Любовь дороже золота

Близилась полночь, но Сокджин не мог спать. Он лежал в своей постели, лениво считая золотые кисточки по краям полотна балдахина, и прокручивал в голове инциденты с роялем и у пруда. С Тэхёном. Послезавтра гости должны были уехать, и Сокджин жаждал этого момента больше всего на свете. Тэхён попрощается и больше не будет нервировать своим присутствием, жизнь вернётся в прежнюю колею. Как бы продержаться ещё полтора дня? Вдруг послышался звонкий тонкий удар. Сокджин в тревоге замер. Спустя несколько секунд удар повторился, и принц резко сел в постели, повернув голову к окну — звук шёл оттуда. Медленно убрав с себя одеяло, он ступил босыми ногами на мраморный пол и на цыпочках подошёл к окну. Лунный свет освещал сад, но не попадал на Сокджина, так что он осторожно выглянул, стараясь скрыть своё присутствие. Присмотревшись, он изумлённо вскинул брови и тихо выдохнул: внизу стоял Тэхён, который, наклонившись, что-то искал на вымощенной камнем дорожке. Через полминуты тот выпрямился и вскинул голову, что-то перебирая в ладони. А затем резко замахнулся и бросил что-то прямо в Сокджина. Камешек звонко ударился о стекло, и Сокджин решительно вышел из тени, укоризненно смотря на ночного гостя. Тэхён сразу увидел его, лицо озарилось довольной квадратной улыбкой, и он приветственно помахал. Сокджин не мог взять в толк, зачем Тэхëн звал его. Заготовил издёвки, которыми необходимо было одарить и без того униженного принца? Сокджин уже порядком устал от тяготящих тяжëлых чувств, поэтому решил скорее с этим покончить. Уведомить ночного гостя, что уже отошëл ко сну, вежливо попросить не выбивать окна и вернуться в постель. Таков был план. Поправив слегка растрепавшуюся прическу, Сокджин открыл окно. — Что-то случилось, Ваше Высочество? Брови Тэхëна вскинулись в удивлении, и он прыснул, ничуть не пытаясь быть тихим в столь поздний час. — Сам такой! Прекрати так говорить, я чувствую себя глупо. Спускайся давай! Сокджин весь напрягся, гадая об уловке, что приготовили ему. — Зачем это? Ночь же, не могли бы мы перенести это на завтра? — Ай, завтра будет не то! Спускайся же, долго тебя ждать? Тэхëн обращался к нему, как к давнему другу, и Сокджин не мог понять, что чувствует по этому поводу. Среди прочих эмоций он улавливал лёгкое раздражение, поэтому уцепился за него, стараясь не концентрироваться на других. — Я не могу выйти из комнаты незамеченным, а ночью из замка меня не выпустят без стражи, — чтобы звучать негромко, но слышно для Тэхëна, Сокджин, упëршись ладонями в подоконник, высунулся из окна. — А ты прямо так! Здесь удобный выступ в зарослях, я проверил, да и высоты сколько? Почти с твой рост. Не глупи, полезай, я подстрахую, — и как бы в подтверждение своих слов Тэхëн распростёр к нему руки, продолжая широко улыбаться. Сокджин в ступоре моргнул. — Что, прости? — Я сейчас сам к тебе залезу, Сокджин, и я не шучу, — с по-прежнему протянутыми руками ровным тоном пригрозил Тэхëн. — Нет! Нет, я сейчас, дай мне переодеться, — Сокджин нырнул обратно в комнату и не видел, как принц закатил глаза и с улыбкой покачал головой. Выудив из шкафа первые попавшиеся вещи — чёрные брюки для верховой езды и кипельно-белую рубашку с крупными рюшами вдоль ряда пуговиц, он торопливо сбросил с себя пижаму, переоделся, обулся в туфли, что носил сегодня в течение дня, и вернулся к окну. Вновь заметив принца, Тэхён улыбнулся и расправил плечи. — Ловлю! Сокджин усмехнулся, но тут его накрыло осознанием, что он собирался сделать. Среди ночи лез из окна в сад к Тэхëну, который ему не брат, не друг, и вообще Сокджин избегал его всеми возможными способами столько времени. Какого чёрта? Нет, это, конечно, лучше, чем позволить тому оказаться в комнате, но какого чёрта? — Сокджин! Ох, ладно. Он просто сделает это. Его комната располагалась прямо над залой с роялем, а вход в неё, тот, что с улицы, был увит плющом, который поднимался и дальше, к верхним этажам. Раньше вокруг дверей пытались выращивать розы, поэтому по периметру входа в нескольких местах были сделаны выступы, чтобы с их помощью можно было поддерживать ветви. Цветы не прижились, а выравнивать стену никто не стал — плющ успешно скрывал торчащие камни. Именно о них и говорил ранее Тэхëн. Сокджин, крепко держась обеими руками за внутреннюю сторону подоконника, грудью придавшись к стене, быстро нашëл выступ правой ногой, перенес вес тела на неё, а ниже, уже левой, ощутил ещё один. — Отпускай, я поймаю тебя, — раздался сзади голос Тэхëна. — Я сам, отойди! Пальцы скользнули, не выдержав напряжения, и Сокджин постарался оттолкнуться, чтобы спрыгнуть на землю, только угол оказался неудачным, и принц почувствовал, что падает на спину. Паника успела колючим комком застыть в горле, инстинкт самосохранения заставил беспомощно махать руками, но тут плечи крепко обхватили горячие ладони, а спина оказалась прижата к чужой груди. — Осторожно! Всё в порядке? Не ушибся? — Глубокий голос звучал прямо над ухом, и было слышно искреннее беспокойство. Сокджин закивал, чувствуя, как жар от вспышки адреналина сходил на нет, и сердце понемногу утихало. — Да, порядок, — он отстранился от Тэхëна и отряхнул ладони. — Ну вот, я здесь, чего же ты хотел так срочно? Смотреть на Тэхëна по-прежнему было неловко, особенно с такого близкого расстояния, поэтому Сокджин делал вид, что поправлял одежду, и старался держать голос как можно более непринуждённым. — Я не мог уснуть и подумал, что хотел бы снова увидеть тебя. — Увидеть меня? Но зачем? Тэхён пожал плечами. — Может есть какое-то укромное место, чтобы мы могли поговорить? Сердце Сокджина в волнении забилось сильнее, в голове образовался туман. О чем поговорить? Зачем? Что Тэхён задумал? Нервно облизнув губы, он кивнул. — Идем. Сокджин быстрым шагом устремился в аллею из высокой живой изгороди, вдоль которой располагалось несколько углублений со скамейками. Над ними возвышались арки, увитые розами, и хоть цветы были закрыты, уснув на ночь, казалось, что их аромат можно было почувствовать и сейчас. Ночь была прохладной — пусть несколько дней и держалась довольно жаркая погода, однако весенний воздух пока был неспособен удерживать дневное тепло, поэтому Сокджин успел пожалеть, что не накинул что-то сверху, а выскочил из спальни в одной рубашке. Что ж, зато будет повод сбежать от Тэхёна и скорее вернуться к себе. Ему совершенно не нравилось, что последние дни он только и делал, что занимался побегами, словно малодушный трус. Принцы расположились на скамейке в одной из ниш. Здесь было гораздо темнее, чем у замка, ведь вокруг были высокие стены из плотной листвы, которые прерывались лишь на мощные резные колонны из белого мрамора. — Почему ты захотел поговорить именно со мной? — усевшись и сложив руки в замок, спросил Сокджин. — Когда я услышал, как ты играешь, и понял, что мелодия сочинена тобой, то подумал, что ты — единственный, с кем я могу поговорить. Кто сможет понять меня. Но ты сказал все те вещи о наследовании, и я… вспылил. Прости меня. Это больная тема, и всё же мне не стоило обвинять тебя. Прости. Извинения — это последнее, что он ожидал услышать от Тэхёна, однако Сокджин слукавил бы, сказав, что было неприятно их получить. Он почувствовал, как на сердце сразу потеплело, словно из него вынули острый шип, причиняющий ноющую тупую боль. — Я… ты тоже прости, Тэхён. Я вовсе не хотел тебя задеть, правда. Просто, — Сокджин усмехнулся, — для меня это тоже больная тема, только с другой позиции. Сам понимаешь, — он смущённо опустил голову. Тэхён кивнул. — В моём окружении есть лишь отец, пытающийся диктовать каждый мой шаг и контролировать его, и люди, которые только и делают, что бесконечно и мерзко лебезят передо мной. Это так раздражает, Сокджин, — Тэхён, упёршись локтями в колени, потёр ладонями лицо, — так утомляет. Мне это осточертело. — Должно быть, это действительно тяжело. — Но именно ты показался мне шансом увидеть хоть какой-то свет в этой темноте, — серьёзно посмотрев в глаза Сокджина, негромко проговорил Тэхён. Сокджин абсолютно точно отдавал себе отчет в откровенности его слов, но навязчивая мысль моментально впилась в разум и, не желая покидать его, так и просилась сорваться с языка. Едва сдерживая улыбку, Сокджин ответил: — Думаю, в такую ночь может помочь только факел, — и всё-таки разразился смехом, прикрыв ладонью рот. Тэхён глупо моргнул пару раз, а затем засмеялся вместе с Сокджином. Вокруг них было темно — хоть глаз выколи. А Тэхён, не подумав, ляпнул обычную метафору, но та оказалась крайне неуместной в данных обстоятельствах. Сокджин всё никак не переставал смеяться — фраза Тэхёна послужила спусковым крючком, чтобы напряжение и стресс, накопленные за последние дни, полились наружу, растворяясь в ночи. А Тэхёна больше смешил смех Сокджина, поэтому оба никак не могли успокоиться. Когда воздуха уже стало не хватать, и из принцев вырывались просто редкие смешки, Сокджин вдруг обнаружил, что Тэхён утыкался ему в плечо, стараясь привести дыхание в норму. По спине пробежали мурашки от ощущения чужого тепла и от того, что Тэхён снова был так близко к нему и снова касался. Как долго он прислонялся? Почему Сокджину не хотелось отстраниться? Это ужасно смущало. — Прости, — тяжело дыша сказал Тэхён, — ляпнул, не подумав. Он поднял голову, с лёгкой улыбкой глядя на Сокджина снизу вверх, глаза в глаза, и тому показалось, что голову куда-то повело. С Тэхёна будто в один миг слетели все маски, и прямо сейчас Сокджин смотрел не просто в его светлые глаза, а в самое сердце, что безмолвно пыталось о чём-то сказать. Хотелось открыться навстречу, хотелось подарить тепло и ощутить его в ответ, как это было у них с братьями. Но ведь они просто смеялись над дурацкой шуткой, почему ситуация резко приняла такой неловкий, однако интимный поворот? — Поехали со мной. — Что? — Сокджин, поехали со мной. В наш дворец. Покажу тебе, как я играю, у нас есть рояль — и не один! Мы сможем сыграть вместе. Я не хочу возвращаться в то место сразу после того, как мы появились друг у друга. — Тэхён, я не очень понимаю… — Я хочу, чтобы ты был моим другом, Сокджин, у меня никогда не было ни одного. Сокджин резко втянул носом воздух, непроизвольно отстраняясь. — Ни одного? Но погоди, а как же Чонгук? — А что Чонгук? — Ну, он — просто слуга? Он почти всё время рядом с тобой, и я бы не удивился, окажись вы друзьями или что-то вроде того. Тэхён коснулся пальцем подбородка, будто чуть задумавшись. — Мы действительно проводим с ним много времени вместе — в таком уж мы положении. Но Чонгук… нет, это совсем другое. Мы не близки. А с тобой можем быть. Поехали, прошу, — он накрыл ладонью кисть Сокджина, отчего тот чуть вздрогул. Вот так взять и поехать? Совсем недавно Сокджин испытывал к Тэхёну массу чувств, но ни одно из них не имело вектор дружбы, а сейчас тот заявлял, что они могут быть друзьями? Что хотел этого? Слишком резко, слишком много, Сокджин был не в силах справиться со всем этим. — Тэхён, прости, но я не могу так просто уехать. — Но почему? — Это внезапно. Слишком. Я не привык делать такие вещи, я… не такой, как ты, — Тэхён нахмурился, сжав губы в тонкую полоску. — В том смысле, что не такой смелый, наверное. Дай мне время? Я решу дела, соберусь и приеду. Хочешь, я напишу тебе? Я напишу письмо, и мы договоримся о дате. — Но зачем писать — ведь вот они мы, давай решим сейчас! — В порыве эмоций Тэхён схватил кисть Сокджина своими чуть влажными ладонями. — Пожалуйста, дай мне время, дай мне обдумать всё произошедшее, — неуверенно, но ласково Сокджин сжал пальцы тэхёновой руки, что по-прежнему лежала поверх его собственной. Немного потупив взгляд, словно осёкшись, Тэхён кивнул. Кудри упали на глаза, скрывая их, но уголки губ вновь приподнялись. — Я буду ждать, Сокджин. Правда. Они сидели в полной темноте, не размыкая рук. Тишина вокруг нарушалась лишь непрекращающимся стрёкотом ночных сверчков, воздух пьянил своей свежестью и запахом молодой влажной листвы. — Эй, что с тобой? Сокджин понял, что опять дрожал, только на этот раз от холода. Ночная влажность стремительно поднималась, заставляя чувствовать промозглость, что вгрызалась до самых костей, и как бы Сокджин ни старался — он не мог не обращать внимания на это. — Я слегка замёрз. Извини, не подумал набросить что-то потеплее — ты меня слишком торопил, — он шутливо сощурил глаза, смотря на Тэхёна. Тот вскочил со своего места и поспешно снял с себя камзол, набрасывая его на плечи Сокджина. — Прости! Идём скорее обратно, ты не должен заболеть! — О нет, Тэхён, что ты, надень сейчас же, не нужно! — Сокджин трясущимися руками постарался снять с себя камзол, который был тёплым сам по себе и, к тому же, всё ещё был нагрет телом Тэхёна, и расставаться с ним отчасти очень не хотелось. — Не спорь хоть здесь, пошли, — Тэхён вновь взял Сокджина за руку, вложив его ладонь в свою, и уверенно потянул его в сторону замка. У самого выхода из сада Тэхён внезапно остановился у единственного полностью зеленого куста с пухлыми белыми бутонами, которые пока ещё только ждали своего часа, чтобы раскрыть всё своё великолепие. — Это жасмин? — Тэхён аккуратно потёр один бутон между пальцев. — Да, моя мама очень любит его. А этот куст она посадила сама вскоре после свадьбы. Отец отругал ее, мол, занимается неподобающими статусу вещами, но мама ответила, что только истинная любовь способна давать жизнь, — губы невольно растянулись в улыбке. — Забавно, правда? Это не помешало ей доверить целый сад нашим садовникам. Тэхён слушал с вниманием, а затем в его глазах вновь заиграло озорство. — А ты знаешь, что если найдешь цветок жасмина с пятью лепестками и съешь его, то твоё желание сбудется? — хихикнул он. — Знаю, — с улыбкой кивнул Сокджин, — братья всё детство пытались поиздеваться и скормить мне его, но им так и не удалось найти такой. — Надеюсь, что однажды он попадётся тебе, — Тэхён тепло улыбнулся. — О чем ты? Это же полная нелепость, — покачал головой Сокджин, снимая со своих плеч накинутый камзол. Спину неприятно обдало холодом. Он отдал камзол Тэхёну, а тот лишь перекинул его через плечо, небрежно держа пальцами за воротник. — Как знать. Мечты не исполнятся, если не позволить себе мечтать.