Последний день
10 августа 2021 г., 01:01
Примечания:
Еще раз благодарю свою бету, лучшая...
Всем кто ждал, прошу прощения.
Позже тем же вечером Гарри сидел на кровати Снейпа, скрестив ноги, окруженный не менее чем десятью книгами по Защите от Темных искусств. Гарри был поражен тем, что профессор позволял ему прикасаться к своим книгам, не говоря уже о том, чтобы читать их. Снейп, однако, предупредил, что если хотя бы у одной страницы какой-либо книги после использования будут загнуты уголки, то Гарри ждет довольно продолжительный сеанс пыток с использованием горячих углей. После долгой борьбы хмурых взглядов они пришли к разумному решению — Гарри будет просматривать книги, которые хочет, под бдительным наблюдением Снейпа. Профессор сидел в кресле напротив кровати, читая какие-то статьи о зельях и наблюдая за Гарри, как ястреб. Гарри был благодарен судьбе за то, что в тот день ему не пришлось продолжать эссе по зельям.
Вернувшись в дом, они оба приготовились к щедрой тираде Дурслей, но, к их удивлению, ничего подобного не произошло. Как только они вошли в дом, тетя Петуния холодно сообщила им, что ужин подан, и удалилась. Они молча поели и сразу же поднялись наверх.
Приняв душ и переодевшись, Гарри отправился в комнату своего учителя и постучал в дверь. Он не знал, зачем, и он был уверен, что Снейп устал от него за весь день и ему нужно было побыть одному, но Гарри просто не мог вернуться в свою комнату и остаться там. Он хотел быть со своим учителем и был так удивлен, когда Снейп сердечно приветствовал его. Не то чтобы Снейп сказал это вслух, но было совершенно ясно, что он рад. А десять минут спустя Гарри просмотрел книги Снейпа и сидел на кровати профессора, читая.
Пока они сидели в уютном молчании, Гарри осознал, что потрясен нормальностью ситуации. Казалось, он уже давно живет со Снейпом, и их совместное времяпрепровождение стало ежедневной рутиной. В этом не было ничего странного, ничего отталкивающего. Он наслаждался каждой минутой, проведенной со своим некогда грозным профессором. Он усмехнулся в книгу, вспомнив некоторые реплики, которыми они обменялись в тот день. Гарри должен был признать, что с каждой минутой он становился все более и более озорным и дерзким, но что было еще удивительнее — Снейп, казалось, наслаждался этим. Каждый раз, когда Гарри отпускал дерзкий комментарий, глаза его учителя сверкали весельем, несмотря на множество смертельных угроз, которыми тот щедро осыпал ученика.
— Что-нибудь забавное, Поттер?
— Э-э… да, сэр. Я просто подумал, что не должен оставаться наедине с вампиром, особенно после наступления темноты.
— Я понимаю. Ну, это зависит от обстоятельств, Поттер. Вампир может либо убить вас, либо превратить в вампира. Уверяю, если бы я действительно был вампиром, то не смог бы удержаться от того, чтобы не высосать каждую каплю вашей наглой крови, убив вас в процессе.
Гарри нахмурился, когда профессор добавил:
— На самом деле, есть много других методов, чтобы высосать всю вашу кровь, которые я бы с радостью использовал, если бы директор только позволил мне.
Да ладно! Это был всего лишь невинный комментарий! Ну, не совсем невинный, но все же не стоило так на него отвечать!
Гарри по-детски надулся и решил проигнорировать Снейпа, снова уткнувшись носом в книгу. Если бы Гарри в этот момент поднял глаза, он увидел бы, что профессор тоже уткнулся носом в книгу, отчаянно пытаясь сдержать смех. Мальчишку всегда было так легко вывести из себя.
***
Гарри вскочил в постели весь в холодном поту, его шрам болезненно жгло. Чувство ужасного страха грозило утопить его. Он сделал несколько коротких вдохов, чтобы успокоиться, наконец, осознав, что кто-то зовет его: — Гарри! Гарри! Он с облегчением почувствовал две сильные руки, которые окружили его, и смутно слышал успокаивающий голос Снейпа. Через несколько мгновений он пришел в себя, хотя все еще дрожал, и стал жадно пить воду из стакана, который ему дали. Оглядевшись, Гарри обнаружил, что заснул в комнате Снейпа во время чтения. Все перед глазами было размытым, когда он положил голову на грудь Снейпа, и он предположил, что учитель снял его очки, когда он заснул. Кажется, Снейп все еще не спал, читая в своем кресле, когда Гарри приснился этот кошмар. Он не мог вспомнить, что произошло. Все, что он помнил, — это то, что он был напуган чем-то. Он смутно помнил женщину и старый дом, и изо всех сил старался вспомнить, что напугало его больше всего, и был рад, что не смог. Это было что-то ужасающее, и он не был уверен, как отреагирует, если вспомнит это полностью. — Теперь ты в порядке? Гарри закрыл глаза; голос профессора был таким успокаивающим, таким нежным. — Да, теперь все в порядке, сэр. Спасибо. — Это был кошмар, Гарри? Гарри кивнул и вздрогнул. — Не хочешь рассказать мне об этом? — Я… я не могу вспомнить, сэр. И я думаю, что не хочу вспоминать… Снейп мягко покачал его. — Все в порядке, Гарри. Не бойся, здесь ты в безопасности. Гарри обнял учителя за талию, желая, чтобы тот обнял его в ответ. Он действительно чувствовал себя в безопасности и хотел продолжать прижиматься к этому человеку часами. Когда Гарри задремал, он смутно почувствовал, что Снейп отпустил его, и он только крепче прижался к профессору.***
После этого все превратилось в рутину. День обычно начинался с того, что Снейп громко стучал в дверь Гарри, чтобы разбудить его, посылая сердитые взгляды Дурслям, если они думали протестовать. Гарри и Снейп готовили завтрак вместе — профессор настаивал, чтобы чай и кофе были обязанностью Гарри. За завтраком следовало трехчасовое занятие домашним заданием, которое профессор до конца недели ограничил Зельеварением и Защитой от Темных искусств. Угрозы и часовое нытье Дадли перед началом занятий не прекращались ни на день. Дадли всегда приказывали помогать готовить обед, и он всегда бежал на кухню, как только Снейп тянулся к своей палочке, хотя Гарри был уверен, что он лишь сидел на кухне и никогда ничего не делал на пару со своей мамой. После обеда Снейп и Гарри отправлялись на долгую прогулку и пили чай в каком-нибудь маленьком кафе, прежде чем вернуться и сыграть несколько партий в шахматы, где Гарри каждый раз был фактически разгромлен. Когда ужин заканчивался, Гарри обычно стучал в дверь профессора, и они сидели вместе, читая в уютной тишине и ведя приятную беседу. Гарри рассказывал Снейпу о том, как он собирается досаждать ему, а Снейп с упоением описывал Гарри различные методы, которыми он собирается убить его за это. Тем не менее, в те дни было много свирепых взглядов, угрозы вышли на более высокий уровень, когда Гарри стал еще более дерзким, и он не раз ловил себя на том, что баюкает больное ухо после того, как Снейп тщательно ухаживал за ним, особенно после того, как он дразнил Дадли. Букля также испытала свою долю волнения, обеспечивая переписку Гарри с Гермионой. Однако Рону Гарри не осмелился рассказать о Снейпе.***
Миона, Я скучаю по тебе. Угадай, что? Гарри***
Гарри, Как дела? Я тоже по тебе скучаю. Что случилось? Гермиона***
Миона, Ну же. Ты должна догадаться. Гарри***
Гарри, Это просто смешно. Немедленно объясни мне! Гермиона***
Миона, Правда, попробуй. Это то, о чем ты никогда не сможешь догадаться. Гарри***
ГАРРИ ДЖЕЙМС ПОТТЕР! Гермиона***
Миона, Упс! Ладно. Что ж, дело обстоит так. Я провожу эту неделю у Дурслей, как ты знаешь. Но я не один. Профессор Снейп здесь, со мной. Подробности позже! Гарри П.С. Видишь, я же говорил, ты никогда не смогла бы догадаться!***
Дорогой Гарри, Хa! Знаешь что? Гермиона***
Миона, Что? Гарри***
Гарри, Ты должен догадаться. Гермиона***
Мионаааа, Хорошо. Прости меня, что интриговал тебя. Давай же! Скажи мне! Гарри***
Гарри, Не будь таким ребенком! Это ты начал. Ладно. Профессор Снейп навестил меня в моем доме в магловском Лондоне в первый день после нашего возвращения! Подробности позже. Гермиона***
Последнее письмо было отправлено Гарри поздно вечером в их последний день у Дурслей. Снейп планировал уйти на час, чтобы убедиться, что все было готово к их приезду домой следующим утром, и они оба собирали вещи. Они еще не сообщили Дурслям, что уезжают. Гарри ворвался в комнату Снейпа. Как он посмел не сказать ему? Гермиона была его другом, и он должен был рассказать ему об этом сразу же. И вообще, зачем ему идти к ней, чего он от нее хочет? Гарри ворвался в комнату Снейпа, заставив того вскочить на ноги с палочкой наготове. Снейп сразу расслабился, когда увидел Гарри, хотя его глаза опасно сверкнули; Гарри едва ли мог связно мыслить в тот момент. Он был очень зол. — Поттер, что ты творишь? Гарри свирепо нахмурился и рявкнул: — Почему ты не сказал мне, что навещал Гермиону? И что ты там делал? Глаза Снейпа сузились, когда он попытался успокоиться. — Ты не будешь говорить со мной таким тоном, Поттер. — Я БУДУ ГОВОРИТЬ ЛЮБЫМ ТОНОМ, КОТОРЫЙ МНЕ НРАВИТСЯ! Снейп глубоко вздохнул и заговорил так спокойно, как только мог: — Мистер Поттер. Вы немедленно уйдете в свою комнату и будете там до тех пор, пока не научитесь говорить спокойно! Гарри покраснел от гнева. — Я НИКУДА НЕ УЙДУ, ПОКА ВЫ НЕ ОБЪЯСНИТЕ… Снейп в мгновение ока оказался рядом с Гарри, прервав его крики, и крепко схватил Поттера за руки. Он смотрел прямо в глаза мальчика, говоря медленно, подчеркивая каждый слог: — Я не потерплю, чтобы со мной так разговаривали. И я не потерплю никакого неповиновения с вашей стороны. Вы пойдете в свою комнату и останетесь там до тех пор, пока не станете достаточно вежливым для человеческой беседы. Если вы не уйдете в свою комнату через три секунды, вам НЕ понравится то, что я сделаю! Гарри оттолкнул своего учителя и некоторое время яростно смотрел на него, прежде чем рявкнуть: — Хорошо, ХОРОШО! Он побежал в свою комнату и захлопнул дверь с такой силой, что дом затрясся. Снейп был вне себя от ярости. Этот наглец… Профессор ворвался к Гарри и, подняв палочку, внезапно обнаружил, что вся семья Дурслей наблюдает за происходящим, хотя и не осмеливается спросить. Отлично! Снейп убрал палочку, ухмыльнулся семейству и вернулся в свою комнату. Семье мальчика не пристало наблюдать за ссорой. Снейп дал себе около получаса, чтобы успокоиться, прежде чем снова постучаться к Гарри. Когда ответа не последовало, он постучал еще раз, потом еще. Наконец, он тихо открыл дверь и вошел. Мальчик свернулся калачиком на кровати, обхватив руками колени, прижатые к груди. Гарри яростно посмотрел на Снейпа, когда тот сел перед ним на кровать. Голос профессора был спокоен. — Гарри, я надеялся, что ты уже пришел в себя, чтобы мы могли поговорить о том, что тебя беспокоит. Но, похоже, ты полон решимости продолжать злиться. И я повторяю: я не потерплю такого отношения. Кровь Гарри снова закипела, и он отвернулся, намереваясь игнорировать Снейпа. Да, конечно. Я полон решимости продолжать злиться. Я избалованный ребенок, как ты меня называешь, верно? А сам ты хороший! Снейп нахмурился, и хотя все еще говорил спокойно, было очевидно, что его терпение на исходе. Снейпа никогда нельзя было назвать терпеливым человеком. — Поттер, ты должен смотреть на меня когда я с тобой разговариваю, слушать и отвечать! Это понятно? Гарри продолжал решительно отворачиваться. Снейп прикрыл глаза, прежде чем встать и направиться к двери. Он в последний раз посмотрел на Гарри. — Ладно, Поттер, раз ты так хочешь этого! Ты останешься в своей комнате, пока не придешь в себя. Я отправляюсь в Хогвартс, чтобы закончить кое-какие приготовления. И только Мерлин поможет тебе, если я узнаю, что ты высунулся из этой комнаты хоть одним пальцем ноги!***
Гарри не поднимал глаз до того момента, когда услышал, как закрылась дверь его комнаты. Он был в ярости. Он несколько раз пнул ногой свой стол и плюхнулся на кровать. Как он посмел так поступить со мной? Он… он предал меня. Зачем он пошел к Гермионе? Он не должен был никуда ходить. И Гермионе он не нужен. Я понял. Мне даже в голову не пришло спросить его, зачем он вообще пришел к Дурслям. Я то думал, что он пришел проведать меня. Идиот! Снейп как раз совершал визиты от школы, когда обнаружил, что Вернон избивает меня. Ничего больше. И почему, черт возьми, Гермиона не сказала мне раньше? Гарри продолжал и продолжал свой внутренний монолог, пытаясь всеми возможными и невозможными объяснениями убедить себя, что Снейп никогда не заботился о нем. Не раз он останавливался, чтобы спросить себя: «Что я делаю?», но тогда его ярость победит его логику, и он еще глубже погрузится в свой страх, что Снейпу на самом деле наплевать на него. Он посмотрел на часы и понял, что Снейп опаздывает. Он сказал, что уйдет примерно на час, но прошло уже больше двух часов — ровно два часа и десять минут с тех пор, как он ушел. Было уже за полночь. Если бы Снейп действительно хотел поговорить с Гарри, он бы пришел пораньше, но он делал это нарочно, Гарри был уверен. Он хотел вернуться после того, как Гарри уже выспится. Или, может быть, он уже вернулся? Может быть, он был в своей комнате и просто не сказал об этом Гарри? Поттер выскользнул из своей комнаты. В доме стояла полная тишина, и в коридоре не было слышно никаких звуков. Он проскользнул к комнате Снейпа и прижал ухо к двери, но ничего не услышал. Может быть, он еще снаружи! Гарри спустился вниз и открыл входную дверь. Он вдохнул свежий ночной воздух. Ярость заставляла его чувствовать жар и жжение изнутри, и он наслаждался этой столь необходимой прохладой ночи. Мальчик вышел в сад и прошел мимо забора. Он отметил, что забор нуждается в покраске. Гарри не сказал Дурслям, что уезжает со Снейпом, так что, скорее всего, они ждали, когда профессор уедет на следующий день, чтобы заставить Гарри покрасить забор. В мгновение ока он оказался на Магнолия Кресент, где впервые увидел Сириуса в прошлом году. Сириус! Где сейчас Сириус, что он делает? В безопасности ли он? Думает ли он о Гарри? Помнит ли он его? Гарри долго сидел на качели в маленьком парке. Должно быть, сейчас уже очень поздно. Снейп уже дома? Он уже думал о том, чтобы поговорить с ним? Рассердится ли он из-за того, что Гарри вышел из своей комнаты? О да, он точно рассердится. Он ясно приказал ему этого не делать. Поттеру было все равно. В любом случае, это была вина Снейпа. Будет ли профессор искать его? Мальчик почувствовал боль в сердце. Конечно, нет. С какой стати ему идти искать Гарри? Он только что накричал на него и проигнорировал. Он ослушался Снейпа и покинул не только свою комнату, но и дом поздней ночью. Он был один на улице. Придет ли Снейп за ним? Прошло еще немного времени, и Гарри понял, что Снейп за ним не придет. Ему стало холодно. Боль в его сердце усилилась, когда он соскользнул с качели и повернулся. Он замер на месте. На скамейке сидел Снейп и наблюдал за ним. Профессор спокойно заговорил: — Надеюсь, с тебя хватит, Поттер! Давно ли Снейп сидит там и наблюдает за ним? Как Гарри мог не услышать, как тот подошел? Снейп будто услышал невысказанный вопрос, потому что он тут же ответил так же спокойно: — Я шел по улице, когда увидел, как ты выходишь из дома. Я последовал за тобой и с тех пор сижу здесь. Гарри внимательно изучал свои ботинки. Снейп действительно пришел за ним. Он поднял глаза, когда рука учителя обхватила его за плечо, слегка подталкивая вперед. Он придвинулся ближе к Снейпу и пошел с ним; ему все еще было холодно, и тепло, которое он чувствовал от руки профессора на своем плече, было очень кстати. Они молча шли обратно домой, и никакие мысли не занимали голову Поттера. Казалось, он был доволен тем, что шел рядом со Снейпом, и ничего больше не имело никакого значения. Когда они добрались до дома, Гарри с тревогой обнаружил, что оставил входную дверь широко открытой. Он видел, как профессор пристально смотрит на вход. Гарри почему-то был уверен, что Снейп пялился на дверь только для того, чтобы отвлечься и не придушить его. Поттер смущенно опустил глаза. Снейп спрятал Гарри за спину и, достав палочку, медленно и бесшумно прошел вперед, накладывая заклинания вокруг двери и внутри дома. Он был напряжен. Наконец, Гарри выдохнул, когда увидел облегчение на лице Снейпа. — Никаких незваных гостей. Все в порядке. Гарри внезапно понял, что произошло, что он натворил и какой опасности подверг себя и Дурслей. Поттер не осмеливался посмотреть в глаза профессору. Что больше всего мучило Гарри, так это то, что Снейп не кричал и не ругался — он просто выглядел… ну… обиженным и расстроенным. Профессор сел в кресло, на мгновение закрыл глаза, словно пытаясь успокоиться. Некоторое время он изучал свои руки, пока Гарри стоял на своем месте, буравя взглядом свои ботинки. — Поттер. Пожалуйста, идите в свою комнату. Пока вы будете находиться там, я хочу, чтобы вы честно подумали о своем поведении. Я приду позже, чтобы поговорить с вами. И будьте уверены, вы получите наказание, которого заслуживаете! Гарри расхаживал по своей комнате битый час. Он пытался усидеть на месте, но не мог. Где Снейп? Он специально мучал его, Гарри знал это. Не то чтобы он действительно хотел, чтобы Снейп пришел к нему. Он точно знал, чего ждать на этот раз, но все равно это ожидание убивало его. И он должен был думать о своем поведении! Да ладно! Он должно быть шутит. Как можно найти в себе силы думать в такой ситуации? Снейп на самом деле не стал бы… НЕТ, НЕТ, НЕТ! Гарри не хотел вспоминать, что профессор сказал в прошлый раз. Нет, успокойся, Гарри, он просто отшлепает тебя, как в прошлый раз, он не будет… нет, он не будет! Да ладно тебе! Кстати, где он? Через несколько минут (с одной стороны эти несколько минут тянулись очень долго, но с другой — пролетели слишком быстро) раздался тихий стук в дверь. С бешено колотящимся сердцем Гарри в мгновение ока оказался у двери и открыл ее, готовясь к своей участи. Как только он открыл дверь и посмотрел на теперь спокойное лицо Снейпа, он не мог думать ни о чем, кроме как о том, что расстроил профессора. Снейп провел всю неделю заботясь о Гарри днем и ночью, и провел больше часа, наблюдая за ним в парке, чтобы он был в безопасности, а Гарри думал о нем всякие плохие вещи. Этот человек, стоящий перед ним, заботился о Гарри больше, чем кто-либо другой в его жизни, а он постоянно сомневался в этой заботе. — Мне очень жаль, — опустив глаза, прошептал он. — Тебе будет очень жаль, Поттер. Уверяю тебя, — холодно ответил Снейп. Гарри вздрогнул и посмотрел на своего учителя. — Гарри! Снейп вопросительно поднял бровь. — Пожалуйста, сэр. Зовите меня Гарри. Когда… Я имею в виду… когда вы злитесь на меня, я просто не выношу, когда вы называете меня Поттером, — настойчиво сказал Гарри. Снейп вздохнул и кивнул. — Хорошо, Гарри. Я так и сделаю. Гарри слабо улыбнулся и уступил дорогу профессору. Снейп, не теряя времени, закрыл дверь, запер ее изнутри и расставил по комнате Заглушающие чары. В животе у Гарри образовался узел, и он почувствовал, как пересохло во рту. Теперь не было никаких сомнений в том, что Снейп намеревался сделать, но он был благодарен, что профессор, по крайней мере, пытался сохранить его достоинство перед родственниками, расставляя заглушающие. Почему Гарри чувствовал все это беспокойство, было выше его понимания. В конце концов, это не было похоже на то, что с ним делал дядя Вернон. Снейп сел на кровать Гарри и протянул руку. — Иди сюда, Гарри. Гарри застыл на месте, и Снейп повторил: — Иди сюда, Гарри. Все в порядке. Мы немного поговорим. Гарри подошел к своему учителю и сел рядом с ним, но он не осмеливался посмотреть на профессора, пока Снейп не поднял его за подбородок и тихо сказал: — Гарри, ты не понял до сих пор? Ты всегда подвергаешь себя опасности. Ты всегда действуешь импульсивно, не задумываясь. С тобой могло случиться все, что угодно, если бы меня сегодня там не было. Я мог потерять тебя. Почему ты продолжаешь так поступать? Боже! Снейп боялся потерять его? — Я сделал это не нарочно, сэр. Со мной постоянно происходят разные вещи, и я… не думаю, что… Мне просто нужно было подышать свежим воздухом. Я имею в виду, я не хочу умирать, я бы не стал сознательно подвергать себя опасности. — Но ты сделал это. Ты всегда так делаешь. — Не намеренно, сэр. Честно говоря, я никогда не хотел нарушать правила. Просто так случается. — Все выходит из-под контроля, Гарри, потому что ты неосторожный, непослушный и не контролируешь свои порывы. Ты мог бы найти сотни других способов успокоить свой гнев, если бы хотя бы немного думал, — Снейп изо всех сил старался сохранять спокойствие, когда говорил это. Гарри снова опустил глаза. Было так больно, когда Снейп отчитывал его. Но еще больнее было то, что Гарри знал, что каждое слово, сказанное Снейпом, было правдой. — Послушай, Гарри, у тебя явно есть проблема, и ты должен встретиться с ней лицом к лицу. Больше всего меня беспокоит твоя безопасность. И это должно быть и твоей главной заботой. То, что произошло сегодня, не должно повториться. Нет абсолютно никакой причины и никакого оправдания для того, чтобы покинуть безопасный дом в одиночестве посреди ночи. Это случается не в первый раз, Гарри, но должно быть в последний. — Я постараюсь, сэр. Снейп вздохнул. — Я надеюсь, Гарри. Я очень надеюсь на это. Я не хочу тебя терять. Сердце Гарри забилось быстрее от этого заявления, и он смог только кивнуть. — Хорошо. А теперь, Гарри, пришло время для надлежащего наказания за то, что ты сделал. Гарри закрыл глаза, когда профессор добавил: — Я полагаю, ты помнишь мои слова о том, что произойдет, если ты снова совершишь что-то подобное? Это был не вопрос. Снейп всего лишь сообщил ему, что собирается сдержать свое обещание. До этой минуты Гарри надеялся, что это была просто угроза. Он энергично покачал головой. — Сэр, пожалуйста… Снейп жестко оборвал Гарри, когда поднял его с кровати и встал рядом с ним, и одним быстрым движением брюки мальчика собрались вокруг лодыжек. Гарри крепко зажмурился, когда Снейп положил его к себе на колени. Нет, это не может произойти! Гарри не мог позволить этому случиться, он не смог бы смириться с этим. Он просто хотел, чтобы его обняли, а не шлепали. Затем трусы Гарри были стянуты вниз. О Боже, это действительно происходит. Гарри застонал и спрятал в ладонях свое багровое лицо. Гарри не сопротивлялся; опыт научил его, что это бесполезно, если Снейп полон решимости наказать его. Когда рука Снейпа со шлепком обрушилась на его теперь уже голый зад, Гарри решил промолчать — на этот раз он не будет плакать. Не будет! Снейп говорил; он продолжал читать Гарри нотации и подчеркивал каждое слово резким шлепком. Гарри не мог расслышать ни слова, потому что он сосредоточился на мысленном повторении алфавита, пытаясь отгородиться от звуков ударов, реальности своего положения и растущего жара на его заднице. Несколько минут спустя Гарри запричитал, извиняясь, отчаянно цепляясь за простыни и лягаясь — его гордость была давно забыта. Его единственной заботой сейчас было убедить Снейпа, что он никогда больше не сделает ничего подобного. Гарри не заметил, как Снейп перестал его шлепать, как помог ему подняться и как вернул его одежду на свое место, но он ощутил, что Снейп заключил его в утешительные объятия. Гарри немедленно положил голову на плечо своего учителя и зарыдал, пока Снейп успокаивал и успокаивал его, поглаживая мальчика по спине и шепча ему на ухо ободряющие слова. Это было все, к чему стремился Гарри, — чтобы его грозный профессор обнимал его, как маленького ребенка, и успокаивал. Он свернулся калачиком в объятиях профессора и плакал, казалось, целую вечность, пока Снейп вытирал ему слезы.***
Гарри раскачивался взад и вперед, лихорадочно размышляя. Снейп НЕ имел права наказывать его. У Гарри не было абсолютно никаких причин соглашаться с этим. Но на этот раз точно все. Он больше не позволит Снейпу шлепать его. Гарри не мог в это поверить. В этот раз Снейп даже снял его штаны во время порки. Он думал, что Снейп только угрожал ему в прошлый раз, пытался напугать его, но Гарри оказался неправ. Снейп не шутил и полностью сдержал свое обещание. Покраснев, Гарри зажмурил веки, пытаясь стереть это воспоминание из своего разума, но все еще не мог не чувствовать жжение на ягодицах. Что еще больше действовало Гарри на нервы, так то, что он, казалось, выставлял себя дураком. Он не мог поверить, что разревелся, как ребенок, после нескольких шлепков. Все это испытание не причинило ему и половины той боли, как та, что причинял ему дядя Вернон. Почему он заплакал, когда Снейп наказывал его? Достаточно! Ему хотелось поговорить со Снейпом, накричать на него и сказать, что он больше не маленький ребенок, и что он не позволит профессору снова отшлепать его, по крайней мере, не со спущенными штанами. Он рисковал своей жизнью? Ну и что? Он поставил под угрозу свою безопасность и безопасность своей семьи? Ну, это была не проблема Снейпа. Он немного поерзал на своем месте, его зад болезненно саднил. Гарри шмыгнул носом и решительно потер свои красные опухшие глаза, затем прошептал: — Профессор? Северус крепче обнял Гарри, который все еще сидел, свернувшись калачиком в его объятиях, как маленький ребенок. Северус нежно укачивал его и успокаивал. Снейп очень хорошо знал, что эго Гарри сейчас слишком уязвлено. Он даже приготовился к большой ссоре с мальчиком и был весьма удивлен, когда Гарри принял его распростертые объятия, ища утешения после наказания. Снейп вздохнул и нежно погладил Гарри по волосам, прежде чем приготовиться к тому, что, как он был уверен, будет бунтарским упреком от его подопечного. Он тихо ответил: — Да, Гарри? Голос Гарри все еще был полон слез: — Ты все еще з-злишься на м-меня?***
Гарри и Северус продолжали тихо разговаривать в течение долгого времени, а Гарри упрямо продолжал лежать, свернувшись калачиком и опираясь на плечо своего учителя. Если Снейп настаивал на том, чтобы наказать его, то самое меньшее, что он мог сделать, — это терпеть, когда Гарри цепляется за него в поисках утешения после всего. Не то чтобы Снейп возражал, потому что он продолжал крепко обнимать Гарри, нежно потирая ему спину так долго, как мальчику было нужно. Они много говорили о том, что сделал Гарри, и несмотря на попытки Поттера защитить себя и придумать оправдания тому, что Снейп назвал глупым трюком, Гарри должен был признать — для себя, конечно, не для Снейпа, — что у него действительно была проблема с импульсивностью. Девять свирепых, три хмурых взгляда спустя Гарри лежал на боку на кровати, плотно укрытый одеялом, чувствуя себя очень сонным, а Снейп сидел рядом с ним и рассказывал о своем профессиональном мнении относительно использования кожи хулвангов в зельях, что было очень поучительно, учитывая, что Гарри даже не знал, что такое хулванги. Их предыдущий разговор после его наказания был очень полезным. Снейп, как обычно, был очень терпелив и убедителен — «Не смей мне противоречить, Поттер», — а Гарри, как обычно, был очень дерзок, и, наконец, когда Гарри толкнул его достаточно сильно — «Кто-то с такой больной задницей должен больше следить за своими манерами, сопляк!», — что, конечно же, эффективно заткнуло Гарри. Тем не менее, в конце разговора Снейп улыбался Гарри, когда укрыл его одеялом и сел рядом с ним. Когда Гарри начал засыпать, Снейп, наконец, встал и слегка потянулся. Он направился к двери и тихо выключил свет, и именно в этот момент Гарри внезапно широко раскрыл глаза: — Профессор! Снейп снова включил свет и вопросительно поднял бровь: — Да, Поттер? Гарри попытался взглянуть на своего учителя со всей невинностью, на какую был способен. — Э-э… спасибо, что уложили меня, сэр. Глаза Снейпа расширились — он выглядел откровенно потрясенным словами о том, что укладывал мальчика. — Я не делал ничего подобного, Поттер! — О, правда? Очень жаль! Я всегда думал, что сидеть с кем-то перед сном и плотно накрывать его одеялом, называется укладыванием спать. Это определение даже не включает в себя разговор о зельях, в которых вы разбираетесь. Снейп пристально посмотрел на Гарри и пробормотал: — Дерзкий невыносимый сопляк! Гарри ухмыльнулся и добавил: — Что ж, спокойной ночи и вам, сэр, — затем быстро спрятал голову под одеяло. К счастью, Снейп ушел, не возразив.***
Утро снова наступило для Гарри слишком рано. Он крепко спал всю ночь, пока не услышал довольно громкий приказ Снейпа: — Поттер, ты немедленно встанешь! Глаза Гарри широко распахнулись от этой команды, и, заметив, что Снейп стоит у его кровати с разъяренным видом, он резко выпрямился в постели. — Оуу! — Гарри вскочил с кровати и потер задницу, а затем поднял глаза и увидел очень довольного профессора Снейпа, ухмыляющегося ему. Покраснев до кончиков пальцев, Поттер мрачно нахмурился и рявкнул: — Не смешно! — С твоей точки зрения, я уверен, что это не смешно Поттер! Гарри усмехнулся. — Действительно, Поттер, я думаю, что в последнее время ты проводишь со мной много времени! — Затем Снейп развернулся так, что мантия его развевалась за ним, и добавил: — У тебя есть десять минут, чтобы быть собраться и приступить к домашнему заданию, Поттер! Гарри некоторое время смотрел на дверь после того, как Снейп ушел. Отлично, значит, Снейп все еще наказывает меня. Никакого завтрака — надеюсь, мне все же разрешат пообедать. Снейп не стал бы морить меня голодом, верно? Он покорно вздохнул и приступил к своим утренним обязанностям.***
Когда Гарри спускался по лестнице со своими книгами, в животе у него громко заурчало, и он мысленно отругал себя за то, что так проголодался. В конце концов, это была всего лишь еда. Снейп уже сидел за столом, разложив перед собой книги, пергаменты и перья. Тетя Петуния была на кухне, а Дадли и дяди Вернона нигде не было видно. Разве Снейп не собирался завтракать? А как насчет Дурслей? Он осторожно сел рядом с профессором и сразу же начал ерзать. Почему он раньше не замечал, что стул такой твердый! Он упорядочил свои книги, пытаясь понять, было ли Прорицание или История меньшим злом. Снейп встал и пошел на кухню. Через несколько мгновений он вернулся с подносом, на котором стояла тарелка, полная очень густо намазанных маслом поджаристых тостов, немного клубники и стакан молока. Снейп поставил поднос рядом с Гарри. — Твой завтрак, Поттер. Гарри недоуменно посмотрел на него. — Завтрак, сэр? Сердце Гарри забилось быстрее — да, Снейп не стал бы морить его голодом. Но почему он завтракает в одиночестве? Снейп приподнял бровь. — Да, Поттер. Завтрак. Ну, знаешь, еда? По утрам? После того, как люди проснутся? Гарри слегка нахмурился. — Я знаю, что такое завтрак! — Серьезно? Мне показалось, что нет. Моя работа состоит в том, чтобы обучать вас, понимаете ли. Гарри продолжал хмуриться, отпивая молоко и откусывая первый тост, а Снейп вернулся к своей работе. Несмотря на то, что Гарри демонстрировал, что его раздражает язвительность Снейпа, он чувствовал себя таким счастливым. Вчерашнее испытание, похоже, никак не повлияло на их отношения. — Эм... сэр? Разве вы не собираетесь завтракать? Снейп посмотрел на Гарри так, как смотрят на чрезвычайно глупого трехлетнего ребенка. — Поттер, ты хоть представляешь, сколько сейчас времени? Гарри не подумал проверить раньше; он думал, что сейчас где-то между восьмью и половиной восьмого, хотя солнечный свет в доме казался немного другим, поэтому он посмотрел на часы, и его глаза расширились. Было почти одиннадцать утра. — Э-э… верно, сэр. Простите. С этими словами Гарри уткнулся носом в книгу, стараясь не краснеть. Снейп оставил его спать до одиннадцати? Должно быть, в аду скоро похолодает! Они продолжали работать в тишине, пока не был готов обед. Тетя Петуния все утро хранила полное молчание, бросая на них сердитые взгляды каждые несколько минут. Когда пришло время обеда, она чуть не вывалила сковороду с пастушьим пирогом на их пергаменты. Гарри стало интересно: почему она злится, и где сегодня Дадли? Он не мог сдержать ухмылки всякий раз, когда думал о том, что происходит, когда Дурсли остаются наедине со Снейпом. Профессор пообещал ему, что они поговорят о визите к Гермионе, когда устроятся в доме зельевара, поэтому Гарри не беспокоился, что они еще не обсудили это. Он доверял Снейпу. Казалось, что ухмылка Гарри взбесила его тетушку, потому что он слышал, как она стиснула зубы, кладя кусок пирога в его тарелку. Гарри всерьез начал беспокоиться, что к концу обеда она сломает себе все зубы. Он мало о чем думал. Ему было все равно. Он уезжал со Снейпом. Ничего не должно было произойти за такое короткое время до их отъезда. Верно? Конечно же, нет!
