Из двух жизней - выбери третью.

      Свет приглушен. Ночник в форме солнышко, мягко, будто невзначай касаясь, тускло освещал изголовье кровати. Яна аккуратно, бережно, уложила Алену в постель. Затем откопала на кухне аптечку и взяла мокрую тряпку. Лоб был горячим. Яна приложила холодную ткань, а затем принялась за исцарапанные ноги. Узкие джинсы сложно тянуть наверх, особенно нижнюю часть. Громко вздохнув, да так, что кажется староста похудела на два килограмма, она дрожащими руками коснулась ширинки. Староста сглотнула и тихонько стянула рваные и грязные штаны. Прикрыв глаза, она обработала раны, а затем накрыла Алёнку одеялом. Взяла несчастные джинсы и положила в кучу грязного белья. Подойдя к шкафу, она извлекла пару пижамных широких штанов и положила их на другую половину большой, двуспальной кровати. Она написала несколько ярких желтых стикеров и развесила их в нужных местах. Позже, она глянула на время, было около часа ночи. «Тогда, я сделаю это завтра.» Она потерла уставшее и вспотевшее лицо, задержала руки на щеках, все еще представляя не самую милую картинку. Встряхнула головой, а затем на негнущихся ногах пошла в комнату родителей и бухнулась лицом вниз, моментально заснув. Утром, Яна проснулась и умылась. Мельком заглянуть в комнату не вышло, она стояла на пороге и кое-как сдерживала смех. Алёнка лежала на боку кровати, так, что рука касалась пола, другая рука придерживала вот-вот упавшее одеяло. Рот был открыт довольно широко, а подушка и вовсе обслюнявлена. Яна неспеша подошла к кровати и поправила одеяло. Не стану говорить, что староста просто залипла на этом милом выражении лица. Прямой милый носик, а эти пушистые ресницы ммм, просто капец. Тихо вздохнув, и успокаивая саму себя, она подхватила мокрую тряпку и прижала её к своей щеке. «Так, надо собираться.» - эта мысль отрезвила довольно хорошо, ведь не стоит опаздывать. Особенно, когда ты староста. Уже перед выходом она набрала номер. Через пару гудков ей ответила девушка с приятным тембром голоса. - Да? - Здравствуйте тётя Оля. – Яна немного удивилась, увидев во дворе припаркованный мотоцикл. Она завела его в подъезд, попутно поблагодарив мальчишку, что любезно придержал дверь. - А, Яна привет, давно не виделись. Ты что-то хотела? Только быстрее, а то у меня тут пациент. - Да, мне нужна справка о болезни, только не на мое имя. - Так, записываю. - Верхотурова Алёна. – протараторила Яна, быстро, так как уже бежала по тротуару к автобусной остановке. - Хорошо, завтра заберешь. - Спасибо, с меня шоколадка! Трубка отозвалась прощальным гудком и Яна победно выдохнула.

***

Тишина… пусто… глаза слиплись, да так, что не расцепить. - Ммм… мам? – Алёнка приоткрыла глаз, но тут же зажмурила, придерживая руку над глазами. Стоп… это не дом… а где я вообще? Алёнка соскочила с кровати и сразу увидела яркую синюю комнату, огромная кровать, тумба. Солнце светило так ярко, что деревянный, лакированный стол отдавал не менее ослепляющим бликом. «Яна…» - точно, словно вспышка, раз за другим она увидела флэшбэки. Вика хватает за ногу, авария, темный переулок, помойка… кажется бомж… потом… мотоцикл, квартира, большие мягкие и сильные руки… Глубокий вздох. Так стоит прийти в себя. Она скинула с себя одеяло. Так… - Какого хуя?! Что? Ёбанный в рот! – Алёна обратно накрылась одеялом, будто её кто-то тут увидит, ага… Рука все еще отдавала легкой болью, а на ногах виднелись пластыри. Рядом лежали аккуратно сложенные домашние штаны. Она оторвала яркий стикер. «Твои штаны пришли в негодность, порвались, да еще и грязные. Футболка висит на балконе, возьми, а свою кинь в стирку. И помойся, после тебя придется и пастельное менять.» Алёна хмыкнула, а затем специально поелозила задницей и грязной футболкой по чистым простыням. Под струями воды думать легче. Но Алёне лучше сейчас не думать. Хотя в голове было очень много всего. Но, она посчитала, что лучше забить. Иногда лучше, пусть все идет своим чередом. Телефон она сразу блоканула, еще в переулке выкинула симкарту. Мало ли в банде людей, которые разбираются, а то еще выследят. Яне тогда пизды вставят… Почему-то это первая мысль, которая пробежала в Алёниной голове. Она тряхнула головой, в попытках выкинуть все лишнее из головы. Ей нужно придумать, что делать дальше. Сейчас пары, но идти куда-то – слишком опасно. Она никому не сможет позвонить. В животе предательски заурчало. - Блять… - вчера она толком не ела, сегодня тоже. Алёна с неохотой побрела в сторону кухни. Стикер на холодильнике тут же привлек её внимание. «В холодильнике есть мамина лазанья. Можешь съесть мой йогурт, он на полочке. Родителей не будет до понедельника, уехали к родственникам. Никуда не выходи. Удачи.» - А то я сама не знаю, что выходить никуда нельзя… - хоть комментарий был произнесен в язвительном контексте, на лице Алёны расцвела теплая улыбка. Но быстро потухла. — Вот еще… - открыв холодильник, она увидела два яйца, одинокую лазанью и один несчастный йогурт… Нда, не густо. Но ничего не поделаешь. Раз симкарты нету, то позвонить она никому не сможет, а жаль. Стоило бы позвонить в больницу и узнать, как там мамино состояние. Алёна присела на диван и обхватила голову руками. «Пусть все идет своим чередом… да, могло быть и хуже» Она соскочила и резким движением запульнула первую попавшуюся подушку на пол. - Куда уж хуже блять! Сука… пиздец… - пальцы сомкнули волосы на макушке и прошлись по затылку. – Мама в больнице, меня ищут по городу сраные байкеры, сижу тут, а не у себя в постельке, с любимым плюшевым мишкой… Блять, как же бесит. – она сжала руки в кулаки и стиснула зубы. Не хватало еще разнести чужой дом и устроить погром. Ну нахер, лучше сесть и успокоиться. Она тяжело опустилась на диван. Телик, что ли посмотреть? Нужно отвлечься чем-то. Глаза опустились на пол, прошлись по залу, заострив внимание на большом телевизоре. На стене много семейных фотографий. Яна ростом и фигурой в папу пошла, наверно, а улыбка такая же, как у мамы. Хотя, Алёне не часто доводилось её видеть, обычно староста была занята делами, злилась, ругалась… Но на фото она была другая, яркая, солнечная. Алёна сама не заметила, как оказалась в Яниной комнате. Тут тоже много фотографий. Но одна рамка почему-то опущена. Яна и девушка… красивая, с длинными темными волосами с яркими зелеными концами. «Сестра?..» - Алёна с легкой грустью в мыслях поставила рамку на её законное место. Решив, что рассматривать чужие вещи без спроса – неприлично (ага, ага… целый час по квартире ходила смотрела, а тут нате – неприлично) Она решила заняться делом, она достала чистую тетрадь из рюкзака, затем отыскала на столе ручку и принялась делать английский, который нужно сдать через неделю. Не, ну а что еще делать? Спустя час, после долгих разглядываний непонятных слов, она бросила эту затею. Без телефона с переводчиком ей это не по силам. Свет… отключился. - А?.. – Алёна сглотнула, а затем огляделась.

***

- Что опять с Верхотуровой? – Александра Владимировна раздраженно уставилась на Яну, но в этот раз, староста загадочно ухмыльнулась, заправила торчащую прядку за ухо и деловито проговорила. - Верхотурова болеет, пошла к врачу за справкой. В пятницу точно будет на сдаче ГТО. Когда классная ушла, староста выдохнула. «Пиздец… что теперь делать?» - Яна уставилась в потолок и положила руки на шею. Настя тихонько ткнула её в плечо. - Ты в порядке? Выглядишь уставшей, это из-за тех дел, благодаря которым ты меня вчера бросила? - Настя… прости, мне правда не хотелось уходить, но мне пришлось. Подруга только отмахнулась, мол да ладно, не страшно, главное, что историю на пять сдали. - Могу я задать тебе очень странный вопрос? – Яна нервно стала перебирать пальцы рук. - Насколько странный? Ну давай. - Если бы за твоей… твоей… - Яна сглотнула. А действительно… кто они друг для друга. Подругой её назвать? Язык не поворачивается… Знакомая… - Девушка? – Настя прищурила глаз. Пусть она никогда не понимала Янин выбор, ну… как это вообще… с девушкой… Но она никогда не осуждала её и всегда поддерживала, ведь главное, что Яна счастлива. - Нет! – Яна тут же замотала головой. Лучше смерть, чем иметь такую девушку, как Алёна. - Эм… подруга тогда. Если бы твоя подруга была в банде, а потом её оклеветали и она скрывалась у тебя дома, зная, что её ищут грозные мужики в кожаных куртках, и не только мужики… То, чтобы ты делала? Настя минуту глядела куда-то перед собой, а потом повернулась и с очень серьёзнымлицом сказала: - Э… не знаю, у нас Женя пишет упоротые фанфики, у неё спроси. Женя! Ай… - Настя скрючилась, получив удар в живот, заливаясь смехом. - Что такое? – Женя улыбнулась, поправляя очки. - Да так… - Яна приторно улыбнулась, подгоняя руками, мол занимайся дальше своими делами. - Э, ну нет, Настя так-то фанфики упомянула. Гейские? – улыбка стала шире, особенно когда Яна стукнула себя ладонью по лбу. - Ладно, ладно… Но на твоем месте Ян, я бы заботилась о ней и защищала, тогда точно классный фанфик получится. А… может в полицию позвонить? Или в этом фф полиция – продажные скоты?) - Ой, иди в жопу Женя. – сказала Яна. Женя только хмыкнула и отворачиваясь пробубнила с явным сарказмом: - Какие же вы лицемерные мрази…

***

Щелк замка раздался посреди оглушающей тишины в подъезде. Темно. Даже слишком. - Алёна? – ну не могла же она пойти куда-то… это иррационально, к тому же ключ есть только у Яны, она не могла дверь закрыть. В ответ староста ничего не услышала. Ей показалось, что её дыхание было настолько громким, что даже соседи с легкостью могли его услышать. Может это был сон? Может Алёна ей на самом деле приснилась? Да, уснула наверно у Насти, когда историю делала и сейчас проснется. Наверно, ей должно быть легче, что Алёнки нет, но… Неприятное чувство медленно подступало к груди. Волнение? Да, ну не. Бред какой-то. Наоборот, она должна чувствовать облечение, не нужно ничего придумывать, чтобы помочь ей… А зачем вообще ей помогать? Она дала ей переночевать, пусть катится на все четыре стороны, долг отдала и все. Ну, это же как-то неправильно выгонять человека ночью из дома… тем более, что Яна сама предложила помощь… Всхлип… кто-то плачет? Яна прошла вглубь темной квартиры с фонариком. Она попыталась включить свет в гостиной, но не вышло. «Пробки выбило… или кто-то свет во всей квартире отключил?» Ну да… в подъезде то, свет горел. Значит проблема где-то внутри, а не снаружи. Гостиная в ночном свете выглядела жутковато. Открытые окна елозили по подоконнику из-за сильного ветра за окном. Фотографии на стенах больше не кажутся такими уютными и радостными. А темный экран телевизора погружает в особенную пустоту, заставляя холодок скользить по позвоночнику. Яна сглотнула, но решила в голове пошутить про квадрат Малевича. Немного успокаивает. Дверь в ванную была открыта. Яна увидела темную фигуру, сидящую на полу. Она дрожал, то и дело всхлипывая. Голова зарылась куда-то вниз, но Яна прекрасно знала кто это. - Алёна… - она поднесла фонарь к темной фигуре. Девушка взвизгнула, хватаясь за голову, она отчаянно замахала ей, приговаривая: - Нет... это всего лишь твое воображение… Тут никого нет… - от мольбы в Алёнином голосе у Яны пробежала дрожь. Старосте захотелось обнять, спрятать, укутать. Чтобы ни один человек во всем мире не смог навредить ей, чтобы она была свободной. И она подалась этому порыву, внезапно окутавшему её с ног до головы. Яна положила телефон на плитку фонарем вниз, а затем прижала Алёнину макушку к своей груди. Вторая рука легла на затылок, тихонько придавив, заставляя прижаться сильнее. Алёна перестала дрожать. Она замерла, но лишь на мгновение. Она положила руку на Янину спину, а голову уткнула старосте в плечо, пряча свои слезы и испуганное лицо. - Все хорошо, я с тобой. – Яна не переставала проговаривать эту фразу раз за разом, при этом поглаживая мягкие волосы, проходящие через пальцы. Со временем Алёна перестала всхлипывать. Не. Она засопела… Яна только хмыкнула. Подхватив её на руки, она аккуратными шажочками пробралась в спальню, стараясь ничего не задеть, чтобы не дай бог не разбудить Алёну. Уложив её на кровать, она приложила руку к груди. Сердце гулко отдавалось в глотке, разливаясь по всему телу. «Это от страха её уронить, точно, тяжелая блин, бока себе нажрала, а потом неси её через всю квартиру. Нет, она просто выглядела жалкой… испуганной? Другой? Перед кем я вообще оправдываюсь? Нужно проверить свет в подъезде… Да, свет, конечно.» Но сдвинуться с места оказалось гораздо сложнее. Алёна взяла старосту за руку, от этого движения у Яны перехватило дыхание. Судорожный вздох вырвался из её горла, но она тут же сглотнула тихонько откашлявшись. Алёнка скривила лицо, пододвигаясь ближе, а потом и вовсе налезла на Яну, заставив своими действиями лечь рядом. Она собственнически обхватила талию старосты ногой, а руку обвила вокруг ключицы. Довольно хмыкнув, она продолжила тихонько посапывать. Янины глаза тут же стали по пять копеек. Сердце с горло перепрыгнула на уши, и теперь отдавалось там. Не знаю кому… Старосте оставалось только сглотнуть, и свыкнуться с мыслью, что она теперь в роли плюшевого медведя. «Это только в этот раз, потому что Алёна напугалась, в следующий раз скину её нахуй с кровати.» И Яне это совсем не нравилось, даже когда Алёна во сне потерлась щекой о чужую щеку и от этого прикосновения по всему телу побежали мурашки. Даже, когда она стала улыбаться через сон, хотя пару минут назад плакала на плече у старосты. Да, даже тогда ей это совсем не нравилось.