favorite dragon

Нин Гуан стояла на балконе, смотря на небо, усыпанное звёздами. Впервые её щёки настолько уставали от улыбки, которая не спадала уже несколько часов. Она медленно проводила гребнем по своим длинным волосам, не переставая думать о том, что не так всё плохо, а даже хорошо. Будущий муж не тиран, а хороший император. Желание узнать мужчину становилось намного сильнее. Как только леди привела свои волосы в порядок, то вернулась к кровати, где её дожидалась фрейлина. — Госпожа, неужели Вы влюбились? — с улыбкой поинтересовалась фрейлина, склонив голову на бок. Нин Гуан стушевалась, но сразу же взяла себя под контроль. — Разве это так важно? — спросила госпожа, усаживаясь на свою мягкую постель. — Мы слышали Ваш прекрасный смех, кажется, ваши отношения выходят на новый уровень, — проговорила девушка, помогая миледи улечься. Нин Гуан ни улыбнулась, ни закатила глаза, ни отнекивалась. Госпожа тихо выдохнула, почти незаметно, словно успокаиваясь. Фрейлина накрыла миледи одеялом, потушила свечи и покинула покои, понимая, что госпожа не собиралась отвечать. Двери издали тихий щелчок, после чего комната погрузилась в тишину. Лунный свет проник сквозь панорамные двери на балкон, оставляя тень от рамы. Она так и не сомкнула глаза до рассвета. Когда ночь сменило утро, а луну солнечные лучи – Нин Гуан сидела на балконе, укутавшись в тёплый плед. Облака, напоминавшие кудряшки овец, окрасились в медно-пурпурный цвет. Стало невыносимо интересно: можно ли коснуться этих прекрасных облаков? Если да, то насколько они пушистые? Нин Гуан сразу вспомнила о бывшей госпоже. Как там Люмин? Она опустила голову на колени, вздыхая. Сейчас, когда её никто не видел, можно было снять маску безразличия и явить истинные эмоции. Внутри сразу обострилась боль от разлуки. «Я так по тебе скучаю, Люмин» – даже внутри голос надломился. Долгое время она пыталась не думать о ней, но сейчас уже стало невыносимо. Не сдержалась. Не смогла. Она слишком привыкла, чтобы вот так просто оборвать свою привязанность к ней. Фрейлина вошла в покои без стука, ведь думала, что госпожа ещё спит крепким сном, но какого же было удивление, когда Нин Гуан сидела на балконе, спрятав лицо в коленях. Девушка вздохнула: теперь её госпожа будет весь день сонной мухой. Нин Гуан незаметно вздрогнула, ведь её острый слух услышал щелчок открывающиеся двери. Ещё раз взглянув на горизонт, она увидела оранжевое солнышко, которое сразу обласкало её бледное лицо своими лучами, а дуновение ветерка слегка растрепало передние пряди серебряных волос. Уже наступило утро и она обязана вставать. Но... «Люмин, как же я хочу тебя увидеть» – горестная мысль поглотила всё хладнокровие. Из-за императора, который заставил её спустя столько лет громко рассмеяться и начать чаще улыбаться, её маска дала ещё одну трещину. Вскоре маска совсем превратится в пыль, которую останется лишь рассыпать на ветру и оставить в прошлом. Маска – её единственная защита. Была. — Гос... — фрейлина не могла не удивиться, увидев печальное лицо госпожи. Одного взгляда золотых глаз было достаточно, чтобы почувствовать на сердце тяжесть. — Я никуда не пойду, — тихо проговорила миледи, положив руки на колени, а голову на руки. Она повернула голову к солнцу, увидев частичку чистого лазурного неба. «Прямо как её глаза». — У тебя очень красивые глаза, Нин Гуан. Они напоминают мне расплавленное золото. Ты не должна их стесняться, а наоборот – гордиться. Такова Воля Небес. — Каждый раз, когда я работаю в саду, я не перестаю смотреть на небо, ведь небо – цвет твоих глаз. Ты такая же светлая, мирная и чистая. — Хахаха! Пошли лучше вместе польем цветы, пока родители не видят! — Люмин в припрыжку побежала на задний двор, наплевав на все нормы приличия «истинных леди». Дракон бы побрал эти воспоминания, что присосались как пиявки. От них только хуже. Нин Гуан тяжело вздохнула, прикрывая глаза. Фрейлина не понимала, что ей следовало делать, но и оставлять госпожу в таком состоянии было опасно. Нин Гуан повернула голову и посмотрела на фрейлину. Брюнетка неосознанно выпрямилась от столь печального, но не менее проницательного, взгляда. — Эмбер, — позвала миледи, заставляя фрейлину незаметно вздрогнуть, хоть она и ожидала, что госпожа позовёт. — Есть ли у тебя человек, по которому ты невыносимо скучаешь, но по некоторым обстоятельствам не можешь больше встретиться? — Есть, госпожа, — кивнула фрейлина, опуская взгляд в пол. Эмбер старалась не думать об этом человеке, ведь все люди когда-то оставляют кого-то в прошлом. — Мужчина? — поинтересовалась миледи. Что это мужчина догадаться было легко. — Да, он... — фрейлина явно сомневалась в ответе. Госпожу нужно было утешить, к тому же она явно не была тем человеком, который станет всем рассказывать. — Он рыцарь Его императорского Величества. — Имя-то есть у твоего рыцаря? — А, ну... — замялась Эмбер. Взяв прядь тёмных волос, она начала нервно её накручивать. — Кэйа Рагнвиндр. — Он случаем не... — Родной брат Его Высокопревосходительства, — кивнула девушка. — Он ко мне очень холоден, а иногда слишком нежен. Мы с ним поссорились и уже очень долгое время не общаемся, — глаза наполнились печалью. — Он очень талантливый, обаятельный, порой мне кажется, что я его просто недостойна... — горестно вздохнула, опустив голову. — Если ты что-то чувствуешь к этому мужчине, то не смей думать о том, что недостойна. Нет в этом мире ни достойных, ни недостойных. — Вы правы, госпожа, — вздохнула брюнетка. Она склонила голову на бок, глянув на госпожу. — А у Вас кто? Вы можете мне доверять, я никому не расскажу. — Подруга. Нин Гуан не понимала, почему вдруг решила довериться и рассказать. Возможно, отсутствие в её жизни Люмин около недели давало о себе знать, ведь раньше не было ни дня, чтобы они не делились чем-то важным, сокровенным и личным. И пусть фрейлина была хладнокровна, но Люмин читала её, как открытую книгу. Нин Гуан была ей за это благодарна. А теперь её рядом не было, но была скромная Эмбер. Было невозможно промолчать, ведь тяжесть на душе слишком сильна, чтобы её вынашивать. Она рассказала. Рассказала, что вовсе не леди из дома Благородии, а простая дочь барона и баронессы. Что Люмин настоящая леди из дома Благородии, которая должна была стать невестой императора, но её родители решили подменить дочь на неё. Поведала о том, как скучает по ней. Поделилась тем, что родители прогнали из дома из-за необычной внешности. Эмбер внимательно слушала, иногда кивая или удивляясь. Фрейлина подумать не могла, что её госпожа, чьи манеры были на уровне истинной императрицы, оказалась обычной дочерью баронов. Нин Гуан поймала на себе восхищённый взгляд, нежели презренный, какой ожидала. Видимо, чутьё её не обмануло: Эмбер хорошая и её эмоции самые искренние. — Вы такая молодец! — пролепетала брюнетка, хлопнув в ладоши. — А знает ли об этом Его императорское Величество? — Не знаю, сказал ли ему канцлер, но если бы сказал, думаю, меня бы здесь уже не было, — пожала плечами госпожа. — Думаете, император не захочет в жёны дочь баронов? — Эмбер склонила голову на бок. — Род Благородии даже звучит благородно, что уж говорить о самом поместье. Оно входит в один из самых величавых, а потому невест всегда берут из них. Кому нужна жена с низким статусом, тем более баронесса? — Думаю, Его императорское Величество очень Вами заинтересован и навряд ли отпустит, — задумалась фрейлина. — Я не надеюсь на его любовь и верность, но хочу хотя бы уважение, когда получу статус жены. Как только будет статус, моё место окрепнет. — Его императорское Величество очень справедливый и достойный правитель, думаю, не менее хороший муж, — но Нин Гуан уже будто не слышала. Госпожа смотрела на небо, больше не скрывая свою тоску. — Я принесу Вам завтрак. Фрейлина покинула покои и направилась на кухню, где лучшие повара нарезали овощи и мясо, делая из них шедевры. Эмбер очень любила кухню во дворце, ведь туда привозили все самые лучшие продукты. Больше всего ей нравился стейк. «Нужно обязательно дать его попробовать госпоже!» – вдохновилась Эмбер, открывая двери на кухню. Женщины средних лет тут же помахали руками фрейлине, улыбаясь во все зубы. Двое мужчин расставляли ящики с новыми овощами на отдельные столы. Новые служанки, которые только-только поступили на службу, подошли к коробкам и начали расфасовывать овощи, некоторые отправляя на мойку, так как были нужны для готовки. Повара, слуги, помощники – словно одна семья. Здесь каждый старался друг другу помочь. Здесь улыбались, дарили искренние пожелания и радовались, когда пробовали приготовленную ими пищу. Это словно райский уголок. Люди на кухне вставали за полчаса до первых лучей солнца, чтобы успеть приготовить еду для более сотни человек. Сложная работа, и не все с ней справлялись. Для этого нужно было особое призвание. — Эмбер, подай полотенце! — попросила женщина, протягивая ладонь. Эмбер тут же схватила чистое полотенце со стены и бросила в руку поварихи, отчего та улыбнулась. — Спасибо! — Я пришла за завтраком для своей госпожи, — проговорила брюнетка, усевшись за высокий стул. — Уже готово! — произнёс мужчина, поставив серебряный поднос на деревянную поверхность. На подносе был прожаренный стейк размера с ладонь, в который была воткнута декоративная палочка с бантиком, рядом бордовый соус в виде незамысловатого узора и сверху листочек зелени. Апельсиновый сок для бодрости и свежести, а также прекрасный цветок Сесилия в маленькой вазочке. — Благодарю, — кивнула Эмбер, восхищённо посмотрев на завтрак. Казалось, такая еда на утро тяжёлая, но она изначально планировала угостить госпожу стейком. Это просто приятное совпадение. Эмбер покинула кухню, с улыбкой на устах вышагивая по коридору. Напевая незамысловатую мелодию, девушка думала о своей госпоже, которая оказалась намного ранимее. Кто бы мог подумать, что под шипами скрывался столь ранимый цветок. Душа фрейлины не могла нарадоваться, ведь госпожа ей доверилась, показала истинные эмоции и рассказала про свою жизнь, о которой не был в курсе даже император. Это было до невозможности приятно. Грело душу, обволакивало сердце, заставляя его биться чаще. Вывернув из-за угла, она неожиданно с кем-то столкнулась, опрокидывая поднос на пол. Поскользнувшись на жире, фрейлина рухнула на пол, ударившись о пол затылком. Парень, который её снёс, лишь испуганно проморгался, но тут же подскочил с пола и побежал дальше. Эмбер тяжело вздохнула. Затылок отдался слабой пульсацией, свидетельствуя об ударе. — Хоть бы извинился... — недовольно прошептала. Взгляд наткнулся на испорченный стейк и разбитый бокал с соком. Девушка сокрушенно вздохнула. — Ты испортил завтрак моей госпожи, гадёныш! — крикнула в пустой коридор. Ещё одни тяжёлые шаги заставили недовольно поджать губы в полоску и поднять взгляд. Прямо перед ней остановился мужчина с синими волосами, сощурив свои глаза цвета льда. Эмбер даже показалось, что вокруг всё замёрзло. От его равнодушного взгляда по коже прошлись неприятные колики от мелких мурашек. Кэйа протянул свою широкую ладонь, чтобы помочь фрейлине подняться, но та лишь фыркнула, сама вставая и оттряхивая юбку от несуществующей пыли. Собрав испорченную еду и осколки на поднос, фрейлина развернулась и готова была уйти. — Ты злишься? — разрезал ледяную тишину его бархатный голос. — С чего бы? — развернулась Эмбер, вскинув брови. — Я виноват, но если бы... — замолчал. — Если бы что? Продолжай, раз уж начал, — нахмурилась фрейлина. Её характер начал расшатываться от виноватого взгляда мужчины и его продолжительную молчаливость. Она вспыхнула, словно спичка. — Если бы я уехала изначально? Или если бы я не мешала тебе и той леди начать отношения? — грудную клетку в миг сдавили чувства. — Эмбер, я не собирался начинать отношения с другой девушкой. Ты плохого обо мне мнения. — Всего хорошего, — бросила фрейлина, разворачиваясь и с гордой осанкой уходя обратно на кухню. Без завтрака стыдно будет появиться перед госпожой, ведь та, быть может, ждёт его. Кэйа тяжело вздохнул, коснувшись кончиками пальцев левого виска. Это худшая ситуация, какая с ним только могла случиться. Девушка, являющаяся близкой для сердца, злилась и не подпускала к себе. Что было делать? Эмбер была упряма, но всегда давала людям высказаться в свою защиту, а ему даже секунды не давала, будто бы он пустое место. Прежде замёрзшее сердце ничего не чувствовало, но стоило ей растопить лёд своим пылающим пламенем нравом, как невиданные чувства захлестнули мощной волной цунами. Всё равнодушие уходило, но он так привык выглядеть для всех беспристрастным и могло показаться, что ему было всё равно на её чувства. Рыцарь потряс головой, прогоняя мысли о фрейлине. Сейчас его цель поймать наглого парнишку, проникшего во дворец. И как только ему смелости хватило? «Поймаю и выпотрошу» – фыркал мужчина, втягивая воздух носом. Запах парнишки до сих пор витал в коридоре, а потому его было слишком просто найти. Кэйа не спешил, ведь прекрасно понимал, что тот далеко не убежит. Незнакомец слишком сильно рвался во дворец, а значит у него была какая-то причина здесь находиться. Дилюк покинул свои покои, направляясь в кабинет императора. Нужно было обсудить пару деталей насчёт бала в честь помолвки и обговорить насчёт самой невесты, ведь у неё лживое происхождение. Для каждого в замке она являлась благородной леди из дома Благородии, но что будет, если правда вскроется? Протест высокопоставленных лиц императорского дворца. Императрица, рождённая с «грязной кровью» будет бедой для всей империи. Советники будут против. Его цель замять дело с помощью пробуждения внутри неё древнего дракона. Это будет не просто, но необходимо, чтобы все люди убедились в том, что она единственная достойная женщина занять трон рядом с императором. Красива, умна, хладнокровна. Она – идеал, который трудно откопать. Другой не найти. Канцлер вывернул из-за угла, резко остановившись. Кэйа замер, бегло пробежавшись по телу брата взглядом. Они минуту друг друга сканировали, а после продолжили путь. Отведя взгляд друг от друга, они посмотрели на дорогу перед собой. Прошли мимо, словно никогда не были знакомы. Просто прохожие. Волна обиды накатила на канцлера, заставляя того остановиться и удивлённо вскинуть брови. Волна обиды исходила от брата, который тоже замер в метре от него. Они стояли спиной друг к другу, не поворачиваясь. Сердца бились буквально в унисон, а ауры пытались прочесть друг друга. Считать эмоции, мысли, прошлое. — Эмбер? — поинтересовался Дилюк. — Что мне делать? — задал один единственный его волнующий вопрос. Брат усмехнулся. — Удиви её, — ответил канцлер. Вздохнув, он случайно учуял незнакомый запах. Мужской. — Кто-то проник во дворец?! — Этим делом уже занимаюсь я, расслабься, — спокойно произнёс Кэйа. — Ну так вперёд, чего языком треплешь? — огрызнулся Дилюк, цыкнув. Он сорвался на быстрый шаг, постепенно отдаляясь. — А сам-то, лишь бы свалить на кого-нибудь, — усмехнулся мужчина, не оглядываясь на уходящего. Он спокойным размеренным шагом направился по запаху.

***

Чжун Ли снова сидел за рабочим столом и перебирал документы, где-то оставляя свою печать. Усталость била по вискам, глаза слезились от света, но он был слишком категоричен к себе. Заставлял себя работать, хотя организм требовал отдыха. Раньше он мог протянуть без сна четыре ночи, но сейчас даже одни сутки для него оказались слишком. Может быть, это случилось из-за того, что одна смелая леди приласкала его на коленях и заставила поспать. Это сильно повлияло на него. В покои постучались, отвлекая от новых порций мыслей про миледи. Канцлер вошёл в кабинет, спокойно прошествовав до рабочего стола императора. Он присел напротив мужчины, откинувшись на высокую спинку. — Я прочитал тут парочку книг про древних драконов, — начал издалека, чтобы заинтересовать. Чжун Ли продолжал ставить печати на документах, бегло читая указания, чтобы знать какие бумаги он подтверждал. Но он прислушался к словам канцлера, которому этого было достаточно. — Дракон внутри у каждого пробуждается во время гормонального скачка. Это может быть потеря близкого человека, ссора с любимым и даже половая связь. Тут можно выбрать третий вариант, — канцлер улыбнулся, встретившись со взглядом императора. — Но даже помолвки не было, — произнёс император. — Можно после неё, она всё равно будет уже через восемь дней. — Это... — замялся мужчина. — Это точно сработает? — Не попробуете – не узнаем, — пожал плечами канцлер. Дилюк вышел из покоев, загадочно улыбаясь. Чжун Ли поджал губы и закрыл глаза, хмурясь, ведь дракон внутри буквально взревел от радости. Получить в объятья прекрасную девушку сравнимо с благословением богини. Получается, что через восемь дней она уже будет его. Полностью. Грудь сдавило от восторга. Вот только Нин Гуан обычно приходила в это время его проведать. — Случилось что? — спросил вслух, но ответом была тишина. Отложив документы в сторону, он поднялся из-за стола и решительно направился к дверям. Если не приходит она, значит придёт он. «Интересно, она ещё спит?» – задумался. Преодолев коридор, он оказался напротив двойных дверей, ведущих в покои невесты. Тихо приоткрыв дверь, он осторожно заглянул внутрь, бегло осматривая комнату на наличие девушки. Когда на кровати её не оказалось, он вошёл полностью в покои и заглянул на балкон. Нин Гуан разлеглась на диванчике, укутавшись в плед. Длинные волосы шлейфом спускались на пол, словно водопад. Присев напротив неё, он протянул руку и коснулся прядки, убирая с лица. Девушка тихо сопела, совершенно не чувствуя касаний. Эмбер наконец донесла долгожданный завтрак, но замерла на пороге, увидев императора. Фрейлина стушевалась, не зная как поступить, но тут же поставила поднос на тумбу и покинула комнату. Как только она вышла, император поднял миледи на руки и перенёс на мягкую кровать, где укрыл тёплым одеялом. Та поежилась, сразу подминая одеяло под себя. Вот только чужое присутствие развеяло усталость, заставляя приоткрыть золотые глаза. Увидев перед собой мужчину, она резко вдохнула и распахнула глаза, оказываясь в сидячем положении. — Я... Кажется, я уснула, — выдохнула Нин Гуан, взъерошивая волосы на макушке. — Извини, ты что-то хотел? — она посмотрела на императора. Чжун Ли замер. Действительно, а что он хотел? Просто прийти, посмотреть на неё, увидеться, поговорить? Всё сразу. За короткое время он слишком привык к ней. Он настолько сильно хотел её увидеть, что даже не думал о том, что ей сказать. Глупость какая. Император отвёл взгляд, впервые в жизни не зная что ответить. — Как спалось? — первое, что пришло в голову, спросил Чжун Ли. — Я не смогла уснуть, потому что я думала о тебе на протяжении всей ночи, — вздохнула Нин Гуан, обратно падая на кровать. Перевернувшись на бок, она посмотрела на Чжун Ли, который тоже явно не спал. Он удивился её прямому ответу, который не заставил её даже засмущаться. — А ты снова сидел за документами? — Так заметно? — улыбнулся император, вызывая у неё ответную. — Ещё бы, — согласилась и начала отползать назад. — Кровать большая, места хватит на двоих. Можешь прилечь и вздремнуть. Бодрый император куда лучше уставшего. Император думал минуту. Нет, он не ляжет. Мысли о том, что она может пробудить силу дракона от страсти возбуждали внутри него все извращённые фантазии. Он мотнул головой, присев на край кровати. — Если хочешь отдыхай, я пойду к себе и отдохну там. — Как пожелаешь, — пожала плечами Нин Гуан. Император встал с кровати и подошёл к дверям, открыв их. Как только он собрался переступить порог покоев, на него с головой накатила невыносимая тоска, сжимающее сердце в тиски. Он даже вздрогнул, невольно расширив глаза. Чжун Ли ещё никогда не ощущал чего-то подобного, отчего мысли панически заметались. Он посмотрел на миледи, которая сжала одеяло в кулаки и лежала с закрытыми глазами. Нин Гуан снова не смогла сдержать всё в себе. В ней что-то ломалось, похожее на веточку, трескалось, словно швы на платье. Её сердце разрывалось от чувства странного одиночества из-за отсутствия Люмин. — Я передумал, — произнёс мужчина, закрывая двери. Он скинул камзол и лёг на свободную половину кровати. Она отвернулась от императора, совсем тихо облегчённо выдыхая, чем вызвала улыбку. Чжун Ли прикрыл глаза, расслабляясь.