Иллюзия выбора

      Элизабет перебежала дорогу, направляясь в офис Американский ассоциации женской взаимопомощи, которая согласилась организовать благотворительный обед в помощь ее подопечным. Вокруг загудели автомобили, в ответ девушка неловко махнула им извиняющимся жестом. Она уже на десять минут опаздывала на встречу.       Стоял неуютный зимний день, тускло светило солнце, вдоль обочин неряшливо ржавел подтаявший снег.       Несмотря на опоздание, Элизабет все равно по привычке замедлилась напротив входа в «Скай Тауэр», как делала уже много раз. Ассоциация взаимопомощи находилась в соседнем здании. Поначалу Элизабет быстро пробегала мимо, страшась и в то же время надеясь ненароком увидеть знакомое лицо. Но этого так ни разу и не произошло, так что теперь она всегда медленно проходила мимо, вызывая в памяти связанные с этим местом воспоминания.       Добежав до цели, она быстро зашла внутрь. Встреча прошла успешно, обед был назначен на следующую неделю.       Довольная собой, Элизабет вышла на улицу с мыслью перекусить. Недолго думая, она направилась в кафе через дорогу, где уже пару раз бывала. Окна заведения открывали хороший обзор на роскошную лестницу «Скай Тауэр», по которой, не прекращаясь, тек людской поток.       Неспешно поднимались высокие мужчины в хороших костюмах и чёрных шляпах, за ними торопливо взбегали служащие в униформе. Цокая высокими каблуками, грациозно спускались вниз красивые женщины в пальто с меховой оторочкой. Их затянутые в кожаные перчатки руки крепко сжимали пакеты с покупками.       Первые этажи небоскрёба занимали магазины с дорогой одеждой, драгоценностями и пара изысканных ресторанов.       За едой девушка задумчиво следила за непрерывным движением карусельной двери, которая вела в шикарный вестибюль «Скай Тауэр». Элизабет раздумывала над своими дальнейшими действиями.        В планах было со следующей недели передать заботу о бывших пленницах одному из благотворительных фондов, самой же хотелось вернуться к работе репортера. С Рождества она несколько раз встречалась с Дэвисом, и тот зазывал ее обратно в «Готэм Таймс». Ей не хватало общения с коллегами, живости редакции, острых тем и ночных бдений над статьями. Перед возвращением в газету ей хотелось навестить родителей, которых не видела слишком давно.       Расплачиваясь, Элизабет снова кинула короткий взгляд на лестницу и увидела знакомую фигуру, которая поднималась вверх. Худой высокий мужчина в сером пальто. Сердце Элизабет отчаянно забилось. Это был Нино, она не могла ошибиться.       Уставившись во все глаза в окно, она проследила, как он поднялся и скрылся в здании. Напоследок Риччи обернулся и огляделся, как будто почувствовал ее пристальный взгляд.       Оторвавшись наконец от разглядывания, Элизабет оделась и вышла на улицу. Под ногами валялись намокшие афиши ансамбля «Рокситс», в спину прилетел порыв холодного ветра. Девушка поёжилась от пронизывающего холода и сильнее укуталась в пальто.       Ее не оставляла мысль, что, возможно, Витторио рядом, только руку протяни. Элизабет тряхнула головой, ну и что, она не будет унижаться какими-то объяснениями. Если бы он их ждал, то поговорил бы с ней, а не прогонял. Дойдя до остановки, Элизабет вскочила в автобус, идущий домой.

***

      Утро Элизабет началось в уютном отеле «Форест шелтер», куда она приехала по работе накануне вечером.       Отель прекрасно вписывался в окружающий пейзаж, располагаясь в небольшой зелёной роще. За лесочком проходила дорога, а сразу за ней начинались широкие песчаные дюны, плавно переходящие в полосу пляжа.       Стоял ранний час, когда звуки автомобильных клаксонов и шум постояльцев отеля ещё не успели заглушить ровный чистый гул прибоя, который долетал до раскрытого окна Элизабет.       Все-таки у неё была самая чудесная работа на свете, в который раз убедилась девушка. Не будь она репортером, ей бы никогда не довелось попасть в Хемптон, прибежище миллионеров всех сортов. Элизабет наслаждалась уединением отеля и чудесной природой вокруг.       Вечером должна была состояться конференция, где основным докладчиком был сенатор Ли. Их интервью он назначил на полдень, и у Элизабет ещё было время, чтобы спокойно позавтракать и изучить окрестности.       Выйдя после завтрака на улицу, девушка полной грудью вдохнула свежий весенний воздух. Подъездная аллея была усыпана облетевшими лепестками сакуры, казалось, будто зима вернулась со своим снегом и холодом. Со стороны океана дул бодрящий апрельский ветер. Элизабет застегнулась на все пуговицы и вышла в городок.       Она прогуливалась по тихим улочкам, наблюдала за местными жителями и немногочисленными туристами. Увидев впереди маленькое уличное кафе, Элизабет решила выпить ещё одну чашку утреннего кофе. За плетёными столиками сидела расслабленная публика, прячась от яркого весеннего солнца под огромными зонтами.       Подходя к терассе, Элизабет окинула взглядом посетителей. Ее глаза внезапно остановились на сидевшей к ней спиной девушке с иссиня-чёрными волосами. Гладкие распущенные волосы странно смотрелись среди завитых сложных причёсок, которые сейчас были в моде. Девушка была не одна, напротив неё сидел высокий статный мужчина. Его небрежная поза, зажженная сигарета в длинных пальцах, сощуренные на солнце глаза были слишком знакомы Элизабет. Ее сердце мгновенно сжалось от боли, она замерла. Витторио, почувствовав взгляд, повернул голову в ее сторону. Заметив не просто знакомую, а кого-то гораздо ближе, он изменился в лице, привстал в своём кресле, оборвав себя на полуслове.       Элизабет резко отвернулась и быстро зашагала в сторону отеля.

***

      Интервью длилось почти два часа, сенатор Ли обстоятельно и неспешно отвечал на все вопросы. Если бы не вечерняя конференция, на которой Элизабет обязана была появиться для полноты материала, она уехала бы сразу же. Но деваться было некуда.       Пообедав и немного отдохнув в номере, она начала собираться к вечеру. Дресс-код был «Коктейль», и девушка была к нему готова. Она уложила свои короткие волосы мягкой волной, подвела брови, на губы нанесла красную помаду. Лаконичное чёрное платье, присборенное на талии, удалось оживить длинной ниткой белоснежного жемчуга. Обувшись в чёрные изящные туфельки, Элизабет ощутила себя готовой к вечеру.       Она окинула свое отражение в большом зеркале, удовлетворенно кивнув на свой наряд, и зацепилась за свои же глаза. Их лихорадочный блеск и затравленное выражение лица выдавали все ее чувства. Элизабет устало присела на кресло.       Попытки справиться с эмоциями от неожиданной встречи с Витторио отняли у неё все силы. Что за девушка была с ним, новая пассия? Рядом с ней он показался таким спокойным и расслабленным, явно не деловая встреча. В конце концов, прошло больше года с их последней встречи. Он вполне мог жениться за это время. Горько усмехнувшись своим мыслям, Элизабет поднялась, накинула чёрную шаль, отороченную мехом, и вышла из номера.       Спустившись вниз, она поняла, что ещё все равно слишком рано. До начала вечера оставалось чуть меньше часа. Этого времени достаточно, чтобы дойти до океана и полюбоваться на него, решила Элизабет и отправилась на улицу.       Сразу за тем местом, где кончался дощатый настил, стояли пара скамеек. Элизабет присела на одну. С моря доносились крики чаек, дул холодный ветер. Завернувшись в шаль, она смотрела на волны, накатывавшие одна за одной. Она любовалась простором водной глади. В таких местах всегда приходила вера в чудо и счастливый исход для всех.       Просидев так некоторое время, Элизабет поняла, что уже стемнело и пора возвращаться. Вокруг неё стало пусто, все гуляющие покинули пляж, направляясь, кто на конференцию, кто в ресторан на ужин. Кинув последний взгляд на пляж, она случайно заметила неподалёку двух мужчин, держащихся слишком прямо, слишком обособленно.       Интуиция подсказывала девушке немедленно вернуться в отель, но она все буравила мужчин взглядом. Наконец, поднявшись со скамейки Элизабет ступила на настил. Оглянувшись, она заметила, как мужчины тоже пришли в движение и направляются прямо к ней. Иррациональный страх мгновенно ей завладел. Она побежала по настилу, в туфлях на каблуке это выходило медленно и неловко. Но на то, чтобы разуться, у неё совершенно не было времени.       За секунду оценив обстановку, Элизабет поняла, что на дорожке она видна, как на ладони, даже в сумерках. Необходимо было скрыться. Свернув в лесок, она побежала по нему. Ноги проваливались в прошлогоднюю листву, а ветки деревьев больно хлестали по рукам.       Манёвр не удался, и Элизабет услышала, как сзади трещат ветки под ногами двух мужчин. Она в отчаянии прибавила ходу, ей было уже все равно на изорванные чулки и сбитые туфли. До отеля оставалось не так много, главное, выбраться в людное место. Ее преследователи догоняли молча, явно имея дурные намерения. Она неслась вперёд, иногда оборачиваясь, и внезапно наткнулась на кого-то, кто тут же схватил ее и зажал рот.       Элизабет отчаянно задергалась в попытке вырваться, попыталась укусить руку, которая закрывала рот. Владелец руки тихо охнул, и прямо возле уха она услышала шёпот:       — Прекрати брыкаться, Элизабет, это я.       Да она в любом состоянии узнала бы этот голос! Девушка тут же ослабела и осела в руки Витто. Тот легко поднял ее и через несколько минут вынес на освещенную площадку возле отеля, где поставил на ноги.       Она тяжело дышала после яростной гонки. Подняв глаза на мужчину, Элизабет выдохнула:       — Что ты тут делаешь?       — Спасаю твою жизнь, как обычно, — он сверкнул ровными зубами в улыбке.       Элизабет слишком устала от погони и от своих переживаний. Она молча смотрела на Витторио.       — Ладно, сейчас мы зайдём в отель, ты соберёшь свои вещи и поедешь со мной.       — С чего бы? — Элизабет не понимала ровным счетом ничего. — Я ничего не собираюсь делать, пока ты не объяснишь, кто эти мужчины, что они хотели от меня, почему погоня прекратилась, и откуда ты тут взялся.       Витторио взял Элизабет повыше локтя и повёл ее ко входу в отель.       — Объясню, пока будешь собирать вещи.       Они поднялись к номеру, Элизабет старалась не обращать внимание на косые взгляды, которые постояльцы кидали на них из-за ее растрёпанного вида. Мужчина забрал ключи и, жестом велев оставаться в коридоре, зашёл в номер. Осмотрев все, он впустил Элизабет.       — Переодеваться нет времени, собери все быстро.       Элизабет сложила руки на груди и стояла, не шелохнувшись. Витторио закатил глаза:       — Час назад я получил звонок из Нью-Йорка, твою подругу, Диану, сегодня днём застрелили прямо на выходе из прокуратуры. Она слишком близко подобралась к покровителям Харриса. Нетрудно сложить два и два и понять, что ты следующая.       Элизабет, окончательно теряя силы, медленно осела в кресло. Она обхватила себя руками, закусила губу, пытаясь не разрыдаться. Недавняя погоня и новость о смерти Дианы доводили до истерики, что могла начаться с минуты на минуту, стоило лишь сделать неверный вдох, и слезы бы потекли потоком без остановки. Витто присел перед ней, мягко взял ее за плечи.       — Элизабет, сейчас не время раскисать, нужно уходить.       Элизабет медленно встала, достала чемодан и начала скидывать туда все, что попадалось под руку из ее вещей. Витторио помогал, и они довольно быстро управились.       — Тебе нужно выписаться из отеля. Чтобы как можно дольше тебя не искали.       На автомате сделав то, что он просил, она позволила Витторио довести себя до автомобиля и усадить на пассажирское место.       — Куда мы едем? — слабым голосом спросила Элизабет, когда он выехал на шоссе.       — В мой загородный дом.       — Ну, конечно, конечно, у тебя и здесь есть дом. Я и не сомневалась.       — Как и у твоего дружка Дэвиса, — не удержался Витто.       Не удостоив его даже взглядом, Элизабет отвернулась к окну и уставилась в непроглядную тьму за ним.       Они петляли по маленьким городкам около часа. Элизабет начала подозревать, что мужчина делал это намеренно, стараясь скрыть следы.        Через ещё минут десять они въехали в ворота, которые тут же закрылись за ними. Автомобиль остановился у входа в большой дом в стиле неоклассицизма. Элизабет хмыкнула, ничего другого она и не ожидала увидеть.       Витторио уже собирался открыть дверь машины, когда девушка задала вопрос:       — Что с теми двумя, которые меня преследовали?       Витто равнодушно пожал плечами.       — Я пока не знаю, ими занимается Массимо.       Он вышел из машины и открыл дверь Элизабет, предложив ей руку, но она лишь хмуро взглянула на него и выбралась самостоятельно.       Витто каким-то новым, незнакомым ей, неуверенным жестом провёл по волосам. Затем достал ее чемодан с заднего сидения, и они вошли в дом.       Элизабет слабо удивилась, увидев Мартину, ожидающую их за дверью. На более сильные эмоции ее не хватило. Пожилой мужчина забрал чемодан из рук Витторио и понёс его вверх по широкой деревянной лестнице на второй этаж. Мартина же проводила девушку в гостиную.       Элизабет молча сидела на диване, пребывая в каком-то оцепенении. Она не могла до конца поверить в то, что сказал ей Витторио про Диану. Не может быть, что она мертва.       Элизабет медленно оглядела комнату. Та разительно отличалась от гостиной в нью-йоркском доме, которая хорошо запомнилась ей. Мебель в стиле Дункана Фифа, повсюду цветы в вазах, фото в рамках на каминной полке. Запах цветов смешивался со знакомым ароматом парфюма и табака.       Это определенно было жилище Витторио, в котором он, похоже, проводил времени гораздо больше, чем в доме в Нью-Йорке. Элизабет смотрела на все это, не делая никаких выводов. Для этого у неё просто не было душевных сил.       В гостиную вошёл хозяин дома. Он сел на подлокотник кресла и окинул девушку взглядом. Элизабет сидела, закутавшись в свою шаль, несмотря на жар от камина. Учитывая погоню, выглядела она сносно. Макияж оставался на месте, платье и шаль практически не пострадали.       Витто, повинуясь внезапному порыву, привстал и достал листик, запутавшийся в ее волосах. Будь Элизабет в другом настроении, она обязательно бы что-то сказала по этому поводу. Но сейчас она даже не заметила этого жеста, полностью сосредоточенная на своих мыслях. Только рассеяно поправила волосы.       — Это точно?.. То, что ты сказал про Диану? Ты уверен? — ее взгляд был устремлён на языки пламени.       — Абсолютно. К сожалению, это правда.       Элизабет сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. На глазах выступили еле заметные слезы, но вовсе из-за иной боли.       — И что дальше?       — А дальше ты будешь здесь, пока я не придумаю, что делать.       Она недоуменно рассмеялась. Часть ее истерики, что так и не нашла выхода.       — Но я не хочу тут быть, — просто сказала Элизабет. — Это невозможно. У меня работа, обязательства.       Мужчина даже бровью не повёл.       — Это в твоих интересах, Элизабет. Как только ты вернёшься в Нью-Йорк, тебя выследят и убьют.       — Ну, а тебе-то что? — устало хмыкнула Элизабет.       Витторио досадливо поморщился. Весь его вид выдавал, что вопрос ему неприятен.       — Я чувствую ответственность за тебя. В какой-то мере это моя вина.       Ответственность, вот что он чувствовал. Элизабет вдруг сделалось очень больно.        — Тебе нужно сообщить Дэвису, что ты в отъезде. Никто не должен знать, где ты, — продолжил мужчина.       Она послушно взялась за трубку телефона, который стоял на высокой тумбе между ними.       Витто быстро наклонился и накрыл ее руку своей. Элизабет словно пронзило током от его касания.       — Нет, звонить не нужно, — внезапно передумал Витто. — Я не уверен, что его линия не прослушивается. Напиши письмо, завтра отвезём.       Его прикосновение длилось на мгновение дольше, чем того требовала ситуация. После того, как он убрал руку, Элизабет встала. Мужчина понял намёк.       — Я провожу тебя в твою комнату. Через двадцать минут ужин.       — Я не голодна, — она равнодушно помотала головой.       Идя вслед за Витторио к лестнице, Элизабет заметила высокую черноволосую девушку, стоявшую к ней спиной в кухне. Ту самую, которую видела утром в кафе. Она что-то выговаривала Мартине. Судя по виду последней, разговор был не из приятных. Элизабет быстро отвернулась и торопливо взбежала по ступенькам за мужчиной.