Теплый снег

- Ром, я сделал, что ты хотел? - Антон серьезно посмотрел. У него были вопросы, которые он хотел задать и получить ответы. Ради них он поступился своими принципами. - Ага, свободен, - Пятифан по хозяйски махнул рукой, будто смахивая с Антона невидимый ошейник. Но Петров, как любой другой заяц, поводков не признавал. - Что ты видел сегодня утром? Поморщившись, Рома сунул руки в карманы и нахохлился, словно городской воробей. - Забудь об этой херне. Просто две псины погрызлись, - он явно хотел, чтобы Антон отстал. - Ты говорил совсем другое, - Антон настойчиво ткнул пальцем ему в грудь, наступая. - О спасении - ты помог мне, ведь так? - еще шаг. - О рыжей сучке - Алисе, да, ты видел ее? - Пятифан отступил. - И о должке, который тебе зачем-то был нужен. Антон грозно припер Рому к стенке, загнал в угол между своей рукой и помойкой. Пристально посмотрел в сузившиеся зрачки глаз напротив, надеясь надавить. Оторвал занемевший палец от скользкого материала куртки и положил руку на край забрызганного в грязи железного бака. И теперь Петров ждал, что скажет Рома. - Какой же ты ботан, Тох. О всякой хуйне думаешь, - он хмыкнул. Антона на мгновение повело и вот уже он подпирает стену, а путь ему преграждает гопник. Сейчас бы ждать, что ему в табло прилетит, а он продолжает лицо держать, упрямо прямую спину вытягивать, стараясь не уступать в превосходстве. - И еще дотошный, как несколько Лиль Палн, - блондин нахмурился. - Хорошо, задай мне три вопроса, может я что-нибудь да знаю, - Ромка подначивающе улыбнулся. Рука хулигана локтем встала рядом с антоновым лицом так же, как он недавно зажал его. Школьник задумчиво прикусил губу. Следовало задать правильные вопросы, чтобы Ромка не смог выкрутиться. - Что ты увидел сегодня... когда подрались собаки, - он подыграет Пятифану. - Тебя, в сугробе, как мертвяка лежащего, рыжую сучку, хотя может дикую лисицу и здоровенного серого кобеля. Он так драл ее, шерсть клочьями летела. Хороший пес, всякую гниль гонит, - Ромка одобрительно кивнул. Антон бы подумал, что он своим псом хвастается, но... - Ты же собак не любишь? - Это второй вопрос? Петров фыркнул. Вот гад. - Ты знаешь, что с Семеном Бабуриным? - после некоторого молчания, спросил. Ромка неуловимо, всего на секунду потемнел лицом, кулак над антоновым ухом крепче сжался, проехавшись по шершавому покрытию. Щебень засохшей краски посыпался, коснувшись щеки. Антон вздрогнул. - Да, - сквозь зубы. И тишина. Петров все ждал продолжения, но Рома молчал, прищуренно смотря на напряженного школьника. - И? - Я ответил, - кулак предупреждающе придвинулся к его лицу, касаясь. - Или тебе подробности? - Подробности, да, - Антон бы отодвинулся, но некуда, сбоку железный бок мусорки. Он чувствовал теплую, жесткую от частых драк руку и не знал какие эмоции испытывает от этого. С одной стороны, она могла в любую секунду дать ему по уху, а с другой, она теплая, приятная, хочется плотнее прижаться, чтобы отогреть лицо. Антон был в смятении от этих мыслей. - Боров пропал, как и писали. Ему уже не помочь, - и будто это было мелочью, он произнес это так просто. Петров сразу вспылил. - Тебе откуда знать, что не помочь!? Скажи, где он? Это мой третий вопрос, - прозвучало зло. - Не скажу. Все. Вопросов нет, а дальше сам, как хочешь ебись с этим. Антон резко схватил Рому за грудки, приближая к лицу. Пальцы, сжимая, напряженно подрагивали, ненамеренные отпускать хулигана. Чужой нос почти коснулся его черной оправы очков, но в последний момент навис над перегородкой. - Скажи. Ударю же, - набычился Антон. - Эт когда таким борзым стал, заяц? - нахально спросил Пятифан. Он больно перехватил той рукой у щеки антоновы волосы, дергая от себя вниз. Петров, морщась вынужденно выгнул шею, поднимая лицо. Школьник все еще держал Рому за куртку, но уже чтобы удержаться от позорного падения на снег в неудобной позе. Так просто сдаваться он не намерен. - Пошел ты, - Антон со всей дури наступил на ромкин кроссовок. Удивленный Рома отшатнулся, но волосы не отпустил, удерживая на вытянутой руке. Антон боднул его еще раз, под коленкой, а после и сам зашипел, в затылке обожгло. От заплясавших перед глазами мушек, Антон истерично задергался, вырываясь из хватки и лягаясь свободными ногами. Сейчас он жалел, что не был девчонкой с красивыми туфлями на длинных шпильках. Уже угрожая такими можно обойтись без драки. По щеке резко прилетел смачный левый Ромы, Петрова встряхнуло еще раз. Голова безвольно метнулась в сторону, и он заторможенно попытался оттолкнуть хулигана. Сжал зубы, готовясь к новому удару, и сквозь мутную пелену заметил тень замахивающейся руки. - Ромка, блять! Рука замерла. - Кто меня блядью назвал!? - Д-да я не то... Послушай, на. Кажется это был Бяша. Антон не был уверен, правое ухо заложило, а перед глазами пролетали звездочки. Он был в состоянии нестояния. Держался на ногах только на чистом упрямстве и воротнике Ромы. Проморгавшись через пару минут, Петров увидел, как Бяшка с мешком за спиной шептал что-то злому, как черт, Пятифану. Видимо, пытался убедить не бить лупоглазого прямо тут, под окнами соседей. - Лан, дело говоришь, - наконец буркнул Рома. Он предупреждающе зыркнул на Антона и разжал пальцы на затылке, отпуская. Затекшая шея облегченно "вздохнула". Но сам Антон Пятифана не отпустил. Тот закатил глаза. - Завтра поговорим об этом. Антон все еще держит. - Точно? - Обещаю. - Мамкой клянется, на, - встрял Бяша. Ромка тут же дал подзатыльник другу. Чтоб не лез. Прежде чем разжать кулаки, Петров еще пару секунд мял ткань в пальцах, сомневаясь. Но все же он не упал, потеряв опору, с обеих сторон его перехватили две руки. Как, когда он дал сдачи Семену. - Идем обратно, еще на два урока успеем, - слева Рома. - Я б прогулял, на, - справа Бяша. До школы дошли быстро, даже с грузом побитого Антона. Дождались, когда Лиль Пална отойдет от окна и проскочили, сопровождаемые заинтересованными взглядами. Девчонки тоже, словно хищницы, наблюдали, когда будет удобный шанс для броска. Его довели до медпункта, где полная женщина в возрасте окатила их ведром презрения. Но все же она согласилась осмотреть небольшой синяк на щеке и парочку царапин на ладонях-коленях. Помазала зеленкой, а поверх наклеила пластырь. Справку, чтобы оправдать пропущенные уроки, она дала, хоть и с недоверием слушая историю о неуклюжем падении с лестницы. - Завтра классухе отдашь. Якобы забыл. Не то заподозрят, что уроки просто так пропускал, - инструктировал Рома на выходе. - Понял, - буркнул он. - До завтра. У него есть пища для размышлений. За ночь он придет к определенным выводам.