Мастер Рун

Гарри почувствовал, как заложило уши от резкого изменения высоты, когда портключ группы достиг середины одной из главных площадей Дарнаса. Он предупредил Джейлин и Тиранду по зеркалу до их прибытия, и там присутствовала группа очень знакомых и дружелюбных Стражей, которые сразу же поманили их вперед. Ну, в основном дружелюбных. В группе было несколько Стражей, не участвовавших в экскурсии в Наксрамас, и каждый из них смотрел на Сильвану, Аню и Коллетт с нескрываемой ненавистью. Он взглянул на трех неживых членов партии, все они казались погруженными в собственные мысли. В первую очередь он подумал о Сильване, ведь они буквально только что покинули ее родовое поместье Шпиль Ветрокрылых в западной части региона, который теперь метко назывался Призрачными Землями после того, что с ним сделала Плеть. До этого они посетили для Колетт полуразрушенные казармы в разрушенной крепости Альянса в дальневосточной части Чумных Земель. К сожалению, они не нашли ничего по-настоящему ценного в том небольшом помещении, которое она в последний раз называла «домом» перед тем, как была убита. Здание было сожжено до основания, и на всей территории было мало что узнаваемо, не говоря уже о месте, где, по ее словам, когда-то находились ее личные покои. У Ани дела обстояли немного лучше: хотя ее квартира находилась в разрушенной части Сильвермуна, мародеры не смогли туда проникнуть из-за большого количества Плети и Неупокоенных, или эльфов крови, зависимых от арканной магии. Вся ее квартира была практически не тронута, если не считать обычного гниения, вызванного временем и небрежным отношением. Многочисленные предметы были извлечены и отложены на потом. Она попросила других сделать это за нее, так как хотела уединиться, чтобы все перебрать, и не верила, что сможет справиться с этой задачей сама. А вот Сильвана… Сильвана действительно должна была вернуть разбросанные реликвии своей семьи из порабощенных трупов Высших Эльфов, которых она знала веками. У ее семьи было множество слуг и вассалов, и, к сожалению, почти все они пали под натиском Плети Артаса. Также оказалось, что почти всем им было поручено остаться на Шпиле Ветрокрылых после того, как они были воскрешены в качестве неживых рабов. Было похоже, что Король-лич ожидал, что Сильвана однажды вернет себе это поместье, и хотел, чтобы она испытывала муки при каждом шаге. В конце концов, Шпиль Ветрокрылых стал сокровищницей артефактов, передававшихся среди Ветрокрылых, хотя в данный момент Сильвана обращала внимание лишь на простой медальон, который держала в руках. Она была в оцепенении с того момента, как ее рука впервые коснулась изделия, и только после того, как Аня спокойно объяснила, что представляет собой медальон, все поняли, что сейчас творится в голове Королевы Банши. Изначально это ожерелье было третьей частью большего ожерелья, подаренного родителями старшей сестре Сильваны Аллерии. Аллерия, перед тем как отправиться в Дренор и погибнуть при разрушении Темного портала, сломала ожерелье из трех драгоценных камней и заказала три отдельных амулета, по одному для каждой из трех сестер. Аллерия так и не смогла подарить Сильване ожерелье лично, поэтому Сильвана хранила его в их семейном поместье, надеясь, что когда-нибудь Аллерия сможет подарить его ей, как она и задумывала. Но время шло, и все больше и больше казалось, что этот день никогда не наступит. Десятиминутная прогулка в массивный Храм Луны к Тиранде странным образом напоминала их последний визит в Дарнас. Тогда группа образовала стену, чтобы оградить скорбящую Ониксию, которая только что участвовала в казни своего безумного старшего брата Нефариана. Теперь Сильвана заняла место в центре группы, и все одновременно создали кольцо защиты вокруг расстроенной женщины и обеспечили ее дальнейшее продвижение вперед. Он был искренне рад видеть, как по мере их путешествия увеличивается эскорт Стражей. Бегущий явно шел впереди, и все больше и больше стражей, сопровождавших их в Наксрамасе, вступали в более многочисленный эскорт. В толпе, собравшейся посмотреть, как они проходят, то тут, то там раздавалось несколько насмешек по поводу присутствия трех Отреченных женщин, но достаточно было лишь бросить взгляд на сопровождавших их Стражей, чтобы эти лица отступили. Перед ними вновь предстал Храм Луны. Они никогда не входили в него в сумерках, и то, что бассейн с водой внутри, окружавший статую их богини, светился неземным светом, никогда не было так заметно. В этот момент стражники нарушили строй, но не раньше, чем все они отдали воинское приветствие, при котором левый кулак каждого стражника был зажат правым, а правое предплечье держалось параллельно земле. Стражники расступились, и их сменил полный эскорт из более чем сорока Сестер Элуны. Очевидно, слава, которую группа заработала в Логове Чернокрылого, после событий в Наксрамасе взлетела до небес. Когда группа наконец поднялась по лестнице, второй уровень Храма был заполнен многочисленными Ночными Эльфами. Тиранда была окружена своими советниками, и, в отличие от прежних, группа выглядела более разнообразной. Похоже, помимо Стражей, Сестер Элуны и друидов, здесь были еще фракции Ночных Эльфов, и Гарри придется позже расспросить Арко и Джессир об их принадлежности. У нескольких из них были доспехи и оружие, которых Гарри никогда раньше не видел, и все они выглядели такими же компетентными и хорошо обученными, как Стражи и Сестры Элуны. -Еще раз приветствую вас, герои», — величественно заявила Тиранда, когда они наконец остановились. — Агенты Пылающего Легиона были изгнаны из Чумных Земель благодаря вашим усилиям. Теперь, я вижу, вы пришли переделать посох, который наши предки создали так давно, чтобы он снова мог служить на благо народа Азерота». -Так и есть, миледи», — заявил Гарри. -Мы также пришли просить благословения у вас и вашей Богини в надежде, что сможем очистить от порчи и другое испорченное оружие Света». Он жестом указал на Арко, которая сняла со спины плотно обмотанный меч. Она осторожно взяла его в руки, прошла вперед, положила на землю и отошла в сторону. Гарри достал палочку и развеял обмотки, обнажив меч и позволив всем немедленно ощутить порчу, постигшую некогда могучий меч Эшбрингер». Эффект на всех подействовал почти мгновенно. Как только Арко отошла от испорченного меча, почти все присутствующие Ночные Эльфы мгновенно напряглись и уставились на меч, словно он мог в любой момент напасть на них. Тиранде же показалось, что состояние оружия ее почти огорчило. Она осторожно приблизилась к оружию, безобидно лежащему на полу, и отмахнулась от требований своей личной охраны быть осторожнее при приближении к нему. Верховная жрица прекратила движение только тогда, когда ее ноги оказались буквально в нескольких дюймах от клинка. -Бедняжка», — прошептала она, прежде чем свет, излучаемый ее глазами, усилился в тысячи раз. Ее голос стал печальным, и казалось, что и Тиранда, и ее богиня говорили одновременно шепотом, который мог услышать каждый во всем Храме: -Видеть, как остатки силы одного из могущественных Наару пали до такого ничтожного состояния. Идем, мой друг, пришло время вернуться к Свету». Она подняла руки, и снова ее окутал яркий, как солнце, свет. Ее голос гремел в их ушах, и не было ни одного человека, который бы не слышал ее слов. -Элуна, услышь мои молитвы. Очисти своего союзника от скверны слуг Легиона!» Гарри наблюдал за тем, как небеса вновь разверзлись, и поток Святой энергии хлынул с неба сквозь прочную крышу храма. Когда он прикрыл глаза и отвел взгляд, из окна храма показалось, что весь Дарнас остановился, чтобы посмотреть на видимое выражение силы их Божества, которое сейчас использовалось перед ними. Свет был настолько ярким, что никто не мог смотреть прямо на него. Единственным способом определить, работает ли призыв жрицы к силе ее Богини, было медленное уменьшение все еще присутствующего ощущения «неправильности», которое излучало испорченное оружие. Гарри взглянул на Тиранду и увидел, что она дрожит от напряжения. Не раздумывая, он выпустил палочку из кобуры на правой руке и произнес единственное заклинание, которое мог придумать, чтобы помочь очищению. -Экспекто Патронум!» Присутствие, оставшееся вокруг меча, не ослабло, но оно, конечно, потеряло всякую способность бороться с попытками Тиранды очистить его присутствие. После того как Пронгс дважды обошел вокруг меча, Тиранда наконец перестала испускать очищающий свет. Меч выглядел по-новому. Если раньше даже сам металл выглядел нездоровым и отливал нечестивым зеленым светом, то теперь он просто сверкал ярким оранжевым цветом, который еще больше подчеркивался Священным артефактом, находящимся в самом клинке. Тиранда шагнула вперед и подняла массивное оружие. Она легко подняла его одной рукой и взяла в руки. Она внимательно осмотрела его кромку, а затем грациозно сделала несколько взмахов мечом, показывая всем, что, хотя она и охотница по происхождению, Тиранда все же может сражаться в ближнем бою, если это необходимо. Наконец, она кивнула сама себе, а затем изменила хват так, что меч теперь держался двумя руками. Она подошла к Арко и протянула клинок: -Еще один меч в твою коллекцию?». Арко выглядела смущенной, когда ей напомнили о том, что Эшбрингер был дарован ей. Повелитель Могрэйн лично подарил ей меч после того, как они окончили с Наксрамусом, сказав, что такой меч, как Эшбрингер, заслуживает того, чтобы быть очищенным и находиться в руках кого-то чистого, и что Арко, скорее всего, окажется в присутствии тех, кто способен очистить его, благодаря компании, в которой она состоит. Теперь Страж Ночных Эльфов шагнула вперед, чтобы принять только что очищенный меч от лидера своего народа за последние десять тысячелетий. -Используй его хорошо, Арко’нарин», — тихо прошептала Тиранда, формально отступая, и снова повернулась к Гарри. Верховная жрица Элуны сделала легкий жест пальцами кому-то вдалеке, заставив толпу расступиться. Малфурион Ярость Бури вышел вперед, и в руках он нес запечатанную шкатулку, в которой находился камень для Посоха Хранителя. Дойдя до Гарри, он усмехнулся: -Должен признаться, я с нетерпением жду, когда такой артефакт будет восстановлен и окажется в руках таких личностей, как ты и твои спутники». Он вручил его Гарри, который уже достал из сундука остальные части собранного посоха и передал их Сильване. С тех пор как они прибыли в Дарнас, все три женщины Отреченных не отходили от него более чем на два-три метра. Несмотря на то, что Тиранда и Джейлин, два самых высокопоставленных члена здешних Стражей, специально приветствовали их, это мнение явно не разделялось большинством друидов. Гарри мог только предположить, что большинство не слышало о подвиге Гарри по освобождению Малфуриона, и что девушкам, хотя они и не входили в группу в тот момент, можно было доверять в той же мере. Гарри разрезал ладонь маленьким ножом из сапога и позволил крови впитаться в руны, покрывавшие замок шкатулки. Он открылся с громким щелчком, после чего Гарри осторожно залечил ладонь и потянулся внутрь, чтобы достать последнюю часть посоха Медива. Сильвана держала посох так, чтобы конец был легко доступен Гарри. Он уже собирался поднести камень к месту, где его можно было бы легко починить, как вдруг все присутствующие почувствовали темный импульс. Гарри мгновенно замер и медленно отступил от посоха. Он посмотрел на камень, потом на посох, потом на Тиранду. -Я так понимаю, это не нормально для такого посоха?» — спросил он, хотя все знали, каким должен быть ответ на этот обязательный вопрос. -Нет», — сказала она с большим усталым вздохом. -Это определенно ненормально». Ониксия вышла вперед и осмотрела посох. Возможно, за плечами Тиранды и было более одиннадцати тысяч лет опыта, но у Ониксии его было еще больше, и эти знания касались таких тем, которых Тиранда не осмелилась бы коснуться. После того, как она протянула руку, чтобы несколько мгновений ощупать камень и посох, она сказала вслух: -К этому посоху привязан демон, и он будет освобожден, когда посох будет восстановлен. Должно быть, это была последняя защита, которую Медив наложил на посох, когда был одержим Саргерасом. Также, вероятно, это была причина, по которой Кирин-Тор не хотел, чтобы кто-то приближался к нему, пока он был спрятан в Даларане. -Почему бы им не очистить его? Разве они не могли?» — спросила Дисидра. -Ты забываешь, с кем мы имеем дело», — сказала Ониксия, и нельзя было ошибиться в том, с каким презрением она относилась к магам Даларана. -Им бы понравилось иметь домашнего демона, привязанного к такому предмету. Они, вероятно, хотели бы найти способ вызвать его, чтобы он служил им. Мысль об очищении, вероятно, даже не приходила им в голову». Гарри взглянул на Сильвану, у которой было гораздо больше опыта общения с магами-людьми и кель’дореями, которые когда-то составляли Кирин-Тор. Увидев его вопросительный взгляд, она кивнула в знак согласия с заявлением Ониксии. - Ты придумываешь все новые и новые причины для того, чтобы мы отправились в Каражан и убедились, что ничто из того, что принадлежит Медиву и все еще находится в этой башне, никогда больше не увидит свет, — сказал Гарри Ониксии, которая улыбнулась этому заявлению, а затем вернула взгляд к посоху. Гарри повернулся к Тиранде. -Леди Тиранда, есть ли место, куда мы можем отнести это, вытащить демона и убить его? Я сомневаюсь, что вы хотите сделать это в Храме». Тиранда посмотрел на Ониксию: - О каком демоне идет речь? Это Повелитель Ужаса или Повелитель Ямы? Ониксия задумалась над ответом, а затем посмотрела на Тиранду и Джейлин, которые должны были определить, какой риск для безопасности представляет этот демон. -Я бы сказала, что он не больше Повелителя Ужаса, но, возможно, вдвое сильнее. Тем не менее, ничего такого, с чем мы не могли бы справиться». Джейлин посмотрела на Тиранду, та кивнула в знак согласия. Затем Джейлин щелкнула пальцами, и все присутствующие Стражи перешли от спокойствия к вниманию. -Стражи! Похоже, наша битва с остатками Наксрамаса не закончилась. Все присутствующие должны явиться на поляну между террасой воинов и террасой ремесленников. Мы уничтожим этого демона у входа в город». Стражи вышли, и Джейлин поманила их вперед. Гарри посмотрел на Тиранду, но та печально покачала головой: -Усилия по очистке меча истощили меня. Я останусь здесь, чтобы отдохнуть». Гарри кивнул и последовал за группой, Сильвана, Аня и Колетт шли следом за ним. -o0o0o- Джессир не могла не фыркнуть от нелепости того, что она только что увидела. Помимо примерно 80 Стражей, которые находились в Храме, когда Джейлин отдавала приказы, еще большее количество Стражей, не находящихся на службе в городе, явились, чтобы убить демона. В итоге более пятисот Стражей прицелились в демона, который появился из завершенного посоха, как только Гарри отошел и… храбро убежал от него. Демон был мертв еще до того, как в него попала половина первой волны стрел, и не было ни одного Стража, который не выпустил бы хотя бы две стрелы. Судя по всему, большинство Стражей тоже сочли эту сцену забавной и даже немного презирали несчастного зверя, хотя все скрывали свое внешнее выражение негативных эмоций и вместо этого радостно приветствовали Гарри, вручавшего Кудрию Посох Хранителя. Джессир задумалась о том, кому следует отдать такое мощное оружие. Сначала она подумала, что Гарри должен взять его, но поняла, что он был совершенно прав, когда сказал, что такое оружие не в его стиле. Ониксия была волшебницей и, возможно, самым сильным пользователем магии в группе после Гарри, но она и Исондра, казалось, были вполне довольны тем, чтобы просто бить врагов голыми руками или превращаться в свои естественные формы, уничтожая все на своем пути сочетанием когтей, ударов и огня. Сама Кудрия выглядела идеальным сочетанием радости и смущения, но едва ли одна эмоция преобладала над другой из-за уверенности, которой обладала девушка. Джессир не могла не улыбнуться при воспоминании о девушке, которую на Экзодаре выгнали с торгового места, и о том, что тихая чародейка, вероятно, получила больше знаний по чарам, чем те, другие чародеи видели за всю свою жизнь. Ее размышления о развитии Кудрии были прерваны приближением ее старого мастера. Джейлин была суровым учителем, когда Джессир впервые стала ученицей могущественного ночного эльфа 1500 лет назад. Джессир знала, что ей еще потребуются тысячелетия опыта, чтобы хотя бы приблизиться к мастерству своего учителя, но это было неважно. Главное было то, с какой гордостью смотрела на нее Джейлин, когда их пути пересекались. Точнее, взгляд гордости и намек на что-то еще, который время от времени прорывался сквозь лицо старшей женщины. И сейчас этот взгляд был устремлен на нее и Гарри. -Леди Тиранда удовлетворила вашу просьбу поискать в архивах информацию об Азшаре. Тебе, Дисидре и Гарри будет разрешен доступ». Она кивнула и махнула Гарри, который в это время обнимал Кудрию. Он и остальные члены их группы подошли к ней и стали ждать, когда она заговорит. -Верховная жрица разрешила нескольким из нас поискать в архивах моего народа старую информацию о территории Азшары. Гарри, Дисидра и я пойдем. Арко, ты можешь пока проводить всех в свою квартиру?» Гарри протянул Арко знакомый сундук: -Здесь палатка. Установи ее в своей квартире, чтобы всем было где отдохнуть». Ониксия, казалось, надулась на это, и Гарри ответил: -Когда мы вернемся, я покажу всем фильм, о котором говорил. — Когда только половина девочек, казалось, поняла, он продолжил: -О чем вы все так любопытствовали, когда Кэрн попрощался с вами в Подгороде». Кивнув в знак понимания, они начали уходить, но не раньше, чем Гарри осторожно взял Ониксию за руку. -Присмотрите, пожалуйста, за нашими тремя новыми леди. Я не хочу, чтобы кто-нибудь напал на них». Ониксия кивнула, прежде чем в ее глазах появился озорной блеск. Она грубо схватила Гарри за воротник его боевой мантии и втянула его в чрезвычайно страстный поцелуй. Это выходило далеко за рамки того, что допустимо при публичном проявлении любви, и она прекратила поцелуй только тогда, когда ее внимание привлекли несколько окликов со стороны Стражей, все еще находившихся поблизости. Она ушла, не сказав больше ни слова, и Гарри повернулся, чтобы увидеть тот же взгляд в глазах Джессир, Дисидры и Джейлин. Он прочистил горло от смущения, прежде чем спросить: -Хорошо. Я готов идти. Куда мы направляемся? Джейлин тихонько засмеялась, а затем пригласила их следовать за ней. Джессир действительно не была в архивах своего народа с тех пор, как они переехали в Дарнас после роста Тельдрассила. До Дарнаса у Ночных Эльфов не было того, что другие расы мира назвали бы «столицей». Найтхавен был крупнейшим центром гражданского населения, а аванпосты по всему Калимдору, такие как Обердин, Астранаар и Крепость Фезермун, служили центрами дислокации Стражей, когда те выполняли свои обязанности. Большинство военных, не состоящих на действительной службе в Дозорах, размещались на склонах самой горы Хиджал. Там, менее чем в миле от титанического мирового дерева Нордрассил, архив Ночных Эльфов лежал нетронутым тысячелетиями. С уничтожением дерева внезапно возникла необходимость в большей безопасности, и свитки и томики были перенесены в здание, примыкающее к резиденции власти Тиранде в Храме Луны на недавно выросшем дереве Тельдрассил. Они подошли ко входу в архив, который снаружи охранялся целым отрядом Стражей, уже ожидавших прибытия группы. Они без паузы вошли внутрь и медленно начали спускаться по лестнице в глубь здания. В конце концов, знакомый гладкий мрамор народа Ночных Эльфов перешел в полированное дерево самого дерева, и туннель открылся в хорошо освещенный вестибюль, который распался на десятки небольших комнат, каждая из которых относилась к определенной части цивилизации и истории Ночных Эльфов. — Призывательница Штормглори, — сказала Джейлин, обращаясь к Дисидре. -В третьей комнате слева будут храниться многочисленные карты и обзоры современного мира. Пожалуйста, начните изучать карты Азшары, и особенно недавнюю разведку руин Эльдарата. Мы изучим более древние карты и планы городов, составленные до Катастрофы, чтобы выяснить, нет ли в этом районе чего-нибудь скрытого, что не было бы сразу заметно нам». Дисидра кивнула и, прежде чем уйти, сказала: -С вашего позволения, чемпион Эвенсонг». -o0o0o- Дисидра исчезла в комнате, которая, очевидно, была гораздо больше, чем Джессир думала вначале, поскольку она почувствовала, как дренеи уходят все дальше и дальше в это конкретное хранилище. Джейлин провела их в другую комнату, расположенную дальше по коридору, и направила магию в дверной проем, который открылся только после того, как принял подношение Джейлин. -Эта комната откроется только для тех, кто направит свою магию по определенному образцу, — сказала она. — В этом хранилище находятся некоторые из наиболее ценных фрагментов нашей истории». Они вошли внутрь, и у Гарри сложилось впечатление, что все здесь давно не трогали. Под стеклом лежало несколько карт мира, совсем не похожего на Азерот, с городом Зин-Азшари почти в самом центре. Это был огромный город, если он правильно прочитал карту, и на одном из его краев находилось нечто, что привлекло его внимание: Колодец Вечности. Джейлин стояла позади него и легко указывала ему через плечо благодаря своему высокому росту: -Это мир, каким он существовал до Катастрофы. Колодец был центром нашей цивилизации. Десятилетние дворяне и Высокородные занимали его западные воды, все в стенах Зин-Азшари». Затем ее палец переместился на северный берег: -Сурамар был другим близлежащим крупным городом, и именно там леди Тиранд выросла вместе с Малфурионом Ярость Бури и его братом Иллиданом. Город был центром нашего поклонения Элуне, и он одним из первых пал перед наступлением Легиона, как только они прибыли. Натрезим использовали там раннюю версию чумы, заставляя людей сражаться со своими неживыми друзьями и родственниками… или умирать самим. Ее палец снова переместился на запад, и он проследил за ним до крайнего западного края огромного города Зин-Азшари. -Эта область здесь. это единственная часть поселений, переживших Катастрофу. Это то, что сейчас называется Руинами Эльдарата, где вы предварительно выбрали место для проживания вашей группы. - Значит, об этой области нам и нужно раскопать информацию? Оригинальные здания, дороги? — спросил Гарри, обернувшись, и тут же был ошеломлен, заметив, что небронированная рука Джейлин, которая была перекинута через его плечо, была прикреплена к небронированному торсу Джейлин, который, в свою очередь, был прикреплен к небронированной нижней части тела и ногам Джейлин. Когда его взгляд пробежался по ее обнаженной фигуре вверх и вниз, она похотливо улыбнулась и сказала: — Да, но ты можешь посмотреть на это позже, я думаю. Движение над ее плечом привлекло его внимание, и он намеренно перевел взгляд с красоты, представшей перед ним, на то, что было дальше. Джессир была там, обнаженная, как в день своего рождения, с распущенными белыми волосами. Она убирала бесценные документы со стола, на котором они лежали, чтобы освободить место, и быстро воспользовалась освободившимся пространством, улегшись на него, широко расставив ноги и уже готовя свое тело к предстоящим испытаниям. Джейлин вернула его внимание к себе, подтащив его к столу. Непристойные звуки Джессир были заглушены внезапным и желанным поцелуем Джейлин. -Я хотела сделать это с тех пор, как ты вернул мне Арко и Джессир, — прошептала она ему на ухо, а затем начала покусывать мочку уха, расстегивая плащ и доспехи. Благодаря ее тысячелетнему опыту работы с доспехами он избавился от тяжелого снаряжения меньше чем за минуту, причем ее рот не покидал часть его обнаженной кожи более чем на несколько секунд. -Ты спас… друга моего ученика… когда никто другой не смог бы, — вздохнула она, опускаясь перед ним на колени. Джейлин не тратила времени на нежные прикосновения и прелюдии. Она сразу же потянулась к его полуэрегированному члену и медленно облизала его по всей длине от основания до головки, а затем обхватила головку ртом. У Гарри перехватило дыхание, когда Джейлин применила опыт тысячелетий, чтобы сделать ему один из лучших минетов в его жизни. С ее языком творилось что-то такое, чего он не мог постичь, и только усилием воли он оторвал взгляд от зрелища того, как она играет с ним как на скрипке, чтобы определить, что именно заставило Джессир издавать такие звуки, как она только что издала. Его взгляд нашел женщину, широко расставившую ноги и яростно обрабатывающую свою киску, наблюдая, как Джейлин ублажает его ртом. Она издавала непристойные звуки, не заботясь о том, кто их слышит, и попеременно теребила свой клитор и перебирала пальцами. Гарри решил помочь ей, без предупреждения введя длинный палец глубоко в ее смазанные складочки, когда ее клитор получил свое внимание. Джейлин заметила, что он отвлекся, и ей удалось сделать вид, что она дуется, хотя ее губы все еще были полностью обхвачены его членом. Она с силой обсосала кончик и отпустила его с сильным толчком: — Поскольку ты не уделяешь мне своего внимания, я думаю, пришло время для проверки моего ученика. Она в последний раз облизала кончик, а затем быстро встала, ее пышные груди, не подверженные разрушительному воздействию времени, коротко подпрыгнули, прежде чем их закрыли распущенные зеленые волосы. Гарри был перевернут на спину, рядом с Джессир. Он уже потянулся, чтобы взять в руки одну из грудей беловолосой эльфийки, когда ее потянули на землю. Джейлин взобралась на Гарри, а затем повернулась и села ему на лицо. -Теперь, мой юный ученик, — сказала Джейлин рассеянным, но знойным шепотом, еще глубже погружая свою попку в напряженный язык Гарри, — Давай посмотрим, чему ты научилась в своих путешествиях. Она указала на член Гарри, и Джессир погрузилась в него с безрассудством. Гарри почувствовал, как женщина обхватила его грудью, а она начала вертеть языком вокруг члена, словно это был леденец. Она была небрежна в своей работе, и Гарри чувствовал, как слюна из ее рта смазывает не только его ствол, но и ее груди, которые двигались вокруг него. Гарри не мог полностью сосредоточиться на рте и сиськах, которыми умело орудовала Джессир. Джейлин практически исполняла танец на коленях на его лице, ее бедра двигались влево и вправо, а клитор она прижимала к его рту. Гарри, однако, воспринял это как вызов и не стал отвечать, отстранив ее от себя, чтобы ему было легче дышать. Вместо этого он потянулся вверх и стал ласкать ее пышную грудь и пощипывать пальцами соски, наслаждаясь звуками, которые издавала на нем чемпион Дарнаса. Он мысленно сравнил эту эльфийку с двумя предыдущими, занимавшимися с ним сексом. Если Арко была медленной и чувственной, а Джессир — довольно агрессивной, то Джейлин была похотливым зверем, с которым Джессир могла сравниться лишь изредка. Его руки, которые Гарри положил на ее груди, были захвачены ее собственными, и она сжимала обе с почти сверхчеловеческой силой, пытаясь пережить оргазм на его лице. Джессир снова привлекла его внимание, но уже своим бездействием. Его член впервые за четверть часа оказался без присмотра, и он задался вопросом, что происходит, поскольку единственное, что он мог видеть, была очень упругая попка Джейлин. Однако этот вопрос длился всего несколько мгновений, прежде чем головка погрузилась в бархатистое тепло ее киски. Беловолосая эльфийка колебалась лишь мгновение, прежде чем опуститься на него и начать всерьез на нем скакать. Он почувствовал, как Джессир наклонилась вперед, а Джейлин придвинулась к ней. Он мог только представить, как эти двое целуются, и, честно говоря, хотел бы увидеть это, но остановился на том, что его руки сейчас были зажаты между двумя парами упругих грудей. Он чувствовал, как твердые соски впиваются ему в ладони и тыльную сторону рук, и постоянно выкручивал руки, сжимая и разжимая сжатое декольте, которое зажало его руки. Джессир, по-видимому, надоело разминать сиськи, и она закричала: — Давай, Гарри, трахни меня! В ответ Гарри переместил свои руки с четырех грудей на извилистую попку Джессир и, используя ее как рычаг, стал входить в ее киску с еще большей скоростью. Стоны и конвульсии Джессир в этот момент были просто непристойными. Единственное, что иногда заглушало ее, это звук, с которым Джейлин беспорядочно целовала девушку, а затем стоны заглушались в ее рту. Гарри катался на волне удовольствия, которое он ощущал от ее все более напряженных стенок, обхватывающих его ствол. Он отказался быть побежденным ею и поклялся, что охотница достигнет кульминации раньше него. Он отработал все известные ему приемы Окклюменции и отвлечения внимания, и наконец его вознаградил громкий нарастающий рев, вырвавшийся изо рта Джессир и закончившийся слабым бульканьем. Она повалилась вперед, изнемогая от напряжения. Джейлин отстранилась от лица Гарри, хотя он все еще чувствовал запах и вкус восхитительных жидкостей, которые она оставила на нем. Джейлин схватила Джессир сзади за груди и осторожно положила ее на бок рядом с Гарри. Он ожидал, что Джейлин запрыгнет на него верхом, но был удивлен, услышав ее слова. - Если ты закончила смотреть, пожалуйста, раздевайся догола и присоединяйся к нам. Я никогда раньше не совокуплялась с дренеями. Гарри вскинул голову и увидел, что Дисидра стоит возле двери в их архивную комнату. Она ослабила и почти сняла юбку из цепной ткани, которую обычно носила, и держала руку между обнаженных ног. До того, как Джейлин прервала ее, она, очевидно, занималась самоудовлетворением. Джейлин села на большой стол и подтолкнула Гарри вперед к Дисидре. Гарри уже был знаком с доспехами Дисидры и в считанные мгновения свалил их на пол. Он взял в руки ее коротко остриженные серо-каштановые волосы и прильнул к ее рту. Ночные эльфы могут быть спринтерами с их формами тела, но женщины Дренеи чувствовали себя как стриптизерши с их большими бедрами, задницей и грудью. Он подался назад, позволяя своим рукам медленно бродить по ее изгибам. Когда он почувствовал, что задняя часть его бедер упирается в стол, Гарри резко развернул ее, выгнув спину так, что она наклонилась вперед. Он направил ее голову прямо между ног Джейлин, и Гарри снова наблюдал, как очень довольная улыбка расплывается по лицу чемпиона, когда Дисидра своим грубым длинным языком ласкает зеленоволосую киску Джейлин. Гарри повернул голову, чтобы посмотреть на стройную попку, которая так и просилась в рот. Дисидра слегка раздвинула ноги, обнажив киску и задний проход, которые были лишь изредка скрыты, когда ее хвост маняще покачивался вперед-назад. Это было приглашение, от которого Гарри никогда бы не отказался. Он приставил свой член к ее тонкому входу и медленно вошел в киску белокожей дренеи одним плавным толчком. Девушка явно возбудилась от того, что Джессир трахали раньше, и едва слышно застонала, когда он медленно продвинулся вперед. Только когда он вошел в нее до самого предела, Дисидра приостановилась в своих попытках доставить удовольствие Джейлин и застонала от удовольствия, прежде чем Джейлин быстро взялась за рога на ее голове и вернула ее в исходное положение. -Это просто рай, — подумал Гарри, медленно трахая очень знакомую заднюю часть Дисидры. Из всех женщин, которые теперь путешествовали с ним, Дисидра занималась с ним сексом больше всех. Это был не тот похотливый секс, которого желали Джессир или Ониксия, не застенчивый и иногда покорный секс, которого желала Арко, не невинная соблазнительница, которая появлялась всякий раз, когда Кудрия была склонна удовлетворить свои желания. Дисидра и Гарри занимались любовью, потому что именно так он мог бы описать те чувства, которые сейчас испытывал к ней. Он знал, что глубоко влюбляется в девушек, и Дисидра, несмотря на то, что была четвертой по счету, быстро заняла особое место в его сердце. Не то чтобы он когда-либо имел глупость высказать эту мысль вслух. Он смотрел на ее белую попку, покрытую пыльным налетом, которая пульсировала от каждого толчка его живота. Было так приятно находиться в такой позе с Дисидрой… да что там, с любой из его девушек. Он протянул руку и обхватил одну из ее пышных грудей, наслаждаясь ее размером и текстурой, нежно массируя ее пальцами. Шаманка Дреней в ответ еще раз одобрительно застонала и прохрипела между толчками его члена и облизыванием языком: — Быстрее, Гарри. Быстрее. Гарри мгновенно отреагировал на ее просьбу. Он направил каждый толчок так, что уперся в ее точку G, и она ответила тем, что начала неистово дрожать в экстазе. У Дисидры было тело, созданное для секса, но она не выдержала, когда Гарри удалось найти идеальный угол на ее эрогенных зонах. Ее оргазм начался через несколько секунд и длился почти целую минуту, прежде чем она почти бессильно рухнула между ног Джейлин. Сама Джейлин приподняла одну бровь от того, как внезапно язык, который до этого доставлял ей удовольствие, остановился и зарычал в ответ на оргазм, который ей подарил Гарри. Она повернулась, чтобы еще раз убедиться, насколько удовлетворены и Джессир, которая все еще лежала на боку с улыбкой на лице, наблюдая за происходящим, и Дисидра, которая, казалось, не могла пошевелиться после того, что сделал Гарри. -Думаю, теперь моя очередь, Гарри, — сказала она, переворачиваясь на живот, чтобы ее рельефная, мускулистая задница была направлена прямо в воздух. — Я хочу чего-то уникального, чего ты еще не делал с ними здесь. Вызов заинтриговал Гарри, и он подумал, не намекает ли она на то, о чем он подумал. Он прошептал заклинание, которое мгновенно увеличило количество смазки на его члене, и быстро выстроил свой член напротив ее задницы. При беглом взгляде на лицо древнего воина появилась предвкушающая ухмылка, и он начал медленно входить в подтянутую попку чемпионки ночных эльфов. Смешанных криков экстаза и похоти было более чем достаточно, чтобы подтолкнуть его вперед. -o0o0o- Несколько заклинаний и обильное применение заклинания «Пак» вернули комнату в состояние, в котором следующие обитатели даже не подозревали, что там происходила оргия на четверых. Джейлин, демонстрируя великолепную походку с легкой хромотой, проводила их в покои Тиранды, чтобы доложить об успехе их миссии. По дороге Гарри решил выяснить кое-что, что беспокоило его с тех пор, как он впервые прибыл в Дарнас вместе с Джессир и Арко все эти месяцы назад. -Джейлин?» — неуверенно спросил он. -Да?» — улыбнулась она ему в ответ. -Могу я спросить кое-что, что беспокоит меня с тех пор, как я только прибыл? Я не уверен, личное ли это дело Ночных Эльфов или нет, но это беспокоит меня почти с самого первого момента моего прибытия в Дарнас». Она вскинула бровь, и ее улыбка померкла, хотя она без колебаний кивнула. -Что-то… не так с Древом? С Тельдрассилом? Это кажется… чем-то очень неестественным». — Он не сказал «демоническое», как хотел вначале, на случай, если эта тема будет запретной. Однако Джейлин поморщилась. — Придержи пока свои вопросы, пока мы не доберемся до Верховной Жрицы. То, что ты почувствовал, сейчас является… деликатной темой». Гарри оставил эту тему, как и просили, и остаток пути до места нахождения Тиранды они проделали в молчании. Когда они прибыли на место, традиционные позиции поменялись местами, и на этот раз Малфурион смотрел на Дарнас, а Тиранда лежала на кушетке. Теперь восстановленный лидер друидов ночных эльфов спросил: — Были ли ваши поиски плодотворными? Джейлин, идеальная картина невинности, смогла посмотреть своему лидеру прямо в глаза и сказать: — Да, Шан’до Ярость Бури. В своих поисках мы тщательно исследовали самые недра нашего наследия». Джессир усмехнулась и не могла не добавить свой комментарий: — Вероятно, мы могли бы исследовать еще пару мест, но я думаю, что все потребности Гарри были удовлетворены». Гарри пришлось откашляться, чтобы скрыть смущение, и он знал, что Дисидра была в таком же положении, потому что почувствовал, как она тоже вздрогнула от воспоминаний о произошедшем. Малфурион спросил, — Есть ли еще вещи, которые тебе нужны? Не выделить ли нам еще несколько человек в помощь тебе, Рунный Мастер? — Гарри даже не успел ответить, как одна из них опередила его. -Нет, я не уверена, что Гарри понадобится больше, чем мы трое, чтобы помочь ему, — сказала Джессир, которая не смогла удержаться от комментария к этому ответу. — Я не уверен, что у него хватит сил, чтобы успевать за тремя другими, пока они одновременно требуют его времени, но, надеюсь, когда-нибудь он это сделает». Малфурион выглядел задумчивым, а его следующие слова подтвердили, что он не догадывается о двух разговорах, когда он сказал: — Ну, я хорошо знаком со всеми этими закоулками и закоулочками. Если вам понадобится помощь, я буду рад предложить свою». Гарри взглянул в сторону и увидел, что и Джейлин, и Джессир почти поддались ужасному выражению шока, но их спасло то, что Тиранда вежливо прочистила горло, а Малфурион в отчаянии покачал головой. Восстановленному Архидруиду было более одиннадцати тысячелетий, как и Тиранде, но, очевидно, он был гораздо более наивен в некоторых вещах. Она обратила свое внимание на четверых, стоящих перед ней: — Вы нашли то, что вам нужно для успешной экспедиции в Азшару? Гарри кивнул, и ему пришлось взять себя в руки, чтобы не покраснеть после услышанных комментариев: — Да. У нас есть копии карт первоначальных районов этой части древнего города, а также копии последнего исследования, которое было отправлено туда две тысячи лет назад». Теперь Джейлин говорила более серьезным тоном, чем раньше: — С помощью своей магии он сумел раскопать несколько документов, которые, как мне кажется, не видели света несколько тысяч лет. Многие из них были неправильно маркированы. У него есть вся информация, необходимая для продолжения». Тиранда кивнула, удовлетворенная, но прежде чем она смогла заговорить, Джейлин обратилась к Гарри: — Сейчас было бы уместнее, если бы ты повторил свой вопрос, заданный ранее». Подобное вступление заставило Гарри еще больше стесняться того, куда завело его любопытство. Но Джейлин, похоже, была не против принципиального вопроса. Она просто хотела, чтобы ответ пока оставался в тайне, что он, в конечном счете, уважал. -Ну, — сказал он, собираясь с мыслями, как задать свой вопрос наиболее деликатным образом. — Когда я впервые прибыл в Дарнас, я заметил, что само дерево чувствует себя… неправильно. Теперь я могу легко распознать это ощущение как нечто похожее на скверну, которую используют колдуны. Почему Тельдрассил может быть так осквернен? Тиранда, казалось, побледнела от этого вопроса, а на лице Малфуриона промелькнула тень гнева. Ответил древний друид. — После битвы на горе Хиджал наш народ потерял бессмертие, которое до тех пор поддерживалось энергиями бывшего Мирового Древа, Нордрассила. Мы все еще невероятные долгожители как народ, и я очень сомневаюсь, что мне самому придется беспокоиться о старении еще несколько тысячелетий. Однако, когда мы попросили, драконы, благословившие это дерево десять тысяч лет назад, отказались сделать это снова». Малфурион провел рукой по бороде и покачал головой. — Стагхельм, похоже, не согласился с нашим заявлением оставить все как есть. Он попытался воссоздать мировое древо, несмотря на отсутствие благословения Аспектов. Я не присутствовал, так как уже вернулся в Сон, чтобы помочь моему Мастеру и Изере в борьбе с Кошмаром. Стагхельм воспользовался моим отсутствием, чтобы заставить друидов создать новое дерево…» Друид посмотрел прямо на Гарри и прошептал: — Запятнанное с самого начала, когда его жизнь была наполнена скверной, которую Стагхельм получил от Старых Богов». Это была, конечно, тяжелая пилюля для проглатывания. Эти Старые Боги и их заговоры делали игры, в которые играл Дамблдор, похожими на простые детские забавы, в которые играют малыши. Заговоры, на осуществление которых уходили столетия, медленно извращали и развращали умы бессмертных существ, таких как Смертокрыл и Стагхельм, чтобы они служили их интересам. Он обратил свои мысли к самому дереву. Можно ли очистить что-то такого размера? Единственное, что пришло ему в голову, это то, что Невилл мог знать способ или, по крайней мере, иметь информацию о том, как очистить энергию внутри такого чудовищного магического ботанического образования, но Невилл в данный момент был недосягаем. Но даже если бы он не был доступен, Гарри не был уверен, что рискнул бы рассказать о своем существовании старому другу, опасаясь, что новости распространятся дальше. Не помогало и то, что Невилл был женат на Ханне Эббот, а Гарри прекрасно помнил, какой была эта сплетница на втором и четвертом курсах Хогвартса. Однако на курсах гербологии Гарри изучал множество методов, касающихся проклятий и посторонних энергий в растениях и способов их устранения. Проблема заключалась в том, что ни один из них никогда не был опробован на магическом дереве размером с гору. Он не имел ни малейшего представления о том, сможет ли какое-либо из решений достичь таких масштабов, и какие ресурсы потребуются для его питания. Гарри заговорил, когда не увидел четкого направления, как действовать дальше: — У меня нет ничего, что гарантированно могло бы очистить что-то такого размера. Я дам Арко и Джессир полистать книги по гербологии, которые у меня есть, когда мы окончательно освоимся, но я сомневаюсь, что они найдут что-то, что может быстро изменить ситуацию. Все, что у меня есть, будет более долгосрочным». Малфурион кивнул, соглашаясь, и плечи Тиранды еще немного поникли. Возможно, они и не желали, чтобы дерево было выращено, но тот факт, что у Гарри не было очевидного решения, как исцелить то, что было создано, все еще вызывал у них явное разочарование. -На данный момент, — заявил Малфурион, — Сон в безопасности. Твои усилия по очищению от влияния Кошмара хранителей Сна по всему Азероту позволили подкреплению наводнить царство и оказать помощь Кенарию и Изере». Он глубоко вздохнул: — Я сосредоточу наши усилия на спасении Тельдрассила. Если не считать всего остального, это теперь наш дом, и я обязан должным образом позаботиться о том, чтобы наш народ, который возлагал надежды на Стагхельм, достойно провел его». Увидев, что Тиранда подавил зевок, Джессир заговорила: — Мы уходим, Шандо Ярость Бури. Мы не хотим, чтобы наше присутствие еще больше изнуряло нашу госпожу». Малфурион кивнул. Он просто сказал: — Счастливо оставаться, — после чего его внимание переключилось на Тиранду. Джессир и Джейлин отдали честь в стиле Стражей, после чего по-военному повернулись и начали уходить. Гарри и Дисидра глубоко поклонились и быстро последовали за ними, чтобы дать возможность лидерам Ночных Эльфов уединиться. -o0o0o- Группа почти сразу же решила отправиться в Азшару, и поэтому летающий ковер вернулся, чтобы обеспечить транспорт. Ни Ониксия, ни Исондра не отправлялись в Азшару за тысячи лет, поэтому использовать свой собственный уникальный способ телепортации было невозможно. Ковер был необходим, потому что Ониксия отказалась ехать верхом на другом драконе, и еще нужно было обеспечить секретность в отношении фракции Ониксии. Малейший намек на то, что Черные Драконы вступили в союз с Зелеными и Ночными Эльфами, не мог просочиться ни к кому. После отбытия из Дарнаса был выбран довольно живописный маршрут, и группа направилась на юго-запад от Тельдрассила, поднявшись на гору Хиджал, а не обогнув ее. На вершине они встретили обгоревшие, но еще не зажившие остатки бывшего Мирового Древа, Нордрассила. Казалось, что возвышающаяся над ним громадина уже немного оправилась после почти катаклизмической битвы, объединившей почти все расы Азерота, чтобы помешать архимонду эредаров поглотить энергию Мирового Древа. Если в окрестностях Мирового Древа жизнь, казалось, восстановилась, то остальная часть Хиджала представляла собой бесплодную пустошь. Долгое отступление союзных войск в горы, которое пришлось совершить по мере продвижения Легиона, привело к тому, что некогда прекрасный горный склон превратился в выжженную оболочку своей былой славы. Массивные кратеры усеивали ландшафт, некоторые из них достигали мили в ширину. Руины древних домов, поселений и храмов ночных эльфов усеивали ландшафт, и почти ни один из них, казалось, не ускользнул от внимания Легиона. Они разбили лагерь на день у основания бывшего Мирового дерева, не обращая внимания на массивные скелетные остатки Архимонда. Гарри взял несколько образцов дерева, размышляя, не пригодятся ли они в будущем для изготовления волшебных палочек. Он даже взлетел на самую верхушку его массивных шпилей, гадая, есть ли у дерева семена, которые можно было бы пересадить в другое место. К сожалению, оказалось, что дерево было полностью магического происхождения, и какие бы магические средства ни использовали древние друиды для его создания, они не учли, что из него могут появиться саженцы. Местность вокруг Мирового Древа, казалось, не пострадала от пожаров Легиона, но, конечно, не избежала разрушений войны. Повсюду валялась техника, а также присутствовали окопы и заброшенные поселения военного времени. Казалось, никто не хотел приближаться к массивному белому клыкастому скелету Архимонда, который лежал, прислонившись к дереву. Гарри рассказали, что генерала демонов остановили за мгновение до того, как он уничтожил дерево, и скелет — это все, что от него осталось. Все согласились, что скелет — это оскорбление для дерева, и Исондра с Ониксией работали в тандеме, стаскивая выцветшие кости с нижних сучьев дерева. Группа согласилась, что Адское Пламя было необходимо, чтобы убедиться в отсутствии демонического пятна, хотя никто не подумал, что использование столь нестабильного, потребляющего магию огненного заклинания в непосредственной близости от последних остатков Колодца Вечности на Азероте — хорошая идея. Кости Архимонда были перенесены в центр Десолейса. Гарри решил, что бесконечные дюны глины и грязи этой территории — идеальное и достойное место для уничтожения останков одного из двух древних предателей расы Дисы и Кудрии. Эта ночь стала одной из первых ночей настоящего отдыха группы за последние месяцы. Палатка была скрыта за многочисленными чарами и защитами, что позволило всем без страха удалиться в палатку. Гарри выполнил свое обещание наконец-то показать всем то, что заставило его смеяться над Кэрном Кровавое Копыто, что привело к непрерывному восьмичасовому марафону оригинальных фильмов «Звездные войны». Девочки были в восторге от этих фильмов, хотя некоторые из них, по сравнению с другими фильмами, которые некоторые из них видели ранее, были слишком банальны. Теперь группа поняла его реакцию на фразу, которую Кэрн искренне произнес, уходя. Однако Гарри мог бы обойтись и без нового прозвища, которое он получил в результате этого события, поскольку в течение следующих нескольких дней почти все девушки называли его «их чумазым ботаником-старшекурсником». На следующий день они оставили свой лагерь на вершине горы Хиджал и начали долгий полет вниз по ее обрывистым склонам, минуя морозную температуру северо-восточных склонов Хиджала в зимнюю весну, вниз к самым дальним северным районам Азшары. Азшара представляла собой похожий на полумесяц массив земли, расположенный высоко над скалистыми пляжами и жестоко разбивающимися берегами. Массивный залив в его центре медленно надвигался на скалы, и за последние десять тысячелетий, прошедших с тех пор, как Подчинение затопило древнюю столицу Хайборна, все больше и больше ее руин отвоевывало наступающее море по мере того, как скалы обрушивались в залив. Катастрофа стала событием, определившим Азерот. Древняя королева Высокородных Азшара вывела разлагающихся дворян и куртизанок из своего роскошного королевского города. Он был построен вблизи Колодца Вечности, одного из самых мощных источников магии, известных во множестве вселенных. Колодец был создан огромными богоподобными существами, известными как Титаны, которые путешествовали по вселенной, сея жизнь и борясь с разложением и развращением. Посетив Азерот в давно забытые времена, Титаны освободили его от контроля мерзких космических паразитов, питавшихся жизненной силой планет, которые теперь известны жителям Азерота как «Старые боги». Проиграв длительную войну с Титанами, Старые Боги были заключены под поверхностью Азерота, после чего Титаны засеяли мир жизнью и ушли, оставив Колодец Вечности в качестве последнего прощального дара или проклятия, в зависимости от точки зрения. Сила Колодца ощущалась за границами вселенных, и Саргерас, падший титан, возглавлявший Пылающий Легион, посылал психические послания и манипуляции, чтобы искусить королеву Азшару, и в жажде власти она приказала своим самым могущественным магам создать портал в Искривленные пустоты, используя силу Колодца, предоставив Легиону прямой доступ в ее мир. В конце концов портал был уничтожен вместе с Колодцем, расколов континент на три части и не оставив почти никаких остатков от огромной цивилизации, которая доминировала на планете. Территория Азшары представляла собой остатки некогда великого города Зин-Азшари в самых дальних западных районах. Некоторые его части были почти нетронуты, хотя большая часть бывшего мегаполиса лежала в руинах, разбросанных повсюду, и еще больше можно было увидеть под водами огромного залива, который доминировал в центре территории. Группа высадилась на самых дальних краях сохранившихся остатков города. Все чувствовали магию, которая все еще витала в воздухе и земле, даже после того, как ее основной источник, Колодец Вечности, был давно разрушен. Спустя 10 000 лет земля все еще была пропитана магией. Земля практически вибрировала от ощущения давно разрушенной силы. Это еще больше взволновало Гарри. В руинах перед ними возвышалось то, что, похоже, когда-то было храмом Элуны. Однако здания вокруг него пришли в крайний упадок, и не было абсолютно никаких остатков улиц, которые когда-то здесь существовали. Большинство зданий представляли собой одну стену или разрушенные колонны в греческом стиле, столь характерные для архитектуры культуры ночных эльфов. -Немного не то, что нужно, — с некоторым отвращением сказала Коллетт, оглядывая и руины поблизости, и массивные строения вдалеке, которые стояли лишь наполовину. — Это потребует много усилий». -И мы не одни», — добавила Ониксия, сузив глаза, которые видели на расстоянии гораздо четче, чем у всех остальных, кроме Исондры. -Я вижу отряды наг, патрулирующие руины. Там также бесцельно бродят многочисленные призраки и баньши». Аня невольно вздохнула: — Быть банши в течение 10 000 лет. Они уже не могут быть в здравом уме. Это невозможно. -Значит, с ними вообще нельзя будет рассуждать или общаться», — тихо добавила Сильвана. Ее голос звучал так же отстраненно, как и голос Ани. Несомненно, обе они представляли, что могли бы пережить их собственные души, если бы они не разорвали хватку Короля-лича. Дисидра положила руку на землю и закрыла глаза: — Духи неспокойны, но жаждут, чтобы жизнь вернулась сюда. Это хорошее место для восстановления и строительства». Гарри молчал, слушая группу, пока они высказывали свои первые наблюдения и мнения. Он побрёл в сторону, к столбу, который, казалось, появился из ниоткуда из большого куста. Он сильно обветшал из-за эрозии, по крайней мере половина его верхушки была начисто содрана, и ее нигде не было видно. По какой-то прихоти он направил свою палочку на колонну и тихо произнес: -Репаро. Колонна мгновенно обрела прежнюю форму, из земли вокруг них полетели гранулы мрамора, а несколько кусков мрамора частично вылезли из земли, прежде чем магия заклинания исчерпала себя. Он повторил заклинание и направил в него гораздо больше силы. -Репаро! Массивные куски мрамора по меньшей мере в шесть футов под землей взлетели вверх и прочно прикрепились к колонне. На некоторых гранях стали видны неизвестные руны, и они медленно начали светиться внутренним огнем: магия земли вокруг них привела в действие то, что бездействовало веками. Неправильной формы колонна высотой в четыре с половиной фута теперь достигала дюжины футов и выглядела так, словно была высечена только вчера. -Что ж, — сказала Джессир, наблюдая за этим зрелищем вместе с остальными членами группы. — Это и полезно, и ужасно одновременно. Это второе заявление привлекло всеобщее внимание: — Как это?» — спросила Арко. — Гарри, скорее всего, сможет восстановить довольно большую часть территории вокруг нас». Джессир кивнула в ответ: — Да, и истощить себя до бессознательного состояния, прежде чем он закончит более чем с несколькими зданиями. Мы все знаем, что он не знает значения слова «сдержанность». Гарри, однако, не обращал внимания на разговор и комментарии, задумчиво хмурясь. Его мысли были заняты другим и сосредоточены на том, что он видит перед собой. Его глаза пробежали по неизвестным наборам рун и массивам, которые ярко сверкали на недавно отремонтированной колонне. Он протянул руку и медленно провел пальцами по рунам, чувствуя, как магия мягко пульсирует под его прикосновением. Магия ощущалась теплой и живой. Это было что-то знакомое… но это ощущение было намного сильнее, чем все те, с которыми он сталкивался раньше. — Гарри! — громко сказала Джессир, щелкнув пальцами, чтобы привлечь его внимание. Гарри моргнул и с любопытством повернул голову: — Что? Джессир слегка запыхалась от его недоумения: — Я сказала, что не хочу, чтобы ты изнурял себя попытками починить все, что попадается тебе на пути». Гарри нахмурил брови в раздумье, ее комментарии отвлекли его от попыток определить, где он раньше чувствовал магию. Его тон был задумчивым -Это… — и он махнул рукой на сверкающую колонну перед собой, — на самом деле не потребовало много энергии. Гораздо меньше, чем я ожидал», — сказал он, когда его голос задумчиво прервался. Джессир сузила глаза на Гарри: — Я не говорю, что ты не сможешь починить все вокруг. Просто… не торопись. Мы не торопимся. -Действительно, — сказала чрезвычайно серьезная Ониксия. — Наши усилия должны быть сосредоточены на том, чтобы сначала обезопасить территорию от ее нынешних обитателей». -Есть идеи?» — спросила Арко, проводя пальцем по очищенному Эшбрингеру. — Или мы просто убьем все на своем пути? Ониксия злобно улыбнулась и повернулась к Исондре, чей оскал быстро сравнялся с оскалом Черного Дракона. Гарри увидел это и начал дико трясти головой: — Нет! Нет! Нет! Я не буду убирать или исправлять беспорядок, который вы двое устроите, только потому, что я могу взмахнуть палочкой и сделать это. Улыбка Ониксии стала еще шире, когда и Исондра, и она начали уходить, Ониксия даже слегка притопывала. -Может, поговорим об этом? — сказал Гарри, когда два дракона трансформировались и поднялись в небо. -o0o0o- -Ну, по крайней мере, у нас есть основа для оружейной», — сказал Гарри, проплывая над очередной массивной связкой оружия. Джессир, которая организовывала все, что они собрали с павших патрулей наг, фыркнула: — Да, на целый батальон. Серьезно, Гарри? Зачем нам более 400 пик? -Ну, мы не будем их использовать. Однако Кудрия точно сможет зачаровать из них что-нибудь магическое, и это даст ей возможность попрактиковаться в своем ремесле, не возвращаясь в город за покупками. Я уверен, что Арко тоже не откажется переплавить вещи для своей профессии». Джессир кивнула: — Где ты разместишь кузницу? Я слышала, как вы с Арко обсуждали это, пока мы расчищали одно из зданий, которое было в основном целым.» -Пока не могу сказать», — сказал Гарри, взмахнув палочкой и начав сортировать предметы по длине и составу. — Приоритетом будет установка основных защитных экранов над Храмом, а также защита скалы и пляжа за ней. Нет смысла строить здесь дом, если через 50 лет весь склон обрыва обрушится из-за эрозии. -Логично, но попробуйте подумать наперед. Что у нас здесь будет? — с любопытством спросила Джессир, указывая жестом на здания вокруг них. Гарри остановился и задумался, подойдя к окну здания, в котором они находились. Это конкретное здание каким-то образом упиралось в еще более высокий утес, который, похоже, спас большую часть строения от разрушения временем и стихиями. Он позволил своему вниманию переключиться на землю вокруг них. Гарри не говорил об этом никому из остальных, но он с головой ушел в строительство и реконструкцию, потому что это давало ему повод сосредоточиться. Он боролся с желанием не зацикливаться на воспоминаниях о прошлом и тех временах, когда он думал о «доме». Поттер-Мэнор был его домом почти полтора десятилетия, прежде чем он был вынужден разрушить его, чтобы прикрыть свой побег. Но даже до этого его домом действительно была Сьюзен, а затем Тонкс, где бы они ни находились в данный момент. С тех пор как он прибыл на Азерот, он переезжал с одного места на другое, и единственной постоянной кроватью, которой он пользовался, была кровать в его палатке. -Ну, нам понадобится место, где каждый из нас будет жить. Общие помещения, где можно просто проводить время. Библиотека, оружейная и продовольственные склады. Общие склады для всех случайных вещей, которые мы собрали». Он посмотрел на Джессир: — Какое-нибудь место, где ты сможешь практиковаться в алхимии, а также изучать эквивалент алхимии в моем мире. Нам также понадобится место, где мы могли бы встречаться и строить планы. Возможно, мы сможем убедить Тиранду разрешить нам скопировать часть ваших архивов, чтобы помочь нам в этом». Он наклонил голову, немного подумав: — Наконец, нам определенно понадобится место, где я смогу сделать постоянные порталы для всех крупных городов. Я, вероятно, вернусь в Подгород, чтобы научиться этому, как только мы закончим очищать территорию. Я действительно хочу научиться делать порталы, чтобы мне больше не пришлось протаскивать вас всех через портключи. - Мальчики и их игрушки, — пробормотала Джессир, взглянув на груду предметов, в которой сейчас рылись Сильвана и Арко. — Есть там что-нибудь интересное? Сильвана вытерла руки о штаны, вставая из-за предметов, которые она только что закончила осматривать. Если наги обычно носили легкие доспехи, но довольно прочное оружие, то банши в этом районе иногда носили древние предметы силы Высокородных. Их тоже собрали, и Сильване поручили тщательно проверить их, а Арко помогала ей. -Пока ничего», — сказала она. — Возможно, тут и там найдется несколько безделушек, но вряд ли они пригодятся». Она подняла с земли сильно потрепанную сумку и открыла ее. Из него вылетела жалкая искорка магии, и Сильвана разочарованно закрыла его. — Шесть демонов в сумке? Кто бы мог использовать такую вещь?» Они нашли удивительное количество кристаллов и полудрагоценных камней из баньши, а также другие случайные кольца, амулеты и безделушки. Впрочем, мало что из этого стоило многого, поскольку Синия Стая на протяжении веков неоднократно обыскивала Азшару, чтобы убедиться, что никакие могущественные артефакты Высокородных не были выпущены на волю в ничего не подозревающем мире. Гарри видел, что, по большей части, здесь все было в порядке. Остальные девушки, не присутствовавшие здесь, были с Ониксией и Исондрой, чтобы наги не застали их врасплох контратакой. Он дал знать трем сортировщикам, куда идет, и направился к самому большому зданию, сохранившемуся в этом районе древнего города. Здание доминировало над разрушенной линией горизонта, и оно неохотно напомнило ему многие города на Земле, которые он видел, где Пылающий Легион разрушил их в начале войны, а спустя десятилетие природа начала отвоевывать то, что принадлежало ей по праву. Он шагнул через вход в храм и вздохнул от царившей внутри темноты. Хотя они очистили храм и прилегающую территорию от его обитателей, все равно было очевидно, что за последние тысячелетия храм использовался крайне редко. Гарри начал с простого и просто бесцельно ходил вокруг, удаляя грязь, мусор, мох и растения, которые начали пускать корни в трещинах стен и пола. Когда он закончил все дела, с которыми мог справиться, он приготовился к заклинаниям, которых избегал. Он начал поднимать в воздух колонны и другие разбитые куски каменной кладки в тех местах, куда, по его мнению, они упали. Благодаря отточенным временем рефлексам, он быстро переключился с левитации на ремонтные чары, так что ремонтные заклинания стали стоить ему гораздо меньше усилий. Медленно колонны, лестницы, полы и стены возвращались в первозданное состояние. Мраморные полы, потрескавшиеся и почерневшие от плесени, блестели, словно только что уложенные. Наконец, была закончена статуя самой Элуны в центре главного этажа. Гарри убедился, что пруд вокруг нее водонепроницаем и герметичен, после чего наполнил его водой. Посторонний свет, который он раньше едва замечал, отразился от наполненного бассейна, и весь храм вдруг озарился неземным отраженным сиянием. Небольшой атриум вокруг статуи, который раньше казался темным и мрачным, теперь наполнился ощущением покоя и гостеприимства. Только теперь он увидел и по-настоящему оценил скамейки, окружавшие бассейн. Как будто кто-то щелкнул выключателем, и все, кто находился в присутствии статуи и пруда с отражением, внезапно оказывались в состоянии совершенного дзен. Он понятия не имел, была ли это эстетика комнаты, или сама Элуна каким-то образом позволила своей магии благословить это место где-то в далеком прошлом или даже прямо сейчас в благодарность за то, что он сделал. Он не был уверен, что это было именно так, но ему определенно нравилась идея остаться здесь в будущем, чем дольше он стоял в присутствии архитектурного чуда перед ним. Впервые с тех пор, как он вместе со всеми прибыл в Азшару, Гарри позволил мыслям о том, что представляет собой это здание, прокрутиться в его голове. Оно не было похоже ни на одно из предыдущих воплощений этой концепции, с которыми он когда-либо сталкивался и которые в конечном итоге принял, и все же именно это было тем, что действительно казалось правильным с самого первого момента, когда эта мысль сформировалась в его сознании. Дом. -o0o0o- Залив Бурь. В воображении Гарри это был прекрасный хаос. В данный момент он находился на задней стороне храма Элуны, глядя на залив с беспрепятственного вида с вершины скалы, которая поднималась почти до самого края задней части храма. Девушки приказали ему сделать заслуженный перерыв, и это был один из немногих случаев, когда он снимал доспехи, находясь в пустыне. Он удобно расположился на земле в простой рубашке и тренировочных штанах. Он только что закончил предварительные работы, которые должны были стабилизировать утес и предотвратить дальнейшее обрушение четверти мили скалы. Следующим шагом в защите этой территории должно было стать обнаружение древних остатков оригинальных линий лей, которые все еще были насыщены магией, и их использование для создания полноценных поместий. Он знал наизусть строения Поттер-Мэнора и планировал воссоздать все то, что постепенно добавлялось к поместью на протяжении веков, а также изученные его предками строения, которые не имели практического применения на старом месте, но хорошо подошли бы здесь. Группа потихоньку осваивалась на местности, теперь, когда стало немного безопасно, можно было ослабить бдительность. Нападения наг практически прекратились, хотя они ожидали организованной контратаки с их стороны в ближайшее время. Наг было так много, что за развернутыми силами должна была стоять какая-то организующая сила, и группа Гарри сомневалась, что они перенесут потери, понесенные их разведчиками, без возмездия. Тем не менее, к моменту прибытия войск фундамент для вардов будет возведен, что защитит их дом от всего, что наги смогут бросить на них. Это были зачатки настоящего дома, и эта мысль нравилась Гарри все больше и больше, чем дольше он размышлял над ней. Шаги позади него предупредили его о приближении фигуры. Он считал это место достаточно изолированным, чтобы в данный момент избегать всех, и не мог понять, зачем нага прокладывать себе путь так далеко на скале, поэтому его реакция была инстинктивной. В его правой руке тут же оказалась палочка, после чего она так же быстро вернулась в кобуру. Исондра ловко пробиралась между камнями и деревьями, которые росли в ограниченном пространстве между внешними стенами храма и краем обрыва. Она больше не носила свои струящиеся зелено-желтые одеяния и доспехи, но вместо этого надела прозрачное белое платье, которое медленно развевалось вокруг нее от морского ветра. Ноги ее были босыми, и единственное, что на ней было надето, кроме платья, — это вечная повязка на глазах. -Здравствуй, Гарри», — сказала она добрым голосом. Он был на мгновение ошеломлен ее выбором платья, и ему потребовалось мгновение, чтобы ответить: — Добрый вечер, Исондра. Она подошла к нему и, казалось, искала чистое место, чтобы сесть рядом с ним. Он протянул руку, чтобы остановить ее, затем встал и наколдовал кушетку и одеяло, чтобы они оба сели на них и положили ноги. Она тут же села рядом с ним и прислонилась к нему, обхватив руками его спину. -Возможно, тебе придется сделать веранду, если ты предоставишь что-то вроде этого, чтобы постоянно сидеть здесь, — тихо сказала она, наблюдая сквозь прикрытые глаза, как волны разбиваются о берег под ними. -Мне бы хотелось, чтобы храм был обращен на запад, а не на восток. Я всегда предпочитаю любоваться закатами, а не рассветами», — сказал он. Исондра рассмеялась: — Ты говоришь с драконом, который инстинктивно блуждает в снах смертных, когда они спят. Я не стану спорить с тобой о том, что ты предпочитаешь закаты рассветам». -Кстати, о сне», — сказал он, когда ему что-то пришло в голову. Он знал, что это, возможно, будет воспринято неправильно, но он должен был задать этот вопрос. — Тебе нужно вернуться к своей стае? Или ты останешься с нами еще на некоторое время? Не было сказано слово «навсегда», как Гарри хотел сказать. Драконица склонила голову и, казалось, немного сжалась в себе от этого вопроса. Он не стал давить на нее, а просто положил руку ей на плечо, чтобы предложить поддержку, в которой она, похоже, нуждалась в данный момент. Она ответила, подтянув ноги и крепко обняв его. -Я старшая дочь Изеры, и я была наследницей матери на случай, если с ней что-то случится», — сказала она, прежде чем ей пришла в голову неожиданная мысль, которая заметно повлияла на ее настроение: — Я даже не уверена, что я все еще ее наследница. -Правда? — спросил Гарри, удивленный и в то же время нет. Он знал, что четыре дракона, которых испортил Кошмар, были одними из высших лейтенантов Изеры, но он не знал, что Исондра была ее старшей дочерью. Через несколько мгновений он слегка усмехнулся. Когда Исондра вопросительно подняла голову, он сказал: — Иногда я забываю, что ты ее дочь. Я никогда не видел Изеру в ее естественной форме, только как Ночную Эльфийку с довольно уникальной темно-фиолетовой кожей. Очень не похожа на тебя. Исондра грустно улыбнулась, и вдруг ее кожа из бледной превратилась в почти такую же, как у матери: — Это просто вопрос предпочтений. — Ее кожа тут же изменилась обратно: — Я всегда предпочитала эту форму. Она напоминает мне о ком-то, кого я знала когда-то очень давно. Гарри кивнул и ждал продолжения. - Когда меня испортил Кошмар, это не было быстрым и внезапным событием. Это было медленно и коварно. Я выступила против своей матери и вызвала много раздоров в нашей стае. В тот момент я все еще контролировала себя и полностью верила в то, что говорила, когда критиковала ее. - Она тогда ничего не сказала, но я знаю, что причинила ей боль. Потом я полностью впала в безумие и возглавила своих братьев в неудачном восстании перед нашим бегством. Она снова посмотрела на него: — Я не чувствую, что могу снова встретиться с ней лицом к лицу, пока не искуплю свои прошлые грехи против моего бегства. Он не сразу ответил на это. Не было никакой возможности убедить ее в обратном, в том, что она достойна вернуться в свою стаю. Он лишь крепче прижал ее к себе, одновременно надеясь утешить ее в этот кратковременный провал в ее уверенности, одновременно удивляясь тому, что находится рядом с драконом, которая превосходит его сто к одному, когда она находится в своей естественной форме, и потирая медленными успокаивающими кругами ее руку. -Когда-нибудь ты вернешься, — наконец прошептал он ей. — Не знаю, упоминал ли я об этом, но она навещала меня еще раз после того, как ты и твои братья были освобождены. Это было совсем недолго, и она только поблагодарила за то, что мы сделали, прежде чем уйти. Но нельзя было ошибиться, что она была рада твоему освобождению. Исондра помолчала несколько мгновений, затем сказал: — На следующий день после твоего освобождения Мать привела Ониксию и меня в Сон, и мы обсудили будущее наших стай. Она… она была очень отстраненной во время обсуждения. Гарри покачал головой: — Вероятно, она пыталась оставаться формальной, когда рядом была Ониксия. Ты забываешь, что на тот момент у нас не было отношений с Черной Стаей. На тот момент все это было беспрецедентно. Эта точка зрения заметно подняла настроение Исондре, но затем так же быстро опустилась: — Я просто не знаю, что делать. Большинство ближайших целей этой группы уже достигнуто. - Так ты не хочешь остаться с нами? — спросил Гарри, прекрасно понимая, что Исондра, конечно же, не выразит желания уехать. За ее меланхоличным настроением должно было стоять что-то другое. — Я точно знаю, что Ониксия расстроилась бы, потеряв тебя. - Конечно, я не хочу уходить, — без колебаний сказала она, одновременно еще крепче прижимаясь к нему. — То, что мы сделали и потенциально сделаем, жизненно важно для будущего нашего мира. Ему не хотелось задавать этот вопрос, но он чувствовал, что должен его задать. Он чувствовал, что знает ответ, но услышать ее слова было подтверждением того, что он хотел: — Ты просто используешь нашу группу, чтобы избегать встречи со своей матерью? Она подняла голову, и впервые с момента знакомства Исондра сняла с себя повязку. Когда она открыла глаза, они не светились тем же оттенком света, каким светились глаза других Ночных Эльфов. Он видел голубые, белые и даже те тошнотворно желтые, которыми обладали Высокорожденные в Наксрамасе. Поэтому его не должно было удивить, когда глаза Исондра открылись и стали металлически-зелеными. -Теперь послушай меня, Гарри Поттер, — сказала она чем-то средним между обычным голосом и драконическим подтекстом, который появлялся, когда драконы были разгневаны или пытались что-то сказать. — Я не трусиха. Если бы моя Мать потребовала моего присутствия, я была бы там в мгновение ока. Если бы моя Мать провозгласила, что я должна быть повержена за грехи против моей Стаи, я бы оголила свою шею и приняла наказание. Ее зеленые глаза смотрели прямо в его, гнев все еще был заметен в ее выражении — …и не думай, что я предпочла бы быть где-нибудь еще, кроме как рядом с тобой и другими девушками. Драконы могли заставить почти любого смертного отступить от них, когда они были разгневаны. И не зря, они были страшными и могущественными существами, у которых было мало равных. Гарри встретил ее гневный взгляд спокойным и решительным взглядом. Когда он заговорил, его ответ был мягким: — Я не обвиняю тебя в трусости. — Его спокойный голос, казалось, привлек ее внимание по контрасту с ее собственным сердитым тоном, но ее собственное выражение лица оставалось сердитым. Гарри отвернулся от нее и посмотрел на волны, разбивающиеся о пляж внизу. — Ты считаешь меня трусом? — спросил Гарри, его голос был наполнен искренним любопытством. Этот вопрос быстро вскружил голову Исондры и удивил ее настолько, что она не могла избавиться от гнева, -Конечно, нет! — практически шипела она в негодовании. Тот факт, что он задал такой вопрос, особенно после того, как она увидела все, что он сделал в этом мире, потряс ее. Гарри посмотрел на волны внизу. — На Земле, на моей родине, в Британии, я был лордом древнего и благородного дома Поттеров. Формально я все еще им являюсь… — Голос Гарри прервался, когда он задумался над этим. Его голос был спокойным и рассудительным, но Исондра слышала за ним эмоции, и она внимательно слушала, временно забыв о своем гневе. - Моя семья издавна отстаивала справедливые цели. Мои предки не просто считали это чем-то, что они должны делать. Они видели в этом долг и обязанность помогать и защищать людей. Пока нас систематически не уничтожил человек, претендующий на роль светоча для масс. Мои родители пытались помочь остановить прилив сил от Темного Лорда и его нападений. Для них было достаточно важно противостоять этому злу, чтобы рисковать жизнью. В конце концов, именно этого им и стоило. — Гарри на несколько секунд погрузился в тягостное молчание, прежде чем продолжить. -Затем я помог загнать Темного мага в угол настолько отчаянно, что он решил рискнуть вызвать Пылающий легион. В моем мире Пылающий Легион исчез навсегда. Но большая часть мира была опустошена в результате конфликта. — Голос Гарри не утратил своего спокойствия, хотя и стал немного горьким, когда он уставился невидящим взглядом на воду внизу. Исондра кивнула, не отрывая взгляда от его лица. Она уже была знакома с историей его прошлого, но он не часто открывался ей. -Сейчас большинство людей, которые активно желали мне смерти, ушли. Многие из них погибли от моих собственных рук. Весь мой мир опустошен демонами. Кто-то с моей властью и богатством, вероятно, мог бы помочь очень многим людям. — Гарри закрыл глаза и вдохнул воздух океана перед собой, явно наслаждаясь им. -И все же, я здесь, в другом мире. У меня нет никакого опыта общения с ними, поэтому я не могу не бояться того, что думают обо мне мои родители. Мир, за который они отдали свои жизни, в который я не хочу возвращаться на сколько-нибудь значительный срок. Если они наблюдают за мной с другой стороны, возможно, они считают это эгоизмом или трусостью с моей стороны. Но я надеюсь, что хотя бы часть из них рада за своего сына, что он обрел новую семью. Я надеюсь на это, потому что нигде больше я не хотел бы быть рядом с тобой и остальными. — Голос Гарри снова наполнился эмоциями, когда он подвел итог своему заявлению, повторив ее предыдущие слова. Он повернулся, чтобы еще раз встретиться взглядом с Исондрой. Исондра несколько мгновений смотрела ему в глаза, ее собственный голос был нехарактерно эмоциональным: — Два термина, которые я бы никогда не использовала для описания тебя, Гарри Поттер, это «эгоист» и «жадный». В завершение она поймала его губы своими. Это был первый раз, когда он поцеловал зеленого дракона. Она была нежна и мягка в своих прикосновениях, как будто боялась, что сломает его, если будет слишком грубой. Действия дракона, когда она села и стянула с плеч тонкие бретельки платья, которое быстро упало с нее, обнажив обширную грудь, говорили об обратном. Внезапно уверенная и доминирующая самка исчезла, и она выглядела несколько неуверенной в себе. Он мог бы спросить: «Ты уверена, что хочешь сделать это?», но почувствовал, что в данный момент это было бы неправильным, и уж точно не скрыло бы неуверенности Исондры, независимо от того, могла ли она контролировать каждый аспект своей внешности. -Ты прекрасна, — прошептал он, притягивая ее к себе. В ответ она расстегнула пуговицы на его рубашке и потянула его на себя, укладываясь на зачарованный диван. Звуки занятий любовью не были слышны никому, так как грохот разбивающихся волн заглушал все, не оставляя никого равнодушным к происходящему на утесе. -o0o0o- Ониксия считала, что после десяти тысячелетий, в течение которых она занималась различными видами магии, она может с уверенностью сказать, что в некоторой степени владеет арканными искусствами. Последние два дня Гарри усердно работал над созданием защитных покровов вокруг как можно большей части их «дома». Это место уже нельзя было назвать «руинами Эльдарата», поскольку за четыре дня, что группа провела здесь, среди разрушенных зданий, было восстановлено довольно много. Гарри первым делом нанес на карту древние остатки лей-линий, которые когда-то проходили под этим сектором давно заброшенного города. Она и еще несколько человек старательно охраняли его, пока он пешком прослеживал пути, а затем отмечал свои находки на карте. Изначально он пришел к выводу, что Храм Элуны, скорее всего, находится прямо на вершине самого большого схождения в этом районе, и его предположение оказалось верным, когда три лей-линии соединились почти прямо под статуей Элуны в эпицентре Храма. Она молча наблюдала за тем, как он тщательно проверял еще одну свою теорию и раскапывал землю прямо под статуей Богини. Сначала была произнесена торжественная молитва о прощении, так как он явно выглядел опечаленным тем, что потревожил недавно восстановленную статую Богини Луны. Однако его усилия были вознаграждены, когда они обнаружили полностью израсходованный и инертный камень, который, возможно, обеспечивал защиту древнего храма и многочисленных районов города, но теперь был недостаточно силен даже для защиты от жуков и вредителей. Она с весельем и даже с некоторым раздражением наблюдала, как Гарри почти прекратил все дела, чтобы изучить рунические массивы, которых он никогда раньше не видел, написанные на языках, считавшихся мертвыми даже на Азероте. Несколько мягких подталкиваний, в ходе которых стратегически важные части ее одежды внезапно исчезли, и обещание убрать еще, если он вернется к задаче, и он быстро переориентировался на обеспечение безопасности этого района путем повторной активации этого защитного камня. Руны вышли из употребления довольно много тысячелетий назад. Так давно, что она не могла припомнить случая, когда слышала о том, чтобы кто-то вырезал свежие руны на чем-то с какой-либо целью. Легион, очевидно, был знаком с рунами, поскольку Король-лич привязал душу Артаса к себе с помощью рунного клинка-ловушки, и этот процесс повторился для многих других рыцарей смерти. Из-за широко распространенных слухов об этом процессе, Руны стали почти запретной темой по всему Азероту, потому что единственным современным знакомством людей с ними был ужас от клинков Плети, когда они вторгались в их дома и уничтожали их семьи. Подавляющее большинство жителей Азерота, казалось, не имели ни малейшего представления о том, что Руны использовались задолго до того, как Плеть и Пылающий Легион посетили их мир. Мгновенный поток мыслей прервался, и она вновь сосредоточилась на открывшемся перед ней зрелище. Она сосредоточенно смотрела, как Гарри заново вырезает и настраивает древний камень перед ними. Он описывал ей весь процесс, начиная с выгравированных рун и заканчивая тем, насколько сильно камень будет вкопан в землю и подвержен воздействию открытого воздуха. Ей все больше и больше хотелось, чтобы на ее новом инкубаторе стояла такая же защита, и если бы Исондре рассказали о ней, она могла бы поспорить, что в тот момент, когда Изера узнает о возможностях, Аспект Зеленого Дракона захочет, чтобы такая защита стояла и на ее священных территориях. Некоторые из добавленных защит были просто для удобства. Ограждения от вредителей и некоторых видов насекомых. Защиты, регулирующие температуру, чтобы сделать лето немного мягче, а зиму — немного теплее. Затем были и самые прямые защиты, которые перенаправляли людей, не связанных с ними, прочь из этого района. Тот, кто попадал в их сети, внезапно вспоминал о срочных встречах, о которых он забыл за полмира отсюда, и спокойно покидал свой дом. Наконец она увидела зачатки того, что должно было определить защищенные зоны для довольно впечатляющих чар Фиделиуса, которые он планировал создать в этом районе. Вместо того чтобы сделать один огромный Фиделиус, который мог бы убить Гарри, если бы он попытался привести его в действие, он решил сделать десятки маленьких, каждый из которых был бы взаимосвязан и охватывал здания, дороги и открытые участки, которые в будущем станут парками. Она с нетерпением ждала, когда эти последние части будут завершены по нескольким причинам. Во-первых, это обеспечит их группе самую надежную базу на планете. Во-вторых, это даст ей запасную позицию для небольшой части ее верных последователей-драконов на случай, если ее новый инкубатор будет обнаружен и подвергнется набегу. Наконец, это ознаменовало бы начало несколько затянувшегося отпуска для всех женщин, после чего они смогли бы перейти к своей следующей личной цели. Научиться создавать порталы. Это была одна из немногих транспортных магий, изучением которой Ониксия никогда не утруждала себя; у нее был свой собственный способ передвижения, и необходимость в перевозке большого количества людей никогда не возникала до переезда в новый инкубатор. Кроме того, никто, кроме Медива пятьдесят лет назад, не изучал использование порталов для пересечения миров и измерений. Теперь же, похоже, это знание было распространено повсеместно. К счастью, все, кто изучал его до сих пор, похоже, понимали важность того, чтобы просто не носиться галопом по Крутящимся Низинам, исследуя их, когда им скучно. В данный момент он устанавливал Фиделиус, который должен был накрыть комнату, где в конечном итоге будут находиться все исходящие постоянные порталы, которые будут зачарованы на существование в их доме. Каждый член их группы уже имел портключ для путешествия в столицу своей расы и обратно, а эти порталы позволят им возвращаться домой только с помощью портключей. На данный момент у них было всего полдюжины порталов, которые нужно было зачаровать, но Гарри оставлял место для десятков таких порталов. В первую группу, которая будет создана после того, как он пройдет обучение, входили порталы в Дарнас, Подгород, Экзодар, Инкубатор Ониксии, а также портал Изумрудного Сна в Ашенваль. Оргриммар в данный момент не был приоритетным, поскольку здесь не было никого, кто называл бы этот город своим домом, а появляться в столице Орды без предупреждения, когда большинство присутствующих принадлежат к расам, союзным Альянсу, было бы неосмотрительно. Вспышка магии вернула ее внимание к Гарри. Защитный камень этого здания был почти полностью заряжен, и магическая защита заметно активизировалась. Через несколько мгновений Гарри встал, устало улыбнулся ей и прошептал на ухо секрет местонахождения. Комната, которая на мгновение исчезла из поля ее зрения, снова предстала перед ней. Чем дольше она оставалась с Гарри, тем больше Ониксия чувствовала, что тот день в ее старом Логове был, возможно, самым важным днем в ее жизни. Теперь у ее Стаи было возможное будущее, не связанное с исполнением прихотей ее безумного отца. Чем дольше она работала с Исондрой и Ночными эльфами, тем больше убеждалась, что они, возможно, идеальные союзники, которые помогут ей в достижении ее амбиций. Но Ониксия была честна с собой, что она могла позволить себе лишь иногда, и знала, что это было нечто большее, чем эгоистичное желание. Гарри, а также причудливый и уникальный состав остальных членов группы, чем дольше она оставалась с этой разношерстной командой, давали Ониксии то, чего у нее не было уже давно, если вообще когда-либо было. Будучи драконом и частью полета, она по своей природе была существом общинным. Она жаждала быть частью социальной группы. Однако в Стае Черных Драконов ей всегда приходилось вести постоянную борьбу за свое положение с безумным отцом, самовлюбленным братом и психованной матерью, в то время как младшие и менее сильные драконы боролись за признание и убивали друг друга при малейшей провокации, если считали, что это улучшит их положение. В этой группе все было по-другому. Здесь не было междоусобиц или желания соревноваться с другими членами группы. Была некоторая первоначальная неловкость, когда каждый пытался найти свою роль, но потом понял, что нет необходимости бороться за место. Так было со всеми, кроме Джессир, которая никогда не казалась неловкой, хотя Ониксия объясняла это скорее отсутствием стыда, чем чем-то еще. К тому же, ночная эльфийка, похоже, была самой большой сторонницей того, чтобы рядом с Гарри было больше женщин. Вспоминая те первые дни после того, как они покинули ее недавно созданный инкубатор, Ониксия поняла, что невозможно объяснить ту скорость, с которой ей удалось влиться в уже сложившуюся группу, как будто она всегда принадлежала к ней. Более того, группа приняла ее, несмотря на то, что она была одним из самых печально известных и порицаемых имен в Азероте, особенно среди людей. В конце концов, она только что сбежала от последствий довольно гнусного заговора в Штормграде, когда присоединилась к группе, и все это знали. Ониксия внутренне фыркнула. Однако теперь она уже не была даже самым маловероятным и печально известным членом группы. Эта честь принадлежала Сильване Ветрокрылой, Темной Леди, бывшей Королеве Баньши Отреченных, которую даже Ониксия считала достаточно опасной, чтобы ее опасаться. Эта женщина приказала уничтожить десятки тысяч еще живых людей в Лордероне, а все потому, что не хотела даже рисковать тем, что они отвернутся от нее. Но после некоторой первоначальной неловкости даже Сильвана комфортно вписалась в группу, хотя Ониксия не была уверена, что бывший лидер Отреченных вообще осознает это. Она по-прежнему тяготела в основном к двум другим неживым членам группы. Но каждый день появлялись признаки того, что она теряет бдительность и доверяет другим членам группы. Ониксия легко признала, что Гарри, скорее всего, был главной причиной, поскольку именно он отказывался судить о людях с первого взгляда, и его абсолютная приверженность относиться ко всем одинаково. Он не судил никого по расе или даже репутации. Важны были только их поступки и намерения. Он относился к драконам и драконьим родам с уважением. Он был справедлив и честен с руководством Орды, вражеской фракции людей. И он был сострадателен и добр к членам Отреченных. Не было никакого осуждения со стороны других членов группы или между ними. Они позволяли Сильване быть самой собой, если она оказывала такое же уважение остальным. Точно так же остальные относились к Ониксии, когда она присоединилась к ним. От стоической Дисидры, до более эмоционально хрупкой Арко, и даже недавно освобожденная Исондра из Изумрудного Сна, они, казалось, просто слились и работали. И катализатором был Гарри. Она даже не могла думать о Гарри как о человеке. Он определенно отличался от всех людей, которых она когда-либо встречала, не только силой или бессмертием, по словам Джессир. Хотя Ониксия не сомневалась в этом, поскольку Элуна подтвердила это в их присутствии. Дело было также в его характере и отношении. У него не было никаких предубеждений, кроме ненависти к демонам и злу в целом. И чем дольше она находилась рядом с ним, тем больше узнавала о простой, но очень эффективной магии его мира и о том, как она может помочь будущему ее Стаи. Она еще раз поразилась последовательности событий, которые привели ее к наблюдению и изучению заклинаний на ее глазах, и последовала за Гарри, когда он медленно подошел к одному из последних зданий, которые еще оставалось защитить, прежде чем группа сможет полностью расслабиться в своем новом доме. -o0o0o- Гарри вздохнул и громко хрустнул спиной, разминая ноющие мышцы. Он только что закончил вырезать последние дополнительные руны к последней Руне порталов, необходимой для обеспечения транспортировки в различные места Азерота, которые часто посещала его группа. Когда он обнаружил, что заклинание, позволяющее разделить пространство и время для создания портала, нужно всего лишь направить через определенную руну, он был вне себя от радости. Тот факт, что руна была постоянной и не менялась, несмотря на местоположение, решал многие из текущих проблем, стоявших перед его долгосрочными планами. Единственное, что менялось в каждом портале, — это концентрация внимания мастера, когда целью было новое место или царство, а также небольшие изменения в заклинании. Последний портал, который он создал здесь, был тем, над которым он работал больше всего, чтобы понять основную теорию. Этот портал соединял его с городом Шаттрат, разрушенным местом поклонения дренеев, которое теперь было занято Альянсом и Ордой в качестве нейтральной территории, поскольку их армии постепенно занимали стратегические позиции, чтобы покончить с присутствием Скверны, которое было широко распространено в Запределье. Он вспомнил, как впервые прошел через портал, созданный Отреченным магом, которому было поручено обучить его порталам, и попал в Шаттрат. Город был старым, и в нем чувствовалось присутствие, не похожее почти ни на что, что он ощущал раньше. Наару, разумные существа, владеющие священной магией, поддерживали мир, а помогали им жрецы-воины Дренеи и Эльфы Крови, которые, очевидно, дезертировали со службы Каэл’таса после того, как им приказали разграбить город. Наару, казалось, способствовали небольшим чудесам сотрудничества между различными фракциями, которые были неслыханны за пределами собственной группы Гарри. Однако нынешний мир в городе не мог преодолеть тень смерти, которая лежала на древних святых землях. Он не забыл, что именно здесь когда-то давно жила Кудрия со своей семьей, и что орки Маннорота, наделенные демонической силой, уничтожили почти всех жителей города, вплоть до самых маленьких детей. Разграбление Шаттрата стало ступенькой для Демонической Орды, поскольку они готовили свою версию Темного Портала, чтобы обеспечить транзит своих сил в Азерот. Самым неприятным моментом, который, казалось, не замечали почти все, и о котором говорили только шепотом, пока Гарри был на Дреноре, был тот факт, что путь, ведущий к Темному Порталу Дренора, известный как Лестница Судьбы, дорога длиной в десятки миль, был сделан не из кирпича и раствора, а из костей и раствора. Эта Дорога Судьбы была построена на костях сотен тысяч Дренеев, которые были впечатаны в землю и, как высшее оскорбление, попирались каждый раз, когда Демонические Орки шли на войну. Даже сейчас, почти полвека спустя, большая часть разрушений от уничтожения города все еще была хорошо видна, а сам город был бледной тенью некогда величественных хрустальных шпилей, которые Гарри видел на картинах. Больше не было хрустальных шпилей, которые возвышались в небесах над городом. Вместо них стояли бесформенные обвалившиеся столбы и здания, давно заброшенные в пользу ремонта более ценных в стратегическом отношении сооружений. Он также прекрасно знал, что в двух-трех неделях пути к северу от Шаттрата лежит чудовищный Гронн по имени Груул, который уничтожил гильдию Дисидры почти до последнего человека, оставив ее единственной выжившей. Но даже эти мрачные события не смогли притупить энтузиазм Гарри. Гарри теперь, вероятно, был первым человеком с Земли, ступившим на три разные планеты. Даже астронавты могли утверждать, что побывали только на двух разных мирах, и это включая земную луну, которая была безжизненной скалой. Этим аспектом он гордился больше всего. Он создал постоянный внепространственный портал. Это означало, что теперь он мог начать работу над тем, что хотел сделать уже давно. Сделать портал в свое убежище на Земле. Вся эта затея была сопряжена с определенным риском. Всегда оставался небольшой шанс, что магия портала не сработает должным образом, когда он прибудет на место, и у него не будет возможности вернуться, или что возникнут сложности с созданием портала в эту комнату в Азшаре, и он окажется в другом месте. Он послал Патронуса Джессир и проверил свои вещи и запасы. В сундуке у него было более четырехсот Рун порталов. Если ничего другого не останется, у него будет много возможностей попытаться вернуться в Азшару. У него также была свежая еда и другие припасы на случай, если он не сможет сразу создать портал. Наконец, в качестве последней экстренной меры, у него был рунический диск под названием «Очаг», который Сильвана рекомендовала ему всегда носить с собой при попытках межпространственных путешествий. В случае неудачи он мог бы использовать Сердечный камень, чтобы вернуться обратно в Азшару. Девушки медленно начали входить в комнату. Джессир еще раз проверила свои вещи, ведь именно она организовала большую часть того, что он приобрел специально для этого путешествия. Когда она проверила последнюю коробку, которая была быстро уменьшена Гарри, она показала ему большой палец вверх и быстро поцеловала в щеку. -Если ты не вернешься в течение часа, мы отправимся в Подгород и поручим колдуну призвать тебя обратно в этот мир, — сказала Сильвана. -Понял, — ответил он, прежде чем оскалиться в однобокой ухмылке. — Увидимся через некоторое время. Он повернулся лицом к нише в здании, которое он выделил специально для портала обратно на Землю. Вокруг него стоял одинокий Фиделиус, так что даже если бы союзник получил доступ на этот уровень Храма, он все равно не смог бы отправиться на Землю, если бы ему не был специально предоставлен доступ к секрету, защищающему портал. Он шагнул вперед и положил руку на выгравированную в земле руну, которая должна была постоянно питать портал, который он собирался открыть. У него была подходящая руна, заранее изготовленная и помещенная в уменьшенный сундук, которую он собирался использовать по прибытии, чтобы быстро установить способ возвращения. Его мысли стали сосредотачиваться на том, что нужно сделать, чтобы открыть портал через царства обратно в родной мир. Он представил себе место, куда хотел отправиться, так как это место уже давно засело в его сознании. Он сожалел, что не смог посетить это место с тех пор, как пришел в Азерот, и теперь у него появилась возможность посетить его снова. Дым начал собираться в слабый круг, вертикально лежащий на земле на уровне пояса, а затем вспыхнула искра магии, похожая на молнию в густых облаках, и возник портал. На долю секунды все вокруг стало темным и неопределенным, и вдруг перед глазами всех, кто мог видеть, возникло огромное дерево. Под его кронами раскинулся ухоженный сад, а под ним стояли две мраморные статуи ангелов, окруженные цветами. Могилы Сьюзен Боунс и Нимфадоры Тонкс. Он оглянулся на своих друзей и возлюбленных, стоявших позади него, улыбнулся и шагнул через разрыв во времени и пространстве. -o0o0o- Путешествие обратно на Землю через Магический Портал было совсем не похоже на тот способ, который так жестоко оторвал его от нее изначально. Его появление на другой стороне было почти мгновенным после входа. Он легко опустился на ухоженную лужайку и глубоко вдохнул давно знакомый свежий океанский воздух. Ограждения, защищавшие участок, были мгновенно узнаваемы, и он улыбнулся, когда это подтвердило, что он, без сомнения, снова на Земле. Он уже собирался повернуться, чтобы направиться к месту, которое, по его мнению, лучше всего подходит для портала обратно в Азерот, как вдруг раздалась дюжина резких хлопков, и он почти мгновенно оказался под ударом множества маленьких зелёных тел, ударившихся о его голени и икры. -Великий Гарри Поттер вернулся! — прокричал слишком знакомый голос домового эльфа Добби. Эльфы заговорили тарабарскими голосами, их радость при виде Гарри превзошла их способность чувствовать, что он не понимает ничего из того, что они говорят. Гарри стоял добрых десять секунд, наслаждаясь комфортом своих друзей, прежде чем поднял руку, призывая их к тишине. -Я сообщу вам всем, где я был, через мгновение, но сейчас я должен установить портал обратно в мир, куда я был перенесен. Там есть те, кто беспокоится обо мне, и я собираюсь привести их сюда», — сказал он, прежде чем стряхнуть нескольких младших эльфов, которые все еще цеплялись за его ноги. Гарри бросил лишь один быстрый тоскливый взгляд на могилы своих бывших возлюбленных, после чего покачал головой и неохотно направился к дому. Позже у него будет время навестить их, когда у него будет время сделать это как следует. Он направился к дому и медленно спустился в подвал. Под безобидным на первый взгляд домиком из трех комнат был спрятан целый комплекс. Он почувствовал, как проходит через множество скованных цепями чар Фиделиуса, все из которых находились под еще более крупными, охватывающими весь дом. Взаимосвязанные чары должны были стать последней надежной гаванью, где он теоретически мог бы провести годы, если не десятилетия, скрываясь от правосудия, пока Волшебный мир будет разбираться с его «законным арестом, который пошел не по плану». Его первым пунктом назначения был камень главного стража. Ему нужно было отключить боевую защиту от драконов, а также снять защиту от проникновения инфери. Ни то, ни другое не было нападением, которое могло произойти в ближайшее время, и он не хотел рисковать, чтобы варды нацелились на Ониксию, Исондру или трех Отреченных. После отключения специальных защит он прошел в одну из внешних комнат подземного комплекса. Это была кладовая, которую еще не успели ничем заполнить. Первоначально он планировал изучать эзотерические искусства, такие как чары и их влияние на другие магические искусства, такие как зельеварение, алхимия и техномантия. В своих исследованиях он лишь слегка прикоснулся к поверхности, и пустые комнаты, подобные этой, по мере развития его исследований становились рабочими кабинетами и лабораториями. Сейчас это было идеальное место для создания портала в Азерот. Он опустился на колено и поместил руну портала в дальнем углу комнаты. Он даже достал кристалл Нексуса, чтобы придать порталу дополнительную силу, который Кудрия добыла, когда извлекала и ослабляла магию из одного из бесполезных предметов, взятых ими из различных разграбленных орд и тайников. Он отступил назад и повторил процесс, проделанный им на Азероте. Возник знакомый вихрь, и вдруг перед ним открылся портал с видом на комнату на Азероте с высоты птичьего полета. -Добби?» — произнес он вслух. Эльф появился рядом с ним и задохнулся от увиденного: -Хозяин Гарри создает порталы, как это делают демоны? -Нет, Добби», — покачал он головой. — Я научился этому в другом мире, и это мой способ путешествовать туда и обратно между этим и тем миром. Скоро я приведу оттуда своих друзей. Прикажи эльфам подготовиться к…» Он мысленно подсчитал, сколько женщин ожидает его на Азероте, и немного удивился, когда подумал об этом: — Девять женщин должны прибыть. Скажи всем, чтобы не боялись их. Некоторые из них выглядят и, скорее всего, будут казаться очень опасными. Но для нас все они совершенно безопасны, хорошо?» Добби с энтузиазмом кивнул: — Добби доверяет Великому Мастеру Гарри Поттеру и будет делать то, что ему говорят. — Эльф выскочил прочь без лишних слов, оставив Гарри качать головой над выходкой своего друга. Он встал лицом к созданному им порталу и глубоко вздохнул. Технически, эта часть должна быть самой легкой. Он уже продемонстрировал свою способность создавать порталы в Азерот, находясь на планете Дренор, и фактически ни разу не потерпел неудачу. Но страх потеряться где-нибудь в Крутящихся пустотах все еще не покидал его разум. Он переступил порог, но тут его быстро обняла Арко. — С возвращением, — прошептала она, прежде чем поцеловать его. -На другой стороне все в порядке, — радостно объявил он. — Готовы посетить Землю? Никто из них не колебался. Арко вбежала в портал, как дошкольник, наевшийся сахара. Остальные прошли с нетерпением, но в гораздо более спокойном темпе. Гарри прошел последним, и втайне порадовался, что не возникло никаких проблем с обширными защитами. В его сознании был небольшой, но очень ощутимый страх, что заслоны, которые он создал с помощью гоблинов, могут навредить его нечеловеческим возлюбленным и друзьям. Через несколько мгновений после того, как он переступил порог, снова появились домовые эльфы. Не успели они поприветствовать друг друга, как все дружно запаниковали при виде Ониксии, которая ничуть не помогла ситуации, оскалив клыкастую улыбку на испуганных маленьких существ. — Хватит, — крикнул Гарри, и все домовые эльфы мгновенно замолчали и уставились на Гарри, хотя все они время от времени бросали взгляды на Ониксию, а затем и на Исондру. — Я не рассказал вам всем, что со мной произошло, когда я прибыл несколько минут назад, но я бы никогда не привел сюда того, кто желал бы вам зла. Позвольте мне объяснить, что произошло с тех пор, как я видел вас в последний раз…», — спокойно продолжил он, а затем вкратце объяснил своим слугам и друзьям, как он оказался на Азероте, в мире, который уже более десяти тысячелетий сражается с приспешниками Легиона. Гарри знал, что мог бы просто приказать домовым эльфам смириться с их присутствием, но всегда делал все возможное, чтобы объяснить обстоятельства робким существам. Он не знал, удастся ли ему когда-нибудь сделать так, чтобы они отвыкли от необходимости быть связанными с волшебниками, но он знал, что первые шаги были сделаны, поскольку он относился к ним так же, как и к любому другому существу, которое встречал. — Теперь я понимаю, что Ониксия и Исондра — драконы, и они обе пугают вас всех. Я также понимаю, что недуг Сильваны, Ани и Колетт заставляет вас чувствовать себя неловко. Вы в полной безопасности рядом с ними, и я ожидаю, что вы все будете относиться к ним как к почетным гостям. И вообще, относитесь к любой их просьбе так, будто она исходит от меня». Все эльфы кивали головами, а потом разошлись по комнатам, чтобы продолжить подготовку различных помещений к приему гостей. Когда большая группа ушла, он повернулся к гостям в своем доме. -Сожалею об этом. Их раса была порабощена давным-давно волшебниками этого мира. Изначально они были импами хаоса, призванными из другого измерения, чтобы сражаться на стороне Темного Властелина. Когда он был побежден, импы остались. Кто-то в то время посчитал неправильным просто убить их всех, но они все еще были невероятно опасны, поэтому было наложено проклятие, заставляющее их служить волшебникам и зависеть от нашей магии, отсюда и то, что вы видите сейчас. Он получил несколько кивков, в то время как остальные, казалось, даже не обратили внимания. Среди них была Арко, которая взволнованно спросила: — Так это Земля, да? Это место так похоже на Внеземелье. Гарри кивнул: — Это всего лишь одно место на Земле. Добби? Добби мгновенно появился снова: — Да, хозяин Гарри? — Не мог бы ты принести нам карту Земли? Я хочу показать всем, где мы находимся. Эльф выскочил и почти мгновенно вернулся с большой свернутой картой. Гарри наколдовал стол, расстелил карту и указал на юго-запад Соединенных Штатов. -Вот где мы сейчас находимся. Не так далеко от Тихого океана. Изначально я вырос здесь, — и Гарри проследил свой путь до Англии, — в Англии. Отсюда до Англии чуть больше 5 000 миль. В принципе, это расстояние между Оргриммаром и Подгородом. Он повернулся к Арко: — На Земле повсюду есть среда, подобная Азероту. Пустыни, тропические леса, болота и трясины. Единственное, чего у нас нет, так это огромных магических лесов, таких как Фералас или Ашенвейл. На Земле просто не хватает окружающей магии, чтобы поддерживать подобное, и, вероятно, поэтому Легион никогда не заботился о завоевании нас так же сильно, как Азерота». Карта была взята и передана обратно Добби, а стол исчез: — Как насчет того, чтобы показать вам все вокруг? С их одобрения Гарри провел импровизированную экскурсию по комплексу. Все, казалось, все еще были немного взволнованы тем, что оказались в новом мире, за исключением Дисидры и Кудрии, которые могли заявить, что Земля была их третьей посещенной планетой. Все остальные могли считать Землю вторым миром, на который они ступили, ведь каждый из них никогда ранее не покидал Азерот. После завершения экскурсии Гарри был немного шокирован тем, что библиотека привлекла внимание каждого из них, хотя, наверное, ему не стоило удивляться после того, как он заметил, что они сидят и отдыхают не меньше, чем читают. Прошло несколько тяжелых недель, когда они сражались и находились в состоянии постоянной боевой готовности, пока возводились варды для защиты их дома в Азшаре, а также ремонтировали и организовывали новые здания. Дисидра сразу же потерялась для них, когда начала бродить по окрестностям с блаженной улыбкой на лице. Переводческие чары Гарри позволили ей читать все, что она видела, и она тут же устроилась в удобном кресле с полудюжиной книг на самые разные темы, разложенных на соседнем столе. Колетт, напротив, пришла в восторг, увидев небольшую коллекцию по магии теней. Здесь были все свитки, фолианты и кодексы, которые он когда-либо находил, а также его личные заметки и наблюдения. Это были лиги, превосходящие то, с чем она лично сталкивалась с тех пор, как обрела власть над Пустотой после своей смерти. Аню и Сильвану привлекли несколько томов по зачарованию с помощью рун. Гарри все еще не закончил зачаровывать доспехи Сильваны, а Аня продолжала выражать желание укрепить и свои, хотя эти просьбы обычно формулировались так, чтобы заставить Гарри покраснеть как можно сильнее. Арко тоже было очень интересно посмотреть на это, так как здесь были найдены оригинальные планы Гарри для его меча и доспехов. Исондра и Ониксия были теми двумя, кто не знал, куда обратиться. Обе были крайне заинтересованы в знаниях о драконах Земли, но обе также были крайне голодны. Эльфы каким-то образом сумели собрать небольшое стадо коров, чтобы два дракона могли полакомиться ими на свежем воздухе, а позже обеих можно было найти дремлющими после еды на удобных диванах в одной из Больших комнат. Кудрия довольствовалась тем, что следовала за Гарри, и просто задавала вопросы о многих предметах, разбросанных по комнате. Многие из них были из его хранилищ, и хотя в свое время он выбрал их, чтобы они послужили хорошим украшением комнаты, он мало знал об истории многих из них. Он сидел среди них, довольный тем, что находится в безопасном месте, которое считал одним из своих «домов». Каждая девушка здесь полностью расслабилась. Количество «тайных секретов» Фиделиуса, которые им пришлось прочитать, чтобы попасть в комплекс, вбило в них тот простой факт, что здесь они в полной безопасности. Надеюсь, что база в Азшаре когда-нибудь будет иметь такое же ощущение домашнего уюта, как эта библиотека. -o0o0o- Ужин подали эльфы, и крошечные существа постарались на славу, поскольку впервые за почти год им удалось угостить Гарри. Гарри пытался следить за временем, но часто терпел неудачу, поскольку они так легко перемещались между континентами, а смена времен года была не такой суровой и не так легко отслеживалась, как на Земле. Когда ужин закончился, девушки разошлись по своим комнатам или продолжили исследовать дом. Гарри, напротив, выскользнул на улицу. Солнце село, и единственное, что освещало близлежащий сад, куда незаметно выходил портал из Азерота, — это различные магические огни, заключенные в богато украшенные шкатулки, которые висели на ветвях большого дерева, доминировавшего во дворе. Невидимые днем, они появлялись и излучали свой мерцающий свет только после захода солнца. Он медленно подошел к дереву, где покоились его бывшие любовницы и будущие жены. На каждой могиле был изображен ангел. Их упокоили в центре небольшого, но безупречного сада, над которым нависало очаровательное вечно цветущее вишневое дерево, отбрасывая тень на ангелов. Обе могилы были в первозданном состоянии. Не было ни листьев, ни зарослей травы, а статуи и надписи выглядели так же блестяще, как в день их создания. Очевидно, домовые эльфы неустанно следили за внешним видом этого места. На каждой могиле лежал один букет цветов. Оба букета были зачарованы на то, чтобы не завяли и не погибли, и были положены сюда Гарри за три года до этого. Его взгляд упал на могилу слева. Это была могила Сьюзен Боунс, а у основания ангела стоял богато украшенный букет тигровых лилий. Тигровые лилии были яркого оранжево-красного цвета, и Гарри показалось, что они всегда были бледной имитацией яркого цвета волос Сьюзен. Сьюзен была первой девушкой Гарри и одной из немногих, кто поддерживал с ним связь после его исчезновения из Хогвартса. Между ними завязалась дружба, а затем сначала через письма, а потом и визиты они установили отношения. Время требовало, чтобы их статус оставался в секрете, хотя это был секрет, который тетя Сьюзен Амелия беспрекословно поддерживала, несмотря на то, что говорила о нем волшебная общественность. Она была частью того светлого пятна, которое поддерживало Гарри. Гарри вспомнил, каким молодым и наивным он был в то время. Они оба говорили о браке и детях после того, как Волдеморт будет окончательно побежден. Сьюзен знала, что Гарри должен был сделать, и приняла это. Конечно, Волдеморт все разрушил. Сьюзен была дома со своей тетей Амелией, когда Волдеморт напал на поместье Боунс. Амелия медленно и тихо подрывала поддержку Темного Лорда в Министерстве, что означало, что в конце концов она привлекла все внимание Волдеморта. Волдеморт привлек на помощь все свои силы, и у Сьюзен и ее тети не было ни единого шанса. Гарри был совершенно раздавлен, когда узнал об этом. Единственным утешением для него было то, что они пали в бою, судя по состоянию здания на момент прибытия Гарри. Три недели спустя он в отместку казнил треть Визенгамота на печально известном собрании, которое одновременно оттолкнуло и очернило его как со светлой, так и с темной политической стороны. Это был темный период для него. Он перевел взгляд вправо, на могилу человека, который помог ему выбраться из этого мрачного периода. У основания ангела стояла хрустальная ваза, наполненная тюльпанами. Тюльпаны были светло-розового цвета, очень похожего на цвет, которым Тонкс так часто любила подкрашивать свои волосы. Эти цветы были ее любимыми. Гарри познакомился с Нимфадорой Тонкс, когда помогал международной коалиции, объединившейся против Темного Лорда, когда они пытались загнать Волдеморта в угол во время одной из своих более успешных кампаний. К тому моменту Гарри уже завоевал репутацию опасного и могущественного волшебника. Она была одной из немногих, кто захотел с ним поговорить, несмотря на эту репутацию и его статус «военного преступника» в Британии. У них завязалась дружба, которая переросла в своего рода партнерство, когда Волдеморт выпустил на мир Пылающий Легион. Хотя Гарри был более сильным из них двоих, она всегда могла держать себя в руках. Она настояла на том, чтобы все, кроме Гарри, называли ее Тонкс. Гарри с самого начала называл ее Ним, что она позволяла, но никогда не объясняла почему. Она погибла во время обычного нападения на аванпост демонов. В один момент он обернулся, чтобы передать приказ, и в следующее мгновение она упала замертво. Гарри сразу же понял, что его предали дружественному огню, поскольку на ней не было ни одной метки. Билл Уизли казнил ее по приказу Дамблдора. Видимо, Гарри извратил её и сделал тёмной, потому что она открыто нарушила его приказ оглушить Гарри в тот момент, когда он этого не ожидал, и сдать его на милость Дамблдора. Выяснение виновника не заняло много времени, так как только один человек в его штурмовом подразделении, кроме Тонкс, был из Британии, и только один бежал из битвы. Биллу потребовалось очень… очень много времени, чтобы умереть, и это было разрешено только после того, как Гарри вырвал все секреты из его разума. Затем он перенес голову Билла с неизменной надписью «Наступает расплата Темного Лорда Дамблдора» обратно в полуразрушенный дом Уизли, настроив ее так, чтобы она появлялась из тени, когда в доме присутствовали четверо или больше Уизли вместе с бывшим директором. Гарри уже почти решил сровнять Хогвартс с землей. Но война с демонами взяла верх. К сожалению, конечно, после этого тактика Гарри стала казаться совсем не милой. После ее потери он вел войну с демонами в одиночку до такой степени, что в Пылающем Легионе шептались о его действиях, хотя никогда не знали его имени. Массы Легиона просто стали называть Гарри «Он», вызывая в своих рядах ту же реакцию, которую Волдеморт часто вызывал в Великобритании. Легкий ветерок пронесся над местностью, когда он вынырнул из своих воспоминаний. Гарри тихо опустился на колени перед двумя ангелами. — Простите, что не навещал вас в последнее время. Я… был занят. — Голос Гарри был немного хриплым, когда он обращался к статуям, которые смотрели на него сверху вниз. Словно прорвав плотину, Гарри начал говорить, тихо рассказывая двум статуям о том, что происходило, разговаривая с ними так, словно они были его потерянными возлюбленными. После долгого рассказа о своих действиях с момента последнего визита Гарри вернулся назад и начал подробно рассказывать о людях, которых он встретил, и, в частности, о группе, которая в данный момент находилась в его доме. Гарри был настолько поглощен своим односторонним разговором, что не заметил почти бесшумных шагов, которые раздавались прямо за его спиной, пока он говорил. — Я… пытаюсь продолжать жить своей жизнью… как я и обещал вам обоим, если что-то случится. Я создаю семью. Странную семью… но семью. — Гарри продолжал говорить тихо, не обращая внимания на присутствие бледноволосого эльфа с красными глазами, который молча наблюдал за ним. — Конечно, я уверен, что вы обе будете шокированы тем, как эта группа началась с моего «спасения людей». Я спас Арко, когда она была заточена в оплоте демонов, а Кудрия была просто одиночкой, ищущей уверенности. Гарри посмотрел на могилу Ним, и на его лице появилась грустная улыбка: — Тебе бы понравилась Джессир, Ним. Думаю, она даже смогла бы заставить тебя покраснеть. А Аня… ну, у нее есть чувство юмора, и, Мерлин, эта девушка заставляет меня смеяться. Она доводит Сильвану до бешенства, но я не могу представить человека, более преданного кому-либо, чем Аня. Она пойдет в ад и обратно с улыбкой на лице, если это означает, что в конце концов это поможет Сильване. Гарри повернул голову в сторону могилы Сьюзен. «Думаю, мне придется позаботиться о том, чтобы вас с Дисидрой кормили, если вы вместе забредете в библиотеку, Сьюзен, потому что я сомневаюсь, что вы будете выходить оттуда несколько дней. Она любит историю так же, как и ты… любила…» Голос Гарри прервался всего на мгновение, прежде чем он продолжил. — Ониксия, вероятно, самый… Слизеринский человек, которого ты когда-либо встречала. Ну… она и Исондра обе действительно такие, но они драконы, так что, думаю, это не удивительно. Но Ониксия выходит на совершенно другой уровень. Она, должно быть, самый хитрый человек, которого я когда-либо встречал. — Сильвана… — Гарри сделал паузу на мгновение, прежде чем его голос снова стал густым: — Сильвана воплощает в себе одну черту, которую, как мне кажется, вы обе разделяете больше, чем любую другую… — Гарри сделал паузу, а затем его голос стал язвительным, когда он обратился к статуе Ним, почти слыша ее ухмыляющийся голос: — Нет, не это, я говорю не о физическом! Голос Гарри снова стал более торжественным: — Я понимаю ее на некоторых уровнях. Ее жизнь была испорчена и буквально отнята у нее, и только благодаря случайности она выбралась из-под власти того, кто контролировал само ее существо. Звучит знакомо? Гарри слегка покачал головой: — Но в отличие от меня, она собрала свой народ и благодаря решимости и умению сумела найти место, где они смогли выжить, несмотря на почти всеобщее порицание. Силой своей воли она удержала свой народ от вымирания и помогла дать ему надежду. Гарри склонил голову: — Она намного сильнее меня. Как и вы обе. Гарри снова сделал паузу. Он нечасто бывал таким эмоциональным, но благодаря двум девушкам, покоившимся в могилах перед ним, он понял, что если никогда не давать волю эмоциям, то это первый шаг к срыву. Гарри уже собирался продолжить, когда сзади раздался сухой голос, заставивший его слегка вздрогнуть от неожиданности. — Ты… действительно так меня воспринимаешь? Гарри мгновение не отвечал, а затем спросил нейтральным тоном: — Как много ты услышала? — Он повернул голову, чтобы краем глаза увидеть Сильваны. Во время разговора он соскочил с колен и сел на землю, скрестив ноги перед собой. Она не ответила, но медленно подошла, осмотрела две статуи, а затем с естественной грацией села рядом с ним. На несколько мгновений воцарилась тишина, прежде чем она повернулась к двум статуям. Он смотрел, как она смотрит на него своими пунцовыми глазами. Гарри снова поразился тому, что эти глаза казались такими выразительными и в то же время оценивающими. — Я услышала достаточно. Ты действительно так меня воспринимаешь? — Сильвана снова спросила, ее голос был довольно настойчивым, таким тоном, которого Гарри никогда раньше не слышал. Гарри слегка нахмурился, недоумевая, почему его лепет, произнесенный несколько минут назад, был так важен: — Я… да. Ты невероятно волевая, и, несмотря на то, во что ты, возможно, веришь, Отреченные не зря называют тебя спасительницей своего народа. Сильвана пристально смотрела на Гарри, ее тон был почти вызывающим: — Мое собственное высокомерие и глупость чуть не привели к гибели моего народа от рук демона. Гарри слегка нахмурился: — Ты сделала лучшее из плохой ситуации. Да, ты совершила несколько ошибок. Это просто означает, что ты не идеальна. Как и все остальные. Ты несла факел, который позволил твоему народу выжить, когда никто другой этого не делал… когда никто другой не мог. Сильвана несколько мгновений смотрела в глаза Гарри, затем наклонилась вперед и прижалась губами к его губам, очень легко. Ее прохладная плоть не оттолкнула Гарри, и после секундного удивления он ответил на поцелуй. Он не был долгим или глубоким, но был полон обещаний. Она разорвала поцелуй, и на ее лице появилась застенчивая улыбка, а затем она повернулась и посмотрела на статуи, приходя в себя. Гарри понял, что в этот момент Сильвана, вероятно, была более уязвима, чем когда-либо за очень долгое время. Хотя, когда ее голос вернулся, он был по-прежнему мягким и обеспокоенным: — Мой другой вопрос остается в силе. Ты действительно видишь себя таким? Гарри слегка нахмурился, а затем посмотрел вниз на цветы на могилах перед ним. — Да. В голосе Сильваны не было ни осуждения, ни мгновенного протеста, ее тон был спокойным и любопытным. — Почему? Гарри немного сдвинулся с места, не ответив сразу. Его изумрудные глаза буравили Сильвану, пока он обдумывал, чем поделиться, чего он не говорил никому. — Потому что я боюсь с ними разговаривать. На лице Сильваны появилось выражение недоумения, а затем она изогнула бровь в ожидании дальнейших объяснений. Гарри слегка вздохнул, оглядывая могилы. Подтянув колени к груди, он снова осмотрел их. — У меня есть артефакт, точнее, кольцо, которое позволяет мне вызывать духов тех, кто умер и ушел из жизни. Глаза Сильваны расширились от удивления на несколько секунд, а затем вернулись к более спокойному выражению. — Ты можешь вызывать и… говорить с мертвыми, даже если они уже умерли? Гарри слегка кивнул: — Это опасно, потому что есть искушение потерять себя в людях, которых ты потерял. Я воспользовался этим только один раз, после смерти Сьюзен. Мне нужно было узнать, всех ли Пожирателей смерти, виновных в ее смерти, я поймал. С тех пор я никогда этого не делал. Сильвана глубокомысленно нахмурилась: — Это причиняет тебе боль… физическую или боль тем, с кем ты говоришь, когда используешь это? Гарри слегка нахмурился в ответ, прежде чем понял, что, возможно, есть кто-то, с кем Сильвана хотела бы поговорить. — Нет, это не вредит ни мне, ни им, пока я не задерживаю их в этом царстве слишком долго. По крайней мере, насколько я знаю. Но это опасный артефакт, поэтому я использовала его лишь однажды, по необходимости. Ее выражение лица и взгляд стали твердыми. — Тогда вызови их. — Увидев, что Гарри нахмурился в ответ, она продолжила. — Вызови их здесь. Ты разговариваешь с неотзывчивыми камнями, когда ты мог бы поговорить с ними. Хотя бы ненадолго. Гарри нахмурился, инстинктивно подтянул ноги к груди и на мгновение закрыл глаза. — А что, если они меня возненавидят? Я подвел их обеих. — Если они тебя ненавидят, значит, они тебя ненавидят, и, по крайней мере, это лучше, чем не знать и гадать. — Голос Сильваны был бесстрастен, в нем было все, как у королевы банши, но затем он снова смягчился. — Ты просто рассказал двум камням о… семье, которую ты создаешь. Если бы мы действительно так хорошо ладили, если бы у нас действительно было сходство, как ты описывал, я не думаю, что они могли бы тебя ненавидеть. Гарри молчал, и молчание затянулось на несколько минут. Сильвана была терпелива и ничего не говорила, просто внимательно наблюдая за ним. Наконец она произнесла очень мягким голосом: плечи Гарри опустились, и он закрыл глаза. Затем он снова выпрямился, как бы укрепляя себя для того, что должно произойти, и тихо сказал: — Добби. Раздался небольшой хлопающий звук, и перед Гарри появился Добби: — Да, хозяин Гарри? — Добби, не мог бы ты принести мне Воскрешающий камень? — спросил Гарри. Это был один из немногих предметов, которые он считал очень опасными и хранил в сейфе, о котором знали только он сам и Добби, не говоря уже о том, чтобы залезть в него. Добби кивнул и убежал, а через несколько секунд вернулся, протягивая Гарри кольцо. Гарри слегка улыбнулся: — Спасибо, друг мой. — Добби подпрыгнул на фут в воздух с широкой улыбкой на лице и исчез. Гарри держал камень в руке и смотрел на него несколько мгновений, прежде чем поднял глаза и встретился взглядом с глазами Сильваны. Его лицо было спокойным, но глаза выражали множество эмоций. Сильвана коротко, но ободряюще кивнула ему. Гарри сделал глубокий и спокойный вдох, прежде чем трижды перевернуть камень в руке, и, казалось, застыл, глядя на камень в своей руке. Он почувствовал, как камень запульсировал и начал два небольших притяжения к своей магии. — Давно пора, черт возьми. Гарри и Сильвана вскинули головы и посмотрели на надгробия. Гарри вскинул голову, потому что не ожидал такого начала приветствия. Сильвана вскинула голову на внезапный голос, потому что не знала, чего ожидать от артефакта, ее внимание было приковано к камню, потому что Гарри был сосредоточен на нем, а не на окружающей их местности. Перед ними стояли две полупрозрачные фигуры. Слева стояла Сьюзен Боунс, ее руки лежали на бедрах, а на лице застыло раздраженное выражение. Рядом с ней стояла Нимфадора Тонкс, ее руки были скрещены на груди, на лице было раздраженное выражение, и обе они смотрели на Гарри. Выражение лица Гарри, казалось, померкло, когда он увидел выражение лиц двух своих мертвых возлюбленных. Глаза Сильваны сузились от гнева призрака. — Гарри Джеймс Поттер! — раздался голос Сьюзен. — Ты должен немедленно остановиться, упрямый болван. Тонкс тут же подхватила: — Если бы ты только спросил. Ты бы избавил себя от многих лет терзаний по поводу нашей смерти. Мы были на войне. Смерти случаются. Гарри поднял голову, на его лице появилось удивленное выражение, и гнев, казалось, исчез с лиц обоих призраков. Он собрался с силами и неуверенно встал, используя дерево позади себя, чтобы подтолкнуть себя вверх. — Мне жаль… Я должен был… Тонкс тут же прервала его: — Гарри, я скажу это только один раз. В наших смертях нет твоей вины. Меня убил Билл Уизли по приказу этого ублюдка Дамблдора. — Увидев краткое выражение гнева, появившееся на лице Гарри, Тонкс слегка насмешливо улыбнулась. — Не волнуйся, их «Следующее великое приключение» совсем не такое веселое, как думал Альбус. Они оба сейчас получают все, что заслужили, и это вряд ли изменится в ближайшее время. Сьюзен кивнула: — Наказание Дамблдора ничуть не хуже, чем наказание Риддла. И Волдеморт и его Пожиратели смерти были ответственны за мою смерть. Ты не имеешь к этому никакого отношения. Буквально. Целью была моя тетя, а я была в ее поместье. Я виню ее не больше, чем тебя. Просто в прошлый раз ты не позволил мне оставаться рядом достаточно долго, чтобы рассказать тебе. Гарри тяжело вздохнул, чувствуя, как Сильвана встала рядом с ним, и кивнул, а затем открыл рот, чтобы заговорить, но его снова прервали. — Еще раз извинишься, и я клянусь, что заставлю Колина Криви вернуться и заставить его преследовать твою задницу! — перебила Сьюзен, еще больше сузив глаза. Тонкс, казалось, вздрогнула от этого: — Это, пожалуй, слишком сильно, Сьюз. Это более чем немного жутко. Гарри тоже слегка вздрогнул, но на его лице появилась очень маленькая улыбка. Несколько мгновений он молчал, прежде чем наконец ответил: — Спасибо. Вы двое были единственными светлыми пятнами в моей жизни на протяжении долгого времени. Я так… боялся, что потеряю их, если вызову вас. — Прат. — сказала Сьюзан, только на этот раз это было сказано с нежностью. — Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя. Неважно, куда ты пойдешь. Тонкс кивнула в знак согласия, а затем жестом указала на дом: — А эта новая семья, которую вы создаете? Мы одобряем. — Значит, вы слышали? — спросил Гарри, стараясь не поддаться эмоциям. Тонкс закатила глаза: — Слышала? Конечно… Гарри, я люблю тебя, милый, но ты можешь быть очень тупым. Ты же не думал, что мы не будем за тобой присматривать? Гарри удивленно моргнул, что, честно говоря, даже не пришло ему в голову. — И… ты одобряешь? Сьюзен закатила глаза и снова положила руки на бедра. — Очевидно, не все! — Прежде чем Гарри успел сморщиться от возражений, Сьюзен продолжила: — Тот трюк, когда ты забыл, что можешь аппарировать, когда за тобой гнались упыри? Мы обе хотели вправить тебе мозги за это. Хорошо, что Арко сделала это за нас. Тонкс кивнула в знак согласия: — И давай не будем забывать, что ты чуть не убил себя, уничтожая дракона-нежить. Я была готова принести Криви прямо тогда и там. В этот момент заговорила Сильвана, ее голос был спокоен: — Привет, Сьюзен, Нимфадора… — Тонкс — Призрак прервал ее раздраженным рыком. Гарри не смог сдержаться, он тихонько засмеялся, но все же достаточно громко, чтобы его было слышно: — Ты все еще не простила своих родителей за тот случай? — Простила их? Да. Хочешь, чтобы тебя называли этим ужасным именем даже в загробном мире? Никогда. — Тонкс закатила глаза, хотя выражение ее лица было довольным, что она заставила Гарри рассмеяться, прежде чем она снова повернулась к Сильване: — Но я думаю, что ты можешь называть меня Ним, раз уж ты член семьи. Сильвана наблюдала за этой игрой и слегка кивнула, на ее лице появилась короткая улыбка: — Обычно я больше не разговариваю с… бесплотными. Там, откуда я родом, это не совсем безопасное занятие в наши дни. Но вы должны знать немного больше о том, чего достиг Гарри с тех пор, как прибыл в наш мир. Она сделала паузу и, казалось, лишь на мгновение задумалась над своими словами, прежде чем продолжить, но Сьюзен подняла руку, чтобы прервать ее. — У нас есть то, что он сделал. Я не хочу вас прерывать, но Воскрешающий камень можно использовать только в течение небольшого промежутка времени, а есть еще двое, которые хотят быть здесь… и если мы не дадим им немного времени, боюсь, что один из них сделает нашу загробную жизнь неприятной. Гарри слегка нахмурился, но вдруг почувствовал еще два небольших импульса от Воскрешающего камня, и притяжение его магии стало сильнее. Гарри понимал, что в этом нет ничего опасного, если не тратить магию днями напролёт, и если бы он не был так близок к своей сути, то мог бы даже не заметить, что это происходит. Однако все это не имело никакого значения, поскольку все его внимание было сосредоточено на двух полутвердых формах, которые мерцали между Нимом и Сьюзен. Один был мужчина крепкого телосложения, в очках, с карими глазами и дикими черными волосами. У другого были яркие рыжие волосы и зеленые глаза, похожие на его собственные. Гарри знал, кто они такие, хотя, если не считать смутных воспоминаний о дементорах, которые возникали у него в детстве, он видел их лишь однажды, когда его палочка сцепилась с палочкой Волдеморта на кладбище в последний год обучения в Хогвартсе. — Мама… Папа… — Голос Гарри был полон эмоций и ни капли страха. — Гарри. — ласково сказал Джеймс Поттер, двигаясь вперед, часть его беззаботно прошла через Сьюзен. Лили Поттер была гораздо менее сдержанной, в ее глазах стояли слезы, когда она подошла ближе: — О, Гарри! Эти двое не единственные, кто смотрит. — Мы гордимся тобой, сын. — Джеймс Поттер протянул руку и положил свою полутвердую ладонь на плечо Гарри. Это было не то же самое, что физическая твердь, но Гарри чувствовал небольшой вес, но он мог ощущать вихрь эмоций, порожденных стоящим перед ним призраком. Это, казалось, прорвало плотину, сдерживавшую эмоции Гарри, все его лицо задрожало, и слезы начали бесконтрольно течь по щекам. Голос Лили присоединился к голосу Джеймса почти сразу, она протянула руку и приложила ладонь к щеке Гарри, прямо над слезами, скользящими по коже. — Твой отец прав. Никогда не сомневайся в этом. Гарри почувствовал всплеск эмоций, проходящих через ее руку, и то, что осталось от его самообладания, испарилось. Впервые за многие годы Гарри заплакал. Отсутствие самообладания Гарри повлияло и на Лили, которая крепко обняла его. Это было не то же самое, что объятия другого человека, в каком-то смысле это было меньше, потому что контакт был гораздо меньше, но в каком-то смысле это было больше, потому что он мог чувствовать эмоции духов. — Гарри, мы тебя очень любим. Тебе не нужно ничего делать, чтобы заслужить это. Ты получил это еще до своего рождения, и, надеюсь, получишь еще в далеком будущем, когда присоединишься к нам. Джеймс, казалось, не обращал внимания на отсутствие самообладания у сына. — Мы оба так гордимся тобой, Гарри. Всем, что ты сделал. Всем, чего ты достиг. Здесь и на том свете. — Он сделал паузу, затем взглянул на Сильвану и слегка усмехнулся: — И семья, которую ты создаешь… мы одобряем… Хотя твой крестный отец становится чертовски надоедливым, хвастаясь перед всеми остальными и клянясь, что ты научился всему этому у него. Гарри не смог сдержаться, ему удалось слабо рассмеяться сквозь слезы, пока он пытался вернуть себе самообладание. — Что ж, мне придется представить тебя им всем. Лили медленно гладила пальцами волосы Гарри, когда Тонкс заговорила: — Гарри, нам не стоит долго задерживаться. Лили бросила на нее немного обиженный взгляд и кивнула в знак согласия, но выражение лица Гарри было убито горем. Лили обратила свое внимание на Гарри, наблюдая за его реакцией. — Дорогой, тебе пришлось многое принять за этот вечер. Мы любим тебя, но Тонкс права. Мы не хотим, чтобы ты поддался проклятию этого камня. Гарри сделал несколько длинных вдохов, прежде чем медленно кивнуть, он знал об опасности камня, который хотел остаться с любимыми, пока он не убьет пользователя от истощения магии: — Могу ли я снова связаться с тобой? Лили улыбнулась и кивнула, — Да, конечно. Только… не слишком часто. Жизнь для живых. — Простите… Лили повернула голову, чтобы посмотреть на Сильвану, которая стояла там, почти забытая, и была более чем немного удивлена тем, что Гарри так полностью сломался, изгнав из себя неуверенность, страх и множество других эмоций за всю жизнь. Она, казалось, колебалась и нахмурилась: — Вообще-то… я не знаю ваших имен. Только то, что вы, очевидно, родители Гарри. Гарри слегка рассмеялся, немного восстановив равновесие. — Сильвана Ветрокрылая, это мои родители, Джеймс и Лили Поттер. Мама, папа, это леди Сильвана Ветрокрылая… Бывший генерал-рейнджер Кель’таласа и лидер народа Отреченных. Она… часть моей семьи. При этих словах рот Сильваны дернулся в короткой улыбке, и она посмотрела на двух призраков. — Я просто хотела сказать вам, что вы вправе гордиться своим сыном. С тех пор как он прибыл в наш мир, он… спас бесчисленное количество жизней, заключил союзы между злейшими врагами, и все это он сделал, оставаясь самим собой. — Она говорила все это, попеременно обращаясь к двум призракам, которые просто стояли и слушали. Лили шагнула вперед, и ее взгляд, казалось, пронзил самую душу Сильваны: — Мой сын всегда стремился помогать другим, он взвалит на свои плечи весь мир, если вы ему позволите. Но он всегда забывает заботиться о себе. Сильвана слегка кивнула: — У него есть остальные, чтобы помочь ему. Мы не позволим ему взвалить на себя этот груз в одиночку. — Да… удачи тебе. — сказала Сьюзен, закатывая глаза и ласково улыбаясь Гарри, который покраснел под пристальным взглядом. Сильвана наклонила голову, а затем кивнула: — Ну, если так, то он не будет делать это один. Ему помогут другие. Однако глаза Лили ни на секунду не отрывались от глаз Сильваны, казалось, она что-то искала. — А что насчет тебя? Являетесь ли вы частью семьи, которую строит мой сын? Сильвана пристально посмотрела в глаза Лили Поттер и медленно кивнула. — Да, это так. — Ее слова были твердыми, хотя она впервые призналась кому-либо, даже самой себе, что нашла место, где ее не осуждают. Ее могут принимать как саму себя, не осуждая и не ожидая от нее чего-то большего, чем быть самой собой. То, что она никогда не ожидала найти снова после своей смерти и возрождения. Лили смотрела на нее еще несколько мгновений, прежде чем медленно кивнула. — Хорошо. Он заслужил это. Она повернулась к Гарри и еще раз провела полутвердой рукой по его щеке. — Помни, жизнь для живых. Но не бойся иногда обращаться к нам, чтобы поговорить. И никогда не забывай, что мы тебя любим. Джеймс кивнул и сделал шаг вперед: — Гарри, мы не умирали за мир. Мы не умирали за Великобританию. Мы умерли, чтобы ты был жив. То, что сейчас ты обретаешь дом в совершенно другом мире, не имеет для нас никакого значения. Единственное, о чем я прошу, это чтобы ты был счастлив. Лили вмешалась: — Хотя мы бы не отказались от внуков! Гарри искренне рассмеялся и слегка кивнул. Он понятия не имел, как это будет работать, и будет ли это работать, учитывая его спутников. Он никогда не беспокоился об этом и не думал об этом. Но одно это заявление заставило его рассмеяться. — Обещаю, скоро увидимся, но не слишком скоро. Он посмотрел на камень, затем снова перевернул его, и четыре призрака исчезли, все они улыбались, когда он это делал. — Добби. — тихо сказал Гарри, и маленький домовой эльф появился рядом с Гарри. Видимо, чувствуя торжественность момента и эмоции своего хозяина, он ничего не сказал. Гарри протянул домовому эльфу камень и тихо сказал: — Положи его на место… пока, если можно? — Добби кивнул и снова исчез с тихим хлопком. В саду воцарилась тишина, пока Гарри осмысливал случившееся. Он закрыл глаза и склонил голову, погрузившись в размышления. И снова наступила ночная тишина, только на этот раз она длилась несколько минут, прежде чем Гарри наконец повернулся к Сильване и улыбнулся. Его лицо было слегка опухшим от слез, а глаза налились кровью, но улыбка на его лице была искренней. — Спасибо. За то, что позволила мне это сделать. Сильвана молча смотрела на него, затем очень медленно протянула руку и медленно переплела его пальцы со своими, на ее лице появилось ранимое выражение. Она почувствовала, как Гарри сжал ее руку. Наконец она тихо проговорила: — Для этого и существует семья. -o0o0o- Джессир и Арко были одеты в тяжелые плащи, скрывавшие почти все их черты, когда они шли по перестроенному магическому торговому району Заппа Вэй в центре Сан-Диего, который был назван в честь известного музыканта-волшебника, сделавшего в городе свой дом, пока он успешно перемещался между двумя мирами. Ни одна из девушек в данный момент не использовала чары гламура. Гарри раздумывал над этим всего пять секунд, прежде чем понял, что это плохая идея. Их целью было местное отделение Гринготтса, и Гарри понятия не имел, как гоблины отреагируют на незнакомый им магический вид. Однако он знал, что если начать разговор с явного намерения обмануть, то это, несомненно, их встревожит. Ношение плащей, скрывавших большую часть их внешности, не привлекало особого внимания людей, мимо которых они проходили на улицах. Если же потратить время на то, чтобы развеять чары, особенно такие, которые выдерживали бы не только случайный взгляд, то это привлекло бы больше внимания, чем нужно. Плащи не выделяли Джессир и Арко, когда троица шла по главной магистрали района рано утром, но их размеры, безусловно, выделяли их. Выпуклости и изгибы, изредка проявлявшиеся при движении плащей, определенно указывали на то, что это женщины, а земные женщины обычно не достигают роста выше шести футов. Торговый квартал показался Джессир очень забавным. Он напоминал ей те немногие районы Штормграда, где маги все еще могли свободно гулять, поскольку город быстро проникся недоверием ко всему, что не было полностью человеческим и не было всецело посвящено «Свету». Ей еще не приходилось видеть «магловский» мир, как называл его Гарри, но блестящие новые здания, возвышавшиеся над ними за пределами скрытого района, давали ей понять, что она определенно не на Азероте. По пути к банку, в котором, по словам Гарри, у него были дела, они проходили мимо всевозможных магазинов. Здесь были бакалейные лавки, книжные магазины, бутики одежды и украшений. Все, что можно было ожидать увидеть в таком месте. Ее внимание привлекли магазины зелий. Алхимия была ее хобби уже более тысячелетия, и призыв потенциально новых зелий и алхимических чудес заставил ее надеяться, что задания Гарри не заставят себя долго ждать. Район был не очень большим, и они быстро добрались до места назначения. Гарри поднял перед ними руку, давая понять, что они вот-вот пересекут стены здания. Оглянувшись назад, он задал незаданный вопрос: — Готовы идти? Арко и Джессир кивнули и шагнули вперед. Через два шага она почувствовала, как на нее накинуто что-то похожее на магическое одеяло. Оно было инвазивным, поскольку прощупывало ее и пыталось определить, представляет ли она как вид угрозу или ее намерения. Через несколько секунд ткань поднялась. Джессир встала прямо и посмотрела на Арко, которая, казалось, приходила в себя после магического допроса. — Это было уникально, — наконец сказала она. — Да, — ответила Арко тем же тоном. — Но, видимо, оно не считает нас угрозой. Гарри заметно расслабился. Влияние различных вардов на всех жителей других миров все еще вызывало у него серьезное беспокойство. — Хорошо, — сказал он с улыбкой на лице. — Пойдемте. Я хотел бы надеяться закончить все побыстрее. Они поднялись по ступенькам в сверкающее белым мрамором здание. На вершине лестницы, ведущей внутрь, стояла пара невысоких приземистых существ, облаченных в тяжелые зачарованные доспехи, с длинными пиками и мечами наготове. Джессир снова вспомнила о различиях между мирами: она ни за что на свете не спутала бы этих существ с гоблинами своего мира. Оба охранника с подозрением смотрели на Арко и Джессир, когда те подошли сзади Гарри, но ни один из них не сделал и шага в их сторону, пока они проходили в банк. Это было любопытное здание. Оно очень напоминало Джессир человеческую архитектуру Штормграда, но все же казалось каким-то неправильным. Как будто дизайн был навязан этим существам, а они, в свою очередь, подправили его настолько, что он стал их собственным. Гарри уверенно подошел к одной из очередей покупателей и стал ждать своей очереди. Когда он, наконец, подошел к началу очереди, гоблин рявкнул: — Дела? — Я здесь, чтобы поговорить с менеджером по работе с клиентами, — спокойно ответил Гарри. — Имя? — спросил гоблин незаинтересованным тоном. — Гарри Пот… — Джессир услышала, как Гарри начал говорить, прежде чем он остановил себя. Гоблин вскинул бровь, когда речь прервалась, но Гарри успел взять себя в руки и произнести своим лучшим претенциозным голосом: — Хан Соло, Третий. Эффект был испорчен широкой улыбкой на его лице, когда он едва сдерживал смех. Джессир потребовалось невероятное самообладание, чтобы не захихикать на месте от имени, которое Гарри выбрал для своего альтер-эго. Гарри Поттер, разумеется, был уже мертв на Земле. Все его имущество было тайно переведено в это альтер-эго, чтобы сохранить его в безопасности. Гоблин, который либо совершенно не обращал внимания на упоминание, либо был совершенно безразличен, посмотрел вниз на очень большую книгу, лежащую перед ним. После нескольких мгновений медленного перелистывания страниц он прочистил горло. — Да. Ваш менеджер — Шаттерхэнд. Гоблин нажал кнопку на своем подиуме, и по залу разнесся низкий звук. Из ранее закрытой двери вышел охранник. — Следуйте за охранником к вашему менеджеру по работе с клиентами. У него здесь записка, чтобы вас проводили прямо к нему, если вы когда-нибудь прибудете. Гарри кивнул и жестом приказал Арко и Джессир следовать за ним. Обеим ночным эльфийкам пришлось пригнуться, когда они вошли в коридор за дверью, который быстро превратился в каменистый туннель, освещенный только светом факелов. После нескольких часов, проведенных в маггловском Сан-Диего, городе, который был полностью цел или восстановлен после войны, и увиденного удивительно развитого общества мира Гарри, внезапно оказавшись в таком туннеле, как этот, она почувствовала себя так, словно вернулась на Азерот. Они шли по туннелю пять минут, миновали множество боковых туннелей и каменных дверей, прежде чем стражник наконец остановился перед одной из них. Он поднял тяжелый молот с богато украшенной стойки рядом с дверью и взмахнул им, чтобы «постучать». Вместо громкого звона гоблинской стали о камень раздался звук, похожий на гонг. Через несколько секунд дверь медленно начала открываться с глубоким грохотом, похожим на скрежет тяжелого камня по камню. Наконец она остановилась, открыв гоблинскую версию небольшого офиса. На огромном письменном столе лежали стопки бумаг, а по внешнему краю комнаты стояли шкафы. На стене висели зловещего вида боевые орудия, выставленные в качестве трофеев, как охотники выставляют головы животных. А в центре стоял старый гоблин, который жестом пригласил их пройти вперед. — Входите. Входите, — сказал он. — У нас не весь день. Должен сказать, я удивлен. Вы прибыли почти на три с половиной года раньше, мистер Соло. — Третий, — добавил Гарри с улыбкой на лице. — Да, конечно, — сказал Шаттерхэнд, закатив глаза. Он глубоко вздохнул и насмешливо произнес. — С большим сожалением сообщаю вам, мистер Хан Соло, о смерти Гарри Джеймса Поттера более года назад. В своем завещании мистер Поттер оставил вам все свои земные владения и титулы. Министерство было шокировано известием о том, что совершенно неизвестный человек стал получателем такого огромного состояния, но при попытке нарушить завещание они были поставлены в тупик. Гарри просто кивнул и продолжил: — Я надеялся получить свежие новости о том, что происходит, так как я был довольно долго в неведении. Шаттерхэнд нахмурился и откинулся в кресле, приняв задумчивый вид: — Что ж, мистер Соло, если честно, то сообщить особо нечего. За четыре года, прошедшие с окончания Войны Демонов, магический мир и немагический остаются в состоянии… непростого перемирия. Гарри кивнул: — В этом нет ничего удивительного. — И это было так. Маги никогда не доверяли немагам, а немаги винили магов в том, что именно они привели Пылающий Легион на Землю. Гарри лично был согласен с немагами, но виновата в этом была не магия, а коррумпированное репрессивное общество. Конечно, безумный Темный Лорд не помог. Шаттерхэнд слегка пожал плечами: — Вскоре после смерти твоего друга Гарри Поттера маги уничтожили самые экстремальные группы охотников за магами. Если не взорвать всю планету, они не смогут истребить волшебников. Немаги много шумят о «возмещении ущерба» со стороны магов, но на самом деле не могут добиться этого. — А правительства вообще объединились? — с любопытством спросил Гарри, Гоблин насмешливо фыркнул: — Вряд ли. Сейчас в мире насчитывается более 600 стран. — Это… более чем в два раза больше, чем до войны… — Гарри удивленно моргнул. Шаттерхэнд кивнул: — Вдвойне глупо, когда нынешнее население мира составляет всего 11,8 процента от того, что было до войны. Вы собираете достаточно людей вместе, и не успеете оглянуться, как они объявляют себя суверенным государством, не задумываясь о том, есть ли у них инфраструктура. Это скорее государства военачальников, чем настоящие страны. Гарри медленно кивнул на это: — Есть какие-нибудь последствия того, что Дамблдор погиб при взрыве родового поместья моего друга Гарри Поттера? Гоблин на мгновение выглядел раздраженным. — Ну, Министерство, возглавляемое Персивалем Уизли, пыталось завладеть всем вашим богатством. Когда им помешали, они очень расстроились из-за Гринготтса. Гарри удивленно моргнул: — Какой договор они нарушили? Шаттерхэнд вздохнул: — Маги решили напасть на Гринготтс. Их первая атака провалилась. Когда это случилось, они фактически заручились помощью военных немагов. Гарри задумчиво посмотрел на Шаттерхэнда: — Я полагаю, их вторая атака была не намного успешнее первой? Шаттерхэнд слегка кивнул: — Вторая не была успешной. Однако в последнее время они начали использовать довольно глупую стратегию. Гарри с любопытством наклонил голову: — А первые две не были глупыми? Гоблин широко улыбнулся Гарри, явно довольный комплиментом, и продолжил: — Да, однако я должен признать, что хотя само действие глупо, стратегия, к сожалению, успешна против нас. Гарри нахмурил брови: — Что вы имеете в виду? Гоблин нахмурился и задумался, стоит ли делиться этой информацией со своим клиентом. После некоторых внутренних дебатов он решил, что Гарри был достаточно дружелюбен с гоблинами, чтобы получить честный ответ. — Они используют яд. Тот, который вызывает у нас болезнь, если мы находимся в его присутствии слишком долго. Они буквально сбрасывают его в наши пещеры. Мы уже потеряли половину наших пещерных систем. Гарри нахмурил брови, а затем его глаза расширились от осознания: — Радиоактивные отходы? Гоблин кивнул в знак согласия: — Именно так это и называется. Гарри потер рукой лоб: — Вот болваны. Я надеялся, что после того, как я избавился от Дамблдора и всех тех, кто поклонялся его подобию, все наладится. Они понятия не имеют, что делают. В конце концов, это вернется к ним. Они отравляют себя… — Мы не уверены, что министр Уизли знает о действии того, за что он платит. Он знает только, что это убивает гоблинов. — Шаттерхэнд кивнул: — Мы, конечно, вывезли все наши запасы из зараженных районов и изымали их на каждом шагу, что только еще больше усиливает их реакцию. — Насколько все плохо? — спросил Гарри, пристально глядя на гоблина. Шаттерхэнд смотрел на Гарри несколько долгих мгновений, прежде чем наконец прервал взгляд и посмотрел вниз, а затем снова вверх: — Должен признаться, я полагал, что нам придется связаться с вами в течение следующих шести месяцев, чтобы сообщить, что мы не сможем продолжать вести ваш счет, и, возможно… вообще какие-либо счета. Гарри был шокирован. Он был вторым по величине счетом в Гринготтсе, и чтобы они признались в этом, это должно быть плохо. — Наши лучшие заклинатели пытаются найти способ противостоять этому, но пока не добились никакого прогресса. — Шаттерхэнд медленно кивнул, а затем его лицо стало гневным: — Все наши достижения и история будут уничтожены. Моя раса будет истреблена или вынуждена жить без гордости в скрытых норах по всему миру. Это не тот враг, которого мы можем встретить с нашими мечами, топорами и магией. Мы будем побеждены бесчестным врагом. Гарри задумчиво наклонил голову, планы и возможности мелькали в его голове. В конце концов, он сказал: — У меня… возможно, есть идея, которая решит ваши проблемы. Джессир рядом с ним зашевелилась впервые с тех пор, как они начали разговаривать, и начала хихикать под своим капюшоном. — О, что за идея, меняющая мир, пришла ему в голову? Шаттерхэнд с любопытством посмотрел на нее, Гарри преувеличенно вздохнул, а затем жестом указал на двух Ночных Эльфиек: — Девочки, вы можете снять капюшоны. Здесь мы в безопасности. Она и Арко без колебаний сняли капюшоны, и глаза гоблина на мгновение расширились при виде двух существ, которых он не узнал. — Мастер Шаттерхэнд, — сказал Гарри, и гоблин неохотно перевел взгляд обратно на Гарри. — Я хотел бы представить вам двух моих… ну, я не уверен, кто мы такие. Подружек, конечно, пока достаточно. Две мои подруги. Арко’нарин и Джессир Лунный Лук. Ночные эльфы из мира Азерота. — Мир Азерота? — вопросительно спросил он, в его тоне теперь смешались изумление и интерес: — То есть, не с Земли? — Мой путь к убежищу был прерван после смерти Дамблдора, и мне потребовалось немного больше времени, чтобы добраться до дома. Теперь, когда я вернулся, у меня есть несколько просьб. Однако, учитывая то, что вы мне рассказали, они могут оказаться невыполнимыми. Он протянул гоблину несколько заранее написанных листов бумаги. — Моя первая просьба — поручить гоблинам попытаться разыскать перечисленные здесь ингредиенты для зелья в указанных количествах. Гоблин взглянул на соответствующий лист и начал громко кашлять. Он поднял голову, когда вновь взял себя в руки: — Вы серьезно? У нас в запасе есть кое-что из этого, но нигде нет такого количества, которое вы ищете. Учитывая наши нынешние проблемы, я не уверен, что нам удастся его достать. Гарри нахмурился: — Я предполагал, что вы не проявите интереса, услышав о вашей ситуации. Похоже, это обидело Шаттерхэнда, потому что он отступил назад. — Мистер Соло, у нас есть гордость, и мы гордимся тем, что делаем. Будь то банковское дело, инвестирование, снятие проклятий или любая другая услуга, которую мы предоставляем. Мы будем служить нашим постоянным клиентам до конца. Гарри быстро кивнул: — Прошу прощения за то, что сомневался в вашей чести или преданности. Шаттерхэнд слегка кивнул, принимая извинения. — Как быстро вы бы хотели, чтобы мы доставили вам эти предметы, если бы это было возможно. Гарри покачал головой: — Учитывая ваши обстоятельства, выращивать их самому было бы наиболее оптимальным решением. Меня больше интересует следующий пункт. Гоблин кивнул, а затем посмотрел на следующий лист пергамента. Прочитав его, он медленно поднял глаза и загадочно сказал: — Люди, о которых вы спрашиваете, как известно, мертвы. Гарри понимающе кивнул: — А если они мертвы, то проблем нет. Гарри откинулся в кресле и скрестил пальцы перед собой: — Но если они действительно живы и не заражены идиотизмом, охватившим магический мир, я полагаю, что Гринготтс, вероятно, одна из немногих групп на этой планете, которая продолжает поддерживать с ними контакт. Если они действительно живы, я хотел бы договориться о встрече в выбранном ими месте в Гринготтсе, чтобы обсудить условия работы, связанные с содержанием этого письма. Гоблин долго смотрел на Гарри, а затем снова обратился к пергаменту в своей руке и снова прочитал его. После нескольких долгих мгновений гоблин сказал: — Если они действительно живы, можно отправить сообщение. — Понял, — Гарри встал, но затем снова повернулся к гоблину с любопытным взглядом на лице. Наконец, словно тщательно взвесив свои слова, Гарри загадочно сказал: — Кроме того, если встречу удастся организовать, то, учитывая нынешних противников вашего народа, может оказаться полезным, чтобы на ней присутствовал представитель вашего руководства. Возможно, во время встречи они услышат что-то стоящее, что потенциально может помочь вашему народу. -o0o0o- Прошло три дня, прежде чем из Гринготтса пришел ответ. В нем говорилось, что очень скрытный клиент выразил заинтересованность в возможном заказе уникального алхимического ритуального гибрида, который был передан им. Они будут в Гринготтсе в Париже четыре дня, чтобы лично обговорить детали возможного контракта. Получив информацию о необходимости быть где-то через несколько дней и не имея планов, чем себя занять в это время, девушки и Гарри исследовали все, что могли, на Земле, не слишком углубляясь в маггловские районы. Недавно отремонтированные современные города привели в замешательство почти всех женщин, поскольку никто из них не привык к шуму и уровню загрязнения. Всё чаще они просили показать им природные чудеса планеты Гарри, и большинство из них были созданы не людьми. В день Гарри и его девочки использовали по несколько портключей, прыгая по всему земному шару. Одним из первых мест, которые они посетили, были Гавайи, где они гуляли по нетронутым природным тропическим лесам. Когда они шли через тропический лес на самом Большом острове Гавайев, Исондра сделала комментарий, который положил начало многого. — Я чувствую здесь Сон, — вдруг сказала она, когда они стояли у основания чудовищного водопада. — Изумрудный сон? Из Азерота? — спросила Ониксия, явно заинтересованная чем-то из способностей различных полетов, доступных здесь, на Земле. — Да, — просто ответила она, прежде чем замолчать в явной сосредоточенности. В конце концов, ее плечи обвисли, и она заметно выглядела расстроенной. — Я не могу войти. Он заперт. Как будто Титаны когда-то были здесь, на этой планете, создали механизм для контроля снов и земли, но ушли, полностью заблокировав его. Я не могу получить к нему доступ. Это откровение заставило Ониксию попытаться использовать свои силы на близлежащем действующем вулкане Килауэа. Она тоже была удивлена, увидев, что элементы, составляющие способности Хранителя Земли ее стаи, доступны ей. Если бы она захотела, то смогла бы превратить медленное кипение вулкана в полноценное извержение. Самым удивительным, по крайней мере для нее, было то, что она обнаружила возможность сделать это здесь, не встретив никаких свидетельств предыдущих манипуляций с Землей. — То, что вы видите вокруг, совершенно естественно, — сказала она, когда они стояли в туристической зоне и издалека наблюдали за вулканом. — Члены моей стаи, обладающие способностью манипулировать Землей, не смогли бы устоять перед таким проявлением силы планеты. Здесь ничего не было сделано. На самом деле, ничего не было сделано везде, где мы были. Это просто странно для меня, так как я никогда раньше не посещала места, где не было бы сознательных манипуляций с Землей. Группа провела остаток дня у водопада. В этом месте было что-то по-особому красивое, и все его подруги, похоже, были в восторге от этой атмосферы. После короткого разговора, который привел к групповому решению остаться и отдохнуть в этом месте, Гарри наложил несколько магловских отталкивающих чар и несколько уведомлений, что позволило всей группе провести день спокойно и без помех. Гарри с удовольствием наблюдал, как каждая из его девушек расположилась на солнышке, охлаждаемая легким ветерком. Дисидра, Колетт и Аня устроились с разными книгами. Книга Дисидры была одной из огромной стопки, которую, как знал Гарри, она отложила в поместье. Она немного расстроилась после первой ночи, когда стопка книг, оставленная ею на столе, была переложена домовыми эльфами на полку после того, как она уснула с головой в книге. Ей пришлось просить эльфов не ставить их на место, а потом несколько раз объяснять им, почему она не хочет, чтобы их ставили на место, прежде чем эльфы согласились. Гарри не винил ее: все книги, которые она выбирала, были по истории, либо маггловской, либо магической. Казалось, она поглощена историей его мира. Колетт же выбрала из его библиотеки несколько томов, на которые сам Гарри никогда не обращал особого внимания. Она не дочитала раздел о магии теней, но поняла, что многое из этого она не понимает и ей нужно изучить основы, прежде чем понять эту магию. Однако она нашла другую тему, которая вызвала у нее интерес. Философия никогда не интересовала Гарри, и у него никогда не было времени, чтобы предаваться ей, однако его семейная библиотека была огромной; она превосходила по размерам жалкую библиотеку Хогвартса, которой он когда-то был так впечатлен. Однако Колетт, похоже, была увлечена материалом, поэтому Гарри не стал ничего комментировать. С другой стороны, выбор книг Аней был таким, который Гарри одновременно как-то ожидал, но все же был потрясен, когда увидел их. Руны. Раздел магии, который причинил ей столько боли в прошлом, теперь стал объектом ее любопытства. Два разных кодекса с основными наборами рун лежали рядом с ней, пока она просматривала третий. Сильвана и Исондра хотели исследовать лес в окрестностях, в основном из любопытства, чтобы узнать, какие джунгли есть в его мире. Гарри с улыбкой наблюдал, как они уходят вдвоем. Они не стремились заходить далеко, держась ближе к водопаду и в пределах видимости. Джессир, Арко, Ониксия и, немного поуговаривав, и Кудрия решили искупаться. Конечно, прежде чем Гарри успел предложить им трансфигурировать купальные костюмы, Джессир уже разделась, а Арко не отставала. Ониксия не стала стесняться и последовала их примеру, а Кудрия сделала то же самое гораздо медленнее, ее кожа потемнела от легкого румянца. Не столько из-за того, что другие девушки могли ее увидеть, сколько из-за публичного характера водопада. Гарри переоделся и надел простые шорты для плавания. Он наколдовал кресло на лужайке и поставил его под деревом, которое давало много тени у края большого бассейна, и с озадаченной улыбкой наблюдал за своей семьей. После событий прошедшей ночи он почувствовал, что с его плеч словно свалился груз. Он не был уверен, что именно это, или тот факт, что ему все больше нравится идея иметь семью, было причиной его довольства. Он подумал, что, скорее всего, это было сочетание того и другого. Из размышлений его вывел крик по имени, который привлек его внимание. — Гарри! Что ты делаешь? Иди сюда и присоединяйся к нам! — воскликнул голос Джессир. Гарри рассмеялся и покачал головой: — Нет, все в порядке, я прекрасно себя чувствую здесь, просто любуюсь видом! — Он проследил взглядом за каждой из девушек по очереди, давая понять, что он прав. Ониксия скользнула к краю пруда и встала, уровень воды теперь доходил ей до пупка: — Почему бы просто довольствоваться видом? — ее голос и ухмылка были откровенным приглашением. На этот раз Гарри действительно покраснел: — Нет, на самом деле я вполне могу просто смотреть в данный момент. На этот раз заговорила Кудрия, присоединившись к двум другим, которые стояли на воде рядом с Гарри, ее голос был преувеличенно надутым: — Ты не хочешь присоединиться к нам? — Было ясно, что она дразнится, но также было ясно, насколько астрономически выросла ее уверенность в себе, что ей было удобно дразнить его таким образом. Гарри на мгновение смутился, а затем провел рукой по волосам: — Я… э… вообще-то не умею плавать. Несколько секунд все четыре девушки в воде молчали, изумленно глядя на него. Затем, почти в унисон, они начали беспомощно хихикать. Совершенно очевидно, что мысль о том, что Гарри, такой способный во многих вещах в жизни, не умеет плавать, показалась им просто смешной. В конце концов, смех прервала Арко, хотя ее ответ был прерван хихиканьем: — Ты хочешь сказать, что никогда не плавал? Гарри покачал головой в знак протеста: — Я плавал один раз. — Тогда я не понимаю, в чем проблема. — ответила Арко, выглядя озадаченной. Гарри неловко пожал плечами: — Я съел растение, которое превратило мои руки и ноги в плавники, и у меня появились жабры. Я сделал это только для того, чтобы спасти придурка-друга. Так что плавать было легко. Конечно, когда магия закончилась, я тонул как камень и оказался на причале только потому, что выбросился из воды с помощью магии. Джессир посмотрела на него, потрясенная на мгновение, а затем приглашающе плеснул водой: — Ну, мы научим тебя плавать. Я думаю, мы сможем правильно… мотивировать тебя учиться. С такой логикой было трудно спорить. Несколько часов спустя вся группа оказалась в воде. Гарри научился плавать, хотя и несколько неуклюже. Джессир была права: бассейн, полный голых привлекательных женщин, невероятно мотивирует, хотя и отвлекает. День завершался ужином, предоставленным домовыми эльфами, которые были рады снова кому-то услужить, а затем вся группа собиралась вместе, чтобы посмотреть на закат у самой южной оконечности Большого острова. В один из дней обед был проведен на побережье Италии, где у них было тосканское вино и сыр из восстановленных виноградников. Гарри угостил их лучшим вином, которое они могли предложить. Он также узнал, что если Ониксия могла выпить столько, что хватило бы на баржу, то Арко и Исондра были полными слабаками, когда дело касалось алкоголя. К счастью, они были из тех, кто дремлет и засыпает, когда пьяны. На следующий день они посетили пирамиды Египта. Он показал им, как люди пытаются восстановить и сохранить руины своего древнего прошлого, чтобы они могли узнать о том, что было раньше. Дисидра была практически на седьмом небе от счастья, когда они отправились на одну из экскурсий. Она практически висела на каждом новом слове, которое рассказывал гид. Однако это было сдержано тем фактом, что большинство членов группы были старше самих пирамид. На краткий миг Гарри вспомнил, что он был самым молодым членом этой группы, и, за исключением одного участника, он был самым молодым. Когда они закончили экскурсию, Гарри был буквально схвачен и зацелован до потери сознания Дисидрой, которая, задыхаясь, сказала ему, что именно так она и представляла себе это занятие — исследовать исторические места, узнавать о неизвестном. Жители Азерота часто не делали этого, поскольку у многих рас были представители, которые еще помнили те древние руины в более счастливые времена. Но это был урок по исследованию прошлого, и Дисидра определенно нашла в этом интерес. За все время пребывания в Египте произошла лишь одна заминка, и то уже после экскурсии, когда они как бы самостоятельно исследовали окрестности. Из ниоткуда в сторону группы, а именно в Дисидру и Кудрию, было выпущено взрывное проклятие. Гарри держал в руке палочку и прикрывался щитом, останавливая проклятие. К счастью, волшебник выкрикнул заклинание, а не произнес его беззвучно, поэтому Гарри обезоружил, оглушил и связал мужчину тремя быстрыми и мощными заклинаниями. Пока девушки были застигнуты врасплох, Гарри уже начал действовать. Он тут же бросил мощное заклинание «Заметьте, меня нет рядом», а затем открыл глаза волшебника и без колебаний погрузился в его разум с помощью Легилименции. Меньше чем через минуту Гарри вынырнул из сознания волшебника, забрав при этом очки с его лица. — Он — разрушитель проклятий и использовал эти очки, которые дают ему ограниченную версию зрения мага, позволяя ему видеть сквозь ваши чары. Он решил, что вы замаскированный член Пылающего легиона. — Гарри задумчиво нахмурился, рассматривая очки, они действительно были тонкой работы, хотя он мог сказать, что они были старыми и, вероятно, не были сделаны волшебником, который ими пользовался, но выглядел очень молодо… — Что ты собираешься с ним делать? — спросила Сильвана, глядя на волшебника. Гарри немного вздохнул и после некоторого раздумья вернул очки, после чего снова направил свою палочку на мужчину. Он тихо прошептал: — Обливиэйт! Он отменил связывание волшебника, но оставил его оглушенным на земле. — Ты убил его? — спросила Аня, ее тон был скорее любопытным, чем обеспокоенным. Гарри покачал головой: — Нет, он не действовал злонамеренно, его родители были убиты демонами, и, несмотря на свою молодость, он сражался с несколькими в конце войны. Он действовал скорее на инстинктах. — Гарри увидел несколько одобрительных выражений на лицах своих подруг, что успокоило его. — Ты просто собираешься оставить его там? — спросила Кудрия обеспокоенным тоном. Гарри покачал головой: — Он очнется через полчаса или около того, и я внушил ему мысль, что он забыл свои охлаждающие чары и почувствовал головокружение, прежде чем отключиться. Больше всего им нравилось посещать как можно больше разных ресторанов. Новые стили еды были находкой для всех них, некоторые из которых до встречи с Гарри не встречали новых рецептов блюд более тысячелетия. Итальянская, испанская, тайская, корейская, японская, американская. Блюда из дюжины разных культур в течение дюжины разных трапез были поданы присутствующим. Некоторые из них нравились, а некоторые не нравились, что просто заставляло домового эльфа бежать, чтобы приготовить какой-нибудь другой экстравагантный выбор менее чем за две минуты. В целом, это был отдых и обучение для всех участников, но их внимание было сосредоточено на предстоящей встрече, после которой они смогут вернуться домой. -o0o0o- Прошла неделя с тех пор, как Гарри вошел в двери филиала Гринготтса в Сан-Диего, а теперь он и каждый из его гостей из Азерота входили в такие же двери в Париже. Охрана была на высоком уровне не только из-за нападений, предпринятых британским министерством, но и из-за посетителей, которые должны были присутствовать в банке в этот день. Группа вошла в здание под усиленным эскортом гоблинов. Банк был заранее предупрежден о том, что члены группы могут спровоцировать или не спровоцировать защиту от существ, поэтому в банке находились мастера стражи, чтобы убедиться, что драконы и члены Отреченных могут безопасно войти в банк. В конце концов, группа вошла без происшествий, и их проводили в конференц-зал, оформленный в современном стиле. Они сидели тихо и ждали, зная, что им предстоит сделать, чтобы убедить посетителей, с которыми они собирались встретиться, помочь. Трое Отреченных тоже нервничали, понимая, что спасение их расы, возможно, уже близко. Через несколько мгновений дверь открылась, и вошел отряд гоблинов, за которым следовали два ничем не примечательных человека. Мужчина казался совершенно ничем не примечательным, как и женщина. Они ничем не выделялись среди толпы, и Гарри был уверен, что на них наложены многочисленные чары, чтобы скрыть их личности. Мужчина быстро оглядел комнату и её обитателей, после чего повернулся к Гарри и сухо сказал, не выказывая ни малейшего признака удивления: — Согласно лживому, ненадёжному и вообще мошенническому «Ежедневному пророку», вы и более четырёхсот достойных ведьм и волшебников погибли при разрушении вашего родового поместья. Гарри медленно кивнул: — По словам лживого, недостойного доверия и вообще мошенника Альбуса Дамблдора, вы оба погибли вскоре после уничтожения ценного артефакта, который также был вашим самым известным творением. Мужчина несколько мгновений смотрел на женщину, наклонив голову, а затем повернул голову и почти столько же смотрел на Гарри, после чего улыбнулся: — Приятно познакомиться с вами, мистер Гарри Поттер. Гарри улыбнулся в ответ и встал, за ним последовали все девочки. Он повернулся к девушкам, которые сидели вокруг него. — Девушки, и особенно наши три члена Отреченных. Я хотел бы представить вам главного в этом мире эксперта по алхимии и его жену, ведущего эксперта по ритуалам… Николаса и Перенель Фламель.

-o0o0o-

Состав персонажей: Гарем Гарри: Арко’нарин — Альянс. Ночной Эльф, Воин. Бывший Страж Дарнаса. Джессир Лунный Лук — Альянс. Охотник ночных эльфов. Бывший страж Дарнаса. Кудрия — Альянс. Дренеи, Жрец. Начинающая очаровательная стажерка. Дисидра Стормглори — Альянс. Дренеи, Шаман. Бывший член «печально известной» гильдии, стертой с лица земли при попытке сделать что-то слишком большое для них. Изгой, ищущий дом. Ониксия — Черный Дракон — Мать выводка. Самая могущественная дочь Нелтариана, Аспекта Земли. Была поймана, выдавая себя за фальшивую дочь фальшивой человеческой личности своего отца в Штормграде, и теперь имеет контракт на свою голову от Короля Штормграда. Исондра — Зеленый дракон — Летенант Изеры. Одна из четырех самых могущественных сыновей и дочерей Изеры. Была порабощена в битве с «Кошмаром», силой Старых Богов, позволяющей влиять на умы других. Сильвана Ветрокрылая — Орда. Нежить, Охотник. Лидер фракции Отрекшихся. Бывший генерал рейнджеров Синдореев, была убита во время вторжения Артаса в Кель’Талас. Ее душа была отделена от тела, и она превратилась в банши. Когда ее разум освободился от контроля Короля-Лича, она взяла под контроль почти мертвое тело женщины-Эльфа, заменив душу внутри и постоянно управляя им как марионеткой. Колетт Блоумо — Неприсоединившая нежить паладин. Бывший паладин и член Ордена Серебряной Руки, она пала в бою на первых этапах 3-й войны. Аня Эверсонг — Орда — нежить, темный рейнджер. Бывшая Рейнджер Высших Эльфов Кель’Таласа под командованием генерала рейнджеров Сильваны Ветрокрылой. Превращена Артасом в Банши, а затем освобождена из-под его контроля после неудачного удара Иллидана по Ледяной Короне. Она является одним из главных лейтенантов Сильваны.