Fault Line

      Она взяла оружие в руки и продолжала сражаться. Жизнь закрутилась так, что уже вплотную обхватила ее шею и тянула к потолку. Огай решил сделать из Хигучи хорошего бойца.       От стресса Хигучи начала терять массу. От жесткого графика она перестала посещать тренировки и успевать поесть. Зато ее мать начала радоваться, что Хигучи занялась делом и стала приносить деньги в дом.       Курсы девушка бросила — она не успевала вывозить все.       Для обычного человека, не самого везучего или сверходаренного, девушка вполне преуспевала в свое преступной карьере. На нее быстро начинали полагаться, но при этом все считали ее абсолютно не подходящей кандидатурой для мафии. Страдающая гиперопекой, и иногда сомневающаяся в своих действиях девочка частенько действовала на нервы другим. Хигучи же уже привыкла, что она постоянно не к месту: в школе, дома, в агентстве, в порту…       Постепенно Хигучи перестала улыбаться искренне. Она более не радовалась своим успехам, она больше не мечтала, она уже перестала искать признания. Жизнь превращалась в однотонный холст, на который каждый день выливалась одна и та же краска.       Как-то Огай начинал сомневаться в Ичие. Она все же слишком заурядна для мафии. Однако неужели Элис просто так положила на нее глаз: в последний раз она отыскала им замечательного подрывника, а до этого подкинула великолепную идею Хироцу по основанию спец отряда «Черных Ящериц». Его подсознание не могло ошибаться… Нет, он определенно что-то упустил. Какую-то маленькую деталь.       А деталь была до чертиков банальна. Дело в том, что такую простую душеньку, как Хигучи Ичие, мафии не приходило в голову проверять по всем фронтам, поэтому те не дошли до многих событий в ее жизни. Огай опирался на резюме предоставленное самой девушкой центру подготовительных курсов, а глубже он не проверял: с учетом того, что всю жизнь девушка провела в самом обычном районе, ее семья была самой обычной и жила она даже слишком просто. Самая заурядная школа, редкие поездки в Киото и маленькие подработки в кафе. Ничего сверхъестественного никогда не происходило в жизни Ичие. Даже со способностью она разобралась тихо. Настолько тихо, что даже ее мать узнала что ее ребенок эспер спустя годы. Поэтому известия о том, что Хигучи управляет пирогенерацией ускользнули от Мори: ведь в анкетах она не указывала это, и единственными местами, где знали о ее способностях был дом и детективное агентство. О собеседованиях в последнее Огай тоже не знал — тот даже не подозревал, что изначальная цель Хигучи — оказаться в конкурирующей с ними организации.       Время шло, а Хигучи все же не оправдала возложенных на нее ожиданий. Хоть она и быстро подобралась к званию командира и стала непосредственным помощником, правой рукой Акутагавы Рюноске, Огай переставал понимать, что конкретно он хочет от этой девочки. Да, она научилась хорошо управляться с оружием, строила хоть и не сверх гениальные, но качественные планы захватов и переговоров (тот же Рюноске в глазах Огая оставался менее успешным в дипломатической части разборок). Хигучи не смогла сплотить отряды, она не стала каким-то авторитетным лицом: признания подчиненных она добивалась медленно, шаткое положение девушки можно было разрушить двумя недовольными репликами в сторону той.       — Хигучи, а ты уверена, что ты точно в правильном месте? — как-то спросил у той босс.       Девушка в душе нервно заулыбалась: было забавно слышать это от человека, кто тебя сам определил в ряды преступников, без особого права выбора. Прошел уже год с той странной встречи Хигучи и Огая с Элис. За это время многое наладилось в жизни девушки, хотя внутренне она была абсолютна пуста, сил же хватало лишь на работу. Хотя вступая во взрослую жизнь, другого ждать было глупо — тем более когда ты через день стреляешь по неугодным начальству бандам.       Хигучи поджала губы:       — Конечно, босс. Благодаря вам и мафии я смогла обеспечить мою семью и стать сильным человеком.       — Просто иногда я думаю, что ошибся, затягивая тебя в теневую сторону Йокогамы, — вздохнул Огай. Он не хотел говорить это как завуалированную угрозу и предупреждение, но, верно, Хигучи именно так и воспримет этот разговор. — Такие люди как ты тяжело привыкают к насилию и всей той грязи, что скрывается в переулках и бараках.       — Верно, для обычного человека это и вправду несколько шокирующее изменение в жизни, но я уже свыклась с этим, Босс. Можете не сомневаться, я достаточно ответственный человек, чтобы следить за всем.       Уж отсюда она не даст себя прогнать, и точка. Хигучи взаправду нашла свое место в мафии, и пока что очень боялась отступить от хрупкого чувства принадлежности к чему-то значимому.       — Что ж, тогда тебе стоит поторопиться и помочь Акутагаве-куну, — прикрыл глаза босс мафии.       — Да, Огай-доно, — поклонилась Хигучи.

***

      Служила Хигучи мафии самоотверженно и несколько безрассудно. Почему она так привязалась к такой сомнительной организации — не ясно.       Каково же было ее удивление, когда помимо загадочного Гин она встретила в рядах порта и его спутника — Акутагаву Рюноске. Парень оказался одним из важнейших бойцов-исполнителей. Его непоколебимости и жестокости можно было только молча завидовать. Хигучи в душе не чаяла, и даже не хотела догадываться, что сделало Рюноске таким, каким он был.       Хигучи приставили к Акутагаве почти сразу после ее вступления — парень получил много ранений в каком-то из последних заданий (что конкретно произошло, Хигучи так и не разузнала, но кажется, Акутагава получил несколько разрядов током). Отношение к этому человеку было у девушки какое-то нескладное — хоть она и прознала об ужасающей репутации этого человека, в голове засел образ того классного незнакомца, каким он представился ей при первом появлении.       Пожалуй, в ситуации, которая медленно складывалась из-за такого странного искажения личности у Хигучи, страдали оба. Для Акутагавы-старшего было нетерпимо то количество внимания, что отдавала ему девушка, а она же, как девочка-фанатка, страдала от игнорирования себя своим кумиром.       Нередко доходило и до рукоприкладства. Хигучи не хотела терпеть это, но в ней говорил страх и отчасти ее же раболепная натура. Ей просто было незачем сопротивляться, ведь ей было легче свыкнуться с обстоятельствами, чем идти против них. Так, по крайней мере, она утверждала себе. Ее прошлое желание бороться было давно разрушено двойным отказом агентством, напором Огая и деньгами.       В то же время течение жизни уносило обезволенную душу все ближе и ближе к огромному водовороту в небытие.       Мать девушки не знала где работает девушка. Сая тоже. Никто из семьи не знал, ведь это было опасно. Но язык чесался признаться кому-то в этом — ведь так хотелось, чтобы кто-то поддержал, или хотя бы пожалел ее.       Тяжело сглотнув, Хигучи в очередной раз снимала хлопковую рубашку в ванной. Тело за год совсем исхудало. Крепкие мышцы все еще оставались на спине и ногах, но красивый пресс и крепкие плечи ушли. Простых отстрелов раз в несколько недель не спасали то обстоятельство, что борьба была брошена. Из соседней комнаты раздавался голос Саи, которая увлеченно болтала о чем-то с подружками по телефону.       Усевшись на дно ванной, блондинка расползается. Курить начать, что ли? Но испоганить легкие ей вовсе не хотелось… Хотя Хироцу-сан уже полвека курит, а выглядит свежее ее самой.       Повернув кран, Хигучи начинает заливать себя прохладной водой. Вариться в кипятке перед ночным дежурством было бы крайне нерациональным поступком. Опухшие ноги в погоне за очередным конкурентом на руку ей не сыграют — чего не скажешь об отрезвляющей прохладной ванной.       — Хочу поговорить с кем-то по душам, — шепчет Хигучи, медленно водя пяткой по набирающейся воде. — Но в мафии друзья не позволительны. Да и поздно пытаться найти друга в девятнадцать-то лет.       В ее ситуации это было чертовски верное утверждение. Она уже рисковала своей матерью и сестрой, а подставлять еще кого-то было бы крайне эгоистично. Хотя иногда Хигучи бы не помешал бы эгоизм или же банальная забота о себе.       Проведя в ванной около трети часа, Ичие-старшая выползла в одном полотенце на кухню.       — Не тронь печенье с карамелью! — зашла в комнату Сая.       — Какое же ты животное, — уже жуя угощение, закатила глаза Хигучи. — Как тебе что-нибудь купить, все хорошо, а поделиться со спонсором своих крупномасштабных закупок манги и выпечки — так вы против.       Назревающий конфликт прервал звонок в дверь. Взглянув на старшую в одном полотенце, Сая решила не испытывать терпение и без того раздражительной в последнее время сестры и пошла сама открывать дверь. Хигучи же опять пошла в ванну, чтобы накинуть на себя что-нибудь.       Когда блондинка возвращалась на кухню в длинной футболке, она не ожидала увидеть там Гин. Если бы пришел Тачихара или Хироцу она бы стеснялась своего домашнего вида чуточку меньше… однако сейчас ее больше насторожила причина визита лейтенанта «Черных Ящеров». Тем более… Гин?       За год службы в мафии Хигучи так и не слышала, чтобы из-под причудливой маски вылетел хоть один звук. Это в целом была единственная и самая весомая причина, почему Хигучи испугалась того, что он пришел к ним домой. Если с вами не собираются говорить, то другой вариант напрашивается сам собой.       Тем более тот разговор с Огаем на днях…       — Акутагава просил сообщить, что сегодня работают только эсперы. Приказ Огая.       Ну вот, ее точно убили точным надрезом сонной артерии. Жаль маму, которая увидит трупы дочерей, а затем поплатиться жизнью за неудачливое чадо…       Иначе как вы прикажете понимать, что Гин говорит женским голосом!       Ошибки быть не могло — даже самые высокие мужские голоса так не звучат.       Хигучи пошатнулась и кивнула. Гин — девушка? Серьезно? Какая же она дура, раз не замечала этого год.       — О-а-о… эээ… — Хигучи медленно, но верно превращалась в амебу.       — Вы же коллега Хигучи? — как ни в чем не бывало спросила Сая. Она пропустила мимо ушей и печально известную на тот момент фамилию Рюноске и странную формулировку «приказ Огая». — Первый раз вижу, чтобы к сестре приходили знакомые…       Хигучи теперь вся раскраснелась — Сая всегда была остра на язык, но выставлять ее в таком неказистым свете перед коллегой все еще было оскорбительно. Тем более перед Гин: Ичие-старшая все еще продолжала восхищаться ей как бойцом и балдеть от ее внешности и стиля.       — Хотите на чай зайти или вы куда-то спешите? — заулыбалась Сая.       Тут уже легкий румянец проступил на не прикрытой маской коже.       — А… о… — заметалась Гин. — Ну, на самом деле я отстранена от задания. Так что, я не против перекусить…       Хигучи и Гин теперь обе красные стояли у входной двери и как-то смущенно пытались найти объект, на который можно было уставиться и не отпускать взглядом, покуда атмосфера перестанет такой разряженной.       Сая хитро, будто маленький лисенок, ухмыльнулась и повела пришедшую гостью на кухню. Уж очень ей хотелось попровоцировать Хигучи на всякую дурь. Тут младшая-Ичие еще проведет эксперимент, кто из них животное, которое не умеет общаться с людьми. Она знала сестрицу достаточно, чтобы предсказать, как неуклюже она общается за пределами непрофессиональных отношений. Тем более с ровесниками.       Как только Гин села за стол, она сняла маску. Сая мысленно оценила внешность девушки: она была изящной, даже чем-то аристократичной. «Классно держит осанку» — подумала Ичие-младшая.       Шатаясь, Хигучи ввалилась на кухню. Довольно резко усадив мелкую, она принялась накрывать стол и поставила завариваться чай.       — Если хотите, то через минут тридцать можно отужинать, — несколько боясь того, не выглядит ли это все навязчиво, предложила Хигучи.       — Это не обременит вас? — Гин была смущена, пожалуй, даже больше другой мафиози.       — Нет, все равно мы тут вдвоем торчим неделями напролет. Гости редкость здесь, — Хигучи стала приходить в себя.       Все же, кажется Гин не просто так скрывала свой пол. Ведь все в мафии обращались к ней как к парню, а следовательно, здесь нет вины Ичие, что она не разобралась с половой принадлежностью лейтенанта. А она то восхищалась, что Гин подбирала такие стильные вещи — подумала, что существуют парни, которые так хорошо следят за внешним видом. То есть, они определенно существуют, но Хигучи вот не знала никого, кроме Накахары-сана, пожалуй.       Весело обсуждая всякие мелкие новости, Сая быстро разговорила Гин, пока старшая сестра готовила ужин. Хоть так и не скажешь c первого взгляда, но явление то было воистину удивительным — Гин редко разговаривала не только на работе, но и в свободное время. Однако Сая обладала удивительной способностью выводить людей на чистую воду. Трудно в целом противиться миленькой улыбчивой школьнице, которая всем своим видом дает тебе право высказаться, ведь молодая девушка обязательно выслушает тебя и примет твои слова к сведенью. Таки священник, что выслушает любую исповедь.       — Ты видела новый кавер этой группы? — увлеченно болтала Саечка.       — Ага, я тоже слежу за их творчеством, — мягко улыбалась Гин.       Краем глаза наблюдая за лейтенантом, Хигучи все пыталась не пялиться на прямую. Боже мой, если раньше она лишь испытывала интерес к этой личности, то теперь ее хотелось исследовать вдоль и поперек. В голову лезли вопросы, нет ли у Гин раздвоения личности, потому что та, кто был на работе, и та, кто сейчас общался с ее сестрой, были кардинально разными людьми. На задворках сознания все еще щебатала мыслишка, что она уже на том свете.       Трое сели за стол и принялись есть.        — Очень вкусно, благодарю, — гостья уплетала еду с аппетитом.       — Отдай! — быстро стащила у старшей сестры вторую котлету Сая.       — Аргх! — нахмурилась Хигучи и быстро отхватила мясо обратно. — Подойди к плите и положи себе добавку.       — Злюка, — встала из-за стола мелкая и забрала себе все оставшееся мясо.       Лейтенант тихонько посмеивалась над сестрами Ичие. Раньше она почти не обращала внимания на Хигучи, но могла поклясться, что на работе она отдавала много внимания другим и была также терпима к неповиновению других. Хорошо ли это было? Скорее нет, чем да — слишком образ терпеливого командира шел в разрез с мафиозными реалиями, однако, с Хигучи это попеременно работало.       Еще Хигучи прикольно выглядела с растрепанными волосами. Сейчас ее прическа была похожа на ту, с какой она только пришла в мафию. А ведь тогда Гин было только шестнадцать лет… да-да скрывала она не только пол, но и год рождения, так сказать. Это упрощало много вещей в жестком мужском коллективе. Тут конечно, стоит заметить, что женщины в мафии занимали тоже много главенствующих ролей, но все же в бою легче притвориться парнем, чтобы на тебя не распространялись лишние стереотипы.       Ей так было проще.       Но вот девушка напротив нее, кажется, действовала по другому. Гин ясно помнила, как Хигучи выглядела раньше, но теперь… она менялась. Исхудала; волосы отросли, а блеск в глазах сменился матовым взглядом с натянутой улыбкой. Что ж, у каждого свой путь, и сломанные люди в мафии далеко не редкость.       Зато у Ичие была счастливая семья.       Наблюдая за спокойной обстановкой, Сая была крайне разочарована идиллией. Она-то засчитывала, что сможет постебаться сестренку перед гостьей, а они тут молчат на пару и приторно улыбаются. Было невероятно душно в такой обстановке. Было решено ретироваться. Сая взглянула на экран своего телефона, насупив брови, досчитала до пяти и рванула в комнату, дожевывая последнюю котлету. Хигучи закатила глаза и принялась убираться за столом.       — Так что там произошло? Почему рядовые люди не участвуют? — обеспокоилась обстановкой на работе Хигучи.       — Не знаю. Никаких уточнений мне не дали. Огай-доно просто собрал всех боеспособных эсперов. Возможно, это что-то наподобие внутренней проверки.       Подав ломтики нарезанных фруктов на стол, Хигучи задумалась. Начальство все еще не знало о ее способности, о чем, на самом деле она довольно сильно пеклась, ведь ей был абсолютно ясен алгоритм отношения босса к эсперам. Если от рядовых людей он требовал максимум, то одаренным приходилось пахать сверх сил. Она бы не выдержала такого расклада.       — Можно неловкий вопрос? — спросила Хигучи, на что Гин утвердительно кивнула. — Я одна не понимала, что ты девушка?       — Нет, я правда скрываю свой пол. Но если честно… я думала, что ты поняла это в нашу первую встречу, — замешкавшись сказала Гин. — Ну тогда, в магазине, когда ты передала карточку.       — Да-да, я помню. Еще было забавно, когда ты меня сопровождала при погрузке, что я тебя уже видела в «Jusko».       Девушки вдвоем легко засмеялись: как же это все было нелепо.       — К тому же, ты никогда не обращалась ко мне в мужском роде. Я думала ты не говоришь со мной, потому что знаешь, кто я такая. А еще ты очень завистливо смотришь на мою обувь… — завивая прядку пальцем, говорила Гин.       — Пха, боже мой! — улыбалась Ичие. — Я просто в принципе плохо сближаюсь с людьми. А ботинки у тебя и вправду классные!