Третий лишний

      В спортзале уже пять минут слышались ахи и вздохи. Любой, кто проходил бы мимо наверняка подумал бы что-то не то. Вот и Дима, который подошел к хлипким дверям и уже собирался зайти встал как вкопанный. Вмиг покрасневших ушей достигла мольба Сережи: — Олежа, я так больше не могу, куда больше-то растягивать? — Терпи давай, — безжалостно отрезал Олег.       У Димы затряслись руки. Он сжал и разжал кулаки, глубоко вздохнул и с громким стуком толкнул дверь. Сережа, уже порядком уставший, поднял голову на шум и с мучением улыбнулся. Он сидел на коврике, растянув ноги, и пытался ладонями дотянуться до пальцев ног. Позади него стоял Олег в своей любимой футболке с «Арией» и давил на спину Разумовского, а Сережа возмущенно кряхтел как старик. — Ты опоздал, — заметил Олег, мельком глянув на брата, — я уж боялся, что ты снова ввязался в драку. — Ди-и-има… — жалостливо протянул Сережа, когда Олег наклонил его чуть ли не до пола, — спаси-и… — Ты слишком долго сидишь за своим компьютером, вот и деревянный такой, — недовольно сказал Олег, наконец, отстав от своей жертвы.       Сережа с облегчением разогнулся. В свои пятнадцать лет он выглядел ниже, чем Олег и Дима, ведь он и правда, горбился. Братья Волковы, хоть и часто спорили, но относительно Сережи были единогласны — Сереже нужно помочь заняться спортом. Физически Дима и Олег развивались практически одинаково. Оба были подкаченные, по крайней мере, старались дойти до такой формы. В их компании Разумовский выглядит худее, чем кажется, он всегда быстро выдыхается. Когда проходит осенний кросс Сережа печально вздыхает и к финишу приходит почти последним. Физической силе он предпочитает умственный труд. Часами зависал в классе информатики, даже успел съездить на пару олимпиад и вернутся победителем. Из-за этого защищать Сережу от нападок пришлось еще чаще, чем в детстве. — Если пройдешь все круги ада мы купим тебе шоколадку, ту, что ты любишь, — пообещал Дима, снимая майку и собираясь пробежать пару кругов.       Сережа задержал на его торсе взгляд и через пару секунд хмыкнул: — Купить меня решили? Не на того напали, — секунду подумал — две шоколадки.       Олег не удержался и улыбнулся. — Договорились, а теперь марш по кругу за Димой.       Сережа со вздохом поднялся на ноги, не без помощи Олега и с неохотой присоединился к другу. — Вот ведь тиран, правда? — демонстративно громко сказал Дима, когда Сережа догнал его, — а вот я с ним до этого еще восемь лет жил!       Сережа попытался сдержать смех, продолжая бег. — Разговорчики! — когда ребята оказались рядом с Олегом он попытался достать их полотенцем и в шутку шлепнуть, Дима успел увернуться, а вот Сереже досталось по пятой точке. Обиженно глянув из-за плеча, Сережа показал Олегу язык и состроил гримасу. Тем не менее, бегать продолжил.       Спустя час друзья покинули спортивный зал, взмыленные, потные и уставшие. Сережа упал на кровать и прикрыл глаза рукой, все еще тяжело дыша. Олег тем временем в наглую щеголял перед ним голой спиной, с которой падали капли воды после душа. Темные волосы блестели на свету дешевой лампочки. Они видели друг друга любыми, как ни как живут в одной комнате уже лет пять. Но Разумовский уже давно стал наблюдать за собой странную реакцию, каждый раз, когда кто-то из братьев переодевался. В эти моменты Сережа пытался делать вид, что все нормально, отворачивался к тумбочке, делая вид, что ищет там что-то и стыдливо прятал румянец на щеках. А сам под удивленные взгляды Димы и Олега шел переодеваться в душ. Он, почему-то стеснялся своего тела, друзья были подтянутыми, сильными, загорелыми, а Сережа глядел на свою бледную кожу с веснушками и расстроенно одевался.       Сережа украдкой поглядывал на Олега и старался успокоить своё бешено колотящееся сердце. Давно понял, что это не последствия тяжёлой для него тренировки, но от этого было еще хуже. Причем, он так реагировал не только на Олега, к ним обоим он испытывал нежное чувство, дорожил их дружбой, но все-таки при Диме Сережа мог вести себя свободнее.       Сделав над собой неимоверное усилие, Сережа встал с кровати и, подхватив полотенце, сменную одежду, поспешил в душ. На полпути он столкнулся с Димой, который возвращался за забытой в спортзале сумкой. Сережа не успел затормозить и врезался в него. Реакция у Димы была хорошей, он поймал Сережу и крепко ухватил руками, не давая упасть. Зато сумку пришлось отпустить. Разумовский уткнулся в Димин свитер, благодаря все высшие силы, что сейчас на дворе зима и ходить в одной майке или еще хуже с обнаженным торсом, как часто делал Дима было не лучшей идеей. — Чего ты так бежишь? Боишься, что потратят всю горячую воду? — мягко спросил Дима, легонько поглаживая Сережу по плечам. Из-под растрепанной челки Сережа глядел на друга, и все больше чувствовал что краснеет. Пауза затягивалась, Дима неловко кашлянул и, убедившись, что Сережа крепко стоит на ногах отпустил его из своих теплых объятий. — Не беги, — посоветовал Дима, легонько улыбнувшись, и провел рукой по рыжим волосам, которые отросли до приличной длины. — Если хочешь, могу подождать, когда ты освободишься, пойдем вместе. — Нет, спасибо, — смущенно пробормотал Сережа, — не нужно тратить из-за меня впустую время. Тебе еще домашку надо делать.       Дима перестал улыбаться, лицо приобрело серьёзное выражение, он взглянул на Сережу и ответил: — На тебя я потрачу хоть все свое свободное время.       Сережа моргнул, затем начал глубоко дышать, стараясь прогнать смущение. Тем временем Дима внимательно на него смотрел, наверно ожидая ответ на это неожиданное признание. Чтобы скрыться от внимательного взгляда Сережа развернулся и быстрым шагом устремился в душевую, оставив удивленного Волкова позади.       Зайдя в абсолютно пустую душевую, что удивительно, направился в дальнюю кабинку. Не успел он открыть дверцу, как его внезапно схватили за волосы и оттащили к раковинам. Сердце ухнуло в пятки, Сережа зажмурился и потянулся руками к неизвестному, пытаясь отцепить его от своих волос. Когда его притащили и поставили напротив зеркал, он смог разглядеть нападавшего, который вцепился в него мертвой хваткой, оттягивая голову назад и обнажая шею.       Нападавшим был ровесник Сережи по имени Максим, про которого учителя говорили: «по нему плачет детская комната милиция». Честно говоря, Сережа не мог вспомнить, чем он ему насолил, вроде раньше и не пересекались лично. Но он явно был другого мнения и крепко держал его в руках, да так что не шевельнуться. Иногда Разумовского действительно бесил тот факт, что почти все его ровесники были крупнее и сильнее него, и он ничего не мог с этим поделать. Даже тренировки не помогали, Сережа быстро выдыхался, и за его безопасностью следили братья Волковы. Но сейчас их рядом не было. Точно! С этим Максимом недавно повздорил Дима, в стычку влез и Олег, но тогда Сережи с ними не было, он писал олимпиаду по информатике. — Ну что, Разумовский, телохранителей твоих нет, никто нам не помешает. — В отражении зеркала блеснули старые ржавые ножницы, и Сережа похолодел, осознав, что он собирается сделать. — Когда закончим, передай Волкову…обоим, что не стоило меня бесить.       Сережа забился в сильной хватке, отчаянно рвясь на свободу, будто от этого зависела его жизнь. В тот момент он действительно так думал, мало ли что мог выкинуть будущий малолетний уголовник. Вырваться не удавалось, тогда он попытался закричать, но тут же его рот заткнули, и из горла вырвалось лишь непонятное мычание. Максим легко подавил сопротивление и уткнул Сережу лицом в холодное, грязное зеркало. Решив не затягивать экзекуцию, быстро развернул ножницы и единым движением отрезал большую часть волос. Сережа вздрогнул и почувствовал, как на глазах выступают слезы. От обиды, от своей же беспомощности. Он пожалел, что сейчас с ним нет Димы.       Максим же, как ни в чем не бывало, собрал неровно состриженные локоны и с издевкой произнес: — Пойду, кину это Волкову в его вечно кислую рожу.       Сережа сполз на пол и скрючился, как от боли. Дрожащей рукой он потянулся к обрезанным волосам и пропустил их сквозь пальцы. Смотреть на свое отражение не решился и спустя десять минут, так и не побывав в душе, поплелся на ватных ногах в комнату. Было ужасно стыдно предстать перед Олегом и Димой в таком заплаканном виде. Была дурацкая мысль даже прикрыться полотенцем, но ребята все равно бы увидели рано или поздно.       Как только он открыл дверь, возня в комнате прекратилась, а братья во все глаза смотрели на друга. Сережа обрадовался, что не стал смотреть на себя в зеркало и не представлял, как ужасно он сейчас выглядит. Не говоря ни слова, Сережа стал расправлять кровать, стараясь как можно быстрее оказаться под одеялом, и забыть о случившимся, как о кошмарном сне. Первым от шока отошел Дима, он подскочил к Сереже, развернул его к себе и вне себя от злости прорычал: — Кто?!       Возможно, у Димы не было намерений пугать Сережу, но он буквально источал злость, пускай она и не была направлена на него. Сережа вдруг задрожал, загнанно смотря то на Олега, то на Диму. Волков так и не смог добиться от него ответа, вместо этого притянул к себе и крепко обнял. С нежностью прикоснулся грубыми пальцами к коротким теперь волосам и успокаивающе гладил по голове и спине. Олег не знал, куда себя деть, поэтому стал лихорадочно думать, кто мог сделать такое с Сережей. Он уже давно ни с кем не враждовал, все удары на себя принимали они с Димой. — Ну, все, успокойся, — доверительно прошептал Дима, все еще мягко поглаживая по голове. Сережа перестал всхлипывать, Дима помог ему улечься на кровать и присел рядом на пол, то же сделал и Олег. — Скажи нам, кто это сделал? — твердо попросил Олег. Сейчас надо бы наверно проявить мягкость, но Олегу было нужно узнать прямо сейчас. Сережа прочистил горло, и, отведя взгляд тихо пробормотал: — Максим, ну вы его помните, недавно подрались.       Дима мог бы поклясться, что слышал, как у Олега заскрипели зубы, так сильно он сжал челюсть. Обычно заводилой в их компании был Дима, но у Олега на этот раз очень сильно зачесались кулаки. Братья дождались, когда Сережа уснет и, выйдя за дверь стали обсуждать случившееся.       Олег лихорадочно соображал. Очень хотелось прямо сейчас пойти бить морду обидчику, но нельзя было действовать так прямо. За Димой уже числились проступки, и если он опять что-то такое натворит ему не отвертеться. — Ну что молчишь, мы так и спустим это на тормоза? — Дима чуть ли не пыхтел от злости. Дело было даже не в Сережиных волосах, которые честно сказать ему очень нравились. Дело было в том, что эта сволочь посягнула на Сережу, а ведь тот даже не знал его толком. Он просто решил напасть на самого слабого, как последний трус. — Эта мразь… — Знаю, — коротко бросил Олег, нахмурившись. План начал созревать. — Послушай, скорее всего, если мы пойдем жаловаться, ему толком ничего не будет.       Дима уже было открыл рот, чтобы возразить. — Нет, послушай, так и будет. Воспиталки давно жалуются, что ему нужно было состричь волосы до приличной длины. А сам Сережа жаловаться и рассказывать подробности, которых мы тоже пока не знаем, не будет. Хоть ты его под дулом пистолета отправишь к директору. Его и слушать никто не станет. — Значит…- понимающе протянул Дима. — Надо столкнуть ублюдка с более серьезным проступком и посмотреть, что будет, — ухмыльнулся Олег.

***

      Утром, собираясь в школу, Олег пытался растормошить Сережу, но тот лишь сильнее закутался в одеяло, будто в кокон и явно не собирался оттуда выходить, даже рыжей макушки не было видно. — Мы скажем, что ты заболел, — Олег с пониманием отнесся к состоянию Сережи.       Уже собираясь выходить, Олег окликнул брата, но тот ответил, что догонит. Дима присел возле кровати, осторожно погладив кокон, который от его прикосновений зашевелился. — Сережа, мы ему отомстим, можешь не сомневаться. — Ничего больше не говоря, он встал и пошел вслед за братом.       Сережа осторожно выглянул из-под одеяла и, убедившись, что никого нет, неуклюже вылез и подошел к шкафу, на дверце которого висело зеркало. Смотреть на себя, такого жалкого было тяжело. Он провел рукой по коротким, неаккуратно состриженным волосам. Надо будет потом мальчиков попросить постричь ровнее. Уж кому и доверять свои волосы, так это им.       Шел уже второй урок. Олег сидел как на иголках. Дима же, сидя на последней парте сверлил взглядом затылок Максима. Он даже не слушал учителя, хотя химия была его любимым предметом. Он бы еще на перемене сцепился с Максимом, но этот двоечник не посчитал нужным прийти к первому уроку. Дима пол урока настраивал себя действовать по плану, а не просто расквасить ему лицо. Лишь понимание того, что ждет Максима, грело его душу. Перед глазами все еще стоял образ заплаканного, трясущегося как птенчик Сережи и за него хотелось убить. Наконец прозвенел долгожданный звонок. Они поспешили из кабинета, самый первый вышел Олег — следить, чтобы никто не вошел.       Им безмерно повезло, что в этом же кабинете будет еще и математика. Значит Максиму, явно не ожидавшему от кого-то более умного хода, чем просто мордобой, не пришло в голову присматривать за своими вещами.       Дима надел перчатки, чтобы не оставить следов, открыл рюкзак и похолодел, на дне (там даже учебников не было) лежал перекрученный рыжий локон. Поборов желание забрать его, чтобы не показать свое вмешательство, он забрал именной брелок, который по слухам был с Максимом, когда у того еще были живы родители. Закончив все дела, поскорее вышел из кабинета.       Когда братья вернулись в комнату Сережа сидел на кровати, прижав колени к груди и читал «Гарри Поттера». Услышав стук двери, поднял взгляд и улыбнулся. Олег и Дима устало вздохнули. День был слишком тяжелым морально. Улыбка чуть поблекла, Сережа отложил книгу корешком вверх и провел ладонью по волосам, все не решаясь попросить. Дима с Олегом переглянулись, они поняли Сережу без слов. — Давай ты, для меня это кощунство, — бросил Дима, не вставая с кровати. Олег тяжело вздохнул, но увидев благодарный взгляд друга, быстро настроился на помощь. Сережа сел перед зеркалом на табуретку и с волнением отдал Олегу ножницы, которые держал все это время рядом. — Не бойся, я все сделаю аккуратно, — вкрадчивый голос Олега успокаивал и через минуту Сережа уже расслабленно сидел и ждал, когда стрижка закончится. Наконец Волков подравнял последний локон и отложил инструмент, надеясь никогда не использовать его на волосах Сережи, даже если бы он попросил. Сережа тихо поблагодарил его и снова сел на кровать. Дима не мог выносить этого тоскливого взгляда, хотелось сделать все, чтобы Сережа улыбался как раньше. — А пойдемте, погуляем? — предложил Дима, надеясь, что брат его поддержит. Тот, слава богу, тоже решил, что идея замечательная. Осталось только уговорить Сережу. Сережа помотал босыми ногами — Дима украдкой любовался голыми коленками — подумал и, наконец, ответил: — Давайте сходим к Марго? Мы у нее давно не были.       Кажется, братья одновременно вздохнули с облегчением и стали собираться. Сережа впервые со вчерашнего вечера выглядел повеселевшим. Компания друзей направились к своему излюбленному месту, перекидываясь между собой шутками и пытаясь не поскользнуться на льду. Они так и не заметили, как украдкой курящие за детским домом Максим и его друзья глядели им в след.