В тайне от матери

      Матерь Миранда окинула взглядом присутствующих лордов. На кафедре лежала папка с документами, на которые она не хотела смотреть. Ее тонкие пальцы нервно постукивали по деревянной кафедре, а губы были плотно сжаты, словно она старалась подавить раздражение. Тишина, воцарившаяся в зале, была непривычной. Миранда ощущала, как между лордами витает напряжение, которое раздражало ее гораздо сильнее, чем привычный гомон и шум споров.        Донна Беневьенто все также сидела неподвижно, словно статуя, держа в руках Энджи, которая склонив голову и слегка приоткрыв рот пялилась в пустоту. Сальваторе что-то тихо бубнил себе под нос. В его голосовом хлюпанье едва ли можно было различить членораздельную речь, однако его гортанные звуки больше походили на жалостливый гундеж, который всегда раздражал Миранду. Леди Димитреску сидела, выпрямив спину, однако ее взгляд нервно бегал. Она то и дело нервно ерзала на месте, будто бы ей что-то мешало. Ее утонченное лицо выражало беспокойство, а пальцы то и дело сжимали подол платья. Изредка она нервно постукивала каблуком по деревянному полу, а гулкий звук от удара проносился по храму.       Карл сидел рядом с Моро, закинув ногу на ногу, но сегодня он не был весел. Он был озадачен, хотя старался сохранять самообладание. он понимал, что исчезновение богатых гостей замка Димитреску, о котором внезапно стало известно за пределами Деревни, ни у кого не вызывало восторга, однако он впервые видел, на сколько сильно это волнует других лордов. В особенности Альсину. Едва Карл посмотрел в ее сторону, как она смерила его взглядом полным ненависти и злобы. Карлу в какой-то момент стало не по себе. Он сделал вид, что ничего не заметил, хотя по поведению Альсины он догадывался, что ее волнует не только это. Он несколько раз слышал от Милоша, что она рвет и мечет, пытаясь отыскать Бэлу, но все попытки были тщетны. Карлу хотелось злорадствовать над Альсиной, которая сейчас казалась слабой и беспомощной. Однако сейчас было не самое подходящее время для этого.       Миранда медлить не стала. Она постучала кулаком по кафедре и огласила: — Все в сборе? Отлично. Не сомневаюсь, что вы знаете, почему я решила собрать вас. Ликанов вышли из-под контроля, и это привело к неоправданным жертвам в замке Димитреску. Финал у большинства гостей печален, хотя, как рассказала мне Альсина, она не планировала с дочерьми охоту в эту ночь. Что побудило ликанов напасть на замок, предстоит выяснить. Сейчас главное решить другую проблему.       Матерь Миранда открыла папку и извлекла из нее помятый лист, на котором красовалась огромная красная печать, напоминающая зонт, и подпись. Она откашлялась и зачитала: — Уважаемая Матерь Миранда! Мы сожалеем об инциденте, произошедшем в Замке Димитреску, которое повлекло за собой многочисленные жертвы и травмы некоторых гостей. Однако хочу выразить свои опасения по поводу мутантов, которые обитают в вашей местности. Я прекрасно понимаю, что экспериментальные образцы, которые вы тщетно пытались трансформировать при помощи каду, имеют высокие силу и ловкость, однако они стали более агрессивными. Как главу корпорации меня это беспокоит, так как, исходя из произошедшего, я ставлю под сомнения эффективность ваших экспериментов, а также опасаюсь, что это может стать достоянием широкой общественности, что не на руку ни вам, ни нам. Поэтому в вашу деревню будет отправлена группа наших ученых, а также отряд специального назначения для расследования инцидента. От вас и лордов требуется подготовка. Ою этом я проинструктирую вас в приложении к письму. Мне важно сотрудничество с вами и лордами, однако данная ситуация меня удручает и заставляет задуматься о наших дальнейших контактах с вами. Надеюсь, что вы как можно скорее примите меры по первичной ликвидации последствий одичания ликанов.

С уважением, Освелл Э. Спенсер, руководитель «Umbrella INC».

      Зачитав документ, Миранда медленно разорвала письмо и кинула клочки бумаги в сторону. Хоть она оставалась такой же невозмутимой, лорды будто бы чувствовали, как она источает гнев, который пыталась сдерживать изо всех сил, дабы сохранить самообладание. — Как вы понимаете, дети мои, нам предстоит непростая беседа с цепными псами Спенсера. Я надеюсь, что вы все с ним и его людьми знакомы, даже если заочно, — ее взгляд пал на Донну и Моро. — Мне бы очень не хотелось пускать людей господина Спенсера в Деревню, но, боюсь, выбора у нас нет. К сожалению, инцидент в замку Димитреску получил широкую огласку, и нам придется это как-то объяснить, изучить и, по возможности, устранить.       Миранда заметила явное недовольство Альсины, которое та даже не пыталась скрыть. От нарастающего раздражения ее белоснежные зубы обнажились. Было очевидно, что меньше всего на свете Альсина хотела иметь дело с учеными из «Umbrella», которых она недолюбливала наравне с Мирандой. — Да и потом, такого яростного нападения я и сама никогда не видела. Это, с одной стороны, очень интересное и пугающее наблюдение. Как бы то ни было, для нас сотрудничество с «Umbrella» будет отчасти выгодно. Поэтому я вынуждена объявить, что я вынуждена пустить отряд и исследовательскую группу корпорации в Деревню. Но замечу, они могут работать на территории некоторых ваших владений, но по большей части они будут в замке леди Димитреску. Это важно, так как там были отобраны важные образцы ликанов для изучения. Я надеюсь на ваше понимание.       Карл озадаченно почесал обросшую щетиной щеку. Появление ученых «Umbrella» точно не входило в его планы. Он припоминал, что в последний раз сталкивался с учеными и из корпорации несколько лет назад, когда Миранда передавала им какие-то сведения и образцы. Он отлично запомнил, как бесцеремонно исследователи корпорации, которых Карл окрестил «лабораторными крысами», вальяжно разгуливали по территории Деревни, собирая какие-то образцы, будто бы у себя дома. По большей части их интересовала фабрика, из-за которой, по их мнению, могла быть причиной утечек топлива в водоемы и загрязнения почвы. Тогда Карл групо послал их и не пустил на территорию фабрики. Бойцы спецотряда, сопровождавшие их, вели себя сдержаннее, но напоминали болванчиков с оружием, которые не смогли бы выжить в схватке не то, что с ликаном, даже с бешенной собакой. По крайней мере, так на тот момент казалось Гейзенбергу. Тем не менее, впечатления от встречи у него остались негативные. Но если они снова будут находиться близ его фабрики, то весь его план мог пойти крахом, что его интересовало больше всего. — Матерь Миранда! — Альсина не вытерпела. Она встала в весь свой исполинский рост и приблизилась к главе Деревни. — При всем уважении к вам я не понимаю, зачем вам пускать чужаков? Не боитесь ли вы, что результаты исследований также могут стать известны более широкой общественности? Вы же зами говорили, что нам со всеми экспериментами важно оставаться «невидимками», притворяясь, что у нас отдаленный дикий уголок с вековыми традициями. И вы так просто берете и пускаете тех, кого ненавидите. — Спокойнее, Альсина. Это сотрудничество для нас также выгодно. Спенсер заручился о конфиденциальности исследований. За это можешь не бояться, дитя мое, — на лице Миранды не дрогнул ни один мускул. — За одним мы сможем выяснить, почему ликаны выбрали именно ваш замок. По моим подозрениям, это может быть болезнь или же какая-то иная мутация. — Но вы же понимаете, что эти люди смогут с легкостью заставить нас прекратить эксперименты, а нашу Деревню сравнять с землей? Даже если он вам что-то наобещал, то верить ему — это последнее дело. Вы ставите под угрозу нас всех. — И пускаете чужаков, — отозвалась Энджи, слегка подпрыгнув на коленях у Донны. — Серьезно, Матерь Миранда, — отозвался Карл, на момент забыв о скрытой вражде со своей так называемой сестрой по мутации. — Не могу поверить, что это говорю, но вынужден согласиться с Альсиной. Вы же нас всех буквально подставляете. Вы же помните, что было в прошлый раз? — Я не страдаю провалами в памяти, Гейзенберг. Тогда мы смогли доказать, что с нашей местностью все в порядке и отвели подозрение, и у нас есть шанс сделать это снова, но с небольшими оговорками. Если бы вы оба дали договорить мне до конца, я бы вам сказала, что нужно делать, — Миранда повысила голос, будто бы пыталась пристыдить их, как маленьких детей. Альсина и Карл переглянулись и вернулись на место. — Так лучше. Я понимаю, что вы негодуете, но я собрала вас не только для того, чтобы объявить вам эту новость, но и просить от вас помощи. Не только ваши владения под угрозой, но и простые жители Деревни. Самых одичалых ликанов придется убить, чтобы прервать распространение нападений и обращений. Я поговорила с Урьяшем, и он дал добро на охоту. — Сам что ли не справляется с ними? — пробурчал Карл. Но Миранда не обратила на это внимание. — Вам нужно усилить защиту ваших территорий, устранять самых диких особей и помочь замести следы, если что-то пойдет не так. К сожалению, других вариантов я больше не вижу. Для тебя, Карл, будет особое задание. Ты должен за эту неделю создать ловушки для волков и помочь остальным укрепить оборону. Все способы защиты можешь конструировать на свое усмотрение. — Но… — Я рассчитываю на вас. Вы должны помочь защитить Деревню и ее жителей. — Это точно, а не прятаться на фабрике от спецотряда, как в тот раз, — Димитреску презрительно фыркнула. Карл в ответ показал средний палец. В голове мелькнула мысль, что зря поддержал Альсину в ее негодовании. Но продолжать унижения она, судя по всему, не собиралась. — Хорошо. Сделаю все, что в моих силах, — процедил сквозь зубы Гейзенберг. — Вот и хорошо. Все свободны.       Донна, обнимая возмущенно выкрикивающую какой-то бред Энджи, вышла из церкви. За ней со всхлипами и бульканьем засеменил Сальваторе Моро. Карл, взглянув на леди Димитреску, ухмыльнулся. Та, поймав на себе его взгляд, демонстративно отвернулась. — Лучше бы ты сказала спасибо за поддержку в этой неравной борьбе с матерью, — сказал он с усмешкой. — Спасибо, но ты особо ничем не помог, — процедила она сквозь зубы. — Уходи по добру, по здорову, пока я не потеряла самообладание. — Как скажешь.       Карл пожал плечами и двинулся к выходу. Выйдя из часовни, он достал сигару и чиркнул зажигалку. Потянуло горьковатым запахом, от которого слегка свербило в носу. Карл сделал небольшую затяжку и выдохнул, разгоняя рукой небольшое облако сигаретного дыма. — Супер-хреново… это в корне меняет правила игры… — задумчиво произнес он, глядя на тянущийся из сигары голубоватый дымок. Он снова затянулся и, стряхнув пепел, побрел мимо часовни. Потушив сигару он выкинул окурок и потушил, наступив на него. — Все плохо…Да кого я обманываю? Все хуево! Девчонку нужно подержать подольше а по готовности отпустить, пока ее мамаша не сорвалась с цепи. Если она атакует ученых, то это будет жопа…        Проходя мимо одного из окон Гейзенберг остановился, едва услышав голоса Альсины и Миранды. «Интересно, о чем они переговариваются?», — мелькнуло в голове у Карла. Он прижался к стене и, пристроившись между окон, приблизился к одному из разбитых окон. — Матерь Миранда, я прошу вас всего лишь мне посодействовать. Это же моя дочь…а вдруг ей придется иметь дело с ликанами или ее увидят люди Спенсера? — услышал он голос Альсины. Он звучал мягче и несколько жалобно. В первый раз Гейзенберг слышал такую интонацию. От чего-то ему сделалось смешно, но, подавив в себе легкий смешок, он прислушался. — Я ничем не могу тебе помочь, Альсина, но сейчас для этого не лучшее время. Деревню нужно обезопасить, а для этого нужны усилия всех лордов. Да и чем я смогу тебе помочь? — Почувствуйте ее. Вы в силах сделать это. Или наделить меня дополнительной силой. — Увы, нет. У меня нет настолько крепкой связи с каду, чтобы чувствовать, где она находится. А что до тебя, то для усиления мутации нужно время, а его у нас нет.       Лицо Альсины в мгновение помрачнело. Она опустила голову и глубоко вздохнула. Карл упивался этим моментом. Он в первый раз видел ее настолько беспомощной и хотел наслаждаться этим моментом. Она была такой же слабой, беспомощной и униженной. «Жалко, что у меня нет сейчас камеры, чтобы запечатлеть момент», — подумал он, продолжая подслушивать. — Но… Матерь Миранда…она мне очень дорога. Я не отрекаюсь от своей помощи ради общего дела, но я всего лишь прошу посодействовать в помощи. Вдруг ее похитили или того хуже — убили? — Не впадай в панику, Альсина. Возможно, твоя дочь сейчас находится в безопасном месте, не нужно себя накручивать. Я могу понять тебя, как мать. Но сейчас нельзя опускать руки. Будь выше этого. Сейчас должно быть важнее другое. Честь семьи превыше всего. Помни об этом. — Я вас поняла, — с печалью в голосе пробормотала Альсина и покинула часовню.