Болезненное опекунство

             После завтрака, к которому присоединился только Дадли, одним взмахом палочки Снейпа стол стал чистым, к большому огорчению семьи, но никто не осмелился протестовать. Позже Вернон ушел в свой кабинет, серьезно предупредив Снейпа, чтобы тот не делал ничего смешного. Гарри изо всех сил пытался сохранить невозмутимое выражение лица, когда Снейп заверил Вернона, холодно говоря:       — Мистер Дурсль, уверяю вас, я не делаю ничего смешного.       Его дядя подозрительно посмотрел на Снейпа и получил в ответ приподнятую бровь. Как будто кто-то мог поместить Снейпа и смешное в одно и то же предложение!       Затем Снейп посмотрел на Петунию и сказал:       — План диеты вашего сына будет готов к обеду, мэм. — затем взглянув на Дадли, он добавил: — Учитывая, что мистер Поттер помогал с приготовлением завтрака, думаю, что за обед будет ответственен ваш сын.       У Дадли отвисла челюсть, и он энергично покачал головой.       — Мои Дадлик ничего подобного делать не будет. Он только закончил школу несколько дней назад. Он должен отдохнуть.       — Я понимаю, — Снейп нахмурился, — Значит, это нормально, что ваш сын ничем не занят, пока ваш племянник изображает раба?       Петуния нахмурилась, прежде чем сердито повернулась к Гарри.       — ЧТО ЗА ЛОЖЬ ТЫ ЕМУ НАГОВОРИЛ, МАЛЬЧИК?       Гарри съежился и инстинктивно отступил назад, но сразу почувствовал руку на своем плече, словно защищающую его. Глаза Снейпа опасно заблестели, когда он посмотрел на Петунию и сказал шепотом, от которого у Гарри по спине пробежала дрожь:       — Вы. Перестанете. Кричать. На Гарри сейчас же, миссис Дурсль.       Тетя Петуния вздрогнула и отступила на несколько шагов, обняв сына, защищая его таким же жестом, каким Снейп защищал Гарри.       — Я… он… мальчик лжет!       Снейп продолжал пристально смотреть на нее, пока лицо Петунии не стало таким же белым, как ее ковер, прежде чем он, наконец, отвел взгляд. Гарри был уверен, что если бы профессор продолжал угрожающе буравить взглядом тетю еще хоть секунду, она бы упала в обморок. Дадли, с другой стороны, с большим трудом пытался прикрыть одновременно и зад, и шею.       Снейп продолжил тем же убийственным тоном:       — Мистер Поттер начнет делать домашнее задание через несколько минут. Увидев состояние его рабочего стола, который не подходит даже для маленького четырехлетнего ребенка, я решил, что он будет работать здесь, за обеденным столом. Когда мы спустимся, вашему сыну лучше быть готовым приступить к его летнему домашнему заданию. Оба мальчика будут работать над уроками все утро, а затем ваш сын будет помогать готовить обед. Я надеюсь, что это ясно, миссис Дурсль, потому что, в противном случае найдется множество различных… методов… которые убедят вас и вашего сына. — Затем Снейп добавил еще более опасным тоном: — С сегодняшнего дня я начинаю писать отчет, миссис Дурсль. Каждое слово, сказанное вами или вашей семьей, и каждое действие, которое вы предприняли с момента моего прибытия и до настоящего времени, будет подробно описано в отчете.       С этими словами Снейп развернулся и быстро пошел прочь, его мантия развевалась за спиной. Гарри последовал за профессором, чувствуя благодарность за пугающий спектакль, который Снейп обычно разыгрывает, чтобы напугать студентов. На этот раз Гарри не был объектом запугивания и получил огромное удовольствие.       Когда они дошли до комнаты Гарри, он сказал:       — Сэр, у меня все еще нет…       Снейп прервал его:       — У меня отличная память, Поттер. Я знаю, что у тебя нет вещей. — Затем с ухмылкой добавил: — Тебе очень повезло, Поттер, что у меня есть все, что тебе может понадобиться для домашнего задания по зельям.       Гарри нахмурился. Да уж, ОЧЕНЬ повезло! Он должен был этого ожидать. Гарри покорно вздохнул и последовал за Снейпом в его комнату. И застыл в дверях, а его челюсть отвисла до пола, когда он уставился в пространство комнаты широко раскрытыми глазами.       — Вы можете закрыть рот, мистер Поттер, или туда залетят мухи.       Гарри не мог поверить своим глазам. Комната была очень хорошо обставлена, очень опрятна и чиста, как любит тетя Петуния, да, но сама комната была совершенно другой. Кровать превратилась в большую кровать с балдахином, украшенную богатыми темно-зелеными драпировками. Покрывало на кровати было все того же темно-зеленого цвета с серебряными прожилками. Занавески были из того же материала, что и покрывало. Пол был устлан огромным персидским ковром того же цвета, и Гарри почувствовал, что ноги тонут в нем. Стены, все еще выкрашенные в белый цвет, теперь были украшены маленькими зелеными листьями, а вдоль них тянулись полки, прогибающиеся под тяжестью множества книг, аккуратно расставленных на них.       Гарри не мог поверить, что кто-то может пойти на такие усилия, чтобы украсить комнату, в которой придется жить всего неделю. Он недоуменно посмотрел на Снейпа, заставив его усмехнуться.       — Я полагаю, что выражение вашего лица — комплимент моим скромным способностям?       Гарри, наконец, выдохнул.       — Вау!       — В самом деле, Поттер, твое красноречие не перестает меня удивлять.       Гарри прищурился, глядя на самодовольного профессора, и холодно произнес:       — Я просто пошутил над вами, сэр. Комната такая, как я ожидал. Я полагаю, все это было сделано с использованием продвинутой формы трансфигурации?       Ну, вот! Гарри гордился собой за это снейповское предложение.       Снейп легонько усмехнулся подражанию и, увидев ошеломленное выражение лица Гарри, профессор не смог удержаться и громко рассмеялся. От шока у Гарри чуть не случился сердечный приступ. Боже! Этот человек умеет смеяться. Прекрасный сердечный звонкий смех! Я определенно в альтернативной вселенной. После того, как первоначальный шок прошел, Гарри нахально ухмыльнулся.       — Вы знаете, сэр, вся школа хотела бы знать, что вы можете так смеяться. Я мог бы даже шантажировать вас за это!       Снейп усмехнулся.       — Никто никогда не поверит тебе, Поттер. Возможно, тебе лучше сэкономить свою энергию.       Гарри насмешливо простонал:       — О, а я так хотел шантажировать вас!       Снейп, казалось, был очень удивлен, когда жестом указательного пальца подозвал Гарри поближе. Ой, уши надерет! Гарри подошел к учителю, все еще улыбаясь. Как и ожидалось, Снейп легко взял Гарри за уши.       — Мистер Поттер, вы очень дерзкий мальчишка.       — Ага. Вы любезно продолжаете указывать мне на это!.. Ой! — Снейп сжал уши Гарри за эту дерзость и быстро отпустил. Гарри хмуро посмотрел на него, прежде чем снова ухмыльнулся. Профессор положил руки на плечи Гарри и некоторое время изучающе смотрел на него.       — Ты не хочешь рассказать мне, что почувствовал, там, внизу?       Лицо Гарри вытянулось, когда он вспомнил свои чувства, видя, как Петуния пытается защитить сына. Он не мог сказать об этом Снейпу, профессор подумал бы только, что это глупо, и он мог бы даже рассердиться, что Гарри сравнил его с Волдемортом. Но он не сравнивал, честно. Гарри молча покачал головой.       — Я не буду давить на тебя, Гарри, но мы можем поговорить в любое время, когда ты захочешь.       Гарри смотрел вниз, крик матери снова и снова звучал в его голове, и у него было необъяснимое желание прислониться к груди учителя, когда палец Снейпа приподнял его подбородок, и он услышал шепот мужчины:       — Все будет хорошо, Гарри.       Затем Снейп заключил его в объятия, и он благодарно закрыл глаза, положив голову ему на грудь. Откуда Снейп знал, что ему нужны эти объятия? Гарри был ошеломлен облегчением, которое он испытывал всякий раз, когда профессор обнимал его. Снейп тот, кто превратил его жизнь в ад за последние три года, был тем самым Снейпом, который теперь давал ему это чувство безопасности и тепла.       После нескольких минут молчания Снейп заметил:       — Это всего лишь иллюзия, Поттер.       Послышался приглушенный голос Гарри:       — Что, сэр?       Снейп закатил глаза.       — Комната, мальчик. Это просто иллюзия. Она была оформлена в отвратительном розовом цвете!       Гарри отстранился и серьезно посмотрел на Снейпа.       — Было бы намного проще, сэр, если бы вы просто изменили свою одежду на розовую. Да, розовый вам подойдет. Или, может быть, пурпурный, а, может, даже… АЙ!

***

      Они спустились через несколько минут, Гарри держал пергамент, перья и чернила и потирал правую ягодицу, которую Снейп смачно шлепнул, а профессор держал невероятно большую стопку книг и злобно ухмылялся. Мастер зелий усмехнулся, увидев Дадли перед телевизором. Тетя Петуния стояла, скрестив руки на груди, и вызывающе смотрела на них. Гарри думал, что предпримет Снейп, когда сел за стол рядом с ним. Мастер зелий дал Гарри пять книг, чтобы он использовал их в качестве источников для своего эссе, свирепо глядя на Гарри, будто побуждая его протестовать. Гарри открыл было рот, но передумал и снова закрыл его; он действительно не хотел, чтобы его левую ягодицу постигла та же участь, что и правую.       Снейп посмотрел на тетю Петунию, которая все еще стояла, наблюдая за ними, и поднял бровь.       — Я думал, мы договорились, миссис Дурсль, что ваш сын тоже начнет работать.       — Это совершенно не ваше дело. — рявкнула тетя Петуния.       — В самом деле? Вы ошибаетесь, миссис Дурсль, это мое дело. Если ваш племянник сидит за домашним заданием, ваш сын будет сидеть вместе с ним, и если ваш племянник выполняет работу по дому, то и ваш сын будет. Это справедливо.       — Вы смеете, придя в мой дом без приглашения, говорить со мной о справедливости и рассказывать, как мне обращаться со своей плотью и кровью?       — Если вы не знаете, как обращаться со своей плотью и кровью, мэм, тогда я обязательно расскажу вам, как это делать.       Снейп подошел к тому месту, где сидел Дадли, и потянул его, схватив за шею сзади. Петуния взвизгнула и побежала к ним, пытаясь оторвать руку Снейпа от сына. Он проигнорировал ее и наклонился ближе к Дадли, который уже дрожал, как лист, и хныкал.       — Теперь вы пойдете со мной, юный мистер Дурсль. — угрожающе сказал Снейп. Взмахом волшебной палочки он выключил телевизор и потащил дрожащего Дадли вверх по лестнице, а тетя Петуния последовала за ним, все еще визжа и требуя отпустить сына.       Гарри не мог в это поверить. Снейп заставит Дадли делать домашнее задание? Ну, на это стоило посмотреть, но зачем Снейп это сделал? Гарри не очень-то верил в то, что все происходящее справедливо. Ему придется спросить профессора об этом позже. Гарри услышал шум на лестнице, когда Снейп, все еще таща за собой Дадли, спускался вниз и левитировал несколько книг и заметок позади него, а тетя Петуния все еще пыталась убрать руку Снейпа от своего сына.       Профессор усадил Дадли на стул за обеденным столом и аккуратно разложил перед ним его вещи. Наконец, он посмотрел на Петунию.       — Миссис Дурсль, немедленно прекратите этот визг банши. Я не причиню вреда вашему сыну. Я пытаюсь помочь ему, черт возьми!       Как ни странно, Петуния замолкла, хотя Гарри был уверен, что она не знает точно, что такое банши, но, похоже, заявление Снейпа о том, что он пытается помочь ее сыну, возымело должный эффект.       — Вот так-то лучше, — выдохнул Снейп. Он спокойно добавил, обращаясь к все еще хнычущему и дрожащему Дадли: — Вы будете сидеть здесь и работать над домашним заданием каждый день с утра до обеда, как и ваш кузен. Потом вы поможете матери приготовить обед, а Гарри будет помогать с завтраком. Я надеюсь, это понятно.       Как только Снейп сел, Дадли вскочил, чтобы убежать, но увидел палочку Снейпа у кончика своего носа. Тетя Петуния снова завизжала. Гарри попытался не рассмеяться, но у него ничего не вышло. Это напоминало ему мультик про Тома и Джерри. Дадли тяжело опустился на стул, пытаясь поднять воротник на шее, как будто Снейп мог высосать его кровь с помощью волшебной палочки! Мужчина ледяным голосом обратился к Дадли.       — Мистер Дурсль, я должен использовать чары приклеивания к вашему заду, чтобы заставить вас сидеть на этом стуле, не вставая?       Глаза Дадли расширились, он еще сильнее захныкал, схватившись за зад и яростно тряся головой, явно вспоминая, что Хагрид сделал с этим самым задом почти три года назад.       — Так-то лучше, — кивнул Снейп. — Мне все равно, какие предметы преподаются в вашей школе, и мне все равно, достаточно ли хорошо вы их знаете, все, что меня волнует, — это то, что вы будете делать уроки каждый день по крайней мере три часа между завтраком и обедом. Я. Не. Буду. Повторять. Это. В очередной. Раз. Это понятно?       Дадли, дрожа, кивнул и что-то пробормотал.       — ГОВОРИ ГРОМЧЕ, МАЛЬЧИК!       И Гарри, и Дадли подскочили от крика Снейпа, и Гарри слегка поежился. Боже, как он ненавидел крик, особенно крик Снейпа, даже если тот кричал не на него. Не то чтобы он жалел Дадли.       — Д-да, сэр, — пискнул Дадли.       Затем Снейп поднял бровь, глядя на все еще стоящую рядом Петунию, которая обнимала сына, защищая его.       — Миссис Дурсль, я не думаю, что вам будет удобно стоять в таком положении в течение трех часов, но если вы настаиваете, то не буду вам мешать.       С этими словами Снейп спокойно сел за стол и начал читать. Гарри, видя, что шоу наконец-то закончилось, начал просматривать книги, которые дал ему профессор. Дадли все время шептал и ныл маме, что не хочет делать уроки, но, очевидно, они оба были слишком напуганы, чтобы что-то предпринять, поэтому тетя Петуния решила сесть рядом с Дадли, держа его за руку и успокаивая.       Снейп полностью игнорировал их, пока читал, но Гарри было трудно сделать то же самое. Он то и дело поглядывал на них и видел, что Петуния смотрит на него так, словно он был главной причиной страданий ее сына. Ну, в каком-то смысле она права, конечно, не то чтобы Гарри чувствовал себя виноватым во всей этой ситуации. Напротив, он чувствовал, что это чрезвычайно забавно — своего рода поэтическая справедливость, к которой он так стремился.

***      

      Час спустя Гарри отчаянно пытался сосредоточиться, несмотря на непрерывное нытье кузена, но безрезультатно. За последний час Снейп не шевельнул ни единым мускулом, разве что перелистывал страницы книги, но было ясно, что нытье Дадли действует ему на нервы. Челюсти Снейпа были плотно сжаты, на шее явно пульсировала жилка, а губы сложились в тонкую полоску. Да, Снейп был готов взорваться. И он взорвался…       В мгновение ока Снейп оказался с другой стороны стола, кончик его палочки был прямо у горла Дадли, а лицо всего в нескольких дюймах от ребенка. Хотя Снейп говорил шепотом, в то время как тетя Петуния зашлась в крике, его слова были прекрасно слышны для всех.       — Еще один звук, мистер Дадли, еще хоть один звук, и вы будете умолять меня о пощаде, прежде чем я прикончу вас!       Тетя Петуния смотрела на Снейпа с выражением крайнего ужаса, а Дадли смертельно побледнел, слезы текли по его щекам, пока он пытался сжаться на стуле всем своим массивным телом. Гарри мог поклясться, что Дадли сейчас намочит штаны, если уже не сделал этого. Бедный Дадли, это был первый раз в его жизни, когда его кто-то так пугал. Гарри удивился, что ему стало немного жаль кузена. Он был поражен тем, как Снейп обращался с его родственниками. Неделя должна быть очень интересной, как выразился преподаватель.       В течение следующих двух часов не было слышно ни звука, и Гарри глубоко сосредоточился на книгах, которые дал ему профессор. Он был удивлен количеством информации, которую нашел только лишь в двух учебниках, и выписал из них много заметок. Он решил не приступать к сочинению в этот день, а дать себе время прочитать остальные три. Закончив выписывать заметки из второй книги, он отложил ее со вздохом и счастливой улыбкой. Это будет лучшее эссе по зельям, которое он когда-либо писал. Снейп будет впечатлен. Он поднял глаза и увидел, что профессор смотрит на него, уголки его губ слегка приподнялись, но Гарри уже достаточно изучил этого человека, чтобы понять, что он одновременно удивлен и одобряет то, что делает Гарри. Он довольно улыбнулся своему учителю, который кивнул в сторону Дадли, заставляя Гарри впервые за два часа посмотреть на своего кузена. Гарри был так благодарен за молчание, последовавшее за угрозой Снейпа, что даже не подумал об этом и сосредоточился на работе. Теперь Гарри был потрясен!       Казалось, угроза Снейпа сотворила чудо. Дадли неподвижно сидел на своем месте, его книги были открыты, и он с серьезным видом писал что-то, боязливо поглядывая на Снейпа каждые несколько секунд. Ничего себе — похоже, Дадли все-таки умел читать и писать. Тетя Петуния тоже была в таком же шоковом состоянии, она все еще сидела рядом с сыном, но была занята листанием журналов. Гарри даже не заметил, как тетя Петуния вставала из-за стола, чтобы взять журналы.       Затем Снейп мягко поинтересовался:       — Как продвигается твое эссе, Гарри?       — Гораздо лучше, чем я ожидал, сэр. Я выписал много информации из двух книг. Но я решил сначала прочитать и выписать заметки и из остальных книг, прежде чем начать эссе. Видите ли, наш преподаватель зелий ужасно… э-э… строг, но на этот раз мое сочинение произведет на него большое впечатление! — Затем Гарри дерзко добавил: — Он даже может не читая оценить это эссе.       Снейп ухмыльнулся дерзости мальчика.       — Ну, я уверен, что ваш преподаватель зелий будет особенно строг в оценке вашего эссе на этот раз, мистер Поттер, зная, что вы получили в свои руки больше источников, чем другие!             Гарри нахмурился. Он не станет! Когда Снейп повернулся, чтобы обратиться к его родственникам, которые удивительно терпеливо продолжали делать то, что делали до этого, Гарри поддался искушению показать Снейпу язык.       — На сегодня довольно занятий, мистер Дадли. В конце концов, не так уж трудно было начать работать над домашним заданием, не так ли?       Дадли тут же ответил шепотом:       — Н-нет, сэр.       Тетя Петуния, наконец, набралась храбрости и встала со словами:       — Теперь вы довольны?       — Право, миссис Дурсль, это вы должны быть довольны. В конце концов, он ваш сын, и именно вы должны следить за тем, чтобы он делал уроки. Отвечая на ваш вопрос: нет, я еще не удовлетворен. — Затем, обращаясь к Дадли, Снейп добавил: — Теперь вы начнете помогать маме с обедом, и с этого момента будете делать это каждый день. Понятно?       Дадли кивнул и с удивительной скоростью помчался на кухню, прежде чем мать успела сделать хоть шаг. Петуния сердито посмотрела на Снейпа, но не осмелилась ничего сказать и направилась вслед за сыном, когда Снейп остановил ее:       — Я подготовил план диеты для вашего сына.       Он протянул ей пергамент. Она в ужасе посмотрела на пергамент, словно это была змея.       — Что это?       Снейп приподнял бровь.       — Я же только что сказал вам, что это план диеты.       — Но… но на чем это написано?       — Пергамент!       — Перг… вы хотите, чтобы я отнесла это доктору?       Снейп свирепо посмотрел на Петунию, заставив ее сделать шаг назад.       — То, что вы показываете своему маггловскому доктору, не моя проблема. Вы можете переписать это на маггловскую бумагу, показать доктору или разрезать на куски. Я выполнил свой долг!       С этими словами Снейп сунул пергамент ей в руки и сел обратно за стол, перебирая свои книги и явно давая ей понять, что разговор окончен. Петуния фыркнула и последовала за сыном на кухню, даже не поблагодарив профессора. Гарри обдумывал ее грубость, и сначала даже не заметил палочку Снейпа у своих губ. Гарри был поражен, но тут же расслабился, увидев явное веселье в глазах Снейпа. Гарри это вполне устраивало, он понял, что получает огромное удовольствие от этих передразниваний, и каким-то образом он знал, что Снейп так же наслаждается его недавно появившейся дерзостью.       — Мистер Поттер, ваш язык, пожалуйста. Я использую его в своих зельях.       — Гм… Я думаю, что пока оставлю его себе, профессор, спасибо!       Снейп впился глазами в Гарри, используя свой лучший смертоносный взгляд.       — Если вы еще когда-нибудь посмеете показать мне язык, пока я не смотрю на вас, вы найдете его в банке на одной из моих полок. Понятно?       Гарри почтительно кивнул, глядя вниз со смирением.       — Мне очень жаль, сэр, если это вас обидело. Я обещаю, что с этого момента я буду показывать вам язык, только когда вы будете смотреть на меня.       Гарри не дал Снейпу времени ответить, схватил свои вещи и убежал.

***

      Когда позже Гарри спустился вниз, Снейп был в гостиной и изучал названия книг на очень аккуратных книжных полках, хотя Гарри был уверен, что ни тетя Петуния, ни дядя Вернон не читали ни одной из них. Гарри, разумеется, никогда не разрешалось прикасаться к книгам, кроме как рассортировывать их по разным признакам. Гарри смотрел, как Снейп достает книгу и просматривает оглавление, и вдруг почувствовал прилив нежности к этому человеку, человеку, которого, как ему казалось, он ненавидел последние три года. Гарри закрыл глаза и вспомнил некоторые из своих желаний — казалось, все они сбылись. Возможно, именно поэтому он перестал мечтать. Гарри подпрыгнул, когда голос Снейпа раздался прямо у него за спиной:       — Просто подожди, я доберусь до тебя, когда твоих родственников не будет рядом!       — Ну, тогда я просто прослежу, чтобы мы с вами не оставались наедине, сэр. — нахмурившись, сказал Гарри.       — Да, Поттер, хорошая идея. Я предлагаю тебе пойти и поплакаться своей тетушке, как избалованный ребенок, и она возьмет тебя с собой к доктору с твоим кузеном. О да, Поттер, они оставят тебя наедине с вампиром!       — Да. Я забыл об этом. — усмехнулся Гарри.       — Кстати, я вспомнил: что там такого обворожительного в вампирах?       Гарри расхохотался. Как ему рассказать об этом Снейпу, не будучи прибитым в процессе? Однако Гарри спасла тетя Петуния, объявившая, что обед готов.       Они сели за обеденный стол, а тетя Петуния и Дадли стояли у столешницы. Похоже, они решили не приближаться к Гарри и его преподавателю без крайней необходимости. Гарри пожал плечами: по крайней мере, это будет мирный обед.       Ошибка! Большая ошибка!        Мир, Дурсли и Снейп - три не совместимые понятия! Вот в чем Гарри убедился в этот день.

***

      Все началось с невинного вопроса Снейпа.       — Какие у тебя планы на день, Гарри?       — Э-э… Ничего особенного, сэр.              Снейп приподнял бровь.       — Что, у тебя обычно нет планов на вторую половину дня? Например, выйти и встретиться с друзьями или даже сделать покупки? Судя по состоянию твоей одежды, тебе не мешало бы походить по магазинам.       Гарри покраснел. Он забыл, что на нем все еще были обноски Дадли, слишком большие для него, изношенные и порванные в нескольких местах.       — Я… эм…       Никогда не ходил по магазинам? Никогда не носил новую одежду? Никогда не получал денег? Целыми днями занимался домашними делами?       Гарри опустил глаза, явно не зная, что сказать. Снейп, однако, продолжал, будто не обращая внимания на заминку Гарри:       — Знаешь, Гарри, ты должен пригласить меня попробовать шоколадное мороженое, которое ты любишь, когда мы сегодня будем гулять.       В этот момент Гарри испытывал различные эмоции. Снейп погуляет с Гарри? Они будут вместе, как… как… нормальные дети со своими родителями, гулять, есть мороженое, ходить по магазинам… О да! Но у Гарри не было денег, Дурсли никогда не давали ему ни цента. Конечно, он мог бы спросить у Снейпа, где можно обменять галлеоны, но Дурсли не должны узнать, что у него есть деньги. И как Снейп узнал, что он любит шоколадное мороженое? Знаете, если я когда-нибудь получу маггловские деньги, первое, что я куплю, — это большое шоколадное мороженое. Я люблю его, но у меня никогда не было на него денег! О да, это был тот день, когда Гарри выплакал свое горе на груди Снейпа и заснул в его объятиях. Гарри покраснел, вспомнив об этом, и был поглощен своими мыслями, пока громкий голос профессора не выдернул его из воспоминаний.       — Живо!       Гарри вздрогнул от неожиданности: Снейп что-то говорил ему, а он не слушал. Теперь Снейп сердится. Но тут Гарри понял, что профессор кричит не на него, а на тетю Петунию. Он пропустил целый диалог между ними. Гарри видел только, как тетя поспешно удалилась, потом вернулась и бросила на стол деньги, с ненавистью глядя на Гарри. Снейп поднял бровь.       — Ну, чего ты ждешь, Гарри? Возьми свои деньги.             У Гарри отвисла челюсть, как будто она весила больше двухсот фунтов.       — Мои деньги, сэр?       — Да, Гарри, твои деньги. Гораздо меньше того, что ты заслуживаешь, но пока этого хватит. Ты потратишь их сегодня и купишь себе одежду, а то, что останется - это твои карманные деньги.       Глаза Гарри вспыхнули. Карманные деньги! Впервые в жизни! Он с благодарностью посмотрел на своего учителя, который, казалось, понял, о чем Гарри думает, потому что он мягко похлопал его по руке и ободряюще кивнул. Гарри посмотрел на тетю Петунию, которая стиснула зубы и выдохнул «спасибо», прежде чем взял деньги и положил их в карман. Как он сможет отплатить Снейпу за то, что тот сделал?       Снейп обнял Гарри за плечи и сообщил Петунии:       — Мы вернемся к ужину.       Затем он мягко подтолкнул Гарри, чтобы тот поднялся наверх. Когда они добрались до комнаты мальчика, Снейп велел ему собраться, пока он сам переоденется в маггловскую одежду. Гарри кивнул и стал ждать профессора в своей комнате. Он не мог поверить в происходящее.

***

      Гарри тупо смотрел на Снейпа почти две минуты, пока профессор не рявкнул:       — Поттер, немедленно прекрати таращиться на меня!       Гарри, наконец-то обретший дар речи, просто спросил:       — Сэр, у вас есть солнцезащитные очки?       Снейп приподнял бровь.       — Мне нужны солнцезащитные очки?       Гарри с энтузиазмом кивнул, заставив мужчину подозрительно посмотреть на него.       — Поттер, если это шутка, я…       Гарри прервал его:       — Нет, сэр, честно. Это будет просто идеально. Поверьте мне.       Снейп вздохнул.       — Хорошо! Вопреки моему здравому смыслу я послушаюсь тебя.       Снейп достал из кармана темные очки и надел их.       — О, так у вас есть солнцезащитные очки!       — Я никогда не говорил, что их нет, Поттер. Я только спросил, нужны ли они!       Гарри чуть не топнул ногой от досады, но подумал, что это будет выглядеть по-детски. В самом деле, неужели этот человек никогда не перестает язвить? Потом Гарри вспомнил, что сделал для него Снейп, и с благодарностью посмотрел на него.             — Сэр, я не знаю, чем смогу отплатить вам за то, что вы делаете. Спасибо.             Снейп слегка улыбнулся, прежде чем вытолкнул Гарри из комнаты.       — Пойдем, сопляк.       Гарри усмехнулся. Ему нравилось, когда Снейп называл его так, потому что он всегда говорил это с теплом.

***

      Спускаясь, Гарри почти подпрыгивал от волнения. Снейп покачал головой и фыркнул, но сегодня ничто не могло испортить настроение Гарри. Северус Снейп, Мастер Зелий, взял Гарри Джеймса Поттера на прогулку! Чудеса, Чудеса!       Как и следовало ожидать, как только тетя Петуния и Дадли увидели их, на их лицах появилось такое же выражение, как и у Гарри. Тетя Петуния открыто пялилась на Снейпа, но Гарри не винил ее. Он перевел взгляд с тети на кузена и обратно на Снейпа, который хмуро смотрел на Петунию. Но этот хмурый взгляд делал профессора только лучше, если это вообще было возможно.       Снейп был одет в белую классическую рубашку, да-да, белую, первые три расстегнутые пуговицы обнажали крепкую нижнюю часть шеи, рубашка была заправлена в черные узкие джинсы, заканчивающиеся черными грациозными ботинками. Его волосы были зачесаны в аккуратный хвост, так, что прежняя неопрятность была совершенно незаметна. На плечах небрежно висел черный свитер, рукава которого были завязаны узлом на груди. К этому добавились солнцезащитные очки, которые Гарри попросил его надеть на лоб. И это все была знаменитая летучая мышь из подземелий! Гарри очень хотел иметь под рукой фотоаппарат. Он был уверен, что на этот раз обязательно должен пошантажировать профессора. Боже! Если бы только Рон видел его сейчас!

***

      Полчаса спустя они уже ходили по Литтл Уингингу, Снейп молча изучал местность и людей, которые останавливались, чтобы посмотреть на них, когда они проходили мимо. Снейп приподнял бровь, обращаясь к своему подопечному:       — Ты, кажется, здесь тоже довольно популярен, Поттер.       — Ах, да. Вы даже не представляете как!       Дерзкий паршивец! Когда это мальчик перестал меня бояться? И когда, во имя девяти адов, я начал выгуливать Гарри Поттера?             Когда они добрались до парка, профессор вдруг взглянул на Гарри. Мальчик смотрел, как дети в парке бегают, смеются и визжат, и его глаза прикрылись. Тоска, которую Снейп увидел на лице Гарри, отдалась болью в сердце.       Ты не одинок в этом, Гарри, поверь мне.       — Что, Поттер, только не говори мне, что хочешь пойти покачаться на качелях.       У мальчика хватило наглости свирепо посмотреть на Снейпа и сказать:       — Нет, сэр. Может, вам это и понравится, но я предпочитаю играть в песочнице.       С этими словами Гарри отступил на несколько футов, чтобы оказаться подальше от Снейпа. Умный мальчишка, но профессор пообещал себе, что задушит его позже, когда они найдут какое-нибудь место без большого количества свидетелей. Он схватил Гарри за руку и потащил прочь от парка.       — Пойдем, мы идем на автобусную станцию, мальчик! — чтобы оказаться подальше от воспоминаний, которые вызвал парк.       Когда они добрались до автобусной станции, Гарри с любопытством посмотрел на Снейпа.       — Куда мы едем, сэр?       Определенно, мальчик нарочно вел себя глупо! Мужчина фыркнул:       — Лондон! Где еще можно делать покупки?       Гарри покраснел. Дело в том, что он раньше никогда не делал маггловские покупки. У Дурслей Снейп видел и слышал достаточно, он наверняка должен был знать и об этом.       Гарри начал было вынимать деньги, чтобы расплатиться, но Снейп не дал ему времени, положил несколько монет в автомат и заплатил за билеты.       — О, у вас есть маггловские деньги.       — Нет, Поттер. Я приехал, в маггловский мир на неделю, ничего не планируя. И эти деньги я нашел чудом!       Гарри попытался хмуро взглянуть на Снейпа, но его усилий хватило лишь на детскую гримасу. Снейп едва не рассмеялся. Мальчишку было так легко вывести из себя. Его детские реакции были настолько предсказуемы, что профессор не смог устоять перед искушением подколоть его.

***

      Позже вечером, когда они возвращались на Тисовую улицу, Гарри чувствовал себя очень усталым. Они несколько часов гуляли по Лондону. Гарри никогда в жизни не получал большего удовольствия. Снейп водил его в разные места, о существовании которых он и не подозревал, водил по магазинам и покупал еду, когда он проголодался. Но профессор настоял на том, чтобы Гарри пригласил его на шоколадное мороженое, и Гарри был только рад выполнить эту просьбу. Сегодня он провел некоторое время, наблюдая за своим учителем, и, к его удивлению, Снейп напомнил ему ребенка, чьи мечты наконец-то сбылись. Несмотря на его очень сдержанное поведение, радость Снейпа была понятна Гарри, и он осмелился спросить его, был ли он в Лондоне раньше. Гарри мог поклясться, что лицо Снейпа вытянулось, когда он ответил «Да!», и хотя Гарри не стал настаивать, он понял, что это был первый раз, когда Снейп действительно гулял по Лондону и наслаждался им, даже если он бывал тут ранее. Гарри изо всех сил старался дразнить преподавателя весь день напролет, и тот свирепо посмотрел на него по крайней мере десять раз, но умереть самой мучительной смертью угрожал лишь единожды, что считалось достижением после того, как он провел с мастером зелий почти шесть часов подряд.       Гарри остановил Снейпа, прежде чем тот постучал в дверь № 4.       — Сэр, я…       Гарри не находил слов. Простая благодарность никогда не покроет то, что Снейп сделал для него. Но Гарри недолго пришлось думать о том, что сказать, так как Снейп оборвал его:       — Поттер, я надеюсь, что ты исполнил все свои детские желания, потому что у тебя все еще не закончено эссе по зельям, которое ты должен доделать!       Да, я все равно прав в том, что Снейп — ЗЛО!                   Профессор быстро обернулся, делая вид, что звонит в звонок, и отчаянно пытаясь скрыть усмешку. «Мальчик это заслужил» — решил он!