favorite dragon

Нин Гуан сидела за своим туалетным столиком, медленно проводя по волосам гребнем. Император же сидел в кресле, заинтересованно наблюдая за её махинациями с волосами. От неё исходили тревога, тоска и печаль, которые он принимал в себя, впитывал, словно губка. Эмпатия – не просто считывание эмоций и чувств, но также возможность принять всю боль на себя, чтобы человеку стало легче. Именно это он делал, заставляя грудь болезненно сжиматься. Но так не могло продолжаться. Он был обязан выяснить. — Нин Гуан, — позвал Чжун Ли, вставая с кресла. Он подошёл сзади миледи, положив руки по обе стороны от неё, на туалетный столик, загоняя её в своеобразную ловушку. Та перевела свой заторможенный взгляд на мужчину. — Что с тобой? Что случилось? — Я в порядке, — ответила Нин Гуан, останавливая свою руку с гребнем. Она не могла рассказать про себя: сказать правду. — Правда, — добавила для убедительности, отведя взгляд золотых глаз. — Что бы ни случилось, ты должна мне доверять. Я – император и твой будущий муж. Между нами должна быть прочная доверительная черта, — проговорил Чжун Ли, придав голосу стали. Уверенный тон мужчины заставил её задуматься. Чжун Ли резко выдохнул, расширив свои глаза в удивлении. — Эмбер, есть ли у тебя человек, по которому ты невыносимо скучаешь, но по некоторым обстоятельствам не можешь больше встретиться? — Есть, госпожа, — кивнула фрейлина, опуская взгляд в пол. — А у Вас кто? Вы можете мне доверять, я никому не расскажу. — Подруга. Она неосознанно открыла своё сознание, прикрыв глаза. Хватило пары секунд, чтобы увидеть всё, что миледи рассказала своей фрейлине. Нин Гуан часто заморгала, снова взглянув на отражение императора. Тот слегка мотнул головой, отгоняя от себя лишние мысли. Становилось понятно, почему она не могла сказать: боялась, что подумает о ней, якобы она недостойна быть императрицей из-за низкого статуса. «..я не надеюсь на его любовь и верность..» – слова больно ударили в грудь, заставляя сердце сжаться. Встретившись с её ледяными глазами, он поджал губы. — Я заинтересован в тебе, как мужчина, — произнёс Чжун Ли, заставляя девушку слегка расширить глаза. — И только от тебя зависит, могут ли мои чувства продвинуться на уровень с чем-то большим, чем симпатия, — он задумался. — Но даже если между нами не будет любви, то это не страшно. Тебе не нужно бояться, что я найду другую женщину и отправлю тебя обратно, словно не знал никогда, — её сердце забилось чаще, а его острый слух тут же это услышал. — Ты – единственная, кто будет рядом со мной. Но тревожит тебя другое, — он склонился над её ухом, смотря в её золотые глаза в отражение. — Как только ты станешь императрицей, то будешь вольна делать что угодно, — и уже шёпотом добавил: — Абсолютная власть над всем. «Я смогу увидеться с Люмин!» – проснулась в разуме восторженная мысль. От его слов вся тревога ушла, а новая маска безразличия уже была готова для ношения. Улыбнувшись, она кивнула императору, а после снова надела маску. Чжун Ли отошёл от миледи, давая ей больше пространства. Она встала из-за столика, на ходу делая бантик из собственных волос, куда воткнула золотую шпильку, чтобы причёска держалась. Само платье отдалённо напоминало расплавленное золото, немного тёмное, состоящее из кружевного нагрудника и атласной юбки. Образ завершали белые туфли. — Сегодня вечером придёт дизайнер, выберешь платья и туфли, — проговорил мужчина. Он понял, что у неё маловато платьев для выхода, поэтому нужно немного обновиться. Нин Гуан лишь согласно кивнула. — Пойдём ко мне, дам тебе печать и начнёшь заниматься приготовлениями, какими хотела. Они покинули покои миледи, направляясь в императорские. Чжун Ли бросал короткие взгляды на девушку, пытаясь узнать, о чём она снова задумалась, но сознание было напрочь закрыто. Опустив взгляд с глаз на её пышные губы, он тут же отвернул голову. Нин Гуан бросила взгляд на спутника. Чжун Ли открыл двери в покои, проникая в свою комнату. Сразу взяв с рабочего стола печать и закрыв её, он отдал невесте, которая приняла её. Мужчина развернулся и вышел на балкон, положив ладони на широкое бетонное ограждение. Он слегка повернул лицо, краем глаза замечая движение в проходе на балкон. «Думал, уйдёт» – хмыкнул про себя мужчина. Нин Гуан встала позади императора, посмотрев на его голову. Сердце начинало бешено колотиться в предвкушении чего-то необычного, сладкого. Чжун Ли услышал её учащённое биение сердца, улыбнувшись одним уголком губ. — Ты что-то ещё хотела? — спросил император, повернувшись к девушке полубоком. Та сглотнула слюну. — Да, — ответила миледи. За всё время, которое они провели, она была в себе уверена. Могла спокойно сказать то, что хотела, не смущаясь. Но что-то изменилось. Было сложно сказать то, что хотелось. — Впервые вижу, как ты смущаешься, — улыбнулся мужчина, разворачиваясь к девушке всем корпусом. Та опустила взгляд на его грудь и накрыла свои пылающие щёки пальцами. — Я не... Нет, — неверяще произнесла миледи, удивляясь. — Ты в меня влюблена или прониклась симпатией? — он наклонился к её лицу, встречаясь с блестящими золотыми глазами. — Прошу прощения, — кашлянула Нин Гуан, отвернув голову. Она отчаянно пыталась надеть маску безразличия, вот только она действительно прониклась к нему симпатией, которую не могла игнорировать. Симпатия заставляла смущаться. — Думаю, прониклась симпатией, — ответила спокойно, еле взяв в руки контроль над своим поведением. Император удовлетворённо кивнул. — Что ж, — улыбнулся Чжун Ли, выпрямляясь. — Этого стоило ожидать, не только мне же ходить с симпатией. — Да что Вы говорите, — усмехнулась миледи. В покои раздался тихий стук, который не был услышан. Дилюк улыбнулся при виде императора с миледи и тут же ретировался из покоев, тихо прикрыв за собой дверь. Выдохнув, он пошёл по коридору, решив, что подойдёт позже, пока будущая императрица не покинет покои императора. Снова в коридоре витал чужой запах. Посторонний. Он втянул запах, прикрывая глаза. «Сзади!». Дилюк вовремя нагнулся, разворачиваясь и ускальзывая от удара ногой. Сделав переворот в воздухе, канцлер приземлился на одно колено, коснувшись пальцами пола. Благо, он далеко ушёл от императорских покоев, иначе укоризненного взгляда от Чжун Ли было бы не избежать. Парень медленно приземлился на пол, вставая в боевую стойку. Дилюк издал гортанный рык, хмурясь. — Ты кто такой, сопляк? Как посмел явиться в такое место тайком? — рычал Дилюк. Его ступни и запястья начали обвивать струйки пылающего огня. Кулаки угрожающе сжались до побеления костяшек, а кровавые глаза начали меняться: черный зрачок сузился, став вертикальным. Парень невольно сделал шаг назад, приоткрыв рот. — Боишься меня? — оскалился Рагнвиндр, начиная идти походкой дикого зверя на парня. — Бойся, — прошипел. Секунда, и на месте, где стоял Дилюк, осталось лишь чёрное горелое место. Дилюк молниеносно нанёс удар парню в грудь, заставляя того отлететь назад, разбивая спиной стекло в окне и вылетая наружу. Кости заскрежетали, защёлкали, хрустнули. Лопатки начали меняться на виду, разрывая на спине дорогое одеяние канцлера. Мужчина присел на четвереньки, издавая гортанный рык. Когти начали отрастать, меняя цвет пластины на чёрный вместе с кожей на пальцах. На пол капнули пару капель крови. Крылья с мощным хрустом вылезли, достигая стен коридора. Восьмиметровые, бордовые, кожистые и имели острые кости на сгибе. Оставив глубокие царапины на полу, мужчина взмахнул крыльями и вылетел в окно следом. Цепкий взгляд кровавых глаз сразу увидел парня, который скрывался среди высоких башен на своих никчёмных крыльях. Хватило одного мощного взмаха, чтобы оттолкнуться от воздуха и молниеносно полететь на парня. Ярость бушевала, кожа начала частично являть красную чешую. Парень испуганно сжался и еле увернулся в сторону, краем пёрышка задевая каменную стену, в которую тут же влетел Дилюк из-за неосмотрительности. — Мелкий кусок мяса! Я сделаю из тебя отбивную! — Дилюк вылез из дыры, карабкаясь по стене. Парень стоял от мужчины в тридцати метрах на дрожащих ногах. Позади были крылья, имеющие тёмно-синее оперение, которое загадочно переливалось под лучами солнца. Если бы он был женщиной, Дилюк бы забрал эту пташку себе. Расправив крылья, парень был готов взлететь снова. Он начал бегать глазами по бешеному дракону, пытаясь считать его мысли. Прочесть, словно книгу. Узнать его прошлое, чтобы надавить. Он был не так прост и слаб, как могло показаться. У него были свои методы уничтожения. — Где она? Найдите мне её! — орал мужчина, дергаясь на кровати в диких конвульсиях. — Джинн! Джинн, вернись! — рычал, дергая цепи. — Успокойся! — рыкнул император, сверкнув своими глазами в темноте. — Борись! Борись с собой! — Найди! Я сказал найди её! — очередное звероподобное рычание, которое разнеслось по всей территории замка, разгоняя птиц в округе. — Нужна! Она нужна мне! Прошу! — антимагические кандалы больше не сдерживали внутри бушующее пламя дракона, который рвался наружу. Канцлер буквально взорвался. Пламя откинуло императора и брата назад, заглатывая мебель, стены и шторы огнём. Парень неожиданно улыбнулся. Крылья сложились за спиной, как у птицы, вызывая на лице Дилюка непонимание. Дракон снова зарычал, отталкиваясь от каменной полуразрушенной башни, нацеливаясь на парня. Взмах крыльев и мужчина уже был возле парня, который щёлкнул пальцем. Время вдруг замедлилось, заставляя кровавые глаза медленно расширяться в удивлении. Парень достал из-за спины музыкальный инструмент, улыбнувшись. Проведя своими пальчиками по блестящей лире, он коснулся серебряных прутьев. Мелодия разнеслась по округе. Слегка отойдя в сторону, бард улыбнулся. Дракон тут же пролетел мимо, падая на крышу. Приятная мелодия начала болезненно давить на ушные раковины, проникая в голову, словно черви. Зажав уши, Дилюк расширенными глазами смотрел на крышу под собой, не в силах противиться плёткам, которые отчаянно били по сердцу. Они заставляли его вспоминать ту, которая сбежала. Сбежала и от императора, и от него самого. Покинула империю. Бросила. Забыла. Дракон взревел от отчаяния настолько громко, что струна, которую бард чаще всего задевал, лопнула, издав неприятный «пуньк». Парень в миг расправил крылья и взлетел, исчезая в облаках. Нин Гуан и Чжун Ли перевели взгляд на небо, по которому разнёсся рык. Император узнает этот вой везде. Не забудет никогда. — Чёрт, — прошипел император, отходя от невесты. Громкий мерзкий хруст костей, капли крови. Нин Гуан удивлённо хлопала глазами, впервые в жизни наблюдая за обращением кого-либо. Мощные крылья вырвались с хрустом, выплескивая капли крови на стену и пол. Они были с золотыми и чёрными переплетениями, добавляя оттенки на чешую. Хотелось их коснуться, но девушка подавила в себе это желание. — Никуда не уходи, жди меня здесь! — мужчина оказался на ограждении и спрыгнул вниз, но тут же послышался взмах крыльев. Чжун Ли уже парил в воздухе, слишком быстро скрывшись за башней. Дилюк лежал на крыше на животе, царапая её своими острыми когтями. Отчаяние и боль от потери любимой разрывало на части, сжимало сердце тонкими нитями, которые резали больнее лезвия меча. Будто сотни игл пронзили грудную клетку, из-за чего становилось трудно дышать. Пламя распространялось вокруг, разбрасывая свои горячие искры. Кровавые глаза бешено бегали по всему, что попадало на глаза, и пытались за что-нибудь зацепиться. «Джинн!..» – хрипел внутренний голос дракона. Чжун Ли приземлился рядом. Огонь тут же рассеялся, оставляя лишь чёрные следы и пепел. Император подошёл к тяжело дышащему канцлеру, опускаясь на корточки. Положив широкую ладонь на затылок друга, он прикрыл глаза. Дилюк медленно успокаивался, иногда нервно дергаясь. Чжун Ли прочитал все чувства, изучил все эмоции. Сердце словно в кулак сжали. Он уже однажды познал, что такое потеря любимого человека, и второй раз уже не сможет контролировать себя. И Дилюк тоже. «Сожри дракон того, кто заставил Дилюка потерять контроль!» – гневно произнёс у себя в голове император. Дилюк медленно успокаивался, приходя в себя. Звериные когти медленно втянулись, а чешуя плавно исчезла, будто ничего не было. Лишь сорванная и сожжённая одежда напоминала о произошедшем. Чжун Ли вздохнул, поднимаясь на ноги. — Как ты? — спросил император. Дилюк медленно встал на ноги, сдавленно выдыхая. — Для дракона, который потерял возлюбленную и вспомнил о ней спустя тридцать лет, сносно, — ответил сдержанно Рагнвиндр, смерив своего императора усталым взглядом. — Противная мошка, — Дилюк перевел взгляд на небо, где скрылся парень. — Когда найду: раздавлю. — Тебе стоит принять расслабляющую баню и поспать, — произнёс император. — Этим займётся твой брат. — Я хочу!.. — Баня и спать, — резко оборвал Моракс. Глаза сверкнули золотом, заставляя Дилюка фыркнуть. Канцлер ещё минуту смотрел в сияющие глаза императора, сопротивляясь ментальному давлению. Вскоре Дилюк сдался и резко развернулся, взлетая. Мужчина влетел в разбитое окно, приземляясь посреди коридора. Он не стал заправлять крылья: вдруг ещё понадобятся. Дилюк направился в свои покои.

***

Нин Гуан не дождалась Чжун Ли, ко всему прочему голод сворачивал весь желудок. Миледи покинула покои и начала идти по тёмному коридору, надеясь встретить стражников, которые доведут её до кухни. Таковых не встретилось. Она прислушивалась к каждому шороху в тёмном коридоре, иногда панически оборачиваясь. Открыв двери в свои покои, она бегло оглядела комнату. — Эмбер? — позвала на всякий случай, но фрейлины не оказалось. Нин Гуан покинула покои и со вздохом продолжила идти по коридору. Подумав, что Эмбер могла быть в бане, миледи решительно направилась туда. Был уже вечер: слугам было также необходимо принимать водные процедуры. Найдя баню по памяти, Нин Гуан открыла двери и вошла внутрь. Послышалось тихое сопение. Она остановилась, прислушиваясь ко всем звукам. «И кто умудрился заснуть во время купания?» – удивилась. Нин Гуан вздохнула и прошла внутрь, не сумев проконтролировать свою мимику. Дилюк сложил руки на бортик небольшого бассейна и положил на них голову. Вода в ванной была малинового оттенка из-за ран на спине, откуда показывались огромные драконьи крылья. Крылья расположились на поверхности кафеля, завораживая своим видом. Капельки воды блестели на коже, заставляя Нин Гуан неосознанно сделать шаг ближе. Она словно под гипнозом приблизилась к обнажённому дракону, присев на корточки. Протянув руку, она коснулась пальчиками бордовых чешуек, слегка улыбнувшись. Рагнвиндр издал лёгкий гортанный рык, из-за чего девушка вздрогнула и отдернула руку. Крылья пошевелились, придвигаясь ближе к девушке, словно желали, чтобы их ещё раз коснулись пальчики. Нин Гуан лишь наклонилась ближе к крыльям, заинтересованно рассматривая тёмно-красные узоры на бордовой коже. «Интересно, они тяжёлые?». Дилюк медленно приоткрыл глаза, посмотрев на миледи, которая даже не заметила этого. Его зрачки расширились. «Джинн» – именно это имя всплыло в его сознании. — Я очень скучаю по ней, — раздался в бане хриплый голос мужчины. Нин Гуан совсем незаметно вздрогнула. — По кому? — спросила Нин Гуан, не совсем понимая о ком речь. Наплевав на то, что кафель слегка влажный из-за брызг, она села на него, уставившись на дракона. — Джинн из дома Гуннхильдр, — уголки губ слегка приподнялись. — Своенравная и строптивая. Тридцать лет назад являлась претенденткой на роль невесты императора. Моракс влюбился в неё. Первая любовь. — Ох, неужели? — заинтересовалась Нин Гуан. — Да, вот только его чувства не были взаимными. Она его лишь уважала, не более, а вот ко мне... Ко мне она испытывала симпатию, которая переросла в влюблённость, — горькая усмешка появилась на его лице. Дилюк оттолкнулся от бортика и облокотился спиной о противоположный, положив локти на бортик, а запястья свесив в воду. — Когда Его императорское Величество узнал, то был в ярости. Конечно, потерять возлюбленную... Вот только она не могла находиться среди двух огней. Она любила меня, но обязана была выйти за Моракса. Металась, словно птица в клетке, — кровавые глаза заглянули в золотые. Нин Гуан внимательно его слушала, боясь что-либо пропустить. Это касалось жизни дворца, императора, а значит нужно было обязательно запомнить все детали. — Но она сбежала. Скрыла свой запах, уничтожила в архивах о себе все записи, забрала из больниц все сведения о своём здоровье, и испарилась, словно никогда не существовала. Никто её не может найти до сих пор. Маги, феи, даже священники... Не смогли найти Джинн. — Дилюк, — позвала миледи, опустив свои ледяные глаза с бликами интереса в пол. — А что случается с драконом, который нашёл себе возлюбленную? — Это прекрасное чувство, — усмехнулся Рагнвиндр. — Дракон не просто влюбляется, он привязывается. Становится одержимым той, которая смогла заинтересовать. Ревнует каждую секунду, буквально дышит её запахом, который является для нас источником исцеления и спокойствия. Забота и любовь дракона является особенностью, поэтому береги чувства Моракса. Не заставляй его страдать так, как страдал я, когда влюбился больше, чем Моракс. Наши с ним отношения к ней были другие. — Какие же? Неужели страдал только ты? — Моракс справился быстро, ведь он император. Он обязан быть спокоен, чтобы сохранить империю. Но для этого ему пришлось вводить множество ампул успокоительного, которые подтупили его чувства, но из-за продолжительной потери чувств, он разучился себя контролировать вовсе. Как только боль угасла, он начал работать и жить без успокоительного, — проговорил Дилюк, задумавшись. — Я предоставил ему наложницу, чтобы успокоила и расслабила, а он... Он её сжёг. — А вторую разорвал?.. — предположила Нин Гуан. — Да, — кивнул канцлер, опустив голову, отчего передние пряди слезли с широких плеч и легли на водную гладь с лепестками. — Он просто забыл, что такое нежность. Но глупые слуги распространили слухи, которые мы отчаянно пытались скрыть. Его императорское Величество махнул рукой, поняв, что нет смысла препятствовать распространению, ведь слухи станут лишь краше. Я восхищен его стойкостью, ведь про него ходят столько грязных слухов, а он всё равно старается ради них, — появилась улыбка. — Я уважаю его. Он помог мне справиться с горем даже после того, как окончательно убедился в наших взаимных чувствах с Джинн. — А что же было с тобой? — Антимагические кандалы с цепью не позволяли выйти моему дракону, но он очень рвался. Это больно не только душевно, но и физически. Целая пытка. Особенно когда не чувствовался её запах... Это словно наркотик, понимаете?.. Ты настолько привыкаешь к нему, к его присутствию, ощущению, что когда он исчезает начинается дикая ломка. Никто не был в силах мне помочь в первую неделю, только потом Его императорское Величество начал поглощать мою боль ментально. — Ментально? — А Вы не в курсе? — повёл бровью дракон. — У драконов есть особенная способность – эмпатия. Мы можем увидеть прошлое, почувствовать чужие эмоции, если захотим, можем прочесть чувства, которые испытывает человек. Но есть такие драконы, которые могут заглянуть в будущее. Это редкость. — Ясновидящие, значит, — задумчиво произнесла Нин Гуан, отведя взгляд. — Да, такие драконы являются людьми, которым была передана сила древних драконов. Носят имя Воля Небес. Чаще всего они не похожи на своих родителей, — миледи приоткрыла рот, расширяя свои глаза. — У них золотые глаза, вспыльчивый нрав, — канцлер улыбнулся, а Нин Гуан начала незаметно делать глубокие вдохи, бегая зрачками по кафелю. — У них сильное обоняние, сила воли, острый слух, — мужчина склонил голову на бок, наблюдая за девушкой, которую пронизывало осознание до немого шока. — Кого-то напоминает? — Неужели?.. — подняла свои глаза миледи, посмотрев на канцлера. — Но ведь... Ты изначально знал? А император? — Знает, — коротко ответил мужчина. — Но не говорите пока об этом никому, мало ли. — Да, я понимаю, — кивнула миледи, отвернув голову. — Что Вы тут делаете? — внезапно поинтересовался Дилюк, прищурив глаза. — Я принимаю ванну. Неужели Вам плевать, что перед Вами обнажённый мужчина, в то время как Вы невеста императора? — Извините, я не знала, что здесь кто-то есть, — проговорила Нин Гуан, поднимаясь на ноги. — Не советую видеть императора в ярости, ведь тогда замок станет обломками, уж поверьте, — проговорил Дилюк. Миледи надела маску хладнокровия, но не удержалась от показа характера: закатила глаза. Дилюк лишь хрипло рассмеялся. Как только девушка отвернулась, уголки губ приподнялись. Она покинула баню, прикрывая за собой двери. По спине прошли сотни мурашек: то ли от исходящего адского жара сзади, то ли от пронизывающего холодом эмоций. Нин Гуан медленно сглотнула слюну и отпустила ручки, опуская руки на уровень живота и переплетая пальцы. Миледи медленно развернулась, боясь посмотреть на источник, который заставил сердце бешено забиться. — Нравится проводить время с канцлером? — слова, словно раскалённый металл, начали проникать в грудь. — Молчишь? — Нин Гуан подняла свои глаза, не в силах произнести хотя бы слово от давления, которое было на неё направлено. — Нравится? — гортанный рык. Чжун Ли сделал незаметный шаг вперёд, наклоняясь к миледи, чтобы оказаться напротив её лица. Нин Гуан не могла ответить. Она открыла рот, делая еле слышные вдохи. Положив ладонь на свою тонкую шею, девушка прощупала горло, не понимая почему не может дышать. Что-то сдавило шею. Или ей так казалось из-за страха? Неужели накатывала паника? Она продолжала смотреть туманными глазами в янтарные, без возможности что-либо произнести. Глаза заслезились. «Неужели он направил на меня свою... магию?» – отозвалась разумная мысль. — Чжу... — на последнем выдохе получилось произнести.