Фрукты на столе

Утер нежно погладил по голове спящую Елену. Принцесса вздрагивала и постанывала, ее щеки были еще мокрыми от слез. Король вздохнул и вышел из пещеры. Недалеко стояли рыцари, они негромко переговаривались. Пендрагон прислушался. — Что в Камелоте? — Леон смотрел на всегда улыбающегося Гвейна, который от вопроса нахмурился. — С Артуром беда, в застенке побывал, говорят, каленым железом пытали, — Гвейн тряхнул непослушными волосами,— старый Джонатан в кухне плакал, как ребенок, когда из его покоев пришел. На лице Леона заиграли желваки, а Персиваль с силой ударил кулаком по стволу дерева. — Не завали, — хмыкнул Гвейн. — То-то Елена так билась, так плакала… — вздохнул Леон, — Ничего сделать не мог, стонет просто, обратно просится. Держал ее да успокаивал, наверное, синяки на запястьях оставил. — Артур тебя убьет! — хихикнул Гвейн. — Пусть убивает, только бы мог это сделать, выкарабкался, — Леон потер щеки, словно прогоняя какие-то мысли, а потом деловито поинтересовался: — Что будем делать? — Нам надо возвращаться, — решительно рубанул молчаливый Персиваль, — В каком состоянии Артур и как мы будем выбираться, неясно, но надо быть рядом с принцем. Кто-то остается тут, а остальные возвращаются. — Я не останусь, — поднял руки Гвейн, — Утер меня испепелит взглядом, он и так мне в спине дыру прожег, пока сюда шли. — А чего так? — усмехнулся Леон. — Я посмел нагрубить ему, когда он отказался уходить из темницы. Сказал, что Артур позволил применить силу. — Значит, мы с Гвейном возвращаемся, а ты остаешься, — повернулся к Леону Персиваль, — Ты и Утер, двое мужчин-рыцарей и беременная женщина, — вы сумеете ее и себя защитить. Леон согласно кивнул. Гвейн хлопнул его по плечу и протянул большую сумку, которая стояла перед ним на земле: — На, я прихватил, что увидел, на кухне. Принцессу с самым младшим Пендрагоном кормить хорошо надо, да и вам силы нужны. Рыцари почтительно попрощались с королем и отправились обратно. Утер удобно сел на сухую листву рядом со спящей Еленой и попробовал расслабиться, но как только он закрывал глаза, тут же появлялась страшная картинка из темницы. Его родной, его единственный, его горячо любимый сын, обвисший в руках вооруженных людей, и кровавый след на полу… Проснувшееся солнце осветило притихший и настороженный Камелот. Жители уже знали о ночном захвате, об исчезновении принцессы и короля. Шепотом люди пересказывали друг другу, что происходило ночью в застенке. Горожане старались не выходить лишний раз на улицу, шарахались от виселицы на площади и с ужасом ждали, что будет дальше. Это было похоже на затишье перед бурей. Найдя Гвейна и передав ему приказ принца, Мерлин вернулся в покои Артура и все же поколдовал над ним. Залечить раны маг не смел, ведь Сенред в любой момент мог заметить это, а вот снять боль и послать своему принцу крепкий сон Мерлин был просто обязан. Он впервые за эти страшные сутки улыбнулся, увидев, как разгладилось лицо Артура, как перестало дергаться в судорогах его тело, а тяжелый стон перестал срываться с губ. Принц спокойно спал, Гаюс ушел к себе, а Мерлин сидел на полу у изножья кровати. «А если бы Артур знал, что тот, кого ищут, это я? Рассказал бы? — маг вспомнил исполосованное тело принца и страшный ожог на груди, — сказал бы, кто такое выдержит. У каждого человека есть предел. Да он бы и без пыток сказал, если бы беременную Елену под виселицей поставили. И это нормально». В рассветной тишине послышались шаги, Мерлин подскочил и спрятался на подоконнике за тяжелой портьерой. В покои вошел король Сенред. Он не врывался, не стучал дверью, он неспешно вошел и даже тихо закрыл дверь. — Ты жив, Артур? — негромко спросил король. Не получив ответа, он устало сел и, как всегда, закинул ноги на стол. — Спишь или в себя прийти не можешь? Сенред посмотрел на корзину с фруктами, достал из нее большое красное яблоко и грушу. Король грустно улыбался каким-то своим мыслям, вздохнул и решительно выбросил эти фрукты в окно. Зеленое яблоко, лежащее на столе, он покатал ладонью, а потом изо всех сил ударил по нему. Однако рука скользнула и больно ударилась об тяжелый грубый стол, а яблоко соскочило вниз и выкатилось на середину покоев. — Как там спросила твоя жена, завидую ли я тебе? Завидую, Артур. Твоя женщина безгранично верит тебе, твой слуга живет тут, словно собачонка, слуги замка бросились помогать тебе. Интересно, хоть кто-нибудь в моем замке пришел бы спасать меня после пыточной? Они бы еще и добавили… А потом бы сидели по своим домам и ждали, когда я сдохну. Сенред нервно хохотнул: — Ты даже в таком состоянии умудряешься распоряжаться своими людьми. Утер исчез, наверное, ты знаешь. Сам же все придумал и приказал. Король встал и сладко потянулся. — Впрочем, не все так хорошо у тебя и плохо у меня. Я посеял сомнения в душе Утера, я завоевал Камелот и ты у меня в руках. Скоро подданные возненавидят тебя и приговорят к смерти за предательство. Я сумею устроить это! Ты приходи в себя, будем играть дальше. Сенред направился к выходу, хотел наступить на яблоко, лежащее на полу, но почему-то обошел его и скрылся за дверью. Артур проснулся ближе к полудню. Он открыл глаза и медленно начал изучать свои ощущения. Все двигалось, значит, ничего не сломано, не парализовано. Жгло кожу на груди, ныло все тело, а при движении пронзала острая боль. — Меер… — Я тут, — подскочил с пола слуга, — Тебе больно? — Больно, — прошептал Артур, — но терпимо… — Мы залили в тебя, наверное, все настойки Гаюса. Но они уже перестают действовать. — Давай еще. Мне надо подумать. — Тебе? Подумать? — усмехнулся Мерлин, — Это совместимо? — Получишь, — сдвинул брови принц. — Так я за настойками? — Подожди… Что с отцом? — И Его Величество, и Ее Высочество в лесу, в безопасности. С Леоном. — быстро затараторил маг,— Гвейн и Персиваль вернулись. — Хорошо. Значит, можно начинать действовать. Беги за настойками, я должен встать на ноги. «Ага, встанешь ты на ноги без моих заклинаний!»— бурчал про себя Мерлин, влетая в каморку Гаюса. — Мор, если бы меня притащили из застенка, ты бы помогал? — Сенред задумчиво смотрел в окно. — Конечно, Ваше Величество, а как же иначе, Ваше Величество, — затараторил, склоняясь чуть ли не до земли, старик. Король брезгливо посмотрел на своего мага, после чего презрительно скривился. — Ну да, ты за свою шкуру дрожишь, а я ее крепко в руках держу… Но вот почему маг не помог Артуру? Это странно. И непонятно… — Магия в замке, сир. Я ее чувствую, сир. — Но определить, кто ее носитель, не можешь, — поднял брови Сенред. — Не могу… — Ладно, выясню сам, еще есть время. Напоенный настойками, заговоренный Мерлином, одетый в легкую рубашку Артур уже второй час сидел на своем удобном стуле за столом и молчал. От такого странного поведения своего господина слуга сперва растерялся, а потом тихо задремал, умостившись на широком подоконнике. — Сегодня ночью мы освободим Камелот, — неожиданно произнес Артур. Мерлин подскочил, потер ладонями щеки, чтобы проснуться, и приготовился слушать своего принца. — Мне очень нужна твоя помощь, — негромко сказал Артур, повернув голову в сторону слуги. — Все, что нужно, — быстро кивнул Мерлин, — Как все будет происходить? Артур еще минуту помолчал, словно додумывая какую-то мысль, наконец, кивнул себе. — Будут сформированы пять отрядов из солдат и рыцарей, их возглавят Ланселот, Персиваль, Гвейн и обратимся к старым отцовским воякам — сэру Монфреду и сэру Сэмюэлю. Сегодня вечером, как только сядет солнце, ты с Ланселотом выпустите их, и мы все вместе встретимся в прачечной. — В прачечной? — Есть более безопасное место, куда можно проскользнуть ходами слуг? — поднял бровь Артур, — Дальше… Я им все расскажу, передам карты и схемы. В назначенный час они отпустят всех из подземелья и начнут освобождение. Врага надо смести от четырех ворот в центр Камелота, выгнать из замка и разбить! — А Сенред, Артур? Ты думаешь, он так просто даст все это сделать? — Сенред очень умный, сильный и хитрый. Он хороший воин и стратег, — медленно начал Артур, — но у него есть одно слабое место. Он получает удовольствие от насилия, он в такой момент ни о чем больше не думает, он словно теряет человеческий облик. Этим и надо воспользоваться. Надо обезглавить его армию. Без командующего они будут дезориентированы, растеряны… Сенреда я беру на себя. — То есть, тебя там тоже не будет?.. — понимающе прошептал Мерлин, но тут же вскинулся: — Что значит «беру на себя»?! — Он будет занят мной,— с трудом выговорил Артур. Мерлин быстро проанализировал все слова принца и неверящими глазами уставился на Артура: — Вы. Будете. В застенке? — Да. — Ты идиот? — Маг вскочил и забегал по комнате, — Нет, болван полный! — Мерлин, аккуратней! — грозно прикрикнул Артур. — Да ты убей меня лучше, вот, прямо здесь и сейчас!! Чтобы не видеть то, что с тобой сделает этот сумасшедший! Он тебя на кусочки теперь порежет, мы не соберем. Он тебя изувечит так, что и король не узнает! Хочешь остаться инвалидом на всю жизнь? Или вообще медленно умереть от боли или незаживающих ран?! — Все сказал? — спокойно спросил Артур,— Сядь. Он дождался, когда слуга сядет и продолжил: — Есть вариант лучше, предлагай. Изолировать его можно только в застенке со мной. Он отключится от всего, а Камелот тем временем будет освобожден. — Он услышит звуки боя и выбежит на помощь. — Он будет слышать только мой крик,— грустно сказал принц. — Артур, — Мерлин подошел к принцу и опустился перед ним на пол,— Должен быть другой вариант! — Нет, Мерлин. Другого нет, я все перебрал. Успокойся. Я выведу его из себя, как бы случайно дам понять, что все-таки знаю, кто маг… Мерлин готов был плакать, но Артур был прав, чертовски прав! И придумать что-то другое маг не мог. Он встал с пола и присел на край кровати принца. — Что мне делать? — Вот так-то лучше, — кивнул Артур,— во-первых, я говорил, собрать рыцарей в прачечной. Во-вторых, следить за мной. Как только меня утащат в пыточную, все должно начаться. В-третьих, попроси Гаюса, чтобы он, когда пойдет с вечерним обходом больных в город, передал людям просьбу этой ночью сидеть дома и сделать запас воды на случай пожаров. — Все? — Нет. Сейчас иди к двери и слушай. Я буду составлять план и работать с картами, если услышишь хоть звук рядом, дай знать. Мерлин встал с кровати, автоматически расправил покрывало и спросил: — А что ты скажешь о маге, когда он тебя совсем… совсем замучает? — Мерлин, у нас есть магическая сила в замке! Ты забыл? — Артур поднял брови. — Кто? — Дракон. Дракон в подземелье. Даже если Сенред захочет его забрать, вреда никому не будет. А может, даже польза. Если я буду в состоянии, то в подробностях расскажу ему о невероятной магической помощи этого существа всему Камелоту и мне лично. Артур встал и подошел к шкафу, чтобы достать нужные бумаги. Его движения были немного скованы и Мерлин забеспокоился. — Артур, как ты? — Ноет все и тянет. Но, честно говоря, я думал, что неделю даже в себя не приду, буду в бреду валяться. Настойки Гаюса — просто волшебство какое-то. Все, Мерлин, слушай внимательно. Мне надо работать.