Я расскажу создателю обо всех своих проблемах

      Озябшими пальцами Эрик обхватил чашку. Она согревала, дарила волны убаюкивающего тепла. Обветренными губами отпил немного и тут же закашлялся. На глаза аж слёзы навернулись.       — Это разве кофе?       — Кофе по-ирландски, — невозмутимо ответил мужчина. — Капелька виски ещё никому не навредила.       — Капелька? Не уверен, что там есть кофе.       — Эй, мистер, вы хотите согреться или нет?       Эрик вздохнул и покорно признал, что такой вариант напитка и правда согревает лучше. Мужчина хмыкнул.       Он не был похож на изящных молодых барист, которые разливали кофе в столице. Там подрабатывали студенты: днём они чертили схемы дирижаблей или рассуждали об искусстве, а вечерами протирали столы и наливали в маленьких уютных кофейнях, полных пледов и акварелей по стенам.       Учёные любили проводить встречи в подобных местах, и Эрику приходилось бывать, раскладывая на тесных столиках чертежи и обсуждая новые возможности улучшения воздушных клапанов. Правда, коллеги потом всегда заканчивали обсуждением новых столичных опер и певиц, а после сплетнями из жизни императорской семьи или новостями об очередном пойманном маге, который творил противоестественную волшбу.       Совсем другое дело здесь.       Заведение примостилось рядом с маяком, как и вся деревенька. Суровое помещение, украшенное рыбацкими сетями и потрескавшейся штукатуркой. Столы сколотили, кажется, из старых остовов лодок, а бариста и сам в прошлом явно был рыбаком. Средних лет, грузный, в просолённой одежде, с хромотой и пышными усами.       — Редко у нас гости бывают, — заметил он, прищурившись. — Вы, поди, с перелёта? Иногда у нас останавливаются.       Эрик кивнул.       — Да, я тут проездом. Из столицы.       — Погода нынче не лётная.       Эрик пожал плечами. Именно поэтому он сам выглядел как моряк, только вернувшийся из плаванья. Дирижабли в бурю не летали, Эрик с трудом нашёл небольшой аэробус, хозяин которого согласился доставить его и нескольких незнакомцев на север. Небольшой кораблик нырял в воздушных потоках и не предлагал фешенебельных палуб… поэтому, когда Эрик сошёл на землю, его потряхивало от холода, а на волосах повисли сосульки.       Зато с недельной щетиной и вымокший в облаках он не выглядел лощёным столичным жителем.       — Я жду женщину, — сказал Эрик. — Мы договорились встретиться этим вечером.       — Женщину? Здесь?       Эрик не помнил названия городка. Он стоял у кромки моря, пах морем и рыбой, а главной (и единственной) достопримечательностью служил маяк. Но порой здесь останавливались путешественники, такие, как Эрик. Проездом перед межконтинентальным перелётом, который начинался чуть севернее.       — Клара, — сказал Эрик. — Её зовут Клара Хьюстон.       — О, так ты к ней! Она у матери остановилась. Знаешь, где это?       Эрик мотнул головой. Он знал, что Клара из этого городка, но ни разу тут не был. Выслушал объяснения, поблагодарил за кофе и расплатился.       — А ужин? Ты ж с дороги, надо обогреться и поесть.       — Клара ждёт меня.       Эрик надеялся, что так и есть. Они не виделись почти год, и он не был уверен, что она вообще помнит об их договорённости. Тогда, в столице, это казалось красивым и таким правильным жестом: сжимать её тонкие белые руки и шептать, что они встретятся.       Клара улыбалась тогда. Точно так же, как в Академии, когда они учились вместе, и после, когда рассказывала о своих новых изобретениях. Тогда, правда, улыбка была мечтательной, а в тот день просто грустной.       — Ты забудешь меня, Эрик. И это правильно.       — Нет! Сейчас лучше скрыться и не высовываться, даже я не должен знать, где ты. Но почти год спустя, в самую длинную ночь, я приду в твой родной город. Встретимся там. И убежим.       Эрик справедливо рассуждал, что за год шумиха уляжется, и они смогут улететь за океан. Именно так и случилось. Оставался всего один момент: Эрик не был уверен, что Клара готова с ним убежать. Много чего могло произойти за это время.       Он шагал в сумерках до указанного домика, и путь ему освещали равномерные вспышки маяка. Потоптавшись на пороге, подумал, стоило хоть в порядок себя привести, побриться… постучал, пока малодушно не струсил.       Открывали долго. Так долго, что Эрик решил, его и правда не хотят видеть. Пока дверь наконец-то не распахнулась.       Клара несильно изменилась. Потеряла немного столичной изнеженности да обрезала волосы покороче, теперь заплетая их в традиционные для местных косы. Эрику тут же захотелось коснуться этих волос, провести пальцами по завиткам.       — Эрик?       Глаза Клары расширились, она как будто медлила, а потом посторонилась, пропуская внутрь. Из задней комнаты раздался голос, но Клара сказала матери, что всё в порядке.       Она говорила так же правильно, как и раньше, всё-таки Клара всегда была учёным, хотя первое время в Академии очень стеснялась своего просторечного говора. Они так и сошлись с Эриком: он хоть и младший сын, но дворянского рода, пусть всё богатство их семьи — разваливающийся дом да кусок земли.       На Кларе был тёплый свитер и тяжёлая юбка. Она замерла перед очагом, и огонь отбрасывал на её лицо причудливые тени. Он постепенно угасал, и Клара взмахнула рукой: с пальцев сорвались искры, огонь снова запылал.       — В столице за такое тебя бы сразу повесили, — натяжно усмехнулся Эрик.       — Поэтому и пришлось бежать.       Она сцепила руки и опустила голову. Эрик тоже молчал, не зная, насколько ему здесь рады.       — Прости, — пробормотала Клара. — Мне стоило сказать, что я маг.       — Я понимаю, почему ты этого не сделала.       — Нет! Ты доверял мне. А я так и не решилась открыться. Да я и силу-то почти не использовала, но способности с рождения…       — Я знаю, как это работает.       — Мне жаль, что узнал, только когда меня хотели арестовать. Спасибо, что помог тогда сбежать. Ты… не сердишься?       — Иначе меня бы тут не было. Я помнил об обещании.       — Я тоже. Но боялась, ты не приедешь.       — Я здесь.       Клара вскинула голову. Она как будто наконец-то осознала, что Эрик не злился и правда приехал к ней. За ней. Он распахнул объятия, и она наконец-то кинулась к нему.       — Ох, Эрик!..       — Мы улетим на следующем дирижабле. Один из моих братьев подготовил нам документы. А уж на другом континенте мы начнём новую жизнь, там не преследуют магов. И мы всё-таки учёные Академии! Найдём, чем заняться.       Эрик говорил и говорил, пытаясь успокоить. Клара радостно улыбалась и кивала, а его пальцы наконец-то тихонько расплетали её косы.