Право выбора

Дэрил и сам не понял, когда начал бежать. Это было весьма глупо. Можно бежать с ношей за плечами, когда четко видишь цель, когда знаешь, сколько сил необходимо потратить и на что именно; хотя бы когда убегаешь от смертельной опасности, но в этот раз он принялся бежать бесцельно, как будто его бег мог хоть кому-то хоть немного помочь. Руки Гленна окончательно отпустили его, и тело начало понемногу сползать, и Дэрилу пришлось неловко вцепиться в него руками с обеих сторон. Бежать стало еще труднее, и он понемногу замедлил шаг, напоминавший теперь спортивную ходьбу. Спортивная ходьба в лесу, полном мертвецов, с дополнительным отягощением. В их мире осталось не так уж много развлечений. Он был охотником. Должен был уметь выживать в лесу, но одно дело — охотиться в одиночку, и совсем другое — спасать чью-то задницу, когда времени осталось совсем немного. Да и как его можно было спасти, и можно ли было вообще? В былые времена его наверняка бы поставили на ноги всего за недельку в больничке, но едва ли ему поможет какой-нибудь целебный мох. Дэрил остановился, увидев след — так быстро, что Гленн едва не слетел с его спины — и настороженно прислушался. Это не был кто-то из их лагеря. И не был ходячий — потому что след был один, очень отчетливый след куда-то энергично спешившего человека, а не едва волочившего ноги трупа. Осторожно ступая вдоль следа, он продвинулся дальше; деревья постепенно редели, а потом он вдруг увидел забор. Настоящий забор и несколько палаток за ними. Такое зрелище всегда пробуждало в них самые противоположные чувства: одновременно радость от обнаружения настоящего, живого человека — и опасения того, что этот самый живой человек вот-вот всадит тебе в макушку пулю, перепутав с ходячим или просто охраняя свои добытые потом и кровью припасы. Сейчас это было бы почти правильно с их стороны, потому что Дэрил и вправду собирался украсть их припасы — по крайней мере, кое-что важное из этих припасов. Он снял Гленна со спины и прислонил к стволу ближайшего дерева. — Я скоро вернусь, — сказал он. Гленн, разумеется, его не слышал, его голова упала на грудь. — Сейчас приду, понял? — зачем-то повторил Дэрил. Почему-то ему не хотелось, чтобы Гленн, случайно очнувшись, осознал себя в полном одиночестве. Может быть, ему даже покажется, что помощь Дэрила приснилась ему. В конце концов, такое могло привидеться только во сне. Он похлопал Гленна по щеке, но и это не помогло. Они теряли время. Дэрил снова повернулся в сторону палаток и крадучись добрался до забора, а потом перемахнул через него одним прыжком. Может быть, ходячих он и мог остановить, но Дэрила — разумеется, нет. И, кажется, никто не следил за ним, потому что он не услышал ни выстрелов, ни криков, ни даже малейшего признака жизни внутри. Скорее всего, крошечный забор и вправду не удержал врагов. Должно быть, жители этого крошечного лагеря давно уже смешались с толпой бродячих мертвецов. Дэрил методично перерыл два найденных рюкзака, обнаружив в первом банку консервов, во втором — слегка подмокшие спички, и почти готов был проклясть все, пока буквально не споткнулся о неприметную коробку. Из коробки выпал блистер с белыми таблетками и вдогонку выкатилась ампула. Опустившись на колени, Дэрил вытряхнул все содержимое и торопливо погрузил в него руки, пытаясь найти хоть одно знакомое название. Идиот! Что такого он пытался найти? Можно подумать, он хоть немного разбирался во всем этом! Он принялся забрасывать таблетки обратно — не нужно было так нелепо тратить время, нужно было просто взять эту чертову коробку под мышку и броситься с ней прочь. И как только он собрался это сделать, кто-то ударил его по голове. Дэрил не потерял сознание, но коробку все-таки уронил, снова рассыпав ее содержимое, и, кажется, именно это разозлило его сильнее всего — настолько, что, чувствуя теплое прикосновение собственной крови ко лбу, он поднялся и слепо набросился на противника. Не исключено, что именно этому неожиданному отпору он был обязан тем, что повалил его на землю и упал сверху. Извиваясь, он тщетно пытался вытащить арбалет. Он мог бы сбежать, но теперь уже не мог сделать этого с пустыми руками. Другого такого шанса у него не будет, и у Гленна тоже не будет. Он вдруг оказался снизу, под чьим-то сильным телом, и чужие руки сдавили ему горло. Он умрет, спасая тощего азиата, с которым был едва знаком. Как можно было такое представить? Мерл сорвет себе горло, гогоча, если узнает. Впрочем, едва ли он узнает. Дэрил увидел черноту, обволакивавшую его взгляд. Но вдруг она рассеялась, и что-то тяжелое обмякло у него на груди, и следом он услышал странный звук, этот звук был странно знаком ему, и… Он помотал головой и вернулся из небытия. У него не было времени слишком долго пребывать в иных сферах. Зацепившим его сознание звуком несомненно был кашель Гленна, который не просто очнулся, но очнулся и прибежал ему на помощь. — Как ты… — просипел Дэрил, все еще силясь отдышаться. — Как ты узнал, где я? — Ты же… сказал… мне, — Гленн, в свою очередь, тоже тщетно пытался отдышаться, и, должно быть, вдвоем они составляли весьма комическую картину. — Я не знал, что ты меня слышишь. Казалось, ты был в глубокой отключке. — Я экономил силы, — коротко огрызнулся тот. — Чтобы в нужный момент тебя спасти, понятно? Дэрил почти рассмеялся, пока не понял, что так все и было. — Точно, ты меня спас, — даже больше, ринулся почти так же, как еще недавно попытался защитить Мерла. Какая странная фиксация на семействе Диксонов. Она не может привести ни к чему хорошему. Уже не привела. — Как ты… как ты вообще смог перелезть через этот чертов забор? — С трудом, — шепнул в ответ Гленн, его глаза были пугающе красными от лопнувших от натуги сосудов. — Пока лез, был уверен, что тебя успеют придушить. — Так уж и придушить, — Дэрил наконец соизволил обратить внимание на своего противника. На его волосах виднелись следы крови, а возле Гленна лежала оброненная арматура, бывшая недавно частью забора. — Он жив? — Вполне. Предлагаю оставить его здесь и выметаться. — Но мы не можем, — запротестовал Гленн, от слабости уже осевший на землю. — Он напал на тебя, потому что ты попытался его ограбить. Мы не можем бросить его вот так. Дэрил покачал головой. Что еще можно было от него ожидать? — Я не потащу еще и его, мне вполне достаточно тебя. Я плевать на него хотел. Гленн посмотрел на него одновременно укоризненно и с благодарностью. — Он точно в порядке? — спросил он. — А если до него доберутся ходячие, пока он будет без сознания? — Спрячу его в палатке. К тому же вокруг заграждение, — Дэрил начал терять терпение. У них не было времени на эти глупые препирательства. — Вот, бери это, и мы пойдем отсюда. Я не собираюсь забирать его последнюю еду или что-то в этом роде. — Но ты собираешься забрать все его лекарства, — продолжал упрямиться Гленн, чье лицо было уже совсем белым. — Может быть, он поделился бы сам. — Прекрасно, давай подождем, пока он очнется, и проведем культурную беседу, — мрачно предложил Дэрил. — Полагаю, он будет очень рад помочь после того, как ты едва не проломил ему голову, — и, между прочим, Дэрилу до сих пор было весьма интересно, как это у него получилось. — Что я мог сделать? Он пытался тебя убить! — кажется, Гленн был почти в отчаянии; он прижал руку ко рту, тщетно пытаясь подавить кашель, и Дэрил раздраженно бросил аптечку на землю. — Хорошо. Возьмем только часть, — он принялся рассовывать по карманам все, что хотя бы отдаленно казалось ему похожим на полезные таблетки. Какая потрясающая добросердечность! Гленн что-то бормотал ему под руку, но Дэрил его уже не слышал. — А теперь уходим, пока сюда не пришли его друзья и не разбили головы уже нам. — По-прежнему повторяя что-то неразборчивое, Гленн продолжал сопротивляться. — Идем!.. — Дэрил почти силой потащил его прочь. Ему чудилось, что вот-вот на них нападут — и совсем не один человек, а куда больше, и неожиданному сопротивлению Гленна нельзя было подыскать более неподходящего времени. — Что на тебя нашло? Когда они оказались достаточно далеко, Дэрил почти швырнул его на землю и вывернул карманы. — Это антибиотик. Пей, — он, конечно, ни в чем не уверен, но хоть что-то лучше, чем совсем ничего. Гленн посмотрел на него с большим подозрением. — Вообще-то, они бывают разные, — прохрипел он. — И принимать их не по назначению может быть опасно. Дэрил почти готов был рассмеяться. Неужели этот осел до сих пор жил в другом, прежнем мире? В мире, где все лекарства нужно было принимать по рецепту врача. В мире, где нельзя оставить беспомощным того, кто пытался убить тебя, потому что тебе пришлось стать вором? — Жри что дают, — только и сказал он. Гленн снова попытался было возразить, и тогда Дэрил схватил его за челюсть и одним сильным движением пальцев заставил открыть рот. Гленн попытался вырваться, выглядя по-настоящему испуганным — Дэрил совсем не хотел этого, но у него не было выбора; он принял эту ответственность и собирался нести ее до конца. А Гленн… можно считать, что от недостатка кислорода из-за кашля у него давно началось голодание мозга, и он не мог мыслить ясно. Дэрилу придется решать за него, как жаль. Он надавил сильнее и запихнул в рот Гленна первую таблетку, затем вторую, затем третью из другой пачки и заставил проглотить все три. Гленн умудрился довольно метко пнуть его в колено, и Дэрил разжал хватку, но быстро схватил его снова. — Прекрати, — выдавил тот. Дэрил заставил его проглотить еще две, прежде чем отпустил. Взъерошенный и раскрасневшийся, Гленн неловко шлепнулся, выглядя так, будто его вот-вот вырвет снова. — Извини, — Дэрил вдруг понял, что, наверное, сделал что-то не то. — Можешь выплюнуть, если хочешь. — Уже не могу, — Гленн потер горло. — Между прочим, теперь я могу умереть от того, что ты мне скормил. — Ты говоришь серьезно? — Дэрил прищурился, силясь понять, пытался ли Гленн всего лишь упрекнуть его этими словами. Угробить парня после всех усилий по его спасению было бы очень глупо. — Конечно. Нельзя же есть так много таблеток разом. Бог знает, что это вообще такое, — к легкому подозрению Дэрила Гленн все же был слишком спокоен. Впрочем, это могло означать, что тому было уже все равно. Или же тот боялся возмущаться слишком сильно после того, как Дэрил повалил его, разжал челюсти и забил в глотку какую-то дрянь. — Правда, прости меня, — он извинялся уже второй раз за несколько минут — и не исключено, что второй раз в жизни. На скуле Гленна уже отчетливо наливался синяк. И зачем ему понадобилось так крепко хватать его? Их силы были слишком неравны, особенно сейчас. — Похоже, я забылся. — Ничего, — вдруг сказал ему Гленн, все еще осторожно трогавший себя за шею. — Правда, все нормально. Я… буду думать, что ты так не хотел меня потерять и потому совсем потерял рассудок. — Так и было. — Что? — Ничего. — Нет, что ты только что сказал? — Я сказал, что так оно и было, — огрызнулся Дэрил. — Конечно, «я боялся тебя потерять» — это звучит слишком сопливо, но в каком-то смысле… Я не хочу, чтобы ты здесь помер, ясно? Я считаю, что отвечаю за тебя теперь. Твоя смерть будет на моей совести. Поэтому очень не хотелось бы стать ее причиной. — Ты не станешь, — ответил Гленн очень мягко и дрожащими руками развернул варварски опустошенные упаковки. — Вряд ли я умру от этого. Но больше не делай так, пожалуйста. Я буду очень послушным, — говоря это, он почему-то улыбнулся, и Дэрилу стало жарко. Слова Гленна «я буду очень послушным» звенели у него в ушах и отчего-то приобретали гротескно соблазнительный тон, и некоторые картины, разительно отличавшиеся от реальности, незамедлительно вторили им. Идиот. Представлял подобное о том, кто, может быть, до сих пор был одной ногой в могиле. Дэрилу хотелось ударить себя по голове, но, если он сделает так, то привлечет еще больше ненужного внимания; вот единственное, что останавливало его от праведного самобичевания. Гленн продолжал слабо улыбаться, и Дэрил запоздало подумал, что, может быть, тот произнес это специально, имея в виду тот-самый-смысл. В конце концов, он первый заговорил о своих загадочных «предпочтениях». Эффект, впрочем, был безнадежно испорчен тем, что Гленн сморщил нос и закашлялся снова — так сильно, что Дэрил почти успел снова прийти в отчаяние. — Так быстро эта дрянь все равно не действует, — выдавил Гленн. — Ее нужно принимать хотя бы несколько дней. Только не в той дозе, которую ты только что в меня засунул. — Хорошо, хорошо. Значит, будешь принимать несколько дней, как посчитаешь нужным. Видишь, какой я стал сговорчивый. — Да, это поразительно, — Гленн вздохнул, сплюнул что-то мерзкое и потер глаза. — Скоро вечер. Я… — Будешь спать, пока я подежурю. — Ты уже дежурил в прошлый раз, — он попытался было запротестовать, но Дэрил быстро прервал его возражения: — Думаешь, я соглашусь положиться на тебя? Чтобы к нам подобрались ходячие и обглодали наши кости? Спасибо, не нужно мне такого счастья. Будешь спать и не мешать мне. — Постараюсь, — пробормотал в ответ Гленн, тщетно пытаясь прочистить нос. Дэрил скривился в отвращении, которое быстро прошло, когда более важные мысли посетили его: — Но сначала придется еще немного пройтись. Кто знает, может быть, друзья того парня сейчас рыщут в поисках нас. А я не настроен с ними драться и не настроен отдавать то, что мы взяли. Так что лучше бы немного запутать след, — он посмотрел на Гленна, которого шатало из стороны в сторону так явно, будто он пытался стоять на горячем песке. Он перехватил подозрительный взгляд Дэрила и грустно повторил: — Я постараюсь, — и, подумав, добавил: — Надеюсь, тебе не придется меня тащить. Конечно, не могу сказать, что мне это не нравилось, но… думаю, ты устал. — Вот еще. Такое худосочное тело я пронесу еще сколько угодно долго, — Дэрил вдруг понял, что это звучало как приглашение: — То есть, разумеется, я не собираюсь этого делать, просто констатирую факт. Так что вперед, двигай бедрами. И Гленн послушно задвигал, широко расставив руки и шаря ими в сгущающихся сумерках. Подумав, Дэрил схватил его за одну из двигающихся рук и закинул ее себе на плечо. Гленн ничего не сказал в ответ на это, и Дэрил тоже ничего не сказал; они молчали еще долго, пока плелись туда, где, по мнению Дэрила находился их лагерь. Едва ли можно было сказать, что это мнение было чем-то подкреплено, но Дэрил ссылался на инстинкт охотника и прочее, прочее — а Гленну, кажется, давно было все равно, куда идти, но смотрел куда-то вовнутрь себя и спотыкался на каждом шагу. — Эй, — не удержался и позвал его Дэрил. — Хочешь сказать, то, что я скормил тебе, совсем не помогло? — тот пожал плечами, с каждой секундой выглядя все более отстраненным. — Ты ведь не собираешься сейчас снова отключиться? — тот опять пожал плечами. — Не собираюсь, — подтвердил он. — Однако допускаю, что это может случиться… — он оступился и клюнул носом, но осторожно выровнялся и продолжил волочить ноги — никак иначе это нельзя было назвать. — Я не собираюсь снова тащить тебя на моей спине, — конечно, это была всего лишь попытка взбодрить его, заставить собраться с силами. Гленн только шумно вздохнул в ответ и, помедлив, осведомился: — Ты говоришь так, будто знаешь, куда идти. — А я и знаю, — подтвердил Дэрил — и ему казалось, что он почти при этом не врал. — Вот только таким медленным шагом мы туда не дойдем. — Давай сделаем привал, — неожиданно попросил Гленн, и Дэрила насторожила эта почти невинная на первый взгляд просьба. Гленн не просил привалов и прочих поблажек прежде, а всегда стоически молчал. — Мы ведь уже достаточно запутали след?.. — У нас только что закончился привал. Новый будет, когда я прикажу. Я спасаю тебя, так что придется слушаться меня во всем. — Гленн посмотрел на него очень несчастным взглядом. Наверное, такой взгляд бывает у тех, кто вот-вот готов все бросить, и гори оно огнем. Дэрил не собирался этого допускать. Проблема была лишь в том, что он не умел решать подобные загвоздки. Лучше всего он умел применять силу — и именно этим ему снова приходилось заниматься. — Шевелись, просто шевелись, мать его! Не делай вид, будто вот-вот умрешь! — Судя по его дыханию, Гленну вовсе не нужно было делать вид, но, кажется слова Дэрила все-таки возымели чудодейственный эффект, и тот все шел, шел и шел. — Не вздумай падать, — а Дэрил все повторял, повторял и повторял, лишенный всех прочих слов. — Если упадешь, я больше не понесу тебя. Я не понесу тебя на своей спине, ни за что. Этого хватило еще на несколько минут. И Дэрил, как и обещал, не потащил его на своей спине; вместо этого он подхватил его на руки и помчался так.