Испачканные кровью цветы

      Как обычно учебный день Вивьен заканчивался почтовой. Она всё чаще начинала думать о том, что стоит прекратить туда бегать, ведь никто так и не отправлял девушке никакия письма.       — Здравствуйте, Мистер Ричт, что-то пришло? — на автомате спросила Вивьен. Мужчина заранее готовился к ее приходу, ведь знал, что она прийдет. — Как поживаете?       — Как и день назад. Только с 10% зарплаты меньше.       — Почему же? — Вивьен пришлось задержаться, чтобы разузнать у охранника причину. Но она никуда не спешила.       — Новый начальник решил урезать затраты. Только стала директором, а уже всем дорогу переходит, — злобно высказался Ричт, изливая свои чувства Вивьен. — Вот и твоё письмо. Целый день ждал твоего прихода, чтобы вручить.       — Мне? — удивленно спросила девушка, всё же не веря даже протянутому конверту.       — Сложно ошибиться, когда здесь указанно только твое имя фамилия.       Вивьен поблагодарила и с дрожью в руках взяла письмо. Она боялась, на самом деле боялась, открывать и читать его. Как бы до этого Вивьен не ждала строк от Даниэля, сейчас они ее только пугали.       Она быстро вернулась в комнату, убеждаясь, что Сэлиди еще не вернулась. Хорошо, значит Вивьен сможет прочесть одна, так, как удобно.       Она судорожно раскрыла конверт, перед этим подмечая слова охранника — не было никаких подписей кроме ее имени. Внутри лежал один лист с катастрофически малым количеством слов:

«Как можно скорее покинь академию».

      И больше ничего. Ни подписи, ни каких-либо пожеланий. В том, что это был Даниэль — сомнений не было. Если он отправил такое скупое письмо, значит, всё же у него были серьезные трудности. Значит, за ним следят.       Он попросил, скорее даже приказал покинуть ей академию. Но причину объяснить не смог. Возможно, это было даже связанно с Соурд, которая теперь во всю заправляла академией и уже отчислила двоих студентов, найдя у тех бутылки с алкоголем.       В том, что Вивьен покинет академию сомнений не было. Она полностью перестала стремиться получать знания, а новый устой академии только давит. Даже на неё. Смысла оставаться не было. Да и Даниэль не стал бы просить уйти ее, зная, насколько Вивьен будет опасно на улице. Он попросил ее уйти, убежденный в том, что в академии будет ещё опасней.       И Вивьен доверилась ему.       Дождавшись прихода Сэлиди, ей жутко хотелось поделиться с подругой. Позвать её с собой. Сэлиди ведь говорила, что с радостью поживет в доме Вивьен, а одна девушка там точно не сможет жить. Вивьен очень хотела, чтобы Сэлиди отправилась с ней. Сама девушка собиралась уходить уже завтра ночью, подобно Даниэлю.       Она рассказала о письме, даже показала его Сэлиди, чтобы та убедилась и наконец, приступила к важной части:       — Академии грозит опасность. Даниэль бы не писал просто так об этом. Поэтому, мы можем уйти вместе.       — Ты предлагаешь мне покинуть академию с тобой? — недоверчиво спросила Сэлиди. Так звучали её слова.       — Да! Я не хочу, чтобы с тобой что-то здесь произошло. А так мы можем жить вместе, в моей доме.       — Вивьен, ты предлагаешь мне сбежать с академии из-за письма Фаумер? Попробуй представить, как это выглядит.       — Как это выглядит?       — Нелепо. Лживо и нисколько не правдиво. Я не доверяю Фаумер, даже если это твой Даниэль. И я не хочу бросать учёбу только из-за того, что тому потребовалось, чтобы ты поскорее отсюда ушла. Может, ему просто обидно, что он бросил учебу, а ты нет?       — Всё не так, послушай…       — Послушай ты, Вивьен. Даниэль Фаумер — попрежнему всё тот же убийца, ребёночек, потакающий своим родителям. И, поверь, я знаю, о чем говорю. Мне он никогда не нравится. Вообще. Сразу твоя симпатия казалась чем-то забавным и несерьёзным. Ну, хочешь ты его. Типично и нестрашно. Потом ты не начала страдать от того, что он показывает свой реальный скотский характер, и мне стало тебя жаль. И, кажется, всё это было ошибкой, ведь итог — ты въелась в него и не хочешь замечать абсолютно ничего кроме Фаумер. Даже то, что творит его семья уже давно всем известно. Он легко может тобой манипулировать. Блин, да его родители убили твоих! И ты правда думаешь, что Даниэль в этом всём просто жертва? Правда считаешь, что для него был сюрприз, когда он узнал о смерти твоей мамы? Да ничего подобного! Помнишь, когда я вышла за ним в тот вечер? Он мне всё сказал. Сказал, что соврал. Вивьен, он — жалкий кукловод над тобой. Из-за него ты потеряла себя и не замечаешь всего того, что творится вокруг тебя самой! И поэтому ты легко веришь этому письму, даже когда это может быть уловка, чтобы убить и тебя! А сейчас, ты хочешь ввязать в это и меня, чтобы вместо обучения я выбрала побег? Ради чего? Даниэля? Я не хочу настолько сильно рисковать и не нужно пытаться меня убедить войной, ведь я, блять, знаю. Я все это знаю.       Каждое слово било по Вивьен. Закончив, Сэлиди сделала глубокий вдох, будто на время своей тирады забыла как дышать. Все недосказанности, тайные злобы и недовольство Сэлиди вышли наружу в одной волне.       — Почему ты не говорила этого сразу? Молчала и притворялась, будто всё в порядке? Получается, ты мне врала.       — Я не хотела лезть во всё это. Став я объяснять тебе раньше, пришлось рассказать про своих родителей, а я этого делать не хотела и не хочу.       — Сэлиди, ты обманывала меня всю нашу дружбу. Радовалась за меня и Даниэля, чтобы сейчас сказать это? Ты серьезно? Скажи мне сейчас: твоя семья работает на Фаумер?       — Да, — слишком резко ответила она. — Да, это так. И за это я их ненавижу. Ненавижу как и самих Фаумер.       — Ясно. Знаешь, можешь уже не забивать всем этим голову. Я люблю Даниэля и всё равно буду ему верить, как бы тебе не казалось, что это неправильно. Ты не знаешь его, потому что и не пыталась узнавать. Сэлиди… ты притворялась всё это время хорошей подругой.       — Я и была ею. Разве нет?       — Ты ведь злилась на меня из-за моих чувств к Даниэлю? Злилась, что это всё происходило рядом с тобой. Тебе настолько мерзка их семья, что даже я для тебя была… плохой.       — Совсем не так, — она отрицательно покачала головой. — Ты не была для меня плохой, была наивной. Какой собственно и осталась. Даниэль уже сломал тебя, а ты всё еще бегаешь за ним.       — Даниэль не виноват в том, что всё это случилось.       — Оу, я тебя прошу, — она усмехнулась и закатила глаза. — Только не говори мне, что он еще и не знал о войне на первом курсе. И что «принцессой» он считает тебя просто так.       — Я не хочу верить не единому твоему слову! — Вивьен больше не выдерживала холодный тон, и сорвалась.       — Вот в этом и твоя проблема. Ты хочешь и будешь верить только ему. Потому что так захотел Даниэль. Послушай, Вивьен, ты всё еще моя близкая подруга. Даниэль просто испортил тебя, но я не хочу, чтобы от этого рушилась и наша дружба. Я не желаю тебе ничего плохого и не утаиваю злостных планов за твоей спиной.       Всё было не так. Абсолютно ложь. Даниэль, даже если и знал, не мог говорить обо всем Вивьен. Он волновался за нее и сам не раз говорил, что ему не стоило начинать их отношения. Даниэль уже себя винил, и без суждений Сэлиди о нем. Подруга не знала того, какой парень на самом деле. Даниэль перед ней не раскрывался и в глазах Сэлиди он просто «Фаумер».       Он не мог управлять Вивьен, ведь как бы девушка позволила такому случится?       — Хорошо, я поняла тебя. Со мной ты не идёшь, — Вивьен встала с кровати и направилась к двери.       — И куда ты? — спросила Сэлиди.       — Не тольк у тебя есть возможность уйти, — многозначительно ответила Вивьен и вышла в коридор, чтобы направится в комнату к Макису.       Вивьен были безразличны все эти люди, что проходили мимо неё. Студенты, с которыми она не раз встречалась в этих стенах. Они же тоже как-то проживали свою жизнь. Кому-то было плохо, кому-то хорошо сейчас. Но проходил ли кто-то похожее тому, что переживала сейчас Вивьен?       Девушка агрессивно постучала в дверь комнаты друга, надеясь, что он будет там. Макис почти сразу ей открыл, будто ожидая появления Вивьен.       — Вивьен? Что такое? — спросил он, удивлённый появлением подруги.       — Я не могу объяснить тебе всего, но послушай меня, — Макис вышел в коридор, прикрывая за собой дверь. — Завтра ночью я покину академию, — Вивьен говорила тише, чтобы случаем не услышали другие люди. — В академии может случится что-то страшное, точно неизвестно. И вообще скоро близится война. Взрыв, смерть моей мамы, уезд Даниэля с академии — всё это связанно одним. И я предлагаю тебе уйти со мной.       — Если честно, я мало что понял. Ты убегаешь, потому что с академией что-то случится? Может, это появление Соурд на посту директора?       — Нет, Макис.       — Тогда откуда тебе это известно?       — Даниэль прислал мне письмо, где попросил, чтобы я как можно скорее уехала с академии. Я думаю, что он определенно будет знать, что может случится.       — Но куда ты отправишься потом?       — Домой.       — Если королевство объявит войну, вместо безопасного место ты будешь одна в большом доме. Ты уверена, что твои риски оправданы? — осторожно спросил он.       — Да, я уверена. И уже не передумаю. Ты со мной? — с надеждой спросила Вивьен.       — Я… не знаю. Всё это слишком странно. Убегать с академии — интересная мысль, если учесть, что сейчас с ней творится, но… не думаю, что мама одобрит этот поступок.       — Одобрит, если узнает, по какой причине ты это сделал.       — Ты пытаешься меня спасти, Вивьен? От того, чего не знаешь сама? — мягко спросил парень.       — Да.       — Я помогу тебе покинуть академию завтра. Но сам… Я не хочу рисковать.       — Ладно, спасибо, — Вивьен улыбнулась и дождалась момента, пока Макис не закроет дверь за собой.       Хотелось разреветься от бессилия перед своими друзьями. Почему Вивьен даже не сомневалась, в том, что и Сэлиди, и Макис согласятся пойти с ней?       Может, ей позвать Фестина? Хотя, это явно глупая идея. Фестин в первую очередь друг Даниэля, а не ее, наверняка, то же письмо получил и сам Фестин. Даниэль не должен же его оставлять здесь.       Вивьен считала себя жуткой эгоисткой всё время, что собирала собственные вещи. Если в академии действительно что-то случится, то она единственная окажется в безопасности. Сотни студентов и преподавателей будут продолжать жить в неведении, не догадываясь ни о чем.       Единственное, что начинает напрягать окружающих — пропажа студентов. Будь Соурд настроена к Даниэлю мягче, она бы точно пыталась разузнать о нем. Но, как бы мерзко не звучало, женщине было плевать на пропажу парня. Что же она будет думать о пропаже Вивьен?       Вивьен вовсе не боялась своего побега. Она боялась того, что может ждать её дома, на свободе. А может, Даниэлю удастся с ней встретиться? Это будет проще сделать на улице, нежели в академии.       Она начала готовиться к тому, что её ожидает. Одинокая жизнь в большом доме даже без служанки. Ей придется справляться одной в войну. Или же, могут в любой момент вернуться сестры, которых Вивьен будет ждать.       Может, Сэлиди была права, оставаясь в академии?       Нет, Вивьен уже всё решила и решение должно быть окончательным. В любом случае дома будет ей лучше.       — Ты всё же обижаешься на меня, — заговорила с ней Сэлиди.       — Да, — Вивьен не врала. Но и обсуждать этого не хотела.       — И за что? Я же призналась во всём.       — Только тогда, когда тебе этого не захотелось. Ты столько времени утаивала обо мне то, что связанно со мной же.       — Но ведь эта была моя тайна. Да и не тайна вовсе. Разве я хоть раз говорила о том, что мне нравится Даниэль? Нет.       — Ты не говорила о том, что знаешь о делах Фаумер сама и что даже участвуешь в них.       — Я не в чем не участвовала. Наоборот, всё это мне противно и я говорю об этом открыто. Ты злишься на из-за того, что мне неугоден твой парень?       — Нет, мне неприятно, что ты так долго таила в себе свои чувства. В то время как я делилась с тобой всем.       — Это, оказалось, гораздо проще, нежели высказаться. Результат на лицо!       Пятница — последний день Вивьен в академии. Больше она сюда никогда не вернется и мысль об этом вызывала душевную панику.       Весь день Вивьен прожила так, как он должен идти. Она проснулась с будильником, отстояла очередь в душевую, съела весь свой завтрак и направилась на занятиях.       Даже на уроках девушка была активна, мысленно прощаясь с каждым, кого видела и с кем говорила. Вивьен наблюдала за своими одногруппниками, которые уже завтра нисколько не будут ее беспокоить.       Вивьен больше не удастся увидеть старых приятелей и неприятелей. Пери уже не будет бросать на нее осторожные взгляды, а Карен и Кенни больше не будут раздражать своим шепотом. Вивьен не увидит и знакомых старшекурсников. Сэлиди, Макис, Алта, Фестин, Генри, Джек и другие больше не будут пытаться зазвать её на вечеринки. От этого было даже грустно.       О преподавателях Вивьен также будет помнить. Люди, что так щедро делились своими знаниями и доказывали на себе, что Проудера — лучшая академия королевства.       А еще, Вивьен обязательно должна найти Айдер. Узнать, что с ней произошло и, всё же использовать поддержку женщины.       Незаметно день подошел к концу и за окном уже были сумерки. Вивьен оставалось лишь внутренне готовится к своему поступку и до конца обдумывать все свои последующие действия. Сэлиди тоже вызвалась её провожать, так что по крайней мере Вивьен не будет чувствовать себя одиноко перед самым уходом. Её будут провожать друзья.       Всё повторялось вновь. Через пару минут после отбоя, Вивьен уже держала все свои вещи в руках и собиралась уходить. Она не хотела задерживаться и тянуть время, это лишь заставляло больше нервничать.       Девушки осторожно открыли дверь, первой была Вивьен и она проверила наличие людей в коридоре. Всё было пусто. Она была уверена, что после ее ухода Соурд всё же позаботится о закрытии ремонтного корпуса. Это и так было не особо безопасно и правильно, но с Айдер этот момент опускался.       Тихий стук в дверь и с комнаты вышел Макис. Он сразу же взял некоторые из сумок Вивьен себе и понес.       — Поверить не могу, что ты так легко сбегаешь, — говорила Сэлиди. Вивьен тоже не могла поверить в это, но такая смелость ей даже нравилась. Она могла быть сильнее и была сильнее.       — Надеюсь, мы еще увидимся, — отозвался и Макис.       — И я, — тихо ответила ему Вивьен и постаралась незаметно для друзей ускориться.       Всё было точно таким же, как запомнила Вивьен с прошлого раза. Дверь, ведущая к лесу, у которой Вивьен последний раз видела Даниэля. Место, где она призналась ему в любви.       Погода была сегодня более расположена к ним, что по-своему отображало и настроение Вивьен. Она не ощущала боль от того, что теряет что-то важное в своей жизни.       Пожалуй, поэтому Вивьен и хотелось побыстрее уйти. И дело не в том, что общение с друзьями ее тяготило. Ей просто не нравились длительные прощания.       — Что ж, — начала она. — Я рада, что вы являетесь моими друзьями и помогали мне прожить эти два года в академии, — Вивьен говорила искренне, опуская обиду на Сэлиди. — Это всё было незабываемо, — девушка улыбнулась двоих и получила ответные ухмылки.       — И я рад, что ты всё-таки поступила сюда, Белоснежка, — ответил ей Макис, а Вивьен закатила глаза, продолжая улыбаться. — Хреново, что ты уходишь, но, думаю, мы всё равно увидимся. Жизнь всегда нас с тобой сводит.       — Я буду скучать по тебе, Вивьен. И я рада, что ты стала моей подругой.       — Я тоже рада, что ты была моей лучшей подругой всё это время. Надеюсь, что эта революция… война никак не повлияет на нас и мы будем все счастливы со всем, о чем мечтали, — Вивьен не хотела, чтобы война отбирала у нее что-то ещё. Она и так потеряла почти всё.       — Аминь, — произнес Макис, вызывая короткий смех у все троих.       — Буду скучать по вам, — по очереди Вивьен обняла Макиса и Сэлиди. Удивительно, как эти люди легко попали в жизнь девушки и стали для Вивьен по-настоящему близкими.       — А мы-то как будем скучать! — важно произнес парень, задерживая объятия. — Главное — береги себя.       — Я постараюсь.       Они обнялись ещё раз, перед тем как Вивьен всё же забрала вещи у Макиса. Она посмотрела на ту скрытую деревьями тропу, и обернулась к друзьям. По ним Вивьен будет очень скучать и верить, что с ними всё будет хорошо.       Вивьен опасалась идти через этот лес, но выбора не было. Она как можно быстрее старалась пересечь это темное место, параллельно с этим оглядывая мелькающее слева здание академии.       Она вышла на тропинку к остановке. Прямо за ней была академия, куда когда-то Вивьен шла с предвкушением перед новым местом, людьми, учебой. Сейчас Вивьен сама покидала её поздней весенней ночью.       Весна — время расцветания, обновления. Но о таком ли обновлении мечтала Вивьен?       Она дошла до остановки и отпустила тяжелые сумки на землю, выдыхая. Осталось лишь дождаться автобус и уехать домой.       У Вивьен не было никакой заказной машины. И ждать ее никто не мог. Девушке придется добираться самостоятельно, пешком. И, пройдя с тяжелыми сумками небольшое расстояние, она начала сомневаться, что это ей удастся.       Вдалеке стали заметны очертания автобуса. Он ехал прямиком к Вивьен. Самый наглядный знак того, что сейчас чувствовала девушка. Весенний путь с тусклым фонарем в абсолютной темноте.       Путь в неизбежную катастрофу или спасение.