Мистер Смерть

N минут до настоящего. Пространство за гранью понимания простых смертных.

Астральные бури в этом, если использовать наиболее популярное времяисчисление, веке стали новой головной болью. Вернее, ещё более острой, чем это было обычно. Да, разгулялись они не на шутку и совершенно не хотели прекращаться. И вот ничего им не сделаешь, совершенно бесконтрольные потоки лихой силы, скручивающие мироздание, создающие новые аномалии в ровной глади реальности и изредка поглощающие неудачливые миры. Ах, а ей потом всё это разгребать… Жизнь устало вздохнула, имитируя подсмотренный у гуманоидных разумных (вид которых любила принимать) жест, выражающий усталость с нотками недовольства. И ведь помощи ждать неоткуда. Едва ли Войну интересует нечто подобное, ну попробует, что он может сделать. Восстановление таких тонких материй, как реальность и мироздание, работа точная и кропотливая. Лихим наскоком с позиции силы тут ничего не решить. Дорогой братец может и поможет. Хотя ему, как совершенно противоположной по полярности силе, будет непросто. Но это только половина проблемы. Ведь на активность с его участием и таким оборотом используемой силы и власти обязательно припрется его «дружок». И только его участия им не хватает для полного счастья. При мыслях об этой неуправляемой и наглухо пришибленной сущности, что постоянно вертится рядом с братом, Жизнь даже зубами скрипнула. Стоящий рядом архангел встревожился. — Всё хорошо, я спокойна, — махнула Жизнь, сегодня выглядящая как взрослая женщина с золотыми волосами и светло-зелёными глазами. Сейчас, когда она потихоньку предотвращает прорыв Бездны, и так слишком много себе позволяющей в последнее время, не стоит отвлекаться и думать о всяких идиотах. Без брата это несколько сложнее, но она точно не хочет отвлекать его. Мысли снова уносятся в какие-то запредельные от происходящего вокруг дали. Этот божок, который так завлёк Смерть, что в нём такого особенного? Ну, вот не понимает она, совсем. Да, кается, подглядывала, но всего одним глазком и недолго. Нет ничего такого в этом… как его там звали? А впрочем, наверное, не важно. Какое ей дело, ну никто не идеален. Главное, что Смерти его увлечение нравится. И она точно не ревнует. Зачем ревновать, если всё равно рано или поздно, что на фоне вечности несущественно, Смерти этот божок надоест? Вот именно, не из-за чего. Насоветовала на свою голову. Бездна, не к ночи будет помянута, даже не вспоминает про свою сестрицу! И не важно, что до этого успешно пару лет не пересекались. Это ведь другое! Нет, Жизнь, конечно, очень рада за брата и его счастье, а он именно что и был как никогда счастлив, но всё-таки. Обидно. Хотя, чего это она переживает, что какой-то не слишком смертный, но не бессмертный божок заберёт себе всё внимание брата? Очень забавная шутка. Улыбнувшись таким воодушевляющим мыслям, Жизнь наконец-то смогла прикрыть «форточку», хихи, из которой просачивалась чужеродная энергия. Удержавшись, чтобы не показать язык этой надоедливой Бездне, понахваталась, наблюдая за смертными, Жизнь повернулась к своему архангелу. — Что-то ещё в планах, или я могу уподобиться ветру, быть свободной и беззаботной? — Всё, с остальными вопросами мы в состоянии справиться без участия Госпожи, — склонился в уважительном поклоне подчинённый. — Это хорошо, только давайте не как в прошлый раз, — заметив, как напрягся архангел, женщина только хмыкнула. Помнят милейшие, помнят прошлый разнос и последующие за ним «увольнения». Забавное слово, очень подходит для описания возникшего инцидента. Недолго думая Жизнь шагнула через пространство, выходя уже в совершенно другом месте. Она говорила, что не будет мешать брату, но это не значит, что она не может прогуляться по миру, так его привлёкшему. Даже континент выбрала тот же. Окрылённая идеей прогуляться по этому мирку, Жизнь даже выбрала себе более человечную форму и постаралась подобрать подходящую случаю одежду. Выбор пал на простые штаны, которые тут называют джинсы, и белую толстовку. Не зная, что делать с волосами, она просто оставила их, подумав — ну что такого во вплетённых лентах, перьях и прочих украшениях. Хм, и что он тут нашёл, обычный мир не слишком технологически развит, в плане магии вообще сильно отстаёт. Вертя головой в разные стороны, залипая на необычные машины на колёсах и без капли магии, а также провожая недоумённым взглядом людишек с небольшими аппаратами в руках, с экраном, но без голографии или проецирования информации сразу в разум, как это было в последнем мире, что она недавно посещала. Не замечая недоумённых взглядов, Жизнь гуляла, пока не вышла к небольшому, хотя может и большому для местных обитателей бетонных джунглей, парку. Там она замерла, принюхалась к воздуху. Поморщившись от недовольства. Если к общему загрязнению местной атмосферы она постаралась отнестись с пониманием и снисхождением. То вот остаточных эманаций от сильного ритуала с использованием множества человеческих жертв она стерпеть не могла. Взмах руки, и под крики и (не всегда восторженные) возгласы местные деревья окутывает мягкое свечение. Теперь они помимо углекислого газа должны перерабатывать некротическую энергию, обильно выплеснутую в мир, и, расщепляя, менять её окрас на нейтральный оттенок чистой маны. Довольная собой, Жизнь не сразу поняла причину повисшей вокруг тишины. А прохожих, увидевших только что произошедшее, понять можно. Из-за недавнего инцидента был объявлен длительный траур, и люди до сих пор старались лишний раз не заглядывать в Нью-Йоркский парк. А те немногие, что ходили, делали это разве что чтобы возложить цветы на возведённый монумент в честь погибших невинных. И вот теперь тут объявляется какая-то странная женщина. Да, она, несомненно, очень красива, и много кто сворачивает шеи ей в след. Однако это не отменяет того факта, что хождение босиком очень не распространённая практика, присущая в большей степени сумасшедшим. Так теперь она ещё и вытворяет в обрётшем дурную славу парке невесть что, заставляя деревья, все деревья, странно светиться! — Эй, вы что творите?! — и, конечно же, это привлекло не только простых зевак. Человек, одетый в полицейскую форму, уже положив руку на кобуру, спешил к ненормальной женщине. При этом он молил всех богов, каких знал, чтобы это просто была дурная шутка или незапланированное представление, а не рецидив недавнего инцидента. Только не в его смену, пожалуйста! У него же семья, дети, ипотека, в конце концов! — Да? — женщина обернулась, пронзив своим взглядом, словно острым ножом. Мужчина даже запнулся на мгновение, но, тут же собравшись, приказал: — Руки за голову, и без глупостей, вы обвиняетесь в нарушении общественного порядка и подготовке теракта! Вы имеете право хранить молчание, — пистолет покинул кобуру, направляемый на замершую в неуверенности незнакомку, беспомощно озирающуюся по сторонам. Сверху, насколько именно он, рядовой сотрудник, не имел понятия, пришёл строгий и не подлежащий двоякому толкованию приказ — всё, что хоть немного напоминает недавний инцидент, подлежит немедленному устранению с применением самых жёстких мер. Следуя именно этому приказу, мужчина сейчас и усаживал несопротивляющуюся незнакомку в машину, быстро вводя товарища, оставшегося тут, в курс дела. Сама женщина, руки которой уже были скованы наручниками, не выглядела испуганной. Она скорее с недоумением и странным интересом следила за происходящим. Всю дорогу, пока он связывался с начальством, а напарник напряжённо вёл машину, то и дело, поглядывая на заднее сидение посредством зеркала заднего вида. Женщина безмятежно, даже увлечённо глядела в окно. Может действительно просто сумасшедшая? И зря я всех переполошил? Начал сомневаться служитель порядка, когда всё так же несопротивляющуюся незнакомку повели в комнату для допроса встретившие их оперативники. — Имя, Фамилия, что делали в парке, — потребовала грозного вида женщина, склонившись над доставленной только что странной блондинкой. Та перевела на неё взгляд, и следователь на миг засомневалась, а кто тут подозреваемый. — Жизнь, гуляла. Односложно и так искренне, что тут же хочется поверить. Но Амелия, а именно так звали темноволосую работницу органов правопорядка, была калачом тёртым, работником опытным. Потому ни на миг не поверила. Хотя, может это просто хиппи? Да, это почти вымершая субкультура никогда не отличалась нормальностью. Может просто под травкой, дитя цветов, хех. Но, тогда как объяснить показания свидетелей и рассказ привёзшего её полицейского? Не массовой галлюцинацией же. Допрос был быстрым и «информативным». — Ну что, раскололась уже? — подошёл капитан, спешно свернувший все свои дела и лично пришедший проконтролировать это дело. Всё же в тех трагичных событиях он потерял единственную дочь. А потому был настроен очень серьёзно. — Ничего нового, именует себя «Жизнью», говорит, что гуляла, в Нью-Йорке, потому что хотела навестить брата. Контакты родственника не даёт, сообщая, что, цитирую, спешить не стоит, и все мы с ним встретимся, рано или поздно. Бред какой-то. Я считаю, что её можно просто штрафануть за употребление наркотиков да посадить суток на пятнадцать. Девочка странная, но не опасная. — Психи, зачастую самые опасные из их братии, всегда кажутся самыми невинными и безопасными из людей, — поделился мудростью капитан. Сверля взглядом одностороннее стекло, за которым удивительно красивая женщина рассматривала свои скованные руки, мужчина вдруг спросил: — Что думаете? — и повернулся к коллегам, полукругом стоящим за его спиной. Повисло молчание. Некоторые вообще всем своим видом постарались показать, насколько они «интерьер», и что их мнение можно не учитывать. Брать слово, и тем более хоть как-то встревать в это своеобразное дело, дураков не было. — Понятно, — раздраженно потерев переносицу немало раздосадованный такой пассивностью коллег капитан вновь вернул своё внимание к задержанной, параллельно продолжив: — Что показал поиск по базе? — Ничего сэр, она словно никогда и не существовала, — пожав плечами и отведя взгляд, сообщила Амелия. Её саму вся эта ситуация до жути напрягала. А она ещё думала, что сегодня закончит пораньше, наивная. — … — по зависшей паузе детектив поняла, что что-то происходит и тоже перевела взгляд на одностороннее окно. Надо сказать, очень вовремя. Она успела увидеть, что, собственно, произошло, и о чём ещё долгое время будут спорить сотрудники их отделения. Женщина с золотыми волосами, до этого пребывающая в расслабленном состоянии, неожиданно заметно даже невооруженному взгляду напряглась. Повела плечами, даже огляделась, словно опасность могла подстерегать её прямо на месте. Потом быстро достала из кармана своей толстовки ранее не найденные при обыске часы, и как только пропустили. Серебряные, на цепочке, словно под старину сделанные. Под щелчок открываемой крышки, женщина заметно побледнела. — Ещё этого не хватало, и как только проглядела, — только чудом слова, сказанные шепотом и, очевидно, не предназначенные для посторонних, были уловлены микрофонами, и столпившиеся по ту сторону стекла люди смогли их услышать. Вскочив с места, женщина, сверкнув потусторонним светом своих глаз, взмахнула рукой. Повинуясь жесту, ткань пространства послушно разошлась в стороны, открывая проход, в который особа, назвавшаяся «Жизнь», без раздумий прошла. — Что сейчас произошло? — только и смог вымолвит капитан, получив молчаливую поддержку своим словам от коллег.

Наше время

Мстители настроены были сурово и воинственно, так как Доктор Стрэндж попусту паниковать не будет. Уж в этом можно быть уверенным. Скорее всего. В любом случае, даже без наводящего смуту мага было предельно ясно: без серьёзных проблем сегодня они не обойдутся. Старк уже начал жалеть, что не оставил шкета в башне под подпиской о невыезде. Наблюдая за спокойно сидящим и нерыпающимся Человеком-пауком, мужчина без телепатии и прочих ухищрений прекрасно пронимал: подросток очень обеспокоен своим чисто теоретическим выживанием. Проще говоря — нервничает, опасаясь за свою жизнь в этом неожиданно подвернувшемся приключении. И самое главное, Старк его прекрасно понимал… Квинджет тряхнуло, ещё раз, и вот трап коснулся земли. Приехали. На негнущихся ногах Питер поднялся и, пристроившись за могучей спиной Капитана Америки, вслед за ним вылез на свет божий. Косой взгляд в сторону Локи и встреча с недовольным прищуром Смерти. Бросило в холодный пот. Э-это всё от нервов! — Ам, ну, пока всё вроде неплохо? — выдохнул Клинт, после минуты, за которую они, выстроившись в боевой строй перед самым крупным и вызывающим желание на месте наложить на себя лапки порталом, успели осмотреться и познать все грани тревожности. — Накаркал, — коротко и с крайне мрачным выражением лица бросила Наташа. Вторя её неутешительному вердикту портал, до того вполне себе мирно замерший, задрожал. — Готовьтесь! — крикнул Стив, стиснув щит и всматриваясь, до рези в глазах, в марево прохода между мирами. Локи нахмурился. От этого портала ещё более явственно веяло настоящим хаосом. А ведь Локи только мельком ощущал «это», ещё при общении с Таносом. Да, разум этого титана, так нехорошо обошедшегося с богом, от одного воспоминания стало не по себе, был точно поглощен этой со всех сторон неоднозначной силой… — Тебе страшно? — озвучил нечто опасно близкое к правде Смерть, неслышной тенью подойдя сзади и встав рядом. Надо сказать ему спасибо: говорил он на грани слышимости. — Это громко сказано, — натянув на лицо, совершенно бесполезную перед читающим чувства и мысли существом самоуверенную маску, Локи постарался оправдаться, деланно беззаботно пожав плечами, — скорее тревожно, знал я одного чудика из далёкой галактики. Вот при встрече с ним я ощущал примерно то же самое, только в разы слабее, а там плохие воспоминания, все дела. На лицо Смерти легла ничего даже близко хорошего не предвещающая тень. Но тут же пропала, и он выдохнул, заставляя себя расслабиться и не напрягать маленького бога ещё больше. Эти мысли он оставит на потом… Вместо того чтобы отдаваться столь разрушительному и сейчас совершенно лишнему гневу, он ограничился более подходящими и актуальными в данный момент действиями. Локи приложил массу усилий, дабы не вздрогнуть, когда его взяли за руку, переплетая пальцы. Этот холод он, думается ему, узнает из тысячи. Благо, стояли они в самом хвосте строя, и данный внезапный маневр остался незамеченным для широкой общественности. Локи уже говорил, что смертные не очень умные? Поставить в тыл потенциального, которому по профессии, между прочим, положено, предателя. Да, это же надо ещё исхитриться. Кажется, с этими людишками он стал слишком много повторяться. Но глупости были выдвинуты из головы мыслями об их руках и о том, что сама Смерть, его личное наваждение, таким вот незамысловатым образом выражает ему, хм, поддержку? Даже тут неясно. М-да, в последнее время и этого слишком много в его жизни. Очевидно, почувствовав смятение, Смерть только сильней сжал его руку. Надо ли говорить, что это только ухудшило положение? А существо, только сейчас осознав истинную причину душевного состояния маленького бога, спрятало неуместную сейчас улыбку. Пока парочка решала свои проблемы, Мстители, как и жители бескрайнего количества обитаемых планет, менее оторванные от реальности, встретились с врагом лицом к лицу. Из огромной кляксы портала вышла даже не сразу замеченная одинокая фигура, на фоне прохода выглядящая непрезентабельно. Как только она подошла ближе, у людей появилась возможность рассмотреть её более подробно. Человекообразная тварь с более вытянутым черепом, обтянутым бесцветной кожей и тремя провалами чёрных глаз. Облачено оно было в серый костюм, более всего напоминающий одежду каких-нибудь героев космической оперы. — Как эмиссар судного дня, должен получить ваше согласие, — заговорило существо таким же как и он сам бесцветным голосом. При этом сказать точно, на каком языке оно говорило было невозможно. И это напрягало не меньше вида торчащих на стыке высоких ботинок и штанов щупалец. Не дожидаясь ответа, оно продолжило, даже с намёком на насмешку, хотя в лишенном эмоций голосе этого было и не уловить: — Вы согласны, славно. Оповещение о начале сценария «занавес» донёс. За сим, я вынужден покинуть ваше общество. На прощание оно поклонилось, как настоящий джентльмен, преподнеся одной из ближе стоящих дам розу. Которая бы точно откусила Наташе, своей оказавшейся скрытой в лепестках пастью, руку, не успей она отпрянуть. — И слуги у него под стать хозяину, — выказав тем самым верх неприязни, чуть сморщив нос, почти беззвучно прошептал Смерть. Локи только быстро вопросительно глянул, впрочем, не спеша отрываться от занимательного представления. Но заметку в памяти сделал. — Назад! — только благодаря паучьему чутью Питер успел предупредить Мстителей и сам же отпрыгнуть от резко ставшего источником опасности «Эмиссара». Через мгновение по щиту, спешно поставленному Стефаном, размазались внутренности взорвавшейся твари. Прощальный подарок. Кровь и прочие куски мяса, попадая на землю, асфальт, между прочим, прожигали его подобно самой ядрёной кислоте. — Фу, — сморщился Скотт. Маг относился к Локи не самым лучшим образом, это стало совершенно очевидно, когда заклинание не закрыло бога лжи. Пока он пытался подобрать нужное заклятие, всё же магию мидгардского колдуна почти пробило, а он выложился на полную. Но этого не потребовалось. Его наваждение даже глазом не повело, а вот вокруг них вспыхнул купол, уничтожавший всё, что могло им повредить. — Ты не ранен? — наклонив голову, так что волосы попали на лицо, спросил Смерть. — Да, — кивнул Локи и, всё же не справившись с собой, осторожно убрал мешающие его наваждению пряди. Забавно, его рука даже почти не дрогнула. Сначала недоумённый взгляд сменился хитрой улыбкой и загадочным взглядом изумрудных глаз. Но Смерть ничего не сказал испуганно сжавшемуся от своих же действий богу обмана. Тот только перевёл дух и тихо проклял заалевшие щёки. — Мне одному интересно, какого, простите, чёрта это сейчас было? — тихонько спросил Беннер. — Ах, — выдохнула Ванда, оседая на землю. Её успешно подхватил вовремя оказавшийся рядом с ней Вижен. Девушку, что самоуверенно полезла в разум прибывшего создания, хорошенько приложило, дав по мозгам и чуть ли не отключая. — На этом всё? — с непередаваемой надеждой в голосе пробормотал Тони, — что ж, это было легче, чем я думал. — Хватит каркать, выживем, я вам клювы пообломаю и в… Что же такое с ними сделает Наташа (а в том, что они выживут, сомневаться не хотелось), Мстителям было узнать не суждено. Клякса портала с оглушительным акустическим ударом разорвалась, образовывая брешь и выпуская в их мир полчище, иначе не скажешь, тварей. — Да твою же мать! Русская шпионка удостоилась чести первой выстрелить в свалившихся подобно снегу на голову, в помещении, летом, монстров. И первая осознала всю глубину могилы, из которой им предстоит вылезти. Чудища были странными, их внешний вид всё время скакал от чего-то, на подобии ставших культовыми Чужих, до волкообразных тварей, единственным не чёрным элементом образов которых были горящие красным огнём глаза. При этом, сколько бы по ним не стреляли, сколь бы разрушительные заклятия на них не обрушивали, твари продолжали бежать, ковылять, ползти в сторону своих врагов. И пока их полностью не сотрешь в пыль, с чем Стрэндж и его магия на ура справлялись, они не успокаивались. Из портала твари хлынули во все стороны. На своём пути это чёрное море сметало всё, машины, здания. И только обороняющиеся Мстители стали своеобразным волнорезом. — Мама, остановите планету, я сойду! — порвался сквозь рёв, шум непрерываемой стрельбы и прочих звуков истошный крик Лэнга. Мужчина со своими способностями тут оказался не у дел. Ну что он сделает? Растопчет? Ха, эти штуки были поразительно пластичны. А станет меньше, так уже его размажут по асфальту, и не факт, что враги. В суматохе боя, начавшегося столь стремительно и сразу перешедшего в гиперактивную фазу, никто даже не подумал обращать внимания на странность. Никто, кроме бога лжи, которого это коснулось напрямую. Увидев то, что заглянуло к ним в гости, Локи только и смог что сглотнуть вставший в горле ком и приготовить заклинание, призванное в ограниченной области всё просто и незамысловато аннигилировать. Самое убойное, чему его научила Фригга, под строжайшим запретом на использование, разумеется. При этом мозг моментально обработал информацию, что поступила после первых нескольких секунд столкновения, и предложил оптимальный вариант: встать чуть ближе к местному магу, но при этом, следить, чтобы с другого бока всегда был Роджерс и его щит. Но планам было воплотиться не суждено, так как он не учёл самой крупной переменой в стратегии, а вот она его учла. И это был один из тех немногих, очень немногих случаев, когда бог лжи и коварства был рад своей ошибке. Стоило дёрнуться в намеченную точку, как ловкая рука его наваждения, что Локи машинально отпустил, перехватила его, дёрнув на себя. Вовремя бог попал в объятия Смерти. Так как буквально через один удар сердца чёрная тварь, прорвав оборонительный периметр Мстителей, как бумажный, под Наташино «мля», пролетела именно в том месте, куда рассчитывал примоститься бог обмана. Вот монстр уже в тылу, но отвлекаться от прущей спереди волны нельзя. Ситуация — полный провал и неминуемый кровавый пир у удачливой скотины. Однако вот Локи успевает повернуть голову и слышит, как Смерть шепчет: — Кыш, отсюда. И монстра как ветром уносит, а вокруг их парочки образовывается зона отчуждения, куда ни одна тварь ступать не осмеливается. В момент первого, Мстителям пустили и первую кровь. Клинт со своими стрелами оказался в не менее незавидном положении, чем Человек-муравей. Его потуги были для тварей как плевок в горящий дом. Если и помогло, то как — пока не ясно. Вот его и посекли. Но отделался, как говорится лёгким испугом и оторванной и, что уж скрывать, с аппетитом сжеванной рукой. До определённого момента (это минуты полторы) бой шёл гладко. Пока из портала не показалась массивная туша не менее непонятной, но до неприличия огромной твари с длинными суставчиками рук/передними лапами. Над головой чудища вертелись три светящихся красным светом «шарика». Стоило этому пугалу полностью оказаться в этой реальности, шары разлетелись в стороны, оглушая взрывами и опаляя лицо жаром. — Да вы издеваетесь, — выпалил Тони, когда вслед за отвлёкшимся на Халка и безуспешно пытающимся прихлопнуть назойливую букашку уродцем вылезло ещё двое идентичных существ. И вот эти товарищи направились прямо к ним. Верховный маг не выдержал напряжение от вида неумолимо приближающихся гигантов и, взлетев на своём плаще, создал внушающий священный трепет, от своих размеров, магический круг. Одну из тварей он положил, но цена оказалась слишком большой. Джеймса даже костюм не спас: общий уровень защиты с пропажей из уравнения мага резко оставил желать лучшего, и мужчину просто перемололо. Как в мясорубке, из клыков и когтей. За ним последовал стоящий за его спиной Скотт. Локи, до того притихший в холодных руках Смерти, поморщился когда одна из тварей, остановившаяся на форме чёрного волкообразного, с рогами на голове и длинным хвостом с жалом на конце, медленно подошла к ним и бросила к ногам его личного наваждения чью-то голову в железном шлеме. Одного взгляда Смерти хватило, чтобы монстра с его добычей размазало по мостовой. Но Локи подумал не об этом. Твари явно знали, кто такой Смерть, и имели какое-то своё, диктуемое не только страхом отношение к нему. Любопытно. Следует ли, когда всё это закончиться, расспросить? Началась вторая минута. Из строя выбыла Алая Ведьма, схлопотавшая за попытку подчинить сознание чудищ, и, оставив тушку на попечение Вижена, отправившаяся изучать далёкие астральные дали. За ней последовал Халк, его просто взяли количеством, захлестнув чёрной волной, в которой он и затих. Именно этот момент выбрала реальность, чтобы лишиться всех красок, замереть, на долгое мгновение. Дословно повторяя момент, когда на их бренную землю ступила нога самой Смерти. Питер всхлипнул, чутьё оглушительно звенело в ушах, предупреждая о невероятной опасности. Локи почувствовал, как держащий в объятиях и опустивший на его плечо голову Смерть напрягся. Во всей этой суете бог даже не предал значения их, теперь очень смущающему положению. Но это сейчас точно было лишним. Не только люди, но и монстры застыли неподвижными статуями. Но вот секунда. Мир снова обретает цвет и твари, до этого казалось занявшие всё видимое и невидимое пространство, синхронно уподобившись единому организму, прыснули в стороны, образовывая проход, от самого портала до группы Мстителей, вжавшихся в погрызенный квинджет. И только теперь оставшиеся люди смогли увидеть, кто ещё решил заглянуть на огонёк. Увидеть и почувствовать, словно на их уставшие плечи свалилась вся тяжесть бытия. Странное давление, в миг обрушавшиеся на них заставило пошатнуться, а ставшие непослушными ноги подогнутся. Но даже так Мстители, привыкшие бороться до конца, смогли найти в себе силы, чтобы посмотреть на своего врага. Слегка пошатываясь к ним, приближалось нечто, более всего напоминающее сгусток тьмы с кучей глаз, пастей, длинным хвостом, тащившимся следом, и парой облезлых крыльев, в которых белыми пятнами просматривались кости. От долгого взгляда голову пронзила острая боль, а общая картина начинала, неуловимо смазываться. Мстителям ещё не приходилось сражаться с противником, которого они даже толком разглядеть не могут, не говоря уже о том, что даже чтобы встать, тому же Стиву пришлось приложить невероятные усилия. «Нечто» тем временем приблизилось на расстояние десятка метров, неизвестное давление с его приближением только набирало обороты. Вот уже и Вижен, до этого гордо стоящий, пошатнулся. У сопротивляющейся Наташи, не привыкшей так бездарно валяться в пыли, из носа хлынула кровь, а Стив упал на колени, опираясь о щит, вогнанный в землю. Стрэндж, что после тесного знакомства с Дормамму, перенёс ощущения от присутствия этой непонятной штуки, куда как спокойнее, печально сплюнул, подлетел ближе. Попытка затащить тварь в зеркальное измерение и уже там разложить на атомы, закончилась не начавшись. Чёрный жгут энергии, вырвавшийся из тела «нечто» хлестанул в грудь, проходя все защитные заклинания и с противным хлюпаньем рассекая плоть. — Какие вы невежливые, — утробным голосом пророкотало оно, вбивая каждое слово в сознание невольных слушателей, словно кувалдой раскаленные гвозди. — Есть предложения? — беззвучно прошептал Тони, чей костюм вдруг показался совершенно неподъемным. Стив, как единственный услышавший, только сжал зубы. Вперив полный ненависти взгляд в нового врага. Гнетущее ощущение скорой гибели чуть развеял Смерть. О присутствии которой, герои Земли успели начисто позабыть. Отлипнув от маленького бога и одними глазами попросив/приказав оставаться на месте и не волноваться, Смерть не спеша, и кажется даже не замечая этого невидимого но придавливающего к земле потока силы, вышел вперёд. Вот он подходит совсем близко. Быстрее, чем кто-либо успел разглядеть подробности, казавшуюся на фоне «нечто» ещё более хрупкой фигуру Смерти обвил могучий хвост. — Ты меня разочаровываешь, — качнув головой, и не делая попыток вырваться, создание заговорило с осуждением, — где фантазия, полёт мысли. Или ты просто экономишь время? Но зачем? Я окончательно перестал тебя понимать. Непонятное существо не ответило, хотя возможность говорить уже продемонстрировало. Вместо этого оно, дёрнувшись, вздрогнуло всем телом. Странное существо, чей вид всё никак не хотел складываться в воспринимаемые для человеческого разума образы, поплыло. Начало сжиматься, приобретая понятные, простые черты, поддающиеся пониманию. Мужская фигура, чей возраст определить не выходит вовсе, так как даже принадлежность к расе людей очень относительна. Серая кожа, множество глаз по всему телу, что сейчас полностью сосредоточили своё внимание на Смерти. Крылья сложились в накидку, упав на плечи, хвост и вовсе пропал. Над головой с серыми, короткими волосами, засветился нимб, чёрного цвета. Теперь вместо хвоста Смерть держали уже руки, и непонятное существо не преминуло тут же этим воспользоваться. Осторожно, будто бы держа нечто драгоценное, оно переместило их на щёки, потянуло вверх. Будучи значительно выше Смерти ему самому пришлось наклониться. Но завершить поцелуй не дала вставшая на пути холодная рука. Пришлось разочарованно оставлять метку на ладони. — Я изумлён твоей наглостью, — медленно произнёс Смерть, отстраняясь и потирая висок, — и поощрять твою банальность, не собираюсь. Будь любезен, возьми себя в руки, у меня голова болит от твоей остаточной ауры. — Ха, не такой встречи я ждал после долгой разлуки, — изумлённо мотнуло головой существо, в чьих глазах, тех которые на лице, плескалась первозданная тьма. Одновременно с этим Мстителей отпустило, некоторые даже смогли подняться. Теперь складывалось впечатление, что перед ними обычный «человек». — Стоп, — серое существо так и замерло, словно бы наткнувшись на стену осознания чего-то для себя непостижимое, — у тебя голова болит… Смерть, даже не видевшие его лица люди почувствовали это, закатил глаза, посмотрев на собеседника как на дитё малое. «Нечто» быстро, словно желая в чём-то удостовериться, схватило Смерть за руку, ту, что была без перчатки, и совершенно бесцеремонно задрало рукав струящейся мантии. — Этот аватар… — медленно начало невнятное существо, осторожно отпустив руку, на которой увидел чёрные следы, там, где ранее прикасался его хвост. И перевело взгляд на лицо, по которому, в местах, где ранее его пальцы соприкоснулись с бледной кожей, побежали тонкие полосы трещин, из которых сочилась самая обычная кровь. Впрочем, с примесью клубящегося в неё чёрного тумана, что уже принялся старательно восстанавливать повреждённые участки. — Да, не так далеко ушёл от простых физических оболочек людей, и если ещё хочешь стоять рядом, смени свой, — Смерть смахнул из уголка губ каплю крови, что, даже не успев долететь до земли, кристаллизовалась, чтобы разбиться об асфальт под босыми ногами, — или я долго не протяну. «Нечто» молча отступило на несколько шагов, чтобы пространство вокруг его тела задрожало, а после на миг, вспыхнув сотнями красных всполохов, не успокоилось. Теперь только цвет кожи отличал «нечто» от обычных людей. Чёрные глаза, но теперь в количестве только двух штук и с белой склерой, с виной смотрели на Смерть, чей облик тоже неспешно возвращался к привычной идеальности без повреждений. — Почему? Ты же теперь… — серое существо недоговорило, запнувшись. — Ситуация не располагала, — сухо бросил Смерть, — не скажу что рад видеть тебя, но всё же приветствую. — Теперь я могу тебя коснуться? — пропустив очевидное недовольство собеседника мимо себя, «нечто» подошло ближе, уже без прежней опаски проводя пальцами по скуле. — Ещё раз так сделаешь, — шлёпнув по руке, прошипел Смерть, сегодня вообще необычно эмоциональный, — сам пойдёшь себе новых всадников искать. Это ведь даже не моя проблема. — Ты так равнодушен ко мне, может быть, это убедит тебя в искренности моих чувств, раз ты успел выкинуть их из памяти?! Непонятное создание быстрее, чем кто-либо из людей успел понять, что собственно происходит, в прямом смысле протянуло Смерти своё сердце, упав на колени. Его вмиг появившиеся на руке когти легко пробили кожу и мясо с костями. Да, вид существа, собственноручно вырывающего себе сердце и предлагающего его самой Смерти. Скажем так, не для слабых духом это зрелище. Смерть, в свою очередь, выказал своё ко всему отношение только едва дёрнувшейся верхней губой. Но и этого хватило, чтобы непонятное создание, пожав плечами и сменив своё настроение в мгновение ока, просто выкинуло всё ещё пытающийся качать кровь орган, разочаровавший его. Прилетев в толпу до этого замерших тварей вокруг, он организовал кратковременную потасовку за возможность его сожрать. Победивший в схватке монстр вмиг свалился на землю и под оглушительный вой, хруст ломаемых костей и противный звук разрываемой плоти начал изменяться. Секунды, ощущаемые как сама вечность, и огромный дракон расправил свои, закрывшие небо, чёрные крылья. Смерть тяжело вздохнул, и неизвестный, даже не отрываясь взглядом от лица своего визави, взмахнул рукой. Тут же столпившуюся за его спиной орду тварей, словно косой проредило, перемолов в кашу самых неудачливых и только появившегося на свет дракона. — Настолько не рад меня видеть? — даже слезу пустив от таких мыслей, пробормотало непонятное существо, когда в тщетной попытке схватило воздух, вместо рук Смерти. — Ранишь меня в самую душу! А ведь столько вместе прошли! Я столько для тебя сделал! — запричитав, говорившей неожиданно воспарял духом, — а может, этот вид не прельщает твой взор! Так бы и сказал! Из резко потерявшего остатки красок тела, так и не обозначенного как либо существа вырвался чёрный дым, иссушив ранее используемую оболочку и… тут же обратив процесс вспять, под ироничный взгляд изумрудных глаз, снова обретя уже привычный вид. — Неет, тут что-то другое, — протянуло существо с задумчиво-подозрительными интонациями, — но что? — Помнится, уже говорил тебе, с меня хватит? Мы и так слишком переусердствовали в прошлом, — пожав плечами, Смерть смерил собеседника нечитаемым взглядом. — Да ладно, лишь одно дерево, и ты уже отступаешь, нам же было так хорошо, — под конец оно уже улыбалось. Смерть только вырвал свою кисть из захвата невесть когда вновь добравшегося до него неизвестного существа и сложил руки на груди. — Ты ошибся эрой, «дорогой», в этом мире тебе делать нечего, — бросил, как отрезал Смерть, прищурив колдовские глаза. — Ооо, ах, ты как всегда жесток, вот я уже тебя узнаю, — пропело странное создание, наконец, поднимаясь с колен, — но ты сам знаешь, хаос такой нечёткий и непунктуальный. Да и, большая ли разница? — Ты обратишь прахом работу не одного ткача рока, полагаешь, что твоё спонтанное желание стоит этого? — вскинулся Смерть, оказывается способный и на такую взволнованность. — Как будто тебя это когда-то заботило? — насмешливо прищурилось непонятное сущесво. — Теперь да, — продолжая стоять на своём и не отвлекаясь, Смерть вполне естественно ударила по лезущим, куда не приглашали, рукам своего собеседника. Тот только обиженно вздохнул. — Что-то ты не договариваешь, хм, — нахмурившись, серый человек задумчиво обошёл собеседника по кругу, придирчиво рассматривая, а потом выдал, шипя сквозь зубы, но так, что слышать это могли лишь не обделённые усиленным слухом разумные, — может быть, дело в том мелком божке, что так напряженно сейчас за нами следит? Смерть нехорошо сощурился, наверное, если бы строение этой оболочки позволяло, угрожающе зарычал. — Угадал, — удовлетворённо кивнул его собеседник и, нежно ухмыльнувшись, добавил, — да не паникуй, я в его сторону даже смотреть не буду, сдались мне твои развлечения, будто, честное слово, я тут целибат держал, пфф. — Вынужден попросить тебя, хотя бы сейчас, отбросить игры и, возможно, что скажешь на счёт клятвы? — мило улыбнувшись и прервав словоизлияние, проговорил Смерть. — Да? Да. Ха-ха! Видимо я недооценил твоей привязанности к этому, хм, мальчишке, ладненько, так и быть, даже если он, я прав, останется подле тебя после его формального конца, не буду сильно ревновать. Настроение непонятного существа снова сделало сальто назад, и оно угрожающе рыкнуло: — Нет-нет, не позволю никому украсть у нас нашу вечность! Ты должен смотреть только на меня! Ай, больно! Смерть отвесил разошедшемуся «товарищу» божественную затрещину. — Твоя больная одержимость мной, ко мне и моими делами никакого отношения не имеет, — нахмурился Смерть и, подумав с секунду, не давая собеседнику продолжить, сменил тему, — а теперь давай-ка прибирать тот бардак, что устроил. Мы же пришли к согласию, не так ли? Глаза его полыхнули зелёным огнём, а черты заострились, ожесточившись и придавая менее безобидный вид. — А как же мы, — простонал для людей, наблюдающих этот, хм, «спектакль», неизвестный. Его даже неприкрытая угроза в голосе не смутила. Снова припадая к ногам бесстрастной Смерти, продолжил: — Просто оставим этот вопрос не решенным? Ты понимаешь, это уже будут не здоровые отношения, мы должны, обязаны всё обсудить. — У нас впереди вечность, успеем душевно поболтать, — отстранённо заметил Смерть, — но чем больше ты тянешь, тем сложнее будет восстанавливать уже тобой разрушенное, — под конец он шипел, как разъяренный кот, разве что лапой обидчика не ударил. — Ау! А нет, ударил, но нечего было опять же лезть, куда не звали, своими ручонками. — Л-ладно, но ты обещал, и только попробуй мне солгать! — глаза говорившего вспыхнули первозданным пламенем, но пыл был моментально остужён. В этот раз пинком, по обыкновению босой ноги, что тут же была мастерски перехвачена, и неизвестный оставил на ней свой поцелуй, заставив уже Смерть дёрнуться. — Я никогда не лгу. — Я знаю, — лучезарно улыбнулось серое существо, — будем лично всё поднимать из пепла или время мотнём? Переход к конструктивному обсуждению был так же спонтанен, как и все действия разрушителя порядка. — Если да, то для верности нужен кто-то третий, всё же я не спец, может, мне призвать Войну? — Не смей об этом даже помышлять! Третий голос, третье, на памяти уже слабо понимающих, что происходит, Мстителей, замирание пространства. И третий участник разговора встревает между Смертью и раздосадованным, что теперь до неё не добраться, «нечто». — О, хех, и мелкая тут, да я везунчик, но, Жизнь, не могла бы ты отойти, чуть-чуть, — благодушно хохотнув, серое создание обратилось к появившейся женщине с золотыми волосами, предлагая не перекрывать доступ. — Ещё один взгляд в сторону брата, и я тебе обещаю, Апокалипсис, ты у меня получишь! Регенерировать астральную оболочку годами будешь. — Ну, не такая уж большая плата, слышишь, любовь моя, твоя дражайшая сестричка дала карт-бланш, — повеселел обозначенный как «Апокалипсис». — И как ты его терпел, — тяжело выдохнула женщина, потирая голову и смотря на «брата» сочувствующим взглядом. — Я и сам не знаю, теперь вот думаю, может окончательно память стереть? Вдруг спокойнее будет. — Вообще-то я ещё тут, — раздраженно рыкнул Апокалипсис, — Жизнь не нарывайся. Смерть, ненаглядная ты моя, а давай, действуй, мне нравится. Заново пережить всё, что между нами было, разве это не чудесно! — Мы насколько будем время отматывать? — доставая из кармана толстовки часы на серебряной цепочке, спросила блондинка, демонстративно не замечая слов третьего члена беседы. — Думаю, меньше четверти оборота, — отвернувшись от злобно сверкающего глазами в сторону девушки Апокалипсиса, Смерть достал знакомые золотые часы, с лёгким щелчком вскинув крышку.