Часть 1
24 мая 2021 г., 11:20
Это продолжалось уже много дней. За последнее время просыпаясь поутру он вспоминал Сашу, Сашеньку, а уже не Саню. Представления Егора о друге всего лишь за пару недель кардинально изменились. Раньше Егор не замечал в нем чего-то прекрасного, что неожиданно открылось для него почти в мгновение. Они были знакомы довольно давно и Егор относился к нему лишь как к другу, товарищу, возможно, брату. Однако уже давно будто бы что-то чувствовал к Саше, но, боясь своих настоящих чувств и самого себя в частности, тщательно всё игнорировал. И всё же Егор не мог отрицать, что именно с Сашей ему по-настоящему хорошо, и когда наступает пора прощаться, внутри становится немного тоскливо. Он знает, что не увидит его в своей школе, ведь Саша учится в другой. И из-за того тоже делалось на душе немного пасмурно. Ему бы хотелось видеться с ним гораздо чаще. «И почему жизнь такая несправедливая?», часто задавался он этим вопросом, конечно же, не находя ответ. Но сегодня у них будет тренировка, а значит они увидятся. И в сладостном предвкушении долгожданной встречи он сможет провести полдня, тоскуя не так сильно, как в дни, в которые они не могут лишний раз встретиться.
***
Саша был уже на месте и сидел на скамье возле шкафчика, роясь в телефоне. Егор зашёл почти бегом в раздевалку, на ходу снимая шапку и расстёгивая объёмную ярко-оранжевую куртку. Он пришел, как и договаривались на полчаса раньше. Быстро снимая верхнюю одежду и наскоро переодевая штаны, он спросил — Ты как долго тут? — Минут пять — сглатывая слюну, Саша смерил жадным взглядом обнажившуюся полоску кожи из-под задравшейся вверх футболки. — Ты уверен, что нам хватит полчаса?— Хрипло произнес Саша. Он вдруг начал сомневаться, что этого времени им хватит. С каждой такой встречей их страсть только разгоралась и росла, и Саше уже хотелось не только ублажать капризного Егора, но и самому наконец вкусить запретный плод, и наконец осуществить то, о чём он помышлял вот уже несколько месяцев. — Все будет норм — сказал он развязно, и взяв за руку Сашу, потянул за собой в сторону уборной, находящейся прямо в раздевалке Клозет собой представлял небольшую, но с красивой светло-фиолетовой плиткой комнату, в углу которой поместилась симпатичная раковина, а рядом расположились две относительно просторные, с выключенным светом кабинки. В помещении с раковиной всегда был приглушённый свет, и в мраке, освещаемом лишь этим тусклым свечением в самой туалетной комнате было совсем интимно. Егор стремительно затолкал Сашу внутрь туалетного помещения, и быстро закрыв дверь, буквально накинулся на него, чуть ли не вылизывая ему лицо. —Какой нетерпеливый — Саша положил свой телефон на раковину и прижал несносного, но любимого и такого желанного мальчишку к себе. Мягкие ладони товарища обхватили Егора за упругий небольшой зад и крепко сжались. — Я скучал — почти простонал Саша. — Я тоже — Я больше У Саши уже начал развиваться фетиш на задницы, точнее на одну, и сдерживаться в её присутствии становилось всё сложней. Саша опустил руки до низа шорт и задрал их так высоко, насколько это было возможно и ногтями впился ему в бёдра, а потом провёл руками к резинке милых синих шортиков Егора, и запустив руки внутрь, стал стягивать их. — Ну и кто тут нетерпеливый — Егор, держась одной рукой за плечо Саши, другой тоже взялся за резинку шорт и шорты полетели в сторону раковины. — Я больше скучал — сказал Саша, кусая любовника за ухо. Следом за шортами полетели боксеры. Теперь Егор был перед ним лишь в длинной футболке и кроссовках с гольфами. Саша подумал, что он, Егор, сейчас представлял собой нечто совершенно очаровательное. Он был похож на смуглую Венеру, но с той разницей, что в отличие от Богини он не выражал смущения ни на мгновение. Все его движения были выверенными и точными. — Ты такой красивый — выдал он свои мысли — Знаю, но не лучше тебя Саша малость смутился, но вместе с тем ему было и приятно. Егор не был человеком, говорящим о своих чувствах напрямую. Однако он о них всяко намекал, как, например, только что, а это означало, что чувства Саши совершенно взаимны, и от счастья он припал к восхитительным любимым губам. Оторвавшись, указательный палец Саши до этого вместе с остальными покоявшийся на щеке, оказался во рту Егора — Как грязно ты выглядишь — на это заявление Егор сомкнул зубы на пальце. Саша лишь что-то нечленораздельно промычал и попытался освободиться. Когда ему это удалось, то проворные пальчики его, поглаживая ягодицы Егора, стали подбираться к заветной пещерке, массируя кожу вокруг. От безумного желания Егор издал оглушительный стон и, выгнув спину, попытался насадиться на один из пальцев. И тут указательный в мгновение ока оказался внутри узкого жаркого прохода. От ощущения заполненности сфинктер сжался и оттого по всему телу Егора разлилась нега. Саша стал медленно двигать пальцем внутри Егора, растягивая его дырочку. Влажность пальца делала движения особенно приятными. Размеренные ощущения породили череду тихих постанываний, от не менее приятного звука которых член Саши уже совсем стоял колом. У него вновь проскользнула мысль, что получасом в этот раз они не обойдутся. Если ещё совсем недавно он, заперевшись в ванной, мог обойтись одиноким ночным передёргиванием на воспоминания, в которых он доводит Егора до экстаза, то теперь ему до боли необходимо их общее, желательно одновременное семяизвержение. Он убирает палец в самый волнующий момент для Егора, и переждав бурю, намеревается вновь залететь, но уже сразу тремя пальцами, чтобы облегчить дальнейшую боль Егора. Тем временем всё нутро у него заныло от ощущения одиночества и пустоты. Но состояние это длилось недолго: лишь одним ловким движением Саша вновь проскользнул в него пальчиками. Лицо Егора вытянулось от наслаждения и в ухо Саши залетел тихий стон — Егор сам стал одним сплошным комком наслаждения. Перед всеми Егор пытался быть грубым и сильным, за что друзья его, шутя, называли «лютым», однако наедине с Сашей он позволял себе скинуть эту маску и наконец стать собой: нежным, трепетно влюбленным и просящим большего своего Сашеньку. Но дело в том, что за годы у них появилась невидимая связь и они стали понимать друг друга не только с полуслова, но даже с полувзгляда. И сейчас ему необязательно было говорить, чего он хочет: Саша и так это знал. Он чувствовал, что Егору нужно было его больше. Саша это понимал потому, что тот тихо постанывая, крепко сжимал его плечи и спину, хватаясь за него, словно за спасательный круг, будто не верил в происходящее и боялся, что сейчас проснется от сладкого забытья и не обнаружит подле себя желанных рук, принадлежащих уже давно не другу Саше. И Саша давал ему больше себя: одна рука его размеренно двигалась внутри Егора, а другая, задрав футболку, крепко обнимала нежную мальчишескую спину, а губы его блуждали по смуглой коже короткой худой шеи. Егор наклонил голову в бок, теперь открываясь перед ним во всех смыслах. А руки его поползли вверх, к затылку Саши. Недолго думая, Егор снял резинку и распустил хвостик светлых волос мальчика, зарываясь в них пальцами, то поглаживая, то сжимая их в кулак. — Я хочу тебя больше, хочу чувствовать тебя на себе — жалобно проныл Сашенька — я не могу больше… — Хочешь, значит — взгляд Егора был заговорщическим. Он толкнул Сашу, усадив на крышку белесого трона. Вновь появившееся чувство пустоты подначивало Егора, и он бросился к ногам Саши и, почти сорвав его шорты вместе с нижним бельем, прыгнул ему на колени и засунул свой язык в полураскрытые губы, ища бедрами заветный фаллос. И когда Егор приземлился на него, то не дал ракете сразу же отправиться в путь, а сжал своими ножками бёдра любовника, тем самым совершенно его обездвижив: Егор желал прочувствовать момент, в котором он и Саша становятся единым целым, желал ощущать его собой, слышать бешеное биение их сердец, каждый вдох и выдох, каждый стон и полустон. Но вот он начал медленно опускаться, погружая приап уже наполовину внутрь себя. Процесс этот значительно облегчала естественная смазка, сочащаяся из Егора, как вода из крана, и тем самым заглушая даже самую слабую боль. — Боже, да с тобой никакие лубриканты не нужны — на выдохе, закатывая глаза, прошептал Саша — Чего? Какие бубриканты? Ты сюда чё, побазарить пришёл — упрекнул невинного Сашу Егор — Люблю тебя, говорю — А, ну это да — он зарделся и закусив губу, стал двигаться решительнее. Теперь и без того невидящие глаза Саши с каждым движением бёдер любимого человека всё больше застилала пелена наслаждения. —Чёрт! — уже совсем неконтролируя себя, крикнул он***
Тем временем перед закрытой дверью клозета уже собралось довольно много мальчишек — Эй, а где Егор и Сана? — изрёк белобрысый пухляш — Хуй их знает, может, не пришли ещё — ответил рядом стоящий, переодевающий футболку пацан — Ну хз, вещи их тут — скорчил подозрительную мину пухляш, глядя на сумки Саши и Егора. — Да зарылись где-то и гоняют в пабг— посмеиваясь, крикнул какой-то мальчишка с большими тёмными глазами из угла помещения. Тут к двери туалета подошёл один из находящихся в комнате пацанов и тщетно дёрнув дверь, недоуменно спросил: —А чё она закрыта, всегда ж открыта была, а щас чето её закрывают, чё за херня? Вдруг послышался то ли крик, то ли стон и кто-то громко знакомым для парней голосом чертыхнулся — Вы тоже это слышали? — выдал он, на что некоторые кивнули — Вот и нашлись Ега с Саней — к двери подпыгрнул худощавый долговязый паренёк и припал к ней ухом—я давно их подозревал— он начал ухмыляться. — Эй, я ещё чето слышу — немного погодя добавил паренёк. — Так, подвинь зад — возле долговязого пристроился пухляш и тоже стал прислушиваться — Фу, вы что, вуайеристы?!— изрёк пацан, наконец завязав бутсы —Че бля? Кто мы? Не умничай — уже третьий встал подле остальных — го послушаем лучше. Не будь кайфоломом, а, ну по-братски. В ответ пацан лишь фыркнул и поспешил скрыться.***
Егор хорошо помнил их первую близость. Помнил и то, как ему было страшно и немного больно поначалу и вместе с тем до безумия приятно, отчего хотелось ещё и ещё. И вот теперь он почувствовал в себе не только пальчики Саши, но и его пенис, осознавая, что больше не сможет без него жить. Изображая отчаянного наездника, Егор схватился за длинные светлые волосы одной рукой, держась другой где-то за бочок. С каждой секундой он двигался все быстрее. Плотно сжав зубы, он дышал носом, не сдерживая еле слышные постанывания. Для Егора все происходящее в этот момент будто разминка перед разминкой, а для Саши против обыкновения – полное расслабление. Но вот, достигнув апогея, они кончили почти одновременно, тихо протяжно простонав друг другу в губы слова любви.***
Парни стояли посреди раздевалки перед тренером словно перед расстрелом. — Мы играли — с каменным лицом и грубым тоном сказал Егор — Да, просто играли — тихо, немного дрожащим голосом добавил Саша, приподнимая руку со смартфоном, как бы указывая на него — Закрывшись в туалете? — недоумевая, тренер средних лет с короткой аккуратной бородкой их смерил подозрительным взглядом, отмечая, что оба мальчишки кажутся немного растрёпанными, а Саша и вовсе похож на узкий помидор: румянец из-за молочной кожи был особенно ярким. — Да, а что? — продолжал напорствовать Егор. — Ничего, просто в следующий раз реагируйте быстрее, тренировка уже началась, а вас нет — серьезно сказал он, и развернувшись, последовал из раздевалки прочь, как бы намекая, что им следует идти за ним и больше таким образом не задерживаться, желательно никогда. Тренер всё понял почти сразу: было не сложно догадаться, в какие игры они там играли на самом деле — у них обоих все было написано на лице. Егор, не желая говорить правду начинает настаивать на своих словах, и по его мнению, это идеальная тактика, хотя на самом деле она до ужаса провальная. А Саша же и вовсе предпочитает молчать, как бы плывя по течению, лишь иногда кивая или говоря отрывочно. Однако пунцовые щёки и обычно аккуратный, но сейчас растрёпанный хвост мальчика говорили о многом, и теперь точно выдавали их с головой, ведь его внешний вид в данный момент был сильно отличен от обычного. Саша с облегчением выдохнул и двинулся за тренером. Егор хлопнул его по пояснице и прошептал — видишь, всё норм, я же говорил Но и этот шепот донёсся до впереди идущего мужчины, став ещё одним доказательством того, что на самом деле происходило в каморке. Тренер заулыбался и беззвучно захохотал. — вы идите, а я сейчас буду — молодой мужчина проследовал по коридору прямо, в то время как мальчики зашли в зал через дверной проем, расположившийся чуть поодаль от их раздевалки в противоположной стене и побежали по кругу. Тренер, оказавшись в холле, не стал сдерживать смех. Заметившая его, содрогающегося от хохота, пожилая вахтёрша поспешила спросить. — Что это с вами, Илья Томарович? — Ох уж эти дети, я не могу с них — отдышавшись, изрёк он. — что опять натворили эти сорванцы? Опять напакостничали? — морщины на ее лице вмиг разгладились и она вся превратилась во внимание, готовая удивляться. — Представляете, эти чудики закрылись в туалете и занимаются всякими непотребствами, а потом говорят, что просто там в мобилу играли, ну вы это себе можете представить — он снова залился истерическим смехом — они, вдвоем, якобы играли в телефончик, заперевшись — он интонацией выделил последнее слово, подняв палец вверх — в туалете, а сами вышли оттуда красные, как две свеколки. — что же это, значит, непотребствами? — она выпучила глаза — то и значит, играли там не с телефончиком, а со своими дружками — так им же ещё только по четырнадцать, я ж вчера ещё видела, как их сопливых сюда первый раз привели — её глаза стали совсем огромными от потрясения — дети же они ещё, как это так-то. — нынешняя молодежь уже совсем другая, зато хоть смешно с них. — Это из-за чего всё-то? Вот по-любому из-за того, что и нашим детям теперь дают играться в садике с пенисями. Тьфу-ты, у вас же ещё и одни мальчики, как же девочки-то. Эх! Куда мир катится, уродов каких-то рожают... — да какие пенисы в садиках, нам до такого ещё очень долго, да они и без того со своими хорошо играются. Я вот со своим вообще в лет 6-7 начал, а показывать друзьям ещё раньше начал, так что это они ещё поздние огурчики — заверил он старуху — Да что вы такое Илья Томарыч говорите-то, Господи помилуй. — Правду жизни, все мальчики одинаковые. Они на себе натренируются, да по девчонкам пойдут потом. — Да когда им время-то наступит, они ужо друг к другу привыкнут, и уж не будут девочками-то интересоваться — Ну, значит, не будут — довольно заявил Илья Томарович и развернулся в сторону главных дверей в спортивный зал. — Фу-ты, а детей кто делать-то будет — сказала бабка себе под нос, разведя руками — Инкубаторы — оборачиваясь, весело крикнул мужчина и скрылся за дверями.***
— Чё, вы там ебались, да? — пухляш подбежал к Егору и, слегка толкнув локтем, подмигнул — Чё бля? Отвали блять — прошипел Егор и ускорился, оставив мальчишку позади. — Ну же, скажи, чё вы там делали? Мы слышали вас — жалобливо проговорил пацан с большими глазами — вы так орали, как будто вас там насиловали — Да просто играли, говорю же — Саша был уже на пределе и готов был начать молиться — Да конечно, вы так визжали, что вас там либо ряльно насиловали, ну или точнее вы там трахались, либо вы там дрались. И ещё этот твой хвостик – он какой-то растрёпанный – Это как-то необычно — парень хитро прищурился, поигрывая бровями. — Да чё вы пристали-то, чем хотели, тем и занимались — выплюнул Саша —ОоООоО— пацаны в голос зулюлюкали, а кто-то даже захлопал, на что Саша лишь закатил глаза. — Значит, вы там трахались — повизгивание, смешанное со смешками начало действовать Саше на нервы. Кто-то громко рассмеялся. — Не, ну вы совсем. Извращенцы вы тут все: одни стонут, а другие их слушают — снова начал возмущаться честолюбивый пацан. — Так, разговорчики! Щас вам ещё кругов добавлю — властный голос только вошедшего в зал тренера разрушил веселость и спас Сашу от шутейского «расстрела» товарищами.***
Обычно она ждала сына в машине, но в этот раз что-то в ней перевернулось и неведомая сила заставила её пройти внутрь. И когда она оказалась в холле, к ней подлетел тренер — Егорка-то вырос у вас, а вы все ещё его на машинке привозите и увозете — тренер немного посмеивался, глядя весёлым взглядом на маложавую очень красивую женщину. — У меня было сегодня время, вот и решила забрать — улыбнулась Ольга в ответ. — И всё-таки он уже совсем вырос — И что вы хотите этим сказать? — теперь Ольга не понимала, куда клонит тренер — Всего лишь то, что ваш мальчик уже не мальчик — прыснул тренер и развернулся, оставляя женщину наедине с непониманием поведения Ильи Томаровича. Егор хлопнул по ладони Саши своей и пристально посмотрел в его очень тёмные серо-зелёные глаза. — Пока — приобняв друга-любовника, сказал Егор. — Я уже скучаю — сглотнув, прошептал Сашенька. — А я – больше — так же ответил Егор — Давай Он подошёл к матери — Поехали? — сказал счастливый оттраханный Егорка — А? — голос сына вывел её из задумчивости, — Да… да, поехали уже, а то твой тренер уже сам поехал куда-то — она приобняла его за плечи и они двинулись на улицу. — Причем здесь он? — Егор поднял на нее вопросительный взгляд. — Да несёт какую-то чушь, но говорит только, что ты вырос да вырос. Прям как бабка какая-то — заключила она — А я что, не вырос? — он засмеялся — Да вырос, вырос— она любовно хлопнула его несколько раз по голове — Садись уже — дверь машины звучно хлопнула. Потом хлопнула другая дверца — ну правда, я же вырос — Егор закинул сумку на заднее сиденье. — Ну… ты уже не маленький у меня… Повернулся ключ зажигания и машина двинулась.***
Этой ночью Егору снилось, как между ними с Сашей всё началось. Снилась сначала их первая встреча много лет назад, как они поздоровались впервые и много о чем-то совершенно глупом и детском долго говорили. Но почти сразу же картинка сменилась. И вот перед ним Саша, который выглядит так же, каким его видел Егор буквально несколько часов назад, но с той разницей, что он на пару недель младше; видит, как он врезается в него, падает вместе с ним и уже сидя на Егоре, выпаливает . — Я давно хотел сказать кое-что. В общем, вот — и тёплые мальчишечьи губы впиваются в губы напротив. Только в этом сне у поцелуя случается страстное продолжение, причем не менее горячее, чем сегодняшняя их встреча. Но в действительности всё было не так. Когда Саша упал на Егора со своими поцелуйчиками, Егор был ошеломлён, и, признаться честно, сильно испугался. Но не Сашу он испугался, а себя. Испугался какого-то доселе неизвестного ему чувства. Этот поцелуй пробудил в нем что-то первородное и дикое — и он струсил. Грубо оттолкнул друга в грудь и на выдохе, вытирая губы рукавом, произнёс. — Сань, ты чего? Ебнулся что ли? Саша посмотрел на него глазами, полными отчаяния и немой просьбы быть снисходительнее. — Я…я… Я только хотел…. Я хотел… — Выйди подыши. Может, поможет — Егор смерил его презрительным осуждающим взглядом и ретирова́лся. Но тем же вечером он ещё долго думал о Саше и о том инциденте. Неужели эта нелепость была признанием в первой влюблённости? Егор не понимал, что чувствовал на самом деле. Всё, в чём он был уверен, в мгновение рухнуло, иными словами его уверенность в собственной гетеросексуальности пошатнулась. Хотя он всё ещё осуждал смелый сашин шаг, он не мог игнорировать своё любопытство — ему было интересно, что бы было, если бы он ответил. Он предположил, что тогда они бы долго целовались, но вот хотелось бы ему этого? Он пропустил пару следующих тренировок, и игнорируя все попытки Саши связаться с ним, почти сепарировался от друга. Несколько мучительных дней он потратил на раздумья. В какой-то момент ему подумалось, что он хотел бы снова ощутить прикосновение его губ. Но уже не потому, что любопытно, что может быть дальше, а потому, что именно его губы хотелось как следует распробовать, и чтобы вкус сашиных губ смешался с его собственным. И он, как говорится, решил всё пустить на самотёк. И зная, что Саша всегда приходит довольно рано, Егор тоже приехал пораньше. Завидя друга в холле, он двинулся к нему. — Ой, Егор… Я это… Того, извини за тот день, а… Но лицо Егора было словно отлито из стали, оно не выражало ни одной эмоции. Он схватил Сашу за руку. — Пойдём. — Куда? — Щас узнаешь. Саше стало немного страшно: импульсивный Егор представлял из себя коробку с сюрпризом. У Саши промелькнула мысль, что тот намерен его побить — он внутренне сжался, а по спине пробежал холодок. Меньше всего ему бы хотелось драться с тем, в кого он влюблён — он не сможет сделать больно Ему. Егор затолкал Сашу в туалетное помещение и прижал к стене. Саше вновь стало боязно, у него больше не было сомнений, что ему сейчас сделают больно. Может, он просто ему куда-то ударит пару раз, а может, сразу уебёт о кафель. Саша в отчаянии воскликнул. — Только не по лицу — он сильно зажмурился, вытянув руки вдоль тела и, сжав кулаки от страха. Но какого было его удивление, когда заместо ударов и осязания холодного кафеля на лице он ощутил лишь мягкое прикосновение к губам. Без сомнений, Егор так извинялся. Проснувшись, Егор понял, что протёк.
