Я расскажу создателю обо всех своих проблемах

      Эдварду пятнадцать. Он полулежит среди подушек, полностью увлечённый книгой. Не какой-то научный роман или учебник, а легкомысленная, даже чуточку вульгарная книга. Отец пришёл бы в ужас, если увидел, он постоянно таскает из лаборатории книги по алхимии, надеясь, что сын продолжит его дело.       Юный джентльмен с благородными манерами. Заученно кланяется мужчинам, целует руки дам. Идеально воспитанный, в сюртуке по последнему слову моды. Эдвард знает, как играть эту роль.       Его выдрессировали так же, как он своих псов. Только тем позволено чуть больше: они сгрудились вокруг на подушках, три здоровенных добермана. Льнут к хозяину, полностью ему доверяя.       Эдвард рассеянно чешет одному из них шею, не отвлекаясь от страниц.       Сейчас на нём нет сюртука, только рубашка с лихо закатанными рукавами, волосы в беспорядке. Эдвард с раздражением сдувает упавшую прядь и на секунду отвлекается от почёсывания добермана, чтобы перевернуть страницу.       Он верит, что его жизнь будет такой же увлекательной, как этот роман. Уж точно он не запрёт себя в лаборатории и алхимии, как отец!              Эдварду сорок шесть. Он сидит на стуле, небрежно опираясь на трость и смотрит на шумный приём. Его лицо скрывает маска с пышными зелёными перьями. Видны только глаза, такие же цепкие, как и в юности.       Люди смеются, обмениваются сплетнями и шелестят нарядами. Кто-то обсуждает короля, других больше интересуют научные открытия.       Его по-прежнему окружают собаки. Разумеется, другие. Потомки тех доберманов, которых он держал в юности. Ворчат и не отходят от хозяина.       Отец давно мёртв.       Как и он сам.       Лишь чудеса алхимии продолжают удерживать сознание в теле. Эдвард давно парализован, почти полностью. Он не может говорить и самое живое в нём — это глаза.       — Ах, отец, ты что-то хочешь?       Рядом с ним оказывается Элеонора, его дочь. От неё пахнет дождём, видимо, была на балконе. Она искренне заботится об Эдварде.       Умереть, молит он взглядом. Просто позволь мне умереть.       Изо рта вырывается только мычание. Элеонора качает головой и берёт со столика шприц со слабо мерцающей жидкостью.       — Тебе плохо, да? Сейчас всё будет в порядке. Наверное, пора обновить раствор.       В его вену входит алхимическая жидкость, которая позволяет жить. Последнее открытие его отца.       Элеонора говорит, что её сын усовершенствует формулу. Они смогут продлевать жизнь, избавятся от побочных эффектов вроде паралича!       Позвольте мне умереть, пытается молить Ашер одним взглядом. Так же, как в ту ночь, когда его хватил удар. Когда он хотел всего лишь умереть в кругу семьи, а они спасли его, введя алхимический состав в вены.       Она не понимает его. Не понимает, что он говорит.       — Всё хорошо, отец, — Элеонора поправляет маску у него на лице. — Я так рада, что ты с нами!