Исповедь

— Ж-Жан, — дрожащим голосом произнесла Хлоя, зайдя в класс и увидев меня рядом с Каримом. — в-все хорошо? Т-ты не отвечал на звонки… — Боже… Отъебись от меня уже… — в ответ я произнёс фразу, за которую я из настоящего неслабо набил бы морду мне из прошлого. Жаль, что это невозможно. — Ч-что?... — сказала Хлоя, пока слёзы ручьём текли из её глаз.       За этим последовал мой смешок и настоящий ад для Хлои. — Чего не понятно, сука? — ещё с большей злостью я ответил.       Она уже не была способна говорить что-либо и просто плакала. — Отведи её в туалет. — с устрашающей улыбкой произнёс я, обращаясь к Кариму.       Они так и сделали. Мне же нужно было сходить в табачку за новой пачкой сигарет, после чего я присоединился к ним. — О-он не м-мог ска… — слышался плачущий женский голос, пока я заходил в туалет — Ж-Жан, — увидела меня, зажигающего сигарету, и, не договорив до конца, обратилась ко мне — о-они з-заставляли меня разде… — И какого хуя ты не сделала это? — не позволяя полностью произнести фразу, опередил её. — Ч-что?.. — слёзы, теперь в ещё большем количестве, продолжали идти из её глаз, стекая по щекам и падая на почти такую же холодную, как и я в тот момент, плитку. — Ты не понимаешь, да? Хорошо, я объясню, только будь добра хорошенько это запомнить и вбить в свою тупую голову. — выдохнув дымом Хлое в лицо, я продолжал — Ты будешь делать всё, что я захочу или захотят мои друзья. И лучше бы тебе делать это с первого раза. Поверь, тебе не понравится, если кто-нибудь из нас разозлится. — понимая, что я имею ввиду, она начала раздеваться. — А знаешь, лучше вместо устных угроз я просто покажу тебе. — дождавшись, пока она полностью разденется, я сказал это и дал ей пощёчину такой силы, что она не смогла выстоять на ногах и упала. — Вставай, сучка, я ещё не договорил.       И Хлоя действительно нашла в себе силы встать передо мной. — Последняя вещь: можешь не идти в полицию, — наклонился к её уху и продолжил — ты даже матери оказалась не нужна, неужели думаешь, что полицейских это волнует? — Н-нет… — ответила она мне голосом, с которым обычно умирают, полным отчаяния. — Правильный ответ. — практически докурив сигарету, я приложил её к плечу Хлои, оставляя ожог. — Ай — провопила от боли, но тут же прекратила, видя по моему выражению лица, что именно этого я и хотел. — Скажешь кому-либо о чём-либо из того, что мы будем делать с тобой, и все видео будут разосланы каждому твоему знакомому, ты же помнишь их, да? — Д-да… — Замечательно. Пошли отсюда. — сказал я Кариму, после чего мы отправились на урок, идущий уже 15 минут.       Так началась неделя ада для Хлои. Знаю, как это прозвучит, но первый день мы считали "разминкой" для неё, и, по сравнению с тем, что её ждало в следующие 6 дней, это действительно можно назвать так назвать. В тот же день мы распределили остаток недели и время нашей жертвы — каждому, кроме Луизы, получившей долю Карима, досталось по одному дню в следующем порядке: мне — вторник, Антуану — среда, Габриэлю — четверг, Клоду — пятница, и оставшиеся два дня Луизе. Естественно, мы не желали останавливаться на одной неделе, и это должно было продолжаться куда больше времени. Мы могли делать с ней все, что захотим, кроме тех вещей, которые оставляют явный след на теле.       Во вторник Хлоя встретила меня около школы в надеждах упросить остановить происходящее. В ответ я лишь провёл её до всё той же кабинки. — П-пожалуйста… Н-не д-давай м-меня им… — снова начав плакать, просила она. — Как же ты заебала… Делай что говорят, сука! — ответил я, уже замахиваясь рукой, хоть и понимая, что бить её не стоит. — П-прости… — хныкая, произнесла она. — Заткнись и раздевайся. — коротко отвечал, доставая из рюкзака непрозрачный пакет и картонку, на которой сразу же принялся писать. — Одевай пакет на голову. — сказал я ей, дождавшись, пока она разденется.       Я силой вытолкал её в коридор, сказав, куда именно ей идти. Опираясь на стены, не без труда, но у неё получилось дойти до правильного места, держа в руках кусок картона, на котором было написано следующее: «Минет(через дырку) — 1€ Секс — 1,5€ Анал — 2€ Любой ваш фетиш — 2€ После третьего урока, в кабинке для утех»       В конце речь шла о двух кабинках, давно не использующихся по назначению, в женском туалете на третьем этаже, связанных круговым отверстием. Не переставая плакать под смех десятиклассников, учившихся в этой рекреации, она простояла так всё время, остававшеяся до звонка и следующую перемену. Я же втиснулся в толпу и стал наблюдать за её мучениями.       Как только настало время, я отвёл Хлою к её месту работы. — Садись сюда, сука, — кинув её на сломанную, и уже отсутствующую в некоторых местах, плитку, продолжал — теперь запоминай, мразь. Ты делаешь всё, за что тебе заплатят, кроме одного — ты ни за что не снимаешь со своего ебала этот пакет. Снимешь его — можешь просто перерезать себе вены, не возвращаясь ко мне. Всё понятно?! — Д-да… — Тогда слушай дальше — к себе впускаешь клиента только если без этого выполнение заказа невозможно. Заниматься этим будешь ближайшие 6 часов и расскажешь мне всё о каждом пришедшем. — Д-да… — Развлекайся. — смеявшись, я ответил и оставил её на те самые 6 часов. *** — Открывай. — произнёс я, вернувшись, когда на улице уже успело потемнеть. — Ж-Жан, п-пожалуйста, п-прекрати э-это… — шёпотом, ввиду отсутствия сил, Хлоя ответила мне. — Дай мне подумать… Нет, мы только начали. — сказал я, рассматривая тело, лежащее передо мной в луже смешавшейся мочи и спермы с плавающими, уже растворяющимися, внутри кусками дерьма.       По-злому улыбнувшись, я спросил: — Сколько заработала? — 272 с половиной евро. — протягивая мне пенал, набитый деньгами. — Оставь себе. Ты же работала. — посмеиваясь, ответил ей. — Рассказывай теперь. Кто был первым? — Н-не з-знаю. Я н-не в-видела его л-лица. — Что он заказал? — М-минет. Д-два… — Скучно. Говори про следующего. — В-вагинальный… — Всё? — Д-да… — Печально. Переходи сразу к интересным заказам. — Х-Хорошо… Т-тринадцатый… О-он х-хотел, ч-чтобы я с-сделала ему… — в этот момент она затряслась и слёзы новой волной потекли по щекам. — Господи, говори ты уже. — А-анилингус…       В ответ я лишь смеялся, заговорив только минутой спустя: — Дальше, сука. — Д-двадцать в-второй. З-захотел… — тут она замолчала, глазами показывая мне лужу мочи — п-потом он п-позвал с-своих д-друзей… П-пятерых… О-они с-сделали то же с-самое… И о-один из н-них… — она снова замолчала, взглянув на остатки дерьма вокруг себя. — Ещё что-то? — максимально злорадствующим тоном отвечал ей. — Сколько людей всего было? — П-простите… Я не м-могла с-считать п-после с-семидесяти… — Прекрасно. — Ж-Жан, р-разреши м-мне о-обнять т-тебя… — несколькими мгновениями спустя произнесла Хлоя, взглянув на меня красными от слёз глазами. — К-конечно р-разрешу, — взбесившись этой просьбою, начал пародировать её заикание, — если сожрёшь всё, что получила сегодня.       Она молча кивнула и принялась есть, начав с купюр. Понадобилось ей на это примерно десять минут. — Ж-Жан, я з-закончила… — сдерживая желание проблеваться, сказала она. — Какая же ты жалкая шлюха. Ты противна мне.       Я лишь произнёс это и ушёл, наслаждаясь истеричными криками в спину.       Следующие дни со среды по пятницу пропустим и сразу перейду к двум дням Луизы из-за скудной фантазии всех, кроме меня с ней. Вообще, я рад этому и правда надеюсь, что Хлоя смогла "отдохнуть" хотя бы немного перед тем пиздецом, подготовленным для неё впереди.       Всё, описанное мной далее — со слов Луизы, и само происходящее я не видел. Однако можете не сомневаться в правдивости её слов, не смотря на то, что в них содержится.       Встретились они в субботу днём и отправились на уже подготовленное Луизой место. Этим местом было заброшенное здание в нескольких сотнях метров от города, там, где никто не должен был потревожить их.       Луиза приказала Хлое раздеться и встать к железному столбу цилиндрической формы, выделявшемуся на фоне остальной комнаты отсутствием ржавчины и других признаков старины. Естественно, она сопротивлялась, но была вынуждена сделать приказанное, сразу после чего её руки оказались в наручниках за столбом. Как вы думаете, что сделала Луиза после этого? Готов спорить на свои последние деньги, что не один из вас не догадался. В любом случае, они мне больше не нужны.       Так что же она сделала? Ушла из комнаты и, уже через минуту, вернулась со старым металлическим столом на колёсиках и таким же стулом. На столе уже стояли несколько тюбиков, расчёска с кисточкой и небольшое зеркало.       Всё ещё нет вариантов? Впрочем, не удивительно — просто расскажу, зачем ей понадобилось все это — Луиза захотела перекрасить волосы обратно в синий из красного. Зачем и почему именно в этот момент? Я не знаю.       Знаю лишь то, что Луиза, предварительно сделав осветление, покрасила волосы и, я в этом уверен, насладилась негодованием привязанной к столбу одноклассницы. Закончив с покраской волос, она сначала подошла к крану в углу комнаты смыть краску, а затем и к Хлое и страстно поцеловала её в губы. — Понравилось? — накручивая на пальце свежепокрашенные волосы, спросила Луиза. — Н-нет… — робко отвечала скованная. — Неужели он делал лучше? Может быть тогда я попробую здесь? — произнесла она с наигранной грустью в голосе, проводя указательным пальцем вниз от её губ по шее к груди. — Н-нет… — А? – дойдя до соска и тыкая своим длинным чёрным ногтем ареолу вокруг него, переспросила. — Повторишь? — Н-нет… Н-не н-нравится… — Ну ладно. — сказала, резко отойдя от Хлои к столу, около которого лежала её сумка, — Попробую ещё раз позже. — достав из сумки клейкую ленту, вернулась к привязанной и заклеила той рот под её крики, — Не скучай, сладкая. — развернулась и, уйдя, оставила Хлою одну вплоть до самой ночи.       Вернулась она уже ближе к полуночи с лопатой и ключами в руках. — О, не спишь ещё? Прелестно. — снимая наручники с жертвы, произнесла. — Всё?.. — с лёгким оттенком надежды в голосе спрашивала. — А ты смешная — мы ещё не начинали. — посмеиваясь, ответила Луиза. — Оденься потеплее, если не хочешь обморожения, и выходи. — договорил и, забрав с собой лопату, вышла на улицу.       Хлоя последовала за ней парой минут спустя. Около выхода из здания стоял продолговатый деревянный ящик длиной в метра два, шириной и высотой — немногим больше пятидесяти сантиметров. — Копай. — полным злорадства голосом сказала синеволосая, протягивая лопату.       Со слезами на глазах от понимания того, что произойдёт, Хлоя взяла лопату и выкопала себе могилу глубиной в полтора метра. Выкопав яму, она столкнула ящик и, стараясь сопротивляться, была вынуждена лечь в самодельное подобие гроба, слыша звуки падающей крышки и сыпящегося набора земли с песком.       Страшно представлять, что было бы, будь она клаустрофобом. К счастью, боязни замкнутых пространств у неё не имелось, что, конечно, не делает ситуацию сильно лучше, но всё же.       Хочется верить, что у Хлои получилось заснуть в такой ситуации, хоть это и маловероятно. Не знаю, смогла ли она, да и спросить не было возможности в принципе. Но знаю, что примерно через час после закапывания она перестала кричать и подавать какие-либо звуки, кроме дыхания.       Откопали Хлою на следующий день, в районе одиннадцати часов дня. Естественно, это была Луиза, жаждущая использовать свой второй день. — О! Уже не спишь? — открывая крышку гроба, произнесла с наигранным удивлением. — Хочешь выйти? — Д-да… — закрывая глаза от резкого света, ответила Хлоя. — Так и знала. — быстро проговорила, сразу после чего сразу поцеловала свою, как она называла Хлою во время пересказа событий мне, "игрушку".       Поцелуй оказался долгим настолько, что Луиза успела за это время буквально выползти из брюк с сапогами, оставшись ниже пояса в одних трусах. В этот момент поцелуй закончился и она пересела так, чтобы её сиреневые кружевные трусы были на расстоянии языка от губ "игрушки". — Сделаешь мне приятно — и я позволю тебе встать. — облизывая губы, произнесла Луиза. — Н-не… — Хлоя хотела было возразить, но не сумела. — Лучше не спорь — у тебя нет выбора. — перебила синеволосая демоница, полностью сев на рот и нос девушки, не давая ей дышать. Увидев попытку согласительно кивнуть, она вернулась в начальное положение, наслаждаясь движениями мелкого языка под собой.       Лёгкие, но протяжные постанывания вырывались из горла Луизы, когда она решила избавиться от последней вещи, препятствующей прямому контакту её влагалища с языком тела под ней, отодвинув трусы в сторону. Сразу после этого стоны стали ещё сильнее, говоря о приближающемся окончании.       Скоро последовал последний, самый длинный, следовавший прямиком из глотки, стон, сразу после которого в нос, глаза и рот Хлои ударила струя жидкости кислотно-жёлтого цвета. — Оу, — заговорила Луиза саркастичным тоном, пытаясь подняться, не смотря на дрожащие колени — прости, сладкая, я не контролирую это, когда кончаю. — полностью встав, провела ногтем по щеке Хлои, вытирая слёзы, и ушла обратно в здание.       Хочется сказать, что на этом всё закончилось, но нет — день только начинался и все худшее было только впереди. Хлоя уже была вновь привязана к столбу, когда Луиза, уходившая из комнаты поговорить, наконец-то вернулась. — Бедняжка, хочешь есть, да? — продолжала она издеваться, доедая свой двойной говяжий бургер. Ну, конечно же, ты хочешь, — подойдя к своей собеседнице, начала водить ногтями по её животу, — не переживай, сладкая, скоро у тебя будет шанс поесть. — договорив, она в очередной раз поцеловала привязанную. — П-перестань… — даже из последних силах, она все равно спорила до конца. — Знаешь, я очень завидую Жану, — опустила руку вниз, между ног Хлои. — ты так сильно заводишь меня… — вернув к себе руку, облизнула пальцы. — Я не могу… Я хочу попробовать тебя — вздыхая, почти стоная, она на коленях села на пол прямо под влагалищем своей заложницы.       Истекая слюнками и слизывая их, она принялась исполнять задуманное. Крикам Хлои не было предела — вы, наверное, подумали, что Луиза будет лизать? Ну, так подумал бы любой адекватный человек, кем она определённо не является. Так что же она делала? Кусала со всей силы. Мне кажется, что будь у неё возможность, она начала бы зубами отрывать куски мяса от девушки и есть его. Повезло, что она смогла сдержать себя в руках.       Ещё несколько часов мучений и Луиза отпустила свою заложницу.       К моему разочарованию, в понедельник она в школу не пришла. И во вторник. И в среду. Тогда её, уже начавшее активное гниение, тело наконец-то было найдено в петле на одном из деревьев в чаще, находящейся в нескольких десятках километров он нашего городка. Я же узнал об её смерти лишь в субботу, когда мне пришлось отвечать на вопросы следователей. Был ли я подозреваемым? Официально — нет, свидетель. Неофициально — я почти уверен в том, что мою ложь понимали. Уж слишком "на соплях" она держалась, и при желании её легко можно было разбить. Но в полиции были слишком ленивые люди для этого. Ведь зачем пытаться разобраться в случившемся и найти виноватых, когда можно всё скинуть на "самоубийство в результате шоковой реакции на расставание с парнем".       Было тяжело описывать не саму её смерть — я успел за столько лет привыкнуть к чувству боли в сердце, тяжело было описывать происходившее с ней в тот день, да и неделю в принципе. Попади я сейчас в то время, все закончилось, и шло бы, по-другому. Жалко конечно, что я не главный герой какого-нибудь фильма, получивший по воле сценариста шанс вернуться в прошлое и всё поменять. Одно время я даже сидел по вечерам за столом, надеясь, что в этот раз произойдёт что-то, благодаря чему я верну её. Но нет — прошлое нельзя изменить. Можно только будущее.