, но от этого стало ещё горше. Ветер будто специально стал холоднее, и Наруто поспешил спрятаться в ближайшем коридоре. Он и не думал, что его сердце могло болеть сильнее, а теперь ощутил новую волну обиды и боли. Он действительно оказался в гнезде, полной клубка змей. Не замечая никого вокруг, Наруто натолкнулся на человека в ближайшем повороте и только благодаря тому, что его удержали за локоть, смог остаться на ногах. — Господин, простите, я не заметила, — проговорила елейным голосом Хината. — Ничего, — как от призрака, отшатнулся Наруто, поняв, кого именно он встретил. — А где же Ваши слуги и охрана? — заинтересованно произнесла Хината. — Я от них сбежал, — честно признался Наруто, — хотел остаться в тишине. — Вас наверняка ищут, — обеспокоенно произнесла Хината. — Давайте я Вас провожу до комнаты. — Не стоит, генерал, — отошел на шаг Наруто. — Вы что, меня боитесь? — Нет-нет, — замахал головой в стороны Наруто. — Идемте. Давайте только пройдем через розовый сад. — Как Вам будет угодно, — чуть удивившись, все же согласилась Хината. Они вышли через проход, объединяющий несколько домиков, и спустились с тропе, ведущей к саду. Наруто нервничал и то и дело бросал взгляды на Хинату, которая внешне казалась спокойной. А ведь это она хотела смерти его детей. Она и её отец. И Неджи. Наруто мечтал уничтожить её на том же месте, где она находилась, но одновременно он знал, что Саске не обрадуется, узнав о том, что именно Узумаки собирался делать. Ему не станет легче, как говорил Джирайя, но разве он не сделает лучше людям? И стоит ли об этом переживать, если он и так сбежал из-под наблюдения? Саске точно его не помилует. — Генерал, Вы всегда при оружии даже во дворце. Почему? — Никогда не знаешь, кто может оказаться врагом, — улыбнулась Хината. — Тут Вы правы, — согласился Наруто и, сделав вид, что оступился, вцепился в Хьюгу для равновесия. — Простите, я случайно. Всё вокруг кружится. — Ничего-ничего, господин, — Хината осторожно коснулась плеч Наруто, помогая ему вернуть устойчивость. — Да Вы дрожите! Вы слишком легко оделись для такой погоды. «Если бы ты знала, о чем я думаю, ты бы поняла, почему я дрожу». Подгадав момент, Наруто наклонился и резко выхватил кинжал из ножен, бедром отталкивая Хинату от себя. Отлично, это он сделал, что же дальше? Напасть или убежать? Защищаться? — Что Вы делаете, господин Наруто? — удивленно произнесла Хината, пока Наруто в страхе озирался, надеясь, что стража находится далеко. — Отдайте оружие. — Почему Вы так боитесь? — с дрожью в голосе ответил он. — Это слишком опасно для фаворита императора. Не делайте ошибок. — Каких именно ошибок? После которых мне присылают змею или после которых мне приходится хоронить детей? — страх сменялся гневом. — Я не понимаю о чем Вы, господин Наруто. — Я был глуп и слишком мало доверял окружающим. — Или слишком много. Хината попыталась подойти, но Наруто от этого вздрогнул, замахнулся и прыгнул на неё. Та оказалась умнее: отошла правее и со всей силы ударила по запястью Узумаки, чтобы выбить из рук свое же оружие. Только сила злости помогла Наруто удержать кинжал, но на ногах он не устоял и свалился на камни. — Давайте же, господин Наруто, соберитесь. Вам отрубят голову за нападение на генерала, — улыбнулась Хината и внезапно расставила руки в сторону, как мученица, вызвав новую вспышку злости у парня. Почти рыча, он поднялся на ноги и прыгнул на Хьюгу, сбив её с ног. От лезвия кинжала до груди оставалось всего несколько сантиметров, отделяемых руками Хинаты, которая не давала Наруто опуститься ниже. — Я тебя убью! За Аки и Кагами! За своих детей! — А хватит ли сил? — не теряя улыбку, но уже не так уверенно, произнесла Хината. — Сам посмотри: твоя рука дрожит. Давай же, надави сильнее. Ты сможешь сделать, как это делаю я, так же легко? — Господин, что Вы делаете? — произнес стражник, заметивший Наруто. Воспользовавшись моментом, Хината сбросила с себя Узумаки и попыталась сжать его руки, получив в ответ пинок по коленям. — Глупый мальчишка, — с самодовольством произнесла Хината, но замешкалась, заметив неестественную бледность Узумаки. — Что такое? — Я…я… — Наруто не знал, как совладать с собой. Отпустив из рук кинжал, тот не упал. — Надо же, попал, — удивленно заметила Хината, почувствовав боль под ребрами. Подоспевшая стража и слуги наконец принялись их растаскивать. Поднялся небывалый гул, привлекающий внимание. — Это всё он, — закричала на Узумаки Хината. — Господин потерял рассудок и напал на меня. — Потому что ты убила моих детей, — ответно крикнул Наруто и хотел бы вновь напасть, но стража уже преграждала ему дорогу. — Теперь господин всех во дворце обвиняет в своих ошибках, — самодовольно хмыкнула Хината, зажимая порез, но боясь вытаскивать лезвие из тела. — Успокойтесь, сейчас мы во всем разберемся, — произнес незнакомец. — А ты ещё кто? — с пренебрежением произнесла Хината. — Нара Шикамару, новый личный советник императора, — представился неизвестный. — Я генерал Хьюга Хината, — поклонилась девушка, — а это фаворит императора, который потерял рассудок после трагедии. Это не первое его нападение на людей дворца. — Это неправда, ты, лживая змея, — зарычал Наруто. — Успокойтесь, успокойтесь. Слуги, позовите лекаря для генерала, — нехотя скомандовал Шикамару. — Ваше Высочество, простите, я не заметил, когда Вы подошли. — Сын Шикаку, — кивнул Шисуи. — Что здесь произошло? — Ваше Высочество, — не дал ответить советнику Наруто, — Вы же знаете, что она во всем виновата. Вам же всё рассказал братец Неджи. — Какой же ты нетерпеливый, — под нос себе выдохнул Шисуи. — Схватите её, советник, и отведите её к императору. Там её уже ждет её брат. А Наруто я сам отведу в комнату, хорошо? — Хорошо, Ваше Высочество. — Что Вы делаете? Ваше Высочество! — громко возмутилась Хината. — Правосудие, — грустно заметил Шисуи. В суматохе, как только все разошлись, Шисуи всё ещё надеялся поговорить с Наруто и расспросить его о том, как он узнал обо всем, но того и след простыл. Поджав губы, омега-принц направился к Вдовствующей императрице, чтобы та была готова к новостям.

***

Бушующий адреналин в крови не давал Наруто сидеть на месте. Чуть испачканный в чужой крови, он даже не замечал бросаемых слугами на него взглядов и вновь сумел затеряться между домиками, желая спрятаться. Чувствуя небывалую горечь внутри, он уже не в силах был заплакать. Невозможно такое принять. Его не волновали больше причины этих поступков, он просто знал, что сделал всё правильно. Попытался. Но легче не стало. Быстро наступили сумерки, и звезды, проступающие на безоблачном небе, казались такими близкими. Их свет отражался в глазах, и на секунду Наруто захотелось очутиться между ними. Там, в темноте, где было спокойствие, где жили его родители, Конохамару, Югито и дети, а люди не пытались убить друг друга по бессмысленным причинам. Он сидел в том самом дворике, в котором впервые прибыл в Коноху, прячась в тени, где его никто не смог бы увидеть, не подойти без фонаря. Как сейчас он помнил, с каким страхом и восхищением он смотрел на дворец и как планировал долго не задерживаться в этом месте. А теперь позади только начинали возводить стены нового дворца, и лишь баня уцелела. Раньше Наруто думал, что его смысл жизни — не умереть среди лесов от диких зверей, работорговцев или болезней, а теперь всё это казалось таким далеким. Он считал себя прежнего таким наивным, полагая, что быстро вернется к прежней жизни. Теперь это уже неважно. Ничего не было сейчас важным, кроме света звезд на небе. И казалось, что он больше никогда не выберется из этой темной бездны. — Господин. Наруто обернулся и краешки губ чуть поднялись. — Учитель Ирука? — Я нашел его, сюда, — громко закричал Ирука кому-то позади себя, а после вернул своё внимание обратно. — Поднимайтесь, тут холодно сидеть. Только когда руки Ируки коснулись его плеч, Наруто понял, насколько сильно он замерз и как долго тут сидел. Из-за поворота появились Карин, Суйгецу и Джуго, а также несколько прочих слуг и охранников, которые прежде неустанно следили за фаворитом. — Боги, господин, как же мы напугались, когда не смогли Вас найти, — с упреком произнесла Карин. — Прости, — чувствуя вину за этот маленький побег, произнес Наруто. — Его Величество император очень разозлился, — добавил Суйгецу. — Он места себе не находит. Боится, что с Вами что-то случится. — Угу, — кивнул Джуго. — Его нужно согреть, идемте внутрь, — предупредил Ирука. Все согласно кивнули.