(не)важно

      Вечер вторника…       Вечер вторника — это, безусловно, не угнетающий вечер воскресения, не уставший вечер четверга, не незабываемый вечер пятницы и не ленивый вечер субботы. Но жизнь Антона теперь не подчинялась классическому календарю. Теперь он жил в ожидании понедельника и пятницы, потому что ничего интереснее встреч с Арсением априори быть не могло. И в этом его календаре вечер вторника был самым неприятным, ведь ждать следующего занятия нужно было нестерпимо долго.       Однако совсем не днями недели сейчас были заняты все мысли парня. В его голове упорно крутилась всего одна фраза. Фраза, способная всё спасти или, наоборот, всё испортить. Фраза, для которой практически невозможно выбрать правильный момент. Фраза сильная, важная, хоть и опошленная. Фраза, которую Антон презирал, в которую не верил, и которая так предательски легко слетела с его губ. Я тебя люблю.       Парень не знал, что такое любовь. Он никогда её не испытывал. В какой-то момент он даже перестал ждать чуда и решил, что никогда не произнесёт подобного вслух. Но сейчас он мысленно обсасывал каждую букву этой несчастной фразы.       Что же он чувствовал к Арсению? Это не была любовь. Ведь любовь — это же, как в мультфильмах Disney: с первого взгляда, взаимно и навсегда. Но это и не была похоть или пустое желание. Ведь любое из этих чувств отстало бы от парня одновременно с оргазменными спазмами.       Что же это? Заинтересованность? Симпатия? Влюблённость? Антон не был уверен. Но точно знал, что продолжал хотеть Арсения. Но хотел он не только секса. Он хотел дотрагиваться до него, хотел чувствовать его прикосновения, хотел слушать его рассказы, хотел подшучивать над разницей в возрасте, хотел обнимать, хотел целовать, хотел пить кофе из его любимой кружки, сидя в его домашней футболке. Антон хотел его всего полностью, без остатка. Но больше всего он хотел, чтобы Арсений также хотел его.       В этом нетипичном «хочу» Антона было больше искренности, чем в любом «люблю», когда-либо прозвучавшем из чьих-либо уст. Слово «влюблённость» всё же описывало его чувства точнее любого другого.       Антон хотел. Хотел с каждой секундой всё больше и больше. С тех пор, как парень попробовал его губы на вкус, не прошло и десяти минут, чтобы он не вспомнил их, чтобы не представлял их на своей шее, чтобы не воображал, как они будят его по утрам. Он хотел повторить тот раз. Хотел повторять его так часто, как это только возможно. Хотел не останавливаться на достигнутом, хотел больше быть с ним.       Взяв телефон в руки, Антон решил наконец сделать то, о чём подумывал чуть ли ни с первого занятия. Длинные пальцы быстро открыли директ в Instagram и ловко набрали сообщение: «А можно я ещё по средам буду приходить на занятия?»; он отправил сообщение сразу же, чтобы не дать себе возможности усомниться в этом решении, хоть на секунду. Ответ пришёл незамедлительно: «Да, конечно, приходи».       Подключив наушники к телефону, Антон довольно быстро нашёл OnlyFans Арсения, на который он уже две недели был подписан. Вообще, парень жил по принципу: «любой контент можно получить бесплатно, если знать, где искать»; исключениями были только Spotify и OnlyFans Арсения. Антон заходил сюда часто (если не сказать очень часто), однако с момента его последнего посещения успело появиться новое видео.       Антон даже не сразу узнал себя на экране. Он никогда не любил позировать перед камерой. Но в этом видео он смотрелся правильно и органично, словно именно так и должно было быть, а иначе и помыслить невозможно. Он действительно нравился себе: пальцы, которые непрерывно изучали чужую кожу, казались ещё более тонкими и длинными, неспортивная фигура выглядела скорее утончённой, а неуверенные движения смотрелись аккуратными и романтичными. Но самое главное — огонь в глазах, то, как он смотрел на Арсения. Безусловно, Антон мог видеть свой взгляд только на фото, но он готов был поставить все свои деньги на то, что никогда ни на кого не смотрел также, как на Арсения.       Он быстро промотал видео до момента с той треклятой фразой. Арсений даже не перевёл взгляд на парня. Антон смотрел на экран и пытался понять: не услышал ли мужчина эту страшную реплику или просто проигнорировал её. Возможно, ему часто такое говорят, и он просто привык. Парень откинул телефон и накрыл лицо ладонями. Теперь ему казалось совершенно очевидным, что для Арсения это было просто очередным видео «для фанатов». Ещё более очевидным было то, что его план «воплотить навязчивую идею, чтобы отвязаться от неё» с треском провалился. Ведь теперь стало понятно, что Арсений не был навязчивой идеей.       Антон вспомнил, как мужчина изначально поставил ему условие «не влюбляться». Помнил, знал, понимал, пытался. Честно пытался. Но не получилось, не справился, провалился. Просто проебался. Без шансов, без возможности реабилитироваться, без надежды на то, что его рано или поздно отпустит. Он уже весь в нём. Весь в своём репетиторе. Весь в своём любимом порноактёре. Весь в самом красивом мужчине в мире. Весь в Арсении.       Арсений и не подозревал, но сейчас Антон полностью принадлежал ему. Его мысли, его тело, его голос, его время, его интерес, его желания. Парень весь был в чужих руках, хоть и совершенно не хотел этого, но уже не мог иначе. Он готов был отдать всего себя, но прекрасно понимал, что Арсению это не нужно. Антон хочет отдаться, вот только, его не возьмут. И эта страшная фраза предательски шумно звенела в ушах: «ты не влюбляешься в меня, просто поверь, оно тебе не надо». Надо. Очень надо. Больше жизни надо.       Вот только Антон не может прийти с этим к Арсению. Он принял условия. Он согласился играть по таким правилам. Он знал, что не сможет, но всё равно согласился. Так что теперь ему осталось только натянуть улыбку, запихнуть чувства поглубже, наслаждаться нечастыми встречами и делать вид, что всё в порядке. Потому что он сам подписал себе смертный приговор. Сам согласился. А большие мальчики отвечают за свои слова. Даже если сложно. Даже если больно.