Няня или нечто большее?

      Сабо задумчиво смотрел на список покупок, зачеркивая то, что он только что положил во вторую корзину супермаркета, в котором они были. Эйс брал основное, а он с трудом успевал вычёркивать продукты.       У них было достаточно мяса на эту неделю, точное количество овощей, которые они должны были съесть, фрукты на неделю, отсутствующие чистящие средства, туалетные принадлежности, которые закончились, некоторые другие офисные предметы и некоторые вещи, которые они придумали, чтобы засунуть, проходя по коридорам, но у него все еще было ощущение, что чего-то не хватает. — Чего-то не хватает? — Сабо посмотрел на своего близнеца в поисках помощи, но тот остановился между двумя мешками с картошкой. — Эйс.       Названный поднял взгляд с картошки, явно сомневающийся. — А?       Сабо закатила глаза. Что не хватает, и Туз с экзистенциальным кризисом, какую картошку выбрать. Почему он до сих пор не совершил братоубийство? — Я же говорю, что нам чего-то не хватает.       Веснушчатый несколько секунд смотрел на обе полные тележки, прежде чем снова взглянуть на Сабо. — Луффи и Марко берут закуски.       Сабо нахмурился, привлекая внимание Эйса. — Марко в последнее время довольно часто появлялся. — Теперь даже по воскресеньям и праздникам, он практически жил с ними. — Ты хорошо готовишь. — Марко живет с Татчем. –С тех пор, как Татч и Марко решили разделить квартиру, чтобы жить поближе к университету, Татч провозгласил хорошо кормить ананас. Все более чем завидовали к этому провозглашению, еда Татча была священной, особенно для Эйса и Сабо.       Веснушчатый беззаботно пожал плечами. — Мы должны время от времени заходить к нему в гости, он нас уже изрядно потрепал.       Сабо отрицал, было что-то, что он упускал. — У меня плохое предчувствие.       Эйс и Сабо посмотрели друг на друга, и впервые блондин заметил, что у брата напряженные плечи и та же озабоченность во взгляде, что и у него.       Разве это не могло быть тем, во что они верили? Да?

***

      Марко подождал, пока Луффи выйдет. Стало привычкой забирать еë с факультета, тем более что его факультет был довольно близок к факультету младшей.       Блондин улыбнулся в сторону, вспомнив, как группа друзей Луффи и она получали занятия от Эйса, Сабо, Висты, Татча, Изо, Харуты и него. Это было довольно напряженное время, но оно того стоило - вечеринка тоже того стоила. Марко всё ещë благодарил каждого бога там, наверху, за то, что Эйс, Сабо и Татч заснули пьяными к тому времени, когда Луффи бросилась целовать его, хотя ему пришлось объясниться с Изо.       Марко вышел из своих мыслей, когда увидел Луффи, но она была не одна. Он узнал Виви, не другого мускулистого блондина, который шел с ней, и по тому, как он смотрел на неë, было не очень трудно понять, какие у него намерения.       Блондин собирался приблизиться к группе, но Луффи заметила его раньше, оставив Виви и мускулистого блондина, побежала к нему.       Марко невольно улыбнулся. — Марко! — И, как всегда, Луффи чуть не свалила его на землю, если бы не тот, кто уже знал, как получить эти неожиданные удары. — Ты ничего не забыла, йой?       Почти мгновенно Луффи поцеловала Марко, заставив более чем одного прохожего отвести взгляд, эти двое были более чем известны своими проявлениями привязанности на публике.       Виви наморщила лоб. Она знала, что еë подруга из тех, кто не уважает ближнего, но она никогда не ожидала, что Марко последует за ней или побудит еë к этому.       Синеволосая собиралась идти своим путем, когда поняла, что новенький остался наблюдать за бесстрашной парой с хмурым видом.       О, хорошо. Теперь она должна была избежать сцены. — Не лезь между этими двумя, Беллами.       Упомянутый скрестил руки и, наконец, отвел глаза от Луффи и Марко. — Мугивара легко пойдет со мной.       Еще один заблуждается. Она знала, что многие путают манеру Луффи с кокетством, и, по-видимому, Беллами тоже. — Сомневаюсь. Видишь ли, Марко и Луффи танцевали вокруг друг друга с тех пор, как она училась в начальной школе. Теперь они встречаются и уже долгое время вместе.       Беллами щелкнул языком, скрестив руки. — И все же она выбрала бы меня вместо него, если бы я действительно старался. — Я так не думаю. Марко сломал бы тебе руки до того, как ты доберешься до первой фазы. Это совет и предупреждение, если ты не понял. — Посмотрим.       Беллами ушел, оставив Виви в покое.       О, бедный Беллами! Виви предупредила его. — Я позвоню Нами и скажу, что выиграла пари. — - у Усоппа, Фрэнки, Санджи и Зоро снова закончатся деньги.

***

      Луффи была расстроена, очень, очень расстроена. И когда Луффи была расстроена, начинался ад.       Марко провел рукой по лицу. Как, мирный разговор с Лавинией, превратился в "роман" с ней?       Луффи ускорила шаг, потянув Марко за собой. Молчание между ними было тяжелым.       Блондин проклинал себя за то, что не заметил намерений девушки. Если бы он послушал Харуту, Лавиния не стала бы целовать его у входа в его факультет. И хотя он сразу же оттолкнул женщину, Луффи увидела его. Проклятье.       Луффи видела его, и это было не самое худшее, но она пошла туда, где он был, она поцеловала его с такой интенсивностью, что оставила его идиотом, а затем практически потащила его, не сказав ни слова. И, черт возьми, он заслужил её молчание.       Луффи сжала хватку на руке Марко, ускоряя шаг, пока не добралась до своего дома, где наконец остановилась.       Марко редко в жизни чувствовал себя таким напряженным, как в то время.       Луффи повернулась, глядя прямо на Марко. — Марко мой.       Это заявление несколько озадачило назначенного. Она не расстроилась? — Луффи, йой?       Брюнетка обняла блондина, но, в отличие от многих других случаев, сделала это медленно, как будто давая ему возможность уйти, чего Марко не сделал, так как едва увидел, как Луффи приблизилась, чтобы обнять его, сократил путь, разделявший их. — Марко только мой.       Марко наконец понял, к чему клонит Луффи, и не мог ничего, кроме, как улыбнуться, хотя в некотором смысле чувствовал себя виноватым за то, что сомневался в своей девушке. Он ещё теснее прижал её к себе. — Я только твой, йой. — Если Луффи захочет получить подтверждение, он даст его ей столько раз, сколько захочет.

***

      Ло проверил список контактов в поисках имени кого-то из двух старших братьев Мугивары-я, но прежде чем он даже нашел их на экране появился входящий звонок от Ананас-чана и фотография блондина со странной прической.       Студент-медик давно перестал удивляться, как получилось, что брюнетка, лежавшая на носилках лазарета, может привлечь самых экстравагантных людей.       Ответил. — Родственник Мугивары-я?       До того, как наступила тишина, раздался фоновый шум. — Её парень. Что ты делаешь с её мобильником? — То… рао.       Ло, даже с мобильником Луффи в ухе, перевел взгляд на покрасневшую брюнетку, которая пыталась встать с носилок только для того, чтобы снова упасть на спину.       Было ли это слишком много, просить о сотрудничестве? — Ложись спать, или я дам тебе успокоительное.       Луффи с затуманенным взглядом кивнула, снова укрывшись одеялом. — Где. Она?       Ло содрогнулся бы от того, как гневно звучал голос по другую сторону линии, если бы не его характер или хотя бы опыт общения с Кидом и друзьями или знакомыми Луффи. — Медицинский факультет Университета Нового Мира. — Сбросил. — Звучал раздраженно. — Кто это звучал раздраженно? Братья Луффи? Эйс — довольно трудный тип.       Ло насмешливо улыбнулся, прежде чем обернуться, чтобы увидеть, как его любимый шут закрывает за собой раздвижную дверь. — Её бойфренд, Юстасс-Я. Жаль, что он занял твоё место.       Кид провел свободной рукой по лицу в всеобщем признаке раздражения. — Почему никто не понимает, что я больше не люблю её?       Ло приподнял одну бровь. Никто никогда не верил тому, что говорил бедняга Кид по одной простой причине. — Это потому, что ты все время пускаешь слюни?       Рыжий стал почти цвета его волос, но не потому, что он был расстроен, а потому, что его поймали.       Ло рассмеялся бы ему в лицо, если бы не его проблемная пациентка, решившая снова проснуться.       У Луффи даже закружилась голова. — Кид? — Луффи была уверена, что слышала голос своего друга.       Рыжий смерил взглядом будущего доктора, который насмешливо посмотрел на него, прежде чем подойти к носилкам Луффи и достать из сумки бутылку с водой. — Я принес тебе воды, выпей и ложись спать.       Кид открыл бутылку и протянул её Луффи, но, видя, что она едва удерживается, чтобы не упасть обратно, он держал бутылку, пока брюнетка не выпила все содержимое, и снова заснула.       Ло прикрыл рот, чтобы не рассмеяться. Любой, кто знал Кида, принимал его за зверя, который мог бы разорвать вас менее чем за секунду, если бы вы были на его плохой стороне, но это менялось, когда вы ставили на его пути механику или Луффи. — Как мило, Юстасс-я. Ты заставишь меня плакать.       Ло вытер воображаемую слезу, и Кид рычал. — Скажи еще одно слово, и я разорву тебе рот.       Студент-медик собирался сказать ему что-то, чтобы снова смутить его, но раздвижная дверь хлопнула, позволяя увидеть того же парня, которого они не раз видели, забиравшего Луффи на выходе из средней школы.       Так это был Ананас-чан. — Если вы двое не объясните мне, почему Луффи на носилках, я сломаю вам не только рты, йой.       Ло был не очень впечатлен, а Кид уже слышал слухи. — Смотрю, Луффи любит грубых блондинов. У тебя почти получилось, Юстасс-я.       Кид собирался использовать этот адский стетоскоп, чтобы задушить Трафальгара, если бы Луффи снова не встала. Неужели она не понимала, что ей нужно отдохнуть? — Мясо? — Видимо, нет. — Почему она вся красная, йой? — Блондин переглянулся на обоих парней, и его взгляд говорил, что, если ему не понравятся их ответы, то потечет кровь.       Луффи, конечно, услышав голос своего парня, надела ту огромную улыбку, на которую была способна только она. — Марко! — Луффи хотел было вскочить и пойти обнять Марко, но вместо этого снова почувствовала головокружение на носилках.       Блондин быстро прошёл мимо Рыжего и парня с мешками под глазами, чтобы проверить состояние своей девушки. Еë лоб был горячим, дыхание было беспокойным, но это не было похоже на грипп.       Марко повернулся, чтобы увидеть двух парней, и если взгляд не убьёт их, это сделает он, если ему не понравятся их ответы. — Что вы с ней сделали, йой? — Кроме оказания медицинской помощи, ничего. У этой идиотки был тепловой удар, заставляй еë пить жидкость время от времени и дай ей отдохнуть. Все будет хорошо к завтрашнему дню.       Через секунду напряжение испарилось.       Марко схватил Луффи, и она прижалась к его груди, как кошка, бессознательно. — Спасибо, йой. — Не стоит. — Мугивара — это уже старый друг, он помог бы ей и не в таких ситуациях, даже если бы она была при смерти, хоть иногда и хочется выбросить еë с балкона.       Марко издал короткий смешок, когда поправил хватку на Луффи. — Серьезно, спасибо, йой. Луффи не знает, когда остановиться, когда ей весело, и тот факт, что ей помогли тогда, когда все пошло не так, означает довольно много. Я заберу ее сейчас.       Ло наблюдал, как пара уходит, а затем посмотрел на молчавшего рыжего. — Это мог быть ты, Юстасс-я. Жаль, что ты грубее и рыжий.       Кид издал рычание, но внутренне поблагодарил за отвлечение. — Ты покойник, Трафальгар.       Ло закатил глаза, увернувшись от удара Кида. Исцелять старые романсы было трудно и в то же время легко с Кидом, но для этого они были друзьями. Да?

***

      Эйс издал звонкий зевок, клянясь, что больше никогда не будет пить с Татчем, голова болела ужасно. У него была хорошая устойчивость к алкоголю, но они наткнулись на Зоро и не могли ничего, кроме устроить соревнование по питью. — Я больше не буду тебе доверять, а у тебя будет только бокал.       Веснушчатый повернулся, чтобы посмотреть на своего близнеца только для того, чтобы увидеть его в том же состоянии, что и он.       Сабо замотал головой, тщетно пытаясь избавиться от головной боли. — Мы ведь дома, да?       Сабо бросил на брата смертельный взгляд, давая ему знак понизить голос. Голова болела. — Со вчерашней одеждой и на диване я бы не назвал это достижением.       Эйс закатил глаза, не обращая внимания на боль. — Томатный сок избавит нас от похмелья. — Лучше бы у меня голова не болела. — Расскажи мне.       Оба брата встали, как могли, и практически ползли на кухню, найдя того, кого они не ожидали увидеть.       Сабо первым вышел из оцепенения. — Марко? Что ты здесь делаешь?       Блондин поднял взгляд от своего наполовину съеденного бутерброда, чтобы беззаботно посмотреть на пару братьев.       Это были его глюки или Марко выглядел счастливым? — Завтракаю, йой.       Хлоп. Хлоп. Хлоп.       Сабо хлопнул бы себя по лбу так же, как и Эйс, если бы не увидел при этом гримасу боли.       Хлоп. Хлоп. Хлоп. — То, что я имею в виду, — Эйс указал на Марко. — Что ты делаешь в нашем доме без чертовой рубашки и когда вошел?       Хлоп. Хлоп. Хлоп.       Марко собирался ответить, когда Луффи вошла на кухню. — Ширахоши ждет нас!       Эйс и Сабо закричали бы сестре, чтобы она замолчала, но не могли перестать смотреть на её с ужасом. — Луффи, прикройся!       В рекордное время Эйс снял рубашку, бросив ее Луффи.       Сабо провел рукой в перчатке по лицу. Почему его брат и сестра были парой эксгибиционистов? Во-первых, Эйс никогда не мог застегнуть рубашку, и теперь Луффи спускается в шортах и бикини.       Оба брата не могли не думать, что кто-то наверху ненавидел их до смерти, поскольку из того, что они видели, Луффи отрастила часть, о которой они умоляли, и зажгли свечку, почему не делали это. — Я не могу найти свою рубашку, йой.       Эйс и Сабо почти забыли про Марко. БОЖЕ, МАРКО ВИДЕЛ ЛУФФИ!       Луффи посмотрела на рубашку, которую бросил ей Эйс, и бросила её Марко, который уже встал. Если бы они опоздали, Нами бы убедила остальных оставить их, и они не пошли бы на пляж. — Эй, это моя.       Луффи не слушала, а как только вошла, потащила Марко с собой, оставив растерянных братьев. — Что, черт возьми, только что произошло? — Сабо уже забыл о своем похмелье, но рассуждать по-прежнему было несколько затруднительно. — Я понятия не имею. — Эйс хмуро посмотрел туда, куда ушли его сестра и один из его лучших друзей.       Сабо и Эйс посмотрели друг на друга с озабоченностью, которую они давно старались не показывать, оправдывая это несуразностью. — Эйс… — Сабо прочистил горло. — Нет, это невозможно. Забудь об этом.       Веснушчатый кивнул, это было к лучшему, ведь то, о чём они думали было невозможно. Да?       Оба брата отрицали это. В глубоком, темном отрицании.