Дерзость тут неуместна

Эксперимент №4 Анализ крови показал содержание видоизмененных кровяных клеток и пластин. Сравнивая результаты с предыдущими воинами, процесс регенерации у Элфорд на уровне обычного человеческого организма. Это объясняет долгое заживление пулевого ранения в области груди. Других отличительный особенностей тела не выявлено. Эксперимент №9 Новая попытка обращения в титана закончилась неудачей. Психофизиология не дала результатов, тест на устойчивость сознания пройден с успехом в 73,2%. Мы предполагаем, что Элфорд не имеет в действительности способности к трансформации. Перед тем, как выйти на новый уровень исследования, стоит обождать хотя бы неделю, чтобы полученные раны на руках успели зажить.

      Будни протекали в соответствии с расписанием врачей. Неделя на конечную реабилитацию от ранения, а после начались опыты. После начала исследований, отношение изменилось к более трепетному и осторожному, вместе с тем и возросло внимание к моей личности, что вовсе не радовало. Следили все и повсюду. Постоянное сопровождение, пристальный взгляд и заложенная за спину рука — это все огорчало и заставляло также не терять бдительности. Единственное имеющиеся оружие — собственное тело, которое стало чувствовать себя лучше, позволяя вернуться к тренировкам. Так протекал день за днем: тренировка, опыты, потом снова тренировка и небольшой перерыв на обед. Я виделась каждый день с Кольтом, больше не пыталась с ним заговорить. Я вообще ни с кем не общалась, только иногда отвечая на необходимые вопросы врачей.       С тех пор, как я увидела Жана минул наверное месяц. Я не выводила на стене черточки, которые после прожитого бы дня перечеркивала, а просто твердила себе на протяжении всего дня новую цифру. Дни переплетались воедино и все туже и туже стягивали петлю на шее. Я не знаю, поступила ли правильно согласившись стать воином Марли, в обмен на сохранение жизни Жана. Может нам стоило обоим умереть, чтобы больше не испытывать страха, ненависти и боли? Пускай было бы, что было.       Я не видела его с того момента, неизвестно даже, куда его увели. Магат сказал, что если буду выполнять все их приказы, то он будет жить. Я взяла ответственность за его жизнь, даже не удосужившись спросить его самого, что он думает. Когда мы еще были в Стохесе, он спас меня, встал на мою сторону, защищая, а после отправился в след за Женской Особью, за стены, понимая, что может быть съеден или раздавлен. Мог ли он помыслить, что станет пленником? Лишь предлогом, чтобы я выполняла приказы врага?       Как он себя чувствует? Не ранен ли? Мне нужно с ним поговорить, узнать, есть ли смысл бороться. Если не хочется жить под гнетом неприятеля, то я просто откажусь от всего. Он единственный, кто не осуждал мои поступки, единственный, кто принял мою правду и принял мою сторону, единственный, кто, не смотря на мое предательство, пошел за мной за стены. Я важна для него. Важна как достойный соперник, как товарищ по оружию, как полезный ресурс способный спасти Парадиз — кем бы он меня не видел, я нужна ему и это главное. Я отдам свою смерть в его руки — дальше пускай распоряжается сам. — Кольт, можно задать вопрос?       Мы шли по пустому закоулку домов, весь шум и гам остался где-то в центре. Позади шел солдат, за плечом которого покоилось ружье. Так принято, без солдата меня одну никуда не отпускали, исключения не было даже для кандидата в воины. — Да, — покосившись на меня, он сбавил шаг. — Могу я увидеться с Жаном? — как должно быть жалко это выглядит со стороны, но мне стоит унять свое зудящее чувство гордости и продолжать послушно себя вести. — Это запрещено, — отсекает парень, продолжая взирать перед собой. — Откуда мне тогда знать, что он все еще жив? — Откуда нам знать, что два демона не сговорятся и не нападут на нас? — Кольт останавливается и поворачивается ко мне. — Вы не вправе что-то требовать. Вам сохранили жизнь, стоит быть благодарными уже за это.       Он сердито смотрит на меня, загоняя к стене одного из домов, заставляя солдата позади принять боевую позицию. До того, как он узнал больше обо мне из слов Энни, его отношение ко мне изменилось. Раньше присутствовала только отрешенность и молчаливость, сейчас же открытое презрение. — Стоит ли такая жизнь вообще того, чтобы просыпаться по утрам? — мой шепот и поникший взгляд заставляют его немного отпрянуть. Пользуясь возможностью, я выхожу из ловушки и размеренно иду дальше, не дожидаясь его команды.       Ребелио, город в котором мы находились, за месяц проживания в нем дал мне четко понять, что несмотря на военный режим, жители нисколько не боялись происходящего, надменно неся себя по его дорогам. За пределами центра города мне не приходилось быть, поэтому некий подвох оставался. Сегодня жители вели себя громче обычного.       Торговые лавки украшены цветами, а между домами свисали яркие флажки. Все куда-то спешили, обыденный темп жизни сбит с толку. Грайс шел впереди, вел нас между рядов магазинчиков, обходя толпы собравшихся людей. Постепенно пространство росло и мы вышли на большую площадь, в центре которой находился фонтан. Люди следовали громким указаниям солдат отходили за черту ограждения. Мы с Кольтом пробились через скопище толпы, направлялись в сторону сцены. Среди тех, кто находился на скамейке у сцены, я заметила Габи и Фалько. Усаживаясь позади них, я чувствовала на себе тяжелый взгляд.       После обнародования того факта, что я гостья с Парадиза, обладающая силой Координаты, все ненавидели меня, только не решались говорить об этом открыто. Однако, пренебрежение в их глазах, стоило мне приблизиться к ним, говорило лучше слов. — Дорогие собравшиеся! — обратился со сцены Магат, поднимая руку вверх, призывая присутствующих к тишине. — Сегодня у нас праздник…       На скамейку рядом со мной присел Порко, поправляя свою куртку. Он нервно подергивал ногой и мял ладони. К нему тут же придвинулся Кольт, склоняя голову и еле слышно спросил: — Где Энни? — Она выйдет с остальными. Никто не знает, что она вернулась раньше, и, учитывая сложившуюся ситуацию, это нам на руку, — голос едва дрожал, но в конце он откашлялся и постарался говорить более уверенней. — В каком смысле? — Кольт свел брови, ожидающе смотря на Порко. Тот же не спускал глаз с площади, будто и вовсе не вел разговор. — Бертольд мертв. — … Четыре года, мы ждали возвращения наших прославленных войнов с долгосрочной операции с острова Парадиз и вот, настал день, когда мы можем поприветствовать их с успешно оконченной миссии!       Народ захлестнуло аплодисментами, а на площади закружила повозка, усыпанная нежными розовыми цветами. Кучеры разодеты в мундиры с золотой обшивкой и черными фуражками. В открытой карете отливавшей серебром, расположились хваленные воины. Белые плащи и конечно же красные повязки на плечах. Удивительно, но среди них я смогла распознать не только Энни. Их было всего четверо, и помимо мужчины в очках и женщины, активно махавшей толпе, среди них находился Райнер.       Мне кажется? Я ведь в первую встречу спутала Кольта с Райнером, еще подумав, как тот мог тут оказаться. Однако в данный момент зрение не подводило, это действительно Браун. Я, наверное, не должна удивляться. В последние дни моего пребывания в Стохесе, в городе было неспокойно. Выйдя из кабинета Смита, я задумалась о надобности королевского отряда и в целом о системе общества. Среди нас были предатели и они оказались намного ближе, чем я могла подумать.       Упоминание о гибели Бертольда приводит меня в осознание, что еще двое моих друзей оказались врагами. Тогда отчего же мне грустно? Почему даже понимая и принимая тот факт, что Браун и Гувер оказались теми, кто проник за стены и втерся к нам в доверие, мне все равно жалко, что один из них мертв. Как отвратительно, Вайолет, печалиться о том, кто возможно связан со смертью невинных людей. Я пока не могу знать наверняка, что Райнер с Бертольдом кого-то убивали, но мне все равно неспокойно.       Я склоняюсь вниз, укладывая лицо на свои колени, а руками накрываю голову. Мне гадко находится здесь, на этом проклятом празднике, среди всех тех, кто имеет отношение к убийствам моего народа. Они окружают меня, кормят своей едой, дают кровать и путем шантажа проводят надо мной эксперименты. Мне ненавистна я сама, потому позволяю им такое совершать. Я должна остановить их! Прекратить это издевательство! Положить конец резне! — Не смей! — я ощущаю как затылок прокалывает нечто острое. — Медленно поднимись, держа руки перед собой.       Капитан Леви давал такой же приказ, какой дает сейчас Порко. В голосе не сквозит злоба, лишь грубое хладнокровие. Я следую его распоряжениям и поднимаю голову. Лезвие ножа смещает к горлу, едва царапая кожу. С передних скамьи на меня обернулись дети, чьи лица искажены страхом. — Поднимайся, — мрачно произносит он, вставая первым и убирая от моего горла нож, вместо этого доставая из-за пазухи пистолет. — Порко, мы должны…       Он не сводя с меня взгляд отзывается на слова Габи: — Вы должны остаться и делать вид, будто ничего не произошло. Кольт, ты останешься. Я сам разберусь.       Он кажется кивнул ему в ответ, и упирающееся в спину дуло пистолета, заставило меня развернуться и выйти в небольшой коридор между рядов скамеек.

Эксперимент №10 На днях нам доложили о том, что Элфорд предприняла попытку к трансформации. В качестве доказательства показания кандидатов в воины. По их словам, в какой-то момент ее руки стали искриться и если бы не вмешательство Галлиарда, то Элфорд могла обратиться сама или создать титана. В качестве реактивации выступали порезы на руках, с прошлого опыта. После этого инцидента мы провели еще один психологический тест, который значительно снизил показатели устойчивости нервной системы. Дальнейшие тесты отложены. Все имеющиеся материалы общество биологического исследования передаются военному совету.

***

— Может уже хватит ее выгораживать? Она хотела устроить массовое убийство! — кричал от негодования Порко, размахивая руками.       В это время остальные воины сидели в креслах. Всех напрягала та выходка Вайолет позавчера, но что они могли сделать? Теперь после заявления о попытки Элфорд создать титанов, военный совет настаивал на замене носителя Координаты. Несмотря на принадлежность к элдийцам, воинам дозволялось провести свое собрание и дать решение касательно ситуации. — Она бы этого не сделала, — Леонхарт глядела в окно, ловя в отражении света комнаты силуэты присутствующих в комнате. Она видела, как к ней быстрой поступью приближается Порко, но она позволяет ему схватить за плечо и развернуть лицом к себе. — Откуда в тебе столько уверенности? Вы не были даже друзьями, ты сама говорила, так с чего сейчас утверждаешь такое? — его хватает за запястье Райнер и отводит от Энни, — Убить ее и дело с концом. Больше не нужно будет тревожится каждый раз стоит этому монстру чихнуть! — Предлагаешь себя на роль Координаты? — бормочет Райнер, продолжая стоять у окна. — Тебе достаются Челюсти, ты не рад? — Не нужно мне пудрить мозги! Я говорю не об этом. Этого демона удерживает лишь шантаж и после месяца опытов, она могла понять как контролировать трансформацию. Теперь она может превратиться, забрать с собой любовника и свинтить обратно на остров, что никакая ваша угроза уже не подействует. — Я согласен с Порко. Не проще ли передать силу Координаты кому-то из нас, чем пытаться переманить Вайолет на нашу сторону?       Кольт за весь вечер молчал, но продолжать слушать оправдания угрозы в лице Ви не мог. Если поддержит Галлиарда, то возможно получится переубедить остальных. Ему вообще казалось странным, что кого-то еще нужно убеждать в том, что они правы, это очевидно любому здравомыслящему человеку. — А мы не пытаемся никого заставить поменять свою позицию. Вы думаете о ней, как о человеке, а не как о той, кто имеет силу Прародителя. Ни один ребенок не сможет рассуждать об убийстве, не сможет распланировать атаку и уж тем более, если Парадиз решит ответить нам за убийства полка Смита и его самого, то Жан и Вайолет смогут стать нашим щитом. Я настаиваю на том, чтобы мы оставили Координату ей. По словам госпожи Лунд, переплетение Вольной Координаты с другим разумным титаном приведет к гибели носителя.       Речь Энни заставила присутствующих задуматься. Она уже неоднократно говорила, что готова взять ответственность за Вайолет на себя, но когда на кону жизни гражданских, а к тому же угроза государственного масштаба, слова об ответственности просто смешны. У нее действительно не было особых доказательств в пользу Вайолет, но она продолжала отстаивать ее право на владение Координатой. — Я согласна рискнуть и оставить силу девчонке, — подбирая костыли отозвалась Пик. — Возможно, вы не смогли с ней подружиться, потому что меня не было рядом. — ее улыбка вышла как и всегда очаровательной, но в тоне можно было проследить настороженность. — Присоединяюсь.       Согласие Райнера оставило Порко в меньшинстве. Мнение Кольта не учитывалось при таком раскладе, ведь он еще просто кандидат. Решающее слово было за Зиком.