Боги ходят по земле

После слов Аластара все трое встали со стульев. Она видела, как они меняются, принимают неестественный облик под стать своим именам. Шанталь встала чуть погодя. Она почувствовала, что стала выше, сантиметров на пятьдесят больше, крупнее, ее кости вытянулись. У нее появились мускулы, обтянутые золотыми обручами на руках. Длинную кожаную юбку поддерживал железный ремень, а на поясе висел меч с огромной рукоятью и она сомневалась, что сможет поднять такую громадину в обычном состоянии. Из груди торчали мечи, насквозь пронизывая ее тело, они служили чем-то вроде футболки, прикрывая грудь. Мечи не причиняли боли или дискомфорта, будто это была часть ее тела. Но из ран сочилась темно красная кровь. Вся ее броня и тело были в крови. Она же служила гримом под глаза. Волосы, выходящие через шлем, собраны в высокий конский хвост. Они стали намного длиннее, чем обычно, опускались ниже копчика. Через минуту все снова сидели на своих тронах из костей. Шанталь последовала их примеру. Страшный лик тут же исчез у всех присутствующих. – Позвольте я начну с начала, – заговорил Аластар, поправляя ворот пиджака, как будто тот помялся, – прошу любить и жаловать: Шанталь Ханнелор Катерина Модмери. Шанталь слегка поджала губы, она уже давно не слышала своего полного имени, но даже при жизни не очень его любила и никогда не понимала, зачем ей нужно было давать три имени. Однако отец считал, что это показатель статуса и не мог не указать на то, что у дочери есть русские корни. – После прошло инцидента, –откинувшись на стул продолжил Аластар, – Шанталь займет место Александры… – Постой, кто такая Александра? – встрепенулась она, выдернутая из воспоминаний. – Не забивай себе голову всякой ерундой, дорогуша, – отмахнулся он от нее, – вам, наверное, интересно, зачем я вас здесь собрал, да еще так рано, но надеюсь вы не будете разочарованы, что пришли. Биографию нашей новой коллеги мы изучим чуть позже, а сейчас, вам нужно познакомиться. – Очень приятно снова с тобой встретится. Меня зовут Леон Костелл, – начал мужчина сидевший справа от Шанталь. Он подался вперед, перевесившись через подлокотник стула, словно помогая Шанталь себя разглядеть. В кромешной темноте блеснула пара его янтарных глаз. – Мы разве встречались раньше? – у нее никогда не было проблем с памятью, Шен запоминала все и всегда. Такова специфика ее дара. Однако она не подозревала, где встречала этого человека. «Видимо, не будь у меня моих сил, я бы вечно все забывала». – Да, было дело, – Леона словно не задели слова Шанталь, через аккуратную щетину прорезалась хитрая улыбка даже не смотря на то, что обычно незнакомцы находят ее очень отстранённой, Леона надменность Шен, которая окончательно въелась в ее душу, похоже не смущала. Он дружелюбно продолжил, – в 43. Я погостил у вас два года, но лично мы не встречались. – Так это тебе я обязана за голод, ослабивший армию и позволивший легионам Цезаря бесчинствовать на улицах после его смерти? – в ответ Леон самодовольно улыбнулся, давая понять что данное ненастье – это заслуга, – Что ж, умно. Но в следующий раз, обязательно заходи в гости, пить в одиночестве крайне утомляет. Леон кивнул в знак принятого приглашения. Следующей заговорила женщина, сидевшая напротив Шанталь. Первое на что Шен обратила внимание – огненно-рыжие волосы. Идеальный цвет. Во времена молодости Шанталь девушки бы душу продали за такой цвет, который, плюс ко всему, невероятно сочетался с зелеными глазами. – Мы с тобой, верно, не знакомы, мое имя Мэрилин Фрауз, но можешь называть меня просто Мэр. Опустим формальности. Буду рада поработать с тобой в будущем, – она склонила голову в сдержанном поклоне и кротко улыбнулась. По ней было видно, что принадлежала она к древнему и богатому роду Англии или Франции, но акцента не было, они в принципе использовали акцент только из необходимости, потому определить точно было сложно. Ее воспитанию, сдержанности и манере общения могла позавидовать даже мать Шен, которая наверное даже под дулом пистолета на позволила бы и мускулу на лице дрогнуть. Шанталь сделала вывод, что Мэр никто иная, как графиня века так из 19. – Что ж, вот мы и познакомились, а теперь перейдем к делам, – нетерпеливо подал голос Аластар. Последующий час они изучали события минувших лет в мельчайших подробностях. Восход Шанталь на престол, убийство "брата" и всех его советников. Аластар был прав, следующие смерти дались легче, хотя с каждым убитым человек в ее душе что-то надламывалось. Особенно, если она концентрировалась на братьях и убеждала себя в том, что делает это ради них. Они галопом пустились по ее биографии. На столе перед ними, который до этого застилала серебристая дымка, словно туман, появились вырезки из ее жизни от третьего лица. Шанталь не узнавала себя в этих воспоминаниях. Когда она успела такой стать? Ее задача заключалась в том, чтобы развязывать войны, создавать конфликты и в итоге она привела некогда процветающую империю к краху. А ведь с ее стратегическими способностями самое то возводить империи, а не рушить их. Ужасней всего было то, что она понимала, что это предстоит сделать еще много и много раз. Принести в жертву тысячи жизни мирных крестьян и солдат ради эгоистичной миссии. Когда Аластар закончил рассказ, она впервые посмотрела на Мэр и Леона. На их лицах читалось одобрение. «Мне придется стать такой же?» – Ал, ты сделал прекрасный выбор, – обратилась Мэр, к Аластару, – Чудесная работа. На этот раз она обращалась к Шанталь, хотя лицо ее все еще не выражало никаких эмоций, голос был мягкий и приятный. – Потрясающая способность к телепатии. И почему у меня не такая? – подхватил Леон, взмахнув руками «А какая способность у него есть? Интересно, а что тогда они могут? Набор способностей у каждого индивидуален? От чего зависит?». Слишком много вопросов, ответы на которые ей захотелось узнать прямо сейчас, хотя вряд ли кто-то захочет отвечать, особенно, если они такие же, как Аластар. Она их не знала, не могла узнать, как они отреагируют на вопрос, а спрашивать и казаться дурой ей не хотелось. С обычными людьми разговор был бы коротким: залезть в их разум и достать нужную информацию, человек этого даже не почувствует. Но как быть с существами, разум которых для нее закрыт. Она не привыкла чувствовать себя беспомощной, но прямо сейчас ощущала, как контроль ускользает из ее рук. – Ну что же, раз все довольны моим выбором и ее проделанной работой, – на сей час отпускаю вас с миром. И не забудьте о встрече через тридцать лет. Я жду от вас великих свершений. – Будет сделано, босс, – Леон сделал вид, что отдал честь, затем они с Мэр поднялись со стульев, расправили крылья и исчезли, растворились в темноте, шелестя перьями. Шанталь обратила внимание, что у Мэр были серые крылья, а у Леона белые, через которые на концах пробивались кости. Она осталась с Аластаром вдвоем. – И что же мы будем с тобой делать? – он наклонился вперед и оперся локтями о стол, прищурившись взирая на Шанталь. – Сначала расскажи мне про этот Адский Вече. Зачем он нужен? Что это вообще такое? Аластар прищелкнул языком, обдумывая, отвечать или нет и наверное единственный раз в жизни не стал ее игнорировать. Шен поняла, что такого чуда она в жизни больше никогда не дождется. – На Вече, раз в сто лет, мы беседуем о прошедших летах, – его говор был размеренный, как у мудрого рассказчика старины, – мы хвастаемся достижениями и делимся планами на будущее, разрабатываем стратегии. Я решаю, что делать следующее столетие, даю вам задания. Когда наступает Вече, оно само дает о себе знать. На него нельзя не явиться. Ты это событие не пропустишь, сразу узнаешь его зов. Но иногда Вече можно созвать по случаю важного события. Это делается крайне редко и не каждый горит желанием отрываться от своих важных дел, но твое посвящение дело другое. Добро пожаловать во Всадники Апокалипсиса, юная Война.