Демоны дарят сердца

— Чимин, не говори такое больше никогда, — злость бурлит из-за переизбытка беспокойства. Юнги залпом опустошает содержимое стакана и тяжело выдыхает, ощущая некоторое успокоение. — Все не так серьезно, как тебе кажется. — Я преувеличил, согласен, — человек разлегся на диване и отрешенно смотрит вверх, как будто прокручивает свои мысли перед глазами. — Но ты бы иначе меня не впустил. — Возможно. И все равно не нужно так убиваться из-за кого-то. — Но я ведь только начал влюбляться в нее. И все шло хорошо. Почему люди поступают так мерзко? Перепуганный Чиминовым заявлением о нежелании жить, Юнги затащил человека и уложил на диван, попутно пытаясь выведать причину. Но, каково было удивление и облегчение, когда это оказалось всего лишь пьяной выдумкой и способом манипуляции. Избранный, всеми силами стараясь совладать со своим языком, поведал грустную историю об измене своей девушки. Демон даже не знал, что Чимин был в отношениях, но эта новость отозвалась неприятным нытьем глубоко в груди. Странное и непонятное чувство, которое Юнги быстро отогнал от себя. Теперь он сосредоточился на чувствах парня, сонно хлопающего ресницами. От него исходит тоска и обида, смешанная со злостью. Но все это, к счастью, не накрывает его с головой, поэтому Юнги делает вывод, что Чимин снова юлит — не успел он влюбиться в нее, иначе бы страдал и убивался сильнее. Но он все же его хранитель, и видеть любые страдания, пусть и не самые серьезные, тяжело. Юнги встает с места и присаживается на пол, оказываясь возле головы парня. — Не только люди поступают мерзко, не думай о своих так плохо, — крылатый кладет подбородок на колено, притянутое к груди. — Демоны тоже бывают гадами. Но не нужно обобщать и думать, что все одинаковые. Есть и хорошие, которые заслуживают твоего внимания. Она просто глупая и слепая дура, раз променяла тебя на кого-то. Человек поворачивает лицо и пьяными полуприкрытыми глазами скользит по демоническому лицу. Уголок губ еле заметно дергается. — Если бы ты не был моим демоном, то я бы решил, что ты влюбился в меня. — Да иди ты, — в плечо лежащего прилетает слабый удар, и человек начинает смеяться из последних сил. — Страдаешь, как подросток, который впервые влюбился. — А ты любил когда-нибудь? — тон резко становится серьезным. Как будто и голос даже не кажется таким пьяным. — Нет. И не собираюсь, — демон отводит взгляд и встает с пола. Вопрос напрягает, а близость его пьяного человека ни разу не помогает. Тема любви всегда злит. Он возвращается на кресло и наливает виски. — Это не так работает, — Чимин тоже больше не смотрит на него, снова поднимает глаза вверх. — Любовь неожиданно приходит, ее нельзя избежать. — Можно. По крайней мере, есть один надежный способ не вляпаться в это. Ты понимаешь, о чем я. — Не доверяешь мне? — Свое сердце? Нет. Тишина заполняет гостиную. Говорить больше никому не хочется, а Чимин и вовсе уже не справляется с усталостью, и оковы сна все сильнее захватывают его. Юнги решает позволить ему остаться на ночь. Если он постарается усадить его в такси, то проблем будет еще больше. Его придется отдирать от дивана, тащить на себе до машины, потом уговаривать сесть. Неизвестно еще, сможет ли он потом попасть в дверную скважину ключом. Да и грабители в подъезде могут без труда обобрать неспособного сопротивляться. Проще облегчить жизнь обоим и оставить его тут.

***

Внезапное пробуждение вызвано чьим-то выкрикиванием его имени. В первые секунды, когда слишком резко открываются глаза, он не может понять, что происходит и почему кто-то зовет его в собственной квартире, ведь разрешения на ночевку он не дает никому и никогда. Но осознание быстро приходит, когда на пороге комнаты появляется помятый Чимин. — Юн, ты меня не слышишь? — перекошенное лицо и ватные ноги подсказывают, что у Чимина сильнейшее похмелье. — Я сплю. Как я могу тебя услышать? — самое ужасное, что можно сделать с Юнги — разбудить его. Он накрывается с головой и отворачивается, надеясь вернуться к блаженному сну. — Меня тошнит, — необычно писклявый голос тянется с порога и забирается в ненадежное одеяльное укрытие. — Туалет дальше по коридору. — Юн, пожалуйста, дай мне воды. Я не нашел на кухне. — Вода в кране, там фильтр. Можешь спокойно пить. И я уже просил меня так не называть, — крылатый даже подушкой накрывается, чтобы избавить себя от звуков чужого неприятного присутствия. Не будь Чимину плохо, он бы давно выставил его за дверь. — Но ты должен заботиться обо мне, — человек семенит короткими ножками к кровати и наваливается на демона, укрытого одеялом. — Ты с ума сошел? — Юнги подрывается и сталкивает его с себя. — Я тебе не разрешал сюда залезать. Ярость, вызванная странным действием человека, ударяет по ушам. Юнги тут же захотелось выпроводить его и остаться в одиночестве. Не привык он к чужому присутствию в своем доме, это нарушает его границы и не позволяет расслабиться. Еще больше он терпеть не может, когда кто-то без его разрешения вторгается в его пространство, а Чимин именно это и сделал. Да еще и разбудил с утра пораньше. Двойной удар. — Почему ты так со мной разговариваешь? — злостный порыв расстроил и напугал избранного. Он даже отскочил обратно к порогу и теперь боязливо держится за косяк. — Потому что твое присутствие меня раздражает, — правда. И скрывать это нет смысла. Уж лучше пусть Чимин это поймет и сам уйдет, чем Юнги выбросит его из окна. Под тяжелым взглядом демона человек становится еще меньше, потому что невольно сжимается. Пару секунд он смотрит на Юнги, взглядом пронзающего его молнией, а затем без слов выходит из комнаты. Через пару минут входная дверь захлопывается. Чимин ушел.

***

— Открой ротик, я кое-что тебе дам, — на диванчике напротив расположилась пара, с которой Юнги глаз не отрывает. Тэхен что-то прячет за спиной. — Вкусное? — с надеждой в глазах смотрит его парень. — Мне нравится. Надеюсь, понравится и тебе. — А глаза закрыть? — в голосе слышится детский восторг. — Закрывай, сладкий. И Чонгук ладошками прикрывает глаза и открывает рот. Доверяет своему демону на все сто, не боится подвоха. Не боится, что Тэхен подсунет ему ерунду. А Тэхен никогда и не позволит себе такого. В его руках появляется упаковка маленьких зефирок. Он внимательно смотрит внутрь и выбирает. — Эта должна быть самой вкусной, — кладет в рот Чонгуку, и тот начинает жевать. — Тебе нравится? Глаза демона открываются, и в них искрится неподдельный восторг. — Хочу еще, — радостно трясет руками и открывает рот. — Сначала дай мне поцеловать тебя. — Парни, вы тут не одни, — возле столика внезапно появляется Намджун. — Не думаю, что Юнги приятно смотреть на ваши игры. А Юнги даже и не заметил, как залип на них. Счастье за друзей наполняет его. Он не знает, любят ли они друг друга на самом деле, но вдвоем им точно хорошо. Кажется, остальной мир им не нужен, если они будут друг у друга. — Да ладно тебе, — отмахивается Тэхен и коротко чмокает Чонгука в щеку, отчего тот ластится к его плечу. — Ты чего такой загруженный? — Был в полиции. Вчера девчонка Руби и Тея устроили драку в баре за углом, — Намджун трет переносицу, новая выходка его явно злит. — Им вообще спокойно не живется? — рассказы об этой парочке можно услышать ежедневно. И каждый раз новые. — Прожигатели жизни. Переживаю за Руби. Сердце у Намджуна болит за каждого демона. Он их негласный лидер и практически старший брат или даже отец. Нет, он не самый старший да и не самый опытный. Но, наверное, самый эмпатичный и рассудительный. Можно сказать, что у них сформировалась некоторая группа под руководством Кима. Не какая-то группировка, преследующая конкретные цели, а просто небольшая семья, где все друг друга знают. И всякий раз, когда у кого-то из названной семьи возникают трудности, Намджун переживает, как за самого родного. Да и породниться они тоже успели. Намджун и Руби довольно близки, он называет ее младшей сестренкой. Но в последнее время избранная Руби взбунтовалась, связалась с одной крылатой, которая составила ей плохую компанию и втянула в неприятности. Тусовки, алкоголь, драки и даже наркотики — этим теперь наполнена жизнь избранной его сестры. Руби беспокоится, всеми силами спасает своего человека, а та только в ответ смеется, отмахивается и продолжает разгуливать. Если у Юнги много работы, но она несерьезная, то у Руби серьезности хоть отбавляй. На своем веку она спасла девушку от трех изнасилований, двух убийств, шести передозировок и двадцати аварий, которые могли случиться из-за нетрезвого состояния. Наверное, если бы у Руби была возможность, она бы бросила девушку на произвол судьбы. Уж слишком сильно она переживает из-за нее и не получает никакой отдачи. Словно и не нуждается ее человек в ней. — А если поговорить с Теей? — как бы между прочим замечает Тэхен и отправляет в рот зефирку. — Пусть угомонит подружку. — В этом нет логики, — Джун упирается локтями в колени и прячет лицо в ладонях. — Какой смысл с ней разговаривать, если именно она — инициатор сия безумия? — А если попросить ее человека? Кто-нибудь знаком с ним? Неужели она не прислушается? — в разговор вступает Чонгук, хотя чужая проблема его тоже не особенно волнует. — Вариант можно рассмотреть, но я сомневаюсь, что из этого что-то выйдет. — Мне надо идти, — Юнги с места подрывается, потому что внутри появилось чувство. Чужое чувство. — Куда ты? — К человеку. Что-то сейчас может случиться.

***

Объяснить это довольно сложно. Демоны всегда знают, что с их человеком вот-вот произойдет беда. Появляется внезапный жар или холод, накатывает приступ тревоги и страха. Каждый миллиметр тела пронизывает тонкой и очень острой иглой. Кровь закипает и стучит по вискам, руки то потеют, то холодеют. Это ощущение точно нельзя не заметить или перепутать с другим. Когда демон начинает ощущать подобное, это может означать лишь одно — его человек в опасности. — Чимин, — Юнги замечает человека, который не спеша идет по мосту и слегка раскачивается. — Чего ты здесь делаешь? — Гуляю, — даже не оборачивается. — А почему опять пьяный? — это заметно по шаркающей походке и неустойчивым ногам. И бутылка вина в руке, разумеется, все выдает. — Все потому же. Вчера Юнги уже считывал его чувства и не заметил никакой сильной привязанности, которая может подтолкнуть к безрассудным поступкам. Он полагал, что Чимин все же пострадает по неудавшимся отношениям, но где-нибудь дома под грустную мелодраму. Не испытывал он к ней сильных чувств, чтобы так убиваться, поэтому второй пьяный заход удивляет. Он прикрывает глаза и старается сосредоточиться, пытается проникнуться чужими ощущениями. И его захлестывает сильная грусть. Такая сильная, что даже плакать хочется. — Куда ты идешь? — крылатый поравнялся с пьяным парнем, отделяя своим телом его от невысокой перегородки моста. — Просто вперед. Я гуляю. — Почему здесь? И почему один? Чимин замирает на месте и несколько секунд просто смотрит перед собой. А потом, минуя Юнги, подходит к ограде и практически свешивается, упираясь в нее животом. От такой картины аж дух перехватывает, поэтому Юнги за шиворот отдергивает и ставит его на ноги от греха подальше. — Видишь воду? — Чимин больше не свешивается, но все равно сильно облокачивается, так что Юнги приходится придерживать его. Мало ли, что взбредет в пьяную голову. — Вижу, — лишь краем глаза смотрит на реку. — Мне нравится смотреть на нее отсюда. Особенно ночью. — Так ничего же не видно. Что ты там можешь разглядеть? — теперь уже Юнги подходит и смотрит вниз, пытаясь понять, чем Чимина заинтересовала черная вода. — В этом и суть — ты вглядываешься в кромешную тьму. Кажется, что кроме тьмы этой и нет ничего больше, но на самом деле там происходит многое. Просто нам отсюда не видно. Остается только гадать. В голосе слышится печаль. Да и веет от него тоже расстройством. Демону не по себе становится, что его человек страдает. — Похоже на душу, — с непониманием поворачивается и разглядывает человеческий профиль. Чимин смотрит на него в ответ. — Черная непроглядная вода отсюда похожа на душу. Никто понятия не имеет, что происходит внутри. Одна лишь вода знает. Одной лишь душе известно. Демон подвисает. Подобная аналогия заставляет конкретно подгрузиться и задуматься. Наверное, такое впечатление слова произвели только потому, что ему передались человеческие чувства, заставившие тоже испытать грусть. И… одиночество? — Она много для тебя значила? — мысль о том, что Чимин тоскует по девушке (уже, наверное, бывшей), почему-то слегка смущает и огорчает. — Нет. Но с ней я чувствовал, что нужен хотя бы кому-то. — Но ведь ты нужен мне. Оба осознают, что Юнги нуждается в своем избранном не так, как того хочется самому Чимину. Но большего демон дать не способен. Человек в ответ лишь поджимает губы, выдавая за слабую неестественную улыбку. — Ты умеешь летать? — резкая смена темы сопровождается и сменой положения. Чимин разворачивается и прижимается к ограде спиной, запрокидывая голову назад. — Ты думаешь, что крылья нужны только для красоты? — демон внимательно следит за каждым движением, готовый в любой момент поставить Чимина на место, если он вновь вдруг что-то учудит. — Ты полетишь за мной вниз, если я упаду отсюда? — Чимин так быстро садится на ограду, что Юнги и глазом моргнуть не успевает. К счастью, руки сами собой схватывают глупого человека за талию. — Я тебя сам отсюда скину, если еще раз подумаешь о таком, — пальцы цепко сжимаются на человеческих ребрах, готовых треснуть в любой момент от нечеловеческой силы. Демон в который раз за несколько минут пугается от резких действий избранного, которые могут навредить ему. — Ты — мой ангел-хранитель. Даже если бы у тебя не было крыльев, а внизу была пропасть, ты бы все равно полетел за мной, — туман перед глазами Чимина сгущается. Его глаза становятся похожи на эту самую пропасть, в которую он грозится упасть. — Я хранитель, но не ангел. И я в любую бездну за тобой кинусь. Если бы не мир, устроенный так, что Юнги не по собственной воле должен падать за своим человеком в пустоту, все могло бы выглядеть очень романтично. Демон привязан к человеку, и он куда угодно прыгнет за ним. Человеческие ноги осторожно обнимают крылатого за поясницу и притягивают к себе. Между их телами не остается ровным счетом ничего. — Юн, давай упадем? — Чимин хватается за плечи нечестивого и тянет на себя, стараясь откинуться назад. Кажется, десятки метров внизу его совершенно не пугают. — Если ты еще раз так меня назовешь, то я тебя правда столкну, — Юнги уже не просто поддерживает парня, он окольцовывает его талию и сильнее прижимает к себе. Ноги на его боках тоже сжимаются сильнее. — Тогда я буду падать без страха, потому что знаю, что ты полетишь вслед, — Чимин больше не наклоняется, он снова садится ровно. И происходит это так неожиданно, что задевает своей щекой щеку Юнги. То ли жар, то ли холодок пробегает по телу вместе с мурашками. Юнги непроизвольно дергается и случайно выпускает крылья. Возле уха слышится тихий выдох. — Они такие красивые, — необычным трепетом отзываются слова. — Ты позволишь мне их коснуться? Вместо ответа демон поднимает крылья выше и накрывает их обоих с головой, создавая своеобразный купол, защиту, словно хочет укрыть от всего мира. Чимин протягивает руку и с легкостью дотрагивается до темных перьев. Медленно ведет ладонью, гладит аккуратное оперение, словно видит нечто подобное впервые в жизни. Обоим заметно, как они, крылья, затрепетали от осторожных прикосновений. Человек кладет голову на плечо хранителя и продолжает скользить по черноте подушечками, тихо перебирая перышки. Необъяснимое тепло раскатывается внутри. Юнги разобрать не может, где это тепло взяло начало и где закончилось. Нет у него как будто ни начала, ни конца. Оно бесконечное и всеобъемлющее. Непонятное. — У тебя перо выпадает, — поднимает голову и с беспокойством вглядывается в лицо демона. Во взгляде даже читается нарастающий страх. — Юнги, это не я, честно. Крылатый ухмыляется. Отчего-то становится забавно, что избранный так забеспокоился. — Я знаю, что не ты, — кажется, он улыбается слишком добро. — Тебе больно? — касается того самого места. — Нет. Просто выброси его, — без раздумий вытаскивает перо, которое держалось лишь из-за соседних. Собирается бросить, но его руку резко перехватывают. — Не выбрасывай, — Чимин произносит это шепотом. — Можно я возьму себе? — Зачем оно тебе? Это же не драгоценность какая-то, чтобы хранить для коллекции. — Для меня — драгоценность. Оно невероятное. Кажется, у Юнги даже рот слегка открылся. Рука сама тянется и отдает огромное перо человеку, который с детской улыбкой его принимает и бережно проводит пальцем. Уголки губ невольно тянутся вверх. Что-то подталкивает крылатого сосредоточиться на чужих чувствах. Он прикрывает глаза, медленно выдыхает и, сам того не замечая, сильнее сжимает пальцы на Чиминовой талии, которую все время продолжает крепко держать. — Ты чувства мои пытаешься узнать? — человек снова кладет щеку на его плечо и отворачивается к крыльям. Наверное, даже глаза закрывает. — Тебе одиноко. Я уловил немного радости и волнения, но чувство одиночества оглушило меня. — Так и есть. Я одинок, но прямо сейчас я ощущаю радость. И немного волнуюсь. — Тогда я больше не позволю тебе чувствовать себя одиноким, — на то он и хранитель, чтобы хранить покой своего избранного. — Я хочу тебя обнять. — Но ты и так меня обнимаешь. — Нет. Сейчас ты держишь меня только для того, чтобы я не сиганул с моста. А я держусь, потому что мне нужна дополнительная опора. — Я поставлю тебя на землю и отпущу, а ты пообещай не свешиваться вниз. И тогда ты можешь меня обнять. — Обещаю. Чиминова щека пригрела, а защита из крыльев создала дополнительное уединение. Как-то даже и не хочется разрушать это все. Но Юнги все же собирает крылья, ставит человека на ноги, убирает от него руки и отходит на полшага. С самого начала их сегодняшней встречи Юнги испытывает нечто странное, нечто непонятное для себя. Пока Чимин жался к нему и гладил, было тепло, а сейчас, когда между ними расстояние и гуляет вечерняя прохлада, забираясь под одежду, становится пусто и некомфортно. Избранный смотрит на него неуверенно, словно демон в любой момент и правда может толкнуть с моста. Взглядом молча спрашивает, действительно ли можно обнять. И Юнги коротко кивает, давая добро. Вновь разливается приятный жар, когда Чимин прижимается к его груди. Демонические руки сами собой закрывают объятия, и крылатый не замечает, как начинает улыбаться.

***

От кого: Неизвестный номер Привет, это Хан Сора. Не хочешь пересечься вечером? Никого с именем Хан Сора Юнги не знает, но старается пораскинуть всеми сонными извилинами, надеясь припомнить. К счастью, приходит еще одно смс. От кого: Неизвестный номер Мы дважды спали Осознание приходит сразу же, просто потому что дважды с одним и тем же человеком Юнги не спит. Красавица в черном белье стала исключением, поскольку искать кого-то другого времени не было. С одной стороны, видео с парнем в юбке и чулках уже засмотрено до дыр, хочется ощутить себя в живом человеке. А с другой, почему-то, нет настроения. От кого: Юнги В 19:00 у меня. И надень то черное белье Жертва сама идет в лапы, отказываться глупо. Тем более, жертва с отличным телом, которое заводит в два счета. Аппетит приходит во время еды, как говорится. От кого: Джин Ты дома? Можно я заеду? Не раздумывая, демон отвечает утвердительно. Он всегда рад компании друга, всегда рад помочь, если того что-то беспокоит, всегда может излить душу, если беспокоит что-то его. Да и просто бесцельно провести время вместе они никогда не против. Не проходит и десяти минут, как крылатый идет встречать гостя. — Я хотел кому-то сказать, но не хотел рассказывать сразу всем, — решает запутать уже с порога. Юнги удивленно поднимает брови и пытается отгадать загадку. — Давай ты сядешь, а я тебе расскажу? Брови еще сильнее заламываются, и Юнги даже не пытается задавать уточняющих вопросов, просто идет в гостиную, где, как ему и велено, присаживается на диван. Сокджин садится на кресло. Его колено нервно потряхивает, парень то и дело теребит пальцы. — Я сел, — машет рукой и пытается привлечь к себе внимание. — Я хочу сделать Хосоку предложение, — одним махом выливает на друга ведро ледяной воды. — Ты не шутишь? — все к этому шло, но спросить все же стоит. Шок пока не позволяет до конца осознать и принять информацию. — Это похоже на шутку? — в руках Джина появляется коробочка нетипичного для такого события цвета. Джин раскрывает ее, а внутри поблескивает аккуратное колечко. — А почему коробка желтая? — Юнги даже с места встает и идет к товарищу, чтобы рассмотреть кольцо. Оно без камней и лишний заморочек. Но изнутри, кажется, есть гравировка. — Там что-то написано? — Он любит желтый цвет. А внутри надпись «you’re my hope». Это значит, что он — моя надежда. Надежда на лучшее будущее. Надежда на любовь. Надежда на жизнь. Демон и человек связаны. Внезапная радость и осознание молотком бьют по голове, из-за чего Юнги в руках себя держать не может, поэтому практически заваливается на сидящего Сокджина и крепко обнимает его. — Черт бесстрашный, обожаю тебя, — ерошит волосы и трясет парня за шею, отчего тот всеми силами старается отбиться, хотя и смеется. — Сегодня приходите все ко мне, будет мальчишник. Отказы не принимаются. — Я и сам еще могу получить отказ, — тон заметно становится серьезнее, и Юнги прекращает взбудораженную тряску чужой головы. Садится на место. — Это жизнь. Неизвестно, как все обернется. — Как раз мне в этой жизни понятно лишь одно. Ты и Хосок — неразделимы. Я уверен, что у него даже сомнений не возникнет. Ты глупый совсем? Даже думать брось о таком. Вечером мальчишник. — Оба жениха приглашены? — свои мысли Джин, скорее всего, не выбросил, но все же отложил. — Хосок уже давно свой. Что за тупой вопрос?

***

Суетливый демон практически летает по магазинам, скупая всю выпивку и закуску на своем пути. Кажется, в его квартире только от одного присутствия огромного количества бутылок повысился градус до потолка. Из еды Юнги решает заказать пиццу. Когда время близится к вечеру, внезапно вспоминается назначенная встреча, которая сегодня ну никак не уместна. От кого: Юнги Отмена. У меня другие планы От кого: Сора Ок Ответ прилетает незамедлительно, чем очень радует. Было бы не очень приятно, если бы он забыл отменить «свидание», или если бы девушка заявилась к ним посреди веселья. Кое-что еще приходит на ум, и Юнги снова берет мобильник. От кого: Юнги Мы сегодня отмечаем одно событие у меня. Приходи Вчера он дал обещание своему человеку, что заставит его перестать ощущать одиночество. Где, как не на пьянке, это можно испытать? Две минуты Юнги смотрит на экран и на непрочитанное сообщение. А потом убирает телефон и возвращается к своим делаем. И чего он только так ждет ответа? Через пять минут в заднем кармане слышится звук уведомления, и крылатый резко хватается за телефон вновь. Но тут же кряхтит и ругается про себя. От кого: Джин ОН СОГЛАСИЛСЯ! Мы приедем И опять сердце выплясывать начинает. Безумно рад он за друга, который не побоялся броситься в омут, и теперь имеет самое большое счастье. А Сокджин и правда счастлив, Юнги это знает. Он еще не видел никого, кто был бы влюблен так же сильно, как Хосок и Джин. Сокджин оберегает своего избранного не только потому, что это его обязанность, но еще и потому, что это его собственное желание. И Хосок бережет Джина тоже, ведь любит его каждой частичкой сердца. От кого: Чимин Приду В строке уведомлений появляется заветное сообщение. Все, внутреннее спокойствие накрывает, ведь его человек будет рядом. Он о нем позаботится как следует, не позволит сегодня грустить.

***

В сборе почти все, осталось дождаться Чимина и самих женихов. Никто, кроме Юнги, не знает, по какому поводу намеченное мероприятие. Да и не особенно им нужна причина, чтобы хорошо провести вместе время. Но сегодня повод действительно веский. — Руби все нервы себе измотала. Вчера, когда я вытащил ее девчонку и Тею из полиции, они снова куда-то пропали. Говорят, их видели в новом клубе, который открылся на окраине, — Намджун снова грузится. Он сбежал из гостиной, где два ненасытных демона решили плюнуть на окружающих и предаться поцелуям. Юнги продолжает суетиться на кухне, заталкивая бутылки в холодильник. — Боюсь представить, что было бы, если бы между Руби и ее избранной что-то было, — не за Руби он боится, по большому счету, а за друга. Намджун потеряет голову, если с сестрой что-то случится. — И думать об этом не хочу. Есть коньяк? Налей мне. Причина начать пить немного заранее довольно значимая, поэтому Юнги не препирается, просто выполняет просьбу и за компанию наливает себе.

***

— Это не шутка?! Вы же шутите, да? — Чонгук практически кричит, забираясь на диван и устраиваясь на коленях. — Джин, ты шутишь! — Это похоже на шутку? — Хосок демонстрирует руку, где сияет аккуратное колечко, которое Юнги уже видел. Непонятно, что сияет ярче — кольцо или счастливый Хосок. С лиц обоих весь вечер не сходит улыбка, с самого своего прихода они держатся за руки и ни на секунду не отпускают друг друга. Юнги даже решил посчитать, сколько раз они отцепятся. Один раз. Всего один раз их ладони не касались. И только потому что они пошли мыть руки. Все остальное время они с нежностью держатся вместе. Любовь Сокджина и Хосока всегда поражала друзей. Юнги, наверное, был сражен больше остальных. Про такие отношения не напишут книгу и не снимут фильм, просто потому что на словах и картинках такого не передать. Можно приукрасить или приуменьшить, но в точность не опишешь, как парни дорожат друг другом. И Юнги считает их очень смелыми. Особенно Джина, раз смог на все двести процентов довериться своему человеку. Сокджин без страха подарил Хосоку свое сердце. А Хосок его оберегает и любит. — Тэхен, ты только посмотри! — Чонгук от восторга даже крылья расправляет, неаккуратно столкнув со стола чашку со снеками. — Оно такое обычное, но очень красивое. Хосок с радостью демонстрирует взбудораженным друзьям кольцо, и все нахваливают его. У Сокджина есть вкус, в этом нет сомнения. Сдержанность и лаконичность — его девиз. И пусть кому-то покажется, что для самого любимого человека можно было выбрать что-то понаряднее, украшенное большими камнями, Джин не согласится. Он выбрал точно такое, которое на сто процентов запало в душу его избранному. Слишком хорошо его знает. Ему известно, как его обрадовать. — Тэхен, как красиво! — еще чуть-чуть, и Чонгук оторвет руку Хосока, стараясь разглядеть кольцо со всех сторон и поближе. — Тэхен, посмотри! А Тэхен смотрит. Он смотрит все время, даже когда Чонгук восторженно не кричит ему об этом. Но смотрит он не на кольцо, а на Чонгука, не отрывая взгляд и не опуская глупой улыбки. Почему глупой? Да потому что сам того не замечает, как пялится на демона и умиляется с него. Никто из компании и подумать не мог, что они когда-то сойдутся. Тэхен всегда ругал Чонгука за его излишнюю эмоциональность. Говорил, что Чон ведет себя, как ребенок. А Чонгук никогда не понимал, почему Ким всегда и со всеми слишком строг и серьезен. Парни, которые друг друга раздражали, в один день сблизились, и больше не отпускали друг друга. Тэхен влюблен в детскую наивность Гука, а Чонгук обожает, что Тэхен всегда за ним приглядывает. И Намджун любил однажды. Он был влюблен в своего избранного, собирался даже пойти на самый ответственный шаг, хотел подарить ему свое сердце. Вот только не успел. Человеческое сердце остановилось раньше, чем успело испытать радость. Его человек был болен и медленно умирал. Демоны, к сожалению, не всемогущие, они могут оберегать избранных, но это не гарантирует им долгую и счастливую жизнь. Это не означает, что хранитель всегда спасет от беды. Да, любой крылатый на куски себя порвет, но выполнит долг. Но это не сериал, где все проходит по заданному счастливому сценарию. Это жизнь, которая бывает жестока и несправедлива. А еще существует множество обстоятельств, которые не во власти чьих-то желаний и возможностей. Уберечь от болезни не может даже демон. Особенно, если это онкология. Намджун полюбил своего человека, правда. Он страдал, когда страдал и избранный. Он настолько был ему предан, что собирался связать их. Но он просто не успел. Болезнь накрыла новой неожиданной волной и забрала у Джуна любовь. Прошло почти десять лет, но, наверное, до конца оправиться от такого никогда не получится. А Юнги никогда и никого не любил. Он не противник и правда верит в это светлое чувство, но оно пугает его, приводит в ужас. Он готов избегать его до конца жизни. Точнее сказать, всеми силами избегает возможности полюбить своего избранного, ведь, в противном случае, он захочет связать их, подарить сердце. А это может плохо кончиться. Настолько плохо, что один из них окажется мертв. Юнги знает о таком не понаслышке. Ощутил это на своей собственной семье, его боязнь не беспочвенна. Он видел, как его демон-отец иссыхает изо дня в день. Помнит, как на его руках папа в последний раз вздохнул, закрыл глаза и больше никогда не просыпался. Исход не всегда плох, но травма, наверное, никогда его не отпустит. Да и любить не обязательно именно своего человека, тогда схожая ситуация не повторится никогда. Но Юнги все равно не хочет поддаваться. Все равно противится. — Привет, — Юнги так погрузился в размышления, что даже не услышал стук в дверь и не заметил, как Намджун впустил Чимина. Все здороваются, только Юнги коротко кивает и незаметно тянет улыбку. — Хосок и Сокджин женятся! — опять веселый и радостный голосочек сообщает новоприбывшему счастливое известие. — Посмотри, какое у него колечко красивое. Юнги внимательно следит, как его человек проходит в гостиную и останавливается возле пары, расположившейся по левую сторону от дивана. Хосок в сотый раз показывает руку и в миллионный раз улыбается. Нет, улыбается он без остановки, можно даже не вести счет. — Очень красиво. Я искренне вас поздравляю. Демон решает пройти в чувства своего человека. Ощущается настоящая радость, но кое-что более сильное борется с ней. Это тоска и зависть. Юнги хмурится. — Мин Юнги, вернись на землю, — похоже, его позвали несколько раз, а расслышать он смог только что. — Тебе нравится кольцо? — Он его еще днем видел, — сообщает всем Сокджин, и на него разом устремляются все разъяренные взгляды. — А что, я должен был кому-то выговориться. И на крылатого, которого все внезапно сочли подлым предателем, налетели друзья. Вот-вот заклюют его. К счастью, рядом есть Хосок, который упорно отбивает любимого от в шутку разбушевавшихся парней. Пока на вымышленном поле боя происходит битва, Юнги наблюдает со стороны и улыбается. Рядом несмело садится Чимин. — Привет, — тоже смотрит на компанию. — Похмелья нет? — Чимин вчера знатно накидался. Удивительно, что он до сих пор жив. — Было с утра. Сейчас почти все хорошо. — Хорошо.

***

Чимин не впервые проводит время вместе с ними, но, можно сказать, впервые влился по-настоящему хорошо. Раньше все их встречи ограничивались попойками в «Invite Me» и пьяными танцами, а сегодня все хоть и пьют, но больше просто общаются о разной ерунде. Чонгук и Намджун делят место свидетеля со стороны Хосока. А со стороны Джина негласно обозначен Юнги, с этим фактом никто даже не смеет препираться. Сам Хосок о чем-то увлеченно разговаривает с Чимином. Чимин согласно кивает и много улыбается, когда Чон показывает в телефоне фотографии. — Глаз не сводишь, — крайне странный и излишне игривый голосок слышится возле самого уха, и Юнги резко дергается, оборачиваясь на Тэхена. — Чего говоришь? — понимает, о чем речь, но друг все неправильно расценивает. — Весь вечер поглядываешь на него, как будто ревнуешь. А не стоит, Хосок у нас теперь женатый, поэтому никуда твоего человечка не уведет, — расплывается в ехидной улыбке, что даже не по себе становится. Ничего он не ревнует. О какой ревности вообще может речь идти? — Он плохо себя чувствует. Я слежу, чтобы ему не было одиноко, — приходится намеренно смотреть в другую сторону, чтобы не давать новых поводов усомниться в своих словах. Но Тэхена ли пытается убедить? — Ну я же так сразу и понял, ты чего, — толкает в бок и наигранно кивает, поднимая ладони вверх. Юнги становится неловко и он, кажется, ощущает, что на щеках появляется румянец. — Разнимай вон тех лучше, а то Хосок без свидетеля останется, — спор Чонгука и Намджуна начинает выходить из-под контроля, они в шутку толкаются, но кто-то вот-вот явно свалится с дивана. — Сладкий, осторожнее, — Тэхен окликает своего парня, когда тот, наигранно демонстрируя свою смерть от удара Джуна, свешивается с дивана вниз. — Не ударься головой. Услышав голос своего демона, Гук забывает о всех делах, подскакивает с места и садится рядом с Тэхеном. Складывает на него ноги и кладет голову на плечо. Маленький такой ленивец, ухватившийся за ветку. — От тебя коньяком несет. Ты специально так напился? — Тэхен принюхивается, когда Чон звонко чмокает его в щеку. — Или опять не рассчитал? — Я так хотел, Тэ, — Чонгук пытается шептать, но выходит все равно громко, Юнги его слышит со своего места. — Делай иногда перерывы, иначе завтра будет плохо, — в ответ целует парня в лоб, а тот только ближе к нему прислоняется. — А сегодня будет хорошо, да? — шепот ни разу не похож на шепот. Наверное, сказанная фраза на ухо Тэхену не совсем обычным тоном, предназначалась только ему, но Мин опять все услышал. Он бы и рад не знать о таком, да и слух специально не напрягает, просто у Чонгука уже плохо получается контролировать голос. И себя в целом, потому что он начинает целовать Тэхенову шею и гладить его бедра. — Чонгук, посдержаннее будь, хорошо? Я начинаю заводиться, — Тэхен останавливает его ладони и крепко жмет в руках. — Разве мы когда-то сдерживаемся? — Да. Например, когда у наших друзей праздник. Будет невежливо, если мы пропадем посреди вечера. — А под конец пропадем? — не унимается. — А под конец будем думать позже, хорошо? — Чонгук расстроенно кивает, но больше не лезет. — Можешь принести мне сок, пожалуйста? Возле Чимина с Хосоком где-то оставил. Осторожность, с которой Тэхен относится к парню, приятно удивляет. Ким Тэхен не из тех, кто предпочитает нежности. Одного взгляда на него достаточно, чтобы увидеть в нем самоуверенного дерзкого засранца. Но рядом с Чонгуком он всегда становится мягким и заботливым. Чонгук нашел стакан, но завис возле парней, разглядывающих снимки из путешествия Сокджина и Хосока. Алкоголь внезапно ударяет по мозгам и ногам одновременно, и Гук начинает терять равновесие. Пытается схватиться за кресло, и стакан вылетает, удачно приземляясь прямо на грудь Чимина. Хосоку чудом удается отделаться несколькими ничтожными каплями, весь удар Чимин принимает на себя. На ногах Чонгуку удержаться получилось, но к нему уже летит перепуганный Тэхен. — У тебя голова закружилась? Садись вот сюда, — под руку ведет парня к креслу. Ничего страшного не произошло, просто слегка перепил, но Тэхен всегда будет за него переживать, словно Чонгук — его избранный. Чонгук и правда его избранный, но только Тэхен выбрал его себе сам. — Чимин, прости, я не хотел, — Гук подрывается с места, желая схватить салфетки и помочь исправить ситуацию, но Тэхеновы руки усаживают на место. — Правда прости, — Тэхен сам подает салфетки человеку, который и не выглядит злым или обиженным. — Его заносит, когда много выпьет. — Это просто сок и футболка, не переживайте, — Чимин успокаивает обоих и, закончив с жалкой попыткой вытереться, уходит в сторону ванной. Ноги сами поднимают Юнги и ведут вслед за парнем. Настигает его только возле двери. — Идем в комнату, я дам тебе футболку. Дважды повторять не приходится, человек молча соглашается и идет следом. — Они все будут большеваты, у нас разный размер, — демон роется и пытается найти что-то поменьше, чтобы Чимин не утонул в ткани. Вся одежда примерно одного размера, поэтому Юнги бросает попытки и вытаскивает стандартную серую футболку. — Спасибо, — избранный молча стоит несколько секунд, как будто раздумывает. — Ты не будешь отворачиваться? Мне нужно раздеться. — Ты серьезно? — наверное, нет. — Я и не такое видел. Ответом служит молчание, с которым Чимин без стеснения стягивает с себя верх. А надевать одежду Юнги не торопится, просто ожидает. Стоит и смотрит на демона прямым бесстрашным взглядом. — Одевайся давай, — разглядывать чужое тело вдруг стало неловко, хотя очень хочется. Хочется не только смотреть на него, но и трогать. Но Мин все же отворачивается и отходит к столу. Делает вид, что расставляет вещи по местам, хотя на столе и так идеальный порядок. — Не буду, — несмелый голос за спиной. Чимин стоит позади, очевидно, до сих пор полуголый. — Чего ты хочешь? — демон моментально оборачивается и смотрит в человеческие глаза. Всеми силами держится, не опускает взгляд ниже. Пытается не смотреть на венку, которая взбухла на шее. Не опускает глаза к острым ключицам, выступающим очень красиво. Не смотрит и на малозаметный, но все же имеющийся пресс. Глядит только в глаза. — Ты знаешь, чего хочу. — Мне показалось, что ты мало пил сегодня, — Чимин не выглядит пьяным, поэтому списать порыв на алкоголь не выйдет. — Я пил сок. Это тут причем? — расстояние никто не сокращает. Оба вросли ногами в пол. — Ты обычно хочешь меня, когда напиваешься, — жмет плечами, когда озвучивает очевидный факт. — Я постоянно тебя хочу. Просто срываюсь и говорю об этом, когда напиваюсь. — Чимин, одевайся, — если разговор продолжится и дальше, а избранный так и продолжит стоять раздетым, то что-то точно произойдет. Не в силах больше удерживать себя от яростного желания взглянуть на тело, Юнги вновь отворачивается к столу, упирается в него руками и опускает голову. — Я не буду, — в два шага человек оказывается возле демона и прижимается грудью к его спине. Руками перекрывает его талию и грудь, а щекой тычется в спину. Мурашки бегут по тем местам, где ощущается тепло чужого тела. Чимин в два счета его заводит, а сейчас, когда жмется обнаженным торсом, самообладание по крупинке начинает рассыпаться. Крылатый до боли сжимает край стола пальцами и прикрывает глаза, пытаясь думать о чем угодно, но не о происходящем. Но все тщетно. Чимин руками скользит по его телу, спуская ладони к животу. — Прекращай, — низкий нечеловеческий голос практически шипит. — Ты всегда просишь прекратить, но сам никогда меня не останавливаешь. Внезапным щелчком эти слова отзываются, и всего парой ловких движений Юнги отлепляет парня от себя, меняет их местами и на стол усаживает Чимина. Рывком притягивает к себе, располагаясь у него прямо между ног. Ничтожное расстояние в несколько миллиметров не ощущается. Ощущается лишь накатывающее с каждой секундой возбуждение. — Ты должен уважать мой выбор. Прекрати меня провоцировать, — произносит в человеческое ухо, а щекой слегка касается чужой щеки. У Чимина дыхание учащается, даже прислушиваться не надо, чтобы расслышать. — Я отправлю тебе видео, позвоню по видеозвонку, да даже в твоем присутствии это сделаю. Но, пожалуйста, останови эту пытку. — Не иметь возможности поцеловать тебя — вот это пытка. Видеть, как твои крылья дрожат от чужих прикосновений — это пытка. А что пытка для тебя? Не влюбляться. — Скажи мне, Юн. Что для тебя пытка? — Пытка — слышать, как ты называешь меня Юн, и не иметь возможности заткнуть тебя поцелуем. Пытка — не позволять своим крыльям дрожать от твоих прикосновений. — Ты меня боишься? — Чимин ловит его взгляд. Кажется, таким уверенным Юнги не видел его очень давно. — Думаешь, что я не способен любить? — Я боюсь не тебя, я боюсь любви, — пальцы впиваются в Чиминовы бедра, а лбом он утыкается в его щеку и прикрывает веки, чтобы не смотреть на обнаженную кожу и в глубокие глаза, в которых сейчас легко можно потеряться. — Ты же знаешь, что этого может и не произойти, если мы перейдем черту. — Девяносто девять процентов вероятности, что это произойдет. — Это может произойти, даже если грань мы не перейдем. — В таком случае я не буду к тебе привязан, что уже хорошо. Я буду тебя любить, но не буду тебе принадлежать. — Ты меня боишься, — ноги парня обхватывают крылатого за бедра и прижимают ближе. Юнги не нужно использовать свою способность, чтобы ощутить чужое возбуждение. Демонические глаза поднимаются и скользят по человеческому лицу, задерживаясь на мягких розовых слегка приоткрытых губах. Они точно мягкие, иначе и быть не может. Такие пухлые. Ничтожно малое расстояние позволяет ощущать чужое дыхание на своих собственных губах. Юнги так сильно сдавливает его бедра, что, скорее всего, оставит синяки. Но он вцепился, только чтобы не дать волю рукам, только чтобы не коснуться обнаженного и такого желанного тела. Ему и правда страшно. Уже и не ясно, чего конкретно он боится. Ясно одно — он никогда не позволит себе полюбить Чимина. По крайней мере, самым страшным для него способом. — Юн, давай что-то сделаем, прошу, — на человеческих щеках появляется румянец, а дыхание становится еще более обжигающим. Снова это сокращение его имени, снова случайное касание их лиц. Юнги невыносимо от того, что однажды возжелал своего человека и больше противиться этому не в силах. Рассудок все больше и больше покидает его, но когда Чимин отрывает его руку от бедра и кладет на свою грудь, перед глазами образовывается пелена, а с губ срывается тихий выдох. — Позвони своей подружке. Я хочу увидеть все здесь, — не отпускает демоническую ладонь, взглядом указывает на кровать. Сам ведет чужой рукой от ключиц, заставляя коснуться соска, отчего Юнги невольно подается тазом вперед, а Чимин коротко выдыхает. Ведет к прессу, спускает ниже, к ремню. Дальше Юнги не позволяет ни ему сдвинуть себя с места, ни себе. — Мой телефон в правом кармане, — крылатый смотрит будто с вызовом. — Вытащи его, и я ей позвоню. Избранный решает принять игру. Тянет руку, чтобы нащупать мобильник через ткань, но касается кое-чего более интересного. Того, чего он так жаждет. Юнги продолжает смотреть на него, ожидает реакции и дальнейших действий. И Чимин снова касается его напряжения, крепко сжимая в кулаке. Не удается сохранять прямоту во взгляде, потому что ресницы невольно прикрываются, когда Чимин находит его головку и давит пальцем. Человек не собирается останавливаться, но и про телефон не забывает. С напором поглаживая демонический орган, он достает смартфон и вручает Юнги. А у демона туман не только в голове, но и в глазах. Он даже не замечает, как медленно подается тазом навстречу движениям руки. Проморгавшись, он набирает нужный номер, а когда гудки заменяются женским «алло», начинает говорить необычно хриплым басом. — Привет, Сора, это Юнги. Если твое предложение еще в силе, и если ты не против одного наблюдателя, то приезжай прямо сейчас. Произносит все на одном дыхании и сбрасывает. Удивительно, как голос не дрогнул, ведь Чимин постарался сделать все, чтобы это произошло. — Я думал, ты не запоминаешь имена своих жертв, — избранный убирает руку и подтягивает его ногами к себе так сильно, что Юнги упирается пахом в его ягодицы. Чимин немного откинулся назад, так что Юнги приходится держать его под поясницей, чтобы сохранять необычную для них близость. С каждым разом держать все под контролем все труднее, невозможнее. Но Юнги помнит, по какой причине воздерживается, помнит свою цель. Ради одного мимолетного удовольствия он не готов подвергать свою жизнь опасности. — Что же ты делаешь, чертенок? Неужели тебе самому это нужно? — демон прижимает к груди человеческую, а Чимин сильно обнимает его. — Может и нужно. Может я только этого и хочу. Быть такого не может. Чего именно он хочет? Но Юнги не успевает подумать об этом, как в дверь раздается резкий стук, и ответа никто не дожидается. В комнату входит девушка. — Меня впустил твой друг, я была… вот блин! Извините, — Хан Сора прикрывает лицо руками, когда на другом конце комнаты застает двух парней. — Я пойду, извините. — Стой, — неожиданное вторжение заставляет Юнги быстро отстраниться от парня. В голове пролетает мысль, что это мог зайти кто-то из друзей, отчего сразу становится неловко. К счастью, это всего лишь Сора, которую они позвали лишь для одной цели, поэтому уйти ей никак нельзя. Мин стремительным шагом идет к ней, давая понять, что она ничему не помешала, а, наоборот, пришла как раз вовремя. — Не думал, что ты так быстро приедешь. — Я была у подруги тремя этажами выше, — девушка больше не порывается убежать и не прячет глаза. — Это Чимин, — демон представляет подошедшего к ним. — Ты не будешь против, если он посмотрит? — Раз я пришла, то не против, — Сора на замок закрывает дверь, чтобы никто к ним не ворвался, как это сделала она несколько секунд назад, а затем подходит к Юнги, давая зеленый свет.

***

— Если бы я не знал о заморочке Мина, я бы подумал, что они с Чимином сейчас чем-то непристойным занимаются. Слишком уж долго их нет, — Сокджин глядит на часы. — Два часа уже прошло. — Он мог передумать, — жмет плечами Тэхен, поглаживая волосы парня, улегшегося на его коленях. — Разве не видели, как он смотрел на него весь вечер? — Только слепой бы не заметил, — хихикает Хосок. — Секс ради секса он легко может получить с кем-либо посторонним. У них бы не началась эта глупая игра, если бы обоих друг к другу не тянуло не только сексуально, — слова Намджуна, как всегда, оказываются самыми логичными. — Наверное, они оба даже не осознают этого пока. — А что за девушка к ним пошла? Я так и не понял, — Чонгуку запрещено пить после его маленького падения, поэтому он обижен и не разговаривает с Тэхеном. Но лежит на его коленях и позволяет тому копошиться в волосах. — Я не знаю. Но мне показалось знакомым ее лицо, — Джун несколько минут раздумывает. — Кстати, никто не знает человека Теи? Надо с ним все же поговорить. Ни Тея, ни девчонка Руби так и объявились. — Опять привет, — в гостиную неожиданно входит троица, пропавшая в комнате несколько часов назад. — Вы говорите о Тее? — Хан Сора уверенно устраивается на диване возле лежащего Гука. — Занудная и скучная дурочка, согласны? — Занудная и скучная? — Джун хмурится и с непониманием смотрит на девушку. — Соскучиться-то с Теей? Такое невозможно, я полагаю. Ты ее хотя бы знаешь? — Конечно знаю. Я ее избранная.