По пятам

Гет
NC-17
Завершён
163
Размер:
187 страниц, 12 частей
Описание:
Пытаясь заполучить большой куш, человек должен быть очень осторожен, чтобы не влюбиться ненароком в объект, несущий в себе эту ценность.
Как жаль, что Аарон Хилл совершенно позабыл об этом маленьком замечании, неосознанно оказавшись в тисках сложного выбора: даровать ей себя и свою любовь или же беспощадно убить, заполучив тот самый куш? Ведь ставки слишком высоки...
Примечания автора:
Я люблю Тени Сентфора и люблю Аарона Хилла. Это не лечится 🙈
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
163 Нравится 183 Отзывы 36 В сборник Скачать

3. Крыса

Настройки текста
Примечания:
Получилось быстрее, чем я планировала. Просто это меня расслабляет. Приятного всем прочтения❤️
      — Вы идиоты?! Вы зачем ее вырубили? Придурки! Она мне нужна живой, целой и невредимой!       Слышит О’Нил, пытаясь открыть глаза. Она чувствует под собой что-то мягкое, на ощупь опознавая это как кровать или диван. Голова гудит, тело ноет, а глаза кажутся невыносимо тяжёлыми и их просто невозможно распахнуть. Но когда ей это всё-таки удается, Сара расплывчато может видеть перед собой стены, цвета морской волны, шкафчики, полочки, стол, стулья и прочую мебель, которая обычно ставится в спальнях. Она у кого-то дома?       Пытается встать, да внутри такая слабость, что просто невозможно сделать и движения. Даже сесть. Голоса за дверью все так же громко раздаются, отзываясь в ее голове двойным эхом, и девушка фокусирует слух на них, стараясь уловить смысл всего разговора. Понять, кто те люди. Можно ли им доверять.       — Она брыкалась, босс. Привлекала слишком много внимания к своей персоне, пришлось решить все проблемы силой, — басистый голос тщательно подбирает слова, судя по непродолжительным паузам в его речи, и оправдывается перед своим хозяином.       — Сила есть, ума не надо, да? Идиоты! Ладно, я сам с ней разберусь, а ты езжай и проследи за драконами, чтоб не вышли ненароком на девку. Вы точно телефон сбросили там?       В интонации второго слышатся подозрение и какое-то очень странное, знакомое для Сары звучание. Что-то очень-очень знакомое, будто бы она слышала это уже много раз. Попытка вспомнить не оказывается успешной, и Сара уже практически проваливается обратно в состояние сна, как вдруг слышит то, что заставляет ее засуетиться.       — Да, сбросили. Мы сделали все идеально, Ник. Вишня отошёл, и мы стали действовать. Они не узнают, где она.       Ник? Так вот откуда ей знаком этот голос. Неужели ее насильно забрал ее же опекун? Но зачем? Что ему от нее нужно? Он ведь и так распоряжается всем имуществом и бизнесом ее отца до ее официального вступления в наследство. Что вообще тут происходит? Ей срочно надо отсюда выбираться, но для начала понять, где она вообще. Блондинка впервые видит эту комнату.       — Очнулась? Голова не сильно болит? — дверь комнаты распахивается, и вовнутрь заходит высокорослый, атлетичного телосложения брюнет с необычного оттенка охры глазами, широко улыбаясь и подходя к кровати. Сара тут же находит в себе силы и пятится назад, оказываясь спиной вплотную к спинке постели. — Эй, конфетка, ну ты чего? Я ж твой опекун. Я не собираюсь тебя трогать.       Притворная улыбка до ушей и адский блеск в волчьих глазах. Сара его ненавидит. Сара не верит его словам. Ни одному слову.       — Вот это да, — констатирует факт парень, улыбаясь, когда видит на заднем сидении своей машины школьницу с бутылкой мартини в руке, — и кто тебе его только продал?       — Пару лишних купюр, и дело в шляпе! — довольно объявляет О’Нил, делая глоток. Соблазнительно облизывает губки, попутно рассматривая что-то увлеченно в своем телефоне.       В свои пятнадцать Сара могла бы дать фору всем двадцати- и тридцатилетним девушкам. Накрашенной и при параде она выглядит уж очень соблазнительно, и Ник, будучи одиноким, молодым парнем, часто на нее заглядывался. Как и сейчас. Ну нельзя же в таком возрасте быть настолько красивой и горячей, что даже у двадцатипятилетнего мужчины появляются такие странные мысли о ней. Ему хочется не просто отвезти ее домой, а поцеловать, ощутить — каково это, когда такая малышка стонет и кричит твое имя. Сара ведь и сама на него смотрит с интересом, он видел это.       — Ты же знаешь, что тебе нельзя алкоголь. Твой папа будет сильно ругать тебя, а потом и меня, что я позволил тебе выпить, — неожиданно для школьницы мужчина садится не вперёд, а к ней, поправляя челку и широко улыбаясь. — Зачем ты так плохо себя ведёшь, м? Разве тебе не говорили, что за такое обычно по головке не гладят?       Соблазнительная интонация и такой же взгляд, встречающийся с непонимающим, чуть опьяневшим взором девичьих глаз. Сколько ей надо выпить, чтобы алкоголь ударил в голову? Самую малость, и Сара достигла этого уровня. Ник двигается ближе, обескураживая девушку своим напором и быстротой действий. Не задумываясь о том, какой будет ее реакция, мужчина впивается в желанные уста сладким поцелуем, грубо хватая школьницу за затылок. Ему достаточно одного маленького прикосновения к ее губам, чтобы снесло крышу, чтобы захотеть большего. И он хочет, позволяя себе это.       — Что ты делаешь? Ник, отстань! — Сара ставит ладошки ему на грудь, выпуская бутылку с мартини, которое теперь разливается по всему салону, и пытается оттолкнуть.       Но мужчина оказывается сильнее и тяжелее. Он буквально вдавливает школьницу в сиденье машины, продолжая целовать, покусывать ее губы, подключая и руки, которыми старательно пытается залезть под юбку О’Нил. Сара брыкается, изворачивается в разные стороны, бьет мужчину руками и ногами, но он будто бы и не чувствует боли, добираясь до нижнего белья школьницы. Ткань трусов разрывается с характерным треском, а Сара в страхе сглатывает, когда слышит, как ширинка на брюках мужчины со звоном расстегивается.       — Ник, прошу не надо… Ник, перестань! Я папе все расскажу, он тебя уволит или убьет. Ник! По-жа-луй-ста! — со слезами на глазах произносит О’Нил, замечая, как мужчина быстро приспускает штаны, хищно улыбаясь. — Нет!       Ударяет его ногой в живот, в попытке отбиться, но мужчина лишь раззадоривается, отбивая школьнице пощечину. Сара вскрикивает от боли, зажмуриваясь, когда Ник окончательно избавляется от своего низа, предоставляя школьнице возможность разглядеть его во всей красе. О’Нил в отчаянии начинает еще громче плакать, но тут вдруг вспоминает об упавшей бутылке мартини, в надежде хватая ее за горлышко и с силой ударяя по голове мужчины. Бутылка разбивается, пробивая голову Нику, и он теряет сознание, падая головой на живот школьницы.       Пользуясь этими минутами спокойствия, О’Нил вылетает из машины пулей, убегая в сторону парка, где спрятавшись в заброшенном здании долго плачет, так и не поняв, зачем все это было. А ведь он ей нравился… Она видела его таким сильным и хорошим, а он оказался до жути мерзким и отвратительным, полез под юбку, пытался ее изнасиловать, целовал своими мерзкими губами, лапал еще никем нетронутую кожу. Так и должны слетать розовые очки, показывая не ту сторону мира, о которой нам твердят все наше детство? Если да, то Сара точно не была к этому готова.       — Уходи! Что ты от меня хочешь? Отстань, я не буду ничего делать. Не трогай меня, Ник, даже не подходи, — вооружившись старым будильником, Сара угрожающе и с мольбой одновременно смотрит на мужчину, мысленно стараясь понять, что он тут делает и что от нее хочет. — Я согласилась на твое опекунство, я не возражаю, что теперь ты управляешь бизнесом отца. Я даже переехала, чтобы ты больше не приходил ко мне. Что еще от меня надо? Зачем надо было меня красть? Зачем? Ты не мог просто позвонить?       — Ты так изменилась с тех пор, конфетка, — Ник садится на край кровати, поправляя манжеты рубашки, — стала такой закрытой в себе, пугливой. Неужели я так на тебя плохо повлиял? Или это хорошо, что та дерзкая особа закрыла свой ротик и успокоила пылкий нрав, став такой милашкой?       Делает движение вперед, выгибая брови и хитро улыбаясь. Она такая маленькая, забилась в угол, угрожает ему тяжелым будильником, пытаясь выглядеть устрашающе, но ведь Ник прекрасно знает, какая она кроткая, тихая и спокойная, как боится людей, как избегает любых подкатов со стороны мужчин и не ходит в места, полные народа.       — Что. Ты. От меня. Хочешь?! — членораздельно проговаривает О’Нил, скалясь, стараясь быть смелой.       — В принципе, — Ник поднимается с кровати, стреляя в школьницу желтыми радужками, — ничего особенного. Пять лет я жил в тени твоего отца, он использовал мой мозг и мои способности для достижения своих целей, брал мои идеи, выдавая их за свои. Именно так он и построил весь этот бизнес, возымел власть над этим городом, но обещанного мне права совладельца всего имеющегося у него имущества я так и не получил, хотя должен был. Еще и дочь у него оказалась такой недоступной, — усмехается мужчина, потирая затылок и вспоминая то, как Сара огрела его бутылкой мартини, — я до сих пор, честно говоря, так и не понял, почему ты ему меня не выдала, но это твое дело. В общем, к чему я, собственно, веду. Раз твой отец так и не смог расплатиться со мной по счетам, это сделаешь ты.       — Неси бумаги, я подпишу все, что тебе надо, — твердо произносит блондинка, — но только отпусти меня обратно. За меня уже, наверное, переживают. У меня, между прочим, было свидание!       Ник садится на стульчик, похотливо рассматривая школьницу, что до сих пор вызывает у него желание отыметь ее, воспользоваться ей и ее невинностью. Разрушить этот образ кроткой малышки, сделав ее настоящей девушкой, его маленькой мечтой — рабыней, которая могла бы беспрекословно исполнять все его желания, быть для него всем, кем он захочет.       — Нет, так совсем неинтересно. Сейчас мы поедем в больницу, проведем небольшой осмотр, а там уже, исходя из его результатов, и решим, что с тобой делать. У меня есть два варианта, — мужчина встает, приближаясь к школьнице, и она тут же запускает в него будильник, но вещь летит мимо, с грохотом разбиваясь об пол, — уф, какая грозная. Ладно, понял, первого варианта нам точно не видать, значит остается только второй, поэтому пойдем!       Грубо хватает школьницу за руку, стаскивая с кровати. Сара падает на пол, пытаясь удержаться за ножку тумбочки, но ничего не выходит. Ник с силой оттаскивает школьницу, поднимая ее и помогая ей встать на ноги, а потом долго и упорно тащит по коридорам дома, выволакивая на улицу и буквально закидывая в машину. Сам же мужчина садится на переднее сиденье, приказывая водителю везти их в местную больницу.       — Зачем нам в больницу? Я хорошо себя чувствую, — ничего не понимая, боязливо произносит О’Нил, осматриваясь по сторонам. Дергает за ручку, но дверь оказывается заблокирована. — Выпустите меня, черт возьми!       — Слушай, будешь орать, я прикажу и он, — Ник указывает взглядом на водителя, размеры тела которого превышают размеры тела школьницы раза так в два, — хорошенько разукрасит твое красивое личико или оставит синяки по всему телу. Хотя личико еще нам понадобится, поэтому портить товар не стоит.       — Т-товар?       Школьница нервно сглатывает, судорожно хватая воздух ртом. Товар… Она слышала такое всего лишь раз, когда смотрела кино, где всякие уроды продавали девушек, как товар, арабским мужчинам, чтобы те глумились над ними. Нет, Сара не хочет быть таким же товаром. Ни за что! Она жить хочет, а не служить какому-нибудь мужчине, исполняя его сексуальные прихоти в жизнь.       — Ну чего ты как маленькая, Сара? Ты ведь знаешь, что твой отец владел еще и ночным клубом, а какой ночной клуб без проституток? — обыденно проговаривает Ник, улыбаясь школьнице в зеркало. — Уверен, об этой части ты и не догадывалась и даже никогда и думать не могла, что твой отец торговал сексуальностью женщин. Что ж, думаю, сегодня ты узнаешь все прелести этого бизнеса, а я таким образом потешу свое самолюбие, стану твоим постоянным клиентом, солнышко. Пусть твой отец там видит, как плохо не исполнять своих обещаний. Но сначала сходим к доктору, он проверит тебя на наличие гинекологических заболеваний.       — Нет! Выпусти меня! Ты с ума сошел?! Какая проституция?! Мне всего шестнадцать лет! Я…я не буду спать с мужчинами за деньги! Я не буду! Не буду! Давай я просто бумаги подпишу? Перепишу все на тебя, только не ломай мне жизнь, не надо…       Слезы безостановочно начинают стекать по лицу школьницы, воздуха в легких становится катастрофически мало, а в голове звучат слова о проституции, убивая в ней все живое. Какая проституция? Ей всего шестнадцать, она впервые только сегодня с парнем поцеловалась, она даже еще никогда и ни с кем не спала. Что вообще происходит? Это шутка?       — Маленькая, не истери, тебя никто все равно не выпустит, — закатывает глаза брюнет, недовольно вздыхая, — шестнадцать, говоришь? Тебе через пару недель семнадцать будет, да и кого волнует твой возраст? От тебя лишь ноги вовремя потребуется раздвигать, тут даже и думать не надо, ах, ну еще иногда стонать и целоваться. Думаю, с этим ты справишься. Сейчас мы выйдем из машины, и ты не будешь кричать. Увы, наш доктор приболел и тебя пришлось везти в больницу, поэтому будь паинькой.       — Я никуда не пойду, а если мы выйдем, то буду кричать!       Когда Ник выходит из машины, открывает заднюю дверцу и наклоняется, подавая школьнице руку, она отскакивает в другую сторону, пятясь как можно дальше. Не пойдет. Пусть ее лучше силком. Не даст никому вторгаться в свою жизнь, рушить ее, делать из нее того, кем она не хочет быть.       — Черт, Саймон, хватай ее и посильнее, чтоб не брыкалась и не кричала, и быстро на третий этаж. Я пока что кое-куда схожу и улажу все вопросы, чтобы нас приняли без очереди.       Командует мужчина, и высокий, широкоплечий, больше смахивающий на орангутанга в глазах О’Нил, лысый водитель подходит к ней с другой стороны, вытаскивая из машины силой. Однако Сара не собирается сдаваться, поэтому, как только оказывается на улице, раскрывает рот, чтобы начать кричать, но не успевает издать и звука. Ей в область ребер прилетает пару сильных ударов, заставляя мгновенно замолчать. Она чуть обмякает, даже не замечая, как оказывается на третьем этаже, а потом и вовсе в кабинете гинеколога.       — Вы по записи? — немолодой мужчина осматривает побледневшую школьницу, прищуриваясь, когда из-за ее спины выглядывает Ник, протягивая ему телефон. Доктор без вопросов берет устройство в руки, выслушивая какие-то указания, и отдает обратно мобильник, тяжело вздыхая. — Хорошо, оставьте нас с девушкой тогда наедине, мы сейчас сделаем все, что нужно.       — Пусть Саймон посидит тут, мне так будет спокойнее, — Ник уже собирается выйти, но доктор останавливает его, хватая за локоть, — что еще?       — Вы оба покинете кабинет или же вам придется искать другого доктора, согласного на такие условия, — грозно звучит из уст врача, и Нику ничего не остается, кроме как выйти и забрать с собой водителя. — У вас все хорошо?       Как только дверь захлопывается, мужчина прикрывает ее на ключик, обращаясь к забившейся в угол О’Нил. Она больше не плачет, лишь с ужасом смотрит прямо перед собой, не понимая, что с ней будет дальше. Хочется головой об стену. За что Ник так жестоко с ней? Разве она это заслужила? Это такая месть за то, что Сара год назад не позволила Нику лишить ее невинности и разбила ему голову? Да он благодарен ей должен быть, она ведь ничего отцу не сказала. А если бы сказала, то Ника бы по кусочкам его родные собирали. Она его пожалела, да и стыдно стало признаваться ей в том, что она оказалась в такой ужасной ситуации. А надо было…       — Девушка, вы меня слышите? — доктор достает нашатырный спирт, смачивает им вату и подносит к носу школьницы, наконец-то обращая ее внимание на себя. — Слава богу, девушка, что с вами произошло? Эти люди вас удерживают?       Сара молча кивает, поднося к губам указательный палец, намекая тем самым доктору быть тише. Мужчина тепло улыбается, протягивая О’Нил руку, помогая подняться на ноги и усаживая в свое кресло.       — Вот, если вам есть кому звонить, — шепотом проговаривает он, протягивая телефон, — то набирайте. Но этот кто-то должен приехать в течение двадцати минут, больше я не смогу вас тут держать. Они начнут ломиться.       Блондинка подозрительно смотрит на доктора, все еще не веря тому, что ей пытаются помочь, а не навредить. С опаской берет телефон, отходя к окну, все боится, что это какой-то страшный розыгрыш.       — Звоните, давайте, мы не сможем долго делать вид, что тут идет прием, — слова из уст мужчины звучат доброжелательно, и Сара-таки начинает ему верить, — я не хочу тебе навредить. Помочь. Я не одобряю методы мистера Коллинза, вы не первая, кого ко мне привозят, но вы первая выглядите такой испуганной. Это точно не по вашей воли. И пока у вас есть шанс все исправить, пользуйтесь им.       — Спасибо, — наконец-то проговаривает школьница, по памяти набирая номер Аарона в мобильнике доктора.       Хорошо, что она имеет отличную память на числа, и номер Хилла ей запомнился. Она очень надеется, что он возьмет телефон, что приедет и вытащит ее отсюда, иначе… Ей даже страшно представить, что будет иначе.

***

      Обойдя парковку, отсмотрев камеры за дополнительную плату, пройдя парк аттракционов вдоль и поперек, Вишня-таки решил сообщить Аарону, что Сара пропала. Вдвоем ее будет проще найти, да и Хилл уже, наверное, точно освободился. Только вот спустя десять звонков, ответа не следует, и терпение дракона заканчивается. Он мигом направляется в казино, чтобы высказать все Аарону, и если он снова там развлекается, то Вишня в этот раз ему морду точно набьет. Спихнул на него Сару, а сам ушел трахаться? Ну нет, так дело не пойдет.       — Хилл у себя?       Бросает бармену, входя в казино, что, как и последние три месяца, пустует в это время суток, хотя раньше к девяти часам вечера сюда приходило много народа. До тех пор, пока драконы не отказали отцу О’Нил в уплате процентов за их бизнес. Отказ вышел боком.       — Да, босс у себя.       Благодарно кивая, Ви размашистым шагом обходит коридор, оказываясь у знакомой двери. Уже хочет открыть, да слышит звуки, а точнее — стоны, то женские, то Хилла. Выругивается, беспардонно открывая дверь.       Ничего нового. Какая-то рыжеволосая бестия лежит грудью на столе, а Аарон, пристроившись сзади, совершает фрикционные движения. Может быть, если бы Хилл сейчас так сильно не бесил Ви, и с Сарой бы не произошло этой неурядицы, Вишня бы присоединился к парочке, но не сегодня. Ягодный хлопает дверью, как раз в тот самый момент, когда Аарон и его подружка приходят к пику, громко кончая. Черт, не вышло оборвать наслаждение парочки, а хотелось.       — Твою мать, Ви, ты стучаться умеешь? — застегивая пуговицы на рубашке и заправляя ее в брюки, главарь драконов тихо рычит.       — А ты хоть что-то умеешь, кроме как свои похотливые яйца вставлять во все щели? Аарон, ты, блять, не подросток в пубертатном периоде, а трахаешь всех подряд в любой подходящий момент. Боже, да оденься же ты уже! — повышает голос Ви, смотря в сторону рыжей.       — Лили, иди, дорогая. Спасибо. Я тебе, если что, позвоню, — Аарон оставляет на запястье быстро одевшейся девушки поцелуй, провожая ее к двери. Когда рыжеволосая покидает кабинет главаря драконов, он тут же вспыхивает, направляя на друга уничтожающий взгляд. — Какого хуя, Ви?! Ты заебал мне портить вечера. Я имею право на отдых. Тебя это не должно ебать!       Медленный вдох и такой же медленный выдох. Так Бенджамин успокаивал себя в школе, когда он ловил панические атаки, или же в институте, из которого его успешно отчислили за многочисленные прогулы. Но сейчас метод кажется бесполезным. Ему буквально хочется испортить самодовольную мину друга.       — Меня бы, быть может, это не ебало, если бы ваш важный хуй иногда смотрел на телефон. Но, видимо, он был слишком занят, чтобы ответить на десять, Аарон, десять звонков! — Вишня брезгливо переставляет предметы на столе, выискивая телефон Хилла. — На, проверь!       — Тебе обязательно всегда звонить мне тогда, когда я занят? — Хилл прикуривает никотиновую палочку, опускаясь в кресло и вальяжно в нем располагаясь. — И чего ты вообще припёрся? Разве ты не должен быть с Сарой?       — Ох, мистер похотливые яички, вспомнил наконец-то о своей сожительнице?       Вишня сжимает кулаки до побеления костяшек, пряча их за спиной. Если Хилл сейчас скажет что-то не то, то они точно прилетят в его лицо, и самодовольная улыбка наконец-то исчезнет. Аарон поднимается с кресла, грозно надвигаясь на друга, и останавливается всего в нескольких сантиметрах от него.       — Где Сара, Вишня? — поджимает губы.       — Даже и не знаю, Аарон, — пожимает плечами кудрявый, — ты ведь телефон не брал, следовательно делаем вывод, что и малышка интересует тебя в самую последнюю очередь. Зачем тебе знать о ее местонахождении, раз тебя интересует только секс с дешёвыми шлюхами, которых ты уже поимённо знаешь. Я сам с этим разберусь, пожалуй, и Сару к себе перевезу. Нафига ей такое соседство? Ещё приведешь когда-нибудь из своих спидоносных в дом, а нам этого не надо. У Сары ещё вся жизнь впереди. Поэтому, аривидерчи, Хилл! Я сам ее найду, разберусь без озабоченных!       — Ты, что, снова ее потерял?! — Аарон перехватывает друга за руку, разворачивая к себе лицом и повышая голос. Желваки на его лице начинают играть, выдавая все раздражение. — Какого хуя, Ви? Ты серьезно? Тебе уже ребенка доверить нельзя? И почему ты тогда стоишь тут, раз потерял ее? Почему ничего не делаешь? Чтобы я хоть раз еще оставил ее на тебя, — Хилл хватает друга за грудки, но Вишня тут же отпихивает его, — я думал, ты ответственный, Батлер, а ты снова облажался!       Облажался? То есть пока он тут прохлаждался, развлекался с какой-то девицей, делая вид, что занимается делами, Вишня развлекал Сару, которую на него и спихнул Аарон. И стоило только малышке потеряться, как всех собак Хилл спускает на него? Что ж, это было последней каплей в самообладании Вишни. Кажется, Сара — их общее дело, и пора бы Хиллу об этом намекнуть.       — То есть я еще и во всем виноват?       — А кто еще? Ты же не уследил за одной девочкой, Ви, ты, а не я! И вот куда ты отвлекся? Наверное, снова на чью-нибудь юбку залип, да и потерял Сару из вида, да?       Хмыкает Хилл, поджимая губы. И вот где ему теперь искать О’Нил? Ее ведь могли увезти куда угодно и кто угодно. А что с ней там могут сделать, ему и думать страшно. И Вишня, вместо того, чтобы искать ее, стоит прямо перед ним, спокойно заявляя о случившемся.       — Да пошел ты, Хилл! — не выдерживает ягодный, и с размаху ударяет Аарона в лицо кулаком.       Удар приходится по челюсти и задевает губы главаря драконов, оставляя после себя кровавые следы. Аарон непонимающе смотрит на друга, хватаясь рукой за разбитую губу, утирает кровь, готовый нанести ответный удар, но не решается. Размышляет.       — Все, успокоился? С обвинениями закончили? — Вишня выдыхает, потирая кулак.       — То есть ты считаешь, что я заслужил это?       — Да, Аарон, заслужил. Мы занимаемся одним делом, но работают все, кроме тебя. Я пришел, чтобы объединить наши усилия, думал, может, ты все еще занят, работаешь, а ты просто потешаешь свое самолюбие. Мне плевать, еби кого хочешь, но тогда не спихивай на меня всю ответственность, — вытаскивает из кармана кожанки бумажные платочки, которые пришлось прикупить, чтобы О’Нил вытирала следы от коктейля не ручками, — на, лучше утри кровь и давай во всем разбираться. Камеры я уже отсмотрел. Ничего толкового там нет.       Не возражая, а принимая слова друга, Аарон вытирает кровь и садится на один из свободных стульев. Все-таки Вишня прав. Он ведет себя некрасиво, неподобающе лидеру группировки, спихивает все на друга, отнекивается от ответственности, а потом еще начинает во всем винить Ви, а ведь если бы не он, то Хилл вряд ли бы справился с большей частью своих обязанностей. Получается, заслужил удар по лицу? Получается, что так.       — Где вы были? И как так вышло, что она пропала из твоего виду? Чем вы занимались?       — Катались на колесе обозрения, Саре захотелось прокатиться, а я и не против. Потом она ушла в уборную, а я за коктейлями, прихожу, а она все не выходит и не выходит, ну я прошелся по уборной, там только сумочка ее. Короче, — Вишня чешет затылок, — видимо, ее кто-то из уборной забрал, когда она выходила. Телефон остался в сумочке. По мобильнику хер вычислим.       — М-да, дело плохо. На камерах вообще ничего не было? Может, машина или люди какие-то подозрительные попались. И вот, кстати, откуда они узнали, что вы были в парке аттракционов? За вами не было слежки? — настораживается мужчина, вытаскивая из сигаретной пачки одну папиросу и прикуривая. — Просто получается странно, что вас так быстро нашли. Кто-то следил за вами, а, значит знал, что Сара живет у меня, что она вообще у драконов. Значит, это кто-то из своих. Другие не могли бы так быстро просечь ее местонахождения, да и телефонный номер мы ей сменили для безопасности, плюс я попросил ее не пользоваться приложениями с геолокацией.       — Думаешь, у нас завелась крыса?       Делает из всего сказанного вывод Батлер, озвучивая вопрос, вертящийся на языках у обоих мужчин. Но подумать над тем, кто бы мог быть этой крысой, им не удается. Их прерывает настойчивый звонок на телефон главаря с неизвестного номера, на который ему приходится ответить.       — Сара? Ты откуда звонишь? — оживляется Хилл, как только слышит голос блондинки на том конце провода.       — У меня мало времени, Аарон. Я в тринадцатой больнице, у гинеколога в кабинете. Ник привел меня сюда, чтобы проверить, а потом…потом хочет меня в проституцию, — запинается девушка, но продолжает. К этому времени Хилл переводит звонок на громкую связь, чтобы и Вишня мог слышать все сказанное О’Нил. — В общем, тут доктор. Он сказал, что я могу кому-то позвонить, чтобы меня забрали. Он поможет, но надо приехать очень быстро. Аарон, ты мне поможешь ведь? Мне очень страшно. Я не хочу…не хочу в…я не буду ни с кем спать за деньги…       — Воу, принцесса, тише, — вмешивается Вишня, пытаясь внушить Саре спокойствие, — сколько у нас есть времени?       — Минут пятнадцать. Вы ведь приедете? — с надеждой произносит школьница.       — Да, мы приедем. Все будет хорошо, малышка. Передай телефон доктору, а сама успокаивайся и ничего не бойся, — успокаивающе проговаривает Хилл. — Постарайтесь чуть задержать время, мы скоро будем. И спасибо вам за помощь.       Перед тем, как отключиться, Аарон получает несколько указаний, как можно незаметно и бесшумно проникнуть в кабинет гинеколога, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Ибо устраивать перестрелку в больнице, где полно беременных женщин, которые могут испугаться происходящего, как-то немного неправильно, поэтому лучше сделать все тихо.       — Ты же понимаешь, что нам туда ехать минут тридцать? — Вишня удивленно вскидывает брови вверх, понимая, что они вряд ли успеют в назначенный срок.       — Ну, это если на машине и соблюдать все правила дорожного движения, а если поехать на мотоцикле и по объездной дороге, то я успею, — Аарон вытаскивает из ящика в столе ключи от железного коня, прокручивая их на пальце.       — Ты давно не практиковался, Ар, может, лучше я? — Вишня с опаской смотрит на озадаченного друга, понимая, что тот зажегся и его уже будет не остановить.       Однако с момента возвращения Хилла в Сентфор тот ни разу не садился на мотоцикл, все время используя машину. Конечно, такие навыки не забываются, но требуют практики. А у Хилла этой практики не было уже почти три года! Кто знает, может, он вообще разучился на нем ездить, а тут собрался ехать за Сарой. Было бы логичнее доверить это дело кудрявому, но Вишня знает Аарона, как облупленного, и раз Хилл так решил, оно будет именно так. Другого варианта не дано.       — Я сам, Ви, Сара попросила моей помощи, я не могу ее подвести. Ты лучше на машине подъезжай пока, остановись на заднем дворе больнички, заберешь у меня Сару и отвезешь ко мне. Все, — проводит пальцами по щетине, играя желваками, — нет времени на разговоры. Меня Сара ждет.       Не позволяя сказать Вишне и слова, Аарон забирает телефон и выходит из кабинета, быстро оказываясь у небольшого гаража, где стоял все это время его мотоцикл. Проверяет его состояние, невольно улыбаясь и вспоминая, как много историй связано с одной небольшой, но такой приятной сердцу, железкой. Выкатывает транспортное средство из гаража, уверенно садится, начиная свое движение, а голова самопроизвольно выдает картинки из прошлого, заставляющие сердце стучать в ускоренном ритме.       — Не страшно? — Аарон ласково касается женской коленки, улыбаясь краешками губ.       — Не-а, ни капельки. С тобой ничего не страшно, — черноволосая девушка весело смеется, крепко держась за руль мотоцикла. Она внимательно, с восхищением смотрит на Аарона, не сдерживая своей улыбки. Рядом с ним и правда хорошо. — Почему ты так на меня смотришь, м? Вообще-то, мы пришли сюда учить меня кататься на мотоцикле. Однако прошел уже час, а я по-прежнему сижу на нем, а ты просто на меня пялишься.       Аарон усмехается, разворачивая девушку к себе. Устраивается меж ее ног, заглядывая в серо-голубые радужки ее глаз, протягивается рукой к щеке, нежно поглаживая пальцем по коже. Обхватывает подбородок одной рукой, придвигая лицо брюнетки чуть ближе к своему и проговаривает прямо в приоткрытые нежно-розовые уста.       — Неужели ты думала, Элис, что я позволю тебе самостоятельно ездить на мотоцикле? Нет, и еще раз нет, — строго качает головой, ухмыляясь непонимающему виду девушки, что обиженно дует губки и легонько ударяет парня в плечо, — ты еще маленькая. Вот подрастешь, может быть, я и предоставлю тебе такую возможность, а пока что довольствуйся тем, что есть.       — Ты изверг, Хилл, я давно не маленькая девочка, — передразнивает его интонацию, ставя обе руки парню на плечи, — мне уже целых девятнадцать лет. Вот маленькой я была, когда мы только познакомились, однако это тебе почему-то не помешало завоевать мое сердце и обрести статус моего парня. А мне, между прочим, было едва семнадцать, когда ты меня впервые поцеловал! Хотя и ты был не особо взрослый, — Элис начинает смеяться, вызывая у Аарона недоумение, — что?       — И что это тебя заставило так рассмеяться, а, принцесса?       Хилл придвигается еще ближе, до максимума сокращая меж ними расстояние, и легонько целует Элис в шею, заставляя мурашкам по ее телу пуститься в пляс. Она на пару секунд отдается приятной неге от поцелуев возлюбленного, и когда он уже собирается расстегнуть пуговичку на рубашке, она чуть отстраняется, оставляя мужчину с недовольной миной.       — Что заставило меня рассмеяться? — вопрос звучит в воздух, но парень все же кивает, требуя ответа. — А ты помнишь себя в девятнадцать лет, Аарон? У тебя были такие смешные длинные волосики, почти до плеч, а когда ты сбривал щетину, то был похож на школьника. Но мне нравилось, когда ты заплетал их в хвостик, а еще нравилось зарываться в них пальчиками. Ах, да, точно! — весело выпаливает она. — У тебя еще джинсы такие были смешные, они явно были тебе большими, и ты в них смотрелся как-то несуразно, но ты был таким настойчивым, таким требовательным, сильным и уверенным, что я тут же влюбилась.       — Смеешься надо мной, да? — по-доброму произносит парень, замечая кивок девушки. — Ладно, я и правда был тогда немного смешным. И да, те джинсы мне были большими. Зато сейчас я подкачался, подстригся, да и выгляжу куда лучше, чем два года назад, а все почему?       — Почему же?       Элис делает невинное выражение лица, будто бы не понимает, что он сейчас скажет. Хотя знает его на все сто, понимает, к чему он ведет. И смеяться над ним любит, он ведь в такие моменты такой смешной становится, как обиженный мальчик, дуется, а потом лезет с поцелуями, желая побыстрее заткнуть.       — Потому что я встречаюсь с самой красивой девушкой на свете, поэтому должен ей соответствовать, а то еще к Ви убежишь, — шутливо произносит Хилл, таки дотягиваясь до губ возлюбленной, и оставляет на них малюсенький поцелуй.       — Ну, — задумчиво проговаривает брюнетка, — Ви тоже ничего, но мне больше нравишься ты, поэтому я никуда не убегу, дурачок ты мой.       — Дурачок, но зато твой, — и не позволяя Элис произнести еще хоть одно слово, Аарон затыкает ее поцелуем, пуская руки в пляс по женскому телу.       Воспоминание рассеивается перед глазами в тот самый момент, когда Хилл припарковывается у больницы и входит в нее, присылая доктору смс о своем прибытии. Делает все так, как и было оговорено по телефону. Поднимается на третий этаж по другой лестнице, незаметно проходя в процедурный кабинет, который находится через две двери от кабинета гинеколога.       Как ему объяснили, сюда можно войти двумя способами: либо через основной вход, через который он и вошел, либо же через дополнительный, а именно — межкомнатные двери, что соединяет сразу же три кабинета, чтобы у докторов все необходимое было под рукой. Странное решение проектировщика больницы, но именно сегодня оно поможет Аарону забрать Сару отсюда.       — Аарон! — чуть громче положенного проговаривает школьница, кидаясь в объятия к мужчине, — ты пришел, спасибо! И вам спасибо, — девушка поворачивается к доктору, по-доброму ему улыбаясь, — спасибо, что помогли мне.       — Не за что, не люблю, когда людей заставляют делать что-то против их воли. Другие мои такие посетительницы были не против такого рода занятий, а вы явно не об этом мечтаете. И да, мистер…       — Хилл, — вставляет Аарон, протягивая руку для рукопожатия.       — Не могли бы вы меня чуть по носу приложить для убедительности? Вряд ли мне так поверят, что девушку кто-то забрал, а не я самостоятельно ее отпустил.       — Ладно, но вы сами попросили, — усмехается Хилл, закатывая рукава рубашки и отдавая пиджак О’Нил.       Разминает кулаки, нанося доктору не сильный, но приносящий урон и вызывающий небольшое кровотечение, удар прямо в нос. Все, как и просил сам мужчина. Доктор хватается за нос, еле удерживаясь на ногах. На вопросительно-взволнованный взгляд Аарона улыбается, еще раз пожимая ему руку и скрывается за дверью. Аарон же молча берет школьницу за руку, тихо выводя ее из кабинета и, как только они оказываются на заднем дворе больницы, Хилл позволяет Саре дать волю эмоциям.       Девушка утыкается носом в грудь мужчины, крепко обнимает его и тихо плачет, пока он ласково гладит ее по плечам, волосам, спине, шепча на ушко слова успокоения. Такой маленькой и беззащитной Сара Аарону напоминает его первую любовь, она тоже была такой же беззащитной и испуганной, пока в ее жизни не появился он. Быть может, Сара не просто так появилась в его жизни?       — Эй, маленькая, тише, — Аарон поднимает ее голову за подбородок, заглядывая в два небесных омута, — все хорошо. Все позади. Я больше не позволю никому тебя забрать. Будешь всегда рядом со мной и Вишней.       — Да, принцесса, перестань плакать, — позади блондинки вдруг слышится голос ягодного, и она тут же разворачивается к нему, заключая в объятия и его, — соскучилась, что ли? Хочешь повторить нашу маленькую игру? Тогда садись в машину, я тебе еще несколько уроков дам.       Вишня открывает дверцу машины, впуская девушку внутрь и закрывая за ней, а сам разворачивается к другу, замечая на себе его подозрительный взгляд.       — Что?       — В какие игры вы там играли? — настораживается Хилл, приблизительно понимая, о чем говорит друг.       — Не знаю, — издевательски произносит ягодный, пожимая плечами, и быстро отходит к двери машины, — точнее… Знаешь, такие, где два взрослых человека соединяют губы, а потом страстно целуются. Хотя, о чем я? Ты ведь у нас в другие игры играешь, но в такие принцессе пока что рано играть.       Аарон уже было собирается отчитать друга за такой поступок, но не успевает, только и замечая, как он прыгает в машину, напоследок крича главарю драконов:       — Два-ноль!       И, наверное, его бы не задели эти слова, и он бы пропустил их мимо ушей, наплевав на этот идиотский счёт, если бы не увидел сегодня, как Сара обнимала Вишню. Было в этом что-то такое, чего не было в их объятиях, что-то более интимное и теплое. Что-то очень доверительное, но ведь позвонила О’Нил все равно ему, как только возникла опасность. И чего это он вдруг вообще парится из-за отношения к своей персоне со стороны школьницы? Она его дело. Не больше. Задумываясь, Хилл даже и не замечает, как оказывается у своего мотоцикла, снимая тот с подножки.       — И где ее теперь искать? Блять! Наверняка, ее снова драконы увезли. Звони давай своему дружку, пусть снова достает нам информацию! Мне нужна эта сука, я все равно испорчу ее жизнь!       Слышит Хилл, находясь всего в нескольких метрах от брюнета и его подопечного. Значит, всё-таки у них и правда завелась крыса. Только кто? Аарон ещё стоит несколько минут, надеясь услышать кличку или же имя дружка лысого, но данной информации так и не получает, быстро отъезжая от больницы. Не хватало ему ещё и этой головной боли.       Кто посмел предать кодекс черных драконов? Кто нарушил самое главное правило? Кому теперь, кроме Вишни, можно доверять? И можно ли там хоть кому-то доверять? Неужели этот дракон не понимает, что как только Аарон вычислит его, на него обрушится смертная казнь, потому что иначе с предателями и быть не может. Но кто этот мерзавец? Знал бы Хилл ответ на этот вопрос, да даже не подозревает, кто это может быть. Он ведь знает абсолютно всех, и за каждого своего подопечного может поручиться. Они ему как братья. Или в семье не без уродов?       Когда Аарон возвращается домой, его встречает до необычного интересная картина. Сара сидит рядом с Вишней на диване в гостиной, фоном играет тихая музыка, и руки школьницы орудуют в волосах кудрявого, заплетая непослушные пряди в хвостики и косички. Она весело улыбается, а дракон что-то ей рассказывает, изредка разряжая спокойную обстановку своим бархатистым смехом.       — Вы с Аароном? Вот прям так шестерых и раскидали? — с интересом в глазах переспрашивает блондинка, все ещё не замечая прихода главаря драконов.       — Ага, представляешь! Одному — в морду, другому — в солнечное сплетение, третьему вообще голову разбили. В общем, раньше мы любили драться, особенно Аарон, но это до поры до времени. Вот встретил наш суровый друг любовь всей своей жизни и все, — огорчённо слетает с губ кудрявого, — не стало больше Аарона-драчуна. Зато появился романтик. Ты бы видела, какие свидания он для своей девушки придумывал.       — Какие? — продолжает интересоваться школьница.       — Самые обыкновенные, Ви, — подаёт голос Хилл, прерывая беседу друзей. Смотрит на часы, недовольно цокая. — Три часа ночи, О’Нил, тебе спать пора. Завтра мне расскажешь все подробно. А ты, мой кучерявый друг, езжай домой.       Сара встаёт с дивана, подходя к мужчине, осторожно берет его за руку, умоляюще смотря своими небесными глазами в его темные очи.       — А можно Вишня с нами останется? С ним совсем не страшно, с ним очень весело. Он меня успокоил, — переминается с ноги на ногу, — просто… Просто я боюсь.       — Чего? — раздражённо интересуется Хилл, не понимая, к чему она ведёт.       — Спать одна. Мне страшно. А вдруг за мной снова придут? Я не хочу больше, чтобы… — Сара приподнимает блузку, показывая тёмно-синие гематомы в районе ребер — в тех самых местах, куда пришлись удары Саймона. — Чтобы кто-то ещё меня трогал. Знаешь, мне показалось, что это конец. А я ведь ещё ничего не видела толком…       Кулаки главаря драконов сильно сжимаются, выдавая всю его агрессию, и он уже жалеет, что не убил тех двоих прямо у больницы. Ударить девушку — это так низко. Он ненавидит это больше всего. Для Аарона Хилла бить женщин, обижать детей и стариков, а ещё предавать — список грехов, за которые следует смертная казнь.       — Ты можешь лечь со мной, — спокойным голосом проговаривает он, опуская блузку школьницы вниз, — я тебя не трону. Если тебе реально так страшно, то моя кровать готова принять тебя на несколько ночей, пока ты не придёшь в себя.       — А Бенджамин?       — А Бенджамин уже уезжает к себе. Его там ждёт кровать, а ещё большой и толстый черный кот, которого надо покормить. Спокойной ночи, принцесса, — Вишня поднимается с дивана, проводя рукой по волосам и усмехаясь. Отлично, не хватало ему ещё двух хвостиков, но чего не сделаешь ради счастья этой девчонки? Заключает школьницу в объятия, поворачиваясь к Хиллу. — И тебе приятной ночи, Аарон.       Нехотя Сара отпускает ягодного, напоследок оставляя на его щеке малюсенький поцелуй и смущённо смотря краем глаза на Аарона. Вишня же резко наклоняется к ушку школьницы, шепча:       — В следующий раз я покажу тебе, как правильно целоваться в засос.       Ещё пару секунд наблюдает за покрасневшей О’Нил и, не позволяя ей сказать хоть что-то, исчезает, быстро скрываясь в коридоре.       Сара переводит дыхание, делая глубокий вдох, но не успевает отойти от слов Вишни, как Аарон перехватывает ее за руку, притягивая к себе. Заправляет прядки за ушко, улыбается, внимательно рассматривая смущенное лицо.       — Кто тот человек, который собирался сделать с тобой такое? — его голос звучит взволнованно.       — Это… Ник — мой опекун, а ещё папин помощник. Только, Аарон, я больше не хочу сегодня об этом. Вообще не хочу говорить о нем. Надо было… — Сара срывается, резко замолкая и встречая на себе требовательный взгляд Хилла, — ничего, Аарон. Ничего. Я хочу спать и в душ.       — Ты можешь со мной поделиться, малышка. Точнее, — чуть крепче сжимая женскую ладошку, Аарон говорит мягко, стараясь не давить. Ему нужна эта информация. Он должен узнать об этих людях все и наказать их. — Я бы хотел, чтобы ты со мной этим поделилась. Я вижу, тебя беспокоит эта тема. Да и я бы хотел этого Ника…       — Не надо никого трогать, прошу. Его накажет жизнь, — Сара выпускает руку из мужской, пугаясь его настойчивого напора, — знаешь, я, наверное, лучше у себя лягу. Мне так будет…       Мужчина усмехается. Неужели она и его боится? Глазки ведь бегают, ручки трясутся, а с Вишней собиралась спать вместе. Чем он хуже? Но настаивать не будет. Испугает ещё больше.       — Твое право, но двери моей спальни для тебя открыты, можешь приходить в любое время ночи, — Аарон тянется к щеке школьницы, дабы оставить на ней поцелуй, но девушка пятится назад и возражающе вертит головой, — Спокойной ночи.       — Да, спокойной ночи.       Не дожидаясь ещё реплик от мужчины, О’Нил исчезает в лестничном проёме, желая как можно скорее скрыться от этого мира под теплым одеялом. Ей приятна такая забота со стороны Аарона, ей это даже немного льстит, но и пугает одновременно. Она видит в нем взрослого мужчину, а взрослые мужчины после ситуации с Ником не внушают ей доверия от слова совсем. Она боится, что такого рода забота может рано или поздно перетечь в попытку изнасилования, которая на этот раз не прервется на середине, а закончится ее проигрышем. Именно поэтому Сара и хотела остаться с Вишней. Пусть он тоже взрослый мужчина, но он весёлый, простой, открытый и искренний, и это даёт ей необходимое спокойствие и доверие к его персоне. С ним она не боится, что ягодный может сделать что-то такое. С ним ей просто душевно хорошо.       Поэтому, быстро приняв душ и переодевшись в пижаму, школьница ложится на кровать, укутываясь одеялом с головой, и пытается уснуть, не отвлекаясь на идиотские мысли.       Аарон же, закончив с водными процедурами, садится за письменный стол, и включает ноутбук. Ему нужна информация. Кто такой Ник? Что он из себя представляет, каким бизнесом владеет, какие у него есть связи, и какую угрозу он может нести, в первую очередь, для запуганной малышки, какой Хилл увидел Сару сегодня. Что сделал с ней этот человек, раз одно лишь произнесение его имени вызывает в глазах школьницы сущий страх? И ещё эта реплика все у него из головы никак не выходит. Дружок… Кто же может быть крысой? Кто может работать на два фронта?       Монитор ноутбука выдает досье на Ника Коллинза, и мужчина принимается за его доскональное изучение, даже и не замечая, как дверь в его спальню приоткрылась, а голова школьницы юркнула в проем. Саре так и не удалось уснуть, а такая агрессия по отношению к Хиллу ей показалась необоснованной, вот она и решила извиниться перед ним и воспользоваться предложением спального места рядом с ним. Он всё-таки дарит больше спокойствия, чем одинокая спальня и тиканье часов. Только О’Нил хочет постучаться, как вдруг мужчина зачем-то сам поворачивается назад, усмехаясь.       Белокурые пряди небрежно расположены на плечах школьницы, на щеках ее лёгкий румянец, а в глазах — беспокойство, страх и что-то очень притягательное. Девушка теребит край спальной майки, видимо, являющейся частью пижамного комплекта. На тоненьких бретельках белоснежная коротенькая майка с двумя лисичками на груди и черные коротенькие шортики с теми же лисичками по всему пространству смотрятся очень красиво на малышке. Этот милый комплект придает Саре в глазах Аарона ещё более ребяческий вид, и он невольно улыбается, не желая ругать ее за то, что вошла без стука.       — Я хотела постучаться… Я не успела, ты повернулся, — начинает оправдываться она, смущённо отводя взгляд в другую сторону. — Я… Можно мне с тобой? Я буду спать тихо, могу на кресле. Просто там одной так страшно…       — Ложись, котенок, — Аарон встаёт из-за стола, закрывая крышку ноутбука, и расстилает кровать, указывая школьнице на нее, — давай, не стесняйся.       Гасит свет, ложась на одну из половин и пригласительно хлопая по другой. Сара ещё недолго мнется, кусая губы, но всё-таки ложится, тут же отворачиваясь от мужчины. Хилл ласково укрывает ее одеялом, придвигаясь чуть ближе, чтобы заключить этот комочек в объятия, но Сара тихонько шипит, не желая ощущать его прикосновений.       — Я не трону тебя. Ну ты чего? Не бойся же ты меня, я ведь не педофил какой-то, чтоб ребенка трогать. Просто думал, что в объятиях тебе будет проще уснуть, но как хочешь. — Аарон тяжело вздыхает, ложась на спину. И почему она его так боится?       — Хочу…       Тихо проговаривает она, поворачиваясь лицом к главарю драконов. Ее взгляд опускается на оголенный торс мужчины, и она невольно отводит глаза в сторону, пытаясь совладать с желанием коснуться рисунка дракона на груди. Аарон притягивает Сару к себе, позволяя ей головой устроиться на своем плече, а руку осторожно ставит на талию, теперь ощущая ее дыхание на своей груди.       — Он тебя когда-то обидел? — аккуратно спрашивает мужчина, стараясь не упоминать имени Коллинза. — Ты поэтому так боишься любых прикосновений к себе? Поэтому подумала тогда в машине, что я собирался тебя там изнасиловать?       — Мне было пятнадцать, когда он… Когда он пытался это сделать, — О’Нил сжимает ручки в кулачки, с дрожью в голосе произнося каждое слово, — мой папа всегда приходил ко мне в одиннадцать вечера, целовал меня в щеку, поправлял одеяло и уходил спать. Сколько бы мне ни было лет, он делал это постоянно. И я с нетерпением ждала каждый раз, чтобы увидеть в его глазах это восхищение, которое предназначалось только мне. Но в тот день… Мы с ним поссорились с утра, я наговорила глупостей, он тоже не выдержал и наговорил всякого, вот я и сказала, что не приду домой, что напьюсь, чтобы он за меня переживал. Выпила, я собиралась ехать домой, даже Ника вызвала, но лучше бы этого не делала… Я вернулась домой только поздно вечером на следующий день и сразу же ушла к папе, извиняться, долго у него плакала. Обнимала его, а он все никак не мог понять, что со мной не так. В тот день поменялось очень многое, но моей главной ошибкой оказался страх. Я так и не рассказала отцу о том, каким оказался его помощник. И теперь… Теперь он хочет мне отомстить.       — Он ведь ничего с тобой не успел сделать? Тебе удалось сбежать? — избегая слов, которые вызовут у школьницы истерику, Аарон пытается узнать необходимую для себя информацию.       — Не успел, я огрела его бутылкой мартини по голове. Я теперь не доверяю мужчинам, не могу. А Ник хотел меня в проститутки… Спасибо, что ты вытащил меня оттуда. Я не знаю, что было бы, если бы не ты, — чуть смелее звучит блондинка, протягиваясь пальчиками к покоящейся на прессе руке мужчины и осторожно пытаясь сжать его пальцы, — ты очень хороший. Прости, что я так в гостиной. Просто… Просто все так навалилось, одно на другое, воспоминания спутались с реальностью, и я просто немного испугалась такого напора.       Вместо слов Аарон просто поднимает ладонь, накрывает женскую, переплетая с ней пальцы. Ласково гладит второй вдоль позвоночника и медленно протягивается губами к щеке О’Нил. Оставляет малюсенький поцелуй, ловя ее смущение, и улыбается, давая ей понять, что он все понимает и принимает.       — Все хорошо, Сара. Для этого и существуют друзья, — прикрывает глаза, добавляя в конце, — Спи, уже почти утро, а мы ещё и глаз не сомкнули.       И, устраиваясь удобнее, Сара закрывает глаза, облегчённо выдыхая. Ровное дыхание мужчины, его биение сердца, горячая кожа и сильные руки дают ей наконец-то долгожданное расслабление, утягивая в царство Морфея.

***

      Влюбленность — такое необыкновенное состояние. Иногда кажется, что именно в этом состоянии человек способен испытывать самые искренние чувства по отношению к объекту своего обожания: не замечать того, что скрыто, и видеть лишь то, что хочется, что требует сердце. Но это не любовь. Не каждая влюбленность может стать любовью, вырасти, приобрести что-то более долгое и трепетное. Зачастую, столкнувшись раз с препятствием, влюбленность разбивается о скалу непреодолимости, и заветного чувства искренней любви так и не наступает. Никогда не знаешь, во что перерастет твоя влюбленность.       Вот и Сара не знает. Но факт остаётся фактом — Сара влюбилась. Наверное, именно поэтому все чаще она упрашивает Аарона брать её с собой в казино, а он, надеясь, что им удастся стать нормальными друзьями, с удовольствием берет ее. Уже целую неделю они приезжают вместе, ведь так мужчине спокойнее, что малышку никто не тронет. И лишь в игровом заведении Хилл позволяет школьнице расслабиться, пробуя по одному алкогольному коктейлю за ночь, а ещё разрешая играть во все азартные игры. Но Сара чаще всего проводит время с ягодным, подолгу с ним болтая или находясь в его кабинете, где Бенджамин уже позволяет Саре больше, чем ей положено. Например, попробовать виски или метать ножи в поле для дартса.       — Красотка, ты чего скучаешь? — Аарон садится рядом со школьницей, грустно потягивающей у барной стойки через соломинку безалкогольный мохито.       — Он не отвечает, — Сара бросает раздраженный взгляд на лежащий на барной стойке мобильник, искривляясь в лице. — Я дурочка, да?       — Это ещё почему?       Аарон склоняет голову на бок, заглядывая в голубизну глаз своей собеседницы, и замечает на ее лице расстройство. Кивает бармену, который беспрекословно наливает ему виски, да задумывается, пытаясь понять причину грусти школьницы. Неужели она всё-таки влюбилась в Вишню? И как это он упустил этот момент? И почему в Вишню?       — Ты расскажешь ему, я не хочу быть ещё большей идиоткой, — краснея, О’Нил бегает глазками по барной стойке, стараясь не смотреть на заинтересованного главаря драконов.       — Я буду молчать. Слово настоящего дракона, — серьезно проговаривает Аарон, — ты можешь поделиться.       — Мне нравится Вишня. Это глупо, да? Он такой взрослый, такой милый. Так классно целуется, хотя мне не с кем сравнивать, но мне так нравится проводить с ним время. Я бы хотела, чтобы… Чтобы он был чаще со мной, чтобы мы могли ходить на свидания, целоваться. Как в кино, — мечтательно смотрит в потолок, вспоминая, как Ви целовал ее вчера в своем кабинете или как позавчера он подарил ей плюшевого дракончика, — как думаешь, у нас что-то может получиться? Мы могли бы быть парой?       На мужчину начинают смотреть два умоляющих голубых глаза, требующих сказать ей, что все будет хорошо, что она получит желанное, но он не может. Буквально вчера Ви говорил ему, что не испытывает к малышке ничего, кроме дружбы, а целуется с ней, потому что она сама просит, и он не может отказать. Но обещает, что больше такого не повторится, ибо не хочет разбивать ей сердце. Аарон бы очень хотел, чтобы она была счастливой, и даже готов позволить ей быть с Вишней, но его друг этого не хочет.       — Хочешь я докажу тебе, что Вишня — не единственный, кто классно целуется?       Придвигаясь чуть ближе, Аарон опускает взгляд на пухлые губки О’Нил, тяжело вздыхая. Такая маленькая, стеснительная и до безумия красивая. Он не понимает, как всего неделя смогла изменить в нем что-то, но с момента ее спасения из лап Ника, мужчина стал испытывать что-то непонятное. В один прекрасный момент Аарон поймал себя на мысли, что ему нравится общество Сары, а ее «с тобой спать гораздо теплее, чем одной», приведшее к уже недельному пребыванию О’Нил в его спальне, заставило его почувствовать что-то приятное в груди. А вчера Хилл ощутил, как его скрючило от злости, когда Вишня поцеловал Сару. Быть может, он не заметил, как у него появилась симпатия к Саре, пока она растила в себе это чувство к его другу? Он обязан это исправить.       Долго не думая, мужчина мягко ставит ладонь на затылок школьницы, ловя в ее глазах недоумение, и, пользуясь замешательством малышки, накрывает пухлые уста своими, страстно целуя. Плевать, что на них смотрят все его подопечные, считая это абсурдом. Лишь бы она ответила взаимностью, иначе он будет чувствовать себя полным идиотом. Но Сара просто раскрывает рот, не противясь, однако и не отвечая. Она просто ничего не понимает. Щеки горят от смущения, а сердце бешено стучит, но разум все ещё работает, поэтому О’Нил ставит ладошки на грудь Хилла и начинает прилагать усилия, чтобы отстраниться, и Аарон отступает сам.       — Прости, — выпаливает он, замечая в ее глазах удивление, — забудь, ладно? Не знаю, что на меня нашло.       Он допивает виски одним глотком, встаёт и разворачивается, быстро шагая к себе в кабинет, дабы хорошенько обдумать ситуацию там. Сара ещё несколько минут сидит неподвижно, хлопая ресничками, но всё-таки встаёт, направляясь к Аарону, чтобы выяснить, что это такое сейчас было. Она уже проходит почти весь коридор, практически оказываясь у двери в кабинет к Хиллу, однако ей приходится остановиться. Ее внимание привлекает голос из противоположной двери. Именно этот голос она и слышала, когда была в том странном доме, откуда ее потом везли в больницу.       — Принцесса, ты чего? — позади раздается голос ягодного, и Сара чуть ли не срывается с места, чтобы крепко его обнять, но голос за дверью так и не прекращается, и ей приходится держать себя в руках. Успеет ещё.       Это точно тот голос. Она уверена в этом абсолютно точно. У нее отличная память на голоса. Этот бас невозможно перепутать с чем-то ещё.       — Вишня, это он, — практически шепчет школьница, замечая на лице дракона непонимание, — он был у Ника. Это он та самая крыса, о которой говорил Аарон и которую пытался так долго найти.       — Ты уверена? — переспрашивает Ви, ибо узнает голос и не может в это поверить.       Сара снова прислушивается, сопоставляя услышанное с голосом в голове. И проговаривает уверенно, будто бы произносит речь на президентских дебатах:       — Да, тот, кто находится за дверью, — крыса.       И без замедление Вишня открывает дверь, крепко сжимая руки в кулаки. Крысой мог быть кто угодно, но точно не он… Это как удар в самое сердце…
Примечания:
Буду рада, если вы оставите мнение🙈 оно мотивирует💜
Заранее всем огромное спасибо за прочтение. Так приятно видеть, что вам нравится.
Моя сессия все ещё длится, и длиться она будет до 3 июля, поэтому продолжение будет писаться долго)

Все эстетики, как и прежде, в моем Инстаграме — https://www.instagram.com/candy_hills_girl 🥰
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты