Hunger

Когда Ястреб уходит, Даби падает на кровать и перекатывается на бок, обхватывая руками раскалывающуюся голову. Ему кажется, что его мозг пытается вытечь из ушей, его тошнит от наркотиков и ужасного смущения от того, что он только что пытался сделать. Когда он протрезвеет, он точно пожалеет о том, что засунул руку в штаны героя. Чёрт, может это даже нарушит хрупкое сотрудничество с Ястребом. Даби стонет и переворачивается на живот, поднимая бёдра. Он разберётся с этим позже. Сейчас единственное, о чём он может думать – стук за глазами и пульсация между ног. У него встал на крылатого засранца, так что к чёрту. Не то чтобы он раньше не замечал Ястреба – а кто бы не стал? Эта дрочка становится одной из самых безрадостных в его жизни. Он не может сосредоточиться ни на чём дольше пары секунд, и он видит перед собой бессмысленные картинки и звуки. Перья. Обиженное красное лицо Ястреба и его голос, стонущий имя Даби. Остальное неразличимо, откровенно говоря, это мог быть кто угодно. Движения руки на члене Даби неуклюжи, слишком неловкие и резкие, а ритм пальцев, ласкавших задницу, ленивый и бессмысленный. Короткий миг наслаждения едва ли можно назвать оргазмом. Когда он проходит, Даби падает и засыпает в новом пятне на грязных простынях. В четыре часа следующего дня его будит стук в дверь. Даби стонет, переворачиваясь на спину и моргает, избавляясь от остатков сна, прилипших к ресницам. Его голова болит меньше, но живот урчит от голода и во рту всё ещё химический привкус. Он вздыхает и садится на кровати, кривясь в отвращении, замечая засохшее пятно спермы на футболке. Отвратительно. Ему нужно было вытереть её перед тем, как вырубиться. Множество пятен на его пододеяльнике доказывают, что он редко возился с такой утомительной работой. Стук в дверь вновь выбивает Даби из его мыслей и заставляет его слезть с матраса в другой конец комнаты. — Да, да. Иду, блять, — кричит он, проводя рукой по волосам. Он надеется, что сможет быстро избавиться от гостя, кем бы он ни отказался. Затем он мог бы сходить в душ и заварить лапшу, завалявшуюся в глубине шкафа. Может, даже остались те чипсы, которые принёс Ястреб. Ястреб. Блять. Даби резко открывает дверь, чтобы найти вышеупомянутого героя, стоящего по другую сторону порога. Разумеется, Даби не следовало забывать, что он обещал прийти сегодня. Ястреб выглядит уставшим, синяки под его глазами свидетельствуют о том, что он почти не спал. Он возится с полиэтиленовым пакетом в руках, словно желая отвлечься. Между ними наступает неловкое молчание, пока они смотрят друг на друга, оба неуверенные, как им подойти к ситуации, в которой они оказались. В какой-то момент неловкость заставляет Даби говорить. — Что тебе нужно? — бурчит злодей, опираясь рукой на дверной проём, — я тебя не звал. — Я сказал, что вернусь. И вернулся, — отвечает Ястреб, пожимая плечами. Он протягивает пакет, — еда. Была распродажа и… — Просто заходи. Ястреб закрывает рот и пристально смотрит, проходя мимо Даби в его квартиру. До носа Даби доносится запах мяса, заставляя его желудок снова урчать. Это свинина или что-то похожее, определённо жареное. Если это какой-то тонкий подкол, он, блять, не в настроении. Ястреб садится на диван и передаёт Даби контейнер с едой из пакета. Он падает на край футона и пытается снять пластиковую крышку, чувствуя себя неловко из-за того, как на него смотрит герой. Похоже, якисоба, довольно свежая, немного жирнее, чем ему хотелось бы, но дарёному коню в зубы не смотрят. Не то чтобы он о чём-либо умолял Ястреба. Если парень хочет дать ему бесплатную еду, то ладно, да кого это волнует? Теперь он сможет позволить себе тратить свои деньги на другие, более важные вещи. — Даби? Он поднимает взгляд и разламывает палочки. — Что? — Тебе следует надеть чистую футболку, — отвечает Ястреб, смотря в сторону. Его щеки слегка порозовели, и Даби требуется мгновение, чтобы понять, что он смущён. Нахмурившись, он смотрит вниз на свою одежду и чуть не давится собственной слюной, когда видит пятно спермы на чёрной футболке, высохшее до унизительного состояния корки. Его лицо пылает жаром – совершенно очевидно, что это за пятно и чем он занимался, когда ночью Ястреб уехал. Даби ставит контейнер на пол и поднимается с футона, снимая футболку через голову. Грязная одежда выбрасывается в постоянно растущую кучу в углу, которую ему действительно следует закинуть в стиральную машину, а затем он попытается найти что-нибудь чистое. Это оказалось гораздо более сложной задачей, чем предполагалось изначально. Быстрый взгляд Ястреба на его обнажённый торс не проходит мимо, но Даби не в настроении дразнить его по этому поводу. — Постирай свои вещи, неряха, — Ястреб нервно смотрит через спинку дивана, как Даби пересекает комнату, чтобы проверить ванную на предмет другой футболки. К счастью, на дверце душа висит чистая помятая футболка, которую он, очевидно, “постирал”, не снимая, когда принимал душ. Когда он натягивает её, что-то на раковине привлекает его внимание. Даби не помнил, чтобы делал это. — Всё в порядке? — Ох, да. Да, прекрасно, — отвечает Даби. Он оставляет оставшийся порошок там, где он есть, на этот раз больше не желая принимать. В настоящее время его тело кажется растянутым до конца, и перспектива набить его лапшой гораздо привлекательнее, чем курить и нюхать, чтобы затем ловить панические атаки. Он проводит рукой по волосам и направляется обратно к Ястребу, чувствуя себя довольно жалко. Герой открывает банку с газированным напитком, плюхается на футон и пристально смотрит поверх него, чуть сузив глаза. Даби смотрит в ответ, беря контейнер с едой и палочки для еды, чтобы начать есть. Это вкуснее, чем он ожидал, жирность помогает успокоить желудок, а не усугубляет тошноту. — Нравится? — спрашивает Ястреб, сделав несколько глотков. Даби кивает и молча протягивает руку за банкой. К его удивлению, герой отдаёт её и ждёт, пока тот попьёт, перед тем как забрать обратно. — Да, неплохо. — Купил в ларьке у дома. Там очень вкусно, заказываю оттуда почти каждый день, — он продолжает с ухмылкой, — сам я хреново готовлю. — Нашёл кому жаловаться. — Действительно. Даби ухмыляется с полным ртом еды, и украдкой бросает взгляд на другого мужчину, открывая ещё одну банку. Он выглядит усталым, немного нервным, но улыбается. Может быть, это удовольствие видеть, как Даби ест. Забота заставляет Даби чувствовать себя немного некомфортно, он не совсем понимает, что с этим делать. Так что он просто продолжает есть. Через несколько минут Ястреб придвигается ближе, садясь на край дивана, и пристально смотрит на Даби серьёзным взглядом, от которого у него тут же захватывает дух. Чёрт, им придётся об этом поговорить, не так ли? — Итак, — начинает Ястреб, теребя колечко на банке. Перед тем как продолжить, он делает глубокий вдох, — я хочу извиниться за… вчерашнее. — Что? — бубнит злодей с полным ртом якисобы, — за что? Ястреб кривит лицо. — Мне нужно было остановить тебя раньше. Ты был не в себе и… — Блять, серьёзно? Не будь таким идиотом, это я тебе руку в штаны засунул. Кретин, — фыркает Даби и кидает палочки в пустой контейнер. Он усмехается и недоверчиво качает головой. Ёбаные герои, на всех смотрящие свысока, — должно быть, тяжко. Иметь душу. — Ох, а у тебя её нет? — Не-а. Кое-кто другой взял на себя смелость сжечь её. — И что это значит? — Это значит, что я не собираюсь сидеть здесь и слушать, как ты себя жалеешь. Ястреб бросает на него равнодушный взгляд, скрестив руки на груди. Поза не угрожающая – оборонительная. Гордый герой под давлением. — Я пытаюсь извиниться, мудила. — А я говорю, что не стоит, — рявкает Даби, вытирая рот тыльной стороной ладони. Его вспыльчивость начинает проявляться, и из швов на щеках выскальзывает струйка дыма, — думаешь, я бы что-то такое сделал, если бы сам не хотел? Да ты с ума сошёл. — Ты был едва ли в сознании, идиот, — возражает Ястреб, кривя верхнюю губу. Его взгляд опускается на вытянутые ноги Даби, на кровь, запёкшуюся на бёдрах. Усмешка быстро утихает, и когда он снова говорит, то тихо, слишком мягко. Даби сводит колени вместе, — я не хотел пользоваться твоим состоянием. Между ними снова наступает тишина, нарушаемая только случайным глотком напитков или еды. Даби не знает, как относится к этому последнему заявлению, он слишком много думает о том, что оно может означать, о том, позволит ли Ястреб ему делать то, что он хочет, если он будет в здравом уме. Герой же выглядит так, будто хочет провалиться под землю, или он вот-вот выскочит за дверь. Сокрушительное напряжение в конце концов снова вырастает до невыносимого уровня и заставляет Даби задавать новые вопросы. — Зачем ты вернулся? — спрашивает он, указывая палочками в направлении Ястреба. На пол между ними падает нить беспризорной лапши, — и принёс всё это. Ты не обязан обо мне заботиться. — Я не… — фраза теряется на языке Ястреба, но они оба понимают, что он хотел сказать. Я не забочусь, — я хотел помочь. Помощь. Нет, блять, он, к такому не привык. Это жалость, это обязана быть жалость, а он этого не хочет. Даби не следует быть горделивым, но он не собирается принимать помощь героя после того, как провёл столько лет, полный ненависти к ним. Он ухаживал за собой сам девять жалких лет, он может справиться и дальше. Даби усмехается, бросая палочки для еды обратно в коробку и закрывая крышку, чтобы положить её у своих ног. Он встаёт и пересекает короткое пространство между ними, останавливаясь, когда оказывается всего в футе от того места, где сидит Ястреб. Герой смотрит на него с широко раскрытыми глазами и крепко сжатой челюстью, каждая его часть выглядит напряжённой, и его крылья подёргиваются, как будто они готовы ударить его. Даби сгибается в талии и тянется вперёд, чтобы ткнуть пальцем в грудь Ястреба. — Мне не нужна твоя помощь. Одно из его крыльев движется вперёд и заостряется в нескольких дюймах от тела Даби – безусловный рефлекс, заставляющий злодея немедленно отдёрнуть руку. Ястреб ловит его запястье, прежде чем он успевает отступить, и держит его неподвижно. Его хватка невероятно крепкая и достаточно сильная, она не даёт Даби отодвинуться. Герой встаёт, и его крыло остаётся в угрожающем положении, когда он выходит вперёд. Даби перехватывает дыхание, когда Ястреб подходит близко, и грудь героя почти касается его собственной. — Мне всё равно, чего ты хочешь, — резко заявляет Ястреб, — ты это получишь. Я приложил слишком много усилий во всем этом начинании, и ты не облажаешься и не сдохнешь от передоза до того, как у меня появится возможность встретиться с твоим боссом. Ох, так вот почему он возился с этой показной заботой. Конечно, этому есть причина, Даби, должно быть, был полным идиотом, чтобы подумать, что у Ястреба была какая-то другая мотивация для продолжающихся попыток подружиться с ним. Ему плевать, это просто ещё одна эгоистичная причина, ещё один ебучий эгоистичный герой. Решительный взгляд блондина заставляет Даби нахмуриться и снова попытаться отстраниться. Он не хочет этого, он не хочет, чтобы ему в глотку забивали помощь. Ястреб не отпускает его, поэтому он продолжает тянуть, с нарастающей силой отдёргивая предплечье. — Отвали! — протестует Даби. Он поднимает свободную руку и предупреждающе позволяет огню вспыхнуть над его пальцами, — или я… Он замолкает, когда Ястреб бросается вперёд и толкает его на футон, отпуская его руку, когда он падает на спину. Даби поднимает пылающую руку в момент падения, начиная паниковать, когда видит, как крылья Ястреба трепещут вокруг его головы, как пунцовые ножи. Они сердито смотрят друг на друга, обнажив своё оружие в противостоянии. — Иногда ты такой мудак! — восклицает Ястреб, всплескивая руками, — обижаешься на меня, потому что я не хотел тебя трахать, пока ты был не в себе, под тем, что ты там, чёрт возьми принял! Ты, блять, серьёзно? — Боже, тебе там нимб не жмёт, Ястреб? Если бы тебе это всё так не нравилось, ты бы оттолкнул меня раньше, разве не так? — Даби усмехается, переводя взгляд с героя на пламя, клубящееся в его руке. Он не может зайти слишком далеко, он не сможет позволить себе сжечь дотла ещё один многоквартирный дом, — тебе должно быть наплевать, что происходит, когда я такой – потому что всем плевать, да и мне самому тоже. Ястреб недоверчиво качает головой, и его перья начинают размягчаться. Кажется, что весь гнев покидает него, сменяясь жалостью, целиком направленную на Даби. — Даби. Тебе нужно проявить самоуважение. — Да зачем? — смеётся Даби. Пламя потрескивает, и из швов на его коже выходит ещё больше дыма. Его голова снова начинает стучать, в висках пульсирует раздражение, — я не такой, как ты, золотой мальчик. Я нихуя не стою. Он кладёт свободную руку на лицо, запястьем упёршись в глазницу. Даби клянётся, он чувствует, как кровь стучит в его голове под ладонью, это больно, это громко. И жарко, он такой горячий, его дрожащее тело кажется пропитанным потом. Его дыхание учащается. Это стресс, грёбаный стресс, и он никогда не мог хорошо справиться со стрессом, с тех пор как он был ребёнком, а Ястреб только усугубляет ситуацию и... — Слушай, остынь! Что-то касается его шеи и стаскивает с футона. Ещё большее давление ложится на его спину, и он смутно осознаёт, что это, должно быть, перья героя. Дым продолжает накапливаться в комнате, стекая с плеч Даби клубами, он не справляется со своей причудой. Несколько вспышек пламени вырываются из его рук, и Ястребу еле удаётся избежать ожогов, отталкивая злодея от себя с перьями, обёрнутыми вокруг его туловища. Они тянут его через комнату, и в панике он начинает пинаться и выкрикивать проклятия, пытаясь заставить Ястреба освободить его. — Я пытаюсь засунуть тебя в душ, чтобы ты не сгорел, идиот, — Ястреб перекрикивает маниакальный вопль, отбивая пламя одним из своих крыльев, — главное дыши. Даби хочет закричать, что чертовски дышит, но не может, перья резко тянут его назад в крошечную ванную комнату и запихивают в душевую кабину. В воздухе столько дыма, что он больше не видит героя, и у него начинается паника. Он бормочет себе под нос о знакомом запахе горящей собственной плоти и видении синего, мысли, искажающиеся от рифмы и разума, в психотический хаос. Внезапный всплеск холодной воды тушит пламя, и Даби теряет сознание.