И грянул Гром...

Поначалу Игорь, продолжающий сидеть на кровати в одних трусах схватившись за не донесенную до подушки голову, решил, что окно распахнул порыв ветра, бесновавшегося на улице под грозовые раскаты и недалекие вспышки молний. Дождь пока едва накрапывал, но уже держал наготове арсенал полных ведер, что заставят изрядно попыхтеть дамбу и выплеснут Неву из берегов. Он так крепко задумался, хотя вернее было б сказать – зафантазировался, что сперва даже не понял, что произошло. В первую долю секунды, во мраке штормовой непогоды, о которой аж МЧС предупреждало, ему вообще показалось, что внутрь впорхнула огромная черная птица. И живо вспомнились всякие бабкины глупости о том, какая хреновая это примета. Но все оказалось еще хуже. Это был Сережа. В доисторическом свете электричества прямиком с небес, ярко блеснули красным огнем его рыжие волосы, а глаза сверкнули того ярче, совершенно диким образом, особенно на фоне страшно-бледного лица. По крайней мере, так показалось Игорю, на миг уверовавшему во все бабкины жуткие сказки. В следующую секунду все погрузилось обратно в кромешный мрак, что не прибавило твердости духа нисколько. Всего лишь следующую секунду спустя, майор Гром, конечно, сумел взять себя в руки. Однако жизненно важная секунда была им благополучно упущена. Прямой наводкой к кровати быстро прошлепали босые пятки. Игорь сам поразился тому, что не предпринял никакой попытки хоть как-нибудь защититься, не говоря о том, чтобы кинуться сломя голову вперед, предупреждая нападения. С другой стороны никакого оружия, не считая подушек, у него в пределах досягаемости все равно не было. - У тебя газировка есть? – скрипнули рядышком советских времен пружины и при новой небесной фотовспышке хозяин убитой временем и отсутствием денег на ремонт квартиры смог разглядеть говорившего во всей красе. Он был потрясающе всяческое воображение прекрасен! - Я не псих держать табельное в холодильнике. – обернулся приготовившийся взяться за дверцу Игорь через плечо, уловив молниеносно возросшее Сережино напряжение. - Псих – я, знаю. Ждал меня? - Сам видишь, чем все свободное пространство затарено. Тебе какую? - Пепси. Вишневую. - Лови. Тут бы и наброситься на сбежавшего от правосудия преступника! Тогда и объяснять содержимое холодильного агрегата не понадобилось бы. Вместо этого Игорь просто присел рядом с ним, плечом к плечу, набросив на плечи местами протертое до дыр, старенькое байковое одеяло, спрашивая себя, а точно ли он не псих? Да вроде нет. Сергей, кстати, тоже как раз так про себя недавно думал. Как и Игорь ни коим образом не ожидая разворота событий таким образом, каким им оказалось угодно повернуться в дальнейшем. Запыхавшийся Сережа жадно приник губами к мигом запотевшей в разгоряченной бегом руке банке. На нем была одежда явно с чужого плеча, ему великоватая. Обуви подходящего размера, стало быть, вовсе не нашлось. Из-за чего тот выглядел настолько трогательно, что Игорь чуть не поцеловал его. Помешало только то, что гость утолял жажду. - Спасибо. - На здоровье. - Не помешает… - Никому не повредит… Нисколько не разъясняясь, ситуация становилась чем дальше, тем исключительно абсурднее. С другой же стороны, которая есть во всем и всегда, разве не было все и так более, чем понятно? Тут и раздался стук в дверь. Отрывисто-резкий, требовательно-настойчивый. К такому стуку излишне добавлять пресловутое «Откройте, полиция!». Что, тем ни менее, все равно прозвучало. Громом с неба, подпевшим следом. Сережа выронил из онемевших пальцев почти опустевшую баночку и, враз лишившись всех остававшихся у него сил, повалился на кровать, прикрыв глаза, так, словно делал это навеки. Весь сжался, подтянув колени к груди, обхватив их руками и низко опустив голову. На лицо упала завеса огненно-рыжих волос, скрывая его от чужих глаз. Не задумываясь над своим действием, Игорь машинально сорвал с плеч одеяло и укрыл его им, полностью, с босых ног до дурной головы. Встал, деловито подтянул труселя, и пошел открывать. Напарника он узнал еще до того, как щелкнул замком, по надоедливому, но уже такому родному голосу. Выслушал он его в пол уха, как обычно, и как всегда ничего нового Дима Дубин ему сообщить не мог. - По-твоему, Разумовский совсем псих, чтобы прийти ко мне? - Совсем! Ты в этом до сих пор сомневаешься?! - Ну валяй, ищи, что найдешь, то твое. – с тщательно отмерянной дозой ленивого раздражения, приоткрыл Игорь дверь пошире, но Дима не был бы Димой, если бы не сделал, как ему было сказано. Он еще и выключателем незамедлительно щелкнул! Однокомнатную залил пронзительно-желтый свет, синхронно с тем, как Дима шагнул за порог и тут же остолбенел прямо на нем, не донеся одной занесенной ноги до пола. Куда он уставился, не составляло труда догадаться. Гораздо сложней было предугадать все остальное. - Я знаю, он у тебя под кроватью прячется! – малость срывающимся от напряжения голосом громогласно объявил напарник, отправляясь скрупулезно пошарить в обозначенном месте. И только уходя добавил чуть слышно, продолжая смотреть перед собой ошарашено-квадратным взглядом. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь… Майор Гром закрыл замок на два оборота, подумал, добавил еще один, погасил проклятый свет и на негнущихся ногах вернулся назад, где присоединился к Чумному Доктору, с размаху повалившись на кровать в полуобморочном состоянии. - А ты – знаешь? – задумчиво спросил Сережа, высунув из под одеяла буйную рыжую голову. - Хотел бы знать. – вздохнул Игорь, закидывая руки за собственную, определенно нестандартно мыслящую. Через мгновение о карниз гулко грохнул разверзшийся поток ливня. От оставшегося открытым окна потянуло ледяным холодом. Которого Игорь с Сережей не чувствовали до рассвета, так им было вдвоем горячо и жарко.