Игры жизни

… И вот ещё что, о парнях в Киа удалось кое-что узнать: оба недавно освободились из тюрьмы. Зато уже в воскресенье, за несколько дней до убийства, они были замечены в казино. Угадаешь с кем, получишь награду, — туманно говорит Чимин, подмигивая. Точно искушает, Дьявол бы его побрал. А Мин понимает, что на это ведётся, но никаких попыток противостоять не принимает. — Неужели с Тэёном? — первое, что приходит на ум Юнги. — Нет, с нашим мертвецом Ханом. Юнги обомлел. Он же не ослышался и правильно уловил имя «Хан»? Опустив взгляд вниз, парень уставился на лежащего. Прикалывается тот или же нет? Если да, то это совсем не смешно. — Подожди, стоп машина, дай-ка подумать, — Чимин учтиво помалкивает, не мешая происходить мыслительным процессам в головушке сверху. Пошевелить извилинами тоже полезно. Свои умозаключения он оставляет пока при себе. — Это что получается, те двое из парка каким-то сказочным образом были знакомы с Ханом? А как они попали в Киа? Ведь на ней были убийцы, или же те их нашли, убили и оставили у моего подъезда? Как же так вышло? Чёрт, ничего не понимаю. И снова тысяча и один вопрос, а ответов — ноль. Вот почему нет такой книжки или интернет источника, где можно было бы найти ответы на все вопросы? Это как же всё в разы стало бы проще! Навряд ли Гугл Ассистент сможет сказать: как так получилось и как всё это расхлёбывать. А расхлёбывать тут есть что — целое болото из вопросов и тайн. И какие бы длинные резиновые сапоги ты не надевал — всё равно увязнешь по самую макушку. — Я тоже. Поэтому нам нужно в срочном порядке узнать, кто же шифруется в злосчастной квартирке. Чую, не зря туда мент мотается. — Убийцы, — убеждён Юнги. Его пальцы вновь приходят в движение, зарываясь в шевелюру Чимина. Лежащий на его бёдрах откровенно млеет от поглаживаний, прикрыв веки. Мин даже думает, что будь тот котом, точно бы замурчал, прося большей ласки. — Тэён прячет там парней, что помогли ему ещё там, на поляне. У Хана оказалась хорошая чуйка — он что-то заподозрил, нашёл в казино парней, что были не прочь ему подсобить за определённую плату. Но что-то пошло не так, и они помочь не смогли. Тэён же, узнав о них, на всякий случай избавился от лишних свидетелей, может, не сам, а приказал своим поддельникам. Юнги решительно посмотрел на Чимина, прекратив перебирать пряди, что лёгким шёлком скользили между пальцев. Брюнет приоткрывает один глаз со взглядом: верни на место руку. — Я повторю ещё раз — не ходи туда. На это есть полиция. У нас уже достаточно всяких доказательств, чтобы они взялись за Тэёна. — Да какие доказательства? Так, одни фантазии и догадки. Ты совсем забываешь, что сержантик для полиции — герой. Так что квартиру я всё равно посещу, вдруг обнаружу что-нибудь интересное. Сейчас за ним несколько моих людей присматривают и за квартирой тоже. Ребята высший класс, даже муха мимо них не пролетит. Клянусь своим Порше. А вот я вполне заслуженно могу и отдохнуть. Чимин присаживается на диван, вскакивая с его колен, и хитро улыбается, многозначительно толкаясь языком во внутреннюю сторону щеки. Юнги засматривается на сие действие, невольно пройдясь языком меж своих губ. Соблазн в чистом виде. А он точно Ева, что ведётся на сладкое шипение Змея-искусителя, поддаваясь уговорам отведать запретный плод. Совершить грехопадение. Чимин, конечно, не хитрый Змей из «Книги Бытия», но тоже может быть той ещё змеюкой, уламывая согрешить, и не раз. Пак чутка ошибся, набивая себе рогатого Бафомета. Чешуйчатое создание подошло бы ему больше. — Идиот, — усмехается в ответ Мин, но, не теряя времени, усаживается на так любезно широко разведённые бёдра, снимая футболку быстрым движением. — У тебя только одно на уме. Просто патология какая-то… Чимин под ним вдруг начинает весь трястись от смеха, а парень зависает, не понимая, что тот нашёл смешного в его словах. И только потом сообразил, что именно он делает, успешно так напрашиваясь на секс. Уши с щеками краснеют в миг. Юнги тут же слетает испуганной птицей с его колен. — Чё ты ржёшь?! Это всё ты и твоё дурное влияние! Не зря говорят, с кем поведёшься, от того и наберёшься. — Да неужели? Чёт ты медленно набираешься, — окончательно успокоившись, щебечет Чимин. Парень вспыхивает праведным гневом. Да как эта чернявая скотина имеет право его попрекать?! Сам ему ясно намекнул, что хочет, а теперь выставляет Юнги каким-то охочим до секса извратом. Точно он подросток в пубертатном периоде, которому дай только потрахаться с кем-нибудь. — Давно по голове не получал? Сейчас я тебе устрою поездку в ближайшее отделение больницы. Он подлетает к всколыхнувшемуся Чимину, успевая впечатать того в кожу спинки дивана и удерживая руками за напрягшиеся от давления плечи. Мин проскальзывает открытой коленкой между бёдер Пака, упираясь в пах. Снизу слышится приглушённый стон, будоражущий всё нутро Юнги. Лёгкая усмешка появляется на его губах. Ему так понравилась реакция брюнета на свои действия, что он решает продолжить в том же духе, создавая ощутимое давление на ощутимо твердеющий член от трения. Чимин при новом гортанном стоне запрокидывает голову, открывая доступ к поджарой коже шеи, по которой грех будет не пройтись поцелуями. Мин пользуется моментом, припадая к чувствительному участку тела. Он влажно целует места будущих укусов, затем, не долго думая, несильно прикусывает загорелую кожу, всасывая, оставляя за собой еле заметные покраснения, а потом по ним же скользит юрким языком, закрепляя свои багровые узоры. Юнги чуть ли не урчит, когда приоткрывает глаза и видит свою работу. Обычно это именно Чимин оставляет собственические следы на нём, теперь же настала его очередь отыграться. Кадык брюнета поднимается то вверх, то вниз, привлекая к себе внимание карих глаз, а зубы хотят легко прикусить его, посмотреть, что же последует, как на это отреагируют. Юнги уже вновь собирается вернуться к манящей крепкой шее, но её владелец явно имеет на него другие планы. Чимин, наконец, придя в себя после такого неожиданного нападения, доставлявшее приятное удовольствие, перехватывает инициативу в свои руки, возвращая доминирование. Он подхватывает под колено упирающуюся в его пах ногу, то же проделывает со второй, и, резко приподнимая, разводит в стороны. Теперь Юнги ровнёхонько устроился на его коленях, плотно сжимая бёдра между своими. — Детка, поиграл и хватит, — Чимин прикусывает молочную мочку левого уха, утробно рыча, а затем втягивает парня в поцелуй, проталкивая язык глубже в рот, точно собрался вытянуть из него душу. Они целуются мокро, скользя из одного горячего рта в другой, грязно, прикусывая в порыве губы, что начинают мелко кровоточить, и пошло, подолгу не отрываясь друг от друга, перекрывая кислород. И Юнги соврёт, если скажет, что это не возбуждает его до мелкой, но достаточно ощутимой, дрожи в коленях. Чёрт, да он готов растечься лужицей от умелого и горячего языка в своём рту. Его сердце бешено бьётся в грудной клетке, намереваясь раскрошить рёбра в мелкую пыль, избавляясь от сдерживающих пут, и вырваться вольной птицей. Пульс зашкаливает, скорее всего, поднимаясь до более ста ударов в минуту, а кровь бурлит жгучей лавой, ускоряя своё движение по венам и артериям, разнося удовольствие в каждую частичку тела — от макушки до кончиков пальцев ног. Мозг точно отключается, уступая место первобытным инстинктам и ярой страсти. В комнате отчётливо слышатся все звуки, что вылетают из сталкивающихся в бурном слиянии губ, оседая в ушах приятным осадком, ещё больше распаляя. Для более близкого контакта с горячим телом, руки Юнги привычно находят себя на мускулистых плечах, сплетаясь за шеей. Брюнет тоже не отстаёт, опуская татуированные руки на мягкие бока, поглаживая бархотную кожу. Тело под его прикосновениями трепетно отзывается, выгибаясь, прося большего. Подолгу на месте руки не задерживаются, поднимаясь по влажной спине к острым лопаткам, оглаживают худые плечи, слегка царапая ногтями, играясь. Потом вновь скользят вниз, уже гораздо ниже, прогнувшейся дугой, поясницы. Узловатые пальцы с наслаждением сжимают округлые половинки сквозь джинсы, обещая оставить памятные отметины. — Мгх, — Юнги громко мычит в поцелуе, содрагаясь всем телом от хватки на своей заднице. «Божебожебоже, » — кричащей строчкой проносится в его голове, когда он вставшим членом тесно упирается в пах брюнета, скользя волновыми движениями, издавая что-то похожее на скулёж от приятных воздействий. Когда он только начинает думать, что пора бы уже растегнуть штаны и продвинуться дальше, потому что терпеть уже нет никаких сил, входная дверь резко открывается, и в комнату в самый неподходящий момент вваливается Тэхён, а-ля, а вы не ждали нас, а мы припёрлися, пугая сидящих на диване. Чимин с громким звуком оторвался от рта Мина и, упираясь потемневшими глазами с поволокой возбуждения в вошедшего, процедил: — Блять, Тэ, чтоб тебе Гу месяц не давал. Стучаться надо. Юнги смущённо тянется за сброшенной футболкой, быстро напяливая на покрытое испариной тело. Теперь ткань неприятно липнет к спине, удерживая тепло на итак разгорячённом парне. Мину хочется вновь её снять, ведь жар терпеть невыносимо, но тут же одёргивает себя, предпочитая просто слезть с колен Чимина, усаживаясь рядом. Тот незамедлительно вздыхает, выпуская его из рук. Сука, если у Кима не будет веской причины, почему он их прервал, то Чимин не уверен, что тот выйдет из этой комнаты с полным набором своих половых органов. — Я не смотрю, — протараторил Тэхён, уперевшись взглядом вверх, запрокинув голову. Какие здесь, однако, ебучие красивые потолки, прям заглядение. — Ребята говорят, что по соседству какие-то братки крутятся, — изрекает он, продолжая сверлить взглядом бедные потолки. — Валить отсюда надо, Баф. Засиделись. — А попозже нельзя? Опусти уже взгляд, хватит мучать Небеса своим взором, а то невинные ангелы попадают с облаков от страха, — Чимин ощутимо морщится, ведь стояк до сих пор упирается в ширинку штанов. Тэ, конечно, момент подпортил, и член стоит уже не так крепко, когда Юнги припекал его своей мягенькой попой, но всё же. Эта же проблема не улажена и у Мина, что совсем притих. Он прикрыл ширинку подолом футболки, а вот Чимин продолжает сидеть с заправленной в чёрные джинсы рубашкой, ни капли не стесняясь того, что Тэхён смотрит. Какими они только друг друга не видели за столько лет дружбы: членами в подростковом возрасте мерялись; познавали мир годного, и не очень, порно с грудастыми девицами и парнями с симпатичными мордашками, выставлявших на показ свои округлые задницы; отмывались от запёкшейся крови на теле после удачного спаринга, проверяя, не лишили ли друг друга важной функции члена — стоять. Да Ким его детородный орган как свои пять пальцев знать должен, точно как родной. — Я тебя очень хорошо понимаю, но ничем помочь не могу. Мотаем к нам с Гуком на квартиру, там нарезвитесь, — последнее, что говорит Тэхён и оставляет их разбираться со своими насущными проблемами. Юнги поднимается с дивана первым, застывая на месте. С полувставшим членом ходить весьма проблематично. Чимин так вообще не двигается, раскинувшись на спинке. Парню даже жаль смотреть на выпуклую ширинку брюнета, он бы и рад помочь, да только времени у них совсем нет. По ощущениям своих ягодиц, Мин может сказать, что у Пака стоял крепко. — А Гук это…? — Юнги решат попытаться отвлечь сидящего парня от проблемы внизу разговором. Не спустить же с Чимина штаны да быстро передёрнуть. Настрой как-то резко полетел вниз, оставляя за собой душок неловкость. — Та самая «фурия» нашего Тэхёнчика. Да чтоб он ему все мозги сегодня вытрахал и оставил спать на коврике в прихожей, — фыркает Чимин, в душе проклиная день, когда в его жизни появился лучший друг в лице Кима, и, наконец, принимает вертикальное положение. — Ладно, пошли уже, а то без нас умотает. Взяв Мина за руку, он ведёт его из комнаты, направляясь прямиком по коридору в неизвестном направлении. Юнги здесь всего второй раз, поэтому каждый поворот только сильнее запутывает его, пытающегося запомнить хоть что-то. После одного из поворотов, возле двери, их ждал Тэхён с двумя небольшими дорожными сумками, одну из которых он отдаёт Чимину, в компании с парнем, фиолетовые волосы которого были заплетены в брейды. Тот ему приветливо улыбнулся, на щеках появились глубокие ямочки, и ни с того ни с сего подмигнул. Юнги даже на секунду сбился с шагу, крепче вцепившись в руку идущего впереди брюнета. Мин предположил, что сейчас они выйдут на улицу, чтобы убраться отсюда куда подальше, что было бы весьма логичным и верным, однако, эти ребята умели удивлять. Поплутав коридорам (Юнги уж было решил, что они всё же заблудились), своей небольшой компанией они вошли в относительно небольшую комнату, заставленную коробками различной величины. Подойдя к одной из стен, парень с брейдами вместе с Тэхёном отдодвинули те в сторону, и взору Юнги открылся люк в полу. Его приподняли за специальную ручку, а парень заглянул в него из-за плеча брюнета со страхом: темно и жутко. А вот другого способа уйти целыми нет? Обязательно лезть туда? — Это что? — шепчет Мин, продолжая буравить взглядом тёмное пространство, больше похожее на врата в Преисподню. Они что, реально полезут вниз? И вообще, как в сауне оказалась это? Сначала дурацкие одинаковые коридоры, в которых чёрт ногу сломит, да так и выхода не найдёт, потом неизвестная дыра в полу. — Подземный ход? А крысы там есть? — Там есть огнедышащий дракон эпохи Корё, — Чимин клацнул зубами перед лицом Юнги, посмеиваясь вместе с другими парнями. Мин насупился, в голове прокручивая то, как пнёт этого шутника под зад да в ямку под шумок столкнёт. — А ты думал, как в сауне пар появляется? Он у нас злой и агрессивный, потому что сто лет пассий у него не было. Но не волнуйся, у тебя есть я, так что бояться совершенно нечего. Юнги на приколы брюнета лишь закатывает глаза, отказываясь комментировать колкие фразочки, и, оттолкнув того в сторону подальше от себя, стремительно подходит к люку, вглядываясь в его мглу. Чёрт, а ноги-то немного потряхивает от неизвестности. Но он мотнул головой, прогоняя дурные мысли. — И без помощи козла-жертвеника для дракона обойдусь, — бурчит Мин, ухватившись покрепче за лестницу, уходящую вниз. Железо холодит руки. У него даже проскальзывает мысль, что внизу раньше была морозильная камера. Тэхён на его фразу громко прыснул, оценив подкол в сторону Бафа. Десять очков в копилку уважения к парню. Чимин предпочёл воздержаться, с уловимым беспокойством наблюдая за тем, как тот храбрится лезть вниз. Грохнется ведь ещё. Ну что за ребячество. Нет бы сказать: «Чимин~а, помоги мне, пожалуйста». Так нет, попрёт, как баран на новые ворота, не видя ничего вокруг. В этом весь Мин Юнги. И брюнет даже не знает — радоваться ему или плакать. — Эй, шахтёр юный, фонарик захвати, — Ким, опомнившись, окликает парня. Тот благодарно принимает освещающий дорогу предмет, спускаясь ниже. Чимин нависает над входом, присев на корточки. — Сигануть, что ли, за ним собрался? — посмеивается Тэхён, устраиваясь рядом. Со стороны, должно быть, это выглядит весьма комично, точно они два мужика на зимней рыбалке, что наблюдают за движениями рыбы в лунке. «А не сходить ли с Чимином порыбачить? Уже сто лет не выбирались на природу. Неплохо будет смотаться в Инчхон, раз уж мы в соседнем от него городе. Заодно Чонгука на пляж свозить. Он уже давно планировал выбраться к морю». Тэхён месленно кивнул своим мыслям, оставив их на заметку. — Понадобится — сигану, — нераздумывая ни секунды, отвечает Чимин. Ким неопределённо мычит, поглядывая на друга, и оставляет распросы при себе. Не время и не место. Ощутив под ногами твёрдую землю, Юнги только тогда смог выдохнуть, крутясь в разные стороны, осматривая помещение. Похоже на старый подвал. Вокруг валяются различные стройматериалы, устеленные сантиметровым слоем пыли. К нему следом спускаются Чимин и Тэхён, преодолевая разделяющее их расстояние за доли секунды. Мин непонимающе уставился на них, не досчитав ещё одного. Уже собираясь спросить, куда же подевался их новый компаньон, как сверху слышится громкий скрежет закрытия люка. — Он нас прикроет, — пояснил Ким и, удобнее закинув сумку на плечо, побрёл вперёд, освещая путь фонариком, что забрал у Мина. — Давай руку, — Юнги даже не успевает ничего проговорить — его ладонь стискивают, как тогда, в комнате, утягивая вслед за собой. Тэхён шагает впереди, они за ним. Юнги старался никуда не всматриваться и не оглядываться, мало ли какая живность тут может водится, но, не выдержав, всё-таки спросил: — Чимин, неужели это правда подземный ход? Что он делает под сауной? Но брюнет не успевает и рта раскрыть, дабы удовлетворить интерес со стороны, как из-под ног что-то метнулось, прошуршав совсем рядом. Юнги громко вскрикнул, мёртвой хваткой вцепившись в рубашку идущего рядом. Тэхён с вопросом в глазах повернулся к ним. — Чего он там визжит? Только не говори, что приставать к нему здесь начал? Говорил же, что не время. — Никто ни к кому не пристаёт, чеши уже вперёд, — Пак слегка подпинывает его под зад, чтобы тот не стопорил движение. — Это не крыса, — шепчет уже Юнги на ухо. Левая рука опускается на изгиб талии, вплотную прижимая к себе. А вдруг ещё испугается и даст дёру обратно? Времени у них на это нет. Парень рядом не возражает, а может и не обращает на это внимание, продолжая шагать рядом. — А кто тогда? — бурчит Юнги, переводя дыхание. Чимин коротко усмехается, наблюдая за тем, как тот крутит головой по разным сторонам, тщательно высматривая под ногами неизвестную животинку. — А хрен знает, кто-то другой. Я не разглядел. Но могу поклясться, что точно не симпатичные мохнатые зверьки с лысым хвостиком. Чего их вообще бояться? Почти как кошка. — Ты не понимаешь, — Юнги трясёт головой, продолжая жаться. Сколько им там ещё идти? — У меня как-то сестра, когда училась в младших классах, с мамой принесли домой крысу декоративную. Сначала было действительно интересно за ней наблюдать, не отрицаю. Но однажды ночью я проснулся от странного копошения и писка у себя в кровати. Что-то мерзко шевелилось у меня в ногах, щекоча мои ступни чем-то мохнатым, а затем проходясь холодным и тонким, точно червяк какой-то. Я тогда с просоня чуть приступ не заработал. Оказалось, что крыса, сбежав из клетки, хотела прогрызть в моём матрасе дыру. Не знаю, может, гнездо хотела устроить. После этого я больше месяца боялся засыпать с открытой дверью, закрываясь на замок, и выключенным светом. Мне всё казалось, что она снова пробирётся ко мне. В общем, ситуация была не из приятных. После этого с крысами я на «вы». Если честно, то у меня чувство, что я сейчас умру, — лепечет Юнги, судорожно сжимая пальцами уже знатно помявшуюся ткань рубашки. Чимин сначала помолчал, вслушиваясь в рассказ парня, а потом вздохнул, окрикнув Тэхёна: — Тэ, сумку лови. — Что, понесешь «даму» на руках? С каких пор ты такой джентльмен? — прыснул тот, поймав дополнительную ношу. Юнги правда бы возмутился, не будь он так увлечён разглядыванием пола. Ему кажется или рядом кто-то прошуршал? — Отстань, а? Он того гляди в обморок грохнется. Чимин, избавившись от груза, подхватил Юнги под колени, приподнимая парня над землёй. Тот было хотел взбрыкнуться, какого лешего Пак тут устроил? Но брюнет лишь бережно прижимает к себе, прося не шевелиться. Мин, тихо повозмущавшись ещё несколько секунд, всё же затихает, а потом и вовсе закрывает глаза. Так-то лучше, когда ничего не видишь, то и не страшно. — Чим, парень не наших кровей, когда-нибудь он погубит тебя, — заявил Ким, возобновляя их своеобразное путешествие, точно Юнги здесь не было или тот был глухой. — Кто б говорил, — брюнет на сказанные слова пнул друга под зад, тот заржал и пошёл веселее, точно подзарядился от мимолётного удара.

***

Их путь закончился совершенно неожиданно для Юнги. Через минут десять хотьбы, они полностью остановились, уперевшись в препятствие в виде кирпичной стены перед собой. Чимин аккуратно поставил парня на ноги, забирая у Кима свою сумку. Он быстрым движением растёгивает молнию, зарываясь руками в её содержимое, проверяя. — Канализационный колодец? — Мин задирает голову. Перед собой он видит железные скобы, крепко вбитые в кирпичную кладку и уходящие наверх к долгожданной свободе. Юнги позволяет себе облегчённый выдох, который громким звуком разносится по пространству, но он не обращает на это внимание, продолжая думать о выходе. Наконец они выберутся отсюда. Теперь пройденный путь уже не кажется таким сложным, просто пара маленьких неожиданных гостей потрепали нервишки и заставили ускориться сердечный ритм. — В самую точку, — хмыкнул Тэхён и полез первым, продолжая болтать. — Ты прикинь, все на свидания в кафе, рестораны или кино ходят, а Чимин тебя по канализациям водит. Романтик по нашему, так сказать. Но ты не парься, деньги у Бафа есть, только чёт на тебя жмотит, — хохочет парень, взбираясь всё выше. — Я в тебя сейчас фонариком закину, вниз полетишь и будешь с Гуком только в больничке видиться, — цедит Чимин, покрепче вцепившись в рукоять вышеупомянутого предмета. Подбить бы этого павлина горластого, чтоб камнем вниз полетел, а то больно перья распушил. Да Чона жалко, завянет же без этого долбаёба. Тэхён в считанные секунды достигает верха, аккуратно приоткрывает люк, пропуская солнечный свет под землю, что-то там высматривает, потом отодвигает его в сторону и грациозной ланью выбирается наверх, ладонью поманив подниматься за ним, намекая, что все чисто и можно выбираться. — Давай, — подтолкнул его Чимин, уступая идти первым. Какая честь. Юнги, ни о чём не думая, послушно полез вверх, собираясь точно как и Тэхён преодолеть расстояние, разделявшее его и свежий воздух, за короткое время. Но пошлая подлая натура брюнета проявилась и тут. Мин только-только успевает подняться на три скобы вверх, как Пак резко хватает его за правое бедро и смачно кусает в верхнюю часть нижней конечности сквозь тонкую ткань джинс, тихо, точно мартовский кот, урча: — Ну что за прелесть. Парень, не ожидавший такой подлости, шипит, чуть не летя назад в свободное падение, но вовремя ухватился за железяку. Юнги наугад пинает в край оборзевшего козла, попадая ему точным удором стопы в плечо. Хотя тот и соврал, будто бы в голову, и заныл, что от постоянного стучания по ней теряет способность адекватно соображать, а самое главное — спасать задницу Мина. В конце концов да с горем пополам они выбрались на поверхность. Чимин попытался провернуть прошлый финт ещё раза три, но каждый раз его попытки были присечены на корню ударом кроссовка по плечу. Юнги, игнорируя бубнёж Пака, что потирал пострадавшую руку, огляделся. Находились они в неизвестной для него гаражной зоне. Железные коробки выстроились ровными рядами, а недалеко виднелись ворота выезда и будка сторожа. Тэхён, оказавшийся наверху первым, уверенно направился к одному из синих гаражей, что приметным пятном выделялось среди обычных, выкрашенных в блеклый серый. Внутри Юнги замечает лишь машину, накрытую чёрным тентом. Вокруг не было ничего, кроме неё, лишь пустое пространство. Когда с таинственной красавицы скинули плотную ткань, оголяя, Чимин рядом громко присвистнул. Перед ними стоял и блестел своей новизной, покоряя глаза и душу парней, Ягуар ярко-бордового цвета. — Хороша. Когда успел? — брюнет проходится кончиками пальцев по логотипу, точно боясь оставить свой грязный след на чистом создании. Ким посмеивается, наблюдая за такой детской реакции, и заводит машину, которая кроткой кошкой урчит под руками владельца. Услышав ласкающий слух звук мотора, в мыслях у Чимина промелькнула своя малышка, которая сейчас в ремонте. — На днях, пока ты бегал за его задницей, — посмеивается водитель. Он выводит авто из гаража, останавливаясь поблизости. — Усаживайтесь уже, чё булки трёте. Чимин бойким сайгаком прыгает на переднее сиденье, а Юнги устроился на заднем за спиной брюнета. Всё внутри машины так и кричало о своей немаленькой цене. Парню даже стало страшно сдвинуться на сантиметр, чтобы ничего не сломать или испачкать. Замена одной детали точно будет стоит, как его месячная зарплата.

***

Машину Тэхён оставляет во дворе, недалеко от нужного им подъезда, чему Юнги был честно удивлён. Разве они не прятаться сюда приехали? Ягуар у Кима весьма видный и запоминающийся. При заезде он точно видел знак, говорящий о наличии подземной парковки, тогда почему бы ей не воспользоваться? В троём они поднимаются в лифте на девятый этаж и звонят в металлическую дверь с глазком самой дальней квартиры. Внутри загремело, потом загрохотало, и дверь открылась, и взору Юнги предстал тот самый Чонгук. Мин зависает, видя знакомое лицо по ту сторону порога. Паренёк, пройдясь взглядом по всем, обратил внимание на него и нахмурился, сведя брови на переносице. — Ты?! — вскрикивают они одновременно, уставившись друг на друга с комично расширенными глазами. Чимин с Тэхёном перебегали взглядом с одного на другого, ничего не понимая. — Вы знакомы? — первым отмирает Ким. — Тип того, — медленно проговаривает Чон, наконец, переставая буравить взглядом парня напротив. — Я подвозил его несколько дней назад. Помнишь, к бабушке на дачу ездил? — кивок. — Ну так вот, там и сконектились. Чонгук был младше Юнги на пять лет, рослый парень, совсем немного уступая парой сантиметров Тэхёну. Длинные и густые ресницы, обрамляющие большие блестящие глаза, точно как у диснеевских принцесс. Они придавали его внешности миловидности и детской наивности. Нос немного крупноват для лица, но в общей картине смотрелся гармонично. Бледно-алые губы, нижняя чуть пухлее верхней. Чёрные с синими кончиками волосы завязаны в небольшой хвостик на затылке. Несколько выбившихся прядей обрамляют лицо по бокам. — Так, давайте выяснять кто, кого и где внутри квартиры будем, а то разговаривать через порог некультурно, — Чимин отодвигает застывшего Гука с прохода и, быстро скинув обувь, утягивает за собой оторопевшего Юнги, что запутывается в ногах, еле поспевая сбросить второй кроссовок. Оставшиеся провожают их фигуры взглядом. — Это и есть он? — скептически выгибает бровь хозяин квартиры, когда Ким соизволил войти в просторную прихожую. Чонгук тихо ругается, ногами отодвигая чужую обувь в сторону. Он уже не должен удивляться привычкам Чимина, но толика раздражения появляется от одного вида сброшенных ботинок. Точно когда-нибудь накостыляет Паку за всё хорошее. — Он самый, — Тэхён приобнимает насупившегося парня за талию, ладонями пробираясь под подол лёгкой футболки, которую месяц назад присвоил себе Гук, не дав поносить её и недели. Ким предлагал купить ему точно такую же, но его упёртый парень напрочь отказался от этой идеи, предпочтя получить в свои владения именно эту футболку. Тэхён лёгкими касаниями оглаживает гладкую кожу под подушечками пальцев, что бархатом растекается под ними. Чонгук мелко вздрагивает, когда чувствует родные прикосновения, тут же забывая о Чимине и Юнги. Он тянется руками вверх, обвивая крепкую шею. Ким немного склоняется вперёд, встречаясь напротив с антрацитовыми глазами, в которых плещется океан нежности и любви, и целует его в губы, мягко сминая их своими. Будь воля Тэхёна, то он бы ни за что в жизни не отрывался от Чонгука. — Скучаешь тут один? — Нет, любовниц да любовников сюда вожу, — хмыкает Чон, в своей обычной манере дразня Тэхёна, чем вызывает уже привычное негодование за ужасное чувство юмора. Ким уже хочет приоткрыть рот, чтобы возмутиться, но Гук быстро, по детски, чмокает его в губы, выпутываясь из любимых и ласковых рук, которые всегда дарили ему лишь тепло и заботу. — Хватит тут прохлождаться, пойдём, а то Чим опять твой любимый салат с креветками схомячит в один рот. Тэхён, заслышав о таком дерзком посягательстве на любимое блюдо, которое готовил ему Чонгук, когда им было по семнадцать лет, тут же встрепенулся, вырным хвостиком устремившись за спиной возлюбленного. Двоих пропавших они находят на кухне. Вполне ожидаемо. Чимин самостоятельно похозяйничал, накрыв стол на четыре персоны. Ну, как накрыл, просто перенёс всё заранее приготовленное Гуком с барной стойки на стол. Тэхён сверлит взглядом брюнета, что придвинул к себе поближе пиалу с салатом. Добрался всё-таки, бесстыжая скотина. Они присаживаются напротив. — Так, значит, это к нему ты яйца свои подкатываешь? — прямо спрашивает Чонгук, уперевшись глазами-бусинами в Юнги с лёгкой вуалью пренебрежения и неодобрения. Мин так и сидит, не двигаясь и не притрагиваясь ни к чему. Он смотрит в ответ, не понимая, чем успел неугодить этому мальчишке? Что странно, так это схожесть их взглядов с Тэхёном. Он точно также смотрел на него, ещё тогда, в сауне, когда Чимин оставлял его на попечение Кима. Выходит, что эти двое имеют к нему какие-то притензии? Хотя сейчас Тэхён кажется ему более расслабленным после их небольшого «путешествия» по подземным просторам. — Да. Не поверишь, свела стерва-судьба на трассе, — Гук выгибает бровь, осматривая сидящего напротив, но в конце только фыркает, поедая ягоду винограда. Юнги слегка нахмурился. Что значил этот фырк? Нормальная у него внешность. — Стоял он там такой бедный и несчастный, сердце моё каменное дрогнуло, не смог проехать мимо, —Чимин, пока рассказывает (Юнги бы сказал, что умело привирает), аккуратно наблюдает за переглядками этих двоих. Не только ведь ему показалось, что воздух между Мином и Чоном заискрился маленькими вспышками молний? Он встретился взглядом с Тэхёном, но тот пожал плечами, мол, кто их знает. — Думаю, вы поладите. Гук, только смотри, не обижай его, он у нас цветок нежный, домашний. — Неужели? — Нет, — отрезал Юнги, наступив на ногу уж больно много болтающего брюнета. Тэхён и Чонгук во все глаза уставились на вздрогнувшего Чимина, точно тот получил удар по самому дорогому и важному месту. Тот, тихо шикнув, лишь отмахнулся, сказав, что ударился мизинцем об ножку стола. Мин, прикрывая рот стаканом с водой, злорадно булькнул. Чимин волком посмотрел на него и в отместку ущипнул за бок. Юнги, не ожидавший такой подставы, подпрыгнул, зубами ударившись об край стакана, чуть ли не выплевывая все содержимое. Две пары глаз смотрели на них, точно родители на малолетних детей. «Ну что за дебилы, » — думает Чон, отправляя в рот палочки со спагетти.

***

После относительно спокойного ужина, они всей компанией перебрались в уютную гостиную, выполненную в однотонных и спокойных тонах. Тэхён занял место в большом, мягком на вид, кресле, и Чонгук тут же уселся к нему на колени, приобнимая рукой за шею. Чимин попытался утянуть Юнги к себе, но тот отбил его загребущие конечности от греха подальше, усевшись с краю дивана. Он уверен, что брюнет будет распускать руки, заставляя краснеть и чувствовать себя неловко под парой чужих взглядов. Уж извините, но давать больше поводов для глумления этому мелкому парень не станет. Пак тоскливым щенком поглядывал на него, но Юнги стойко всё игнорировал. — Хён, ты чего? — неожиданно обращается к нему Гук, гаденько улыбаясь. А потом, точно познав все тайны мира, вытянул губы буквой «о». — Или тебе не уютно в нашей компании? — Я такого не говорил, — натянуто улыбнулся он ему в ответ. Эта мелочь явно испытывает к нему не самые положительные чувства. Вопрос — почему? В машине они неплохо поболтали, а как только узнал, что Юнги нравится его другу, то тут же стал его, если не презирать, то откровенно недолюбливать. Чимин спешит вклиниться к ним, предотвращая грядущую катастрофу. Того гляди, вцепятся в глотки друг другу, точно мартовские коты, что кошку поделить не могут. — Гук, — брюнет говорит с нажимом. Чон весь насупился от одного лишь имени, сказанного брюнетом. У него явно подгорает. Юнги не может сдержать довольного смешка. Значит Чонгук всё же может слушать старших. Чимин многозначительно посмотрел на Тэхёна, которого ситуация между парнями тоже не приводила в восторг. Тот, поняв всё без слов, сжал бок парня через ткань футболки, намекая прекратить здесь цирк устраивать. Но тот, помолчав каких-то пару секунд, заговорил снова: — Чим, я, конечно, тебя уважаю и люблю, но спать с этим трассовым чудом будете на диване. «Этот» зло стиснул зубы, продолжая улыбаться. У него уже чешется язык ответить какой-нибудь колкостью в ответ, но старается сдерживаться. Он, как никак, старше этого ребёнка, поэтому и вести себя должен умно, не поддаваясь на очевидные провокации. — Я в курсе, что у вас с Тэ есть гостевая комната, где есть нормальная кровать, — Чимин вдруг понял, что, может, было плохой идеей знакомить этих двоих? Характеры у обоих бешеные, чего не скажешь по внешнему виду. Оба могут хорошенько долбануть: один бутылкой, другой кулаком. Очумелая смесь. — Прекратите испепелять друг друга взглядом, нам сейчас не до ваших разборок. Лучше скажи, что я просил, узнал? — Само собой, — Чон подскочил резвым зайцем с колен Кима, унесясь в соседнюю комнату. Вернулся он уже с неизвестной распечаткой, возвращаясь на своё законное место — бёдра своего парня. — Короче, этот твой служивый за границу умотать собрался. Америку, видимо, решил осваивать. Что интересно — его отпуск заканчивается уже сегодня. Сначала билет был заказан на этот четверг, но совсем недавно он изменил дату вылета. Юнги слушает парня внимательно, раздумывая. «Тэён собирался улететь? Получается, что как только он планировал заполучить алмазы, то тут же должен был бежать за границу. Вот только я спутал все планы, забрав их себе. Что ж, Тэёну придётся хорошенько поломать голову, чтобы узнать, куда же запропостились драгоценные камешки». — Умница, — хвалит его Чимин, улыбнувшись. Нет, не Мина, за его не озвученные мысли, а Чонгука, за добытую информацию. Интересно, узнай брюнет о том, что Юнги догадался переслать алмазы сестре, он бы тоже его похвалил и улыбнулся? Мин аж застывает, когда ловит себя на этих мыслях. Чего это он… Какой похвалит и улыбнётся? — Это еще не все. Я на всякий случай глянул других людей в списке этого турагенства и, кажется, обнаружил любопытную вещь. Еще один тип билет заказывал, тоже на четверг, и тоже в штаты, маршрут только немного отличается. Угадайте кто? — Чонгук с детским любопытством крутил голову с Чимина на Тэхёна, напрочь игнорируя ещё одного человека. Юнги самую малость обидно. Ну и ладно. Больно надо. Они выжидающе уставились на него. — Лин Хан. Только использовал другую фамилию. И тоже билетик не понадобился. — Как ты догадался посмотреть других людей? — Ким с нескрываемой гордостью смотрит на него. Он нежно поглаживает Чона по бедру. Гук ласковой кошкой мурчит от приятных ощущений, лбом потираясь о висок парня. Юнги засматривается на них и думает: они с Чимином со стороны выглядят также уютно и по-домашнему тепло или нескладно и несуразно? Мин в душе надеется, что всё же первое. Он боковым зрением замечает, что и брюнет смотрит на парочку в кресле. Чимин точно изучает их, улавливая каждое движение и поглаживание. Юнги, подумав пару секунд, неловко пододвигается к нему под бок, аккуратно, чтобы было не так заметно. Чимин, ощутив рядом тепло чужого тела, а позже заметив Юнги, который всё же покраснел кончиками ушей, улыбнулся краями губ, переплетая чужие узловатые пальцы со своими. — Потом наворкуетесь, — через некоторое время прерывает сложившуюся идиллию Чимин, но руку Юнги не отпускает. Тэхён с Чонгуком с неохотой отрываются друг от друга. Оба уставились на переплетённые пальцы, что Пак норовил скрыть от посторонних глаз. Ким тихо хмыкнул. — Получается, что наш красавчик Хан доверился брату, а тому так приглянулась идея срубить лёгкого бабла, что он решил ее осуществить лично, со своими правилами. Гу, тебе цены нет. Завтра узнаем, кого мент в квартире прячет, поймаем его на крючок — и алмазы у нас в руках. — А как же Крест? Камни-то его. — А он получит, что хотел — убийц курьера, — поясняет Юнги Чимин, щёлкнув по носу. Мин морщится, ударив по его по плечу. — Если сдадим ему сержантика, то спрос товара будет с него, а не с нас. Мы всего лишь заберём алмазы раньше Креста. — Но Тэён ведь расскажет, что мы у него их изъяли… — Это вряд ли, — Тэхён растянул губы в ухмылке, посмотрев загадочным взглядом на Чимина. Тот тоже усмехнулся, кивнув. Юнги невольно переглянулся с зависшим в непонятках Гуком, но, вспомнив, что они как бы в контрах, оба показушно отвернулись друг от друга. Поговорив ещё немного о деле, Тэхён предложил выпить, так сказать: скрасить вечер. Согласились все. Ким дал Чонгуку по лбу за громкое «давай», предупредив, что если тот опять налакается в состояние ни стоячее, ни лежачее, то больше ни капли в рот не возьмёт. Его парень продемонстрировал ему кончик языка за щелбан, заняв царское место на кресле. Тэ махнул на него рукой и, совсем немного повозившись на кухне, принёс выпивку и закуски. Уже через час культурного распития алкоголя все развеселились и атмосфера стала более дружелюбной. Гук с Тэхёном вели себя совершенно неприлично, никого не стесняясь засасывали друг друга чуть ли не после каждого глотка, издавая пошлые звуки, от которых невольно подумаешь, что они тут порно смотрят. Про Чимина и говорить нечего. Он всё-таки смог перетащить разомлевшего и опьянённого Юнги на свои колени, придерживая, чтобы тот в алкогольном порыве не поцеловался с поверхностью пола. Брюнет никак не отлипал от его бёдер, иногда пролезая пальцами в разрезы джинс на коленях, втягивал в редкие, но долгие поцелуи, и шептал ему на ухо вещи, от которых парень краснел и не знал, куда деть затуманенные глаза. Мин уже всерьез намеревался заехать наглому Чимину по физиономии, чтоб он не смел лезть к нему в штаны. Точно угадав его мысли, парень поднялся с дивана, подхватил его под колени и с пьяным смешком проворковал: — Тэ, хватай своего и разбегаемся по комнатам до утра. Ким лишь салютует ему в ответ недопитой бутылкой пива, подхватив Чона под попу. Тот был совсем не против, уцепившись за него, как панда за бамбуковое дерево и пьяно посмеиваясь, называя Тэхёна всякими милыми прозвищами.

***

Оказавшись в гостевой комнате, Юнги уже было собирается прочитать нотации, что нельзя вот так просто перетаскивать его с места на место, и что он сам в состоянии дойти до кровати, но Чимин рушит все его планы, скидывая пьяную тушку на постель. — У нас с тобой есть одно не завершённое дело, что думаешь? — заявляет он, нависая над притихшим телом. В мраке комнаты Юнги трудно разглядеть лицо брюнета, но всё же видя его очертания, он хватает нависшего парня ладонями за тёплые от алкоголя щёки, притягивая к себе для поцелуя. Ноги проворно закидывает ему на талию, скресщивая щиколотки за спиной, и вжимается в него всем телом. Вот и весь ответ. Чимин заводится с пол оборота, перенимая инициативу: он проталкивает свой язык в глубь рта Юнги, сплетаясь с его. Сильные руки опускаются на изгибы талии, приподнимая ближе к своему торсу. Парень выгибается навстречу. Разомлевший от приятных действий Мин принимает ещё несколько попыток забрать доминирование хоть на пару секунд, но сдаётся под напором сверху. Он зарывает пальцы в уложенные волосы, сначала сжимая у корней, а потом разжимает, поглаживая. Причёска Чимина исчезает в ту же секунду, растрёпываясь в разные стороны. Пак стонет в поцелуе от такой смены контрастов, вжимаясь своим пахом в ощутимый бугорок в штанах Юнги. Парня под ним откровенно ведёт. — Котёнок, перевернись, — слышит он шёпот в ушную раковину, от которого мурашки разбегаются по телу. Тихо постанывающий Юнги не сразу понимает, что его просят сделать, потому что возбуждение, вкупе с алкоголем, бьёт по мозгу, затуманивая разум. Чимин, понимая, что тот находится в прострации, помогает парню. Он отрывается от него, расцепляет крепко сжатые ноги за своей спиной и помогает перевернуться со спины на живот. Юнги, тихо охнув от смены положения, выгибается в пояснице, упираясь задницей в ширинку брюнета. Оба сдавленно стонут: Мин в ткань подушки, Пак через стиснутые зубы. — Будешь так тереться об меня, не обещаю, что дотерплю и растяну тебя как следует, — выдыхает он ему в поясницу, сгибаясь над трепещущим парнем. Футболка того уже давно съехала вниз к плечам, собираясь складками. Руки так и тянутся содрать всю одежду с концами, чтобы уже ничего не разделяло и не ограничивало движения Чимина. Он нетерпеливо сжимает мягкую ягодицу в ладони, слыша тихое поскуливание снизу. «Вот же fuck.» Чимин проходится губами по поверхности оголённой и разгорячённой спины, иногда несильно прикусывая бледную кожу. Юнги становится щекотно, и он тихо посмеивается в пуховую подушку, пьяно улыбаясь. Парень приоткрывает рот: — Чимин… Он слышит вопросительное мычание сзади. Тот не отрывается от своего занятия, продолжая оставлять свои яркие метки. Кожа цвета холодного мрамора краснеет даже от лёгкого воздействия, что приводит в щенячий восторг нутро Чимина. — Мне… хочу… жарко. — Хочешь раздеться? — горячее дыхание проходится рядом где-то, пробираясь до самой подкорки сознания. И когда только он успел оказаться так близко. Юнги кивает, повернув голову боком. Волосы лезут ему в глаза неприятными тонкими нитями, мешая увидеть нависнувшего парня. Чимин помогает ему: зачёсывает пальцами пряди на другую сторону головы, избавляя насупившегося парня от дискомфорта. Мин расплывчатым взглядом скользит по лицу рядом, пытаясь всматриваться в знакомые черты в темноте комнаты, а потом смеётся, прикрывая глаза. — Ты у меня такой красивый. Брюнет притих, услышав пьяную речь, и подумал, что, может, им стоит почаще напиваться вместе? Мин становится такой милой булочкой, когда перестает быть зажатым. Словно выпускает из сердца «ребёнка». Парень усмехается своим мыслям, приподнимаясь с тела под ним. — Ты тоже у меня красивый, детка, без лукавства, - Чимин нежно целует его в скулу, от чего Юнги приятно морщится. - Приподними руки вверх, я помогу тебе, — разомлевший парень послушно вытягивает их вперёд, позволяя стянуть с торса ненужную футболку. Чимин оглаживает горячими ладонями его спину, точно собирается сделать ему массаж. Он несильно мнёт расслабленные плечи, скользит ниже, пальцами очерчивая успевшие налиться алым засосы. Мин под ним постанывает, зажимая между пальцев мягкий слой одеяла. Руки брюнета доходят до поясницы, скользят под напрягшийся в миг живот, помогая привстать на колени. У Юнги, который пьян в стельку, ноги разъезжаются в разные стороны, вызывая смешок со стороны. «Как новорождённый оленёнок,» — проносится в голове Чимина, пока парень удерживает тело. Он предплечьем левой руки перехватывает парня внизу живота, удерживая, а правой растёгивает ширинку, замок которой настырно продолжает заедать. Снимая штаны вместе с нижним бельём, слух Чимина улавливает глухой стон, заставляющий его дружка прийти в движение. Это просто дабл килл. Если Мин продолжит издавать такие звуки, то они закончат, даже не начав. Юнги ощущает, как его член ноет, наконец высвободившись из плена жёсткой ткани джинс. В пьяном сознание мелькает мысль, почему надо носить штаны, если без них гораздо лучше? А потом парень хихикает в одеяло, представив себе людей, ходящих по улицам в рубашке, галстуке и пиджаке, но без штанов. Забавно. Устав от одного положения, Юнги хочет опуститься вниз на постель, ведь ноги не могут нормально держаться, скользя по одеялу. Но Чимин подкладывает под его живот объемную подушку, опуская на неё тело. Парень стонет, как только его орган касается ткани под ним. Он потирается о неё своим возбуждением, чтобы хоть как-то уменьшить тянущее чувство внизу живота. Пак зависает, наблюдая за неловкими движениями тела. Свой член ощутимо упирается в шов ширинки, сводя его с ума и без того распалённого похотливым желанием. Он спешно растёгивает рубашку на четыре пуговицы, стягивая её через голову, не тратя времени на остальные. Если та порвётся, то Тэхён или Гук любезно одолжат ему новую. Стоны Юнги распаляют его ещё сильнее, разогревая кровь до стадии кипения. Она, точно лава, растекается по всему телу. Чимин опускает взгляд, с расширенными от возбуждения зрачками, вниз, ухватывает ладонями мельтешившие перед взором ягодицы и тянет на себя, вжимая в область паха. Мин громко матерится, чувствуя твёрдый орган, что сквозь штаны упирается ему в зад. Он, отбросив последнюю частичку смущения, сильнее выгибается, потираясь и соблазнительно виляя бёдрами. Брюнет выпускает воздух сквозь зубы. Чимин перегибается через кровать, роясь в нижнем отделе прикроватной тумбочки. Он всегда знал, что у двоих кроликов везде припрятаны запасы необходимого. Нащупав всё, что нужно, возвращается к изнывающему телу, что не может и секунды усидеть на месте. — Потерпи немного, — проговаривает Пак, разогревая густую жидкость между пальцами. На растяжку Чимин тратит рекордные пять минут. Алкоголь в крови Юнги ему знатно помог, притупляя ощущение боли. Он плавился маслом от каждого нового вставленного пальца, плотно сжимая их в себе и сладко выкрикивая имя парня, когда он точным движением попадал по комочку нервов, от чего подкашивались и тряслись колени. Собственный член просил скорейшей разрядки, пачкая смазкой подушкой. — Я вхожу, так что постарайся расслабиться, — шепчет Чимин, нависнув над стройными телом. Мин чувствует член парня у входа, поэтому выдыхает, полностью отдаваясь в его распоряжение. Чимин входит медленно, сначала вставляя только багровую от возбуждения головку, и громко стонет, проталкиваясь с каждым миллиметром дальше. Юнги под ним тяжело дышит, вцепившись в одеяло, сминая в своих ладонях. — Чёрт, как же приятно, — выдыхант Чимин, когда член входит почти до основания. Он готов кончить только от простого проникновения в это божественное тело, что точно искусным мастером вылепленно специально для него. — Ты такой умница, котёнок. Чимин даёт Юнги время, чтобы привыкнуть к распирающему чувству внутри, целуя лопатки, основание шеи, плечи и поглаживая напряжённые бедра, а потом начинает постепенно двигаться. Руками он упирается по бокам извивающегося под ним тела, чтобы в приступе не сжать бока парня до синяков. Юнги старается подмахивать навстречу бёдрами, подстраиваясь под нарастающий со временем темп. Чимин вплотную прижимается к его спине, входя глубже и проезжаясь по простате. Мин громко вскрикивает, поскуливая от приятного стимулирования. Чимин окончательно теряет голову, вслушиваясь в ругательства и похотливые стоны. Его бёдра ускоряют своё движение, с громким хлюпоющим звуком от смазки и естественной жидкости сталкиваясь с ягодицами, на которых остаются покраснения. Он плотным кольцом пальцев обхватывает член Юнги, надрачивая в такт своим движениям. Мин стонет в подушку, сильнее сжимая Чимина в себе. — Давай же, кончай, — порыкивают ему на ухо, поглаживая уздечку влажным от предэякулянта пальцем. Юнги всхлипывает, с громким и протяжным стоном изливаясь на белоснежную подушку. Чимин, почувствовав, как мышцы ануса сильнее сократились вокруг его орган, последний раз входит в потряхивающее от оргазма тело и, содрогнувшись, обильно кончает в презерватив, продолжая совершать короткие движения. Юнги мычит, когда чувствует внутри себя пустоту, и растекается грудью на кровать под крепким телом, что накрыло его. Через какое-то время, сквозь полудрёму, он чувствует, как его обтирают чем-то влажным и заворачивают в пахнущее кондиционером одеяло. Он рукой ищет рядом тепло чужого тела, но, не найдя искомое, недовольно мычит, но глаз не открывает. Вернувшийся из ванны Чимин может только с щемящим в груди умилением наблюдать за развернувшейся картиной. Сердце обливается приятным теплом, растекающимся по артериям, а затем и по всему организму. Он укладывается рядом, ожидая, когда его присутствие заметят. Юнги, ощущая прогнувшуюся рядом от чужого веса постель, слепым котёнком тянется к нему. Чимин помогает ему устроить голову на своей груди и, спустя несколько минут, слышит тихое умиротворённое сопение. Он притягивает кажуещееся на первый взгляд хрупкое тело ближе к себе, бормоча сквозь наступающую дрёму: — Люблю.