Зависимые

Два часа, пятьдесят четыре минуты. Старкова искала Андрея. За дверью послышался шум и она вошла. Окна запотели… Свет исходил только от компьютера и розовой лампы. Но Даше при этом открылся весь вид… Кровать, стоящая в середине комнаты немного постукивала под тяжестью и страстью. Было душно… Андрей, до пояса раздетый, нежно оставлял поцелуи на шее своей бывшей, а она тихонько постанывала… Она обхватила его торс коленками, обтянутыми чёрными капроновыми колготками с поехавшей стрелкой. Он запустил руки ей в волосы. У Даши заколотилось сердце…она не могла даже вздохнуть. Её глаза покрыл туман. Кожу стягивало, как в самые морозные дни… Внутри раскалывались стекла. Эти осколки порезали все её внутренности. Проникали в сосуды и перекрывали кровоток. Она издала три отрывистых вдоха, похожих на всхлипывание. В голове пролетали все его поцелуи, слова, объятия. Все воспроизводилось как фильм. Фильм записанный на испорченную плёнку. К горлу подступила тошнота. От бабочек в животе остались пустые коконы. Она, не отрывая взгляда, сделала несколько шагов назад и врезалась в комод, с которого с грохотом попадали флаконы с духами и другие сосуды. Это отвлекло внимание Андрея и той брюнетки друг от друга. У Авдеева округлились глаза от неожиданности, вины и стыда. Он тут же соскочил, застегивая джинсы и подбежал к Даше. -Это не то…- сбивчиво и ошарашенно говорил он, — Не то, что…не то, что ты…- он нервно и отрицательно кивал головой. Она отходила назад в сторону выхода, отмахивалась от него, будто боялась. Левой рукой толкнула дверь у себя за спиной…и взглянула ему в глаза…там ничего не читалось…это резко привело её в сознание…она сорвалась с места и выбежала. Шумный и тёмный коридор. Она несколько раз врезалась в каких-то пьяных и обкуренных школьников. Потом, сама не понимая как, оказалась в туалете и заперла дверь. Ещё минут десять она сидела в обнимку с унитазом… Её просто выворачивало наружу при единой мысли о происходящем. Потом она полуживая откинулась на холодную, покрытую плиткой стенку и зарыдала. Она очень громко плакала. Никогда себе такого не позволяла. Все это время Максим стучался в дверь… потом подошел Андрей…буквально умолял ему открыть. Морозов уже достаточно сильно нервничал…плюс ко всему, не понимал, что происходит. В этой связи он очень скоро вытолкал на улицу Андрея и вышиб дверь. На вечеринке уже почти никого не было, а те, кто были, уже ничем не интересовались. Тушь размазалась во всему лицу, а блондинка сидела в самом углу захлебываясь слезами. Она рыдала в голос… С такой обидой и разочарованием. Максим сел перед ней на колени и взял её двумя руками за шею. Поднимая голову и заставляя Дашу посмотреть в его глаза. По рукам уже стекали её солёные слезы. Она заплакала ещё с большей болью. Потом в попытках собраться вытерла глаза, схватила кофту и бутылку и выскочила из подъезда. Она пила этой ночью до полной отключки. Её предал один человек, но верить она перестала всему миру. *** 7 часов 16 минут. Ветреное утро. Шум птиц под окнами. Разрывающаяся голова. Опухшие глаза. Чёрный горький кофе. Скрипучий нервирующий стул. В школе ничего, как всегда, не менялось. Она опять пришла одной из первых. Ей просто всегда хотелось побыстрее уйти из дома. И вот она что-то пишет. Пишет увлечённо и часто ставит многоточие. Авдеев зашёл в класс. Естественно, хотел поговорить, но лучше бы молчал. Зачем лить кислоту в область химического ожога? -Даш, — окликнул Старкову он. Не нужно было оборачиваться. Не нужно было приходить сегодня в школу. Не нужно после ранения вставать — швы разойдутся. Не нужно оборачиваться и смотреть вслед кому-то — вдруг развернешься и побежишь обратно. -Даш, я хотел… — тут она поднялась со своего места и посмотрела на него. Прямо в глаза. Сверлила его. Такой пронзительный взгляд, от которого можно почувствовать мигрень. Она молчала… Не могла ни слова выдавить… -Я хотел извиниться… Я надеюсь ты когда-нибудь меня простишь, — он был перебит сильной пощечиной. Удар был звучным. Он кричал самым разочарованным, но при этом почти равнодушным голосом. На щеке остались следы от ногтей, которые, наверное, ещё секунда, и вцепились бы ему в горло, выдавливая оттуда отрывистое шипение о предательстве. -Я знаю, ты очень обижена… -Обижена?! — наконец заговорила она, — Смешно…это же не со мной ты хотел переспать на вписке и забыл закрыть дверь…на что мне обижаться? Сзади внезапно появилась новая девушка Андрея (а все новое — это хорошо забытое старое). -Ой, смотрите, кто здесь, — съязвила Даша. -Слушай, это наши разборки, не нужно её в это втягивать, — уверенно сказал Андрей, но обратный отсчет уже был запущен. -Какие разборки? В чем здесь разбираться? Как одна шл*ха дала тебе на вечеринке? — в классе загудели разговоры, в ожидании взрыва. -Что, прости, ты сказала? — подала голос, подошедшая ближе брюнетка. -А что? Я как-то не так назвала? А, сейчас, подожди, давай разберёмся… Девушка, которая гуляет от своего парня к другому, который в отношениях — это…нет, все верно, шл*ха, — проговаривала она почти по слогам; столь наглые фразы Даша почти никогда себе не позволяла. -Пойдём отсюда, ладно? — окликнул свою «возлюбленную» Андрей. -Авдеев, а тебя вообще все устраивает? Она там спала с каким-то одиннадцатиклассником, а потом с тобой… Вдруг она заразная? -Заткнись, дура! — последовал ответ не от Андрея. -Господи, какое счастье, что у нас с тобой дальше поцелуя не заходило…а то, я тоже могла бы заразиться… Секундная тишина. Затем женская драка. Хладнокровная, но эмоциональная. Каштановые волосы начали ломаться и клочьями оставаться на руках соперницы. Восторженные возгласы одноклассников — толпа требует хлеба и зрелищ. Царапина чуть ниже глаза, разбитые коленки. На пороге класса появился Морозов и почти сразу рванул к полю боя. Он врезался в плечо Андрея, как бы призывая его очнуться: -Че ты стоишь?! — прикрикнул он и взял за талию Старкову, оттаскивая её в сторону. Обе, задыхаясь, говорили что-то невнятное. Максим вытащил Дашу из класса и увёл за руку куда-то в сторону туалета… Она запиналась, оглядывалась и сильно злилась. Он прижал её к стене и взял за плечи. -Всё, всё…хватит, слышишь, всё! — начал успокаивать Максим. -Вот она, конечно… — Старкова глубоко вздохнула. -Вы чё устроили?! -Будешь отчитывать меня сейчас, да? Скажешь, что я не права? — резко ответила Даша; в ответ сначала последовало молчание. -Мм… Нет… — тихо сказал он. -Что? -Не буду, говорю… И вообще… — запнулся он, — Хочешь я ему еб*ло разобью? -Серьёзно? — удивилась она, — Хочу, конечно! — воскликнула Даша, — Но не надо, — она сменила одну эмоцию на другую и успокоилась, — Я стала часто терять контроль над собой…я говорила ей ужасные вещи…и ложь в том числе… Я то прекрасно знаю, как все было… Она с тем парнем из одиннадцатого только обнималась и то, только чтобы Андрея взбесить. Ещё и учителям наверняка расскажут… Ну да ладно, лишним точно не будет… Авдеев ведь с ней вчера был, и я их вместе застала. -Да я уже понял…- ответил Морозов — А ты как вообще? — Макс сосредоточился на ней. -Теперь нормально. Она попросила сигарету. Оба закурили, пропуская пар не только через лёгкие, но, главное, и через мозг. -Ну ты даёшь, конечно… — ухмыльнулся брюнет. Она тоже улыбнулась. И в этот момент они, неожиданно даже для себя, громко засмеялись. -Это было примерно так, — сказала блондинка, заканчивая рассказ, своему психологу, — Я потом, конечно, переосмыслила все…поняла, что сильно её унизила перед всеми…бывшего своего опустила, а, значит, и себя тоже…еще и Максима фактически поставила перед выбором: либо я, либо Андрей. Я эту балерину, кстати, даже сейчас помню, на вас похожа, кстати. -Не похоже на комплимент, конечно, — посмеиваясь сказала Виктория, — но сейчас о другом. Знаете, это очень правильно, что вы анализируете свои действия, ведь любые происшествия в жизни, даже самые плохие — это опыт. Однако не забывайте, что вы не можете всегда контролировать свои эмоции и вполне вероятно, что, если бы вы не выпустили их тогда, накопленная грязь мешала бы вашей деятельности сейчас. Это, как со стиральной машинкой…