Мальчик в конуре

Хатаке изменился после поездки, а если точнее, то стал совсем плох. Отчего-то Ируку это ранило. Наверное, потому что Умино надеялся разделить с ним свою радость за маломальский успех, но Какаши больше не выглядел как человек заинтересованный в нём или вообще в чём-либо. Ирука всё думал о том, что послужило такой реакции, и пришёл к выводу, что ему на самом деле нечему радоваться. Он чуть не упал в обморок, вспомнив одно только имя, вряд ли ему хватит сил вспомнить что-то ещё, сознание слишком сильно не хотело подпускать к спрятанной части его памяти. Да и вспомнил он хоть что-то не самостоятельно, а из-за помощи Какаши, пускай тот и не хотел этого делать. Стоит ли вообще продолжать в таком случае? Наверное, если бы не реакция Какаши, Ирука бы так не колебался и продолжил копать дальше, в поиске правды. Все горсти восстановленной памяти уже успели сильно озадачить, но, очевидно, он вспомнил лишь песчинку из своего прошлого. Что будет, если он вспомнит всё? А может он и вовсе сошёл тогда с ума? Или даже… сам попросил стереть память. Эта мысль заставляла его сомневаться ещё сильнее. Так называемый Хайро, судя по воспоминаниям, а точнее, чувству, которое он вспомнил, значил для него многое. Сейчас даже сталкерские замашки Какаши, которые так пугали и отталкивали в самом начале, стёрлись. На данный момент в их отношениях Ируку напрягал только поселившийся внутри него стыд, за то, что он не может вспомнить человека, который явно им дорожит и которым он когда-то дорожил сам. Начиная с этого дня Ирука решил держаться рядом: ходить вместе на обеды, готов был первым начать разговор и вытаскивать даже самый умирающий диалог, но, увы, в этот день он не мог нигде его найти. В обеденный перерыв, после безуспешных поисков Какаши, Ирука из спонтанного диалога с медсестрой узнал, что сегодня утром Какаши упал на пол прямо посреди первого урока. Задел ногу о чью-то сумку, пока шёл по кабинету, и распластался по полу, не в силах подняться. По крайней мере, он так сказал, но медсестра предполагала, что сумка тут вовсе не причём. Там же Наруто выпросил у Ируки парочку булочек. Оказалось, что несколько учеников даже поставили на то, что их историк умер, и теперь Узумаки должен Шикамару денег, ну, или три булочки с нато. Ирука задумчиво уставился на мальчишку, с булочками в руках. Как только Наруто спросил всё ли с ним в порядке, Умино неуверенно кивнул и сразу же побежал в учительскую узнавать адрес Какаши Хатаке. Весь остальной день Ирука думал только о нём и в каком тот сейчас состоянии. Есть ли у него еда и лекарства. И что самое главное: будет ли он рад его видеть. После работы Ирука зашёл в аптеку за всякими жаропонижающими, купил по привычке аскорбинок с прилавка; они как минимум нравились Наруто. Купил ещё растворимой каши в магазине, потому что именно ей он откармливал болеющего Узумаки. Да, все как-то сводилось к Наруто, в основном потому, что Мизуки на момент их отношений не позволял о себе заботиться, он боялся заболеть или заразить кого-то, поэтому ели и спали они в тот период отдельно. Дом Какаши находился недалеко от микрорайона, где жил Ирука. Квартира на последнем этаже. Лифта в доме не было, такая же старая постройка, как и у него самого. На каждой следующей ступени он начинал волноваться всё сильнее. Ирука остановился у нужной двери, набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы унять волнение, и наконец постучался. Дверь открыли на удивление быстро. На пороге стоял неизвестный коротко стриженный мужчина, одетый во всё чёрное. — О, Ирука! Умино сощурился, всматриваясь в лицо. — Эм, я прошу прощения, но… — Он потерял память, – тихо раздалось из глубины квартиры. Незнакомец удивился на мгновение, внимательно рассматривая Ируку, и вскоре вернулся к обычному выражению. — Вот оно как. Раньше сказать не мог?! - слегка укоризненно крикнул незнакомец. — Ты не спрашивал, - тихо послышалось в ответ. Мужчина закатил глаза, наконец впуская Ируку в квартиру: — Ямато. – Он поклонился. - Приятно познакомиться. Визитки, к сожалению, у меня нет. Я кохай Какаши. Это наша с Вами третья встреча. А, кстати, моя куртка… хотя, не важно. — Куртка у меня, – скомкано ответил Какаши, на что Ямато недовольно откашлялся. Ирука закусил губы, ощутив себя здесь лишним. — Имеет ли смысл мне... впрочем, лишним не будет. Умино Ирука. Его коллега по работе. — Вы можете не стесняться, – двусмысленно усмехнулся Ямато. — Чего? – Ирука нахмурился. — Ямато, мы просто коллеги. — Вот как. - Он сочувственно повернулся внутрь квартиры, где лежал Какаши, почёсывая затылок. - Неловко. Что ж… — Если скажешь вслух, о чём ты только что подумал - я тебя убью на месте. Ямато засмеялся. — В любом случае я лучше пойду. Он забрал что-то из коридора и, прежде чем закрыть дверь, крикнул: — Звони, если умрёшь. — А как иначе, – кашлянул издалека Хатаке, на что Ямато тихонько усмехнулся себе под нос. Дверь захлопнулась, и Ирука уже не чувствовал себя так уверенно; он не ожидал, что у Какаши есть друзья, наверное потому что у него самого их не было, если не считать своего бывшего ученика. Квартира Какаши была полупустой, словно это обычная белоснежная коробка. Умино снял обувь и встал у двери как вкопанный, боялся зайти внутрь. Он сильнее сжимал ручку целлофанового пакета и мялся на месте, пока голос из спальни не позвал его по имени. Спальня слишком сильное название для этой комнатки. Односпальный футон и пёстрые книжки на полу у стены рядом с рамкой, опущенной стеклом вниз. Больше ничего не было. Ирука встал в дверном проёме, неуверенно улыбаясь. — Почему Вы пришли? - Какаши смотрел на него снизу вверх, пряча лицо под одеялом. — А... да так. Просто. Мне показалось, что… что мы же не чужие друг другу люди, да? И-и я не знал, что о Вас есть кому позаботиться. – Умино растерялся ещё больше. – То есть… я про то, что… ох, конечно, о Вас есть кому позаботиться я просто мало что о Вас знаю. И пришёл, чтобы… ну… Ирука смутился и замолчал, уставившись в пол. — Чтобы что? — Узнать. Как-то не правильно, что Вы обо мне знаете всё, а я о Вас ничего. Так дружба не начинается. Ирука засмеялся. — Дружба... - Какаши тихо повторил за ним, опуская взгляд. Следом шёл тяжёлый смешок. - Сядьте. Какаши оттянул своё одеяло на пол, чтобы колени Ируки опирались на что-то мягкое. После такого жеста Умино положил пакет у стенки рядом с кроватью и плавно сел на пол, кладя руки на колени. — Простите, но, - Какаши пристально уставился на Ируку, видел, как тот отвёл взгляд, услышав начало предложения, - друзьями я быть с Вами не могу. Не хочу. – Ох, простите. Я видимо неправильно понял. Мне показалось, что раньше мы… — Встречались, – сказал Какаши, с болью в голосе. - Раньше мы были любовниками, Ирука. Умино замер в лёгком удивлении. Он утратил всё смущение после отказа, и сейчас его лицо плавно сменилось от удивления к нервному смешку. — Что, так тяжело в это поверить? - уязвлённо спросил Какаши. — Да. Я думал, что хоть капля целомудрия во мне осталась, но после Мизуки, после смерти Третьего я просто… – Ирука усмехнулся, прикрывая глаза рукой. - Да и Вы о чём думали? Агентам запрещено… Ирука замолчал, посмотрев Какаши в глаза. Верно, теперь он учитель истории средней школы. — В любом случае этого не должно было случиться. Я надеялся, что это была просто крепкая дружба, а не… не это. Ирука глубоко вздохнул, успокаивая себя. Какаши молча смотрел на него, не зная, что ответить. Он догадывался, что такая реакция могла произойти, но надеялся совсем на другое. — Самая слабая моя теория оказалась верной… может, и Хокаге я убил? Уже и не знаю. Он вновь засмеялся. Какаши почувствовал резкую ноющую боль и наконец заговорил: — Если Вас это успокоит, то я сам подобного не планировал. Я никогда не строил романтические связи на работе. – Какаши поднялся на кровати, открывая тем самым своё лицо, и робко положил свою руку поверх ладони Умино. - Я сам очень долго считал это бредом, что мы оба достигли морального предела и вконец сошли с ума, что, вероятно, и произошло. Но, если бы Вы знали. Если бы только... Ирука, правда, всё было так правильно, так… привычно… Какаши при всём желании не мог заткнуться. Все те моменты, которые грели ему душу столько ночей, всплыли разом, и ему становилось невыносимо от осознания, что на этом всём можно ставить крест. Ирука молча смотрел на него, позволяя Какаши хвататься за него сильнее. — Я скучаю... Я так соскучился. Его голос становился всё тише и тише. Он тяжело дышал, делая паузы между словами, чтобы успокоить дрожь в голосе. — Мне мало просто... быть рядом. Я так устал делать вид, что это не так. Я люблю Вас. – Какаши опустил голову, не в силах больше смотреть на Ируку. – Правда. Слёзы тихонько падали на белую простынь. Какаши боялся показать своё лицо. Под гнётом тишины плечи Какаши опустились, а рука ослабла, отпуская его тёплую ладонь. Он прикрыл заболевшие от слёз глаза, принимая своё поражение. Но когда Какаши услышал рядом с собой всхлип, он ожил и поднял голову. Ирука как можно тише захлёбывался в слезах. Увидев мокрое изнурённое лицо Какаши, он не смог сдержать громкого стона, за которым полилось ещё больше слёз. — П-простите. Простите… Он говорил невнятно, а голос срывался вверх. Становился таким высоким и отчаянным, что трудно было не поверить в его искренность. Ирука закрыл лицо руками, стыдясь того, как он дрожит перед ним, не в силах это остановить. Какаши улыбнулся, шмыгнув носом, и тихо позвал его по имени. Умино приоткрыл лицо, вопросительно смотря на Какаши, то и дело вытирая протекший нос внешней стороной ладони. Большим пальцем Хатаке смахнул влагу с уголков его глаз, но это было так же бесполезно, как и вычерпывать воду из моря. Его рука мягко гладила Ируку по голове, но это делало только хуже, Умино словно задыхался, не в силах найти успокоение. — Вы ни в чём не виноваты. Уж точно не в убийстве Третьего, и не в предательстве родины и не в том, что я сдался. Ирука обнял его. Руки обхватывали зажатые плечи Хатаке, и они оба испытали радость от этого ощущения близости. Какаши поначалу боялся ответить на этот жест взаимностью, ожидая, что вызовет этим головную боль, но, не в силах сдержаться, крепко обнял его в ответ. — Хорошо. Давайте будем друзьями, – мягко сказал Какаши.

Шесть месяцев назад

В очередной раз бегая по городу с доставкой сомнительных пакетов Ирука заметил за собой слежку. Чувство преследования возникало пару раз ещё в самом начале работы, когда страх охватывал Ируку намного сильнее обычного и он то и дело за каждым углом боялся увидеть АНБУ, но это чувство не возвращалось уже давно. Но сейчас слежка и правда была. Ирука заметил преследователя по одной мелочи; еле слышимый щелчок фотоаппарата, который Ирука дважды услышал за весь рабочий день. Он бы не обратил внимания, даже не понял бы, что это за звук, но последние месяцы с агентом АНБУ под одной крышей научили его обращать внимание на всё, что происходит вокруг. Преследователь упорно шёл следом, куда бы Ирука не пошёл, разве что не заходил на совсем уж безлюдные улочки. Когда смена закончилась, уже стемнело. Умино почти не глядя набрал смс на своей кнопочной раскладушке: «Опоздаю. За мной хвост». Шёл одинокими улицами, не торопился, и как бы хорошо человек не прятался, а Ирука всё равно подмечал чужое присутствие с помощью тени этого преследователя и еле слышимых шагов, которые проявлялись, когда Ирука резко менял свой темп ходьбы. В один момент Умино резко развернулся и побежал в обратном направлении, пересекаясь с тем самым преследователем. Тот не ожидал подобного действия, поэтому ненадолго опешил, но вскоре погнался за ним следом. За эти пару месяцев Ирука успел хорошо изучить город; успешно петлял в самых оживлённых местах вроде рынка или барной улицы, и срезал наворачиваемые им круги через знакомые сквозные дворы, пока на тихой улочке наконец не заметил, что уже давно оторвался. Ирука спешил домой, готовый паковать вещи. В окне их квартиры горел свет. Умино забежал наверх, с самого порога сквозь одышку крикнув, что их нашли. Но замер, зайдя внутрь квартиры, увидев, как Какаши мирно сидит за одним столиком с его недавним преследователем. Коротко стриженый брюнет с ужасающе пустыми глазами улыбнулся при виде Ируки, кротко махнув рукой. — А Вы быстрый. Я отстал через пять минут. — Вы друг или… - холодно спросил Ирука, все ещё восстанавливая сбитое дыхание. — Я - Тензо. Пока что друг, но потом могу стать Вам врагом. Не стойте в дверях, присаживайтесь. — Чай? - спросил Хайро, очевидно пытаясь таким образом успокоить Ируку, который представил множество ужасных возможных исходов сегодняшнего вечера, кроме, пожалуй, этого. — А у нас остался с чабрецом? - снимая обувь, спросил Ирука. — Да. Садись, я заварю. Какаши охотно встал из-за стола, проходя мимо Ируки на кухню, слегка провёл пальцами по его предплечью. Умино же сел на свободное место, ещё пару секунд провожая Хатаке взглядом, пока тот не завернул на кухню. Тензо многословно вздохнул, допивая остывший чай из кружки. Чашка Какаши стояла на столе нетронутой. — Ну и что же Вы тут делаете? — Мы же с Пугалом - коллеги. — Значит Вы, как АНБУ, пришли по нашу душу? — И да и нет. Вот ведь какая ситуация, я ни в жизнь не поверю, что кто-то из вас причастен к убийству Третьего. Однако приказ есть приказ. — Мёд добавить? — Ничего себе, конечно, зачем спрашиваешь! Где ты его вообще нашёл… - крикнул в ответ Ирука, усмехаясь, но улыбка его исчезла моментально, как только услышал тяжёлый вздох напротив. - Так и почему мы сейчас мило беседуем? Тензо немного удивлённо бросил взгляд в кухонное окошко, откуда выглядывал Какакши. — Хокаге нового нет, – продолжал тот, - сейчас в городе неразбериха, поэтому поиски убийц в вашем лице так непродуктивны. К тому же проводят ещё и внутреннее расследование. Неполадки охранной системы ворот невозможно было оставить незамеченными. Так что, если бы не это, вы так просто на одном месте не сидели бы. Ещё я нашёл кое-что интересное. Частички облезшей кожи в кабинете Третьего. Есть идеи? — Руки того мужчины, Орочимару? Они шелушились и всё такое… — Да. - Какаши вернулся с огромной супницей в руках, в которой был налит чай с мёдом. — Это ещё что такое? – Тензо удивлённо смотрел на супницу. — Чайная Чашка для Чая, - невозмутимо сказал Какаши и поставил её перед Ирукой, и тот тут же обхватил её руками. — И никак иначе, – усмехнулся Умино, благодарно улыбаясь своему агенту. — Я… не буду спрашивать. — То есть если мы достанем ДНК Орочимару, то можно как минимум доказать, что он был в том кабинете, и расширить круг подозреваемых? — Если точнее, то образцы облезшей кожи именно с его рук. Обеих. — Проще сразу ему руки отрубить. — Снова? – хмыкнул Тензо. Хатаке тоже усмехнулся. Ирука непонимающе отхлебнул чая, боясь даже спрашивать о чём они. — В общем это всё, что нужно. Образцы. — Получается так, – заключил Тензо. Какаши всё равно выглядел не особо радостным, эта новость его задачу намного проще не сделала. — Но не скажу, что времени много. Как только спросят - я покажу сделанные мною фотографии, и одного из вас... - Тензо посмотрел на Ируку, - мне схватить придётся в обязательном порядке. — Это работа. – Какаши повёл плечами. - Что ж, ты и так нам очень помог. Тензо хотел было встать, но Ирука неожиданно громко поставил свою супницу для чая на стол. — Вы говорили про внутреннее расследование… Кабуто видел нас. Мы с ним говорили до того, как он должен был что-то передать Третьему. Недолго. Что-то про неработающие оповещения на воротах… но может он сможет выступить как свидетель? — Кабуто говорите… - Ямато задумался, тихо добавляя. – Это кто вообще? — Да не может быть, что Вы его не видели. Мальчишка в штабе. Он после средней школы пошёл работать. В очках ходит. Светленький такой, ему за двадцать где-то. — Посмотри в экзаменационных записях, - задумчиво вставил Какаши. - Я видел его на экзамене на повышение звания. Раз пять точно. — Пять раз… Ладно, посмотрим. Тензо встал с места, жестом прося проводить его до двери. Какаши беспрекословно пошёл за ним следом. Они вышли за порог, пожали руки, и агент, не прекратив рукопожатия, дёрнул руку на себя и тихонько добавил: — Не дури, это на тебя не похоже. — Ты прав, совсем не похоже. — Агенты не могут… — Я не говорил, что продолжу службу после такой подставы. Тензо разочарованно покачал головой, отпуская его руку. — В любом случае просто не делай глупостей, семпай. Если что-то случится, не хочу говорить: «Я же говорил». — Хочешь. Тензо хмыкнул и наконец ушёл. Как только дверь закрылась, Ирука громко выдохнул с облегчением. — Испугались? – с улыбкой спросил Какаши, возвращаясь к нему. — Конечно! Я так боялся, что он не один. Или что сначала найдут Вас и дома будет засада… — Ирука, я агент. Это Вы - тот, за кого нужно переживать. — И что?! Это не отменяет того, что я за Вас волнуюсь! - Ирука немного смутился и сделал большой глоток чая, прежде чем перевести тему. - Но нам, кажется, в этот раз наконец повезло. — Верно. Какаши сел рядом, не на своё место, а именно что рядом, соприкасаясь с плечом Ируки. Они сидели в многословном молчании, смотря на стол. Умино держал в руках свою чашку, рдея от мысли, что Какаши сидит слишком близко и может услышать, как в такие моменты сердце Ируки не может найти покоя. — Ирука. Можете закрыть глаза? — Зачем? — Я сниму маску. — Тогда я лучше отвернусь. — Нет, просто закройте глаза. Ирука посмотрел на него с недоумением, но тут же отвернулся с глупой улыбкой на лице. Он закрыл глаза, и чем больше проходило времени, тем краснее наливались щёки. Какаши же смотрел на него, боясь коснуться его губ. И только начинающая появляться неловкость быстро вернула ему весь запал, позволяя побороть смущение. Какаши положил руку на его шею, аккуратно касаясь дрогнувших губ Ируки своими. Умино распахнул глаза. Он смотрел на его прикрытые, смущённо избегающие долгой встречи глаза, и, недолго думая, схватился руками за его лицо, углубляя поцелуй. Ирука с трудом сдерживал вспыхнувшее в нем желание, которое так давно подавлял в себе. Какаши отвечал на поцелуи Ируки, постепенно набираясь от него уверенности, но в какой-то момент ему стало не хватать воздуха, и агент мягко отстранился, пытаясь отдышаться. Только тогда он заметил, в какой странной позе они застыли; Ирука сгибался над ним, держал его одной рукой за спину, другой упирался в пол, не позволяя ему упасть. — Мне казалось, что Вы ясно дали мне понять… - неуверенно сказал Ирука, чувствуя на своей коже горячее сбивчивое дыхание Хатаке. — Сейчас это не имеет значения. Вы мне нравитесь. — Насколько? - Ирука, улыбаясь, поцеловал его в шею, ближе к уху, от чего Какаши вздрогнул. — Мне без Вас плохо, - слишком серьёзно ответил Какаши. Умино замер в удивлении. Глаза Хатаке были необычно честными и отчего-то грустными, от этих слов и взгляда по спине Ируки пробежали мурашки, и он инстинктивно прикрыл раскрасневшееся в мгновение лицо рукой. — Я не... - Ирука, не сдержав порыва, снова поцеловал его и рассмеялся, притянув к себе. Он придерживал его одной рукой за поясницу, а вторую устроил меж лопаток. Ирука носом уткнулся в шею, прячась там, что бы агент не видел его глупого смущённого лица. — Я хотел уточнить, согласны ли Вы со мной заняться любовью прямо сейчас, но, кажется, момент безвозвратно упущен. — Эм, ну... - Какаши и сам смутился, что заставило Ируку испугаться, что он что-то не так понял. - Я… у меня всё впервые. Ирука обнял его сильнее, усмехаясь.