Взрывная Гриффиндорка

Утро, 24 августа. Ты проснулась от лучика яркого солнца светившего прямо в лицо. Теплый свет щекотал нос, проводил мягкими пальцами по шелковистым волосам. А ты так и лежала, не смея шелохнулся и надеясь, что золотистый свет тебе только померещился. Но он был настоящим и ещё с секунду полежав без движения, ты недовольно поморщила нос. /Ааа, эта дыра на шторах! Ненавижу! Надо ее сегодня же зашить./ С этими мыслями ты перевернулась на другой бок и с головой накрылась одеялом спасаясь от яркого света. Но, как ты и думала, солнце щекотало даже сквозь одеяло. /Несправедливо!/ Ты резко встала и ещё раз проклянув всех и вся, спустила ноги с кровати. Наверное, твои раздраженный шаги были слышны на весь дом, а может и на соседний, пока ты быстро подходила к окну. Взяла в руки тёмно-серую ткань и возмущённо поглядела на виновника своего пробуждения. Отверстие размером с твой кулак, обложенное по краю, точно вырезанное паяльником. Что странно, идеально круглое и ровное. В голове пронеслись воспоминания о вчерашнем вечере. Хлопушка, ты, собирающаяся вынести ее во двор, громкий "Бум!" и чуть не сгоревшая штора. Благо, на тумбочке стоял стакан воды. /Чтож...я тебя конечно ненавижу.../- обречённо подумала ты- /...и будь моя воля заштопала бы прямо сейчас, но завтрак все же важнее./ - отпустив несчастную ткань и раздвинув шторы, ты возмущённо посмотрела на эту чёртову дыру - /Я к тебе ещё вернусь, учти./ Оставив ни в чем не повинную занавеску в покое, ты быстро подошла к большому шкафу в углу комнаты и распахнула дверцы. Сейчас ещё надо переодеться, причесаться, почистить зубы...ох, обычное однообразное утро. На полочках были небрежно разложены разные футболки, кофты, джинсы и шорты. Где-то у дальней стенки тебе улыбнулся одинокий носок, так и крича "Верните мою вторую половинку!". Только два платья и создавали контраст с этой полной неразберихой, аккуратно вися в углу: красивое голубое с светло-синим узором на юбке и маленькое чёрное, без узоров, без ничего. Печальные мысли о матери были силой запиханы обратно в ту тишь, где им и положено быть, а тонкие ладони потянулись к светло-оранжевой футболке и серым шортам до колен. Спустя минуту поиска одинаковых носков, и попыток определить, какой стороной надевается эта футболка, ты уже стояла перед зеркалом, внимательно рассматривая свое отражение. Глаза бегали туда сюда, руки упарались в тумбочку. Из отражения на тебя смотрела девушка, с худым лицом, пухлыми губами и маленьким носиком. Само собой это было не первое, на что падал взгляд. Сначала, окружающих ослепляли огненно-рыжие волосы до лопаток, а потом ещё и россыпь ярких веснушек и рыжие брови. Что сказать, ты была красива, очень. Некоторые парни в Дурмстранге называли тебя исключительно "красоткой" или "малышкой", не смотря на все твои предупреждения и угрозы. Ребята наверное велись на милое личико и худые плечи, а зря... Обычно дело заканчивалось в больничном крыле, куда тебя приводил директор и просил извинится за сломанный нос или руку. Извинялись ты нехотя, сквозь крепко сжатые зубы, с усмешкой глядя на напуганных пострадавших. А что? Они сами полезли, а тебе ещё и отчитываться! В большинстве случаев мальчики прекращали приклеивать к тебе клички и чуть ли не обращались по имени-фамилии. А в меньшинстве, второй раз попадали в больницу, и до третьего раза дело не доходило никогда. Ты хоть и была худенькая и маленького роста, 161 см, но удар у тебя был поставлен, как надо, и повторять процедуру "удар-грохот-больничная койка" никто не рисковал. /Эхх, Виктор-Виктор, ежице, если бы не ты, то в мире было бы намного меньше сломанных носов. Видишь, до чего доводят твои тренировки?/- подумала ты и вновь посмотрела в зеркало. /А глаза совсем, как у неё. Ну просто точь в точь.Такие же янтарные, яркие, живые. Знакомые матери часто мне это говорят./ Ты отвернулась от зеркала и взгляд упал на настенные часы возле двери. Где-то в мозгу громко щёлкнул переключатель и стрелка указала на состояние "возмущения". /9:30!? 9:30!? Сегодня суббота, а я встаю так рано?!/ Проклиная про себя дыру на шторах, дьявола, взрывчатку и все известные тебе существительные, ты вышла из комнаты и стала спускаться по лестнице. Каждый шаг сопровождался громким стуком ноги о ступеньку и каким-нибудь изворотливым оскарблением в адрес отверстия на занавеске. Вы с отцом жили в небольшом двухэтажном домике на окраине Лондона, где "поменьше народа и побольше кислорода". Переехали вы сюда два года назад, как раз после смерти твоей матери. /Жаль, что Виктор не смог поехать с нами, без него здесь совсем одиноко./ По сознанию из конца в конец неуклюже прошёлся высокий силуэт, руки в карманы, глаза смотрят точно перед собой. Ты понимала, почему брат не поехал, очень хорошо понимала. Оставить почти оконченую школу, друзей, квиддич - для него это было трудно. Он тоже переживал тогда и нашел выход эмоциям в учебе и тренировках, а ты... Ты его года ходила, как бомба замедленного действия, готовая разорвать любого, кто тебя тронет. И это в буквальном смысле, один такой недоумок даже попался под руку. Поэтому отец, когда ему предложили повышение с условием того, что он будет работать в Англии, сразу согласился. Ты переехала вместе с ним, а брат остался у бабушки с дедушкой - в Болгарии. Вы часто писали друг другу и иногда он приезжал в гости, но все же тебе его не хватало. Громкие шаги спустились с лестницы и прошли на кухню. Там, за плитой, с поварежкой наперевес, стоял твой отец что-то тихо напевая себе под нос и пританцовывая. Темноволосый мужчина, на вид лет сорока, с добродушным лицом и голубыми глазами - именно так выглядел твой отец сейчас яростно перемешивающий кашу в кастрюле. И именно так совершенно не выглядела ты - рыжая, веснушчатая и с янтарными глазами. Если не знать, то и не скажешь, что ты его дочь. И пусть внешне вы абсолютно разные, страсть к шуткам, юмору и разрушениям у тебя точно от папы. Ну не от бабушки же, действительно? Тонкие ножки стула громко заскрипели по полу и отец заметно вздрогнул, удивлённо обернувшись на звук. Его глаза наигранно округлились, в глубине зрачков заиграл смех. О:"Мать честная! Не уж то это сама мисс Алекс Люцифер? Да нет, быть не может!"- он перевел весёлый взгляд на свои наручные часы, а потом обратно на недовольную тебя- "Если вы решили подменить мою дочь, то явно плохо ее знаете. Чтобы Алекс, в субботу и не к обеду?!" Ты очень любила поспать, особенно в выходные. А папа пользовался этим, постоянно подкладывая и отпуская подобные шуточки. А:"Мистер Остин Люцифер, там каша убегает."- сказала ты указывая пальцем на кастрюлю. К такому юмору ты была приучена с рождения и лучшим средством было "перевести тему". Отец чертыхнулся и последний раз бросив на тебя драматично-недоверчивый взгляд, повернулся обратно у плите. А ты пока широченно зевнула, всей душой надеясь, что не вывихнишь себе челюсть. А что? Случалось... О:"А если честно, почему это ты так рано встала?"- уже серьезным голосом спросил отец, сосредоточенно перемешивая кашу. На кухне он всегда занимал место "шефа", так что спрашивать, не нужна ли ему помощь, было бессмысленно. А:"Да вот, решила порадовать любимого папочку и встать пораньше."- ответила ты протирая заспанные глаза. Папа что-то неразборчиво хмыкнул и плеснул в кастрюлю молока. О:"Алекс, ты в этом году умудрилась проспать свой собственный день рождение, а тут ни с того ни с сего решила встать пораньше?"- его слова сквозили настолько неприкрытым сарказмом, что если выжать его в миску, хватит на целый стакан. Однако решив не задумываться на тему, выжимания сарказма из бесплотных предложений, ты рассказала папе про дыру на шторах. Как оказалось, про ее происхождение ты упомянула зря. О:"Сколько раз я тебе говорил, Алекс? Не занимайся своими взрывами в комнате. А если бы случился пожар или ты пострадала?" А:"Или все вместе." О:"Да, в смысле нет, то есть..." А:"Ладно, пап, успокойся. Я правда не хотела взрывать хлопушку в комнате. Как раз выносила во двор, а она бабахнула. Обещаю больше такого не повторится." Отец скептически посмотрел на тебя, а ты состроила самое серьезное лицо и положив руку на сердце произнесла: А:"Клянусь, что с данного момента и впредь, предметы будут гореть и взрываться только во дворе!" Папа усмехнулся и отвернулся к плите. Он всегда поощрял твое странное хобби, не смотря на все письма из школы и шанс того, что дом может взлететь к чертям. Почему странное? Потому что в 14 лет девочки обычно ведут личные дневники, рисуют, ну или в крайнем случае занимаются вышивкой. Ты же занималась пиротехникой. Как говорил отец - дайте ей в руки карандаш, стакан молока и кусок ткани и через пять минут у вас в руках будет фейерверк. Из таких ингредиентов ты конечно не сделала бы бенгальские огни, но ты действительно могла сделать "Бум!" из подручных средств. Всегда, везде и в любой ситуации я все равно найду что взорвать. - именно так звучал твой девиз по жизни и ты ему беспрекословно следовала. Ещё ты делала разные прикольные приспособления для розыгрышей и просто полезные вещи, но все таки это не было главной частью твоего дела. Главным был громкий "Бабах!", разноцветные искорки и ударная волна, сшибающая на землю. От того, чтобы совсем погрузиться в мир пробирок, взрывов и ярких звёздочек, тебя отвлек голос отца. О:"У нас есть малиновое и черничное варенье, ты с каким будешь?" А:"Что? А, с малиновым." Он поставил на стол банку красного варенья и две тарелки каши. Овсянку папа готовил просто божественно, поэтому нестранно, что ложка за ложкой, каша быстро исчезала в армии белых зубов. К тому же утро, есть хочется, да и все возражения были бы обрублены не успев сформироваться в чёткие слова. Доев свою порцию, ты потянулась левой рукой через стол, дабы взять салфетку и стереть сбежавшее из банки варенье. Однако не успела ты даже кончиками пальцев коснуться бумаги, как папа перехватил твою ладонь и вопросительно уставился на кожу. О:"Что это?"- спросил он, глядя на тыльную сторону ладони. Ты, уже вовсю строившая предположения, что там может быть, нагнулась к нему. А:"Где?" Ты тоже вопросительно посмотрела на руку, вырывая ее из хватки отца. На коже красовался неглубокий порез, сантиметра четыре длинной, красный и неровный. Крови не было, но да заживания царапине было далеко. А:"Вспомнила. Это я вчера разбила пробирку, наверное порезалась об осколок стекла." Ты провела по порезу пальцем, потом вдруг спохватилась и полезла в карман, за волшебной палочкой. Вытащив палочку на свет, ты наставила ее на ладонь, растопырив пальцы. О:"Как я помню у тебя ещё не очень получалось заклинание заживления."- скептически протянул отец, с недоверием глядя на твою руку. Ты неоднозначно пожала плечами, вспоминая, как же там произносилось заклятье. А:" Не сработает - воспользуюсь зелёнкой. Не велика проблема."- ты резко взмахнула палочкой. - "Санентур!" Порез с секунду помедлил, размышляя, повиноваться ему магии или нет. Потом вдруг решил взбунтоваться, и вместо того, чтобы затянуться из царапины стала сочиться вязкая темно-синяя жидкость. Нечто среднее между медом и мыльной пеной. А:"Мдаа...к таким ситуациям жизнь меня не готовила." Наверное, любой на твоём месте завопил бы от страха и лихорадочно попытался стереть жижу с ладони, но ты так не сделала. В подобных ситуациях, ты сохраняла удивительное холоднокровие и лишь с интересом ткнула в кисель пальцем. Пленка на его поверхности порвалась и синяя жижа окрасила чуть-ли не пол руки. О:"Охх...горе ты моё." Отец быстро встал из-за стола и крепко взял твою ладонь в свою. Достал волшебную палочку и уверенно наставил на посиневшую царапину. О:"Санентур!" Порез начал затягиваться на глазах, фиолетовая жижа исчезла. Правда, часть краски впиталась в кожу на ладони и предплечье и выглядела не очень удовлетворительно. Словно огромный фиолетово-синий синяк, на пол руки. А:"Спасибо пап. Чтобы я без тебя делала?"- поблагодарилатты с интересом разглядывая пятно. Твоя фантазия уже придала ему очертания грозного волка, одиноко воющего на мир. О:"Носилась по дому и ругаясь искала контрзаклинание."- как ни в чем не бывало ответил отец, обходя стол и садясь на место. Вы с ним встретились взглядами и не выдержав, громко прыснули в унисон. А:"Это был риторический вопрос, но да, ты прав." Со стороны это могло показаться странным: двое людей смеются над синяком на руке ребенка. Но что уж тут поделать - вы с отцом всегда были такими. Ваш смех или скорее хихиканье прервал громкий стук в окно. Ты обернулась и с интересом подошла поближе, внимательно глядя на улицу. За стеклом, на металлической жердочке, заменяющей подоконник, сидел огромный филин. Угольно-черный, с пушистыми лапами и острыми когтями, громадная птица следила за тобой умными желтыми глазищами. На голове торчали заострённые "ушки", черный клюв - настоящее оружие убийства. А:"Беркут!"- радостно воскликнула ты, узнав в филине своего питомца. Птица громко "ухнула" и звучно постучала острым когтем в окно, требуя, чтобы ее впустили. В лапе Беркут держал большой желтоватый конверт, с красной печатью, в глазах ясно читалось недовольство. А:"Да, конечно...залетай!"- ты настежь распахнула деревянные ставни и филин тут же раскрыл большие крылья. Огромные, черные словно смоль. Только на левом крыле, ярко выделялись два рыжих перышка, броско контрастируя с окружающей чернотой. Беркут бесцеремонно залетел в комнату и стал кружить под потолком, гразясь сшебить белую люстру. Птица весила четыре килограмма, размах черных крыльев чуть ли не три метра. Ты проверяла... Однако если по габаритам природа филина не обделила, то на дружелюбие не раскошелилась. Беркут обладал крайне своеобразным характером и кидал письма адресату точно в физиономию. Благо ты уже была к этому готова, поэтому от куска бумаги увернулась без труда. А:"Из Хогвартса."- сказала ты отцу, разварачивая письмо и глядя на печать. Беркут в это время, недовольный, что не попал тебе по лицу, мирно уселся на спинку мягкого кресла. В прошлом году ты уже получала такое письмо, но оставалась на домашнем обучении работая по программе Дурмстранга. Отец считал, что тебе было лучше поучится дома и ты была с ним абсолютно согласна. Однако в этом году ты была намерена поехать в Хогвартс, даже с учётом возможного неодобрения папы. Ну а что? Домашнее обучение - это скучно. А:"Слушай, пап..."- медленно начала ты осторожно подбирая слова - "...я же могу поехать в школу, да? Пожалуйста, при пожалуйста! Можно?" Ты нервничала, потому что думала, что отец будет против. На твое удивление он согласно кивнул и весело улыбнулся. О:"Доча, читать мысли не хорошо. Иначе откуда ты узнала, что я и сам хотел спихнуть тебя в Хогвартс, на "счастье" учителям?" Слово "счастье" он произнес таким голосом, что стало сразу понятно - никакого "счастья" Хогвартс не дождеться. Тем более с твоим то хобби. А:"Хах, ну спасибо!" Ты хмыкнула и быстро распечатав письмо, вынула из него два листа бумаги. Сам же пергаментный конверт, ты смяла в комочек и запустила в ничего не подозревающего Беркута. В отличии от тебя, птица не ожидала летающих снарядов, и возмущённо "ухнула", когда шарик ударил ее точно в клюв. О:"Прочитай вслух, пожалуйста."- попросил тебя папа, бесстыже закидывая ноги на стол. Серьезно?! Мужчина, вам сорок пять лет! Ау! А:"Ведёшь себя хуже меня. Как ты до начальника отдела дослужился?"- с неодобрением произнесла ты и развернула пергамент. Ровные, красивые буквы замелькали перед глазами, пока ты громко читала текст вслух. А: "ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Директор: Альбус Дамблдор (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов) Дорогая мисс Люцифер! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». В связи с тем, что по показаниям профессора Каркарова, директора школы Дурмстранг, программа четвертого курса была освоена Вами превосходно мы предлагаем Вам сразу перейти на пятый курс. Конечно Ваш голос будет решающими и если Вы хотите то можете учится на четвертом курсе соответствующем Вашему возрасту. Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 августа. Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора!" Ты прочитала письмо ещё раз, уже просебя и заглянула на второй лист. Там тоже был текст и ты зачитала и его. А: "Согласны ли Вы, Алекс Люцифер, учится в школе чародейства и волшебства Хогвартс? (Если вы согласны учится на пятом курсе напишите ДА ПЯТЬ, если вы согласны учится на четвертом курсе напишите ДА ЧЕТЫРЕ, если вы не согласны учится напишите НЕТ)" Не успел папа и слова сказать, как ты уже выхватила из шкафчика тумбочки самопишущее перо и написала "ДА ПЯТЬ". Бумага тут же исчезла, будто ее и не было и ты облегчённо вздохнула. Теперь никто не передумает и ничего не поменят. Все уже решено, ты едешь в Хогвартс! А:"Тебе список покупок тоже зачитать?"- весело спросила ты, со смехом глядя на ошарашенного папу. Тот был удивлен во-первых скоростью, во-вторых твоим решением не советоваться для начала с ним. Удивлен, но не обижен. О:"Не надо читать. И так знаю, что половины из всего у тебя нет." Он наконец скинул ноги со стола и быстро ушел по-направлению к своей комнате. Ты в недоумении замерла на месте и кажеться, даже Беркут был удивлен, подобным резким исчезновением. Однако через секунду папа уже вернулся, с пергаментом и пером подмышкой. О:"Завтра мне надо помочь Питеру, на следующей неделе работа."- он помедлил с лукавой усмешкой глядя на тебя. И эта ухмылочка еще никогда не означала ничего хорошего. О:"Одну я тебя не пущу, а в Косой-Переулок сходить надо."- он опять усмехнулся, а ты замерла в ожидании чего-то "страшного" -"Помнишь мистера Уизли? Он был у нас пару раз." А:"Ну, да..."- в памяти всплыл очкастый силуэт, с ярко-рыжими растрёпанными волосами и ты улыбнулась -"Такой весёлый, мне он понравился." О:"Значит без труда наладишь с их семьёй отношения. Уизли как раз сейчас в Дырявом-Котле, думаю, смогут взять тебя под крыло. А я наконец отдохну от взрывов и искор..." А:"Эй!" Он улыбнулся и взял пример с тебя - ни с кем не посоветовавшись, быстро написал письмо. Благо, ты стояла достаточно близко и успела прочитать написанное. "Дорогой Артур! Помнишь мою дочь, Алекс? Такая рыжая, веснушчатая и "взрывоопасная". Так вот, в этом году она поступает в Хогвартс, на пятый курс. Ей надо купить все необходимое, но отпускать Алекс, одну, в место полное непредупрежденных людей - думаю, сам понимаешь. К несчастью, я буду занят и присмотреть за ней не смогу. Не могли бы вы с Молли взять ее на один денёк под свою опеку. Обещаю, все, что будет разрушено, верну в изначальном виде. Передавай привет красавице Молли и детям, и осторожнее с филином - он кусаеться. С надеждой на твое согласие, Остин Люцифер." А:"Мдаа...ты просто образец любящего и заботливого отца..."- саркастично протянула ты, пока папа, со смехом в глазах, колдовал из воздуха конверт. Что сказать, с родителем тебе точно повезло. Ведь что может быть лучше, чем папа, понимающий толк в юморе? Правильно, лучше папы нет никого и ничего. Это даже не обсуждается. О:"Ну так..."- он важно поднял палец в воздух, хотел что-то сказать, но передумал. Положил письмо в конверт, запечатал и чуть с опаской посмотрел на филина на кресле. Огромная черная птица угрожающе щёлкнула клювом, ясно давая понять, что даже за столь долгое время, отец ее почтения не заслужил. О:"На, отдай сама."- он осторожно протянул письмо тебе, все время внимательно следя за Беркутом -"А то заклюет и не заметит ведь." Ты многозначительно хмыкнула и забрала письмо у него из рук. Стоило твоим янтарным глазам, встретиться с грозным взглядом Беркута, как птица обречённо опустила голову. Что-то недовольно "ухнула" и с таким видом, как будто делала тебе одолжение, вытянула когтистую лапу. А:"Знаешь, Беркут, а ведь я с тобой согласна."- филин забрал письмо и вопросительно уставился на шепчущею тебя -"Будь я совой, я бы тоже его недолюбливала..." Вы с Беркутом одновременно повернулись к ничего не понимающему папе, с одинаковым победоносным блеском в глазах. Филин доброжелательно "ухнул" тебе напрощанье, угрожающе "клацнул" клювом в сторону отца и быстро вылетел в окно. О:"Чертовщина..."- многозначительно протянул папа, глядя то на тебя, то на улетевшего Беркута -"Чер-тов-щи-на..." Весь оставшийся день, ты провела у себя в лаборатории, смешивая то и это и записывая все рецепты в толстую оранжевую тетрадь. Лаборатория эта, представляла из себя застекленную шестиугольную беседку, словно мини-химический центр. Тут и там пробирки и спиртовые горелки, везде что-то шипит и искриться. Этот маленький уголок, в котором можно было бы безбоязненно взрывать, построил тебе папа, прямо во дворе вашего дома. Наверное, именно в этом месте тебя и можно было найти чаще всего, в белом халате и больших очках. Ещё ты сегодня успела зашить дыру на шторах и попыталась отмыть синее пятно с руки. Если с первым, спасибо учениям бабушки, ты справилась быстро, то со вторым возникли проблемы. Синяя жижа настолько впиталась в кожу, что теперь можно было только надеяться, что она исчезнет со временем. Под конец долгого дня, во время которого пострадал один мерный стакан, во дворе дома распустились красочные фейерверки, а ваша соседка, тетя Мэгги, чуть не заработала себе инфаркт, пришёл ответ от мистера Уизли. Мужчина не смог не заметить, что твой папа так странно описывает собственную дочь, и , дабы выразить свое мнение по этому поводу, оставил в углу письма улыбающуюся рожицу. Двое взрослых мужчин, а ведут себя, как дети! Невероятно! В письме, кроме веселой мордочки, было сказано, что семейство Уизли будет только радо, взять тебя под опеку. Что они как раз завтра и собирались все вместе пойти за покупками, и помочь тебе их нисколько не затруднит. Поэтому спать ты легла в предвкушении интересного дня и повидимому веселого. Правда с мрачными мыслями о том, что вставать придется пол девятого...